darkghost112

Теперь к Европе и нашей делегации. С нами от Люксембурга едет Даниэль Мишелс, основатель Emblem. У него проект на пересечении культуры, туризма и цифровых медиа. Представьте: вы ходите по музеям, замкам и интересным местам, собираете в приложении цифровые сувениры, узнаёте истории этих мест, отвечаете на вопросы. Сувениры создают художники, а получить их можно, когда приложение подтверждает, что вы действительно пришли на место.

Получается культурный паспорт с коллекцией ваших посещений. У Emblem уже есть паспорт Люксембурга с 41 цифровым сувениром от 18 авторов. Мне эта механика близка: через игру и коллекционирование можно заинтересовать человека музеем, провести по маршруту и дать повод заглянуть куда-то ещё. Для российских музеев и небольших туристических городов, по-моему, интересная идея.

Из Испании приедет Диего Родригес, который снимает контент о России. Он уже бывал здесь и хочет показывать своей аудитории города, людей и повседневную жизнь страны. С такими авторами тоже интересно знакомиться: можно снимать совместные материалы и придумывать проекты для зрителей из разных стран.

Лично мне больше всего интересна медийка. Я еду с конкретной целью: поучаствовать в медиапрограмме и попробовать повлиять на медиаполитику в России. Там будут люди, которые принимают решения, и я верю, что в прямом разговоре мы сможем сделать её чуть более конструктивной.

В программе уже заявлены директор по контенту VK Видео Митя Лёвин, директор по маркетингу ВКонтакте Никита Ничкалюк и руководитель стратегических партнёрств Дзена Иван Макаров. Будут обсуждать работу с контентом, монетизацию и переход от блогинга к бизнесу. Для меня это возможность попробовать поговорить напрямую о том, что мешает российским и иностранным авторам работать вместе и что здесь можно изменить. Анонс медийных встреч.

Для предпринимателей тоже будут отдельные встречи. Например, 15 и 16 сентября пройдёт Форум женского предпринимательства БРИКС (это сурьезно), а участники программы наставничества представят свои проекты и встретятся с наставниками (понятными, а не инфоцигами) лично. Можно будет показать свою работу, получить разбор и познакомиться с потенциальными партнёрами. О деловой части.

Я также представлю свою фантастическую книгу и проекты в геймдизайне, пытаюсь пробиться в медийку. Думаю, найдутся люди, которым это будет интересно, и появятся поводы для совместной работы. А главное для меня: показать Россию с наилучшей стороны, наладить международные связи и помочь людям из разных стран лучше понять друг друга.

Мой телеграм-канал «Пост завтра». Заходите, подписывайтесь.

Из Европы едут большие делегации Германии, Франции и Испании, будут участники из Великобритании. Едут американцы и австралийцы. В общем, участников из Европы и других западных стран в этой истории почему-то забыли посчитать, а они уже собираются в Екатеринбург. Я со своей стороны тоже открываю для них окно в Россию. Мне хочется, чтобы люди могли увидеть страну своими глазами, познакомиться с русской культурой и найти здесь друзей и партнёров.

Попасть в делегацию при этом было пипец сложно. У нас был суровый отбор по достижениям, опыту международной работы и медийности. Мне пришлось показывать свои результаты в международной политике и международном предпринимательстве: что уже сделал, в каких проектах участвовал, чем могу быть полезен. Только на основном этапе организаторы получили больше 100 тысяч заявок. Поэтому для меня пройти отбор и поехать от Люксембурга большое личное достижение. Данные об отборе.

И я считаю очень крутым, что Россия может проводить такие мероприятия. Собрать у себя людей со всего мира, заинтересовать их и организовать приезд стоит огромных усилий. По-моему, для страны это серьёзное достижение, которое мы сами иногда недооцениваем.

России такие форумы важны ещё и потому, что это возможность перехватывать европейские таланты. Человек приезжает со своими знаниями, опытом и идеями, знакомится с российскими командами, видит, что здесь можно делать и с кем работать. Из этого вполне может вырасти совместный бизнес, социальный проект, а у кого-то и желание связать с Россией свою дальнейшую жизнь. Я бы хотел, чтобы таких связей становилось больше.

Всего ожидается 10 тысяч участников из 191 страны. Российские регионы тоже активно представлены: по данным организаторов, участвуют все 89 регионов, сколько реально будет гостей и откуда сам не знаю. Мы будем прежде всего нетворкать в социальной и экономической сферах, обсуждать проекты и искать партнёров. Мне самому интересно познакомиться с региональными командами, узнать, что они делают и где мы можем пригодиться друг другу. Хочется вернуться с контактами людей, которым после фестиваля можно будет написать: «Ну что, давайте делать».

Мой телеграм-канал «Пост завтра». Заходите, подписывайтесь.

