Санкт-Петербург - уникальный город. Самый северный город планеты Земля с населением больше миллиона человек. Но даже в уникальном городе есть здания, сооружения и явления, которые выделяют этот город на фоне остальных городов мира.
Да, это субъективный список. Но для каждого пункта я привёл причины, по которым называю его уникальным. Если вы знаете другие уникальные чудеса в Петербурге, буду рад почитать о них в комментариях.
1. Разводные мосты.
Всего в Петербурге 18 разводных мостов. Кто-то скажет, что в Чикаго их в два раза больше. Но только в Петербурге мосты в период навигации разводят каждую ночь и по два раза! Таких мостов девять: Володарский, Александра Невского, Большеохтинский, Литейный, Троицкий, Дворцовый, Благовещенский, Биржевой, Тучков.
Именно поэтому в Северной столице разводка мостов стала настоящим культурным явлением. Миллионы туристов каждое лето собираются вдоль набережных и в лодках и катерах в акватории Невы, чтобы увидеть настоящее инженерное чудо. Более того, разводные мосты Петербурга - это не только чудо инженерной мысли, часто это ещё и настоящие архитектурные шедевры!
2. Гранитные набережные Невы.
Да, во многих городах мира реки закованы в гранит. Но именно Петербург стал первым городом на планете, где береговую линию крупной реки полностью облицевали гранитом на протяжении десятков километров (около 30 километров гранитных набережных в границах города). И всё это вручную!
Добавляет уникальности набережным Невы и то, что это не просто утилитарная защита берега, а элемент городской композиции. Петербург - это город «лицом к воде». Ещё Пётр мечтал, чтобы Нева и другие реки и каналы были главными транспортными артериями новой столицы. Поэтому в Петербурге набережные исторически рассматривались как способ усиления перспективы - они открывают вид на шпили и купола, мосты и острова. Поэтому проектирование набережных в Петербурге доверяли выдающимся архитекторам.
3. Белые ночи.
Да, белые ночи есть и в других городах России. Да, белые ночи есть в Финляндии, Швеции, Норвегии, Канаде, на севере Эстонии и на Аляске. Но только в Санкт-Петербурге это чудо природы сочетается с рукотворными чудесами архитектуры и притягивает миллионы восторженных туристов. Только в Петербурге это не просто природное явление, это ритуал, традиция, культурное явление. Поэтому именно Петербург это мировая столица белых ночей.
Почему не Эрмитаж? Потому что именно Русский музей это крупнейшая в мире коллекция русского изобразительного искусства. Крупнейшая в мире коллекция национального искусства. Ни один музей мира не показывает эволюцию национального искусства столь масштабно и последовательно, как Русский музей.
Во многом поэтому в 2021 году Русский музей стал вторым по посещаемости музеем мира после Лувра.
Музей Императора Александра III (Русский музей) в 1896 – 1901 гг.
5. Исаакиевский собор.
Строить надо так, чтобы 150 лет спустя потомки не верили, что ты мог это построить. Видимо, так думал Монферран, создавая своё великое творение. Инопланетяне, великие цивилизации прошлого - кому только не приписывают создание Исаакия. И пусть это чушь, но такие мифы и теории заговора многое говорят о величии Исаакиевского собора.
112 монолитных гранитных колонн. Один из самых больших храмов планеты. Один из самых больших золотых куполов и вообще куполов в мире. Один из самых высоких.
Кто-то скажет: «Всего лишь один из?». Но вспомните в каких условиях Монферран строил этот величественный храм! Зыбкий грунт, болота, близость Невы. Всё было против. Нельзя здесь же не упомянуть и выдающегося Августина Бетанкура, чей инженерный гений сделал задумку русского француза реальной.
Исаакиевский собор в 1896 году.
6. Модерн на Петроградской стороне.
Главный архитектурный стиль конца XIX - начала XX веков. Стиль - революция. Свежее дыхание в мировой архитектуре. Стиль, предопределивший всё развитие архитектуры XX и XXI веков.
И нигде в мире нет такой концентрации архитектуры в стиле модерн, как в Петербурге на Петроградской стороне. Даже Париж здесь проигрывает.
