VseKakUZverei

VseKakUZverei

У меня "Всё как у зверей": https://www.youtube.com/channel/UCU_a2V_uDPSxvbV2B0tW7vA
На Пикабу
поставил 2 плюса и 2 минуса
отредактировал 6 постов
проголосовал за 9 редактирований
Награды:
5 лет на ПикабуВсё как у зверейболее 1000 подписчиков
148К рейтинг 6949 подписчиков 14 подписок 118 постов 110 в горячем

Мозг с глазами

Я люблю трогать диких животных, и одно дикое животное меня в этом понимает. И наконец-то мы с ним встретились и потрогали друг друга. Если считать только нечеловеческих животных, это была моя самая потрясающая встреча в 22 году. У меня даже есть видео, и я хочу его показать: https://youtu.be/ihnY3mU6FwA

Осьминоги играют в игры, запоминают и обучаются, используют инструменты и строят планы.  Кокосовый осьминог прихватывает с собой половинки кокоса, ещё только собираясь пересечь опасный открытый участок - потому что у него есть план. Мимический осьминог изображает минимум 15 разных морских животных, опасных или безобидных - в зависимости от контекста, в котором он оказался. Потому что у него есть понимание контекста.

У осьминогов 500 млн нейронов, это как в мозге котика или собаки, а кто сомневается в интеллекте котиков? Но распределены и работают они совершенно по другому. У нейронов нас, позвоночных есть миелиновая оболочка, ускоряющая сигнал от периферии к головному мозгу. На нейронах моллюсков нет миелина, и сигнал полз бы в центр как улитка. А и не надо ползти в центр. Большая часть нейронов осьминога находится не в головном мозге, а в умных руках. Каждая рука  получает и обрабатывает информацию о тактильных характеристиках, о вкусе и запахе, различает свет и даже цвет - и главное,  принимает решение, что с информацией делать: как менять окраску и форму, что хватать, что отталкивать.  Да, у осьминога не только правая рука не знает, что делает левая - тут и мозг-то в известность не ставят.

В итоге у осьминога не только три сердца, но и девять мозгов. И они постоянно обрабатывают столько информации, что развитие интеллекта и появление сознания становится просто неизбежным побочным эффектом.

Вот так децентрализация и управление на местах сделали из недалёкой морской улиточки настоящего интеллектуального гиганта.

Которого даже нельзя есть - по крайней мере, после того, как посмотришь ему в глаза.

Показать полностью

Иногда ты ешь инжир, иногда инжир думает, не съесть ли тебя

Иногда ты ешь инжир, иногда инжир думает, не съесть ли тебя Инжир, Симбиоз, Всё как у зверей, Грузия, Евгения Тимонова, Наездники, Инсектофилия, Длиннопост

Дикий инжир опыляют особые осы. Происходит так. Самка инжирной осы залезает в завязь плода. Протискивается внутрь, теряя по дороге усы и крылья. Внутри выгрызает уютную каморку, откладывает яйца и умирает - безусой, счастливой, в окружении детей и свежего инжира.


Из яиц вылупляются личинки. Взрослеют в безопасности и сладостях. Самцы прямо тут спариваются с самками. Да, братья и сестры, но если об этом не знать и не думать, то и ладно.

Потом самцы умирают, опять же в окружении любимых и чистого инжира. А самки выбираются, неся внутри оплодотворенные яйца, а снаружи - налипшую в процессе протискивания пыльцу инжира.


А дальше самка летит к другому зелёному инжиру и залезает внутрь, оставляя на входе половые продукты родного растения. И все повторяется. Растение манипулирует животными, беспозвоночными для своего оплодотворения и позвоночными для своего распространения.



Но постойте, спросит внимательный читатель, а куда деваются мертвые самцы и самки после того, как выполнят свой репродуктивный долг? Никуда. Остаются внутри, пока ферменты плода не переводят их. Или пока крупный любитель инжира не сожрет их и не рассеет семена везде, где те попросят выхода. Инжирные осы мелкие, мы не замечаем, едим прямо с ними. И теперь вы об это знаете.


