«Летающий лом»: как в США создали крылатую ракету с открытым ядерным реактором, которая убивала одним своим ревом и выхлопом1
В разгар холодной войны военные инженеры по обе стороны океана фонтанировали смелыми идеями, но проект «Плутон» (Project Pluto), запущенный Пентагоном в 1957 году, оставил далеко позади любые антиутопии.
Американские конструкторы задались простым вопросом: зачем ограничиваться обычной крылатой ракетой, если можно сделать машину судного дня, которая будет уничтожать противника не только термоядерными боеголовками, но и самим фактом своего полета?
Результатом пяти лет секретных разработок стал проект ракеты SLAM (Supersonic Low Altitude Missile), которую сами создатели с мрачной иронией окрестили «Летающим ломом».
Задумка опиралась на прямоточный воздушно-реактивный двигатель, но вместо керосина в его камеру сгорания поместили ничем не защищенный ядерный реактор на обогащенном уране. Ракета стартовала на пороховых ускорителях, разгонялась до сверхзвука, после чего реактор выходил на полную мощность. Встречный воздух на скорости более 3500 км/ч (3 Маха) влетал в воздухозаборник, со свистом проходил сквозь раскаленные до 1400°C керамические урановые трубки и с дикой силой вырывался из сопла.
Это давало ракете практически бесконечный запас хода. Она могла неделями кружить над океанами, ожидая команды на удар, а затем устремлялась к границам Советского Союза на высоте верхушек деревьев — всего около 150–300 метров над землей.
И вот здесь начинался чистый кошмар, ради которого проект и задумывался. У SLAM было сразу три эшелона поражения.
Первым оружием была аэродинамика. Ракета размером с железнодорожный вагон, несущаяся на бреющем полете на тройной скорости звука, создавала на поверхности земли колоссальную ударную волну с давлением в полторы атмосферы и громкостью свыше 150 децибел. Под траекторией ее полета с жилых домов срывало крыши, складывались промышленные цеха, а у людей на земле просто лопались внутренние органы. Ей даже не нужно было сбрасывать бомбы — она убивала здания и людей просто тем, что пролетала над ними.
Вторым оружием был сам двигатель. Поскольку реактор был открытого типа и охлаждался забортным воздухом, из сопла ракеты непрерывным шлейфом бил радиоактивный ад из осколков деления ядерного топлива, а активная зона работала как гигантская рентгеновская пушка, поливая землю смертельными дозами радиации.
Лишь третьим эшелоном шли термоядерные заряды: на борту «Летающего лома» находилось от 14 до 16 водородных бомб, которые он должен был поочередно сбрасывать на крупные мегаполисы и военные базы.
Самое дикое заключалось в сценарии окончания миссии. Израсходовав все бомбы, ракета не падала. Автопилот должен был часами или днями нарезать круги над уцелевшими городами противника на сверхзвуковой скорости, выжигая радиацией и сбивая ударной волной всё живое, пока уран в реакторе окончательно не расплавится, после чего пикировать в последний назначенный объект как гигантская «грязная бомба».
Самое удивительное, что это чудовище не осталось на бумаге. Ливерморская лаборатория построила полноразмерный действующий двигатель Tory II-C. Для его испытаний в пустыне Невада соорудили целый подземный город из десятков километров труб, вмещавших сотни тонн сжатого воздуха.
В мае 1964 года двигатель запустили на пять минут на полную проектную мощность в 513 мегаватт. Он ревел на всю пустыню, выдав тягу почти в 16 тонн — испытания прошли безупречно. Двигатель работал именно так, как задумали конструкторы. Управлять им приходилось с помощью дистанционных манипуляторов и специального бронированного железнодорожного локомотива, потому что после остановки стальная махина фонила так, что убила бы человека за секунды.
Но как только инженеры доказали работоспособность системы, военные и политики пришли в ужас.
Во-первых, ракету оказалось невозможно испытать в реальном полете. Где запускать снаряд, который при падении или малейшем сбое электроники устроит радиоактивный Чернобыль в любом штате США? Была идея пустить ее кругами над крошечным атоллом Уэйк в Тихом океане, а затем утопить в Марианской впадине, но военные справедливо опасались, что сбившийся с курса неуязвимый джаггернаут решит полететь посмотреть на Гавайи или Сан-Франциско.
Во-вторых, в Пентагоне внезапно осознали стратегический тупик: перехватить низколетящий на 3 Махах ядерный таран было невозможно никакими средствами ПВО того времени. А это значило, что как только США поставят ракету на боевое дежурство, СССР неизбежно построит свой аналог — и тогда планета окажется заложницей летающих ядерных реакторов, от которых не существует спасения.
1 июля 1964 года проект «Плутон» официально закрыли, похоронив чертежи в сверхсекретных архивах. К тому моменту на боевое дежурство уже заступили межконтинентальные баллистические ракеты «Минитмен», которые долетали до цели за полчаса через безлюдный космос и хотя бы не уничтожали попутно половину планеты одним звуком своего мотора.
