Очень люблю красить всякое, поэтому сам процесс не записала, опомнилась уже когда они все были готовы)

Краски использую обычно Valejo и JimScale, отличная альтернатива необасновано дорогущим Citadel, хотя драи есть только у них. Следующий на очереди многоглазый летун из DnD (не помню его названия, простите). Всем красоты на полках)

На подходе Герои и существа)

Идя по улице современного города, каждый из нас видит сотни людей, которые мелькают вокруг в бешеном ритме. Точно так же заполняются трибуны во время спортивных состязаний или залы на концертах популярных певцов, когда в одном месте разом собираются тысячи человек. Все мы часть этого сложного мира и привыкли воспринимать его как данность. Но сколько людей нужно, чтобы создать и поддерживать то, от чего так спешат избавиться некоторые современные кабинетные историки и полевые археологи. Я имею в виду концепцию цивилизации. Египетскую, шумерскую или мезоамериканскую, абсолютно любую. Чтобы нащупать этот демографический минимум, стоит взглянуть на Кикладский архипелаг в Эгейском море.

Люди пришли на необитаемые острова архипелага из Анатолии за бритвенно-острым вулканическим стеклом, за обсидианом для изготовления орудий труда и оружия. Обсидиан был нефтью и золотом неолита сразу. В конце среднего - начале позднего неолита (ок. 5000–4500 гг. до н.э.) анатолийцы обосновались на перешейке между островами Парос и Антипарос, который дошёл до наших дней как островок Салиагос. Они построили каменную стену с бастионом, чтобы защитить старейшее известное земледельческое поселение на Кикладах от неизвестных нам недругов. Будучи земледельцами, они занимались добычей и обработкой обсидиана.

Во второй половине III тыс. до нашей эры, после долгого периода роста, последующего процветания поселений, развития металлургии и морской торговли, кикладская культура столкнулась с глубоким кризисом. Островные центры, включая укрепленное поселение Кастри на Сиросе, пустеют, и к концу раннего бронзового века жизнь на архипелаге словно замирает, оставляя археологам лишь редкие следы присутствия немногих общин. В начале II тыс. до нашей эры, уже в среднекикладский период, начинается медленное возрождение. Исследователи фиксируют 12 очагов жизни, однако большинство из них изучены слабо. Лишь некоторые центры, такие как Филакопи на Мелосе, развивались непрерывно, тогда как другие основывались на новых местах. Общие масштабы этого запустения очевидны: из 51 обнаруженного поселения раннего бронзового века до среднего периода дожили всего 18.

Такое резкое сокращение числа памятников указывает на глубокий демографический кризис. По оценкам некоторых исследователей, население архипелага в этот переходный период упало примерно с 35 тысяч до 20 тысяч человек. Это внезапное угасание островной жизни выглядит особенно примечательно на фоне остальной Эгеиды, где во многих внутренних материковых и прибрежных областях, напротив, фиксируется демографический рост.

В конце III тыс. до нашей эры всё Восточное Средиземноморье страдало от глобальной засухи, добившей, в частности, Древнее царство в Египте. На Кикладах этот климатический удар наложился на демографическое давление, прогрессирующее обезлесивание островов и истощение легкодоступных поверхностных руд меди, серебра и золота. В условиях голода и нехватки ресурсов резко обострилась внутренняя конкуренция. Хрупкая островная система жизнеобеспечения опиралась на целый флот из так называемых длинных лодок, связывающих островитян с Критом, континентом и Западной Анатолией.

Для всего одной длинной лодки требовался строительный лес и 25-50 молодых, сильных гребцов, содержание которых в условиях неурожаев стало неподъемным бременем.

Историк Киприан Бродбанк считает, что для поддержания флота из нескольких таких лодок общине требовалось как минимум 150-200 взрослых мужчин.

Вероятно, чтобы выжить, кикладцы пытались отнять у своих сотоварищей по беде последнее. Люди из поселения вроде Кастри на Сиросе, Панормосе на Наксосе и на горе Кинтос на Делосе были вынуждены строить оборонительные стены с башнями (не все согласны с назначением этого сооружения), уходить в труднодоступные убежища, а затем и вовсе покинуть остров (так или иначе).