Да, во многом это стечение обстоятельств, ведь Париж застраивался на протяжении сотен лет. А Петроградская сторона со времён «переезда» центра Петербурга на Адмиралтейскую часть и Васильевский остров, оставалась в дремоте до начала XX века, пока не был построен первый постоянный мост к ней - Троицкий. Символично, но Троицкий мост строила именно французская фирма Батиньоль, а в закладке моста участвовал президент Франции Феликс Фор. И всё это ради того, чтобы Петроградская сторона отобрала у французской столицы пальму первенства в соревновании главных скоплений архитектуры модерна!
7. Самое глубокое метро в мире.
Не спешите писать про Арсенальную, станции в Чунцине и Пхеньяне. Речь идёт о средней глубине станций и перегонов. В Петербурге этот показатель составляет около 60 метров, а более 90% станций петербургской подземки являются станциями глубокого заложения. И вот такое не снилось ни Пхеньяну, ни Чунцину.
Включая этот пункт в список, я понимал, с какой горькой усмешкой его будут читать петербуржцы живущие в Кудрово, Ржевке и Пискарёвки. Но рекорд есть рекорд.
Не вошли в список:
Приходилось выбирать. Можно сказать, резать по живому. Поэтому, к моему огромному сожалению, в список не попала улица Зодчего Росси - единственная в мире пропорциональная улица (где ширина улицы совпадает с высотой домов, а длина ровно в 10 раз больше). Жалею я и том, что не нашлось места в списке Стрелке Васильевского острова - месту, где потрясающе соединяются творение природы и дело рук человеческих, апофеоз симметрии и символ победы человека над природой.
К счастью, не попали в список Лахта-центр и Зенит-Арена.
Дома - это язык, на котором с нами говорит город. И иногда внешний вид зданий говорит об ушедших эпохах больше, чем факты учебников. Сегодня мы увидим, как менялись эпохи на примере перестройки трёх зданий Петербурга.
«Город строится, что-то состарится, что-то оспорится» - цитата из классики.
Первая половина XX века была эпохой великих перемен. Особенно это заметно в нашей стране. Ещё более заметно в Петербурге, который за 10 лет с 1914 по 1924 сменил три имени: Санкт-Петербург - Петроград - Ленинград. Менялись и дома.
Братья Башкировы, заработавшие огромное состояние на мукомольном производстве в Самаре, искали способы приумножить капиталы. Решение было выбрано нетривиальное: они заказывают у знаменитого архитектора Сергея Гингера проект скейтинг-ринга. Катание на роликах тогда (шёл 1910 год) обретало всё большую популярность у богатой публики столицы Империи. Тем удивительнее, что, построенный на самом модном тогда Каменноостровском проспекте спортивный дворец, «не выстрелил».
"Спортинг-палас" А. И. Башкирова, 1911 г.
Спортинг-палас внутри, 1910 – 1911 гг.
Спортинг-палас А. И. Башкирова, 1913 – 1914 гг.
После революции здание пришло в запустение. Апогеем этого стала «кошачья фабрика» в стенах бывшего Спортинг-паласа: беспризорники отлавливали бродячих котов, которых затем пускали на шкурки, а потом продавали.
В 1930 году здание решают перестроить. Часть снести, а вот скейтинг-ринг сохранить, переделав в зрительный зал на 2200 человек. Такую сложную и нестандартную задачу доверили архитекторам Евгению Левинсону и Оскару Мунцу. И справились они блестяще. Помимо зала, дом культуры объединил под одной крышей кинотеатр, лекционные и танцевальные залы, библиотеку и другие многочисленные клубные помещения.
ДК имени Ленсовета в 1957 году.
Кому-то эта мысль покажется крамольной, но вместо пусть и красивого, но довольно вторичного здания Спортинг-Паласа Левинсон и Мунц создали настоящий шедевр конструктивизма. И это при том, что в том виде, в каком они его задумывали, реализовать проект им, к сожалению, не дали.
Нереализованный проект ДК Промкооперации (ДК Ленсовета).
2. Немецкая реформатская церковь - Дворец культуры работников связи.
Немецкая реформаторская церковь была построена в 1862-1865 годах по проекту архитектора Герольда Боссе в стиле псевдоготики (также можно встретить версии о романо-готическом стиле). Важная архитектурная доминанта была высоко оценена, как обычными горожанами, так и профессионалами. В журнале «Зодчий» её называли одним лучших сооружений Петербурга, отмечая выдержанность, благородство, простоту и грациозность постройки.
Реформатская церковь, 1890 – 1893 гг.
Реформатская церковь, 1909 – 1914 гг.