Вчера под Батуми я первый раз в жизни собрала мешок инжира. Не пожрала с ветки всё, до чего дотянулась, а собрала для всех. Украла у богов и отдала людям. Но потом в автобусе все равно половину съела сама. Перед этим рассказав нашей компании эту историю.  Иначе как бы мне удалось отжать половину собранного на всех?


Иногда ты ешь инжир, иногда инжир думает, не съесть ли тебя Инжир, Симбиоз, Всё как у зверей, Грузия, Евгения Тимонова, Наездники, Инсектофилия, Длиннопост
Показать полностью 2

Николай Дроздов, человек и бумеранг

Командору 85! Накануне фестивалили с ним на пресс-конференции в зоопарке по поводу нового выхода его Полета бумеранга, главной книги про Австралию моего детства. Юбиляр весел, бодр, ироничен (местами язвителен) — всё как всегда. Пусть так будет всегда!

Николай Дроздов, человек и бумеранг Николай Дроздов, Австралия, 85лвл, Длиннопост, Повтор
Николай Дроздов, человек и бумеранг Николай Дроздов, Австралия, 85лвл, Длиннопост, Повтор
Показать полностью 2

Почему дальтоники все ещё существуют

- Хочешь фокус?

- Давай

- Опа!

- И чо?

Почему дальтоники все ещё существуют Биология, Дальтонизм, Всё как у зверей, Адаптация

Между прочим, оба лучших оператора "Всё как у зверей" — дальтоники. Аллель дальтонизма не исчезает из человеческого генома, потому что слабость цветового зрения компенсируется силой монохромного, и в сумерках дальтоники видят лучше обычных людей. А значит, лучше охотятся и лучше снимают.

Вот только цветокор потом лучше доверить кому-то ещё.

Показать полностью 1

Каких только не едят

Раньше я видела гигантского хищного водяного клопа белостому только в Таиланде, в самом жалком виде — жареном. На уличном прилавке в Бангкоке. А тут в Черногории наконец-то встретила живьем. Ох какая крутая скотина!  Смотреть лучше со звуком, тогда, говорят, не так страшно.

Это он во время осеннего расселения залетел к нам на огонек. Любят огоньки, и даже называются electric light bugs. Но вел себя так, будто и правда собрался жениться. А дышал так, будто на мне и прямо сейчас.


Белостома универсальный солдат и суровый хищник: плавает, ползает, летает, жрет рыб, лягушек, тритонов, змей, не говоря про всякую беспозвоночную мелочь. Пятнадцатисантиметровый клоп может одолеть семнадцатисантиметровую черепаху. 

Охотится так: хватает намертво мощными ловчими граблями на манер богомола, подтягивает к короткому острому хоботку и впрыскивает нервно-паралитическую пищеварительную смесь. После этого остается только подождать, когда еда затихнет, растворится изнутри и ее можно будет высосать. Ждать белостома умеет.

Людей, бывает, тоже кусают, и преболезненно. Но дальше не идет. Люди грубоваты.

Каких только не едят Всё как у зверей, Клопы, Евгения Тимонова, Миграция, Черногория, Таиланд, Энтомология, Деликатес, Знакомства, Хищные животные, Членистоногие, Видео, Длиннопост, Белостома

Белостома не только идеальный убийца, но и идеальный папаша. После спаривания самка приклеивает яйца самцу прямо на спину. Штуки по три за спаривание, итого до ста штук. Да, получается всего 30 раз в сутки, а не 40, как у льва. Зато в отличие от льва, который так себе отец, мужик-белостома таскает на горбу свою решетку яиц целых две недели: не охотится, чтобы не повредить их, выставляет спину над водой, чтобы деточки дышали свежим воздухом и не заплесневели, и так далее.

Каких только не едят Всё как у зверей, Клопы, Евгения Тимонова, Миграция, Черногория, Таиланд, Энтомология, Деликатес, Знакомства, Хищные животные, Членистоногие, Видео, Длиннопост, Белостома

В общем, отец-молодец. И хотя в азиатский кухне считается вроде как деликатесом, есть мы его, конечно, не будем.

