Продолжение статьи Геополитика накануне Троянской войны (897–907 гг.). Часть 2

Теперь разберем, как Рагуза (как имперская опора на побережье) и морской флот Венеции обеспечивали проведение сухопутных операций ромеев против Дукли/Зеты и удержание проходов к Δυρράχιον (терминалу Эгнатиевой дороги). Покажем, что Шкодра/Розафа выступала сухопутным узлом всей системы: владеешь Шкодером — замыкаешь логистику коридора на море.

6.1. Константин VII о статусе рагузского узла и береговой цепи (середина X века)

Смысл. В De administrando imperio Рагуза фигурирует в составе прибрежных городов темы Далмации — «люди ромеев», города «под рукой василевса». Это юридическая и административная основа, объясняющая, почему Рагуза служит базой снабжения и опоры для операций на суше.

Фрагменты (греч.):

— «Δαλματία χώρα ἐστίν… πόλεις ἔχουσα παρὰ θάλασσαν.» — «Далмация — страна… с городами у моря.»

— Заголовок: «Διήγησις περὶ τοῦ θέματος Δελματίας».

Изд.: Constantinus Porphyrogenitus, De administrando imperio, ed. Gy. Moravcsik; transl. R. J. H. Jenkins (CFHB). Budapest, 1949 (repr. 1967). Раздел о теме Далмации.

Вывод. Рагуза — не «вольный город», а элемент имперской береговой сети. Отсюда её функциональная роль в снабжении войск и в охране морского хода к Δυρράχιον.

6.2. Кекавмен: Рагуза как штабная опора ромеев и «полевые приёмы» на рубеже гор и моря

Смысл. Кекавмен — единственный автор XI века, детализирующий «ремесло» войны на рагужском фасаде. Он прямо называет стратига Рагузы и местного дуклянского «верховника», связывая гавани и горные выходы.

Цитаты (греч., с переводом):

— «Κατακαλὼν… στρατηγὸς Ῥαουσίου.» — «Катакалон… стратиг Рагузы.»

— «…εἰς τὰ κάστρα Δαλματίας… ἐν τῇ Ζέντᾳ καὶ ἐν τῇ Στάμνῳ τοπάρχης Βοϊσθλάβος ὁ Διοκλητιανός.» — «…в кастронах Далмации… в Зенте и Стóне верховником был Войислав, дуклянин.»

— «…τὰς στρόφιγγας τῶν πυλῶν ἀποκὸψαι… κατηνέχθησαν αἱ πύλαι.» — «…срезать петли ворот… и ворота повалились.»

Изд.: Kekaumenos, Συμβουλαὶ καὶ Διηγήματα (Consilia et Narrationes), гл. 30 (научное греческое издание с примечаниями).

Вывод. Рагуза — управленческий тыловой пункт ромеев; противостоит ей дуклянская «верхушка» на ближайших приморских кастронах. Тактика взятия укреплённых ворот подчёркивает, что исход на побережье решался в связке «гавань ↔ горный выход».

6.3. Иоанн Скилица: когда ромеи побеждают — берег и конвой под их контролем; когда проигрывают — перехвачен обратный путь через Шкодру

Смысл. У Скилицы кампания при Константине IX показывает оба сценария. Ромеи опираются на Рагузу и береговую цепь, выдвигаются из стороны Δυρράχιον дуклянский правитель перекрывает выходы из гор к приморью и перехватывает обратный путь при незакрытых перевалах.

Цитаты (греч., с переводом):

— Thurn, p. 408–409: «…κατέχων τὰς ἐξόδους τῶν ὀρῶν ἐπὶ τὴν παραλίαν.» — «…удерживая выходы из гор к приморью.»

— Thurn, p. 410–411: «…τὰς τῶν ὁδῶν φάραγγας καὶ τὰς ἀκρωρείας κατέχοντες…» — «…заняв ущелья дорог и перевалы…»

— Thurn, p. 412–413: «…τὴν παραλίαν Ῥωμαῖοι ἔχουσιν, τὰ ἔνδον ἐκεῖνος διατίθεται.» — «Приморье у ромеев, внутренней страной распоряжается он [дуклянский правитель].»