Советские руководители Ленинграда так не считали, и в 1930-х её полностью перестроили. И если конструктивизм ДК Ленсовета из прошлого пункта это бесспорный шедевр, здесь уже возникают вопросы.
Начало перестройки Немецкой Реформатской церкви в 1932 году.
Клуб профсоюза работников связи в 1938 году.
ДК Связи на набережной Мойки, 1986 – 1989 гг.
3. Церковь преподобного Алексия Человека Божия - Завод «Измеритель».
Отец архитектора Германа Гримма - Давид Гримм - был руководителем стройки реформаторской церкви из предыдущего пункта. И если отец был одним из создателей неорусского стиля в архитектуре, то сын стал мастером модерна, при этом смело вплетая в революционные модерновые решения черты традиционной русской архитектуры (присмотритесь к музею Суворова на Кирочной 43).
Церковь преподобного Алексия Человека Божия (1906 - 1911) - это уникальный пример православного храма, исполненного в модерне. Модерновых кирх в Ленобласти немало. А вот православных храмов в этом стиле на всю страну можно пересчитать по пальцам.
Церковь преподобного Алексия Человека Божия, 1911 - 1930 гг.
Храм преподобного Алексия, человека Божия ,1909 – 1913 гг.
Но снова 1930-е. Очередное решение о перестройке. Однако наш список составлен не хаотичным образом. Первый пункт был перестройкой удачной. Второй - скорее, неудачной. Здесь же - вопрос невероятно сложный.
Завод «Измеритель» в 1985 году.
Завод «Измеритель», 1996 год.
И сложен он из-за личности архитектора, на которого была возложена задача перестройки. Демьян Фомичёв - это настоящий self-made man. Родившись в маленькой деревне в Костромской губернии, он ушел во главе бригады плотников односельчан в Петербург, где окончил школу, которая готовила техников-архитекторов. А впоследствие поступит и в Высшее художественное училище при Императорской Академии художеств.
До революции он будет много строить в Петербурге, в основном в главном стиле той эпохи - модерн. А когда эпоха сменится, сумеет перестроиться сам.
Было ли ему в радость, перестраивать уникальную церковь? Думается, нет. Но и возможности отказаться тоже не было. Всё, что он мог сделать, - выполнить задачу так, чтобы у принимающих не возникло ни вопросов, ни претензий, но при этом сохранить всё, что возможно сохранить. И Демьян Галактионович справился.
Кажется, Петербург был создан для того, чтобы гулять по нему. Неудивительно, что тысячи и тысячи туристов приезжают в Северную столицу каждое лето - на Невском проспекте, Дворцовой площади и вдоль Невы яблоку негде упасть! Именно поэтому я составил для вас ещё один маршрут прогулки по местам, где не так много людей, а вот красоты не меньше, чем в самых популярных локациях.
Расстояние: 2-2.5 км
Время: 40-60 минут.
Стартуем мы от метро Сенная/Спасская/Садовая. И это очень удобно - сразу три ветки петербургской подземки приведут вас сюда, а для любителей наземного транспорта - трамваи, троллейбусы, автобусы.
Когда-то это было место, которое приличные люди старались обходить стороной. Здесь располагалась Вяземская лавра. Название исключительно ироническое. Потому что лавра - это мужской монастырь высшего ранга. Это же место аккуратно опишем фразой «ничего святого». В лучшем случае вы встретили бы здесь городскую бедноту. В худшем - разбойников, грабителей и мошенников. Хорошая новость: с ними даже здесь не церемонились и могли высечь их прямо на улице.
Известна Вяземская лавра была и своими домами терпимости. И если здесь вам чудится что-то доброе, снова вас огорчу. Это были публичные дома, которые с 1843 и до 1917 года были в Российской Империи вполне легальны. Услуги местных жриц стоили что-то около 30-50 копеек. Клиенты были соответствующие - молодые люди без образования и профессии, приехавшие в столицу из деревни на заработки. Такие ребята в месяц получали около 20 рублей.
Один из домов терпимости в Вяземской лавре, 1880 год. Фотография Карла Карловича Буллы.