Спорить с тем, что старый VK был удобным и местами гениальным продуктом, бессмысленно. Он действительно рос невероятно быстро, прекрасно чувствовал аудиторию и постепенно превратился в операционную систему русскоязычного интернета.

Но давайте проведём небольшой мысленный эксперимент.

Представим, что на дворе 2014 год. Я занимаюсь маркетингом и цифровыми медиа, прихожу утром на работу, а мне говорят:

— Поздравляем. Теперь ты генеральный директор «ВКонтакте». Принимай хозяйство у Павла Валерьевича.

Я радостно открываю дверь серверной — и вижу там не компанию, а кромешный п***ец.

Музыка есть? Вся.

Фильмы есть? Практически любые.

Книги, программы, архивы, сомнительные файлы и софт с происхождением уровня «мне друг скинул»? Разумеется.

Порнография? Интернет же.

Совсем запрещённые материалы? И такое пользователи успели натаскать.

Внутренняя валюта, подарки, приложения с собственными экономиками и возможность превращать пользовательские платежи в выплаты разработчикам? Пожалуйста.

Претензии правообладателей, регуляторов, силовиков и акционеров лежат в отдельной тележке. Тележка уже горит.

А где-то на выходе стоит красивый, свободный и слегка философский Павел Валерьевич. Он передаёт мне ключи, поправляет чёрную футболку и уходит навстречу свободе.

С деньгами.

Потому что собственность, как известно, ограничивает свободу. Особенно если её вовремя продать.

Бесплатная музыка, за которую кто-то всё-таки должен был заплатить

Начнём с главного актива старого «ВКонтакте» — чужого контента.

Пользователь заходил в VK не только переписываться. Он слушал музыку, смотрел фильмы, скачивал книги и программы, играл, читал сообщества и находил практически всё, что человечество успело превратить в цифровой файл.

Сегодня это принято вспоминать с нежностью:

— Вот раньше музыка была бесплатная!

Она была бесплатная примерно в том же смысле, в каком на Горбушке диск с Photoshop стоил сто рублей: добрый продавец просто очень удачно договорился с компанией Adobe. Видимо, мысленно.

Весной 2014 года Sony Music, Universal Music и Warner Music подали иски к «ВКонтакте». Правообладатели заявляли, что социальная сеть фактически управляет нелицензированным музыкальным сервисом с огромной библиотекой записей.

Позднее суд отказался взыскивать всю заявленную компенсацию, но обязал VK внедрить эффективную систему, препятствующую повторной загрузке спорных произведений.

То есть проблема не появилась после ухода Дурова. Новые владельцы не изобрели правообладателей специально, чтобы испортить нам дорогу домой в маршрутке. Всё уже лежало внутри компании.

Просто пока VK рос, бесплатная медиатека была великолепным магнитом для аудитории. Когда платформа стала достаточно большой и дорогой, правообладатели внезапно вспомнили, что песни вообще-то кому-то принадлежат.

У интернет-платформ это стандартная последовательность. Сначала пользователи загружают всё, что находят. Платформа быстро растёт, основатели радуются метрикам, инвесторы — стоимости компании. Потом приходят юристы, открывают дверь и обнаруживают, что кнопка «удалить все нарушения, не потеряв аудиторию» почему-то отсутствует.

Новый директор должен одновременно сохранить любимую пользователями медиатеку, договориться с правообладателями, внедрить распознавание файлов, организовать удаление копий и объяснить людям, почему вчера песня была бесплатной, а сегодня требует подписку.

Пользователь в этот момент не говорит:

— Какой сложный процесс легализации интеллектуальной собственности.

Пользователь говорит:

— При Дурове музыка работала, а вы всё сломали.

И технически пользователь прав. Она работала.

Как круглосуточный рынок контрафакта тоже прекрасно работает — вплоть до первого содержательного разговора с государством.

Почему VK обогнал «Одноклассников»

«ВКонтакте» впервые обошёл «Одноклассники» по месячной аудитории ещё в январе 2009 года. Тогда преимущество составляло всего несколько тысяч посетителей, но затем разрыв начал увеличиваться.

Можно ли доказать, что VK победил конкурента исключительно благодаря пиратской музыке, фильмам и софту? Конечно, нет. На рост повлияли молодой интерфейс, университетская аудитория, удобные сообщения, сообщества, видео, приложения и общее ощущение, что здесь происходит вся современная жизнь, а не только встреча выпускников 1978 года.

Но утверждать, что бесплатный контент не имел отношения к успеху, тоже было бы очаровательно.

У двух социальных сетей была прямая конкуренция. Только в одной ты в основном находил бывшего одноклассника, который уже продавал пластиковые окна, а в другой — бывшего одноклассника, пластиковые окна, новый альбом любимой группы, фильм, книгу, взломанную программу и архив с названием Photoshop_final_new_100%_bez_virusov.rar.

Куда же пойдёт молодой пользователь? Загадка уровня Бермудского треугольника.

