Утро. Я ещё не успел проснуться - а уже стал участником спора. Телефон рядом, и он не “показывает новости”. Он подбрасывает поводы. Кто-то сказал. Кто-то сделал. Кто-то “совсем охренел”. Кто-то “всё врет”. Кто-то “продаёт страну”. Кто-то “за детей”, кто-то “против детей”. И у каждого - тон, будто завтра суд.
Я читаю это и даже не понимаю, зачем. А тело уже напряглось. Плечи поднялись. Челюсть сжалась. Мозг ищет сторону. И пока чищу зубы, внутри уже идёт маленькая война.
Сейчас так выглядит мир вокруг: люди стали злее.
Не “где-то там”. В маршрутке, в очереди, в семейном чате, в комментариях под любым постом. В кухонных разговорах. В голосе продавца. В резкости таксиста. В том, как муж отвечает жене, а жена - мужу, как будто между ними судья. Злость стала фоном. Как шум вентилятора - ты не замечаешь, пока не станет слишком громко.
И всегда находится объяснение, которое вроде устраивает: “мораль упала”. “люди испортились”. “воспитания нет”. Это удобная версия. Она как будто делает меня судьёй. А судье хорошо: он сверху.
Только эта версия ничего не объясняет. Потому что злеют не только “плохие”. Злеют обычные. Уставшие. Те, кто раньше могли промолчать. Те, кто раньше могли улыбнуться. Те, кто вообще-то не любят скандалы.
Я думаю произошло вот что: людям разогнали нервную систему, а потом дали им арену для сброса.
Арена - это горизонтальные споры. Когда у тебя нет реальной кнопки влияния на верх, тебе дают бесконечный выбор кнопок влияния на низ: поспорь с соседом, поругайся с коллегой, разнеси незнакомца в интернете, унизь “неправильного”, докажи, что ты прав. И это не “случайно так вышло”. Это очень удобная конструкция управления обществом.
Потому что горизонтальный спор решает сразу две задачи: Он занимает внимание. Человек занят чужой ошибкой, чужой тупостью, чужой моралью. Он не смотрит наверх. Он смотрит по сторонам. И он же сжигает ресурс. Спор - это топливо. Ты выходишь из него пустым. Даже если “победил”. Даже если написал идеально остроумно. Тело не различает “я написал комментарий” и “я был в драке”. Адреналин - настоящий. Напряжение - настоящее. Сон потом плохой - и тоже настоящий.
И вот эта штука постепенно становится режимом жизни: мы не просто живём, а постоянно находимся в готовности к конфликту.
Потому что конфликт теперь везде. Он встроен.
Заходишь в ленту - и там не новости, там приманки. Триггеры. Тебе подкидывают не “важное”, тебе подкидывают “цепляющее”. А что цепляет сильнее всего? То, что вызывает злость: несправедливость, унижение, угроза, хамство, “они опять”. Лента не делает тебя умнее. Она делает тебя взвинченнее.
И это работает потому, что мозг любит короткие уколы...
Когда ты кричишь, ты чувствуешь себя большим.
Когда пишешь злой комментарий и получаешь лайки - ты чувствуешь поддержку стаи.
Это короткий укол облегчения. Мозг любит короткие уколы. Особенно перегретый.
То есть злость - это не просто “плохая эмоция”. Это дешёвый способ почувствовать контроль.
А контроля у людей мало. Да и тот в мелочах.
Не потому что все стали бесправными. А потому что жизнь стала такой, где на большинство вещей ты реально повлиять не можешь. Цены, правила, решения, очереди, “так принято”, “так устроено”, “ничего не изменить”. И человек ищет хоть какую-то точку власти. Самая доступная - власть над другим человеком рядом. Над комментатором. Над соседом. Над “неправильным”. Над тем, кого можно унизить словами и почувствовать себя живым.
Вот почему горизонтальные споры так заразны: они дают ощущение силы там, где силы нет.
Зачем такую злость разгоняют?: эта конструкция очень удобна людям наверху.
Потому что пока низ дерётся между собой, верх не трогают. Пока ты споришь с соседями о “кто виноват” и “кто правильный”, никто не задаёт вопрос “кто принимает решения” и “кто получает выгоду”. Пока ты ненавидишь “таких людей”, ты не замечаешь, что тебя научили ненавидеть по команде, по теме, по сигналу.
И приходит понимание что хаос - это не отсутствие управления. Хаос часто и есть форма управления.
Тебе не обязательно говорить “делай так”. Достаточно сделать так, чтобы ты постоянно был в состоянии “я должен реагировать”. На скандал. На слово. На мем. На чужую глупость. На чужую наглость. На очередной моральный цирк. И сил на реальные дела не остаётся.
Человек, который реагирует, не планирует.
Человек, который злится, не планирует надолго.
Человек, который спорит каждый день, не строит свою жизнь.
Он тратит себя на чужие темы и разборки.
И тогда злость становится не временным событием, а фоном жизни.
Это видно в быту. У людей меняется тон. Меняется скорость. Меняется терпение. В автобусе достаточно одного взгляда. В магазине достаточно одной фразы. В семье - одного недосказанного. И всё: взрыв! Не потому что “плохие”. Потому что внутри уже давно бак полный, а снаружи капля - последняя.
Все видят каплю. Никто не видит бак.
Бак наполняется каждым днём: недосып, шум, деньги, работа, тревожные новости, ощущение, что ты не управляешь жизнью, что тебя таскают за нитки. И сверху на это лента, которая предлагает тебе “выплеснуть” - на безопасной арене. На таких же, как ты. Горизонтально.
Это гениально в своей простоте: народ сам себя воспитывает криком.
А ещё это убивает доверие.
Когда постоянно видишь, как люди срываются. Как друг друга унижают. Как мгновенно объявляют врагом. И ты начинаешь жить так, будто доверять нельзя. А раз доверять нельзя - остаётся только контроль и агрессия. Замкнутый круг.
И вот почему “люди стали злее” - это не про нравственность. Это про среду.
Среда стала такой, где человек либо становится колючим, либо его давят. Где спокойствие выглядит как слабость. Где улыбка кажется подозрительной. Где каждый спор - маленькая война за право отвоевать себе чуть территории.
И если тебе кажется, что это уже похоже на технологию - то да, это похоже на технологию.
Не обязательно в смысле “заговора”. В смысле работающего механизма: хаос вниз, споры в стороны, власть наверх. Пока одни доказывают друг другу, кто “правильный”, у других руки свободны.
Я написал книгу «Что происходит с миром?» в ней как раз разбирается эта логика: почему горизонтальные споры стали инфраструктурой; как управляют вниманием через хаос; почему “повестки” и информационные войны - это не болтовня, а инструмент власти; и что делать человеку, который не хочет прожить жизнь в роли батарейки для чужих конфликтов.