PerfectEleanor

Сейчас время подведения итогов года, и многие отмечают, что в сегменте элитной недвижимости были достигнуты впечатляющие объемы строительства. Однако девелопмент в этой сфере требует не только значительных инвестиций, но и высокой степени ответственности. Элитная недвижимость обычно возводится в историческом центре города, в контексте, который уже сложился, который обладает трудноуловимым свойством — «духом места».

Помимо «громких» проектов на первой линии Садового кольца и «Золотой мили», постепенно осваиваются центральные районы, расположенные, вдали от шумных транспортных узлов, именно там возникают небольшие по масштабу уникальные проекты, для которых подходит определение «тихая роскошь».

Внутри исторического ядра Москвы, в поясе между Бульварным и Садовым кольцом остались ещё части старой городской ткани, где переулки сохранили свою ширину, а дома — высоту в 4-6 этажей. Здесь вперемешку стоят дома и середины XIX, и начала XXI века — в основном жилые, с магазинами и ресторанами на первых этажах.
Один из таких районов — Цветной бульвар.

Он был любимым местом променадов состоятельных и праздных москвичей, богатых мещан и дворян. Но в XVII-XVIII веке это был не бульвар, а водоём: еще по указу Петра I русло реки Неглинки спрямили в центре города, и в районе будущего Цветного бульвара устроили одну из запруд. Вода в Верхнем Неглинном пруду и выше по течению славилась своей чистотой, здесь разводили и ловили рыбу, зимой пилили лёд для ледников. Уже с 1780-х годов вдоль длинного пруда трапециевидной формы (бульвар и сейчас повторяет его форму, расширяясь к югу, к Трубной площади) устроили каменные набережные с железными решетками.

Постепенно, во второй половине XIX века, район застраивался доходными домами. Кроме москвичей всех сословий и профессий селились тут и актёры, и писатели.

В доме титулярного советника Тона, стоявшем на углу Грачевки и Малого Сергиевского, жил в детстве воспитывавшийся бабушкой Михаил Лермонтов, они занимали семикомнатную квартиру, здесь будущий офицер и поэт готовился к поступлению в университетский пансион.

В 1840-е годы чуть ниже по Грачевке жил Тимофей Грановский, профессор Московского университета, активный участник и вдохновитель кружка русских писателей-западников, в его доме регулярно бывали Николай Гоголь, Александр Герцен, Виссарион Белинский, Иван Тургенев. А в конце XIX века здесь жил по трем адресам и Антон Чехов — сначала, по приезду из Таганрога, на углу Большого Сухаревского и Грачевки, потом напротив, а позже в Головине переулке, ближе к Сретенке.

В Советское время район оказался в стороне от больших градостроительных замыслов – прокладки новых проспектов, строек масштабных зданий. Лишь в переулках возникло несколько кооперативных домов для служащих и интеллигенции, были построены школы, в остальном же район сохранил застройку, дух и масштаб старой Москвы. Стройки конца XX и начала XXI веков поначалу так же вписывались в старую структуру, архитектура – преимущественного жилая с переменным успехом интегрировались в морфологию старой застройки, с элементами модерна или неоклассики. И лишь к началу 2010-х гг. на Цветном бульваре возникли первые большие стройки, заслонив, впрочем, городской ландшафт старинных московских переулков.

Сегодня в старой Москве продолжают точечно появляться новые проекты недвижимости. Это могут быть как отреставрированные старинные городские усадьбы, которые приспособили для современного использования, так и новые особняки, и даже небольшие комплексы.

Одним из самых интересных новых проектов можно назвать жилой комплекс Lion Gate в Цветном переулке. Это не отреставрированное историческое здание, как может показаться на первый взгляд, а прекрасный образец комплекса особняков в стиле неоклассицизм.

Появление таких проектов становится маркером того, что район вступает в новую фазу развития. Как когда-то появление ТЦ «Цветной» привело сюда самую модную молодежь, так и появление успешного делюкс-проекта дает импульс появлению моды на район среди девелоперов элитной недвижимости. Остается надеяться, что новые проекты в районе Цветного будут также бережно включены в историческую и визуальную ткань города.

Источник: FromMillion

Вообще это название всех путает, потому что Башня Федерация это две башни. Сначала Запад, там всего 63 этажа, там есть ресторан с окном, которое открывается летом на минутку в день, роскошный бассейн и номера, которыми должен был рулить Хайятт, но не случилось.

Потом башня Восток. Её достраивали другие люди. И она высотой 374 метра. 97 этажей. Крыши нет.