Каких только не едят Всё как у зверей, Клопы, Евгения Тимонова, Миграция, Черногория, Таиланд, Энтомология, Деликатес, Знакомства, Хищные животные, Членистоногие, Видео, Длиннопост, Белостома
Показать полностью 3

Ку-ку, родительский инстинкт, ты где?

Видео, в котором Акуаку нянчит кота и пеленает вомбата, новорожденный жирафик падает в мир, человек кормит грудью грызуна, профессор Дубынин дает ценный лайфхак про мужские соски, крысы выбирают между детьми и кокаином, а госпожа именинница рассказывает, из какого сора сделано родительское поведение высших млекопитающих. Больше рождений в мой день рождения!

Фрагменты текста для тех, кто любит текстом


....Родительское поведение крысы состоит из тех же основных элементов, что и родительское поведение человека: постройка гнезда, перетаскивание, принятие позы кормления и вылизывание детеныша. Правда, запрограммированы эти элементы гораздо жестче (особенно последний).

Но и эти простые паттерны не падают на крысу с неба. Их надо активировать, внутренними и внешними стимулами.

Внутренний стимул — гормоны. Во время беременности у млекопитающих повышается уровень эстрогенов и прогестерона, а перед родами они падают, зато подскакивает окситоцин и пролактин. И эти гормональные качели будят в крысе мать. Даже если она девственница, и даже если она самец.

Был опыт. Совершенно небеременным крысам кололи прогестерон и эстрогены, а потом — окситоцин и пролактин, имитируя предродовой гормональный профиль. И о чудо, крыса начинала строить гнездо и таскать туда ватные шарики! Даже если она девственница (или девственник)

Как уже рассказывала, инстинкты у нас исчезали как чеширский кот: структуры уже нет, но улыбка еще осталась. Так и отголоски гнездового поведения. Девятый месяц, плохо сплю, с трудом передвигаюсь. Не закатить ли ремонтик во всей квартире?

Но вот наконец–то роды! Согласно исследованиям нейролога Дика Свааба время родов определяет мозг ребенка. Что–то стало тесно, убираться за мной не успевают, пойду я пожалуй. И это наше первое в жизни решение запускает процесс. Повышается окситоцин, это вызывает схватки, а когда голова плода проходит сквозь шейку матки, ее стимуляция еще сильнее повышает уровень окситоцина. Круг замкнулся! Мозг матери и ребенка в последние мгновения их симбиоза буквально купаются в окситоцине. И это меняет их навсегда.

Кстати, выброс окситоцина из–за стимуляция шейки матки — та самая магия, которая может превратить легкую влюбленность в ужас каку любовь после первого же приличного секса. Достучаться до мозгов — done.

Окситоцин — химическая основа связи матери и детеныша, и всего, что из этого выросло: теплых социальных связей, дружбы, симпатии, любви и желания завести отношения, котика или собаку. Как гормон он вызывает сокращение матки и выделение молока, а как нейромедиатор — желание любить, обнять, согреть, накормить, защитить, лучшие годы отдать, а при случае и навалять по самое не балуйся. Потому что окситоцион работает в две стороны: усиливает любовь, заботу и привязанность к своим, а к чужим — врагам или конкурентам — усиливает агрессию. Потому что только мои, мои деточки должны хорошо кушать! Окситоцин гормон любви, но любовь эта с кулаками. Вот тут, например, про его роль в войнах шимпанзе: https://elementy.ru/novosti_nauki/432907/Mezhgruppovye_konfl...


....Родительская забота полезная штука и помогает эффективно передать свои гены в будущее. Но животные, включая многих людей, ничего не знают про гены, да и о будущем не думают. Хорошо, у людей есть слово «надо» и «попробуй только не!». Но что заставляет животных тратить силы на возню с беспомощными комочками, вместо того чтобы бросить их, а еще лучше съесть? Не поверите, они это делают просто из удовольствия.

