Ага, ага... Тех, кто не доволен государством - закатать в асфальт... Автор оперирует общими словами.. а вот получается именно этих людей по его мнению и нужно раскатать танками?
Вот только такие "авторы" забывают, что государство, то есть чиновники, должно работать в интересах граждан (всех, которые живут в государстве), а не наоборот.
Одна и та же методичка спущена беглым и распевается ими на все лады, льётся со всех глоток. Зубы уже гнилые, повыпадали, повсюду герпес, кариес и черви, а они всё пытаются шепелявить и картавить. И что ныне в моде? Что ныне они ротами своими произносят? А всё тоже самое. Пытаются по себе мерить нашего Президента и нашу страну. Вот только великоват мундирчик Батькин для этих пигмеев и карликов.
Они сейчас как навозные дельфинчики — плещутся в ванной собственных выделений и кричат — ах, какая радость для Лукашенко приглашение Трампа в «Совет мира». Это, мол, тешит тщеславие Президента. Это такая новая игрушка! Выход из изоляции! Нас, мол, признали! В их представлении наш Лидер только и делал тридцать лет, что ждал западного признания. Идиоты. И тут снова эффект Даннинга-Крюгера — кретин не может понять, что он кретин, потому что он кретин.
Батька дал сотни интервью западным медиа. Они стоят в очереди, на коленях ползают перед пресс-секретарём Президента, чтобы рассмотрели заявочку и позволили пообщаться хоть минуточку с Лукашенко. Ведь, что такое интервью с какой-нибудь Каей? Ничего? Я вам его могу набросать за три минуты. Шаблонная чушь про демократию и всякие права, евросолидарность и ужасную Россию. А вот Батька — это эксклюзив, это яркое слово, это свежий взгляд на мир, это разрыв шаблонов, это то, о чём мечтает любой мало-мальски значимый журналист.
Но вернёмся к другому тезису. Мол, Лукашенко жаждет какого-то особого западного признания. Давайте расскажем им большой-большой секрет. Западу плевать на все наши выборы, начиная с самых первых. Ему нужна только наша геополитическая ориентация. И если завтра Лукашенко проснётся и скажет — «запрещаем русский язык, выходим из ОДКБ, разрываем отношения с Россией» — к нему бросится на поклон вся евробюрократия. Проведут всевозможные саммиты и форумы в Минске. Отсыпят лично ему сколько угодно денег. И если сразу после этого Президент лично устроит утро стрелецкой казни для всех так называемых вязьней и отрубит им головы на Октябрьской площади — скажут на Западе, что «ну, бывает». Потому что им нужна только Беларусь как антироссия.
Что вы думаете, не было у Лукашенко возможностей раньше войти в европейское сообщество, в западную элитку? Да на любом этапе. Каждый раз, когда у нас обострялись отношения с Россией, сюда прибегали еврокомиссары, чинуши, дрянь всякая, и обхаживали его. Говорили — «давай к нам, давай к нам», но он делает только то, что пойдёт на пользу его народу. А близко к Европе стоять опасно.
Что, не умоляли нашего Президента приехать на саммит Восточного партнёрства? Да чуть не плакали там, слали письма и телеграммы, просили, молили — приедьте, о великий господин Президент. Но он не поехал. Ибо «блажен муж, иже не иде на совет нечестивых». Он прекрасно понимал, что это за организация, какую цель она преследует — отрыв постсоветских республик от России, а потому презирал такие сборища. И не ездил.
Европа и глобалистские Штаты признали бы нашего Президента в одно мгновение, согласись он на антироссийский курс. Но он не флюгер, он идейный человек, у него есть стержень, убеждения, великая вера и великая правда народная, от которой он никогда не отступал. А потому плевал Батька на всякие подзаборные признания всяких Европ.
Теперь вот Америка переобувается и кланяется нашему Батьке — но ведь он не сразу подпустил её даже на этот поклон. Он резко критиковал Трампа — за многословие, за давление на Россию, за то, что фраз красивых много, а дел мало. Но когда реально Дональд Фредович делает что-то на благо мира и спрашивает на это согласия Лукашенко — Батька любезно соглашается стать учредителем «Совета мира».