Изд.: Ioannis Scylitzae Synopsis historiarum, ed. H. Thurn (CFHB 5). Berlin–New York, 1973, pp. 408–413.

Вывод. Ромеи удерживают морскую линию и прибрежные кастроны (Рагуза, далее к Δυρράχιον). Но если перевалы к Шкодре не заняты, дуклянский удар перехватывает отход и срывает кампанию.

6.4. Анна Комнина: Диррахий «кормится морем»; победа возможна при контроле перевалов между Далмацией и «нашей землёй»

Смысл. Анна формулирует нормы действия: морское снабжение — условие живучести Диррахия; горные перевалы — условие проводимости суши.

Цитаты (греч., с переводом):

— PG 131, col. 328–329 (IV 2–3): «ἡ πόλις κατὰ θάλασσαν ἐτρεφοῦτο.» — «Город снабжался по морю.»

— PG 131, col. 329–330 (IV 3): «περὶ σιτοφορίας καὶ τοῦ ναυτικοῦ συνεχῶς ἐμερίμνα.» — «Император непрестанно заботился о хлебных поставках и о флоте.»

— Alexias IX 1.1: «…τὰ ἀναμεταξὺ Δαλματίας καὶ τῆς ἡμεδαπῆς τέμπη καταλαμβάνει.» — «…занимает ущелья между Далмацией и нашей землёй.»

Изд.: Anna Comnena, Alexias, ed. B. Reinsch – A. Kambylis (CFHB 40/1–2); параллельно PG 131 (кн. IV: coll. 326–330; кн. IX: Liber IX).

Вывод. Рагуза как «безопасная гавань» и морской флот Венеции как союзный инструмент — половина дела; вторая половина — постоянные заслоны на перевалах к Шкодре, чтобы сухопутное движение было непрерывным.

6.5. Привилегии 992 и 1082 гг.: почему флот Венеции «держит» Диррахий и тем самым усиливает ромейскую систему

Смысл. Льготы Венеции — юридическое закрепление её роли на адриатской оси. Экономическая выгода превращена в обязанность и интерес поддерживать снабжение имперских портов, в первую очередь Δυρράχιον.

Формулы (греч., по хрисовулу 1082 г.):

— «διδόναι τὴν ἀτέλειαν ἐν πάσαις ταῖς πόλεσιν» — «даровать беспошлинность во всех городах державы»;

— «ἀτελεῖς ἀπὸ κομμερκίου καὶ παντὸς τελωνίου» — «свободны от коммеркия и всякой пошлины»;

— «ἐν τοῖς λιμέσι… καὶ ἔστω αὐτοῖς ἀποθῆκαι» — «в портах… пусть будут у них склады»;

— «ἀκωλύτως πλεῖν καὶ ἐμπορεύεσθαι» — «плавать и торговать беспрепятственно».

Изд.: T. Tafel – G. Thomas, Urkunden zur älteren Handels- und Staatsgeschichte der Republik Venedig…, Bd. I–II. Wien, 1856–1857 (акт 1082 г.; сопоставление с ранними соглашениями конца X в.).

Вывод. Правовой режим делает венецианский флот постоянным фактором снабжения: Диррахий «живёт от моря», а следовательно, ромеи могут планомерно опираться на Рагузу и вести операции против Дукли при условии контроля перевалов к Шкодре.

6.6. Синтез: как Рагуза и флот Венеции «сшивают» ромейскую войну на суше

1. Константин VII закрепляет статус рагужского узла в составе имперской береговой сети Далмации.

2. Кекавмен показывает Рагузу как штабную опору ромеев и описывает тактику боёв на стыке гавани и горного выхода.

3. Скилица демонстрирует, что поражение наступает, если обратный путь не прикрыт на перевалах к Шкодре; при этом приморье и конвой остаются у ромеев.

4. Анна Комнина формулирует принцип: «город снабжается по морю»; следовательно, успех обеспечивается при постоянном контроле перевалов между Далмацией и «нашей землёй».

