Что я влюбилась без оглядки.
Цветов, конечно, не дарил:
«Ведь женщин много, все мы падки».
Он термос брал с собою с чаем.
На нас смотрело много глаз,
Но «мы» в любви не иссякаем.
Глаза на первых всех парах
Закрыты напрочь, не без дела.
Всё время в розовых очках —
Он так серьёзен был со мной,
Что познакомил даже с мамой.
Живёт он с ней в одной семье,
Не познакомил только с папой.
Ушёл однажды он, за хлебом.
Конечно, что-то не пошло —
И не вернулся он меж делом.
«Козёл, — сказала, — знала я!» —
И сыну жизнь всю посвятила.
Что он какой-то не такой.
Ну да, ну грезилось во сне,
Что он — единственный герой.
Вернёмся к делу: что же было?
Его мной точно зацепило —
Сказал он маме: «Мы придём».
И на пороге, словно дети,
«Сыночка милого ты в сети —
Сейчас посмотрим, как подходишь
В семью ты нашу вдруг примчась.»
Соблюдая вскользь манеру.
В зале был накрыт нам стол,
В графине — чистый этанол,
Остался, вроде, с чьей-то днюхи…
Немного хлебушка ржаного.
Павлушка вроде был там рад,
И то, как переедем к «маме».
Однушку будем с ней делить,
Детей воспитывать годами .
Про то, что есть у «мамы» дача.
Там летом — речка и песок,
И грядок много там в придачу.
«Павлушка мой, сынок ранимый,
Здоровьем слаб, ну, и потом...»
— Раздался громко чих сопливый,
Забрызгал Пашка все кругом.
И так он сильно разошёлся —
Чихал до слёз, пока слюной
Салат в тарелке не оплёлся.
Вздыхала мама: «Ой-ёй-ёй!»
— Чего сидишь сейчас без дела?
Пыталась выписать щелбан.
Взглянула грозно — ох, не сладко!
И разъяснять всё принялась.
— Свои вы грабли уберите,
Прочхался Павлик, и тогда
Сурово мне сказал: «Сначала,
Пред мамой извинись, да-да!»
Ушла оттуда со скандалом,
А Павлик мне кричал вослед:
«Верни мне деньги, те, что налом
