— Всех бы этим серпом тут оскопить! — процедил Питон, глядя на вывеску и рванул в храм.

Великая часовня ДжулиАНУСА — тот самый храм, посвящённый, нет не анусу, слава богам, а  одному из Девяти Божеств, Джулианосу. Величественное здание возвышается над домами горожан и городскими стенами в юго-восточной части города. И там было то, за что Лимстим Питон любил Скинград. Тишина, умиротворение и вино братьев Сурими. Отмахнувшись от какого-то босмера попрошайки, возможно каломника и кивнув капитану Диону, жрец вошел внутрь и направился помолиться своему богу. Мара, Дибелла, Кинарет, Акатош, Аркей,  Зенитар, Талос, Джулианос, Стендарр. Лимстим Питон замер. А кому молиться? Какого бога он жрец?!  Девять дорог. И ни одна не ведёт к дому.

Акатош
Бог-дракон времени. Великий отец, начало всех начал.

— Время, — прошептал Лимстим, стоя перед алтарём. — Я всегда хотел его замедлить. Чтобы подольше побыть на выходных. Чтобы не наступало утро, когда надо идти на работу.

Он положил руку на холодный камень.

— Но время — это не бог. Время — это тюрьма. И дракон её охраняет. Пошёл ты, дракон.

Лимстим Питон отошёл, не помолившись.

Аркей
Бог цикла рождения и смерти. В его силах — переход души из одного состояния в другое. Жизнь — смерть — жизнь.

— Я  бы был отличным некромантом, — Лимстим почесал голову. —  Но уж больно мрачно всё это. Мрачнее только Милосердная Матушка Тёмного братства. А я что? Ассасин? Забудьте пожалуйста.

Он положил на алтарь кусочек вяленой рыбы-убийцы. Рыба не разложилась. Видимо, Аркею было всё равно.

Дибелла
Богиня красоты, любви и… эстетики. Её храмы — самые красивые. Её жрецы — самые улыбчивые. Эх Дибелла.

— Но Дибелла на уду меня вертела, — Лимстим посмотрел на своё отражение в витраже.

Он поставил свечку. Дибелла не зажгла её. Видимо, решила, что он шутит.

Джулианос
Бог мудрости и логики. На алтаре скромная пирамидка.

— Я выбираю мудро, — кивнул Лимстим Питон

Он чихнул. Пыль с алтаря попала в нос. Джулианос не проснулся.

Зенитар
Бог работы и торговли. Его жрецы никогда не сидят без дела. И без золота.

— Золото хорошо, — признался Лимстим Питон. — Но работа плохо. Это не работа. Это — образ жизни.

Он положил дрейк на алтарь. Зенитар не ответил. Наверное, мало

Кинарет
Богиня неба. Она управляет погодой, ветрами и дождями.

— Если бы я служил тебе, — Лимстим поднял голову к потолку, — я бы управлял погодой и наслал бы неплохую бурю на парочку орков.

Лимстим Питон помочился под алтарь. Кинарет не наказала. Может, не заметила. Может, ей всё равно.

Мара
Богиня-Мать. Мать любви, плодородия, семейного очага.

— Мара, — прошептал Лимстим. — Когда в следующий раз одолеют лобковые вши, я к тебе вернусь.

Он погладил статую. Статуя не потеплела.

Стендарр
Бог милосердия и терпения. Его жрецы ходят в грубых рясах и никогда не жалуются.

— Я терпел, — сказал Лимстим. — Десять лет терпел каргу и её кисель. Но это не милосердие. Это — безысходность.

Он вздохнул. Стендарр молчал.

Талос
Бог войны и власти. Человек, который стал божеством. Его алтарь — самый строгий. И самый пыльный.

— Фалос не бог, — прошептал Лимстим.

Тишина.

— Не отвечаешь? — Лимстим усмехнулся. — Правильно. Потому что ты не бог.