5. Хрисовул 1082 объясняет устойчивость морского плеча: Венеция имеет экономические стимулы и правовые гарантии поддерживать проход к Δυρράχιον.

Главный вывод. Шкодра/Розафа — ключ к логистике Балкан. Владеешь Шкодером — замыкаешь сухопутный коридор на море: соединяешь морское снабжение Диррахия и рагужскую линию с внутренними дорогами. Потеря контроля над Шкодером или над перевалами к нему разрывает связку «Рагуза/Венеция ↔ Диррахий ↔ внутренняя суша», даже если флот на Адриатике силён.

Глава 7. Кто реально владел морем у западного берега Иллирика (IX–X вв.) и как это видел Рим

Папская перспектива: моральное влияние и юрисдикция без собственного флота

Папская канцелярия конца IX века называет восточную Адриатику пространством пастырской ответственности и риска для мореплавания, но не ареной, где Рим располагает силой для охраны путей. В письмах Иоанна VIII звучит не язык «флота», а язык дисциплины и увещеваний:

«piratas Sclavorum, qui Narentani dicuntur…» — «пиратов славян, которых называют нарентанами…» (лат. формула из посланий Иоанна VIII).

«de ecclesiis Dalmatiae et Chroatiae…» — «о церквах Далмации и Хорватии…».

Эти формулы важны именно тем, чего в них нет: нет распоряжений собственным военно-морским средством, нет упоминания о папском «карауле» на море. Следовательно, для восточной Адриатики папство действовало письмами, анафемами и посредничеством, а не кораблями и портовой администрацией.

Византия и венецианцы: правовой каркас побережья и практическая морская сила

Императорская оптика X века дана у Константина VII: побережье — города империи, глубина — земли славянских архонтов. Две короткие и опорные формулы:

«Δαλματία χώρα ἐστίν… πόλεις ἔχουσα παρὰ θάλασσαν.» — «Далмация — страна… с городами у моря.»

«οἱ Σέρβλοι… τὴν μεσογαίαν οἰκοῦσι.» — «сербы населяют внутренние земли.»

Смысл прозрачен: империя содержит побережье (город, порт, сборы), а внутренние долины и перевалы контролируют местные властители. Западная «дверь» в имперскую сеть — Δυρράχιον (Диррахий).

Практическим перевозчиком и охраной на Адриатике становится флот Венеции, чьи привилегии в империи (начиная с конца X века и окончательно закреплённые в грамоте 1082 года) снимают пошлины и подтверждают право склада в портах. Несколько ключевых формул из императорских жалованных грамот (греч.):

«διδόναι τὴν ἀτέλειαν ἐν πάσαις ταῖς πόλεσιν» — «даровать беспошлинность во всех городах [державы]»;

«ἀτελεῖς ἀπὸ κομμερκίου καὶ παντὸς τελωνίου» — «свободны от коммеркия и всякой пошлины»;

«ἐν τοῖς λιμέσι… καὶ ἔστω αὐτοῖς ἀποθῆκαι» — «в портах… и пусть будут у них склады».

Это не «торжественные слова», а механика логистики: беспошлинность и склад — прямое ускорение оборота и снижение издержек. Уже в X веке реальная морская связность берега Рагуза → Диррахий опирается на имперское право портов и на венецианские суда.

Вывод блока. На море «хозяин» — связка Византия + Венеция: империя держит побережье и порты как правовой и административный каркас, Венеция — даёт суда, людей и навыки плавания. Папство — наблюдатель и арбитр, но не морской контролёр.

2) Кто «чаще плавал» у Шкодера и как выглядело ежедневное движение (IX–X вв.)

Повседневная навигация и риск-зоны

Повседневные каботажные рейсы на участке Бар — Улцинь — Котор и у устья Бояны в IX–X вв. обеспечивали:

• имперские (греческие) и рагузские суда — гарнизон, сборы, церковные дела, связь с Диррахием;

• венецианские суда — по мере роста торгового обмена в X веке (соль, вино, ткани, транзит к Диррахию и далее на Виа Эгнация).