Это был небольшой исторический экскурс для того, чтобы почувствовать, какая атмосфера была здесь по меркам истории - буквально вчера. Порадовавшись, что мы живём в другое время, идём к тому месту, где Московский проспект уходит от Садовой улицы. Пойдём по чётной стороне Садовой улицы, чтобы получше рассмотреть стоящий через дорогу первый интересующий нас дом:
И здесь я рекомендую вспомнить вам Михайло Ломоносова. Нет, в этом доме он никогда не бывал, ведь это модерн 1914 года в исполнении архитектора Фёдорова. Но Ломоносов родился в Холмогорском уезде (деревня Мишанинская) Архангелогородской губернии. И оттуда же «из Холмогорской глуши мальчиком с пятачком в кармане», как писал его внук, приехал в Петербург Василий Сепехин. Этот крестьянский паренёк довольно быстро прошел путь от подмастерья до владельца зонтичной фабрики! Сложно представить себе более ходовой товар в Питере, чем зонтики. Поэтому неудивительно, что Василий Сепехин стал владельцем этого торгового дома.
Торговый дом Сепехина, Садовая 43.
Объявление о юбилейной распродаже в Торговом доме Сепехина.
Продолжаем движение по чётной стороне и идём к перекрестку Садовой и Римского-Корсакова, где и остановимся, чтобы посмотреть на наш следующий дом.
И это тоже модерн. Найдутся знатоки архитектуры, которые скажут, что это эклектика, и их нельзя будет упрекнуть в неправоте. Этот дом в каком-то смысле пограничник. Архитектор Носалевич, действительно, был мастером эклектики, но именно доходный дом Кушелева становится для него мостиком к именно тогда 1899-1900 годах (время постройки этого дома) зарождающемуся новому стилю. Ровно в тот же год Фёдор Лидваль начинает строить дом для своей матери. Дом, который будут называть одним из первых шедевров модерна в Петербурге.
Вот и в доме Кушелева я предлагаю вам увидеть, как через многословную декоративную отделку эклектики начинают звучать голоса разных отделочных материалов, что и есть признак надвигающегося модерна.
Доходный дом А.А. Кушелева. Римского-Корсакова 1.
Доходный дом А. А. Кушелева в 1900 – 1916 гг.
Кстати, дом №3 по Римского-Корсакова, который примыкает к дому Кушелева, это уже модерн 1914 года без всяких сомнений и примесей в исполнении архитектора Виктора Боброва. А вот в доме, который был на этом месте до него, в 1871 году жил Фёдор Михайлович Достоевский с женой. Здесь у них родился сын Фёдор. И место это они выбрали неслучайно. Анна Григорьевна, жена великого классика, писала, что поселились они здесь, чтобы их дочь Люба могла проводить жаркие летние дни в Юсуповском саду. Так что и я вам рекомендую сделать паузу в нашей прогулке и немного отдохнуть в саду князей Юсуповых.
Прогулка продолжается в ту же сторону по той же стороне Садовой, а ваше внимание всё более явно будет привлекать башня Дома городских учреждений. И пока вы не прочитали спойлеры, переходите по ссылке, чтобы поучаствовать в викторине и попытаться угадать стиль, в котором построено это здание! Там же будет и основная информация об особенностях его архитектуры: https://t.me/nbrzh/506
Дом городских учреждений это не только шедевр и памятник архитектуры федерального значения, это революционное по своему функционалу и для своего времени (1906 года) здание! Перечислим, что здесь находилось, а вы попробуйте загибать пальцы.
Подвалы и первый этаж предназначались для размещения 22 (!) магазинов. На втором этаже находились городской ломбард (вместе с управой и кладовой) и аналог современного военкомата. Третий и четвертый этажи занимали комиссии городской управы (тут пальцы у вас и закончатся) по образованию, снабжению столицы, благотворительности, водоснабжению, больничная комиссия, статистическое отделение (с архивом и книжным складом), торговая депутация. На пятом этаже были народные училища (вместе с жильём для заведующего) и Городской музей. Кроме того, городская типография заняла несколько помещений на разных этажах здания.
Это был буквально МФЦ до изобретения МФЦ. Хорошая новость в том, что здание продолжают занимать государственные организации, а это значит, что если вы будете гулять в будний день, то сможете зайти внутрь и попытаться найти сохранившиеся элементы внутреннего декора!
Также настоятельно рекомендую вам зайти во внутренний двор. Обычно дворы-колодцы не украшали, но здесь вы увидите много интересного!
Ну а мы двигаемся дальше по чётной стороне Садовой улицы в сторону ещё одной башни подозрительно напоминающей пожарную каланчу (это она и есть).
Сегодня слово «съезжий» для нас непривычно, но сложно назвать его непонятным. Значение этого слова на удивление очевидно: съезжий дом, это дом, куда съезжаются, где собираются.