Ученые связывают эти проблемы со спецификой островной логистики. Традиционно считалось, что кикладцы стали беззащитными жертвами пиратства, однако устройство их быстроходных длинных лодок говорит о том, что островитяне сами активно участвовали в морском разбое и контроле торговых путей. Появление крепостей вроде Кастри указывает на рост глобальной конкуренции и изменение характера войны в Эгеиде. Столкновения за ресурсы и внутренние раздоры на ограниченных территориях островов усугубили кризис, эти процессы отдаленно напоминают хаос в Древнем Египте во время Первого переходного периода. В это время стены начинают строить не только на материке, но и в самых труднодоступных высокогорных убежищах архипелага.

Изменилась и экономическая модель. В период расцвета островитяне успешно добывали и распределяли обсидиан, мрамор, медь, свинец и золото, чтобы (предположительно) получить продовольствие. В среднем бронзовом веке легкодоступные поверхностные руды истощились, что даже вынудило кикладцев искать внешние источники.

Здесь я должен честно показать наш реальный уровень знаний экономики кикладцев. Мы не знаем, каким образом 35 тысяч островитян обеспечивали себя едой. Даже с учётом мягкого климата и плодородных вулканических почв, террасного земледелия, разведения коз и масштабного морского промысла, Кикладские острова (даже с учётом их тогдашней большей площади) не кажутся способными прокормить столько людей. Мы точно видим следы колоссальной внешней торговли: тонны милосского обсидиана, медь Китноса и наждак Наксоса находят от Балкан до Анатолии. На кикладском Даскалио лежат тысячи тонн привозного мрамора для удивительного культового центра. Но мы не видим абсолютно ничего долговечного, что приходило бы на Киклады взамен. Одновременно все наши расчёты потенциальных поставок зерна или сушёного мяса и рыбы разбиваются об максимальную оценочную грузоподъёмность кикладских длинных лодок. Мы не видим чего-то важного, чтобы этот пазл торговли в один конец сложился в цельную картину.

В среднем бронзовом веке мир мелких островных общин столкнулся с возвышением минойского Крита, где укоренилась первая дворцово-храмовая цивилизация. Критяне стали использовать парус и эффективные длинные вёсла на новых более мореходных и вместительных кораблях. Это вывело большой остров и его огромное для региона население из изоляции.

Острова Кикладского архипелага изначально были скудны плодородными землями для быстрого роста населения. И даже эти посевы и пастбища были разделены морем, которое мешало объединить усилия для противостояния соседям с Крита и континента. Островные элиты были вынуждены приспосабливаться к новому миру. На юге, особенно в Акротири на Тере, местные общины заимствуют у критян администрацию, отчасти искусство и моду. Возможно, предоставляют минойцам свои гавани. В то же время северяне перенимают континентальные элладские элементы культуры. Теперь кикладцы выступают уже как потребители иноземных товаров и идей. Примерно после 1600 года до н. э. в позднем бронзовом веке на островах фиксируются признаки возрождения. Археологические исследования показывают, что в этот период на Кикладах существовало уже 32 поселения (ранее в среднем бронзовом веке - лишь 18). Из них 11 были преемниками прежних, а 21 появилось заново. Население архипелага снова выросло до примерно 30 тысяч человек, что, вероятно, являлось максимумом для Киклад.

Большинство этих населённых пунктов остаются неизученными. Раскопаны лишь Филакопи на Мелосе, Айя-Ирини на Кеосе и Акротири на Тере. Каждое из этих мест представляет собой сложную задачу для историков. Исследователи спорят, что можно считать самобытной кикладской культурой, а что заимствованным с Крита и ахейской Греции. Маловероятно, что это была массовая физическая колонизация, как и прямое подчинение военной силе. Скорее речь идет о сложном сочетании дипломатии, торговли и силы.

