amadeustory

Она сидит в тени старого павильона в парке развелечений.

Одетая в белую хламиду, простоволосая, она смотрит незрячими глазами куда-то за горизонт.

Ты можешь обратиться к ней, и она ответит на любой твой вопрос.

Только будь аккуратен.

И не спрашивай о своём будущем...

История о мужчине, который ради своей мечты предал всё, включая эту мечту.

Сегодня у нас рассказ обоятельной и солнечной Киры Дмитриевой "Проклятый музыкант".

Не забудьте подписаться на наш канал, поставить лайк, написать, как вам эта история.

Заходите к нам в сообщество "Если б я был писателем" (ссылка ниже), там вас ждут множество интересных ивентов, смешных мемов и окололитературной движухи!

ШКРЯБ

Автор рассказа: Екатерина Рейм

Меня зовут Миша. Мне пятнадцать лет. До последних событий я думал, что самое страшное в жизни это развод родителей, который был ровно три года назад. Я остался жить с мамой, а папа переехал в квартиру бабушки, на окраине нашего города. Там, в старой пятиэтажке, рядом с оврагом, зажил со своей новой женой Вероникой. Я очень любил маму и папу, и тяжело переживал их расставание. Мама же, видя мои муки, не запрещала навещать папу, поэтому я часто бывал в его квартире.

Веронику я не принимал, хоть она и пыталась дружить, дарила подарки и была очень мила. Злился на неё, потому что понимал, она была красивой и молодой, и поэтому папа ушёл к ней. Если бы не она, мы были бы счастливой семьёй до сих пор.

Потом, случилось ужасное. Веронику нашли в спальне, на полу возле окна. Ночью у неё остановилось сердце, а папа был на смене и ей никто не смог помочь. Врачи так и не сказали, почему это произошло. Возможно из-за погодной аномалии и слабого сердца. В ту ночь были магнитные бури, и шёл сильный дождь. От горя папа постарел на несколько лет. Я уже не злился, наоборот было очень жаль её.

Я стал часто оставаться у отца, чтобы ему не было одиноко. Спал я в их с Вероникой бывшей спальне. Папа не мог там находиться, говорил всё напоминает о ней, и мне пришлось уступить ему диван в гостиной.

Иногда, по вечерам, стоя у окна, я пытался понять, почему Вероника не спала в ту ночь. Дышала воздухом? Так поздно?

Из окон спальни открывался вид на аллею. Она отделяла наш дом от оврага за которым начинался лес. Вдоль оврага стояли скамейки, для того чтобы жители могли наслаждаться лесным воздухом.

В ночь когда всё случилось, был сильный ливень. Я снова гостил у папы. Ночью проснулся от звука капель, барабанящих по карнизу и долго не мог уснуть. Я любил дождь и его постукивание всегда убаюкивало меня. Но в этот раз было что-то не так. Никак не мог понять что, поэтому просто лежал и слушал. А потом дошло. Дело в ритме. Дождь стучит вразнобой, но сквозь этот шум пробивался другой, в нём был определённый ритм.

- Шкряб...шкряб...шкряб, - потом лишь шум дождя и снова: шкряб...шкряб...шкряб...

И так периодически всё повторялось. Когда стало понятно, что это действительно имеет какую-то последовательность, я встал с кровати и подошёл к окну. Было любопытно, что это за посторонние звуки. Ни о чём плохом тогда и подумать не мог.

Отодвинув тюль, я выглянул на улицу. Ничего не увидел. Темнота, дождь стеной.

Вновь раздался скрежет и я уткнулся лбом в стекло, чтобы разглядеть источник звука. С трудом мне удалось увидеть, как из темноты вынырнула длинная тонкая палка с чёрным, загнутым, словно клюв, наконечником, и аккуратно провела по карнизу:

- Шкряб...шкряб...шкряб...

- Что это? - я замер, наблюдая что произойдёт дальше. Через некоторое время снова появилась палка, нет, теперь их было четыре, они вытянулись из темноты и одна из них согнулась, и вновь провела по карнизу, аккуратно и настойчиво:

- Шкряб...шкряб...шкряб.

Что за палки такие, я никак не мог разглядеть из-за темноты.

Тут сверкнула молния озарив всё вокруг светом, всего на секунду, но этого хватило чтобы я понял. Никакие это не палки, это тонкие, длинные, обтянутые серой кожей пальцы с чёрными ногтями.

Следом грянул гром, я машинально отпрянул от окна, хватая ртом воздух. Хотел крикнуть но не смог, получился лишь жалобный стон.

Пальцы, тем временем, вцепились в карниз. Теперь отчётливо было видно, как снизу потянулась узкая, неестественно длинная ладонь, и схватилась за оконную раму, следом другая потянулась к стеклу. А потом, из мрака проявилось лицо.

Бледный, безволосый череп, обтянутый серой кожей отдаленно напоминал человеческий, узкие полоски вместо носа, вместо рта - круглая дыра, усеянная острыми зубами, между которыми ворочался тонкий влажный язык. Два глаза, в тёмном провале глазниц, горели жёлтым, они быстро двигались из стороны в сторону, словно искали кого-то. А когда они задержались на мне, я уже не смог сдержаться, и завопил что есть мочи, но мой крик утонул в очередном раскате грома...

