Первая мировая война отметилась несколькими инцидентами, в которых воюющие стороны проявили себя не в лучшем свете. Среди таковых у Германии выделяется нападение на британскую подводную лодку HMS E-13 в нейтральных датских водах.

HMS E-13 — субмарина типа E, построена на королевской верфи в Чатеме, вступила в строй 9 декабря 1914 года, уже после начала войны. Тип E представлял собой основу подводного флота Великобритании. Поскольку субмарины строились в три «приёма», они имели между собой некоторые технические различия. E-13 входила во вторую подсерию. Её водоизмещение составляло 673 тонны в надводном и 820 тонн в подводном положении. Длина — 55 м, ширина — 6,9 м.

Энергетическая установка состояла из двух восьмицилиндровых двухтактных дизельных машин Vickers мощностью 800 л.с. и двух электродвигателей мощностью 420 л.с. Подводная лодка имела максимальную скорость на поверхности в 16 узлов, в подводном положении — 10 узлов. В среднем, подводные лодки типа E имели запас топлива в 51 т и дальность хода 5238 км (2829 морских миль) при скорости 10 узлов. В подводном положении субмарина могла находиться до пяти часов. Максимальная расчетная глубина погружения составляла 30 м, хотя в годы эксплуатации некоторые из лодок типа E достигали глубины около 60 м.

Вооружение состояло из пяти 450-мм торпедных аппаратов: два в носовой части, по одному с каждой стороны в средней части и один в кормовой части; всего на борту находилось 10 торпед. Как и на большинстве ранних лодок типа E, на E-13 поначалу не имелось палубной артиллерии, но позже было установлено одно 76-мм орудие.

Служба HMS E-13 между декабрём 1914 года и концом лета 1915 года ничем примечательным не отличалась. Поход, начавшийся 14 августа 1915 года, тоже не обещал быть выдающимся. HMS E-13 и систершип HMS E-8 вышли из Харвича с намерением пройти в Балтийское море и начать охоту на немецкие транспорты, перевозившие железную руду из Швеции.

Ночью на 18 августа, во время прохождения Эресуннского пролива, на HMS E-13 вышел из строя гирокомпас. В условиях плохой видимости около часа ночи субмарина села на мель у датского островка Сальтхольм. Командир субмарины лейтенант-коммандер Джеффри Лейтон до утра не предпринимал каких-либо действий, так как устранить поломку не удавалось.

Около 05:00 севшую на мель лодку заметили датчане. Торпедный катер датского флота Narhvalen осмотрел место происшествия и, установив связь с Лейтоном, приказал тому сняться и уйти из датских территориальных вод в течении ближайших 24 часов, в противном случае HMS E-13 с экипажем будет интернирована. Лейтон развил кипучую деятельность: субмарину облегчали, сбрасывая в море топливо и снаряжение, но сняться с мели, глубина над которой была всего 3 м, не удавалось. Попытки связаться с Адмиралтейством тоже не принесли успеха: немцы глушили все радиочастоты. На берег был отправлен старший помощник командира — поискать кого-нибудь, способного отбуксировать подлодку, либо подготовить интернирование.

В 10:28 терпящих бедствие британцев обнаружили с немецкого торпедного катера G132, но, заметив приближение датских торпедных катеров Støren, Søulven и, несколько позже, Tumleren, тот отошёл. Несмотря на то, что британцы находились в территориальных водах нейтральной страны, командир G132 Пауль Граф фон Монгелас запросил инструкции у контр-адмирала Роберта Мишке.

Он командовал немецким флотом, действовавшим на Балтике. Поскольку ситуация с операциями немецкого флота в Рижском заливе была плачевной, Мишке расценил, что прорыв британской подводной лодки в Балтийское море недопустим, и отдал фон Монгеласу приказ уничтожить HMS E-13. В помощь G132 направили ещё один торпедный катер.

Встретившись, немецкие катера вновь подошли к Сальтхольму. Британцы всё ещё пытались сняться с мели, большинство членов экипажа находились снаружи лодки. Воспользовавшись этим, немцы приблизились на расстояние немногим более 300 метров и одновременно открыли огонь из палубных 88-мм и 52-мм орудий, а также пустили торпеды. Учитывая небольшую дистанцию, у британцев не было никаких шансов: много матросов было убито, а сама подлодка получила множественные попадания артиллерийских снарядов и торпед. Только небольшая глубина не позволила ей утонуть.

Со вспыхнувшим пожаром бороться было явно бесполезно, поэтому Лейтон отдал приказ покинуть субмарину. Это не помешало немцам продолжить обстрел: теперь они сосредоточили огонь на находящихся в воде британцах. Бойню прекратил датский катер Søulven, занявший позицию между немецкими торпедными катерами и их целью. Сочтя задачу выполненной, фон Монгелас дал команду отступать.

Датчане приступили к спасению британцев. В живых осталось пятнадцать человек. Ещё четырнадцать были подобраны мёртвыми, один пропал без вести. Выживших, включая лейтенанта-коммандера Лейтона, интернировали. Саму же HMS E-13 удалось снять с мели, после чего ее отбуксировали в Копенгаген, где она и простояла до конца войны.

Инцидент с уничтожением HMS E-13 повлёк за собой международный скандал: Дания была возмущена действиями немцев в своих территориальных водах. Великобритания и страны Антанты, в свою очередь, поспешили использовать историю HMS E-13 в целях пропаганды — они включили этот инцидент в собственный список военных преступлений Германии. Что же до немцев, они принесли свои извинения Дании и списали инцидент на излишнюю ретивость команды торпедного катера G132.

Экипаж HMS E-13 оставался интернированным до конца войны, за исключением лейтенант-коммандера Лейтона и его старпома, которым спустя три месяца после инцидента удалось сбежать и прибыть в Великобританию. Во многом за счёт этого Лейтон сразу получил под командование новую экспериментальную субмарину (HMS Swordfish) и вспоследствии дослужился до адмиральского звания.

HMS E-13 простояла в Копенгагене до конца войны. В 1918 году субмарину осмотрели британские офицеры и, найдя её серьёзно повреждённой, признали ремонт нецелесообразным. 6 февраля 1919 года правительство Великобритании продало подводную лодку одной частной датской компании за 150 000 датских крон, а та 14 декабря 1921 года перепродала субмарину на металлолом.

Возникает вопрос: было ли оправдана агрессия в отношении севшей на мель британской подводной лодки? Формально это нарушение международного права, но в годы войны нарушения были со всех сторон. Однако в этом случае польза вряд ли окупила последствия: Германия лишний раз запятнала себя в глазах общественности и испортила отношения с Данией, которые в условиях британской морской блокады были жизненно важными. Был ли инцидент вызван ошибочным решением контр-адмирала Мишке? Возможно, на этот вопрос однажды смогут ответить историки.

Материал подготовлен волонтёрской редакцией «Мира Кораблей»