Значит ли ранняя история Киклад, что для создания цивилизации не нужны густонаселённые обширные речные долины? Значит ли это, что нескольких десятков тысяч человек, рассеянных по клочкам суши, оказавшихся в нужное время в нужном месте, хватит, чтобы запустить культурный и технологический "двигатель" древней Эгеиды? Можем ли мы вообще говорить о Кикладской цивилизации? Всё это сложные вопросы, на которые историки разных поколений и научных школ отвечают по-разному. Что лишний раз подчёркивает сложность вопроса, ограниченность наших знаний и крайне малое число компетентных исследователей.

Опираясь на стабильный спрос на обсидиан, островитяне подчинили себе море, дотянулись на своих крошечных лодочках до отдалённых соседей и создали фундамент для блестящих эпох минойского Крита и ахейской Эллады.

Их было пугающе мало, а их мир был построен на пределе экологических и логистических возможностей региона. Жизнь без права на ошибку и запаса внутренних сил для преодоления результатов природных или социальных потрясений.

Всего 30 тысяч человек! Это много для раннего бронзового века, достаточно чтобы попытаться возродиться в среднем и катастрофически мало на фоне Кносса или Микен позднего бронзового века. Возможно, что цивилизацию и можно построить числом людей, вмещающихся в один современный стадион, но чтобы удержаться под напором песков Времени, явно недостаточно.

1. Broodbank, Cyprian. The Longboat and Society in the Cyclades in the Keros–Syros Culture. American Journal of Archaeology 93(3), 1989. DOI: 10.2307/505584.

2. Broodbank, Cyprian. An Island Archaeology of the Early Cyclades. Cambridge University Press, 2002.

3. Renfrew, Colin et al. “Keros: Dhaskalio and Kavos, Early Cycladic Stronghold and Ritual Centre: Preliminary Report of 2006 and 2007 Seasons.” 2007.

4. Theodoropoulou, Tatiana. “Fishing (in) Aegean seascapes: early Aegean fishermen and their world.” In: Vavouranakis, Giorgos (ed.), The Seascape in Aegean Prehistory. Aarhus University Press, 2011.

5. Cline, Eric H. (ed.). The Oxford Handbook of the Bronze Age Aegean. Oxford University Press, 2012 (orig. 2010).

6. Renfrew, Colin et al. The Sanctuary on Keros and the Origins of Aegean Ritual Practice: Kavos and the Special Deposits. Cambridge University Press, 2015.

7. Angelopoulou, Anastasia. “Early Cycladic Fortified Settlements: Aspects of Cultural Continuity and Change in the Cyclades during the Third Millennium BC.” Archaeological Reports 63 (2017).

8. Marthari, Marisa; Renfrew, Colin; Boyd, Michael J. (eds.). Early Cycladic Sculpture in Context. Oxbow Books, 2017.

9. British School at Athens. “Evidence for advanced architectural planning at the early prehistoric site of Dhaskalio in the Aegean.” 2019.

10. Alušík, Tomáš. “Fortifications and Defensive Architecture.” In: Brill’s Companion to Warfare in the Bronze Age Aegean. Brill, 2023. DOI: 10.1163/9789004684065_003.

11. Ünar, Şükrü. “The Middle and Late Bronze Ages in Greece: Social Collapse or Transformation?” Pamukkale University Journal of Social Sciences Institute 72 (2026).

12. Museum of Cycladic Art. “Settlements of the Cyclades in the 3rd millennium BC.”

❯❯ Historia Maximum Eventorum ❯❯ это 12 выпусков журнала, спецвыпуски, и другое БЕСПЛАТНО

Проект: Historia Maximum Eventorum
Автор: Максим Ферапонтов

Поддержка: F U N P A Y

Вот здесь на прошлой неделе я показывал покрас Киклад

А вот здесь - покрас дополнений к Кикладам

Монохромный же покрас - это более экономичный вариант полноценного. Помимо меньшей цены \ меньшего времени работы, у монохрома есть ещё немаловажный плюс - фигурки армий легче различить на игровом поле