VK превращался из социальной сети в универсальный бесплатный интернет внутри интернета. Пользователь приходил за перепиской, а оставался потому, что уходить ему больше никуда не требовалось.

На «Одноклассниках» контентные возможности тоже развивались, но именно «ВКонтакте» закрепился в массовом сознании как место, где есть всё.

И вот эта фраза — «там было всё» — одновременно описывает главное продуктовое достижение старого VK и весь объём будущих проблем его владельцев.

А что с запрещёнкой?

Здесь необходимо аккуратно отделить ответственность пользователей от ответственности платформы.

Нет оснований говорить, что Дуров лично загружал запрещённые материалы или одобрял их распространение. Конкретные преступления совершали конкретные люди.

Но для человека, принимающего платформу, это довольно слабое утешение.

В 2013 году адрес VK попал в реестр запрещённых сайтов. Позднее Роскомнадзор сообщил, что весь ресурс внесли туда по ошибке оператора. Поводом при этом стала отдельная страница с изображением, которое квалифицировали как незаконный материал с участием ребёнка. Представители VK отрицали наличие на площадке детской порнографии.

Одновременно возбуждались реальные дела против отдельных пользователей, распространявших через социальную сеть соответствующие материалы. Например, в 2014 году «Интерфакс» сообщал об уголовном деле в Башкирии, связанном с распространением такого видео через VK.

Дело против пользователя не доказывает вину владельца социальной сети. Но оно прекрасно показывает масштаб проблемы.

Когда на платформе десятки миллионов человек, среди них неизбежно появляются мошенники, вымогатели, наркоторговцы, экстремисты и граждане, чьё цифровое наследие лучше сразу передавать следователю.

Значит, компании необходима круглосуточная модерация, обработка жалоб, поиск запрещённых материалов, сохранение цифровых доказательств и взаимодействие с правоохранительными органами. Нужны прозрачные правила блокировки, юридическая проверка государственных запросов и отдельная система для самых тяжёлых категорий контента.

И всё это дорого.

Причём любая ошибка превращается в скандал. Удалил мало — покрываешь преступников. Удалил много — душишь свободу. Передал сведения — товарищ майор. Не передал — обыск, суд или очередной конфликт с государством.

Очень удобно руководить социальной сетью, если делать вид, что этот выбор должны совершать какие-то другие люди. Желательно после твоего ухода.

Дуров ничего не знал

Конечно, Павел ничего не знал.

Генеральный директор, основатель и главный идеолог крупнейшей социальной сети страны понятия не имел, почему люди пользуются его продуктом, что они туда загружают, как устроена внутренняя валюта и на чём растёт удержание аудитории.

Ему, вероятно, просто иногда показывали красивый график регистрации пользователей. А колоссальные хранилища музыки и видео сотрудники маскировали под корпоративный календарь.

Скажу серьёзно: у нас нет доказательств, что Дуров лично поощрял незаконный контент. Но версия о полном неведении основателя выглядит не особенно убедительно.

Руководитель такого уровня обязан понимать, почему приходит аудитория, почему она остаётся, какие функции создают рост, какие несут юридические риски, откуда берутся деньги и кому платит платформа. Поэтому разумно предполагать, что Дуров видел: доступность чужой музыки, фильмов, программ и практически неограниченного пользовательского контента является одновременно конкурентным преимуществом VK и бомбой замедленного действия.

Это вывод из его должности и устройства бизнеса, а не доказательство преступного умысла.

Павел мог считать, что платформа лишь предоставляет нейтральный инструмент. Мог надеяться, что юридические проблемы удастся решить позднее. Мог полагать, что ответственность лежит прежде всего на пользователях. Мог сознательно выбирать быстрый рост, откладывая дорогостоящую зачистку.

Но рассказывать, что он совершенно не догадывался, к чему всё идёт, — это уже не защита Дурова, а сомнение в его интеллекте.

А мы ведь договорились, что Павел Валерьевич гениален.

Деньги «ВКонтакте»: подарки, голоса и магия превращений

Теперь самое интересное.

У VK были «голоса» — внутренняя условная единица. За них покупали подарки и возможности в приложениях. В 2010 году компания запустила собственную платёжную систему: пользователь мог пополнять счёт и оплачивать покупки.

В 2011 году её закрыли. Представитель компании объяснял, что после принятия закона о национальной платёжной системе продолжение работы потребовало бы дополнительных юридических лиц, лицензирования, отчётности и соблюдения новых стандартов. Компания сочла это нецелесообразным, о чём тогда подробно писали «Ведомости».

Какая неожиданность.

Пока финансовый сервис можно было развивать сравнительно свободно — он существовал. Когда понадобилось выполнять полноценные требования финансового регулирования — внезапно выяснилось, что не очень-то он и нужен.

Доказывает ли это отмывание? Нет.