Тварь уставилась в мои глаза, а я, как ни пытался, не смог отвести свой взгляд.

Точно под гипнозом, лишь беспомощно пялился, как она, шарит мокрыми от дождя руками по окну, пытаясь войти...потом она замерла. В следующую минуту я почувствовал как тело, игнорируя все импульсы, само медленно зашагало к жёлтым безумным глазам.

Не имея возможности ни крикнуть, ни убежать, ни даже моргнуть, я неумолимо приближался к твари. Понимание того, что вот-вот моя жизнь оборвётся, сводило с ума. От отчаянья слёзы текли по щекам, а сердце билось где-то в горле. Какой я дурак, что сразу не убежал или не позвал отца. Я плакал, не стесняясь, и молился, чтобы это всё оказалось дурным сном.

За спиной у твари вдруг стало светло, сначала я подумал, что это очередной всполох молнии, но нет, прошло несколько секунд, а свет не пропал.

Я уже почти вплотную подошёл к окну, словно во сне увидел, как мои руки потянулись к затвору на раме. Сейчас я проверну ручку, тварь ворвётся и всё будет кончено.

В этот момент, словно сквозь пелену, я услышал голос, он доносился с улицы и почти сливался с дождем. По аллее кто-то шёл и громко пел, некоторые слова долетели до моего слуха:

...и у любви у нашей сеееела, батарейка, оооооооуууеееее, батарейка...

Человек явно был пьяный или сумасшедший, кто рискнул бы гулять ночью в такую погоду.

Тварь тоже услышала певца и обернулась. И тут я понял, что контроль над телом вернулся и с громким выдохом повалился на подоконник.

Тварь в мгновение ока исчезла за пеленой дождя. Вытирая слёзы, я взглянул на аллею, там действительно был человек. В чёрном дождевике, он шёл, во всё горло пел и даже пританцовывал на ходу. По его маршруту в парке загорались фонари с датчиками движения, свет от которых я и увидел...

Тварь тонкой тенью метнулась к аллее. На секунду замерла на границе света от фонаря. Мне удалось разглядеть её горбатое худое тело. Она передвигалась молниеносно, все ближе и ближе подкрадываясь к певцу.

- Беги, беги, - закричал я, пытаясь открыть окно, дёргая ручку, и докричаться до бедолаги. Наконец, защёлка поддалась, окно распахнулось, дождь ударил в лицо словно кто-то плеснул в меня ведром воды.

Не обращая внимания, я закричал во всё горло, но человек меня не слышал.

Всё произошло мгновенно. Тварь подкралась со спины, и выпрямив костлявое тело, прыгнула. Человек, в последнюю секунду, обернулся и вместо того, чтобы испугаться и убежать, раздвинул руки, словно пытался обнять убийцу. Мне показалось, в последний момент тварь хотела поменять траекторию, но не успела и попала прямо в объятия ночного певца...

Душераздирающий визг заглушил шум дождя и тут же оборвался, а потом голова твари легко отделилась от тела и покатилась по асфальту.

Я замер с открытым ртом.

Человек же, перекинул тощее тело через плечо, подошёл, поднял голову и спокойно направился в сторону оврага, продолжая напевать незамысловатый мотив.

Когда в комнату залетел испуганный отец, я уже плохо соображал что происходит, плакал и смеялся, пока он закрывал окно и оттаскивал меня на кухню. Позже, успокоившись, я наврал отцу, что приснился кошмар, он принял всё, не задавая лишних вопросов.

Что это за тварь была и кто убил её, я понятия не имел. И, если честно, даже не собирался это выяснять.

Зато понял кто убил Веронику. Но никогда, никому об этом не скажу.

Мне очень повезло, что появился незнакомец и убил тварь, я не собираюсь больше испытывать удачу.

Буду стараться забыть всё и жить нормальной жизнью.

А ещё, с тех пор я ненавижу дождь, потому что сквозь его стук, мне мерещится знакомое:

- Шкряб...шкряб..шкряб.

Но, никогда не подхожу к окну, ни-ког-да!

ЗУБОДРОБИЛЬНЯ

Автор рассказа: Андрей Лоскутов

(Рассказ опубликован с авторской орфографией и пунктуацией)

Наша деревенька Крематория стояла неподалеку от Уральских гор и располагалась на сравнительном отдалении от больших городов. Всего на трех улицах жило в ней около двухсот человек. Административных зданий не было и подавно. Только стареющая, местами осыпающаяся школа, детский садик с одним единственным воспитателем и небольшой магазин. В общем и целом, местных устраивало практически все, за исключением отсутствия больницы и хоть какого-нибудь мало-мальски толкового врача.