Прикрутить удовольствие к эволюционно выгодному поведению, пищевому, игровому, познавательному, сексуальному – гениальная находка естественного отбора. Кто не любил поесть, тот вымер. Кому не нравилось заниматься сексом, тот не передал это качество по наследству. Заботиться о детях приятно, иначе уж поверьте, никто бы пальцем о палец ради них не ударил. Чтобы подсластить ежедневную родительскую рутину, эволюция не пожалела самых сладких нейромедиаторных вкусняшек: кроме окситоцина тут дофамин, серотонин и эндорфины, обезболивающие и эйфоризирующие эндогенные опиаты.

Да, дети это наркотики, только легальные и очень дорогие. Ученые выяснили это, коварно введя матерям–макакам налоксон – антинаркотический препарат, блокирующий приятное действие морфина и эндорфинов. И те тут же охладели к родительским обязанностям. "Какие–то поддельные детеныши. На вид как настоящие, но радости никакой".

Или был другой интересный эксперимент: крысам–первородкам предложили на выбор возиться с детенышами – или раствор кокаина. И молодые мамаши выбрали кокаин.

Ну деевочки, сказали ученые – и повторили эксперимент на опытных матерях. И вот они предпочли ухаживать за детьми. Секрет натурального нейромедиаторного кайфа — чем чаще практикуешь, чем лучше делаешь и больше радости получаешь. Так что остерегайтесь дешевых подделок! Настоящее удовольствие – только от настоящих детей.

Если мозг по каким–то причинам не выделяет вкусняшек, родительское поведение нарушается. Например, гормон стресса кортизол подавляет выработку окситоцина, и мать вместо того чтобы кормить детенышей, сама их съедает. Что–то тут неспокойно, дети, все равно вас кто–нибудь сожрет, уж лучше родная мать.

У людей похожая история. Стресс во время беременности — главный фактор риска послеродовой депрессии. Окситоцин глушится кортизолом, ребенок не радует, значит я плохая, плохая мать. Похожий эффект может давать эндокринный дисбаланс из–за юного возраста или еще чего. Когда гормоны выравниваются, сами или с помощью врачей, это проходит. Главное, не успеть съесть ни детей, ни себя.

Родительское поведение может нарушиться, если детеныш не соответствует прописанным в мозге стандартам детеныша: не так выглядит, не так пахнет, не так стоит, не так пищит — это тоже может блокировать родительское поведение и разрешить пищевое. Поэтому по возможности избегайте быть слабым и больным детенышем в мире животных. И не слушайте тех, кто говорит “Вот животные никогда не бросают своих детей!”. Эти люди очень многого не знают.


... Мы с раннего детства тренируемся быть родителями. Когда нянчим кукол, кормим плюшевых зверушек, укладываем спать пистолетики и машинки, ухаживаем за нашими меньшими братьями и младшими сестрами — мы повторяем поведение своих родителей, и это тренировочный прогон нейронного контура нашего собственного родительского поведения. И конечно источник нейромедиаторного кайфа.

Голландский приматолог Франс де Вааль рассказывал. Подростки–макаки обожают возиться с малышами. Если им удается выклянчить его у макаки–мамы, они носятся с ним, обнюхивают, облизывают — и вдруг прямо на ровном месте засыпают, буквально отрубаются на несколько минут.

— Что это с ним?

— Передоз. Окситоцина.

Такое бывает и у юных самок, и у самцов. В мужском мозге те же центры родительского поведения, и их можно расшевелить даже у видов, не практикующих отцовскую заботу. Электростимуляция медиальной преоптической зоны гипоталамуса сподвигает петуха насиживать яйца, а самца крысы таскать игрушечных крысят. Так что все вы можете, мужики, стоит только захотеть или постучать вам в гипоталамус.

Более того. Если искусственно повысить самцам млекопитающих окситоцин и пролактин, их молочные железы начинают выделять молоко, потому что вообще–то имеют все, что для этого необходимо, просто добавь гормон. В природе молоко выделяется только у самцов даякского крылана. Но если кто–то хотел стать бэтменом, имейте в виду.