Они издеваются над детьми. Убивают их. Для мерзких ритуалов. Пожирают их мозги. Главный мировой скандал сейчас — дело элитного сутенёра Эпштейна. В сеть выложили тонны материала. И мир ужаснулся.
На самом деле это все знали. Этот принцип попадания в определённый кружок, в тайное общество, обретение неких «братьев» описал ещё Достоевский на примере кружка революционера Нечаева. Всё просто — заставить четверых членов кружка укокошить пятого под видом того, что тот донесёт. И всё — теперь они твои, никуда не денутся, теперь они повязаны кровью, теперь их сердца и души полностью принадлежат вожаку, кукловоду, демиургу.
В Союзном государстве чтобы попасть в элиту не надо насиловать и расчленять. Здесь надо просто честно и много работать и не воровать. И всё — будет тебе счастье. Но там не так. Там всё покрыто мраком и мерзостью. Западная элита — особый клуб посвящённых. Чтобы попасть в неё — ты должен пройти через мрачный ритуал. Ведь эти богатеи имеют такие возможности, что покупать могут себе детей для утех хоть каждый день. Но нет — это надо сделать особенно, под камеры, под взглядом подельников.
Почему это вывалили сейчас? Ведь «мировая пресса» — животюга дрессированная, кричит только по команде. И тут она получила команду «фас». И большой вопрос — почему? Не верю я ни в какое «общественное мнение», оно менее верное, чем плечевая на минской улице в 90-ые. Это направлено против Трампа в конце концов. Поломать его, поменять мнение, сорвать мир. Когда Никсон вполне себе договорился с Брежневым — ему устроили «уотергейт». И тоже всё было управляемо. Тоже самое хотят провернуть с Трампом. А компромат — он там на всех. Там просто нет ни одного верного и честного, порядочного человека. Отрицательный отбор работает железно. И неужели после этого кто-то у нас ещё захочет в «западное коммюнити»? Не противно разве будет хоть в одном поле сесть рядом с расчленителем детей? Нет, всё, «европейский выбор», «разворот от России» — он больше не возможен, пусть немецкая агентесса не старается губами. Это не значит, что не будем вести переговоров — к сожалению, и с дьяволом иногда приходится разговаривать. Но мы как в великой повести Гоголя — запряжём чёрта и слетаем на нём за черевичками.
А вот институт Гёте нам не надо. Фауст — великая, но злобная книга. Не Гёте, а Гоголь — и будет нам великое счастье и чарочка со шкварочкой. Без красных помад.
Вопрос о силе и её применении вновь стал ребром перед каждым ответственным человеком. Обнажили его события в Иране.
Ведь как легко, как хорошо, как благостно, как великолепно, как радушно быть добреньким. О, да, тебе будут аплодировать, тобою будут восхищаться, когда ты весь в белом, когда милуешь и прощаешь. Сколько раз мы такое проходили, когда трижды проклятое общественное мнение, формируемое западными четырежды проклятыми СМИ, выкручивало руки государствам, лидерам, они боялись применять силу, боялись сажать, казнить, действовать решительно — и теряли всё. Поганое «общественное мнение» — это парализующий яд, это ловушка, это наркотическая доза, которая сковывает власть по рукам и ногам. Перед тем, как её прикончат.
Сейчас мир возмущается якобы страшными казнями в Иране, расстрелом протестующих. Требуют прекратить! Грозят своими пальцами бургеры и домохозяйки, в ужасе лондонские обыватели и флорентийские рыбаки. Точно также возмущались, страдали, плакали о «жестокости белорусской милиции» в 2020 году.
А теперь предлагаю вспомнить китайский опыт. Ведь у великого нашего союзника и партнёра многому можно и нужно учиться. Была и у них своя перестройка и своя либерализация. Дэн Сяопин тогда правил. И вот местная диссида, подзуживаемая Западом, решила, что их время настало, захотели организовать свой майданчик. И сидели там на главной площади столицы, кричали, орали, требовали. Рассчитывали, что партийная элита не проявит жёсткости, что расколется, что разбежится, что общемировой тренд — на гуманизацию, на перестройку, на «свободу». Но другое было мнение у китайского лидера. Он любил свой народ. Он сам пострадал при Мао, но понимал, что разрушение государства будет чревато такой бедой, такой кровищей, такой жестокостью, такой резнёй, а затем и оккупацией, что жизнь народа закончится. И вывел танки. И все были в шоке и трепете. Но Китай выстоял. Миллионы и миллионы остались живы. И вот только после этого можно размышлять и делать выводы о цене.