Лимстим Питон повернулся и пошёл к выходу. Все боги, аэдра и даэдра симпатизировали жрецу. Но всё-то где-то было не то, не так, что-то смущало, расходилось и не состыковывалось. Чесалось и конфликтовало.

На выходе из часовни его окликнул примас Валандрус Абор, нет не вопросом про анус, слава богам.

— Ты выбрал, путник?

— Выбрал, — не оборачиваясь, бросил Лимстим. — Я выбрал себя. А боги... боги подождут.

Лимстим Питон, жрец Девяти, так и не проклял никого защёчной затрещиной. Он вернулся в Таверну «Западный вельд» и спустился в  погреб,  где его уже заждался алхимик Синдерион. Немного лунного сахара, скуумы и мысли о выборе божества и шумных орках, будто в поместье Гораков, ушли куда-то далеко. Наутро потребовался литр желудочного киселя и невозможно болел анус. Боги, спасите нас.

фрагмент из письма

"Неужели же ты видишь благочестивую красоту там, где царство находится в руках попа-невежды и злодеев-изменников, а царь им повинуется? А это, по-твоему, «супротивно разуму и прокаженная совесть», когда невежда вынужден молчать, злодеи отражены и царствует Богом поставленный царь? Нигде ты не найдешь, чтобы не разорилось царство, руководимое попами. Тебе чего захотелось – того, что случилось с греками, погубившими царство и предавшимися туркам? Это ты нам советуешь? Так пусть эта погибель падет на твою голову!"

Почему я именно жрец? Потому, что хотел примкнуть куда-то, чтобы "братья" кормили меня, а я бы читал книги и набирался мудрости.

Безусловно я властный сластолюбец, жаждущий силы и могущества. Осталось только выбрать домен.

Кто я? Жрец домена Смерти? Трепещите, насекомые, ибо я - некромант? Астральный кудесник! Пророк древних богов! Чудотворец! Маг порталов! Еретик! ПОВЕЛИТЕЛЬ АРМИИ ЖИВЫХ МЕРТВЕЦОВ! ВЛАСТЕЛИН УЖАСА! ПОКРОВИТЕЛЬ НЕЖИТИ! ВЛАДЫКА КОШМАРОВ! КРОВАВЫЙ ЖНЕЦ! МРАЧНЫЙ СТРИГОЙ! МОРОКУН ПРОКЛЯТИЙ! АПОФЕЗ СМЕРТИ! АПОСТОЛ РАЗЛОЖЕНИЯ! ТЕМНЫЙ МЕССИЯ! СТОЛП ЭНТРОПИИ! СОБИРАТЕЛЬ ДУШ! ГОЛОС АПОКАЛИПСИСА! ВСАДНИК МРАКА! ПЛАМЯ РАЗДОРА! СЕМЯ ХАОСА! ГОРЕЧЬ СКВЕРНЫ! АРМАГЕДДОН ЛЖЕУЧЕНИЙ! ПРОПОВЕДНИК МЕРЗОСТИ! СОКРАТ ЕРЕСИ! ГЛАВА КУЛЬТА! ПРОБУДИТЕЛЬ СУЩЕГО! ТКАЧ МАТЕРИИ! СВЕЖЕВАТЕЛЬ РАССУДКА! ПАЛАЧ РАЗУМА! БИЧ МИРОЗДАНИЯ! ТВОРЕЦ БЕЗУМИЯ! ПРЕДТЕЧЕ БЕЗЛИКОГО! РАЗРУШИТЕЛЬ СНОВ! ЯЗЫЧНИК ВЕДУН! ЧЕРНЫЙ ВОРОЖЕЙ! ВОЛХВ БЕЗДНЫ! ЖРЕЦ МОРОКА! НАУЗНИК ДРАКОНОВ! ПОРТЁЖНИК САКРАЛЬНОГО МИРА! ПОРТЕЛЬЩИК ПРИЗРАКОВ! ПОРЧЕЛЬНИК ЗАБЛУДШИХ ДУХОВ! ЧАРОВАТЕЛЬ ПСИХИКИ! ЗЛОВЕЩИЙ ШЕПТУН! ВЕЖЛИВЕЦ ЗЛОВОНИЯ! АВОДНИК ПУСТОТЫ! ОКУДНИК СТРАХА! БААЛЬНИК МАГМЫ! ВЫРЕЙ ТЕМНОТЫ! Я САМА ТЬМААААААААААААА!