Ну хорошо, вот самец некоего млекопитающего готов заботиться о детеныше. Но как он узнает, что это его ребёнок? Как и самцы людей до изобретения генетического теста на отцовство: никак. Более того. Животные вообще не догадываются, что дети и секс как–то связаны. Что для самцов, что для самок секс это одно удовольствие, дети — совершенно другое. Некоторые племена, кстати, до сих пор в этом уверены.

Но что это меняет? Самец привязан к своей самке теми самыми окситоцино–вазопрессиновыми узами, которые лежат в основе любви. Беременная самка постепенно все больше становится похожа на большого детеныша — круглая, милая, неуклюжая, эмоциональная, плохо спит и постоянно хочет на ручки. Все это очень возбуждает передний гипоталамус самца и активирует его родительское поведение. Он строит гнездо, ухаживает за самкой, кормит ее, а когда рождаются детеныши — естественным образом переключается на заботу о них.

Однако если у 85% видов птиц самцы заботятся о потомстве, у млекопитающих таких отцов–молодцов всего пять процентов. А кто виноват? Самки виноваты. Млекопитающие матери слишком круто все устроили. Сначала плод развивается под полной защитой материнского организма, а потом кормится молоком до готовности. Девчонки, вы все так классно придумали, что нам тут просто нечего добавить, так что мы пойдем.

Но люди входят в 5% счастливчиков. Мы бипарентный вид, и для выращивания детеныша (самого дорогого и долгорастущего в мире) всю нашу эволюционную историю, за исключением разве что последних десятилетий, требовался вклад обоих родителей. Гены хороших отцов по понятным причинам успешнее закреплялись в популяции — в том числе и аллели, ассоциированные с отцовской заботой. При контакте с ребёнком и его матерью у таких отцов повышается уровень эстрогена, окситоцина, пролактина и активирует родительскую сеть, нейронный контур, управляющий эмоциями, вниманием, бдительность, чувством удовольствия от награды, а также отвечающий за обучение и анализ полученного опыта. И этот нейронный контур работает тем лучше, чем больше отец заботится о ребёнке.

Опыты показывают, что у самцов–полевок появление потомства стимулирует рост новых нейронов в гиппокампе, отделе мозга, ответственном за консолидацию памяти. Парни, вы ничуть не хуже полевок, так что от отцовских обязанностей гиппокамп у вас прет — во! Потому что крутыми отцами, как и крутыми матерями, не рождаются, а становятся. Ну или не становятся.

Наше родительское поведение — как оружие в компьютерной игре. Кое–какая мелочь выдается нам по дефолту, но основной арсенал приходится собирать самим. Рубиться на минималках — то еще удовольствие. Зато чем лучше вы прокачаетесь, тем больше радости получите от процесса.

Но если вы вообще не хотите играть в дочки–матери? Тоже хорошо. В условиях глобальной урбанизации и растущей плотности населения важно не много рожать, а хорошо воспитывать. И вовсе не обязательно своих. У гиперсоциального вида вообще не бывает чужих детенышей. Например, дважды в неделю у меня появляется штук тридцать детей, и я всех их очень люблю. В том числе и потому, что после занятия сдаю обратно родителям. Дети как дельфины: мне нравится с ними играть, учить разным штукам, но /еще один/ свой дельфин мне не нужен.


*****


Спасибо за поздравления и инджой!

Показать полностью

Как захватить Австралию, не привлекая внимания санитаров

В чем главная проблема Австралии? Кто угодно, попав в Австралию, может стать бичом Австралии. Вот в этом, а не что думают обычно. Местные пауки, змеи и кубомедузы -- безобидная фигня по сравнению с понаехавшим котиком или собачкой. Кролик здесь хуже лесного пожара. Жаба-ага страшнее крокодила. Ежевика злее цикуты. И так во всем. Австралийская магия способна превратить в монстра даже золотую рыбку.