Заставляет ли задавать вопросы? Безусловно.

При этом популярная формулировка «покупали подарки сами у себя и выводили деньги» требует уточнения. Обычный виртуальный подарок не превращается у получателя обратно в рубли. Если человек купил сам себе сто розочек, то он не отмыл деньги. Он просто стал самым поздравленным человеком района.

Более реалистичный риск был связан с длинной цепочкой: приобретением внутренней валюты, расходами внутри подконтрольного приложения и последующей выплатой разработчику.

Человек мог завести деньги в систему, приобрести «голоса» и потратить их в приложении, принадлежавшем ему самому или связанному с ним лицу. Платформа в таком случае видела пользовательскую выручку, а разработчик получал выплату за вычетом комиссий и расходов. Так фиктивная операция теоретически могла принять вид дохода цифрового продукта.

Подобные риски существуют на любой платформе, где есть внутренняя валюта, сторонние продавцы и обратные выплаты. Если добавить к этому серый рынок голосов, взломанные аккаунты, мошеннические приложения, перепродажу виртуальных ценностей и операции между связанными лицами, получится среда, от которой специалист по финансовому мониторингу начинает нервно моргать.

Была ли вся система подарков специально спроектирована для отмывания? Доказательств этому я не нашёл.

Был ли Дуров достаточно умён, чтобы понимать, какие возможности для злоупотреблений создаёт внутренняя валюта с выплатами разработчикам?

Вот тут каждый может ответить самостоятельно.

Лично мне трудно одновременно считать человека цифровым гением, предвидевшим устройство будущего интернета, и наивным лесным эльфом, который впервые услышал о фиктивных транзакциях после принятия закона о национальной платёжной системе.

Но подозрение — это всё ещё не доказательство.

Чтобы утверждать, что Дуров сознательно построил «отмывочную», нужны конкретные транзакции, подконтрольные приложения, получатели, материалы проверок, судебные решения или полноценное расследование. Публично доступных подтверждений такого уровня я не нашёл.

Поэтому честная формулировка звучит так: архитектура внутренней экономики VK создавала очевидные возможности для мошенничества, серого обмена и попыток обналичивания, а руководство платформы должно было понимать эти риски.

Всё остальное пока остаётся версией.

Очень соблазнительной. Очень саркастически удобной. Но версией.

А деньги-то были?

Были. Правда, опять с нюансами.

По опубликованным данным, выручка «ВКонтакте» за 2013 год выросла примерно на 13,7% и оценивалась почти в 196 миллионов долларов. Однако чистая прибыль составляла около 1,8 миллиона долларов и сократилась примерно в шесть раз.

То есть новый владелец получал не сундук, из которого прежний менеджмент зачем-то забыл выгребать золото.

Он получал быстро растущую платформу с огромным оборотом, дорогой инфраструктурой, корпоративным конфликтом, юридическими рисками и весьма скромной чистой прибылью относительно выручки.

Сравнивать старый и новый VK только по удобству для пользователя — это как вспоминать рынок времён Лужкова:

— А вот раньше Горбушка сколько денег приносила! А потом пришли эти ваши чиновники и всё разогнали!

Разумеется, приносила. Там продавалось вообще всё, включая программы по двадцать рублей и фильмы, которые ещё не успели выйти в кинотеатрах.

Но считать такую систему образцом прозрачного бизнеса — всё равно что назвать контрабандный порт лучшим логистическим предприятием года.

Старый VK рос не только потому, что Дуров был талантливым предпринимателем. Хотя он, очевидно, им был. Он рос ещё и потому, что давал пользователю гигантское количество ценности, значительную часть которой оплачивала не сама платформа. Правообладатели не получали полноценную плату за музыку, фильмы и программы загружали пользователи, сообщества модерировали их администраторы, приложения создавали сторонние разработчики, а юридические последствия откладывались на будущее.

Это фантастическая модель роста.

До тех пор, пока счета за праздник не начинают приходить владельцу помещения.

Дурова отпустили, ещё и денег дали

В декабре 2013 года Павел Дуров продал принадлежавшие ему 12% «ВКонтакте» Ивану Таврину. О сделке сообщал «Интерфакс». В марте 2014 года этот пакет перешёл Mail.Ru Group, а в апреле Дуров окончательно лишился поста генерального директора. Хронологию его ухода подробно описывал «Коммерсантъ».

Позднее Mail.Ru Group приобрела оставшуюся долю UCP и стала владельцем всей компании.

Дуров также заявлял, что отказался передавать ФСБ сведения об администраторах украинских сообществ Евромайдана. Это важная часть истории: корпоративный конфликт разворачивался одновременно с политическим давлением.

И тут появляется вполне естественный вопрос: если вокруг VK было столько потенциальных нарушений, сомнительных операций и запрещённого контента, почему его основатель не сел, а получил деньги за акции и уехал строить следующий продукт?