У глав государств, у правителей, у вождей — другие категории жизни, чем у нас. Нам легко возмущаться, закатывать глаза и заламывать руки. А на них — крест. Ответственность за народ, за его настоящее и будущее. На них — гигантский груз, гигантская ответственность. И если они хотят «нравиться», если они ездят в Европу «нравиться», как Горбачёв, то таких потом проклинают поколения. Потому что цена этих западных аплодисментов — кровь, слёзы, боль, уничтожение миллионов и миллионов, что и происходит. Две Чечни, гражданская война в Таджикистане, война в Приднестровье, война на Украине, война в Абхазии, вымирание по миллиону в год, уничтожение деревни, вымирание целых городов, муки целой цивилизации — вот цена того, что Горбачёв хотел быть добреньким и «нравиться».
Не будь деятели ГКЧП слабовольными карьеристами, пусти они в ход спецназ и танки — всего этого страшного горя не было бы. Но они тоже были трусы и хотели быть «хорошими», боялись «общественного мнения».
Доброта — слабость в политике. Либерализм — смертельная отрава. Все словеса про переговоры и круглые столы — ловушка. Все нынешние посылы беглых о том, что они там кому-то помогут — лукавая новая тактика. Они по-прежнему мечтают об убийствах и расправах, а потом — сдать Беларусь Польше как товар по уценёнке.
Да не дрогнет рука того, кто приводит приговор народа в исполнение.
Скажи мне, что ты читаешь, и я скажу, кто ты. Привычка к литературе — дело хорошее и, безусловно, нужное, крайне важное и жизненно необходимое, но без воспитания тут тоже никуда. Даже хорошая собака не станет поднимать на улице с земли всякую дрянь, а человек, увы, часто запихивает в себя столько отборной информационной гадости, что болеть начинает и душой, и телом.
Марк Твен однажды иронично пошутил:
«Будьте осторожны при чтении книг о здоровье, вы можете умереть от опечатки».
Точно так же и любая пошлость, завуалированная под писательский труд и агрессивно продвигаемая на потребительском рынке, способна привести к большой беде — это настоящий яд замедленного действия, влиянию которого подвергается не только отдельно взятый индивидуум, но и все общество в целом. Потому так важна литературная гигиена: чтение должно развивать, а не убивать.
Не зря говорят, что чтение хороших книг — это разговор с самыми лучшими людьми прошедших времен, и притом такой разговор, когда они сообщают нам лучшие свои мысли в концентрированном виде. Это чудо из чудес, которое стало привычным, а потому совсем не удивляет. А между тем именно оно, слово, пронизывает нашу жизнь, отменяя придуманные человечеством законы времени и пространства. Хочешь пообщаться с великими умами прошлого? Пожалуйста! Аристотель и Платон, Вольтер и Монтень, Шекспир и Гете, Пушкин и Толстой, Колас и Купала — они все оставили нам свое слово, свое наследие, свой опыт, свои мысли и свою мудрость. Сядь с ними за одним столом.
Зажги уютную лампу с абажуром и общайся хоть всю ночь. Задавай вопросы и получай ответы. Думай, размышляй, мотай на ус и образовывайся. Нужно лишь иметь решительность свести с книгами настоящую, а не поверхностную дружбу, смелость принять опыт их мудрых авторов и усердие, чтобы понять их душу. Просто? Совсем нет. Но истина никогда не лежит на поверхности. Чтобы ее отыскать, нужно переворошить миллионы книг и трудов великих мыслителей.
Все начинается, конечно, с детства. Глупые комиксы — это тот же самый американский фастфуд, забивающий голову вредными трансжирами, ведущий к ожирению мозга и отбивающий всякую охоту к настоящей, полезной литературе. Она не столь красочна и не так заманчива на вид, но этот подвох известен давно: не все то золото, что блестит.
