Как чукча попробовал стать писателем
Попалась мне тут на днях в Сети не то реальная история, не то байка, написанная мамой о своей дочери-школьнице, которой задали в качестве домашнего задания написать связный текст, в котором все слова начинались бы с последовательных букв алфавита. Типа "Алиса была высокой голубоглазой девочкой..." и т.д. Забавная история, но не суть. И что-то меня это так затронуло, что я решил: если младшеклассница смогла, то сможет ли сделать взрослый мужик? Только чтобы слова не на последовательные буквы алфавита, это слишком большое ограничение для фантазии, и скорее всего получится какая-то нелогичная белиберда. Нет, все слова буду подбирать на одну букву, вроде известного текста "Отец Онуфрий, обходя окрестности Онежского озера..." и ему подобного. Несколько дней выжимал из фантазии всё возможное, пока не закончил такую небольшую историю:
Подвыпившая проститутка Полина, пошатываясь, праздно плелась по пустынному проспекту Просвещения. Полуденный Петербург потел по причине парадоксального пекла, плохо переносимого пейзанами постоянно пасмурного Питера. Поребрик проспекта покрылся пепельными пятнами пыли. Панели проёмов парадных плавились под прямыми потоками пламени. "Пойду поищу Пелагею", - подумала Полина. - "Перехвачу полтинник похмелиться".
Подруга проживала поблизости, поэтому Полина продолжила путь по проспекту. После пятого перекрёстка повернула правее, по переулку. Пятиэтажка Пелагеи приютилась посреди полянки, покрытой подорожником, побегами пижмы, прострела, пустырника. Повсюду пели птицы, пролетали проворные пчёлы, порхали пёстрые павлиноглазки.
Последний промежуток пути Полина прошла под пристальным прицелом пенсионерок, пристроившихся перед парадной. Пенсионерки перешёптывались, придирчиво подмечая плавную походку Полины, пышные полушария, подрагивающие под просторным платьем, покачивающуюся подтянутую попку. "Посмотрите-ка, проститутка", - прошелестело позади. Полина притормозила, презрительно показала пенсионеркам подходящий палец, потом продолжила путь.
Пелагея пила пиво. Поманив подругу, предложила присоединиться. Протянула пинту пенного, пододвинула поднос пирожков, попахивающих плесенью. Полина поморщилась. Поколупала пирожок, потерев подозрительные пятна. Под пятнами показалось повидло. "Позавчерашние", - пояснила Пелагея. - "Пей пиво, пока прохладное". Помолчала, призадумавшись, потом продолжила. - "Поутру прогнала Петьку. Пришёл, понимаешь, пьяный, посуду перебил, постель перевернул, пытался приставать. Пришлось приложить палкой по переносице, потом пнуть по почкам. Полиция приезжала - парочка патрульных. Петька пробовал петушиться, получил повторного пенделя. Присмирел, подписал протокол, потом ползал по полу, прощения просил. Поздно, повязали паразита. Поделом паршивцу, пусть посидит пятнашечку, протрезвеет".
Полина посочувствовала переживаниям подруги. Паскудные Петькины привычки приносили Пелагее постоянные проблемы. "Поищи парня получше, - посоветовала Полина. - Петьку побоку, пусть проваливает".
Пелагея промолчала. Поднялась, прошлась по периметру помещения, постояла перед плитой. "Пока подожду. Предоставлю поганцу последнюю попытку. Полезет - пошлю подальше".
Полина пожала плечами. Память подсказывала: прошло полмесяца после предыдущей "последней попытки". Подруге приятны периодические приключения? Переубеждать попусту, пора прощаться.
Полина поставила пустой пузырь, подхватила пакет пирожков, подаренных Пелагеей, приобняла подругу, прощаясь.
Пятачок перед парадной - прибежище постовых пенсионерок - пустовал. "Попрятались, перечницы", - подумала Полина, пиная пробку, попавшую под пятку. Поправила причёску, пригладила помявшееся платье, перехватила пакет поудобнее. Похмелье прошло, погода показалась прекрасной. Прогулка по Питеру продолжалась...
