Три ступеньки, поворот⁠⁠

Описание:

Зарисовка-состояние, написанная на оголенном нерве, не отредактированная, для передачи эмоций. Этот текст — погружение в вязкое, удушающее чувство деперсонализации внутри собственного быта. Не просто история о «сбое реальности» или лиминальных пространствах, а жесткая метафора того, как рутина и изоляция незаметно стирают границы личности, превращая собственную жизнь в чужое, пугающее место.

Я поднимаюсь по лестнице нашей пятиэтажки. Три ступеньки, поворот, еще три, поворот. Этаж второй. Три ступеньки, поворот, еще три, поворот. Третий. Четвертый. Пятый. Я оказываюсь возле двери моей квартиры, серой, с потрепанным уголком у замка. Начинаю искать ключи в кармане, перебирая пальцами все его содержимое.

"Пачка сигарет, зажигалка, кардхолдер, это... Жвачка? А, вот и ключи." Да, мой карман всегда заполнен одновременно всеми вещами, типичная ситуация для мужчины. Звякнув связкой, я нащупываю нужный ключ. Дверь напротив, темно-коричневая, открывается. Из нее выходит соседка Александра, женщина 45 лет. "Или 50?" - спрашивает внутренний голос. "Заткнись. Я не знаю. Может быть?" - кратко отвечаю я.

"Серёжа, добрый вечер. Поздновато сегодня ты." - с улыбкой говорит Александра, поправляя цветастый платок на голове.

"Добрый. Да, задержался на работе. Конец месяца всё же, планы горят." - наигранно скорчив усталое лицо отвечаю я, хотя устал по-настоящему.

"А вы куда собрались в такое время, если не секрет?"

"Да дым попускать на улице. Ты ж моего знаешь, не позволяет в доме курить." Александра вздыхает, прижимая пачку сигарет к груди. "Понимаешь... вот так и живем. Чуть что - иди на улицу. Хорошо хоть подъезд не запрещает, но запах, говорит, остается. А на улице-то оно... освежает." Она ежится, хотя на лестнице не холодно.

"Да, понимаю. Бывает." Мне хочется уже попасть домой, но невежливо обрывать разговор.

"Ну ладно, Серёжа, не буду тебя задерживать. Сам, наверное, с ног валишься. Доброй ночи тебе."

"И вам доброй."

Я дожидаюсь, пока Александра спустится на пару пролетов, прежде чем вставить ключ в замочную скважину. Поворот. Щелчок. Я захожу в квартиру. Свет включается над головой, заливая прихожую желтоватым светом. Не разуваясь, прохожу дальше, ботинки оставляют легкие следы на ламинате. Прямиком на кухню. Стол стоит у окна, три стула вокруг. Холодильник гудит в углу. Чайник стоит на плите. Включаю его. Синий индикатор загорается ровно. Пока греется вода, иду в комнату, снимаю рабочую рубашку, бросаю на спинку стула у компьютерного стола. Надеваю старую, выцветшую футболку. Возвращаюсь на кухню. Чайник выключается. Наливаю воду в кружку с отколотым краем, кладу пакетик черного чая. Достаю из хлебницы на столе пару кусков хлеба, делаю бутерброд с колбасой из холодильника. Сажусь за стол, медленно ем, пью чай. Тишина. Только гул холодильника и шум машин за окном. После ужина мою кружку и тарелку, ставлю сушиться на полку над раковиной. Протираю стол тряпкой, которую всегда оставляю рядом с раковиной. Выхожу из кухни, выключаю свет.

В комнате сажусь за компьютер. Проверяю почту, листаю новости. Время ползет медленно. В какой-то момент усталость берет верх. Встаю из-за стола, выключаю компьютер. Иду в ванную. Свет включается автоматически по датчику движения. Зеркало висит над раковиной, зубная щетка в стаканчике справа, паста слева. Мою лицо, чищу зубы. Возвращаюсь в комнату, раздеваюсь, ложусь в кровать. Одеяло теплое, подушка мягкая. Закрываю глаза. Темнота. Сон приходит не сразу, мысли о работе крутятся в голове.

Утро. Свет из окна пробивается сквозь неплотно задернутые шторы. Одеяло сброшено на пол. Поднимаюсь. Снова ванная. Умыться, зубы почистить. Одеваюсь. Те же джинсы, другая рубашка. Кухня. Чайник. Бутерброд. Быстрый завтрак. Кружка, тарелка в раковину. Выхожу из квартиры, закрываю дверь на два оборота. Спускаюсь по лестнице. Четвертый этаж. Третий. Второй. Первый. Выхожу на улицу. Серый подъезд, серый асфальт, серые машины. Иду к остановке. Жду автобус. Еду на работу.

