Кому интересно, ссылка на такой штамп с котом

Реклама: ООО "АЛИБАБА.КОМ (РУ)" ИНН: 7703380158

Однако так не работает. Нажимные мины срабатывают именно на нажатие, а не на снятие нагрузки после нажатия. Нет никакого смысла делать так, чтобы инициация происходила после поднятия ноги, ведь нанесение повреждений этой самой ноге и есть главная цель постановки нажимной мины.

Да, есть так называемые «мины-сюрпризы», срабатывающие на снятие нагрузки, например, советская МС-3. Но они работают не так: их устанавливают под какой-то тяжёлый предмет, который противник захочет переместить. Например, так обеспечивается неизвлекаемость противотанковых мин: под ТМ-62 ставится МС-3. Уже под нагрузкой из нее выдергивается предохранительная чека, после чего мина встаёт на боевой взвод.

Если же выдернуть чеку из мины без нагрузки, то произойдет взрыв, поскольку за счёт нажима сверху шток удерживает подпружиненный ударник. При снятии нагрузки ударник освобождается, ударяет по капсюлю и происходит взрыв.

Таким образом, можно понять, что использовать такие мины в качестве обычных противопехотных невозможно.

Суперсила РСЗО

Продолжу не самым очевидным примером, но он пришел мне в голову одним из первых. В фильме Бондарчука «9-я рота» есть очень памятная сцена уничтожения кишлака залпом «Градов».

Несмотря на весь трагизм и пафос смотрится она очень смешно, поскольку попадания снарядов БМ-21 выглядят как огромные огненные всполохи. Складывается впечатление, что работали не по кишлаку, а нефтебазе. Такого эффекта снаряды «Града» не дают, да даже «Буратино» на пару с «Солнцепеком» при виде этого курят где-то в сторонке.

Слишком могучие противотанковые ружья

Этот штамп можно часто увидеть в фильмах про Великую Отечественную войну. Сцена примерно такая: на позиции красноармейцев наступают немецкие танки, но советские солдаты подпускают их поближе и поражают в лоб из противотанковых ружей. После попадания танки загораются в районе МТО (сзади) и останавливаются, либо начинают кружить на месте.

Проблема в том, что противотанковые ружья не могли поражать немецкие танки в лоб за исключением PzKpfw II. В лучшем случае можно чудом попасть в смотровую щель мехвода, но для этого нужна настоящая удача. Да и для выведения танка из строя нужно далеко не одно попадание: требуется выбить экипаж, поразить двигатель, трансмиссию или поджечь боеукладку.

Это ни в коем случае не значит, что ружья были бесполезны. Нет, совсем нет. От флангового огня в борта из противотанковых ружей страдали не только лёгкие PzKpfw II или чешские LT vz.38, но и PzKpfw III, PzKpfw IV и Stug III. Именно для повышения защиты бортов от ПТР на них стали со временем устанавливать стальные экраны по бортам (да, именно так, они не противокумулятивные). Кроме того, можно было уверенно поражать бронетранспортеры, бронеавтомобили и различные легкобронированные САУ вроде «Мардеров». Но опять же, результат достигался концентрированным огнем нескольких расчётов.

Для справки: ПТРД с 300 метров пробивал под прямым углом до 35 мм брони. В то же время бортовая броня «троек», «четвёрок» и «Штугов» не превышала 30 мм.

Поэтому можете себе представить, каким мужеством нужно было обладать бронебойщикам с ружьями, поскольку им требовалось не только подпустить танки как можно ближе, но ещё и поразить в уязвимые борта и корму, которые никто не спешит подставлять. Ну или попытаться обездвижить танк огнем по гусеницам.

Если же противотанковые ружья обладали бы такой же силой как в кино, то война бы могла закончится гораздо раньше.

В то же время я нисколько не хочу упрекать кинематографистов. Показать приближенно к реальности подвиги бронебойщиков очень непросто, а хронометраж все же ограниченный.

БТР и другие бронемашины, гарантированно уничтожаемые с одного попадания из РПГ

Это распространенный штамп из фильмов и игр. Может показаться логичным, что раз это техника лёгкая, что попадание гранты из РПГ гарантированно уничтожит БТР, лёгкий бронеавтомобиль или просто небронированный автомобиль с первого же попадания.

Но так это не работает. Большинство выстрелов для реактивных противотанковых гранатомётов являются кумулятивными. Их поражающим фактором является кумулятивная струя, которая пробивает броню (именно пробивает, а не прожигает) и поражает членов экипажа, оборудование, топливо или боеприпасы.

Если при попадании в БТР на пути у кумулятивной струи не будет чего-то легковоспламеняющегося или критичного для продолжения движения, то он не остановится. Есть ещё популярный миф про избыточное давление, которое якобы поражает экипаж, но это не более, чем байки.

То же самое работает и для обычных небронированных автомобилей.