Единственным кто хоть как-то мог помочь заболевшим был отшельник живший в самой глухой части деревни Вермонт Валерьевич Зубаир. Зубной врач по профессии, сосланный умирать в эту глушь за какие-то неведомые местным заслуги. Слухов про старика ходило великое множество. Деревенские бабы считали его святым и каждый раз проходя мимо его халупы кланялись и крестились. Мужики же, наоборот считая его шарлатаном нередко на местных сборищах предлагали изгнать демона ко всем чертям, а халупу спалить вместе с пожитками.

Однако, когда зубная боль припирала их к стенке, доводя до изнеможения, когда уже вместе с челюстью болела голова так сильно, что хотелось её отрубить. В тот момент, когда хочется вырвать зубы кусачками, никакие лекарства не помогают, а до города далеко. Вот тогда-то уже людям с их разными предрассудками становилось неважно бог пред ними аль дьявол.

Надо отдать старику должное. Ведь Вермонт Валерьевич никому не отказывал и даже наоборот очень рад был новым гостям. По началу люди ходили к нему не охотно, всё опасались, как бы гад не испортил чего в их прекрасном рту. Но Зубаир все делал грамотно, даже городские врачи дивились его мастерству, когда кто-нибудь из деревни ездил к ним на прием.

Народ потихоньку стал ему доверять и даже водить на осмотры детей. Проверить правильно ли растут их молочные зубки. Взамен на свои услуги с местных врач не брал ничего. Всё, что нужно для жизни они, итак, ему приносили в виде благодарности. Будь-то свежеиспеченный хлеб, парное молоко или десяток яиц прямиком из курятника.

Но больше всего старику не доставало совсем другого. Лесники поговаривали, что Вермонт почти каждую ночь проводит в самой дремучей части леса. Чем он там занимается точно никто не знал, только в следующие несколько дней по всему лесу находили тушки мертвых животных без челюстей. На врача, у которого к тому времени уже успешно лечилась половина округи, естественно, никто не подумал.

- Не иначе как браконьеры работают, коллекции свои пополняют, - говорил на собрании председатель лесничества. – Беспокоится не о чем.

Я же попал к Зубаиру в двенадцать. Когда в среднем верхнем зубе образовалась не большая дыра. В целом, мне нравился этот зуб, с ним я выглядел не таким как все, дырочка эта была маленькая и совсем не заметная. Зато плеваться сквозь нее было очень удобно, струя слюны была ровной, никто во всей школе так не умел. Как-то вечером мама заметила её и недолго думая вдела маленькое колечко.

- Когда вырастешь, будешь рокером, - говорила она, смеясь. – Вот видишь, кольцо в зубах уже есть.

Мы смеялись с ней до тех пор, пока не пришел папа. Я решил похвастаться перед ним и улыбнувшись во всю ширину рта показал кольцо, продетое в дырочку. Отец смеяться не стал, он вообще чувством юмора никогда не отличался. Нахмурившись, он посоветовал перенести кольцо в нос, тогда стану похожим на хряка. А матери велел не заниматься ерундой и сводить меня к доктору. Сказал еще раз увидит этот зуб повесит на него кольца от своего трактора.

Ходить по школе со здоровенным кольцом во рту мне не улыбалось так я впервые и оказался у зубного врача. Сильно нервничал, разумеется, переживал, даже побаивался слегка пока мы с мамой через всю деревню шли к его покосившемуся от сильных ветров домику. Однако, как оказалось переживал я зря, Зубаир недолго думая опоил меня какой-то крепкой настойкой и вывернул зуб, а с ним и еще два соседних сказал, что мешают расти остальным.

В общем в ближайшие несколько месяцев был я похожим на хоккеиста. Ребята в школе постоянно подначивали говорили мне скажи: - «Сполт это зызнь»! И когда я выдавал сию фразу хохотали до упаду. Ребята те мозгами не сильно блистали, зато я неожиданно для всех и даже для самого себя стал вдруг в центре внимания. Со мной все чаще стали общаться старшеклассники, среди которых был мой двоюродный братец Витя и друг его поганец Юра, которые до этого момент вообще делали вид, что меня в школе нет, хотя родители наши постоянно собирались вместе.

Через пару месяцев, когда на месте вырванных молочных зубов уже стали проявляться новенькие коренные и я думать забыл про Зубаира столкнулись мы с ним в магазине. Я выходил с покупками, а старик заходил внутрь и открыв передо мной двери широко улыбнулся. Его красивые белые зубы блеснули у меня перед глазами в свете солнца и присмотревшись к ним на секунду я заметил среди верхних и свой, тот самый с маленькой дырочкой.

- Здравствуй Сережа, - поздоровался он, я не ответил. – Как коренные? Не беспокоят?

- Нет, - с трудом выдавил я и быстро зашагал по дороге.

- Маме привет! - крикнул старик мне в спину и зашел в магазин.

Весь следующий день меня трясло от волнения. Разум говорил одно, а глаза совершенно другое. Я увидел старика впервые с того дня как этот стервец вылепил из меня подобие хоккейного защитника. Переволновался, испугался и скорее всего мне показалось. Однако в таком малом возрасте люди обычно не страдают галлюцинациями и мне не почудилось. У Вермонта Валерьевича восьмидесятилетнего старика зубы были белые как у ребенка. А что, если это не его зубы? И врач нашел способ подменить свои гнилые на наши новые? И ведь материала для этого жуткого эксперимента у него наверняка скопилось не мало.

