Серия «Проза жизни»

- Ты представляешь, что вчера Светка учудила? Она пришла на работу в новом розовом платье. Там вся акватория порта ахнула, а помаду, помаду на скулы её широкие и кожу бледную, эта кошка - джеральдин выбрала. Нет, я понимаю, она бы китайскую розу на вареники свои намазала или даже императорский синий, но стрёмный джеральдин..., - Вера на секунду замолчала, чтобы попробовать, готовящийся борщ,- Тьфу, опять пересолила, ну, ничего, хлебушком вчерашним помокаешь и всё, как рукой снимет. Как говорится, что Бог послал, а кобыле под хвост не заглядывай. Там ничего кроме навоза не найдёшь. Сам знал, кого в жёны брал, а не нравится, так и готовь себе сам. Я вон, тоже весь день на ногах, то на маникюр, то по бутикам. Нечего мне тут указывать, как кашу маслом разбавлять. Ешь без оного, - закончила оправдываться она и, сложив руки на груди, деловито посмотрела в глаза Вениамина.

- Я завтра улетаю, Вер,- спокойным тоном сообщил ей муж, почёсывая за ухом немного грустного пса.

- Улетает он! Мусор сначала вынеси, шторы сними, перестирай, кровать у мамы почини - бедная женщина спать на ней не может, одни рёбра вместо поролона остались. Или лучше новую мне купи, а ей мою передвинь, там подлокотники в кругах от стаканов с кофе. Мама переживёт, а я не могу уже на них смотреть. Ты мужик или нет?, - продолжала тараторить Вера, помешивая на плите подгоревший подлив для макарон.

- Я улетаю, Вер. Чарли заберу с собой. Ты всё равно его не выгуливаешь и не играешь, он ко мне привык.

- Мусор, говорю, вынеси. И лети со своим Чарли куда хочешь. От него только блохи и шерсть по потолку, а он натяжной, между прочим. Далеко собрался? Носки сначала заштопай.

- На Луну.

- Чокнутый сумасшедший. Говорила мама, что за клоуна выйти - пол беды, но за романтика... Иди собаку выгуливай и мусор с собой в пакете забери. На обратном пути купишь мне монпансье и бутылку скипидара маме. Понятия не имею, что она с ним делать будет и где ты его найдёшь. Себе ничего не бери, мы мне на новую дублёнку откладываем и помада закончилась. На Луну он собрался. Тюфяк. Таких не берут в космонавты!, - крикнула Вера вдогонку, вышедшему в коридор мужу. Он давно опостылел ей. Кроме насмешек, колких выпадов и чётких распоряжений в свой адрес, Вениамин не слышал от жены ничего уже много лет.

Почувствовав улицу, пёс повеселел и замотал хвостом. Пакет с мусором отправился в бак. Освободившейся рукой Вениамин приподнял воротник старого пальто и, совсем по-киношному, поправил фетровую шляпу, доставшуюся в наследство после смерти отца. Осеняя листва в парке приятно шуршала под ногами. Спущенный с поводка Чарли, на радостях, забурился в неё носом и с силой задышал, пофыркивая и похрюкивая от прелого запаха. Деревья неспешно роняли свои одеяния на кованные скамейки и покрывали мелкие лужицы, отражающие хмурое небо.

Вениамин смахнул листву, расчищая место, и сел на скамью. Сначала он долго любовался дрожащими, даже в безветренную погоду, яркими листьями осины. Затем, следил за шустрой серебристой белкой, шнырявшей по стволам дубов, ясеней и клёнов, заигрывая с довольным собакеном.

Потом достал из внутреннего кармана телефон и стал рассматривать короткий список номеров. Два по работе, два семейных и один в разделе друзья.

- Привет, француз!, - поздоровался он с единственным другом, который всегда находился на связи для него. Андрей был записан, как Андрэ, поэтому француз.

- Здорова, Италия! Как погодка? Чарли поди уже всех белок в парке загонял?

- Угадал!, - рассмеялся Вениамин.

- Как дела, дружище?

- Знаешь, Андрюха, я улетаю.

- Когда? Куда?

- Завтра. На Луну.

- Да, брось, Италия. Ты же ещё Вере на дублёнку с помадой не накопил.

- Ха-ха, Помню, дружище, помню. Но такой шанс выпадает раз в жизни. Я не могу его упустить.

- Эх, я бы тоже рванул с тобой, но у меня ипотека и...

- Да, знаю, знаю. Дочь в школу только пошла.

- Софка совсем ещё мелкая. Вот подрастёт, может тоже с ней куда-то съездим. А где эта Луна? Это курорт какой-то?

- Наверное курорт. Говорят, там хорошо.

- А Чарли?

- Чарли со мной. Думаю, ему там понравится.

- Так ты на билеты накопил, в лотерею или как?

- Ну, не то чтобы в лотерею выиграл, но, просто, было одно место для человека с собакой. И я понял, что полечу,- улыбнулся Вениамин.

- Знаешь, Италия. Ты всегда для меня был таблеткой от повседневности. Веня, друг Вениамин - ты от скуки витамин.

- Спасибо, Андрей. Я очень дорожу нашей дружбой. С тобой не всегда легко, но интересно.

- Взаимно. Ты часто какие-то фантастические вещи придумываешь. То поиски сокровищ капитана Флинта на Кунашире по картам нашего портофлота, то расшифровка древних манускриптов из затонувших кораблей. А сейчас, вот, Луна. Не знаю, что ты задумал, но уверен, что ты всё расскажешь потом.