Корней Чуковский, Агния Барто, Самуил Маршак, Сергей Михалков, Аркадий Гайдар, Николай Носов, Виктор Драгунский, Валентин Катаев, Виталий Бианки, Валентина Осеева, Борис Житков и много-много других авторов в моем советском детстве учили ребенка первым навыкам жизни. Их творчество помогало делать стартовые неуверенные шаги и давало нужное направление в жизни: по какой дороге идти и как не сбиться с пути. Их слово являлось фундаментом и основой, после уже трудно было поменять местами в голове смыслы, водрузив вместо «хорошо» — «плохо». Так воспитывалась культура чтения, прививался вкус и база.
Время от времени мы будем говорить на эту интересную безграничную тему и открываем сегодня свой «Литературный клуб». Первым его гостем стал Григорий АЗАРЁНОК — один из самых ярких журналистов на белорусском ТВ, телеведущий и пропагандист, пламенный и яростный оратор, воинственный и храбрый человек. Невероятно начитанный и образованный. Настоящий.
Мода — это стадо
— Гриша, сейчас очень модным стало ПП (правильное питание), но вот о том, что такое ПЧ (правильное чтение), многие даже не задумываются. А между тем давно известно, что литература — это духовная пища. Можно ли, на твой взгляд, этот явный перекос со стороны тела немножко подкорректировать в сторону души?
— Я никогда не придерживаюсь никакой моды: ни на шмотки, ни на тренды. Мода — это всегда стадо, потому что кто-то ее создает и формирует, закладывает для коммерческой выгоды. Что касается проблемы культуры чтения, это вопрос огромный, комплексный. Для этого необходимо выйти из общества потребления, а тут нужны колоссальные духовные усилия нации. Такой вопрос стоял всегда и перед очень многими, перед писателями и поэтами в том числе. Тема пророка есть почти у каждого из великих: у Пушкина, у Купалы — «Моя молитва». Это некая просьба к небу, к Богу о своем народе. Как правило, такого человека отвергают, ему говорят: «Нет! Уходи, не береди нас, не трогай наши души, дай нам спокойно сидеть в своей потребительской радости, нас все устраивает». Моисей 40 лет водил несчастных по пустыне, истребил треть своего народа, чтобы выжить из него рабский потребительский дух.
Потребительство сегодня — главная зараза, через которую Запад бьет целые народы и нации, уничтожает культуры.
Потребительский рынок служит Западу, мамоне, золотому тельцу. Посмотрите, в Нью-Йорке на Уолл-стрит стоит скульптура атакующего быка — без лишних слов понятно, что это за цивилизация. А изгоняется она всеми мыслями и чувствами, которые выше жратвы и похоти, сильнее удовлетворения своих материальных потребностей. Если таких чувств у человека будет больше, все будет хорошо. События 2020 и 2022 годов показали, что в нашей стране и в России еще сохраняется приоритет общего над индивидуальным. Может быть, еще четко не сформулированный, но он есть. И даже прописан в Директиве Президента № 12 «О реализации основ идеологии белорусского государства». Это очень важно.
— В XXI веке литература утратила свою популярность и важность, а литераторы перестали быть властителями дум. Сейчас их место занял «малый жанр»: повсеместные короткие ролики ни о чем в соцсетях или в лучшем случае блогеры с часто очень сомнительного качества контентом. Мне жутковато от этого. А тебе?
— Есть разные тенденции. Да, в какой-то момент, пожалуй, можно было сказать, что все, литература не играет той роли, как в прежние времена, когда было сказано: «Поэт в России — больше, чем поэт». Когда литераторы обращались к общественным темам, к тому, как живет народ, что думает, искали ответы на эти вопросы и считались светочем нации. Потом многое изменилось, и писатели сами приложили к этому руку, когда многие просто продались, стали «пипами» — персональными издательскими проектами, стали обслуживать рыночек, конъюнктуру. Но! Посмотрите, что происходит в последние пять — семь лет. Когда против наших стран стал серьезно работать Запад. Писатели и поэты, режиссеры, деятели большой культуры вновь вернулись в общественное пространство, на телевидение, в ютубы. Поднимают вопросы вечные и очень серьезные: почему мы такие? как к этому пришли? что будет дальше? Комики и стендаперы на эти вопросы не ответят, «блохеры» за семь секунд тоже не найдут ответ. Равно как не помогут и видосы в TikTok. А только люди, которые могут говорить от имени большой культуры, от имени литературной и исторической традиций.