Если бы влиятельные люди действительно поставили задачу посадить Дурова, материала для давления искать долго, вероятно, не пришлось бы. Он был не случайным системным администратором из подвала, а основателем и генеральным директором главной социальной сети страны. Вокруг компании уже существовали претензии правообладателей, конфликты с регуляторами, уголовные дела против пользователей, спорные финансовые механики и война акционеров. При наличии политической воли всё это могло стать основой для множества проверок и попыток привязать решения компании лично к руководителю.

Но здесь есть важное различие. Огромная доказательная база о том, что нарушения совершались на платформе, ещё не является огромной доказательной базой личного преступления её генерального директора. Прямая связь с компанией позволяет задавать Дурову вопросы и проверять его решения, но сама по себе не доказывает ни отмывание денег, ни умышленное распространение запрещённого контента.

И всё же сам исход истории выглядит любопытно.

Стратегически важный актив перешёл к более приемлемым для государства владельцам. Дуров получил деньги за свою долю, покинул должность, уехал из страны и продолжил заниматься Telegram. Никто не отправил его на двадцать лет объяснять сокамерникам преимущества минималистичного интерфейса.

Доказывает ли это тайную договорённость? Нет.

Позволяет ли предположить, что стороны в какой-то момент нашли приемлемый для всех выход? Вполне.

Продажа доли — это, конечно, не «деньги сверху», а плата за принадлежавшие человеку акции. Но выглядит история всё равно удивительно цивилизованно для людей, которые, согласно публичной версии, находились в состоянии корпоративной войны и политического конфликта.

Один передал стратегический актив и уехал со средствами на новый проект. Другие получили крупнейшую социальную сеть страны вместе с её аудиторией, данными, инфраструктурой и влиянием. Государство получило более предсказуемую конструкцию собственности.

Просто совпало.

Все разошлись страшно недовольные, но почему-то с тем, что им было особенно нужно.

Можно предполагать, что продавец и покупатели прекрасно понимали, с кем имеют дело. Было бы наивно представлять, будто новые владельцы открыли VK уже после сделки и впервые обнаружили там пиратскую музыку, запрещённые материалы, внутреннюю валюту и письма от государственных органов.

Конечно, они знали, что покупают.

Дуров понимал ценность и проблемы актива. Покупатели знали о судебных, финансовых и регуляторных рисках и принимали их вместе с аудиторией, инфраструктурой и политическим значением платформы.

Был ли это добровольный союз, вынужденная сделка под давлением или сложный компромисс между акционерами, государством и основателем? Публичные данные не позволяют честно выбрать только одну версию.

Поэтому скажем так: они разошлись не обязательно по любви, но совершенно точно не как незнакомцы, случайно столкнувшиеся у нотариуса.

Что получает новый директор?

Итак, я сажусь в кресло Павла Валерьевича.

В первом ящике стола лежат иски музыкальных компаний. Во втором — требования регуляторов. В третьем — жалобы на запрещённый контент. В четвёртом — внутренняя валюта, выплаты разработчикам и потенциально серые операции.

Под столом сидят конфликтующие акционеры. За дверью стоит государство. В окне — десятки миллионов пользователей, которые требуют вернуть бесплатную музыку и старую стену.

А на столе фотография Паши без футболки и записка:

«Я избавился от собственности, потому что собственность ограничивает свободу».

И я понимаю, что первым делом мне придётся не развивать социальную сеть.

Сначала нужно легализовать музыку и видео, построить промышленную модерацию, закрыть финансовые лазейки, контролировать выплаты разработчикам и договориться с правообладателями. Одновременно придётся отвечать на запросы государства, не допустить блокировки всей платформы и сделать так, чтобы менеджмент не изучал цифровую экономику из следственного изолятора.

И любое наведение порядка будет выглядеть для пользователей как уничтожение старого доброго VK.

Потому что старый VK был добрым прежде всего к пользователю.

К правообладателям, юристам, модераторам, регуляторам и человеку, которому однажды предстояло принять всё это хозяйство, у него были гораздо более сложные чувства.

И этим директором, к счастью, оказался не я.

Небольшое дополнение после ваших комментариев

Судя по комментариям, стоит уточнить две вещи.

Во-первых, смысл поста был не в том, чтобы оправдать современный VK. Я хотел показать, что Пашка Дуров, мягко говоря, не ангел, а популярность старого «ВКонтакте» строилась в том числе на весьма серых, а местами почти чёрных механиках. Бесплатная пиратская медиатека, сомнительный контент и слабо контролируемая внутренняя экономика были не случайным фоном, а важной частью привлекательности платформы.

Во-вторых, окажись я на месте руководства после ухода Дурова, я бы тоже вычистил из VK всё серое и чёрное. Но на этом остановился бы.