Чудовища при монохромном покрасе красятся точно с такой же детализацией, как и при обычном. Это ключевые фигуры, они задают тон всей комнате (с)

А вот для воинов и кораблей был выбран ключевой цвет по каждой фракции. Основной оттенок, затенение, пара высветляющих оттенков - и рельеф готов. Для большей живости на каждой модели есть пара элементов, покрашенных в металлик

На парусах кораблей нарисована эмблема в виде "греческого" глаза

Стоит ли говорить, что заказчик и на этот раз остался доволен? :-)

Сделать собственный заказ или купить что-нибудь уже покрашенное можно в любое время

Киклады - первая игра серии настольных стратегий, в которую также входят Иниш, Кемет и Юкатан

Киклады увидели свет в уже далёком 2009 году. На тот момент это был весьма новаторский подход к стратегическому жанру "захват территорий" - упор не на сражения сотен мелких миниатюр стенка на стенку, а на грамотное использование спец-способностей + включение элементов евро-жанра

В игре 95 миниатюр - 40 древнегреческих воинов и 40 кораблей, поделенных на пять игровых фракций, 10 жетонов в виде колонн и 5 мифологических чудовищ

Слева направо - Минотавр, Кентавр, Кракен (вообще-то он из скандинавской мифологии, ну да ладно), Циклоп, горгона по имени Медуза

Заказчик попросил подставки одинакового чёрного цвета. Поэтому цветовые различия между фракциями пришлось усилить. Например, у воинов в красном и щиты бронзовые с красноватым отливом, а амазонки в жёлтом - поголовно блондинки

На парусе каждой галеры нарисован символ в виде глаза - отличный способ дополнительно оживить внешний вид флотилий на игровом поле

У игры есть много дополнений. Парочку из них покажу в завтрашнем посте

Сделать собственный заказ или купить что-нибудь уже покрашенное можно в любое время

Как и минойцы, кикладцы были морским народом, и те ресурсы, которые можно было найти на одном острове, очень быстро становились общим достоянием. Например, визитной карточкой их цивилизации стали мраморные вазы и статуэтки (главным образом, женские), которые находят в могильниках всего архипелага, хотя не все острова богаты мрамором. Кстати, большая часть кикладских сосудов может стоять, но их можно и подвешивать. Обычно это свойственно кочевым народам, но в данном случае можно предположить, что эти сосуды использовались как раз во время морских походов.

А начали заниматься мореходством эти люди, скорее всего, ещё до возникновения их общности, поскольку расположение островов позволяет путешествовать, не выпуская из виду сушу, что весьма мотивирует начинающих моряков (так, говорят, когда-то добрались до Австралии). И, судя по тому, что обсидиан с острова Милос был найден на Пелопоннесе в слоях XI тыс. до н.э., на Кикладских островах всё тоже было разведано и освоено ещё в палеолите.

Один из первых этапов кикладской цивилизации называется культурой Гротта-Пелос (3000 - 2650 гг. до н. э.).

В это время в мире происходят следующие события:

- в Египте идёт Раннее Царство с его первыми малоизвестными правителями, пытающимися объединить страну

- в Шумере господствуют пока именно шумеры, время от легендарного потопа до легендарного Гильгамеша

- к 2600-м гг. до н.э., то есть во времена Гильгамеша, в долине Инда складывается Хараппская цивилизация

- в Китае складываются основные неолитические культуры - яншао и луньшань

- между Чёрным морем и Уралом бродят праиндоевропейцы

На этапе культуры Гротта-Пелос люди окончательно перешли к неолиту, осваивая металлы (начали добывать медь, а потом и изготовлять из неё бронзу). Их хозяйство стало производящим (ячмень, виноград, оливки, овцы, козы, свиньи). Конечно, не отказывались и от рыболовства, главным образом, поглощали тунца, - в поселениях находят огромное количество рыбьих костей.

В это время немного увеличивается продолжительность жизни: если среди самых древних останков не найти умерших старше тридцати лет, то теперь мужчины стали доживать до сорока и даже пятидесяти (а женщины до тридцати, но до тех пор они жили ещё меньше).