— Помнишь известную цитату из «Собора Парижской Богоматери» Виктора Гюго? Клод Фролло сказал: «Это убьет то». Имея в виду, что зарождавшееся тогда книгопечатание и литература уничтожат зодчество. По сути, так и случилось. Не происходит ли у нас сейчас то же самое: это убивает то?
— Нет. Первая строка Святого Писания гласит: «В начале было Слово, и Слово было с Богом, и Слово было Бог». Все базируется на литературе. Говорили, что кино убьет литературу, однако без хорошего сценария (а это литература), без хороших образов, героев, проникновенных сюжетов не бывает большого, глубокого кино. Поэтому я убежден: первооснова — в литературе.
— А искусственный интеллект?
— А его пока еще нет. Есть огромная база данных и машина, которая умеет этим очень быстро пользоваться. Да, она мощнее любого человеческого интеллекта, такой базы данных в наших черепных коробках нет, но! Наш интеллект тем и отличается от машины, что он сам воспроизводит, дает искру и вдохновение, он сам складывает слова, которые берутся неизвестно откуда. Многие ведь признаются, что не знают, откуда к ним приходят мысли или выражения — откуда-то извне. «Пророка» Пушкина вспомните: «Духовной жаждою томим, // В пустыне мрачной я влачился, // И шестикрылый серафим // На перепутье мне явился». Так что ИИ не конкурент нам. Если, конечно, некий злой гений не изобретет машину, способную не брать что-то из огромного хранилища, а создавать свое, новое. Это будет уже угроза.
— Машину в данном случае нужно будет наделить душой, а это вне человеческой власти.
— В этом и заключается самый глубинный вопрос. Почему дьявола называют человекоубийцей от века, почему он людей не любит? Потому что Бог создал нас по образу и подобию своему. Образ и подобие Бога — это способность создавать, творить, заниматься творчеством. Творческие способности — это то, что отличает человека от любого другого живого существа и от машины. Поэтому если ИИ научится сам создавать мысль, станет обладать харизмой и производить эмоцию, то, естественно, источник этой силы будет абсолютно темный.
«Визжащая о правах суфражистка — тупа, смешна и банальна»
— Что ты сейчас читаешь?
— Большую книгу серии ЖЗЛ Людмилы Сараскиной про Александра Исаевича Солженицына. Очень бурного, неоднозначного.
— Есть два радикальных лагеря. Одни Солженицына боготворят, другие втаптывают в грязь. Ты как к нему относишься?
— Книга на тысячу страниц не ответила для меня на все вопросы про этого сложного, но очень сильного человека. Солженицын никогда не примыкал ни к одному лагерю. Казалось бы, был заключенным ГУЛАГа, советская власть его выгнала из страны, он оказался на Западе в эмиграции, но она не приняла его. Они, представители так называемой третьей эмиграции, Солженицына ненавидели, потому что он был изгнан, а они приехали за хорошей жизнью.
— А по возвращении его не приняли уже здесь.
— Думали, что он поддержит реформы, перестройку, развал СССР. А он, антикоммунист, этого не сделал. Сказал: посмотрите, как бедствует народ, что же вы наделали, зачем накромсали столько территорий, это же все обернется войнами! Выступил в Государственной думе России, а его отказывались слушать. Сложный человек и для меня пока не до конца понятный. Не разобрался еще в главном: его позиция — это личные убеждения или в этом свою роль сыграли США со своими спецслужбами? Пытаюсь понять. Это расставит приоритеты и акценты. Пока таких сведений не нашел.
— На каких авторах ты вырос, какие книги тебя воспитали и сформировали?