Больше всего я любила 93 этаж. Он был без отделки, простой, ровный, открытый. Чтобы сюда добраться, нужно было ехать на строительном (техническом) лифте, пассажирский сюда не приезжал.

Здесь всегда было очень очень тихо. Очень спокойно. Всегда чистый воздух. Идеальная температура.

Что такое настоящее панорамное остекление? вот оно, перед вами. От пола до потолка. От стены до стены. Без компромиссов.

Потом расскажу еще.

Максим Кандыбайло, начальник Управления стратегических проектов Комитета по архитектуре и градостроительству города Москвы, рассказал, что на данный момент в столице благоустроено около 81,9 км набережных и в ближайшие годы планируется еще преобразовать около 100 км набережных.  «У города нет единого требования ко всем набережным, мы не хотим, чтобы они были одинаковыми, но стараемся использовать одни и те же подходы: идем в ногу с мировыми тенденциями, делаем все возможное, чтобы природа не страдала», - отметил он.

В свою очередь, Никита Щенин, руководитель мастерской архитектурно-градостроительного бюро MASTER'S Plan, рассказал, что идеология градостроительного развития набережных Москвы-реки, сформированная по результатам международного конкурса 2014 года, состояла из трех пунктов: сделать активной реку, развернуть город к воде и увеличить количество озеленения. «Перед городом стояла задача сделать реку доступной, то есть, минимизировать заборы, обеспечить комфортный подъезд к набережной и активизировать водную поверхность - мы это уже сейчас замечаем на примере развития водного транспорта. Также необходимо сделать реку чистой - уменьшить количество выбросов, сделать экоориентированный дизайн и сформировать узнаваемый бренд у каждой набережной. Кроме того, основная идея была в том, чтобы сохранить идентичность каждой набережной, каждой прибрежной зоны. Было проведено социологическое исследование, в рамках которого было опрошено порядка 4-5 тысяч респондентов, чтобы определить, какой формат набережных нужен городу. Результаты показали, что универсального ответа нет – все люди видят набережную по-разному. У нас в равных долях примерно распределились показатели от «люди видят тихую набережную» до «люди видят очень активную, шумную, веселую набережную», из чего следует, что каждому фрагменту береговой линии нужен свой особый подход», - отметил эксперт.

Иван Греков, главный архитектор АБ KAMEN, в своем выступлении подчеркнул, что любая набережная – это особый тип городского пространства, и архитекторы стараются в своих проектах максимально использовать этот потенциал. Также архитектор рассказал про особенности реализации проекта Южный порт.

«Работая над набережной кластера «Южный порт», мы задумались о том, какую отличительную, новую по качеству территорию мы хотим здесь создать. Мы хотели сделать среду уникальной во всех аспектах, создать пространство с новой философией, место, где можно комфортно жить, работать и отдыхать. Мы разработали порядка трех разных пространственных подходов, но в итоге остановились на идее частично линейного квартала, с ярко выраженным акцентом на уровне земли, на уровне среднеэтажной и малоэтажной части, которую мы назвали «горизонтальным небоскребом». Этот горизонтальный небоскреб помог нам активно подчеркнуть саму набережную и создал фронт взаимодействия жилого массива и общественной функции со свободным и открытым пространством воды», - пояснил он.

«Архитектурному бюро KAMEN удалось в этом проекте сделать то, чего не удавалось в других, и то, к чему мы давно стремились - чтобы набережная была прогулочной, и чтобы был контакт жилой застройки с водой. Потому что, к сожалению, большая часть городских набережных в Москве отделена автомобильной дорогой, что не дает возможности жителям напрямую попасть из своих домов на набережную», - добавил Максим Кандыбайло.

Григориос Гавалидис, архитектор и основатель АБ GAFA, в свою очередь, поделился своим международным опытом. «Я родом из Греции, и одним из последних проектов своей греческой карьеры делал набережную в городе Салоники. И на тот момент эта пятикилометровая набережная считалась самой протяженной в Европе, при ее реализации мы использовали все новые тенденции и понимание того, как должны развиваться европейские набережные. И сейчас я понял, что мы за пять лет реализовали пять километров в Греции, а в Москве за 10 лет будет создано практически двести километров набережных», - восхитился он.