Почему в Австралии такая хрень с приезжими? Мы не поленились сгонять туда, пока было можно, чтобы разобраться в вопросе на месте. С большим, кстати, риском! Не для себя - для Австралии. Ведь кто угодно, попав в Австралию, может стать бичом Австралии. Чем "Всё как у зверей" хуже?

Кусочек текстом для тех, кто любит текстом


Свои лучшие годы Австралия провела в полном одиночестве, разойдясь с Гондваной примерно 100 млн лет назад и захватив на память немного сумчатых зверушек. Ведь они такие милые. Да других особо и не было. Плацентарные звери появились позже и потеснили сумчатых, а изолированная Австралия осталась заповедником гоблинов.

Но примерно 40-60 тыс лет назад в рамках великого расселения человека из Африки сюда добрались первые люди. И в истории австралийской природы начинается новая эра — Эра Понаехавших.

4000 лет назад. С севера приплывают очередные предки аборигенов, и с ними только-только одомашненная собачка. Попав в Австралию, собачка оглядывается как Жорж Милославский в квартире Шпака: Ба, это я хорошо зашел. Дорогие люди, кажется, мы тут и без вас управимся.

Собачка вторично дичает, собирается в организованные стаи и со своим плацентарным интеллектом становится самым успешным хищником Австралии, известным нам как дикая собака динго. Австралия на этом теряет несколько видов травоядных, не выдержавших пресса, и оба-два своих крупных хищника, не выдержавших конкуренции. Сумчатый волк и сумчатый дьявол уцелели только на Тасмании, куда динго не добрались. Успешный конкурент хуже любого врага.

Экосистема Австралии покряхтела, но подстроилась под динго в качестве контролирующей хищной вертикали. И тут в 18 веке новая напасть - появляются англичане. Привозят с собой не только сорок бочек арестантов, но и английскую культуру, традиции, прогрессивные идеи, и главное, английских овец. И объявляют местного исполняющего обязанности волка динго врагом общества. Начинаются массовые отстрелы, капканы, яды, премии за шкуру и наконец шедевр инженерно-экологической мысли — забор от динго. Построен в 1880 году на востоке Австралии. Такой классический английский забор вокруг пастбища. Только длиной 5,5 тысяч километров.

Что характерно, из всех своих колоний англичане пытались сделать вторую Англию. Являлись на новое место как переезжающие крестьяне: со своей скотиной, коровками, курями, утками, кроликами, скворцами, воронами для настроения... Олени есть у вас? Нету? А мы заведем!

И заводили, еще не зная, что кто угодно, попадав из внешнего мира в Австралию, может стать бичом Австралии. Как вода превращает милых могваев в жутких гремлинов, так и австралийская экосистема обладает удивительным свойством открывать темные стороны даже в самых невинных животных.

Середина 19 века. Один поселенец выпускает в свои земли в штате Виктория 12 пар кроликов, чтоб были. Кролики это не только ценный мех, но и мясо, и дух старой доброй Англии… да и что может быть милее и безобиднее кролика?

Только миллион кроликов! А к началу 20 века кроликов становится 20 миллионов. И они продолжают плодиться в геометрической прогрессии, и каждые десять кроликов съедают столько же травы, сколько одна овца, но овца дала бы в 3 раза больше мяса, чем эти гадские десять кроликов, которых еще поди поймай!

Кролики теснят местную фауну, вызывают эрозию почвы, съедают сельского хозяйства на миллионы долларов, в общем, их объявляют врагами и вредителями. Начинаются да, массовые отстрелы, капканы, яды и шедевр инжерено-экологической инженерии — забор от кроликов. Построен в 1907 году на западе Австралии. Три тысячи километров из дерева, металла и проволоки по цене 250 долларов за километр.

Нет, собаки динго решили бы проблему кроликов гораздо дешевле, но они враги общества и сидят за другим забором, на востоке Австралии.

Для борьбы с кроликами из Англии привозят лисиц и хорьков. Но те берутся не за кроликов, которых еще пойди поймай, а за наивных медленных сумчатых. Сумчатые редеют. Кролики продолжают плодиться. По обе стороны забора от себя.