Работа. Стол, компьютер, бумаги. Разговоры с коллегами, звонки. Рутина. Обед в столовой. Возвращение к работе. Время тянется. Наконец, конец рабочего дня. Снова автобус. Снова остановка. Снова дорога домой.

Я поднимаюсь по лестнице нашей пятиэтажки. Три ступеньки, поворот, еще три, поворот. Этаж второй. Три ступеньки, поворот, еще три, поворот. Третий. Четвертый. Пятый. Я оказываюсь возле двери моей квартиры, серой, с потрепанным уголком у замка. Начинаю искать ключи в кармане, перебирая пальцами все его содержимое.

"Пачка сигарет, зажигалка, кардхолдер, это... Жвачка? А, вот и ключи." Да, мой карман всегда заполнен одновременно всеми вещами, типичная ситуация для мужчины. Звякнув связкой, я нащупываю нужный ключ. Дверь напротив, темно-коричневая, открывается. Из нее выходит соседка Александра, женщина 45 лет. "Или 50?" - спрашивает внутренний голос. "Заткнись. Я не знаю. Может быть?" - кратко отвечаю я.

"Серёжа, добрый вечер. Поздновато сегодня ты." - с улыбкой говорит Александра, поправляя цветастый платок на голове.

"Добрый. Да, задержался на работе. Конец месяца всё же, планы горят." - наигранно скорчив усталое лицо отвечаю я.

"А вы куда собрались в такое время, если не секрет?"

"Да дым пропускать на улице. Ты ж моего знаешь, не позволяет в доме курить." Александра вздыхает, прижимая пачку сигарет к груди. "Понимаешь... вот так и живем. Чуть что - иди на улицу. Хорошо хоть подъезд не запрещает, но запах, говорит, остается. А на улице-то оно... освежает." Она ежится, хотя на лестнице не холодно.

"Да, понимаю. Бывает."

"Ну ладно, Серёжа, не буду тебя задерживать. Сам, наверное, с ног валишься. Доброй ночи тебе."

"И вам доброй."

Я дожидаюсь, пока Александра спустится на пару пролетов. Вставляю ключ в замочную скважину. Поворот. Щелчок. Я захожу в квартиру. Свет включается над головой. Не разуваясь, прохожу на кухню. Чайник стоит на плите. Включаю его. Синий индикатор загорается ровно. Пока греется вода, иду в комнату, снимаю рабочую рубашку, бросаю на спинку стула. Надеваю старую футболку. Возвращаюсь на кухню. Чайник выключается. Наливаю воду в кружку с отколотым краем, кладу пакетик черного чая. Достаю из хлебницы пару кусков хлеба, делаю бутерброд с колбасой из холодильника. Сажусь за стол, медленно ем, пью чай. Тишина. Только гул холодильника и шум машин. Мою кружку и тарелку, ставлю сушиться. Протираю стол тряпкой. Выхожу из кухни, выключаю свет.

В комнате сажусь за компьютер. Проверяю почту, листаю новости. Время ползет медленно. Встаю из-за стола, выключаю компьютер. Иду в ванную. Свет включается автоматически. Зеркало, зубная щетка справа, паста слева. Мою лицо, чищу зубы. Возвращаюсь в комнату, раздеваюсь, ложусь в кровать. Одеяло теплое, подушка мягкая. Закрываю глаза. Темнота.

Утро. Свет из окна. Одеяло на полу. Поднимаюсь. Ванная. Умыться, зубы. Одеваюсь. Джинсы, рубашка. Кухня. Чайник. Бутерброд. Завтрак. Кружка, тарелка в раковину. Выхожу из квартиры, закрываю дверь. Спускаюсь по лестнице. Четвертый. Третий. Второй. Первый. Выхожу на улицу. Серый подъезд, серый асфальт. Иду к остановке. Жду автобус. Еду на работу.

Работа. Стол, компьютер, бумаги. Разговоры, звонки. Рутина. Обед. Работа. Конец дня. Автобус. Остановка. Дорога домой.

Я поднимаюсь по лестнице нашей пятиэтажки. Три ступеньки, поворот, еще три, поворот. Этаж второй. Три ступеньки, поворот, еще три, поворот. Третий. Четвертый. Пятый. Я оказываюсь возле двери моей квартиры, серой, с потрепанным уголком у замка. Начинаю искать ключи в кармане...

"Пачка сигарет, зажигалка, кардхолдер, это... Жвачка? А, вот и ключи." Да, мой карман всегда заполнен одновременно всеми вещами. Звякнув связкой, я нащупываю нужный ключ. Дверь напротив, темно-коричневая, открывается. Из нее выходит соседка Александра... но не одна. Рядом с ней стоит высокий, нескладный мужчина в мятой рубашке. На вид лет сорок пять. Лицо незнакомое. Александра выглядит... встревоженной? Платка на голове нет.