Также архитектор рассказал про развитие второй линии Южного порта. «Набережные фантастически развиваются и становятся мультицентричными и мультифункциональными. Но при этом, необходимо продумывать стратегии жизни и на территориях вторых линий, которые, как правило, крайне непроницаемы и непривлекательны. Но к счастью, все меняется, и мы, работая над проектами компаний КОРТРОС и Level Group в районе Южного Порта, видим качественный подход и амбициозные идеи (вплоть до обращения к ИИ для образов малых архитектурных форм), которые город и девелоперы поддерживают. Также очень радостно, что в дворовых пространствах жилых комплексов комфорт-класса появляются декоративные водные объекты, хотя раньше это было атрибутом проектов бизнес-класса и выше», - отметил он.

По словам Гавалидиса, жители второй линии прибрежного района также будут пользователями набережной кластера «Южный порт» для прогулок, пробежек, моциона – таким образом инфраструктура застройки первой линии будет востребована жителями второй линии и наоборот. Эта синергия является той ценностью, которая изначально была заложена в проект Ассоциацией девелоперов Южного порта: общность интересов, соотнесение пожеланий всех компаний-членов Ассоциации, действующих заодно и на благо всех жителей локации.

Татьяна Ищук, руководитель архитектурного направления Citymakers, в своем выступлении рассказала о стратегии развития территории ЗИЛ-Юг. «Нам повезло работать с этой крупномасштабной территорией в рамках Комплексной стратегии развития квартала Shagal. Кроме благоустройства и ландшафта мы смогли посмотреть на набережную и с точки зрения транспорта, и с точки зрения функциональной программы. Мы представили, что набережная, идущая вдоль всего квартала, представляет собой некую витрину района — это путь, по которому часто будут перемещаться жители или гулять гости территории. Мы выработали основные принципы работы с этим пространством. В первую очередь, это зеленый каркас и пешеходизация, разнообразие сценариев жизни и проницаемость. То есть, чтобы была «бесшовность» во взаимодействии с рекой и было функциональное разнообразие, чтобы там было интересно не только с коммерческой точки зрения, но и были представлены социальные функции для жителей района. У нас получилось четыре сценарных слоя. Вначале - разнообразные водные активности, которые были продуманы бюро ASADOV. Затем - спокойный, умиротворяющий променад вдоль воды. Далее идет активная зона озеленения со спортивными и детскими активностями. И в завершении - прогулочная озелененная улица вдоль застройки квартала. И получается, что каждый человек может легко найти что-то для себя - гулять, созерцать, заниматься спортом или идти вдоль коммерческого фронта" - уточнила она, отдельно добавив про активацию воды, когда река становится полноценным общественным пространством. «Это должна быть не просто прогулочная зона, а локация с речным транспортом, местами для занятий спортом, зонами отдыха и развлечений» - заключила Татьяна.

Набережные в разных частях Москвы играют всё более заметную роль в жизни горожан, и это все чаще не просто городское благоустройство, но и реализация общественных зон в рамках комплексного развития территории, вплетение в ткань города абсолютно новаторских форматов. Иван Греков высоко оценил проект голландских архитекторов из De Architekten CIE, создавших концепцию ЖК Portland для ГК FORMA с использованием актуальных трендов в “приморской” архитектуре: вся береговая линия Portland задумана как последовательность рекреационных локаций, а прямой выход к воде без барьеров создаст особую открытую атмосферу пространства. Достопримечательностью территории станет Water Gate – центральный бульвар с аллеями, сухим фонтаном и собственным спуском к воде со стороны Южнопортовой улицы. Весь берег будет заполнен редкой досуговой инфраструктурой. Так, в восточной части будет расположены собственная марина для яхт и лодок, в западной - откроется водная игровая площадка с детскими аттракционами и будет высажен портовый лес.

Также Максим Кандыбайло рассказал, что сейчас в городе сформировался запрос на пляжные зоны, потому что в данный момент их критически мало, и большая часть из них – без купания. «Мы ощущаем дефицит таких зон. К примеру, на Северном Речном вокзале город организовывал пляж. На ЗИЛе мы тоже хотели сделать пляжную зону – сейчас работаем над этим вопросом. Но в любом случае мы понимаем, что пляжных территорий вдоль набережных не хватает, и пытаемся найти городской потенциал в развитии таких зон» - заключил он. По словам Максима Кандыбайло, в Москве есть еще  примерно 80-90 километров набережных, не нуждающихся в благоустройстве в ближайшее время, потому что работы по благоустройству там либо выполнить невозможно, либо они там никому не нужны. «К таким участкам, например, относится территория Канала имени Москвы, где находятся гидротехнические сооружения.  Все знают, что в городе есть несколько шлюзов, это федеральные территории, и там благоустройство на сегодняшний день невозможно, так как это вопрос транспортной безопасности», - пояснил он.