И наконец в 50х годах против них применяют бактериологическое оружие. Из Южной Америки завозят кроличью смерть - вирус миксоматоза, родственника нашей черной оспы. И это срабатывает. Опущу неаппетитные подробности, как именно это выглядело, но кроличий апокалипсис уничтожает 80% популяции. Однако оставшиеся 20% успевают договориться.

— Ок, миксоматоз, если ты убьешь нас всех, где ты будешь жить?

— Хм. Об этом я не подумал.

И начинается коэволюция — вирус и кролики притираются друг к другу. И к 91 году в Австралии снова живет 200 миллионов, но теперь уже неуязвимых устойчивых суперкроликов. Классический финал мультика про Багза Банни

Или вот. В 19 веке в главную австралийскую реку Муррей выпускают карпов, чтобы было кого жарить на Рождество. А дикий карп, он же сазан, на минуточку, один из самых опасных инвазивных видов по версии МСОП. Но где 19 век, и где МСОП. Карпы освоились, захватили и вытеснили все что можно, и сейчас составляют 80% всей животной биомассы гидросистемы Муррея.

Чтобы восстановить биоразнообразие, на них решили натравить карповый вирус герпеса. Но вовремя посчитали, что если всё получится, такое количество дохлых карпов приведет к экологической катастрофе. И оставили всё как есть. Живыми вы конечно не подарок, но мертвыми еще хуже.

Беда ручного управления экологией в том, что экологические задачи решаются сложно и долго, а люди любят простые и быстрые решения. Типа приструнить инвазивный вид с помощью другого инвазивного вида. Получается обычно полная жаба. Трехкилограммовую жабу-агу завезли в Австралию, чтоб она ела инвазивных же жуков-вредителей инвазивного же сахарного тростника. Жаба жуков есть не стала, зато взялась за разных полезных местных насекомых.

Ситуация стала еще немного хуже: жуки едят тростник, жаба ест мирных жителей, саму жабу не ест никто, а кто пытается, тот дохнет, потому что она очень ядовитая. И пока ученые ломали голову, кого бы еще завести, чтобы все разрулилось — явился спаситель. Из местных. Австралийская певчая ворона наловчилась переворачивать агу ядовитыми железами вниз и выедать через брюхо. Иногда лучшее решение экологической задачи — просто подождать, пока все решится само.

А в чем секрет такой уязвимости австралийской экосистемы перед инвазиями, это вы уже смотрите в видосе. Зря мы что ль полтора месяца кочевали с палаткой по Австралии, рискуя увлечься и стать ее бичом.


Спасибо и инджой

Показать полностью

Минута памяти

Все люди в мире старше определённого возраста точно помнят, где находились в этот день 20 лет назад, когда узнали про теракт в Нью-Йорке. Я как сейчас вижу, сижу на краю ванны с телефонной трубкой в руке: с работы позвонили и сказали, что самолеты врезались в небоскребы.


С точки зрения нейрологии 11.09 уникальное событие. Привычный мир рухнул, непонятно что началось. Сильнейший острый стресс, планетарный выброс норадреналина. Норадреналин действует коротко и направлен на мгновенную мобилизацию и запоминание стрессовой ситуации.


Если стресс затягивается, норадреналин сменятся кортизолом, а у него уже совсем другие эффекты. Поэтому мало кто помнит, когда впервые услышал про коронавирус, хотя пандемия врезала по миру гораздо сильнее. Но последующие стрессовые факторы покрыли изначальный как слониха мышку. Норадреналин острого стресса стимулирует запоминание, а кортизол хронического - подавляет.


Роберт Сапольски, правда, сказал короче: "Все люди в мире помнят, где они были 11 сентября, когда узнали про теракт в Нью-Йорке". Но, например, люди 1995 г.р не помнят.

Интересно, с какого момента психика начинает воспринимать такие события как лично значимые. Вы вот помните? А если нет, то сколько вам лет или чем были так заняты?

Отличная работа, все прочитано!