На большой перемене я рассказал Вите и Юре о том, что видел деда со своим зубом. Парни не поверили мне, однако согласились что старик в последнее время ведет себя странно. В тот же вечер они решили наведаться к нему в гости, когда Зубаир в очередной раз соберется пойти погулять в чащу, а меня решили оставить на стрёме.

- А что, если он нас поймает?

- Не боись мелкий если шо, - Юрка вынул из кармана нож и щелкнул кнопкой. – Прирежем гада и оставим там.

- Точно, - подмигнув мне, кивнул Витька. – Он давно уже в печенках у всей деревни сидит, погостил и будет.

Та ночь выдалась на удивление теплой и почти безветренной. Выбравшись украдкой из дома, я встретился с ребятами в условленном месте. Когда дед ушел в лес они оставили меня сторожить в его дровянике, а сами забрались внутрь. Я задремал, облокотившись на охапку дров и очнулся лишь когда услышал звук шагов по крыльцу и легкое покряхтывание. Встрепенувшись, разом разогнав остатки сна я обежал дом и как условились принялся кидать камни в окно чердака надеясь, что еще не поздно.

Оказавшись в доме Юра, достал зажигалку, а Витя - фонарик. В первую комнату вошли молча, лишь скрипучий пол под их ногами нарушал повисшую вокруг пугающую тишину. Казалось, даже лес за хибарой притих в ожидании деда.

Не большая комнатка была сделана под кабинет. В середине, как и полагается стояло большое кресло, а рядом с ним на столике были разложены инструменты, накрытые тряпками. В дальнем углу стояла раковина с большим медным бочонком, прикрепленным к стене, а прямо за ней дверь, что вела в спальню.

Не найдя на первом этаже ничего подозрительного ребята, двинулись дальше по лестнице на чердак, который был заложен всяким старьем и так же не вызывал особого интереса. Однако присмотревшись получше за всем этим хламом у дальнего окна Витя вдруг увидел то, от чего его челюсть отвисла до пола став похожей на остальные, что лежали на полках вдоль старых стен.

Зубы. Длинные ряды белоснежно чистых идеально ровных зубов смотрели на них с этих полок. Подойдя ближе Юра приметил, что не все они были человеческими. Были и зубы диких зверей, больших и маленьких. Он без труда узнал волчьи клыки и заячьи выпирающие зубы. Но там были и другие: собачьи, кошачьи, свиные, змеиные и лошадиные. Все в идеальном состоянии, отполированные до блеска так, что, когда попадал на них луч фонарика ребятам слепило глаза.

- Охренеть, - выдохнул Витя, ошалело разглядывая зубы пираньи.

- Этот дед псих, - только и сумел выдавить из себя Юра, при виде такого зрелища его храбрость как ветром сдуло.

Камешки застучали в окно как раз в тот момент, когда внизу открылась дверь и скрипнула первая половица.

- Окно, - прошептал Юра и осторожно на цыпочках сделал шаг.

Этот шаг был большой ошибкой, едва он ступил не глядя во тьму, как раздался щелчок и стальные челюсти капкана с треском захлопнулись на его лодыжке. Парень закричал так громко что хлипкие стены чердака задрожали.

- Кто здесь!? - взревел хриплый голос внизу и едва Витя сообразил, что происходит на чердаке появился старик.

- Не двигайся, - сказал он Юре подходя ближе. - Я тебе помогу.

Однако помогать он не торопился вместо этого подошел к окну, заглянул в него и обернувшись тяжело вздохнул.

- Раз уж вы забрались так далеко, я расскажу, что все это значит, - он махнул рукой на свою коллекцию протезов и засунув правую руку в рот вынул еще один.

Молочные зубы маленьких детей, собранные со всей деревни. Целые и невредимые за исключением одного.

- У меня адентия. - заговорил дед невнятно без вставной челюсти, так что ребятам даже пришлось напрягать слух, Юра на полу не громко всхлипывал, но шевелится не смел. - Я родился совсем без зубов. Наследство, мать его, по отцовской линии. Потом учась в медицинском, я узнал, что эта хрень случается редко. Один процент. Один хренов процент! Ну и, как и все чего-то лишенные я никогда ничего так страстно не хотел как заиметь свои зубы. Дабы исправить обидный изъян.

- Теперь их у меня много, - он ухмыльнулся, вновь завороженно уставившись на стену. - И каждый из этих экземпляров мне дорог по-своему.

- Помогите ему, - взмолился Витя чуть не плача глядя на страдания друга, который корчился на полу. Кровь из ран на ноге Юры уже пропитала насквозь джинсы.

- Я помогу, - отозвался старик, сделав шаг к стене и взяв с одной из полок медвежью челюсть. - Всем помогу.

Последнее слово больше напоминало рычание. И как только дед, повернувшись оскалился, Юра оттолкнувшись одной рукой от пола другой всадил нож ему в ногу.