- Конечно, расскажу, Андрэ.

- А ты надолго на Луну?

- Как получится. Ещё не решил. Но я обязательно напишу.

- Я буду ждать.

Вениамин попрощался с Андреем и громко свистнул нагулявшемуся псу.

Вера не сразу поняла, что происходит. В парке на скамье полиция обнаружила телефон Вениамина и записку со стихами про Луну с подписью, моему лучшему другу Андрэ.

Их обоих так и не нашли.

Через год после исчезновения Вениамина и Чарли, курьер доставил Вере посылку со странным обратным адресом: Кратер Шиккард, Луна, неподалёку от лимба.

В коробке была новая дублёнка, монпансье, скипидар и модная помада оттенка джеральдин.

Сиреневый кабриолет плавно скользил по загородному шоссе вдоль бесконечных ярко-жёлтых полей цветущего рапса.
Однотонный шёлковый платок на шее изящной дамы за рулём прекрасно контрастировал с пятнистой роговой оправой её солнцезащитных очков. Соломенные волосы беззаботно развевались от воздушных потоков, словно стремясь сорваться и улизнуть юркой птицей в голубые выси. Вторя нежному фырчанию восьмицилиндрового V-образного подкапотного зверя, из фронтальных динамиков пластично растекался сочный блюзовый бас.
- Вам-пам-пам-па!, - хорохористо подпевала Сюзанна, изредка поглядывая на перевалившую за сотню стрелку спидометра. Все её мысли были поглощены предстоящим откровением от долгожданной встречи на песчаном берегу с неукротимым и грохочущим океаном, чьи ласковые волны подобострастно и игриво щекотали бы пальцы загорелых ног, осторожно дотягиваясь до них по бежевому пляжу.
День обещал быть просто комильфо, шарман & "more than all" .

В том же направлении, в сущих паре миль позади сиреневого ягуара, летел на тридцатидюймовых хромированных дисках шестиколёсный шестнадцатигоршковый протурбированный монстр в кузове пикап. За его штурвалом бравадно балансировал из одной полосы движения в другую коротко стриженный широкоплечий джентльмен в белых джоггерах, оранжевой футболке и зеркальных очках аля-бондиада.
Скорость трёхосного дизельного форда превосходила цифру напряжения в бытовой электросети, но кому это было интересно, ведь, всё, что свыше двухсот двадцати, совсем не имело значения.
Когда Сюзанна заметила в зеркале его стремительное приближение, то не растерялась и решила поднажать. Ягуар мгновенно ускорился, вдавливая в сидение и запрокидывая длинную шею надувного фламинго, пристёгнутого ремнями безопасности на заднем ряду. Такой дерзкий манёвр не остался незамеченным Джеймсом в джоггерах. Он привык, что большинство попутных "черепах" боязливо прижимаются к правому краю дорожного полотна, а то и вовсе съезжают на обочину, чтобы пропустить и не вызвать гнев монструозного "носорога".
Он принял вызов, и только через 9,5 минут поравнявшись с леди Сю, восхищённо стрельнул в её сторону двумя пальцами. Дама в кабриолете, оценив обстановку, отметила для себя число 270 км/час на приборной панели. Она, улыбнувшись самоуверенному Бонду, нажала кнопку овердрайв и стремительно пересекла черту в 350. Джеймс нервным движением сдёрнул зеркальные очки, чтобы воочию убедиться, что это в действительности происходит. Сиреневый кабриолет, насмешливо трепеща головой надувного фламинго, реактивной стрелой исчез далеко впереди.

О, миг откровения! Смеющаяся Сюзанна бежала по песку, прихватив с собой надувной круг с длинной розовой шеей благородной птицы. Она прыгнула в воду, забралась на круг, обхватила фламинго рукой и умиротворённо расслабилась, покачиваясь в тёплых объятиях океана.
Вдоволь наплюхавшись и назагоравшись, она вернулась в кабриолет, пристегнула фламинго и покатила в сторону прибрежного ресторана. Сочный лобстер, свежее манго и мокиато с чизкейком в конце - стали изюминкой, дивным десертом чудного дня. На небе появились звёзды. Летний бриз поутих и она решила прогуляться вдоль кромки воды. В паре сотен метров от ресторана она заметила знакомую фигуру несостоявшегося победителя гонки на шоссе. Он сидел на песке и смотрел в сторону волн.
- А, это вы, Джеймс! Ведь, вы же Джеймс. Иначе зачем весь этот бондовский задор, - засмеялась она.
- Не вижу ничего смешного, - буркнул тот, опознав ягуарную леди.
- Ну, не грустите, Бонд. Проигрыш - это не катастрофа, а только начало чего-то прекрасного. Посмотрите какой чудный вечер. Проникнитесь окружающей красотой. Да, посчитайте, наконец, звёзды!, - захохотала она.
- Если бы я не ввязался в эту безумную гонку, то не спалил бы последнее топливо в баках. Я не успел дотянуть до заправки. Вы меня ушатали. Добрался сюда на попутке.
Сюзанна протянула в его сторону два пальца и сделала вид, что выстрелила.
Он рассмеялся. Она тоже.
- Догоняйте!, - крикнула она и рванула по пляжу. Он поднялся и побежал за ней. Они смеялись и бежали, догоняли друг друга и не могли остановиться.

А через несколько минут, радостная вселенная, гротесково смеющаяся плачущей Луной, бережно накрыла их беспощадной волной цунами.