В Челябинской области громкое ДТП шестилетней давности обернулось новым судебным скандалом. В Калининском районном суде вынесено решение, которое шокировало общественность: мать ребенка, погибшего в аварии, должна заплатить 350 тысяч рублей семье водителя, по чьей вине произошла трагедия.
За этим, на первый взгляд, абсурдным вердиктом скрывается сухая формулировка 1079-й статьи Гражданского кодекса, жестокая ирония судьбы и история о том, как жертва и виновник поменялись ролями в зале суда.
ДТП произошло осенью 2020 года на трассе «Петровский — Лазурный». За рулем одного из автомобилей находился бывший сотрудник правоохранительных органов Олег Каширин, который, по данным следствия, нарушил скоростной режим, потерял контроль над управлением и выехал на встречную полосу. В этом момент там двигалась машина, в которой находилась Ксения Кондратова с 11-летней дочерью Кирой.
В лобовом столкновении Кира погибла мгновенно, прямо на руках у матери.
Сам Каширин отделался травмами, а его несовершеннолетняя дочь, находившаяся в салоне автомобиля виновника, получила тяжелые увечья. Следствие признало Олега Каширина виновным в ДТП.
Путь от условного срока до УДО
Изначально водитель получил условный срок, однако после жалобы потерпевшей стороны наказание ужесточили до реального. Суд приговорил его к трем годам колонии-поселения.
Позднее виновника обязали выплатить Ксении Кондратовой компенсацию морального вреда в размере 2,5 миллиона рублей. Однако деньги перечислялись крайне медленно и небольшими платежами, и за несколько лет мать погибшей девочки получила лишь около 300 тысяч рублей из присужденной суммы.
Отбыв лишь половину срока, полтора года, Олег Каширин вышел на свободу по УДО. Именно после этого его бывшая супруга подала новый, еще более неожиданный иск.
Новый иск: «Победитель получает все»
Находясь на свободе, семья виновника аварии потребовала от убитой горем матери... компенсации за лечение собственной дочери. Изначально сумма иска составляла более 1 миллиона рублей. Логика истца строилась на норме Гражданского кодекса (ст. 1079), согласно которой оба владельца источника повышенной опасности (оба водителя) несут солидарную ответственность за вред, причиненный третьим лицам - в данном случае пассажирам, не имеющим отношения к управлению.
Адвокат Ксении Кондратовой Татьяна Ушакова назвала это злоупотреблением правом. Сама женщина была возмущена:
«Я бы в жизни никогда не пошла к человеку, который потерял ребенка по моей вине. Но они считают это нормальным».
Юрист семьи пострадавшего ребенка настаивал, что выжившей девочке требуется дорогостоящая операция, и расходы должен нести в том числе «невиновный» водитель. Суд, изучив материалы, встал на сторону семьи виновника, но снизил сумму взыскания с одного миллиона до 350 тысяч рублей.
Опасный прецедент и реакция сверху
Фактически, Ксения Кондратова должна отдать почти столько же, сколько за все годы получила от виновника ДТП. Сама женщина говорит, что готова выплатить эти деньги, если они действительно пойдут на лечение пострадавшего ребенка и если это позволит ей прекратить изнурительные судебные тяжбы.
Однако данный случай вызвал широкий общественный резонанс. Эксперты опасаются, что такое решение может создать опасный правовой прецедент, позволяющий виновникам ДТП через суд взыскивать деньги с потерпевших.
Абсурдность ситуации в том, что вред ребенку виновного лица причинен не автомобилем потерпевшей, а источником повышенной опасности, которым управлял сам виновник.
Пока решение суда не вступило в законную силу, и у Ксении остается возможность его обжаловать, однако механизм Гражданского кодекса, позволяющий пострадавшим через суд требовать деньги друг с друга, продолжает действовать.