- Беги! - заорал он Вите, но больше ничего сказать не успел так как челюсти старика сомкнулись на его шее пронзая её насквозь.

На пол чердака градом полились алые брызги, заливая собой рот, подбородок и шею старика. Расталкивая хлам на пути Витя, бросился к лестнице. Выплюнув шею Юры, старик не спеша последовал за ним. Это был его дом, и он знал каждый угол, в отличии от напуганного до дрожи Вити. Не успел он спуститься как дед словно хищник, дыша ему в спину следовал за ним.

- Знаешь, у меня есть для тебя одна штука, - прорычал он, спустившись вслед за Витей в комнату. - Я называю её зубодробильня.

- Одна сторона рубит, другая выдирает зубы, - запустив руку в подол длинного плаща он вынул двухсторонний топорик средних размеров на одной из сторон которого был заострённый серп-полумесяц.

Стоя у окна и не смея, шелохнутся, сквозь грязные стекла я видел, как Витя пытался выбраться из этой проклятой хибары, но дверь была заперта. Охваченный невообразимым ужасом я стоял и смотрел как старик, разрезав ему челюсть, вырывает зубы. Один за другим. Один за другим, пополняя свою коллекцию.

- Хорошая шестерочка пойдет на запчасти, - кряхтя причитал старик, вырывая зубы из Витиной челюсти. - А вот восьмерка сгнила, зубы чистить надо лопух.

Вдруг он остановился и повернув седую голову, посмотрел на меня. На секунду наши взгляды встретились.

- Серёжа...

БАБОЧКА

Автор рассказа: Саня Бауман

Леша выводил одну запятую за другой. Скоро ЕГЭ - надо готовиться. Десять заданий и перерыв – десять заданий и перерыв, таким образом, он дошёл до мая.

В комнате было темно, рабочий стол освещала китайская настольная лампа. Перелетая из света во мрак, как будто бы из одного мира в другой, коричнево-серая бабочка отвлекала внимание мальчика. Десятое задание и ошибка.

- Блин, почему я решил сделать это задание ручкой? Поганая бабочка!

На мальчика нахлынула злоба, он скинул учебник на пол и вышел из комнаты. Войдя на кухню, Лёша налил воды из кувшина и начал жадно пить. Выпив 3 стакана залпом, он понял, что злость утихла.

- Так, давай мы сейчас успокоимся и решим этот вариант.

Вернувшись в комнату, он поднял книгу и увидел труп бабочки. Лёше стало не по себе. Из-за того, что он поддался импульсу, погибло живое существо. Со странным дискомфортом в груди, он заставил себя отвести взгляд от тельца и положил книгу на стол.

Положив насекомое на бумагу, Лёша открыл окно и резким движением выбросил труп на улицу. Тело бабочки закрутилось, будто мяч от удара.

«Это её последний полёт», - сказал он и поставил окно на проветривание.

Раздался телефонный звонок, от внезапно заигравшего рингтона Лёша подскочил на месте. Им снова овладела злость, он схватил телефон и нажал кнопку принять:

- Да, кто говорит? - сказал Лёша.

- Привет, как тест? – спросил женский голос.

- Ничего, потихоньку, ещё 10 заданий осталось.

- Ясненько, а я даже не садилась ещё. Только собралась с силами, а ко мне бабочка серо-коричневая залетела. Я её раздавила случайно, жалко.

- Ко мне тоже залетала, я её решебником придавил, тоже случайно.

Дискомфорт Леши стал нарастать.

- Вот это совпадение, надеюсь, не плохая примета. Мне такого добра перед ЕГЭ не надо.

- Это да.

- Ладно, пойду тест решать. Если что, ответы подскажешь, где не смогу?

- Маш, экзамен тебе сдавать.

- Вот зануда.

Связь оборвалась. Лёша посмотрел в окно. Дискомфорт в груди мгновенно трансформировался в страх. За окном, плотно прижавшись туловищем к стеклу, сидела бабочка размером с человека. Она смотрела на Лёшу своими чёрными, пустыми глазами. Промеж огромных чёрных дыр располагался рот, похожий на то, что Лёша так часто видел у женщин в фильмах для взрослых. Из него вытекала белая и вязкая слюна.

-Убил меня… ты….ты убил меня!

Низкий истошный голос этого существа вызывал тошноту. Поддавшись страху, Лёша забился в угол между тумбочкой и шкафом. Окна он не видел, но благодаря звукам понимал, что существо пытается пробраться в комнату. Бежать бесполезно, родители не оставили ему ключей, он заперт в квартире.

- Убииииил меняяяяяя! – завывала тварь.

Треск стекла. Лёша выглянул и заметил, что рот бабочки превратился в набор острых и мохнатых клешней. Чудовище пробралось в квартиру. От страха мальчик не мог пошевелиться. Он поджал колени и опустил на них голову.

«Оно уже стоит посреди комнаты, когда оно дойдёт до угла, мне конец», – шептал он.