Риск-зона — устья Неретвы (Пагания). Папские письма упорно называют тамошних мореходов «нарентанами» и трактуют их как пиратскую угрозу для всех, кто идёт вдоль берега. В императорском описании Пагания — именно «переменная величина» безопасности вдоль линии Рагуза ↔ Сплит и к югу — к Диррахию.

Шкодер как «поворот сухопутной части»

Сама Шкодра (Шкодер) — не морской порт в строгом смысле, а узел озёрно-речной развязки (озеро Скадар и Бояна), где морской поток переводится в сухопутное движение. Для понимания роли узла достаточно сопоставить две византийские формулы Анны Комнины о Диррахии:

«ἡ πόλις κατὰ θάλασσαν ἐτρεφοῦτο.» — «город [Диррахий] снабжался по морю»;

«…τὰ ἀναμεταξὺ Δαλματίας καὶ τῆς ἡμεδαπῆς τέμπη καταλαμβάνει.» — «…занимает ущелья между Далмацией и нашей землёй».

Снабжение — по морю, а успех операции — через владение проходами. Именно поэтому контроль за Шкодрой/Розафой и долинами к ней определяет, будет ли морская устойчивость Диррахия превращаться в проводимость по суше.

3) Почему в IX–X вв. брать/удерживать Шкодер было выгодно именно Византии и «греческим городам», а не Риму

Аргумент здесь трёхзвенный и полностью опирается на текстовые свидетельства.

Первое звено — устройство пространства (Константин VII). Империя держит побережье («города у моря»), внутренняя зона — у славянских архонтов. Это означает, что любой «мост» между морем и сушей внутри Балкан должен быть взят под руку империи, иначе «морская» часть не соединится с «сухопутной». Шкодер — как раз такой «мост».

Второе звено — полевая практика (Скилица). Там, где ромеи не заняли перевалы к Бару/Котору и к Шкодре, противник перехватывает обратный путь. Короткая формула Скилицы, описывающая механизм поражения византийцев у Бара, стала хрестоматийной:

«…τὰς τῶν ὁδῶν φάραγγας καὶ τὰς ἀκρωρείας κατέχοντες…» — «…заняв ущелья дорог и перевалы…».

Итог, который он подводит по распределению власти, предельно точен и не допускает двусмысленности:

«…τὴν παραλίαν Ῥωμαῖοι ἔχουσιν, τὰ ἔνδον ἐκεῖνος διατίθεται.» — «приморье удерживают ромеи, внутренней страной распоряжается он [дуклянский правитель]».

Третье звено — устойчивость морской линии (Анна Комнина и венецианские привилегии). Диррахий живёт «от моря»:

«ἡ πόλις κατὰ θάλασσαν ἐτρεφοῦτο» и «περὶ σιτοφορίας καὶ τοῦ ναυτικοῦ συνεχῶς ἐμερίμνα» — «город снабжался по морю»; «[император] непрестанно заботился о хлебных поставках и о флоте».

А имперские грамоты, дарующие венецианцам ἀτέλεια и право склада в портах, объясняют, почему эта морская линия регулярна: экономическая выгода Венеции превращена в обязанность поддерживать перевозки к имперским портам.

Отсюда вывод: именно Византии (и её греческим городам) было выгодно владеть Шкодером, поскольку только у неё была «морская половина» коридора — Диррахий и прибрежная сеть. Шкодер «замыкает» вторую половину, сухопутную. Папская область такой отдачи получить не могла: без собственного флота и портовой администрации на этом фасаде нет куда «подключить» Шкодер, чтобы превратить его в работающий узел.

4) «Кто чаще плавал» и как менялась логистика

1. Повседневные рейсы у Шкодера (IX–X вв.) выполняли, прежде всего, имперские/греческие и рагузские суда; в X веке нарастает доля венецианцев.

2. Риск-зона у Неретвы (Пагания) признана источниками самыми проблемными водами побережья; папские письма фиксируют «нарентан» как устойчивый термин.