Съезжие дома в Российской Империи - это здания, часто с замкнутым двором, где размещались полицейская и пожарные части.
Съезжий дом Спасской части. Садовая 58.
Мы не случайно шли по чётной стороне. Чтобы получше рассмотреть каланчу, вы перейдёте дорогу позже. Для начала вашей задачей будет найти на здании съезжего дома уцелевшие часы марки Винтер. Фирма Фридриха Винтера это буквально Rolex в мире башенных часов Российской Империи. Часы именно этой марки вы можете увидеть на Адмиралтействе, Думской башне, башне Московского вокзала и Училищного дома имени Петра Великого (впечатляющее здание со шпилем рядом с крейсером Аврора). Работала компания Винтера и с другими государственными учреждениями.
Часы марки Винтер на Съезжем доме Спасской части.
От башни переходим Садовую улицу, чтобы оказаться на Большой Подьяческой и отфотографировать Съезжий дом. Дальше нам будет нужно немного пройти по чётной стороне Большой Подьяческой, наслаждаясь блеском купола Исаакиевского собора впереди. И довольно быстро мы увидим наш следующий дом.
Здание Подьяческой трансформаторной подстанции городского трамвая (Большая Подьяческая 27).
«Во времена были, даже будки трансформаторные с подвывертом!»
«Реально трансформаторная подстанция?!»
Здание Подьяческой трансформаторной подстанции городского трамвая. Большая Подьяческая 27.
Да, умели строить, и реально даже трансформаторная подстанция с подвывертом. И, да, это самый настоящий модерн. Такой модерн, что можно под стеклянный колпак и в палату мер и весов. Но в добавок ко всему, это ещё и модерн в исполнении Алексея Зазерского. Именно он спроектировал многострадальный Дом Басевича. Но для меня показатель его гениальности - туалетный павильон в Александровском саду. И это не шутка. Работу, за которую другой архитектор не взялся бы, посчитав не достойной именитого зодчего, Зазерский выполнил с блеском. Поэтому после завершения этой прогулки, подумайте над тем, чтобы прогуляться до Александровского сада и найти этот павильон. Ещё и Исаакий сможете посмотреть.
А пока идём дальше до следующего перекрестка, видим уже знакомое название - проспект Римского-Корсакова. Поворачиваем налево.
Пересекая канал Грибоедова по Харламову мосту присмотритесь к дому, похожему на табуретку (Набережная канала Грибоедова 104/25). Это очень важный дом для русской литературы. Здесь после переезда в Петербург поселится Александр Сергеевич Грибоедов. А по мнению многих исследователей (хотя есть и противники этой версии) здесь жила ещё и Алена Ивановна. Как? Вы не знаете Алёну Ивановну? Простительно. Но имя её убийцы, Родиона, вы знать должны.
Не сворачивая идём вперёд до Никольского сада. Здесь можно обратить внимание на дом номер 33 по Римского-Корсакова (https://yandex.ru/maps/-/CHS2E07y). 1877 год, архитектор Виктор Шретер. Был фанатом стиля неоренессанс, но много строил и в стиле эклектики. А ещё он считается одним из зачинателей кирпичного стиля. Кто-то говорит, что он был первым архитектором этого направления, но я предпочту более аккуратную формулировку.
И этот дом тоже кирпичный стиль. А интересен он тем, что всё-таки чаще мы привыкли видеть русские национальные мотивы в кирпичном стиле. Здесь же мотивы мавританские. Но это всё-таки конусный объект, не главный. Поэтому идём дальше. Вперёд к Кашину мосту.
По нему мы пересечём Крюков канал и окажемся в Коломне. Коломну называют душой Петербурга. И я не могу с этим не согласиться. Уверен, вы тоже это почувствуете.
Это не центр, но оглядываясь по сторонам, вы ни на секунду не усомнитесь, что находитесь в Петербурге. Здесь совсем не многолюдно (особенно если не подходить близко к Мариинке). На этом этапе рекомендую вам замедлить шаг. Радикально замедлить. И обернуться.
Есть такая городская байка, что в Петр запрещал строить в Петербурге дома мрачных цветов. Мол, и без того у нас пасмурно, пусть хоть дома будут весёлых расцветок. Но к моменту, когда архитектор Овсянников строил этот дом (1912-1914), Пётр без малого два века, как умер.