А вот если в него прилетит термобарический или осколочно-фугасный выстрел (такие есть для разных гранатомётов, в том числе РПГ-7), то последствия могут быть уже другие.

Главное же, то, что попадание из РПГ не гарантирует не то, что взрыв, а даже остановку.

Ракеты, совершающие нереальные маневры

Этот штамп наиболее ярко показан в фильме «В тылу врага», где молодой Оуэн Уилсон в роле летчика F/A-18 удирает от Владимира Машкова, играющего сербского снайпера (с него, кстати, потом рисовали главного героя GTA 4).

В фильме самолёт обстреливают из комплекса ближнего радиуса «Стрела-10». У его ракет небольшой твердотопливный двигатель, который работает непродолжительное время, измеряемое секундами.

В фильме же ракета гоняется за самолетом в течении нескольких минут и ее двигатель работает до момента поражения самолета. Более того, она сначала заходит истребителю в лоб, летчик уворачивается, а ракета вместо подрыва рядом с целью срезает часть хвоста (!) делает разворот (!), заходит сзади и поражает бедный F\A-18.

Да, чудеса.

В реальности все закончилось бы намного быстрее. И, скорее всего, не в пользу истребителя.

Заключение

Киношных штампов, связанных с военной техникой и оружием на самом деле гораздо больше, я осветил лишь часть.

При этом я ни в коем случае не критикую киноделов. Их задача – создать захватывающее произведение, при этом порой от реализма можно и отойти, главное только знать меру и не превратить происходящее на экране в парад абсурда.

На этом все, спасибо, что дочитали. Надеюсь, вам было действительно интересно.

Напоминаю, что также мои материалы на тему военной техники и военного кино доступны в Telegram, MAX и Дзене.

Telegram: https://t.me/ivanartuchannel

MAX: https://max.ru/ivanartu

Дзен: https://dzen.ru/ivanartu

При желании можете поддержать автора рублем через донаты.

Дисбаланс в развитии средства защиты и активного контакта с миром, способов реальной адаптации и саморегуляции способствует искаженному формированию психических функций. Они направляются преимущественно на решение задач аутостимуляции.

Поэтому двигательное развитие аутичного ребенка - это не столько развитие моторных навыков реальной адаптации к миру, сколько накопление арсенала стереотипных способов извлечения приятных вестибулярных, проприоцептивных, тактильных, мышечных ощущений. Глубокая задержка развития бытовых навыков, неловкость, неуклюжесть при выполнении любого предметного действия сочетаются с почти цирковой ловкостью движений в стереотипе аутостимуляции. Такой ребенок часто годами не в состоянии научиться простейшим навыкам самообслуживания, но может выкладывать сложные узоры из мелких предметов; ловко карабкаться, передвигаться по комнате, крутя тарелку на пальце вытянутой руки; избирательно напрягать и расслаблять отдельные мышцы, сосредоточиваясь на возникающих ощущениях. Впечатления, которые в норме составляют ориентировочную основу для построения целенаправленного действия, здесь приобретают самоценность.

Перцептивное развитие также отличается сочетанием одаренности и беспомощности. Наряду с задержкой формирования реальной предметной картины мира характерно особое внимание к отдельным ощущениям и "чистым" перцептивным формам. Разрабатываются приемы механического раздражения уха и глаза, стимуляция себя отдельными звуками, одержимое пристрастие к музыке, раннее выделение цветов и форм. Так, двухлетний ребенок по непонятным для окружающих перцептивным признакам безошибочно выделяет из груды других любимую пластинку, видит окружающие предметы составленными из шаров. Возможно раннее увлечение стереотипным составлением рядов-орнаментов, первые слова таких детей могут отражать эти пристрастия - "бледно-золотистый", "параллелепипед".

Речевое развитие аутичных детей также своеобразно. Наряду с нарушением коммуникации и трудностью построения целенаправленного, гибко адресуемого речевого действия (вместо этого дети используют штампы, "попугайную речь", называют себя во втором или третьем лице), у них часто отмечается особое чувство языка. Они стереотипно играют отдельными звукосочетаниями, словами, фразами, рифмуют, поют, одержимо декламируют стихи. Таким образом, то, что в норме является материалом для организации целенаправленного речевого действия, у аутичных детей становится объектом специального аффективного внимания, средством стереотипной аутостимуляции.

Дети произносят изощренные звуки, но их вокализация не обязательно становится лепетом, фонетически близким родному языку, часто она напоминает щебет, скрип, звучание музыкальных инструментов. Они могут напряженно повторять отдельные сложные, аффективно звучащие слова: "супе-р-р-р-импе-р-р-р-иализм" и оставаться мутичными в ситуации общения. В других случаях аграмматизмы, смазанность, трудность произвольной организации речи, невозможность диалога сочетаются со сложной правильной речью при аутостимуляции.

Аффективная сфера человека. Взгляд сквозь призму детского аутизма / Никольская О.С. М.: Центр лечебной педагогики, 2000