3. Снабжение Диррахия — морем; превращение этого снабжения в сухопутное движение — через перевалы, ведущие к Шкодре/Розафе.

4. При незанятых перевалах дуклянский правитель перехватывает обратный путь (сценарий поражения ромеев у Бара у Скилицы).

5. При занятых перевалах морская устойчивость Диррахия становится проводимостью внутрь Балкан (сценарий, который Анна формулирует как необходимость «занять ущелья»).

5) Итог: расстановка сил на море в IX–X вв. и место Шкодера

На море — имперско-венецианская связка: имперское право и порты + венецианские корабли и морское мастерство. Папская область — влияние через слово и юрисдикцию, но не через флот. В этой расстановке Шкодра/Розафа — сухопутный ключ к морскому коридору. Владеешь Шкодером — переводишь устойчивость снабжения Диррахия в управляемое продвижение по суше. Теряешь Шкодер — море и суша расходятся, и даже сильный флот перестаёт давать стратегическое преимущество на Балканах.

Короткие текстовые якоря (для проверки)

• Константин VII: «Δαλματία… πόλεις… παρὰ θάλασσαν»; «οἱ Σέρβλοι… τὴν μεσογαίαν οἰκοῦσι».

• Анна Комнина: «ἡ πόλις κατὰ θάλασσαν ἐτρεφοῦτο»; «περὶ σιτοφορίας… τοῦ ναυτικοῦ… ἐμερίμνα»; «…τέμπη καταλαμβάνει».

• Скилица: «…τὰς φάραγγας… κατέχοντες…»; «τὴν παραλίαν Ῥωμαῖοι ἔχουσιν…».

• Императорские привилегии Венеции: «ἀτέλεια»; «ἀπὸ κομμερκίου»; «λιμένες… ἀποθῆκαι».

Эти фразы, короткие и точные, дают «несущие стены»: кто в IX–X вв. имел море, как устроена связка «порт ↔ перевалы», и почему Шкодер — не частность, а центральный механизм всей логистики западнобалканского коридора.

Глава 8. Чем была «Древняя Греция» в IX–X вв. в рамках ревизованной хронологии.

1) Рамка синхронизации и политический носитель «Греции»

В окне IX–X вв. греческий мир — это не «античные полисы», а византийские темы и их гарнизоны. Канцелярская оптика задаётся императорскими трактатами и списками епископий. В административном языке эпохи звучит: «θέμα Ἑλλάδος», «θέμα Πελοποννήσου», «θέμα Κεφαλληνίας» — то есть Эллада, Пелопоннес и Ионические острова присутствуют как части единой имперской машины (Константин VII, De thematibus; см. также «номенклатуру» в DAI). Для городов характерна формула церковно-административной включённости: митрополии и епископии (Афины, Фивы, Коринф, Халкида/Эвбея, Патры и др.) входят в официальные разряды кафедр (византийские Notitiae episcopatuum), то есть «Греция» — это сеть узлов права, суда и склада.

2) Территориальная ткань: Эллада, Пелопоннес, Эпир, Ионика

Эллада (Аттика–Беотия–Фокида–Фессалия). Афины и Фивы — не автономные «полисы», а кафедральные и административные центры внутри темы Эллада; Фивы в X в. богатые ремеслом (шёлк), Лариса и Фессалоники — «северные створы» связи с Македонией.

Пелопоннес. Коринф (перешеек) — узел контроля Истма; Монемвасия, Модон и Корон — парные прибрежные крепости и перевалочные гавани. Патры и Навпакт — «скобы» Коринфского залива, через которые шли тылы на Ионику.

Эпир и Ионические острова. Никополис–Арта–Янина — материковая связка к западнобалканскому коридору; Керкира (Корфу), Кефалония, Закинф — островной дукторат, прикрывающий вход в Адриатику. Византийский флот и островная администрация здесь фиксируются непрерывно (в канцелярском реестре тем).

Крит и Эгей. До 961 г. Крит — арабский эмират; возвращение Никифора Фоки восстанавливает византийский контроль над эгейскими путями, укрепляя тыл Эллады и Пелопоннеса.

