Есть места, которые не нужно спасать.

Они просто нормально существуют: здесь растут деревья, есть газон, кустарники, дорожки, люди приходят погулять и посидеть у воды. Именно таким я увидел Набережную Юности, когда приехал сюда.

Я был здесь не как житель Щёлково. Я приехал взять интервью у двух местных жительниц и заодно посмотреть своими глазами, о чём они говорят.

И вот что меня действительно заинтересовало. Если не знать всей этой истории, сложно понять, что именно здесь требует масштабного благоустройства. Набережная выглядит вполне ухоженной. Более того, её уже благоустраивали — работы завершили ещё в 2016 году.

Тем не менее сейчас снова обсуждается её реконструкция. В 2025 году по Набережной Юности проводился проектный семинар с жителями, где обсуждалось её будущее благоустройство.

И вот здесь у меня возникает вполне простой вопрос: а что именно здесь нужно переделывать?

Я не против благоустройства как такового. Если территория действительно требует ремонта, если нужно заменить покрытие, освещение, коммуникации или создать что-то действительно необходимое — почему нет?

Но тогда хотелось бы увидеть конкретику.

Что именно сейчас находится в плохом состоянии? Какие работы планируются? Сколько они будут стоить? И почему именно эта территория стала приоритетной?

По словам двух местных жительниц, с которыми я разговаривал, вопросов к этому проекту немало.

В том числе и к тому, почему деньги нельзя направить на другие места Щёлково, где проблемы гораздо заметнее.

Например, на Пролетарский проспект, территорию Сиваша, левый берег Клязьмы или другие участки, которые действительно требуют внимания. Есть и территории рядом с новой застройкой, где благоустроенное общественное пространство для жителей было бы явно не лишним.

А теперь о деньгах.

В публичном пространстве звучит сумма около 600 миллионов рублей на Набережную Юности. При этом в муниципальных документах фигурируют другие суммы и составы работ, поэтому здесь я бы не стал делать выводы без изучения конкретной проектной документации и смет.

Есть ещё набережная Серафима Саровского. По словам местных жительниц, речь может идти ещё примерно о 539 миллионах рублей.

И вот здесь уже хочется разобраться особенно внимательно.

Если речь действительно идёт о таких суммах, то это не вопрос «нравится новый проект или нет». Это вопрос того, насколько разумно город собирается распорядиться бюджетными деньгами.

Тем более что сама набережная Серафима Саровского уже является благоустроенным общественным пространством. Там есть дорожки, освещение, места для отдыха и другая инфраструктура.

Поэтому вопросы вполне конкретные.

Почему именно эти территории требуют нового масштабного благоустройства?

Что именно планируется изменить?

Как рассчитывалась стоимость работ?

Что будет с существующими деревьями и зелёными зонами?

И почему при наличии других проблемных территорий приоритет отдан именно этим объектам?

Я специально не хочу писать, что кто-то «распиливает» бюджет или делает что-то незаконное. Для таких выводов нужны документы и доказательства, а не эмоции.

Но задавать вопросы — совершенно нормально.

Тем более когда речь идёт о сотнях миллионов рублей.

Если проект действительно необходим городу, его необходимость можно спокойно объяснить: показать существующие проблемы, проект, смету, перечень работ и ожидаемый результат.

А если всё это действительно так хорошо продумано, почему бы не показать документы жителям открыто?

Я приехал в Щёлково всего лишь взять интервью у двух местных жительниц. Но после разговора у меня осталось ощущение, что эта история заслуживает гораздо большего внимания.

Потому что иногда благоустройство — это действительно про то, чтобы сделать город лучше.

А иногда хочется сначала задать очень простой вопрос:

А точно ли здесь вообще нужно что-то менять?

Потому что есть места, которые не нужно спасать.

Их иногда достаточно просто не испортить.

Людей много. Семьи с колясками, влюблённые пары, стайки подростков с самокатами, пенсионеры с палками для скандинавской ходьбы. У всех одинаковые лица - расслабленные, счастливые. Дети бегают по дорожкам, смеются, показывают пальцами на уток. Уток тут - не счесть. Они плавают у самого берега, выпрашивают хлеб, которого им вроде бы нельзя, но всё равно дают. Чайки - белые, шумные, наглые - то и дело пикируют к воде, выхватывая крошки. Иногда они устраивают воздушные бои с воронами, и тогда всё небо наполняется криком, похожим на спор о том, кому достанется корочка.

Пляжей здесь нет. Это заметно: берег обрывистый, местами заросший камышом, купаться негде. И городской парк закрыт на ремонт - за высоким забором виднеется техника, слышен гул. Кто-то вздыхает: «Вот бы всё открыли», - и идёт дальше. Но это не портит настроения. Набережная сама по себе - парк. Просто без аттракционов, зато с живой водой, настоящими деревьями и видом, от которого захватывает дух.

Я сижу на скамейке, смотрю на Клязьму, и мне кажется, что я в маленьком раю. Не в том, который обещают после жизни, а в том, который случается здесь и сейчас. Он не идеален: нет пляжа, закрыт парк, на набережной иногда бывает тесно. Но в этом и есть его прелесть. Люди пришли не за сервисом. Они пришли за тишиной, за воздухом, за ощущением, что лето всё-таки существует, что вода течёт, трава зеленеет, а дети смеются.

В такие моменты перестаёшь думать о бытовых проблемах. Очереди на АЗС, цены на продукты, новости - всё остаётся где-то там, за зелёными массивами. Здесь - только июль, Клязьма и бесконечное небо над Аструмом.

Пока есть такие места, пока люди гуляют по набережным и кормят уток, страна не умерла. Она живёт. Может быть, в этом и есть наше спасение - не в прорывных стройках или новых заводах, а в том, чтобы вовремя заметить, как красиво падают солнечные лучи на воду, и разделить эту красоту с теми, кто рядом.

Я обязательно вернусь сюда в августе. Посмотрю, как открывают парк, как достраивают что-то рядом с Аструмом. Но главное - я запомню этот июльский день, когда никто никуда не торопился, а Клязьма просто текла и улыбалась нам своими отражениями и мутной водой.