"Серёжа, добрый вечер. Поздновато сегодня ты." - говорит Александра, но улыбка натянутая, а глаза бегают.

"Добрый. Да, задержался на работе. Конец месяца." Я смотрю на мужчину. Он смотрит на меня пустым взглядом.

"А вы куда собрались в такое время, если не секрет?" спрашиваю я, чувствуя, как что-то внутри напрягается.

"Да... да вот, пойдем подышать," - быстро отвечает Александра, хватает мужчину за рукав и буквально выталкивает его на лестницу. Мужчина спотыкается на первой же ступеньке, но выравнивается. Они начинают спускаться, не глядя на меня.

Я смотрю им вслед. Что это было? Кто этот мужик? Неужели ее муж? Но ее муж совершенно другой... Он никогда не курил, да и выглядел иначе. И Александра... Она всегда в платке, всегда с этой улыбкой. Чувство беспокойства нарастает.

Вставляю ключ в замочную скважину. Поворот. Щелчок. Захожу в квартиру. Свет включается над головой. Не разуваясь, прохожу на кухню. Чайник... Его нет на плите. Пусто. Я смотрю на то место, где он всегда стоит. Пусто. Я оглядываюсь по кухне. Чайника нигде нет. Паника маленькой волной пробегает по телу. Где он? Я же всегда ставлю его сюда. Всегда.

Дыхание становится немного быстрее. Я обхожу кухню. Проверяю столешницу, раковину, даже полки в шкафчиках. Нет чайника. Что за чертовщина? Может, я... нет, я точно помню, что ставил его сюда утром. Всегда ставлю.

Ладно. Без паники. Может, я просто... не помню. Бывает же. Устал. Я иду в комнату, снимаю рубашку, бросаю ее на кресло. У меня нет кресла в комнате. Есть стул у стола. Я смотрю на стул. Рубашка лежит на нем. Но я точно помню, что бросил ее на кресло. Я смотрю по сторонам. Кресла нет. Никогда не было.

Голова начинает кружиться. Что происходит? Я мотаю головой, пытаясь прийти в себя. Усталость. Просто усталость и стресс. Я возвращаюсь на кухню. Чайника по-прежнему нет. Я чувствую, как холодок ползет по спине. Ладно, без чая так без чая. Делаю бутерброд. Хлеб в хлебнице. Колбаса в холодильнике. Все на месте. Ем, но вкус какой-то... не тот. Не могу сосредоточиться. В ушах шумит.

Мою тарелку. Ставлю ее... куда? На полку над раковиной. Там стоят другие кружки и тарелки. Все на месте. Вроде. Протираю стол тряпкой. Выхожу из кухни, выключаю свет. Иду в комнату. Сажусь за компьютер. Включаю его. Экран загорается, но иконки... Не все на своих местах. Папка "Документы" съехала в угол. Иконка браузера другая. Я вглядываюсь. Это не мой браузер. Не тот значок.

Сердце колотится. Я проверяю ярлыки. Все названия правильные, но значки другие. И расположение... Оно не такое, как было утром. Как было всегда. Я пытаюсь открыть браузер. Открывается какая-то странная страница. Не моя домашняя страница. Чужая. Я быстро закрываю ее.

Встаю из-за стола. Нужно успокоиться. Это просто глюки. Устал. Очень устал. Я выключаю компьютер. Иду в ванную. Свет включается. Смотрю в зеркало. Мое лицо. Вроде бы. Но тени под глазами глубже, чем обычно. Или мне кажется? Зубная щетка... Она другого цвета. Моя была синяя. Эта зеленая.

Я хватаю щетку, смотрю на нее. Зеленая. Рядом, в том же стаканчике, стоит еще одна щетка. Красная. И еще одна. Желтая. Три зубные щетки в моем стаканчике. В моем. А моя синяя? Где моя синяя щетка? Я лихорадочно роюсь в шкафчике под раковиной. Пусто.

Дрожь начинается в руках. Три щетки. Незнакомый мужчина у соседки. Чайник пропал. Иконки на рабочем столе. Кресло, которого нет. Что, черт возьми, происходит?

Возвращаюсь в комнату. Ложусь в кровать. Закрываю глаза. Пытаюсь заснуть. Не получается. Перед глазами лицо незнакомого мужчины, зеленая зубная щетка, пустая плита на кухне. Кажется, я слышу, как гудит холодильник. Но гул какой-то другой. Тише. Или громче?

Утро. Снова свет из окна. Я спал? Не уверен. Голова тяжелая. Поднимаюсь. Иду в ванную. Свет не включается. Я хлопаю по выключателю. Ничего. Темно. Я включаю фонарик на телефоне. Свет падает на зеркало. Там... Ярлычок с ценником на зеркале. Прямо на стекле. Я его срываю. Липкий след остается. Я пытаюсь его оттереть, но не получается.