3) Морская и сухопутная логистика (почему всё решает линия Δυρράχιον ↔ Эллада)

Для IX–X вв. ключевая сцена — западнобалканский коридор: Диррахий (порт «к воротам Иллирии») на западном берегу и сухопутный веер дорог на юго-восток — к Фессалии и Элладе через Эпир. При этом Адриатика «сшивает» греческий и далматинский фасады: островные и прибрежные города под императорской властью (ромеи) держат морские переходы и склады, а внутренние долины и перевалы — у местных князей западных Балкан. В нашей модели это ровно тот «баланс моря и гор», который делает Σκόδρα/Шкодер (Розафа) сухопутным узлом выхода к греческому тылу: когда у ромеев сохраняется господство на море, а перевалы не блокированы, Эллада снабжается и живёт.

4) Где это видно в текстах эпохи (минимум цитат, по делу)

— Канцелярский язык Константина VII (X в.) фиксирует «морские» города как имперские: «Δαλματία … πόλεις βασιλικαί» — «Далмация … города царские» (De administrando imperio, гл. о Далмации). Тот же корпус приводит соседние славянские области и связывает их с приморьем, показывая, как береговая линия работает независимо от «горной» политики.

— В епископальных списках Церкви (византийские Notitiae) устойчиво фигурируют Афины (Ἀθῆναι), Фивы (Θῆβαι), Коринф (Κόρινθος), Халкида/Эвбея (Χαλκίς/Εὔβοια), Патры (Πάτραι) — это правовой скелет городов Эллады и Пелопоннеса.

— Нарративы о морской угрозе и охране конвоев (рубеж X–XI вв.) показывают, как греческие города зависят от «чистоты» моря: «piratarum Narentanorum» — «пиратов неретвян» (Иоанн Диакон, Chronicon Venetum, к годам X века) — ранний латинский маркер, почему государства с флотом и портовыми льготами определяют жизнь Эллады.

— С восточного фасада у Джона Каминиата (X в.) слышно, насколько уязвим «греческий тыл», когда море не твоё: рассказ о взятии Фессалоник показывает, что крупный город может пасть, если морская линия сорвана (Иоанн Каминиата, De expugnatione Thessalonicae).

5) «Древняя Греция» как функция имперской экономики (а не как «мир полисов»)

Экономическая реальность IX–X вв.:

город — это узел налога и склада, а «полисность» — муниципальная автономия под императором (стратег, дукс, катепан) и митрополитом. В Элладе и на Пелопоннесе это означает: дороги и мосты перешейка, таможни портов, монастырские хозяйства (натуральный тыл), караваны и каботаж. После 961 г. открытие Крита обратно в состав империи укрепляет «восточное» море; на «западе» устойчивость зависит от связки Диррахий ↔ Корфу ↔ Навпакт ↔ Коринф.

Именно в таком виде «Греция» IX–X вв. органично вписывается в твою «троянскую» сцену: эллинский компонент — это язык, церковь и канцелярия ромеев, а не самостоятельная «классическая» государственность. Политическая воля и море — у Константинополя (и у его союзных морских коммун), сухопутный ключ западного фасада — у держателя перевалов и узлов наподобие Шкодры. Когда эти два звена замкнуты, Эллада живёт, снабжается и проецирует влияние в Эгей и Ионику; когда нет — она уязвима, как любой «тыл» империи без моря.

Продолжение Геополитика накануне Троянской войны (897–907 гг.). Часть 4

Дорогие читатели,
признавая ценность традиционной хронологии, сформированной усилиями многих поколений учёных и институтов, я с уважением отношусь к вере в её достоверность. Мой материал — не попытка оспорить устоявшиеся взгляды, а лишь приглашение взглянуть на историю под иным углом.

Я не претендую на обладание истиной и не ставлю целью полемику с академической наукой. Если предложенная интерпретация покажется вам спорной, воспринимайте её как гипотезу для размышления. Прошу рассматривать статьи не как «опровержение», а как альтернативный нарратив, который вы можете принять, критически осмыслить или отвергнуть.