Я не стал бы превращать его в перегруженную корпоративную соцсеть, заталкивать туда все продукты Mail.ru Group, обвешивать интерфейс десятками ненужных функций и строить из одного хорошего сервиса «единую цифровую экосистему». Не стал бы ради корпоративной интеграции ломать привычную логику продукта и убивать нормально работающий функционал.

Я бы продолжил развивать VK именно как общественную социальную сеть: простую, быструю и понятную. Без пиратства и финансовых лазеек — но также без корпоративного комбайна, который пытается одновременно быть мессенджером, видеохостингом, магазином, музыкальным сервисом, рабочим порталом и кофеваркой.

Поэтому вывод не в том, что новые владельцы всё сделали правильно. Вывод в другом: старый VK требовал серьёзной очистки, но я признаю, что очистка и превращение продукта в перегруженного корпоративного Франкенштейна вообще не одно и тоже далеко не одно и то же.

Вместо вывода

Нужно ли любить Павла Дурова?

Разумеется.

Посмотрите на эту осанку. На пресс. На чёрные футболки. Очевидно, что более красивого, мускулистого, свободного и успешного человека человечество пока не произвело. Если бы античные скульпторы увидели Павла, они бы разбили свои поделки и ушли переучиваться на тестировщиков.

Нужно ли считать его единственным святым человеком, а старый «ВКонтакте» — потерянным цифровым раем?

Вот тут возникают вопросы.

Возможно, мы любим не старый VK как бизнес.

Мы любим время, когда нам было двадцать лет, вся музыка мира находилась одним поиском, интернет казался свободным, а за юридические и финансовые последствия нашей свободы должен был отвечать какой-нибудь будущий директор.

И этим директором, к счастью, оказался не я.

Если вам нравятся такие разборы цифровых платформ, медиа, маркетинга и вещей, которые все вроде бы видели, но предпочитали не замечать, приглашаю подписаться на мой Telegram-канал «Пост завтра».

Там будут новые материалы. Возможно, даже завтра.

Дисклеймер для самых серьёзных людей в интернете

Этот пост — авторская сатирическая интерпретация открытых публикаций, а не обвинительное заключение, журналистское расследование или финансовая экспертиза.

Я не утверждаю, что Павел Дуров организовывал отмывание денег, создавал подарки специально для легализации преступных доходов, сознательно распространял запрещённые материалы или состоял в тайном сговоре с представителями государства.

Где речь идёт о вероятном понимании руководством рисков платформы, это авторский вывод, основанный на масштабе компании, должности Дурова и устройстве её продуктов. Где описывается возможная схема злоупотребления внутренней валютой, речь идёт о типовом риске цифровых платформ, а не о доказанном эпизоде деятельности VK.

Все подозрения остаются подозрениями, пока не подтверждены документами, транзакциями, судебными материалами или надёжным расследованием.

Всё остальное — мои фантазии, галлюцинации и очевидная зависть к человеку, который красивее, богаче, мускулистее и успешнее меня, а также значительно лучше стоит босиком на фоне пустыни.

А дальше на разогретую толпу выкатили главное блюдо: собственный скам-токен и интерактивный лохотрон на сайте. Схема гениальна в своей наглости. Хочешь увидеть новую порцию геймплея? Заноси крипту и голосуй «за». Боишься спойлеров и хочешь остановить утечки? Заноси ту же самую крипту и голосуй «против». Чувак тупо открыл казино, где стриг комиссионные с обеих сторон: и с тех, кто его боготворил, и с тех, кто его ненавидел.

Шоу со «сжиганием» монет на полтора миллиона баксов оказалось дешевой клоунадой для школьников. В комментариях сразу заверещали, мол, смотрите, он как Джокер сжигает гору налички ради принципа. В реальности это тупейший трюк криптоспекулянтов: искусственно урезал циркуляцию фантиков, разогнал курс на панике и спокойно слил свои запасы через левые кошельки на самом пике ажиотажа.

Пока бабло капало, градус шизы искусственно подогревали отборным бредом. Ценник в 163 тысячи баксов за звонок в Дискорде, требования выставить у офиса Rockstar толпу ряженых в костюмах лука, сказки про «кнопку мертвеца», которая якобы взорвет весь интернет исходниками в случае его ареста. Все это скармливалось аудитории с одной целью: не дать хайпу остыть, пока идет обналичка.

В сухом остатке никакого киберпанка тут нет. Rockstar те еще зажравшиеся корпораты, спору нет, но персонаж со сливов оказался обычной криптопиявкой, которая натянула на себя маску борца за народ и красиво обчистила карманы наивных зевак на фоне всеобщей паники.