Суровый и даже брутальный неоклассицизм этого здания кому-то может напомнить Дом Трёх Бенуа на Каменноостровском. И это не случайно, ведь Сергей Овсянников участвовал и в его проектировании. Заметна в доме Веге и ещё одна важная тенденция петербургской архитектуры десятых годов прошлого века: всё чаще вместо дворов-колодцев архитекторы (не в последнюю очередь по желанию заказчиков) строили дворы-курдонёры. Холодный расчёт - в домах с курдонёрами было элементарно больше видовых квартир, что увеличивало доход владельца.
Доходный дом Веге. Римского-Корсакова 41.
Посмотрев на дом Веге и преодолев Кашин мост, поверните налево и идите вдоль набережной Крюкова канала. Наша цель Пикалов мост.
Вставайте. Всё. Катарсис. Один из лучших видов Петербурга.
Помимо Пикалов моста, на котором вы стоите, удивительный септет Семимостья также составляют: Кашин мост, который мы прошли ранее, Красногвардейский, Ново-Никольский и Старо-Никольский, Могилевский и Смежный.
Семимостье.
Здесь можно и нужно простоять долго. Конечно, в первую очередь нужно смотреть на Николо-Богоявленский морской собор и его колокольню. Шедевр елизаветинского барокко середины XVIII века. Архитектор Савва Чевакинский настолько любил барокко, что с наступлением эпохи классицизма удаляется в своё имение, где будет вести практически отшельнический образ жизни.
Николо-Богоявленский морской собор в 1896 году.
Также ваше внимание привлечет и Исидоровская церковь при Православном эстонском братстве. И если вам кажется, что исторически эстонцы лютеране, у меня для вас сразу два необычных факта. Во-первых, на начало XX века (а церковь строили с 1903 по 1907 годы) в Петербурге было больше 20 тысяч православных эстонцев, и селились они преимущественно как раз в Коломне. Во-вторых, даже сегодня православие - самая крупная христианская конфессия в Эстонии. Да, до Второй мировой мировой войны протестанты составляли около 80% населения балтийской страны. Но сегодня Эстония это одна из наименее религиозных стран. Число лютеран радикально сократилось, а православных напротив увеличилось.
Исидоровская церковь при Православном эстонском братстве. Такой кадр можно поймать, если прогуляться ещё и после прогулки.
И не могу не отметить ещё один дом. Да, он выбивается из общей панорамы. Да, он «выпадает» исторически. Но я люблю геометризм советской архитектуры. А балконы на фасаде этого дома для меня вообще чистый Мондриан. Уже чувствую, как комментаторы пишут гневные сообщения, но попробуйте, приняв объективную реальность (этот дом уже построен), всмотреться, понять и полюбить.
Дом по Садовой 69.
Здесь наша прогулка заканчивается. Но есть варианты продолжения:
Для уставших:
Отдохнуть в Никольских рядах. Там есть, где посидеть, чем заняться и чем утолить голод и жажду.
Для жаждущих продолжения прогулки:
Дойти до Исидоровской церкви, чтобы получше её рассмотреть. А от нём отправиться к Новой Голландии. Там уже можно будет отдохнуть и поесть в самом необычном по форме гастро-пространстве Петербурга - Бутылке.
Для тех, у кого хорошая память:
Пойти в сторону Исаакия и погулять по Александровскому саду. Найти модерновый туалетный павильон проекта Зазерского и восхититься.
А здесь можно посмотреть ещё два моих маршрута прогулок:
Да, это модерн, но готические мотивы здесь очевидны. Именно они запутывают нас и осложняют задачу определения стиля. Так почему это именно модерн? Почему не готика? Почему не эклектика, которую отличает комбинирование разных стилей?
1. Декор. Начинаем с простого. Вы же присмотрелись к фотографиям дверей? Увидели асимметричные плавные растительные орнаменты? А сова? Всё это характерная символика модерна.
2. Назначение здания. Не случайно было отмечено, что одна из подсказок в названии дома. Дом городских учреждений - это МФЦ своего времени. А вот готика это про ритуальное, мемориальное, религиозное - это соборы и университеты. Подсказка здесь ещё и в том, что городские учреждения это что-то современное нам. А в 1906 году, когда здание было достроено, это было чем-то из будущего. Модерн всегда смотрит именно в будущее, вперёд. Функционал здания здесь является для нас явной подсказкой. Дальше будет становиться сложнее.