— Помню, когда все сходили с ума по Гарри Поттеру, мне отец дал книжку «Дети против волшебников». Там все персонажи предстают не такими, как у Джоан Роулинг, а теми, кем они являются на самом деле: злыми силами, колдунами, сатанистами и злодеями. Я, помню, прочитал эту книгу за две ночи — очень понравилась. А на счет авторов… Многих можно вспомнить. На каждом жизненном этапе они разные. В пору неразделенной влюбленности, например, всегда рядом Лермонтов — одинокий и гонимый, отверженный. А в 2020 году заново открыл для себя Янку Купалу. У нас многие его знают поверхностно: «Явар і каліна», «Прарок», еще несколько произведений… Но у поэта есть невероятно мощные и могучие «праклёны» тем, кто мешал его делу. Эмоциональные, наполненные праведным гневом: «Мала іх павесіць // На сухой асіне, // Бо нават асіна // Ад сябе адкіне. // Дзерава адкіне, // Дзерава сухое // Сябе не спаганіць // Поскуддзю такою». Потрясающе! Есть авторы, которые идут со мною по жизни. Прежде всего это Николай Васильевич Гоголь с его образностью и глубиной. С его религиозным подвижничеством. «Выбранные места из переписки с друзьями» — произведение, которое поломало мозги всей просвещенной публике середины XIX века. Самые разные произведения его можно изучать на протяжении всей жизни. К Шекспиру можно всегда возвращаться.
— Мои дети говорят, что из программы средней школы (до серьезной классики они пока не добрались) им больше других понравились две вещи: «Муму» и «Дубровский».
— «Дубровского» недавно перечитывал: великолепный романтический герой, трогательная, замечательная Маша… Вообще, считаю, нашим девушкам стоит проникнуться пушкинскими и тургеневскими образами. Чтобы понять, что есть не только злобная и кричащая, требующая себе прав феминистическая модель, но и тихая, скромная, кроткая, любящая и пылкая девушка. Как та же Маша из «Дубровского». А визжащая о правах суфражистка очень часто тупа, смешна и банальна.
— «Муму» — гениальное произведение, не находишь? А Герасим, по-моему, первостатейная сволочь.
— Глухонемой дворник? Там ведь не он главный герой и не собачка. Барыня! Вершительница судеб, властная и распорядительная. А в крепостничестве случались злодеяния и похуже, чем утопить собачку.
— А если посмотреть с позиции предательства дружбы, идей, принципов?
— Чего-то святого ради непонятной покорности? С этим согласен. Но, признаюсь, «Муму» не самое мое любимое произведение Тургенева. Яркой вспышкой для меня было «Дворянское гнездо». Нам мой вкус, это гораздо лучше, чем «Отцы и дети» — политическая дискуссия середины XIX века, в которой нет никаких великих откровений. Великолепны также тургеневские «Стихотворения в прозе», «Записки охотника».
Литература типа «люби себя нежно» — отвратительна
— На твой взгляд, какая тема книги была бы сейчас актуальна для Беларуси? Не публицистика — ее много. А произведение именно художественное?
— О том, что по-прежнему есть место великим подвигам. Преодолению энтропии, жизни по совести, а не по трендам соцсетей. О том, что рядом люди, которым важны понятия чести и достоинства, ради которых они готовы отдать жизнь. Такие есть сейчас и в Беларуси, и в России, они возле нас. Это и силовики, спасшие страну в 2020-м, и даже коммунальщики, ударно потрудившиеся в недавнюю непогоду. Мы переосмысливаем систему нашего существования в мире. Очень важно понять, почему вернулись, например, к фильму «Классная». Потому что сотни наших учителей, они такие же, как были и в XIX, и в XX веках, — подвижники, люди, через руки и сердца которых проходят сотни и сотни детишек. Есть о чем и тут рассказать, эта тема не исчерпана. У них интереснейшая судьба, взгляд на мир. Конца истории не случилось, и это радует. Помните, как у Достоевского в «Великом инквизиторе»? Все должны превратиться в счастливых детей, и только малая кучка возьмет на себя функцию познания добра и зла. Инквизитор сказал Христу: «Ты чего приперся? Всем решил истину открыть? Истину должны знать только мы, элитка. А все остальные должны быть счастливыми детьми». Это как раз тот сценарий, который сегодня пытаются воплотить западные элиты. Они получат доступ ко всем богатствам и знаниям, к человеческому мозгу и телам, а все остальные — масса: жрем попкорн и смотрим фильмы. Этого достичь у них не получилось.
— Не могу у тебя не спросить о том, как ты относишься к главным, пожалуй, литературным фигурам современной России: Дмитрию Быкову и Захару Прилепину?