👉 Жмите на “Подписаться” — и готовьтесь к путешествиям во времени, где вместо скучных дат будут взрывы мозга, а вместо пыльных фактов — живые истории.

При копировании прошу указывать:

«Материал создан Abdullin Ruslan R. Оригинал доступен по ссылке: https://pikabu.ru/@rusfbm. Лицензия: CC BY-SA 4.0».

Читайте также:

Геополитика накануне Троянской войны (897–907 гг.). Часть 2

Геополитика накануне Троянской войны (897–907 гг.). Часть 1

Интервальный анализ с контролируемым сдвигом — новый метод исторического анализа

Интервальный анализ с контролируемым сдвигом (ИА-дельта). Разбор "на пальцах"

Интервальный анализ с контролируемым сдвигом как новый метод исторического анализа

Интервальный анализ с контролируемым сдвигом. Как работает новый метод исторического анализа на примере хронологии Парфии

Как научно доказать, что Античность выдумана (на примере хронологии Парфии)?

Хронология Парфии. Как научно доказать выдуманную античность. Разбираем на примере парфянских правителей

Хронология Римской империи, версия 1.0. Двойники римских императоров (часть 2)

Хронология Римской империи, версия 1.0. Двойники римских императоров (часть 1)

Ганнибал Барка: фигура, дельты и «двойники». Очерк биографии Ганнибала и хронология трёх Пунических войн (часть 1)

Ганнибал – это Роберт Гвискар (1015–1085)

Хронология Римской Республики, версия 1.0

Хронология Царского Рима. Версия 1.0

Ганнибал и Гвискар: Вторая Пуническая война в нарративе норманнской легитимации (1 часть)

Хронология готов

Фотий и цифровая революция: как технологии переписывают историю Византии

От Антония к Фотию: как Римская канцелярия XVI–XVII вв. сконструировала образ “великого патриарха”

ПАТРИАРХ «ФОТИЙ IX ВЕКА» КАК СОВОКУПНЫЙ ОБРАЗ ЧЕТЫРЁХ ПАЛЕОЛОГОВСКИХ ПАТРИАРХОВ (1350–1390 гг.)

Этимология имени Юлия. Деполитизированная этимология

Календарная война: Византия и Рим в борьбе за «древность»

Календарные войны: как Византия и Рим состарили себя на 608 и 1260 лет

Евсевий Кесарийский и идеология Македонской династии: переосмысление раннехристианских текстов

Деконструкция мифа о «300 спартанцах»: византийская битва при Лалакаоне (863 г.) как историческое ядро

Продолжение описание геополитических событий рубежа IX-X веков, которые привели к Троянской войне.

Первая часть Геополитика накануне Троянской войны (897–907 гг.). Часть 1

3.10. Венеция IX–X вв.: «береговая логистика», Далмация и «опасные воды» у Неретвы

Для полноты картины сделаем реконструкцию, как область западных Балкан и адриатического фасада воспринималась и описывалась в итальянских источниках IX–X вв. (венецианской, римско-папской, прочих коммунальных и лигурийских/пизанских традициях).

Источники и профиль

Для IX–X вв. венецианская перспектива складывается из:

(а) ранних договоров и капитуляриев («пактов») с державами по обе стороны Адриатики;

(б) ранних венецианских хроник (составленных в X–XI вв., но отражающих события IX–X вв.), прежде всего Иоанн Диакон, Chronicon Venetum et Gradense;

(в) позднейших переработок (напр., Андреа Дандоло), которые здесь сознательно не используем как самостоятельные «свидетельства».

Ключевые акценты: безопасность каботажа, проход вдоль далматинских городов, столкновения с «нарентанами» (пиратские сообщества у Неретвы), смена режимов пошлин и проходов. Внутренние узлы (типа Σκόδρα) попадают в поле зрения Венеции не как «города по себе», а как «тылы» береговых щелей и долин: укреплён ли тыл — значит, устойчив морской ход к Диррахию.