Гхм. Извините.

Или всё же Жрец Домена Обмана? Мастер ассасин? Ловкач, игрок, пастырь над шептунами, оскопитель, милосердная матушка, пошли мне своё дитя?

Инквизитор? А может скромный друид домена природы... Или вообще, мирской слуга, уединённо работающий на мельнице. Или на пивоварне. Лучше на пивоварне. Кормчий.

А может юродивый, дурачок при Приходе? Кстати, у меня приход. Городской сумасшедший.

Или жрец домена войны, молчаливый, терзаемый видениями герой с алебардой.

В общем, довольно широкий спектр предысторий, что мне очень нравится. Отшельник из хижины в Хла Оуд. Маг-отступник, живущий на болотах Диких Земель.

Буквальная кобра известна тем, что она, когда наносит первый удар, не убивает, не жалит, хотя её яду достаточно, чтобы умертвить достаточное число объектов. Удар кобры носом, в отличие от укусов прочих змей, исключительно предупреждающий. После первого безвредного удара кобры, у человека перед следующим, уже ядовитым ударом, есть время и возможность своё поведение изменить.

Смысл символа «змея» мы поняли раньше, чем поняли, кто в мире Учителей есть гриф. Змея – тоже Учитель, но иного, чем гриф, рода. Кобру можно сравнить с мачехой из сталинского фильма «Золушка». В «Золушке» многим не понятно, зачем отец Золушки для своей осиротевшей дочери выбрал такую злобную мачеху-змею.

Мужик он видный и не бедный, ведь он – королевский лесничий, мог бы выбрать для дочери гораздо более добрую мачеху. А он, вместо этого, выбрал такую, злей которой и не сыскать. К тому же, с двумя дочерями. Тоже, само собой, хамками. Ради чего отец Золушки согласился на этот довесок? Явный жрец влюбился? В смысле, потерял голову? Не смешно.

В результате этого странного выбора отца из терроризируемой Золушки воспиталась царица, да такая, о которой народ может только мечтать.

Механизм получившегося усилиями Золушки воспитания такой: мачеха, как курица, пытается клюнуть Золушку, пытается клюнуть в виде выдаваемых немыслимых по сложности домашних поручений.

А Золушка нисколько мачехе не мстит, как то сделали бы неудачницы, а, наоборот, изо всех сил так старается понять скрытое для неудачниц устройство окружающей действительности, чтобы эти немыслимые по сложности поручения выполнить.

Для выполнения этих поручений Золушка вынуждена проникать в волшебный мир, точнее сказать, в жреческий мир, как следствие, становится мудрой царицей мечты людей.

Здесь видны два различных подхода к тому, как реагировать на «клевания» Судьбы. В лице, скажем, мачехи-кобры. Можно плакать, жаловаться и мстить, а можно изо всех сил стараться проникнуть в жреческий мир.

«Кобра», контакт с ней, если угодно, противостояние – часть жреческого посвящения. Что удивляться, что опасная змея наравне с грифом находится на тиаре высшего, пусть подчас лишь номинально высшего, жреца Древнего, в период процветания, Египта.

Продолжение следует…

Это отрывок из главы «Грифы и Стимфалийские птицы» книги Алексея Меняйлова «Сталин, чёрный порядок, священные грифы».

Более подробно о механизме становления Золушки царской невестой можно узнать в ролике «Золушку царской невестой воспитал отец, сделав то, что другие отцы не делали» https://vairgin.com/zolushku-tsarskoy-nevestoy-vospital-otets-sdelav-to-chto-drugie-ottsy-ne-delali/.