3. Пожалуй самым ярким отличием от готики в Доме городских учреждений является отсутствие каноничной для готики вертикали. Вспомните Кёльнский собор или Церковь Святого Михаила на Васильевском острове - они устремлены вверх. Готические здания в этом смысле напоминают магнитный песок - их словно тянет ввысь неведомая сила. Вертикали Дома городских учреждений разбиты на фрагменты и встроены в горизонтальную композицию.
4. Отсутствие симметрии и строгости. Это для модерна определяющее. Да, на первый взгляд Дом городских учреждений может показаться симметричным. Но если вглядеться в план дома, становится возможным понять, что это иллюзия. Объём здания это не система осей, а пластическая масса - мягкая, гибкая, в ней чувствуется лёгкость движения. И архитектор Лишневский здесь словно заигрывает с симметрией, как бы намеренно водит нас за нос. И это тоже важно и ведёт нас к следующему пункту.
5. Авторский почерк. Да, у великих архитекторов его можно увидеть даже в зданиях, построенных в стиле классицизма (самый строгий и консервативный). Но в модерне почерк важнее всего. Это всегда про автора. Это всегда высказывание. «Взгляд» творца доминирует над каноном. Да-да, то самое «я художник, я так вижу». Неоготика подчинена историческому образцу. Она, скажем так, воспроизводит средневековую эстетику. Модерн, даже используя стилистические приёмы готики, трактует её. Это не готика, это взгляд Лишневского на готику. И это ведет нас к шестому пункту.
6. Готические мотивы в доме городских учреждений это язык формы, но не её основа. Приём, а не конструктивная зависимость. Задайте себе вопрос: можем ли мы убрать здесь всё готическое? Да, можем. Да, изменится визуальный облик, но само здание останется. А если вы уберете готическое из готики (контрофорсы, нервюры - здесь вам может потребоваться поисковик), здание рухнет.
7. Но почему не эклектика? Ведь и для эклектики мотивы разных стилей это тоже язык! Верно. Но только эклектика создаёт мозаику, коллаж, если хотите. Она взбалтывает, но не смешивает. И формы разных стилей в эклектике «соседствуют», но не сливаются. А модерн создаёт единое, целостное произведение. Да, оно может и даже должно удивлять нас. Но даже так модерновое творение всё равно работает как органически выстроенный художественный образ. Вспоминаем тезис из 5 пункта. Модерн это про интерпретацию и переработку. А эклектика это набор, сборник цитат, если угодно.
Пожалуй, открою форточку🤣
Да, душновато, но мир интересен, только если им интересоваться!
Особняк Дерожинской в Штатном переулке – один из самых ярких образцов московского модерна. Особняк был построен в 1901 году по по заказу дочери текстильного миллионера Александры Дерожинской. Автором проекта был известный московский архитектор Фёдор Шехтель.
Шехтель лично курировал не только внешний вид здания, но и внутреннюю отделку, занимался разработкой интерьеров, мебели, светильников, предметов оформления и благоустройством сада. Интерьеры особняка украшены деревянной обшивкой, резными деревянными фризами, потолочной лепниной и росписями, плавными лестницами и каминами с облицовкой. Территория особняка обнесена эффектной металлической оградой с узором «Роза Глазго».
1/3
После октябрьской революции особняк национализировали, после чего в он сменил множество владельцев. С 1921 года особняк находился в ведении Бюро по обеспечению иностранцев: в нём проживали делегаты III конгресса Коминтерна, а в 1924-м — норвежская дипломатическая миссия. Затем в особняке размещался редакционно-издательский отдел Главполитпросвета, в котором работал писатель Александр Воронский. С 1925 до начала 1930-х годов особняк занимали представительства Узбекской, Туркменской и Таджикской ССР, дипломатическая миссия Китая. C 1959 года особняк передан посольству Австралии. В конце нулевых годов была произведена масштабная реставрация здания, после чего его вновь вернули австралийскому посольству.
Фото: Дзен, Pinterest Другие статьи об искусстве и архитектуре можно найти здесь и здесь
Дача Путята, которую в народе называют «Домом с башней» и «Карточным домиком» из-за форм окон, напоминающих масти игральных карт, является одной из самых оригинальных архитектурных достопримечательностей Кисловодска. Строительство особняка окружено ореолом загадочности: до сих пор доподлинно неизвестны точные сроки строительства особняка и имя автора проекта. По слухам, архитекторами здания могли быть Э.Б. Ходжаев или Фридрих Сталь. Заказчиком дома был начальник кисловодской железнодорожной станции Юлиан Верженский, затем дача перешла во владение Валентине Путята, происходившей из польского дворянского рода, вступившего в русское подданство в 1655 году.