Что-то острое и мохнатое трогало его руки. Когда Лёша поднял голову, он окунулся глазами в чёрное зеркало. Оно отражало его зарёванное лицо и мокрые штаны.

Не зная, что делать, Лёша замахнулся на бабочку. Острая боль в предплечье остановила удар и прибила мальчика к полу. Вязкое вещество, капая на голову, прожигало кожу.

«Больно! Очень больно!» – думал Лёша.

«Ты убииил меняяяяяя,- тянуло существо, захлёбываясь жидкостью – Яяяяяя убью тебяяяяяяя!»

Лёша погрузился в темноту. Голову поглотило что-то тёплое и мягкое. Её тянуло вверх, он чувствовал, как мышцы и связки на шее отходят от позвоночника, как острые клешни впиваются в тело. Мальчик потерял сознание.

Маша лежала на кровати, окно было открыто нараспашку. Весь день на улице стояла жара, и только теперь погода сменилась майской прохладой. Такой комфорт усыплял, и она прикрыла глаза. Подняв веки, Маша закричала. Над ней нависало лицо Лёши, покрытое ожогами, как от кислоты. Один глаз отсутствовал, из-за рта капало жгучее вещество. Лицо находилось в огромном теле бабочки. Передними острыми лапами тварь пробила матрас, а задними рвала линолеум. Её брюхо и крылья были облиты кровью, что капала на одежду Маши. Через Лёшин рот, захлёбываясь, бабочка твердила лишь одно: «Убилаааааа меняяяяяя , убилааааа!».

- Нет, пожалуйста, я же случайно, не надо, пожалуйста! – сказала Маша.

- Убилаааа, убилаааа.

Истошный голос существа оглушал.

- Теперь и я тебя убью. Убьююю. Убьююю.

«В городе Верховинск сегодня были найдены обезглавленные тела старшеклассников Маши Котелковой и Алексея Мирушина, которые в этом году должны были сдавать ЕГЭ. Жертвы были убиты у себя дома. ЕГЭ в городе Верховинск перенесено на июль», - передавал репортер.

– Снято.

«Долбаная бабочка! Весь эфир мешалась», – сказала ведущая, посмотрев на тело серо-коричневой бабочки, размазанное по ладони.

ШЁПОТ ГРЁЗ БЕЗУМНЫХ

Автор рассказа: Антон Филипович

Что ты здесь делаешь, дитя? Заблудилась? Эти мрачные топи — не место для такого очаровательного цветка. Но, раз уж ты здесь, возможно, будешь добра и составишь мне компанию? Сюда редко кто заходит, и, признаюсь, временами мне бывает жутко тоскливо.

Я знаю, ты слышишь меня. Шёпот в твоей голове… нет, это не галлюцинации. Обернись, и убедишься, что я реален. Ты боишься. Понимаю, моя внешность пугает, но я не причиню тебе зла. Поверь, всё, чего я желаю — дарить любовь. Посмотри в мои глаза, разве я лгу? Внимательнее. Слабость и головокружение? Не переживай, скоро всё пройдёт. Подойди ближе, пожалуйста, хочу лучше рассмотреть тебя.

Сопротивляешься? Напрасно. Твоя воля крепка, не спорю, но мне по силам сломить этот странный механизм души. И всё же, интересно, что так отчаянно держит тебя в мире? Грязные города, пропитанные страхом и ненавистью? Завистливые или в лучшем случае безразличные ко всему люди, скрывающиеся под маской доброжелательности? Притворная любовь во имя выгоды и самоутверждения? Быть может, тебе по нраву череда однообразных унылых дней, пронизывающих тусклую тень твоей жизни? Что? Ответь мне.

Вот видишь. А я готов подарить тебе такое тепло и любовь, о которых ты и не мечтала. Жизнь вне цепких сетей пространства и времени. Свободу. Обещаю, в твоей душе больше не будет места пустоте. Нас ждёт вечность блужданий по чудесным лабиринтам сна, где за каждым поворотом таится нечто новое, прекрасное, неожиданное. Только ты и я. Вместе. Вдали от скорбных трущоб реальности. Прошу, не противься судьбе, я чувствую тревогу и страх в твоей душе, тоску по старому миру, хотя ты ещё не сделала и шага на пути к новому. Отпусти. Вот так. Всё хорошо… хорошо, моя милая сомнамбула.

А теперь сними с себя это бренное одеяние, освободись от всех оков. Не стесняйся. Лишь старый ворон да серый туман свидетели нашего интимного акта.

Да… так намного лучше, твоё нагое тело воистину прекрасно. Грааль молодости и красоты. Совершенство. Подойди же, мне не терпится вкусить твои мягкие губы, ощутить нежное прикосновение твоего тела на своей грубой высохшей коже, не знавшей ласки. Я вижу, как ветер играет твоими волосами, словно тростником у реки, вижу покорность и смирение в твоём взгляде. Шаги вязнут в нерешительности, но ты всё же идёшь. Не сопротивляясь более. Твои глаза — два аметиста, твоё млечно-бледное тело, твой дух… теперь мои. Позволь обнять тебя.