Одна из самых интригующих находок - могильник на необитаемом острове Керос, куда на протяжении многих веков кикладцы приносили разбитые мраморные фигурки, сосуды и другие ценные предметы: там нет ничего целого. Что это - главная кикладская свалка или ритуальный центр? Предполагается, что могильник был местом паломничества, а предметы разбивали, чтобы ритуально "убить" их и отправить на тот свет его силу и сущность. Либо фигурки просто разбились со временем, и тогда никакой тайны нет.

Что касается самих фигурок, они все выполнялись в едином стиле. Во-первых, они могли только лежать. Во-вторых, были только женскими. Верхняя часть головы у них плоская, а глаз и рта нет, потому что их не вырезали, а рисовали (на некоторых остались следы краски).

Если культура Гротта-Пелос частично совпадает с раннекикладским периодом, то далее идёт среднекикладский (2100-1675 гг. до н.э.) и позднекикладский (1675-1100 гг. до н.э.) периоды. Период расцвета как раз приходится на раннекикладский период, то есть на III тыс. до н.э.

Помимо загадочных фигурок кикладцы делали ещё одни странные предметы, археологи и историки условно называют их "сковородками". Возможно, эти керамические сосуды использовались как зеркала, когда в них наливали воду или полировали до блеска. Возможно, и правда это были сковородки, блинчики жарить. И яичницу. Или что у них там было. Хотя следов жарки на них нет, так что это наименее вероятный сценарий.

Как и всегда в подобных случаях, предпочитают считать, что это некий культовый предмет, тем более что повторяющиеся схематичные изображения на дне могут быть интерпретированы как устройство мира по версии кикладцев (некий центр, и что-то хаотичное вокруг).

Интересно, что со временем сковородки приобретают другой вид: вместо единого центра можно увидеть множество точек, а внизу яркий и крупный треугольник, скорее всего, символизирующий женский орган (в маленьком варианте его можно увидеть и на верхней сковородке справа).

Ручка, состоящая, как правило, из двух, возможно, символизирует ноги. А изображение в круге, видимо, символизирует сами острова (рядом с ними можно увидеть изображение рыбки и корабля). Есть версия, что к этому моменту кикладцы начали осознавать себя уже не принадлежащими к одному острову, вокруг которого море и хаос, а стали чувствовать себя частью всей островной системы. Хаос по краям остался, но его стало меньше.

Также в это время одним из самых часто изображаемых животных становится почему-то ёж.

Человеческие фигурки постепенно становятся более объёмными, более совершенными и разнообразными. Теперь делают и младенцев, и детей, и музыкантов без определённого пола, и даже скульптурные группы. Появляются теперь не только лежащие фигуры, но и сидящие (и даже иногда стоящие). Все эти фигуры клались в могилы усопшим, но что именно символизировали - божеств, души, проводников или слуг - сказать сложно.

Ещё одна загадка, оставленная нам жителями Кикладских островов, а именно острова Терасия: протописьменность. Во всяком случае на одном из сосудов этого острова найден отпечаток, который, возможно, является не просто орнаментом.

О расшифровке при таком объёме и сохранности (и при отсутствии информации о языке) речи не идёт, но если вдруг это и правда буквы, иероглифы или слова, то эта письменность старше Критской (та появилась в 2000-х годах, а здесь 2500-е).

Впрочем, даже если так, видимо, она использовалась очень ограниченным числом людей и не получила развития.

Всё, теперь у нас есть представление о кикладцах, и если они будут упомянуты в контексте других культур, мы будем понимать, о ком это.

Источники:

• Николас Хаммонд "История Древней Греции"

• википедия и видосики (конкретно про Киклады книг не нашла, если знаете, пишите)

• лучшая лекция по теме - Александр Бутягин "Искусство Кикладской цивилизации"

• The Archaeoogist "Therasia’s 4,500-Year-Old Seal Impressions: The Earliest Known Form of Writing in the Aegean?"

