user10936317

Артем  зашёл на кухню  с лицом человека, которого только что выгнали из рая и ещё и от**здили на прощание. Ему хотелось одного — сесть в уголке и в абсолютной тишине сожрать свой дошик, не видя никого и не слыша ничего, кроме звука собственной депрессии.
— Ты чего такой кислый? — поинтересовался Лариска, не отрываясь от самогонного аппарата.
— Да мы тут как последние бичи существуем! — выдохнул Артем. — У всех всё веселее. В 102 квартире панки, пьют портвейн и слушают Летова.  В 104 позвали аспиранток мединститута, и и делают коктейли . А у нас — ни хрена. Засранный самогонный аппарат и вонючая бочка с суслом.
На кухне повисла мёртвая тишина. Лариска пару минут посидел, глядя в одну точку, потом встал, полез в холодильник, достал  трехлитровую банку и молча протянул её Артему.
— вдохни.
Артем с подозрением вдохнул. В носу сразу стало щипать.
— …Ну и что? — наконец спросил он.
— Жжётся? — уточнил Лариска.
— Жжётся.
— Там 82⁰! — довольно сказал Лариска. —  3 литра уже есть, и 12 еще на подходе!
Артем поставил банку на стол. Лариска присел на краешек стола напротив него и уже другим тоном продолжил:
— Слушай меня внимательно, Артемка. Не важно, сколько у них портвейна, и какие они песни поют. Неважно сколько студенток они привели домой. Какой в них смысл, если у тебя в банке самогон 82⁰?
Артем посмотрел на него долго и пусто. Потом встал, подошёл к старому холодильнику,  выдернул провод, закинул на карниз, на котором когда-то  висели шторы и молча повесился. Карниз не выдержал и Артём с грохотом упал на пол.
Лариска ещё пару секунд посидел, глядя на плачущего Артема, потом пожал плечами и еще раз проверил ариометром плотность самогона.