Ммм... запах пота возбуждает, сводит с ума… я чувствую твою кровь — тёплую, чистую, мой священный напиток. Слышу часто пульсирующее сердце, слабое прерывистое дыхание. Не бойся, больно не будет. Ощущаешь? Лёгкое покалывание, онемение. Это мои корни опутывают тебя. Мягко вонзаются в кожу, медленно разрывают плоть и проникают всё глубже: в нервную систему, кровеносные сосуды… испивая тебя. Капля за каплей.

Чувствуешь, как нас закручивает спираль преобразований? Как души сплетаются в причудливый калейдоскоп желаний и снов? Как морщинится твоё тело и, иссушаясь, становится корой... частью меня.

Тише, тише… теперь мы вместе. Во плоти и в грёзах. Навеки. Как я и обещал, любовь моя.

ГЕНЕРАТОР СТРАХОВ

Автор рассказа: Александр Лещенко

«Не надо бояться!», — вот что мне хотелось кричать людям, попадавшимся на пути.

Хотя это их всё равно бы не спасло. Однако мне нужно быть осторожным. Я ничего не боюсь, мне плевать на чужие страхи, но и чужим страхам наплевать на меня. Они не могут меня почувствовать: ни унюхать, ни услышать, ни увидеть — но это не делает меня неуязвимым. Если я не буду острожен, то погибну.

Вот как сейчас. С другого конца улицы на меня прёт чудовище размером с хороший грузовик — гибрид носорога и крокодила. Прёт, убивая людей: кого-то давит гигантскими лапами, кого-то разрывает на части когтями, кого-то пережёвывает огромной пастью прямо на бегу. Прёт, расшвыривая машины.

Я едва успеваю сделать снимок монстра, а в меня уже летит легковушка, отброшенная носорого-крокодилом в сторону. В мою сторону. Падаю на землю. Машина пролетает над головой, с хлюпающим звуком давит людей на тротуаре, несколько раз переворачивается и, наконец, замирает, ударившись об стену. Оглядываюсь, ищу мутанта.

Отшвырнув с дороги большой джип, чудовище таранит переполненную маршрутку. Машина заваливается на бок. Тварь вновь кидается на неё — гигантские когтистые лапы рвут металл, словно бумагу.

А потом монстр погружает страшную пасть внутрь маршрутки, начиная пожирать пассажиров. Периодически он поднимает залитую красным морду, чтобы вдохнуть воздуха, затем возвращается к ужасной трапезе. Чем-то он мне сейчас напоминает балованного ребёнка, которому достался большой кусок торта, и шалун, вместо того, чтобы просто съесть лакомство, весь перемазался в креме.

Внезапно носорого-крокодил дёргает пастью в сторону — на дорогу падает мужчина с двумя откушенными по колено ногами. Он не кричит, не делает попыток уползти, даже глаза не закрывает. Он просто с ужасом смотрит на чудовище.

Тварь медленно подходит к нему, облизывает языком, словно собака любимого хозяина и медленно, прямо-таки с какой-то садисткой нежностью, откусывает мужчине голову. После чего, схватив тело зубами, монстр подбрасывает его в воздух. Оно взлетает и падает, исчезая в широко раскрытой пасти.

Носорого-крокодил отходит на тротуар, сворачивается калачиком и засыпает. Мне кажется, что я даже вижу довольную улыбку на морде твари. Но не риску подойти, чтобы проверить. Монстр получил, что хотел — страх нашёл своего хозяина. А я успел сделать ещё несколько отличных снимков. Теперь пора двигаться дальше — к центру города — к Генератору Страхов.

Вчера Ведомство включило Генератор на полную. Меня, естественно, в известность не поставили. Эксперимент начался в городке неделю назад. Сначала всё почти как обычно было: гигантские насекомые, пожары, вспышки болезней — короче, как всегда. Страхи большинства людей такие предсказуемые.

Но вчера многоэтажку, где я снял квартиру, атаковали какие-то летающие твари — микс из летучих мышей и многоножек. Тут-то я и понял, что мои наниматели врубили Генератор Страхов на полную. А это значит, что Эксперимент в городке вступает в завершающую фазу и наступает самый опасный период — ведь когда Генератор работает на пределе возможно всё.

В прошлом Ведомству уже пришлось уничтожить несколько маленьких городков и даже парочку мегаполисов. И при этом они не успели получить никаких полезных данных: все сгорело при ковровых напалмовых бомбардировках. А все потому, что Эксперимент вышел из-под контроля. Но, что поделать, как говорят американцы — дерьмо случается, особенно когда тестируешь новейшее, гибридное, психотропно-биологическое оружие.

Так вот, те грёбанные многоножки сожрали почти всех жильцов многоэтажки. Несколько тварей даже надумали свить там что-то типа гнезда. Пришлось их перестрелять, так как они могли бы помешать моей работе.

Кроме оружия нам еще выдают специальный прибор, который не только защищает от излучения Генератора, но и не позволяет материализовавшимся страхам нас заметить. Плюс ещё особая техника, в основном: диктофоны, фотоаппараты и видеокамеры — обычная техника начинает выходить из строя сразу после начала Эксперимента.