Греция тогда только начинала выходить из каменного века. Корабль затонул примерно в 2250 году до н. э., во II протоэлладский период. Люди того времени начали использовать медь всего за 600 лет до этого и только учились работать с бронзой. Обломки, разбросанные на дне моря, рассказывают нам о переходе от каменного века к более развитым технологиям.

Среди находок — каменные якоря, представляющие собой сланцевые валуны весом около 20 килограммов с просверленными отверстиями. Это вообще первые каменные якоря, найденные на месте кораблекрушения. Также на дне обнаружены сотни керамических изделий: чашки, кухонная утварь и урны. Всё это было сделано вручную, без гончарного круга. Кроме того, на корабле перевозили свинцовые слитки из Лавриона (Аттика), наждак и обсидиановые лезвия с островов Наксос и Милос.

Изучая керамику, археологи сделали удивительное открытие. Среди обломков найдено как минимум семь видов сосудов для соусов, которые происходят из разных регионов Греции. Это говорит о том, что корабль был торговым судном, перевозившим посуду из разных мест. Возможно, он следовал по маршруту от Южной Эвбеи к Сароническому и Арголидскому заливам, но это могла быть лишь часть более длинного пути. В ещё более ранние времена жители Кикладских островов активно торговали с минойским Критом, обмениваясь ресурсами и товарами.

Интересно, что расположение якорей и фрагментов керамики позволяет определить длину и грузоподъёмность древних судов. Более того, анализ глины, органических включений в её составе, методов формовки, а также стилей окраски и орнаментации сосудов помогает установить их происхождение. Эти данные дают учёным возможность определить, где именно был изготовлен каждый из исследуемых артефактов.

Особое внимание уделяется материалам, которые использовались в древности. Например, наждак и обсидиан в регионе Эгеиды встречаются только на Кикладских островах. Химический анализ позволяет не только подтвердить их происхождение, но и указать конкретное место добычи. Аналогичная ситуация и со свинцом: каждый источник добычи и плавки этого металла имеет уникальные примеси, что помогает идентифицировать его происхождение.

Следует отметить, морская торговля в древности сама по себе не удивительна, но возраст этой находки поражает. Корабль затонул за 700 лет до появления письменности у греков и почти за 2000 лет до расцвета античных Афин. Это самое древнее прямое свидетельство морской торговли в Эгейском регионе.

А что это был за корабль? У нас есть только изображения на кикладских, элладских и минойских артефактах того времени. Скорее всего, это была длинная плоскодонная лодка длиной 15–20 метров, выдолбленная из цельного ствола с дополнительными бортами или сшитая верёвками из нескольких длинных досок.

В любом случае речь идёт о так называемых "длинных лодках". Изображения и модели таких лодок, найденные в Эгеиде, дают представление об их внешнем виде. Например, турецкая реконструкция одной из таких лодок основана на находках, известных как Дуврская лодка и лодка из Ферриби, относящиеся к бронзовому веку.

Важно отметить, что это было именно гребное судно, так как в этот исторический период в регионе нет ни одного изображения паруса. Это подтверждает, что древние мореплаватели полагались на мускульную силу, а не на ветер (ведь парус ещё не пришёл в Эгеиду с Ближнего Востока).

Экипаж составлял 15-20 гребцов с грузоподьёмностью около одной тонны. Небольшое судёнышко для смелых мореходов!

Конечно, все эти выводы сделаны на основе косвенных данных, и реконструкция древних технологий и судов остаётся сложной задачей. Однако на данный момент это единственный доступный способ восстановить картину прошлого, и каждая новая находка помогает уточнить наши знания о древних цивилизациях.

Наше представление о Греции того времени довольно смутное. Мы знаем, что это был непростой период: многие прибрежные поселения были укреплены, некоторые разрушены и сожжены. Население сокращалось, но, несмотря на это, торговля продолжалась. Этот корабль — доказательство того, что даже в тяжёлые времена люди поддерживали экономические связи и обменивались товарами.