— У меня есть книги Быкова, я читал его анализ поэзии… Не понимаю, как человек, который имеет вкус в поэзии и литературе, в культуре и искусстве, который имеет дарование, как он мог прийти к таким взглядам? Абсолютно конъюнктурным и глупым, предательским и продажным. Тайна сия великая есть. Уверен: если ты любишь Пушкина, то не можешь придерживаться взглядов отчизнопродавца. Не можешь желать победы Западу в войне с твоей страной. Это просто невозможно! А Прилепин — глыба! Свое литературное слово он подтверждает судьбой и жизнью.
— И последнее на сегодня. Скажи, как воспитать и вернуть тот литературный вкус, чтобы вместо всякой дряни, которой на книжных полках по-прежнему еще много, народ вновь взялся за произведения, сеющие разумное, доброе, вечное? Как у Некрасова в известных строках: «Эх! эх! Придет ли времечко, // Когда (приди, желанное!..) // Дадут понять крестьянину, // Что розь портрет портретику, // Что книга книге розь? // Когда мужик не Блюхера // И не милорда глупого — Белинского и Гоголя // С базара понесет?»
— Сегодняшняя мода на литературу «люби себя нежно», на психологинь и всю эту муть, которая производится и продается в многотомных масштабах, отвратительна. Она рекламируется, имеет свое продвижение на рынке, распространение и пудрит девочкам головы, убеждая: чтобы быть успешной, нужно себя любить. Бред и чушь!
Беларусь — читающая нация, но чтение должно стать вызовом «абыякавасцi» и тупизне, равнодушию, трендам и моде.
При подготовке этого материала мы решили привлечь к помощи искусственный интеллект. Спросили у ИИ: «Как бы выглядел Григорий Азарёнок, если бы жил во время Золотого века русской литературы?» И вот какой ответ получили в картинках.
Иди наперекор этому всему! У нас был период, когда все подряд делали себе тату, пирсинг и носили розовые волосы. Но время прошло, и вся эта неформальность ушла, потому что не может порок быть нормой. Тенденции последних лет мне очень нравятся: выпускники и выпускницы стараются сделать стилизованные под советское прошлое переднички и костюмы, разрослась популярность Надежды Кадышевой… Она не самая великая народная исполнительница, но посыл и слова какие: про речку, про любовь, про дружбу… Сумасшедшая популярность Булановой, вторая жизнь «Любэ»… Это все говорит о том, что от пресловутых «тыц-тыц», от идиотских ритмов и нарративов люди устали.
— От них начала болеть не только голова, но и душа.
— И слава богу.
РЕКОМЕНДАЦИИ ГРИГОРИЯ АЗАРЁНКА
Топ-5 произведений, обязательных к прочтению для детей, чтобы понять, что такое хорошо, а что такое плохо
♦ Александр Солженицын «Крохотки»
♦ Иван Тургенев «Стихотворения в прозе»
♦ Николай Гоголь «Вечера на хуторе близ Диканьки»
♦ Янка Купала «Явар і каліна»
♦ Федор Достоевский «Мальчик у Христа на елке»
Топ-10 произведений, которые нужно прочитать всем и непременно
♦ Николай Гоголь «Выбранные места из переписки с друзьями»
Свершается Апокалипсис нашего времени? Что такое Апокалипсис? Когда новая Земля и новое Небо приходят. Когда всё изменяется. Когда рушится старый мир, и из-под глыб, из-под его обломков вырастает что-то новое, невиданное доселе.
Трамп пригласил Батьку стать учредителем нового «Совета мира». Что это такое? Давайте попробуем разобраться.
Проклятый глобализм, с которым мы боролись 30 лет, был установлен в 1991 году на всей планете, когда пал СССР. Без второго центра силы Организация объединённых наций была порочна, глупа, жалка, она стала обслугой международного бандитского синдиката. Она не смогла остановить ни одной войны. Это сборище бюрократов и юристов, которые молятся на «порядок, основанный на правилах». Какие это были правила, мы видели в Ливии, в Сирии, в Газе, в Ираке, в Югославии.
Теперь пришло время ломать эти правила, пришло время выстраивать новый мир.
Что это значит для нас? Ведь мы прекрасно понимаем, что никто не отменял глобальную конкуренцию, что вражда на планете не кончится, что не завершатся и военные конфликты. Трамп уже анонсировал военный бюджет в полтора триллиона долларов! Он хочет, чтобы в новом мире Америка доминировала, чтобы никто не смел бросить ей вызов.