Умываюсь холодной водой. Зеленая, красная, желтая щетки в стаканчике. Моя синяя не появилась. Я не решаюсь взять ни одну из этих. Просто ополаскиваю рот водой.

Кухня. Все еще темно. Я включаю свет над столом. Чайник по-прежнему отсутствует. На плите ничего нет. Я открываю холодильник. Он пуст. Совсем. Ни колбасы, ни хлеба, ни молока. Только пустые полки и слабый запах чего-то прокисшего.

Я стою посреди кухни, не в силах пошевелиться. Холодильник пуст. Пуст. Я покупал продукты позавчера. Всегда покупаю по вторникам. Сегодня среда. Или четверг? Я не помню.

Дрожь усиливается. Я иду в комнату. Подхожу к окну. Смотрю вниз. У подъезда стоит машина. Красная. У Александра синяя машина. Всегда была синяя. Это не его машина. Или его? Я не знаю. Я не уверен.

Я пытаюсь одеться. Беру рубашку со стула. Надеваю ее. Пуговица оторвана. Я всегда проверяю одежду. Всегда. Эту пуговицу точно не было оторвано вчера.

Спускаюсь по лестнице. Каждый пролет кажется незнакомым. Ощущение, будто я здесь впервые. Выхожу на улицу. Серый подъезд. Номер подъезда... Он написан другой краской. Или это мне кажется?

Иду к остановке. Жду автобус. Автобус приходит. На нем другой номер маршрута. Я смотрю на расписание на остановке. Оно перечеркнуто. И написано от руки другое расписание. Неровным почерком. Цифры расплываются перед глазами.

Я стою на остановке. Автобусы проезжают мимо. Не те номера. Не те маршруты. Или я сошел с ума? Это сон? Я щипаю себя за руку. Больно. Не сон.

Проходит час. Два. Я не знаю, сколько времени. Я просто стою. Люди проходят мимо. Все незнакомые лица. Они смотрят на меня? Мне кажется, что да. Смотрят и шепчутся.

Начинает темнеть. Я иду обратно. Дорога кажется длиннее. Подъезд. Лестница. Три ступеньки, поворот. Пятый этаж. Дверь. Серая, с потрепанным уголком. Ищу ключи в кармане.

Пачка сигарет, зажигалка, кардхолдер... А, вот и ключи. Но... их два. Две связки ключей. Моя, и еще одна. С другим брелком. Красным. Мой брелок синий. Я достаю обе связки. Смотрю на них. Две. Как? У меня всегда была одна связка. Всегда.

Дверь напротив открывается. Из нее выходит Александра. Она в другом платке. Черном. И лицо у нее... осунувшееся. Улыбки нет.

"Серёжа," - говорит она, и голос у нее хриплый. "Поздновато сегодня ты."

"Добрый. Да, задержался." Я смотрю на нее. Она не выглядит как обычно.

"А вы куда собрались в такое время?" - спрашиваю я, и мне кажется, что мой голос звучит чужим.

Она смотрит на меня. В ее глазах страх. "Я... я просто подышать."

"А... тот мужчина? Он где?"

Лицо Александры бледнеет. Она отшатывается от двери. "Какой мужчина?" шепчет она. "Я... я одна живу."

Я стою, сжимая две связки ключей в руке. Холодильник пуст. Чайника нет. Три зубные щетки. Незнакомая машина. Другой номер автобуса. И теперь Александра говорит, что живет одна.

"Александра," говорю я, и слова даются с трудом. "Вы... Вы же всегда... вы с мужем..."

Она трясет головой. "Нет. Я... Я всегда была одна."

Я не знаю, что сказать. Я смотрю на ее дверь. Она обычная. Темно-коричневая. Такая же, как всегда. Но что-то в ней не так. Кажется, на ней нет глазка. Я приглядываюсь. Точно. Глазка нет. А раньше был. Всегда был.

Я чувствую, как мир вокруг меня рассыпается. Рутина, которая была моей опорой, исчезла. Ее нет. Я стою на лестничной клетке своего дома, но не узнаю его. Не узнаю свою соседку. Не узнаю себя.

Я поднимаю руку с ключами. Две связки. Какая из них моя? Я не знаю. Я не помню. Я пытаюсь вспомнить, как выглядел мой синий брелок. Он был... синий. Просто синий. А этот красный... Он тоже выглядит знакомым. Почему?

Я стою и смотрю на две связки ключей в своей руке. Воздух кажется вязким. Слышу, как гудит холодильник за моей дверью. Или это не мой холодильник? Или не моя дверь? Или не я?

Я не знаю. Я ничего не знаю. Рутина ушла. И вместе с ней ушел я. Осталась только темнота на лестничной клетке, две связки чужих ключей.

Я поднимаюсь по лестнице нашей пятиэтажки. Три ступеньки, поворот, еще три, поворот.