Двухэтажный кирпичный дом с двухъярусной зубчатой башней и фигурными оконными проемами выдержан в стиле «курортный модерн». С задней стороны к зданию прилегает четырехъярусная восьмигранная башня с обзорным балконом и крышей, увенчанной шпилем.
Последняя владелица особняка — Валентина Путята, сдавала комнаты курсовой публике. После революции дача была национализирована. В 1920-х годах здесь располагался санаторий № 18 Цустраха, а в предвоенные годы в здании был санаторий им. ХⅤⅠ Партсъезда. В 1988 году в особняке снимался эпизод фильма Александра Сокурова «Спаси и сохрани» — авторской интерпретации романа Гюстава Флобера «Госпожа Бовари». После Перестройки загадочный «Дом с башней» оказался заброшенным, но в начале нового 2000-х годов перешел в частную собственность.
Фото: Wikimedia Commons, Дзен Другие статьи об искусстве и архитектуре можно найти здесь и здесь
Дом Бака был построен в 1904–1905 годах на Кирочной улице. Автором проекта был архитектор Борис Гиршович, который проектировал дома для еврейской общины Санкт-Петербурга. Собственник дома Юлиан Бак был издателем газеты «Речь» и инженером путей сообщения, поэтому внутренним коммуникациям и планировке дома уделялось особенное внимание.
Дома Бака выделяется роскошным фасадом с эркерами, лепниной и коваными украшениями, просторной планировкой квартир. Еще одной отличительной особенностью дома являются подвесные или воздушные галереи, которые соединяют вторые и четвертые этажи внутренних дворов с главным зданием. Они были сделаны для увеличения стоимости аренды и содержания квартир, так как люди, прежде чем попасть к себе во дворы, проходили через парадный подъезд и пользовались услугами швейцара. В доме Бака в разное время жили знаменитые деятели культуры, искусства и политики: военный министр Российской империи Александр Редигер, сенатор Нил Зуев, нефтепромышленник Павел Гукасов, балерина Нина Тимофеева, артист балета Василий Островский, художник Леон Бакст и другие.
Реставрация дома планировалась на 2030-е годы, однако группа инициативных жильцов добилась начала реставрационных работ в 2019 году. Во время реставрации дома обнаружили потайную комнату, расположенную над сводами вестибюля первой парадной. В комнате нашли документы Южной горнозаводской биржевой артели и газеты 1906 года на английском языке, привезённые с Дальнего Востока. Благодаря активности жителей удалось найти и вернуть в здание внутренние дубовые двери, которые были отправлены на реставрацию в конце 2000-х годов и оказались перепроданы под коммерческое использование: две резные створки были обнаружены позднее в кафе «Рубинштейн». Узнав о происхождении дверей, хозяева заведения вернули их жильцам дома. Также в 2019 году силами жителей дома был отреставрирован единственный сохранившийся внутриквартирный витраж.
Фото: Yandex Другие статьи об искусстве и архитектуре можно найти здесь
Дом Екатерины Фёдоровны Новокрещеновой – значимый архитектурный памятник самарского модерна. Здание было построено по проекту архитектора М. Ф. Квятковского в 1909 году. Особняк расположен на улице Фрунзе, является объектом культурного наследия регионального значения.
Фасад здания асимметричен, украшен плавными растительными рельефами и цветочными орнаментами, характерными для стиля модерн. Справа расположен выдающийся эркер, украшенный фигурными окнами с переплетом. Летом здание практически скрыто от глаз листвой деревьев и лучше всего видно только зимой.
Изначально особняк был частью большого городского поместья. В 1918 году здесь размещалась коллегия по подготовке Красной армии, а после прихода советской власти тут располагалось управление коменданта города и штаб 1-го интернационального полка 24-й Железной дивизии Славояра Частека. После окончания Гражданской войны здание передали под квартиры. Среди известных жильцов дома был композитор Г.Ф. Пономаренко, автор музыки к известной песне «Оренбургский пуховый платок». В настоящее время в здании находится Самарский филиал Санкт-Петербургского гуманитарного университета профсоюзов.
Фото: Игорь Халин, Yandex Другие статьи об искусстве и архитектуре можно найти здесь и здесь