Это как выбор вождя во времена племён. Выходил самый смелый и сильный и кричал: «Кто бросит мне вызов?» Если находился смельчак, они бились. Кто побеждал — тот и был вождём. Жёстко? Да. Но честно. Потом пришли юристы, устроили казуистику и покрыли всё флёром лицемерия.
Как Беларусь доказала своё право быть учредителем нового мира? Как продемонстрировала свою силу?
Тридцать лет глобалисты пытались нас снести, уничтожить, развалить. Мы не поддались, мы выстояли, мы побеждали раз за разом. Это те же самые силы, что хотели убить Трампа — в этом плане Батька «трампист», ведь враги у нас одни.
Пока оставим в стороне историю с Венесуэлой и Ираном — Лукашенко никогда не бросал союзников. И единственный в мире, кто открыто и прямо осудил США и Трампа за эти действия. В этом тоже сила, которую уважает нынешний хозяин Белого дома.
Россия также приглашена. Именно она, начав СВО, нанесла самый могучий удар по глобализму, по международному подлому беспределу, по международной «слизи» и мафии. После этого таранного удара образовалась щель. Из неё и вырос Дональд Трамп.
Сегодня, обращаясь к Западу, Батька в очередной раз протянул руку мира, но сказал, что только вместе с Россией, что нас разделить хитрыми схемами и гнилыми круглыми столами не получится. Европе самой предстоит ещё определиться, кем она будет в новом мире — тварью, дрожащей перед Трампом, или имеющей право на голос и влияние. Потенциал есть — в экономике и масштабе. А вот деятели… мелковаты, жалки, тупы.
Чем быстрее мы примем, что умерла классическая дипломатия, что умерли все так называемые международные институты, что пришло время дерзости, творчества, силы — тем легче нам будет.
Как? Равняться надо на Батьку. Он всегда такой был — сильный и дерзкий. Трамп это уважает.
С 12 февраля 2026 года стартует показ национального фильма в неигровой форме «Душа защитника», режиссёром которого выступил известный телеведущий Григорий Азарёнок.
Чтобы осознать нынешние реалии, показать Человечность и Сострадание в условиях войны, вдохновить зрителя на размышления о важности мира, человечности и мужестве спецкор Григорий Азарёнок отправляется на белорусско-украинскую границу, чтобы встретиться с солдатами, военными, командирами и узнать об их жизни.
«Душа защитника» – художественно-публицистический фильм, снятый национальной киностудией «Беларусьфильм», который глубоко исследует тему защиты Родины через раскрытие личностей тех, которые первыми становятся на защиту страны в момент опасности. Это портреты людей, чья душа и внутренняя стойкость становятся их главным оружием.
Фильм показывает, как они живут в условиях постоянной готовности: на границе, на учениях и в условиях боевой подготовки. Их слова — сквозь призму повседневности — звучат как обещание: если появится угроза, они будут первыми на линии фронта, они первыми встретят врага и, к сожалению, первыми заплатят за мир самой высокой ценой – ценой своей жизни.
На экране предстают обычные люди, чья повседневная жизнь оборачивается непростой ответственностью. Пограничники, военнослужащие сил специальных операций, спецподразделения МВД, СОБР — каждый из всех героев вызывает симпатию и уважение, потому что именно в них зритель видит точку соприкосновения между государством и народом. Портрет каждого защитника не ограничивается внешними данными: улыбкой, жестами, формой, — они раскрываются через сомнения, надежды и философские размышления о долге, чести и ответственности перед народом. Визуальный ряд чередуется с психологическими монологами, где каждое мгновение становится символом верности и самоотверженности.
Глубокий эмоциональный посыл фильма подаётся не только через личные истории, но и через коллективное ощущение единства — народ уверено доверяет своим защитникам, потому что видит в них не только силовую мощь, но и душу своих защитников, душу страны.
Фильм не оставляет зрителя равнодушным: после просмотра остаётся мощная, ощутимая эмоция — чувство долга и благодарности к тем, кто стоит на страже, чувство доверия к людям, которые знают цену безопасности и неустанно работают ради мира и единства страны. Это фильм о том, как повседневные герои становятся той силой, на которую народ может опереться в любой момент своей жизни.