В телеграм-канале Пост Завтра я продолжаю следить за развязкой этого цирка и других явлений. Подписывайтесь

И ведь как тонко все было обставлено с точки зрения классической психологии контраста. Сливщик методично выкладывал максимально сырые, блеклые и всратые куски отладочного билда. На экране висели строчки кода, текстуры не прогружались, персонажи двигались как деревянные болванчики. Народ в комментариях успел испугаться, что игра за пару миллиардов долларов окажется полным провалом и графически застрянет в эпохе PlayStation 3. И ровно в тот момент, когда планка ожиданий упала на самое дно, Rockstar эффектно выходит в белом пальто и выкатывает официальный, вылизанный до зеркального блеска трейлер в 4K с неоновым светом, живой толпой и симуляцией воды. Эффект контраста сработал моментально: те же самые люди, которые вчера клялись никогда не покупать цифровые огрызки за сто баксов, сегодня с открытыми ртами побежали оформлять предзаказы.

Да и сам образ хакера выглядит так, будто его придумали сценаристы самой GTA во время мозгового штурма под энергетиками. Чувак называет себя цифровым Робином Гудом, запускает скам-монету, пафосно сжигает виртуальные токены на полтора миллиона долларов на манер Джокера и требует, чтобы к офису разработчиков пришли десять человек в костюмах зеленого лука. Это же буквально сатира на современный мир, которая идеально вписывается в сценарии радиостанций Вайс-Сити. Ни один реальный преступник, держащий на руках билд стоимостью в сотни миллионов долларов, не станет устраивать детский сад с нарядами лука и публичными голосованиями, рискуя сесть на пожизненное. Зато для вирусного партизанского маркетинга это идеальное топливо, которое вирусится в Тиктоках и Твиттере абсолютно бесплатно.

Вся эта судебная драма с требованием деанонимизировать сто тысяч пользователей Дискорда и слухами про частных сыщиков, приходящих домой к реддиторам, на деле создает ощущение блокбастера в реальном времени. Вместо унылой рекламной кампании с билбордами на Таймс-сквер нам продали интерактивное реалити-шоу, где каждый второй геймер чувствует себя участником подпольного сопротивления. Корпорация потратила ноль долларов на классический пиар, получила миллиардный охват, отвлекла всех от драконовских ценников и выставила себя пострадавшей стороной, которой теперь искренне сочувствуют даже самые прожженные критики. Вообще на планирование и реализацию такого стратегии маркетинга денег могло хватить только

Шизотеория это или гениальный ход пиарщиков Take-Two, мы вряд ли когда-нибудь узнаем достоверно.

В телеграм-канале Пост Завтра я продолжаю собирать весь этот цирк, копаться в закулисье игровой индустрии и следить за развязкой драмы с хакером. Заглядывайте, если любите смотреть на изнанку корпоративных войн без розовых очков.

Понимая, что разговорами огонь не потушить, студия выкатила официальное видео с демонстрацией геймплея. И вот здесь начинается самое интересное.

Внимательные зрители и аналитики сразу обратили внимание на структуру ролика: возникло стойкое ощущение, что видео спешно перемонтировали и дорабатывали прямо на ходу в ответ на сливы. Маркетологи явно изучили все претензии игроков к роликам хакера и целенаправленно собрали нарезку так, чтобы точечно закрыть каждое слабое место, всплывшее в сети.

В слитых отрывках Cyberlx игра действительно выглядела местами блекло и пугающе сыро. Сливщик гонял ранний отладочный билд: с висящими по краям экрана строками программного кода, выключенным глобальным освещением, плоскими текстурами без финальной обработки и поломанными скриптами поведения толпы. Из-за этого у многих закралось подозрение, что проект за пару миллиардов баксов чисто технически застрял где-то на уровне предыдущей части десятилетней давности.

Официальная демонстрация должна была буквально с ноги выбить эти сомнения из голов игроков. Вместо полупустых серых улиц из утечек зрителям показали залитый неоном, безумно детализированный Вайс-Сити. В кадр намеренно напихали именно то, чего не было в сырых видео: честную симуляцию плотного трафика на дорогах, сложную физику деформации кузова при авариях, реалистичную работу ветра и динамическое отражение света на мокром асфальте. Сцены с перестрелками и погонями смонтировали с упором на плавность движений и сочный позиционный звук, доказав колоссальную разницу между черновым наброском из среды разработки и финальной картинкой блокбастера.

Ход сработал безотказно. Стоило выкатить вылизанный сочный видеоряд в максимальном качестве, как коллективный разум интернета моментально переключился с негатива на восторг. Игроки тут же отодвинули на второй план и пустые коробки с кодами вместо дисков, и платные трейлеры по подписке на Нетфликсе, и урезанный контент в базовых версиях за восемьдесят баксов.

Rockstar смогла временно перехватить инициативу и успокоить инвесторов, но глобально конфликт никуда не делся. Анонимный сливщик все еще на свободе, продолжает держать руку на своей пресловутой кнопке сброса файлов и может выкинуть новый сюрприз в любой момент, но возможностей и кредита доверия у него сильно поубавилось.