Сейчас я добрался до площади. И тут целое людское море: мужчины, женщины, дети, старики. При взгляде на них у меня в голове мелькнуло ещё одно американское выражение — бедные ублюдки. Они пришли сюда, думая, что их эвакуируют. Такие сообщения распространялись по радио, телевидению, Интернету. Конечно — обман.

Из-за частокола зданий, окружавших площадь, показалась целая волна отвратительных мутантов. Большинство чудовищ напоминало помесь человека с каким-либо видом насекомого: преобладали пауки и муравьи. Волна монстров встретилась с людским морем, захлестнула его. У людей не было никаких шансов: мужчин либо просто убивали, либо, убив, начинали пожирать, а вот женщин хватали и куда-то утаскивали.

Я фотографировал не переставая. Но тут меня неожиданно сильно толкнули, какой-то человек-паук пронесся мимо меня. Нет, конечно, нам не рекомендуется применять оружие — но эта тварь! Выхватил пистолет-пулемет, всадил в спину мутанта половину обоймы. Очередь разворотила тело монстра. Я не удержался и сделал несколько фотографий убитого мной урода — для личного архива.

Внезапно земля задрожала, и я увидел, как внутри одной высотки, стоявшей рядом с площадью, появился столб огня. Он становился всё выше, поднимаясь с нижних этажей. Видно, кто-то, кто находился внутри здания, боялся либо взрывов, либо пожаров. Как бы то ни было, но столб огня дошел до крыши высотки и сорвал её — над домом появился огненно-красный гриб. Очень неторопливо, словно в режиме замедленной съемки, здание стало падать. Падать прямо на площадь.

Высотка рухнула, и по земле прошла сильная волна вибрации, от которой обрушилось ещё несколько домов поменьше. От чудовищного грохота заложило уши. Поднялась туча пыли, закрывшая от меня и людей, и мутантов-насекомых. Когда она рассеялась, площадь напоминала поле битвы после сражения: повсюду горящие обломки и мёртвые тела. Я двинулся вперед, по пути обходя и то, и другое.

Моей целью было здание, которое располагалось в квартале от площади. Четырехэтажный дом почернел, словно выгорел изнутри. Целых окон не осталось, массивные входные двери сорваны с петель, трещины идут от первого этажа до самой крыши. Именно здесь и находился Генератор Страхов. И я должен был увидеть его, а потом и сфотографировать то, во что он превратился.

Первый этаж почти полностью провалился в подвал, пара верхних этажей тоже обвалилась, а посреди всей этой разрухи находился гигантский монстр.

Изначально Генератор был суперкомпьютером, способным излучать особые электромагнитные волны, усиливающие в людях их страхи. После чего в телах подопытных выделалось большое количество энергии. Её-то суперкомпьютер и выкачивал из несчастных, воплощая затем в жизнь то, чего они боялись. Вот только энергия меняла и сам Генератор. Зачастую он превращался в монстра, соединяющего в себе страхи множества людей.

Гигантская тварь, которую я увидел, сочетала в себе черты человека, насекомого, осьминога, рептилии и еще нескольких других видов, но первые четыре доминировали над остальными. Монструозная туша темно-красного цвета покоилась на паучьих конечностях, каждая размером со столб. По шесть больших щупалец было сверху, слева и справа. Ими чудовище вцепилось в здание. Кроме того, с каждого бока располагались по две лапы.

В верхней части монстра находились многочисленные головы — зубастые пасти насекомых и животных; а в центре — то, что выглядело, как большой человеческий череп, размером с хороший автомобиль.

Перед монстром было навалено несколько куч: в основном мёртвые человеческие тела, но мне удалось также разглядеть среди них и трупы мутантов. Группа человеко-пауков появилась снизу. Они что-то несли. Приблизил фокус. Мертвецы. Бросив свою страшную ношу на одну из куч, паукообразные твари удалились.

Глаза центральной головы-черепа загорелись синим огнём, и Генератор Страхов пришел в движение. Лапа приблизилась к куче тел, зачерпнула целую горсть мертвечины, поднялась вверх. Челюсти черепа раскрылись, и оттуда вылезли три отростка. Сначала я решил, что это черви, но они напоминали скорее змей. Лапа раскрылась, ссыпая мёртвую плоть в клацающие пасти.

Всё это время я не забывал снимать. Сделал множество фотографий разных планов: дальний, средний, крупный. Теперь можно уходить. Я развернулся, вышел из здания, а Генератор Страхов позади меня продолжал свою ужасную трапезу.

Моя работа в городе закончена. Осталось только: вернуться в многоэтажку, дописать отчет, приложить к нему фотографии, отправить в Ведомство. И сегодня, максимум завтра, меня эвакуируют. Завтра же, кстати, прибудет и спец-группа, занимающаяся отловом наиболее интересных мутантов. Ну а послезавтра или позднее городок ждет ковровая бомбардировка напалмом, которая сотрёт его с лица земли.