В телеграм-канале Пост Завтра я продолжаю следить за развитием этой эпопеи более в реальном времени и ждать, чем ответит хакер, присоединяйтесь.

Сначала издатели из Take-Two и платформодержатели из Sony решили окончательно проверить игроков на прочность. Они объявили, что физических дисков с игрой на релизе не будет. На полках магазинов будут стоять пластиковые коробки, внутри которых лежит просто бумажка с одноразовым кодом. Сделано это ради того, чтобы раз и навсегда похоронить вторичный рынок: раньше диск с игрой мог годами ходить по рукам и перепродаваться на барахолках, а теперь активировал код на свой аккаунт — и коробку можно выкидывать, продать или дать другу диск уже не получится.

Дальше пошли эксперименты с ценами. Базовую версию игры оценили в 80 долларов, но при этом вырезали из нее часть сюжетных заданий и гаражей с кастомизацией, чтобы вынудить людей сразу брать Ultimate-издание за сотку. А вишенкой на торте стал первый большой показ получасового геймплея, права на который за 80 миллионов долларов продали Нетфликсу, чтобы люди оформляли платную подписку на сторонний киносервис только ради того, чтобы увидеть рекламный ролик на шесть часов раньше официального выхода на Ютубе. Другие гиганты индустрии вроде Electronic Arts сейчас наверняка сидят в сторонке, смотрят на этот беспредел и ждут реакции аудитории: если прокатит у Rockstar, то завтра все остальные издатели начнут вводить точно такие же драконовские правила.

В самый разгар этой корпоративной духоты в инфополе ворвался таинственный персонаж под ником Cyberlx с картинкой зеленого лука на аватарке. Сначала над ним смеялись, принимая его ролики за фейки из нейросетей, пока парень не выложил видео, где он в реальном времени из пистолета дырками от пуль выбивает свое имя на стене внутри игры. Стало ясно, что у него на руках оказался не просто старый кусок записи, а полноценно работающий билд GTA 6 для ПК, до официального релиза которого на компьютерах еще года два минимум.

Откуда он вообще взялся? Точной информации нет, но в сети активно обсуждают, что хакер вполне может быть русским или сидеть где-то на просторах СНГ из-за часового пояса его активности и русских надписей в некотрых слитых им роликах, но это все конспирация. Дело в том, что Rockstar годами экономила бюджеты и пачками сливала разработку 3D-моделей машин и мелких ассетов на аутсорс в сторонние конторы в небогатых странах. Кто-то из условных аутсорсеров, судя по всему, просто утащил рабочий файл и теперь устроил из этого международное шоу.

Только вот строить из этого хакера благородного Робина Гуда или борца за свободу точно не стоит — персонаж там тот еще кадр. Он на полную катушку включил режим пафосного бунтаря против «злых корпоратов», задвигая речи про войну за права игроков, но на деле развернул обычную циничную схему по выкачиванию бабла. Он запустил свой собственный мемный криптокоин и начал устраивать платные голосования: пользователи должны заносить ему крипту, чтобы проголосовать, какой кусок игры он выложит следующим. Чтобы набить себе цену, он показательно «сжег» токенов на полтора миллиона баксов, закосив под Джокера, хотя на самом деле просто разогнал курс своей монеты и гребет деньги на комиссиях со спекулянтов. За личный созвон и показ конкретного фрагмента карты он и вовсе требовал 163 тысячи долларов.

В какой-то момент чувак совсем слетел с катушек и начал откровенно шантажировать комьюнити спойлерами. Он выкатил ультиматум: если к главному офису Rockstar не придет десять человек в костюмах зеленого лука, он сольет в сеть сюжетный пролог за главную героиню Люсию и испортит всем прохождение. Игроки разделились: с одной стороны, всем приятно видеть, как обнаглевшие издатели садятся в лужу, с другой — никто не хочет кормить криптоскамера и ловить сюжетные спойлеры к игре, которую ждали больше десяти лет.

Сама Rockstar сейчас пребывает в состоянии глубочайшего шока и паранойи. Всех сотрудников принудительно выдернули с удаленки и заперли в офисах на жесткую пятидневку под тотальный надзор. Юристы компании побежали в американский суд и выкатили требование принудительно раскрыть персональные данные ста тысяч пользователей Дискорда, Твиттера и Ютуба, чтобы вычислить сливщика. Корпоративные боты в соцсетях пачками банят аккаунты даже за обычное обсуждение утечки, а к случайным реддиторам, оставившим подозрительные комментарии, разработчики уже отправляют частных сыщиков с допросами прямо на дом. Хакер же в ответ заявляет, что настроил «кнопку мертвеца»: если его вычислят и арестуют, специальный скрипт автоматически сольет весь исходный билд игры на торренты.

А в телеграм-канале Пост Завтра я буду динамичней отслеживать , что в итоге произойдет с этим хакером. Как его накуканят и сколько сливов произойдет еще. Подписывайтесь.