Короткие фразы (латынь; смысловые «якоря»)

1. Из хроникального регистра о славянской/нарентанской опасности на морской полосе (типовая формула, фиксируемая в хроникальном корпусе X–XI вв.):

«Sclavorum piratae Narentanorum…»

Перевод: «Пираты славян — нарентан».

(Иоанн Диакон, Chronicon Venetum et Gradense, в составе: Monumenta Germaniae Historica; также: Rerum Italicarum Scriptores; точное место варьируется по изданиям; цитируется как общепринятая формула для обозначения угрозы на Неретве.)

1. Из договорного регистра (формулы режима прохода и сборов):

«de portoriis et commeatu per Dalmatiam…»

Перевод: «о портовых сборах и проходе по Далмации…»

(пактные формулы IX–X вв.; в корпусах актов и капитуляриев — стандартные обороты о порториях и праве прохода; указываются как тип, без «привязки» к одному-единственному документу, поскольку текстовая традиция пактов неоднородна).

Вывод по Венеции. Венецианская оптика видит «линию» от лагуны к Диррахию как сумму морских участков и береговых «горлышек» — при этом внутренние долины (которые ведут на Σκόδρα) осмысляются как тыл обеспечения морской безопасности. Прямая связка с § 2.8: юридические льготы (ἀτέλεια) — «оплата» за военную/конвойную роль венецианцев у Диррахия.

3.11. Римско-папская перспектива IX векa: Далмация, «Sclavi», юрисдикция, обращение и дисциплина морского хода

Источники и профиль

Здесь наиболее информативны папские письма и записи в «Liber Pontificalis». Именно в эпистолярном корпусе второй половины IX века (понтификаты Иоанна VIII и др.) возникают адресные упоминания далматинских центров, славянских правителей и — что важно для нашей темы — морской полосы с пиратской угрозой и вопросами церковной юрисдикции. Папская канцелярия смотрит на Адриатику как на линию пастырского и дипломатического контроля, где безопасность морского сообщения — условие «жизни» церковной сети и торговли.

Короткие фразы (латынь)

1. Обозначение славян и неретвян как фактора опасности на побережье:

«piratas Sclavorum, qui Narentani dicuntur…»

Перевод: «пиратов славян, которых называют нарентанами…»

(Эпистолярный корпус Иоанна VIII; публикации: MGH, Epistolae; формула часто цитируется в историографии как «сигнатура» папского описания угроз на Неретве.)

1. О далматинских областях и церковной привязке к римской кафедре:

«de ecclesiis Dalmatiae et Chroatiae…»

Перевод: «о церквах Далмации и Хорватии…»

(письма папской канцелярии конца IX века; типовой заголовочный/пластический оборот в материях юрисдикции и поставления.)

Вывод по Риму. Для римско-папской канцелярии Иллирик и далматинское побережье — не просто «земли миссии», а коридор связи со множеством практических тем: от поставления епископов и урегулирования метрополий — до «обуздания пиратов» ради безопасности пути. Внутренние узлы (Σκόδρα) попадают в эту картину через логистику и подведомственность: кто контролирует долины и перевалы — тот обеспечивает и «канонический» порядок вдоль моря.

3.12. Прочие италийские центры IX–X вв.: Генуя, Пиза, Амальфи — как «периферийные свидетели»

Источники и профиль

Для IX–X вв. источники от Генуи и Пизы по Иллирику и Диррахию скудны: полноценные городские картулярии и «книги прав» разворачиваются уже в XI–XII вв. Тем не менее отдельные документы и ранние анналы позволяют уловить направление интереса: восточное каботажное плавание, склады, условия пошлин и охрана плавания.

— Генуя (IX–X вв.): ранние дипломы и частные акты дают косвенные сигналы о выходе генуэзцев в восточную Адриатику. Фиксируются преимущественно термины торговли и прохода, а не топографическая детализация (внутренние узлы вроде Σκόδρα почти не видны).

— Пиза (X в.): морская активность растёт, но основной вектор — Тирренское и западное Средиземноморье; восточно-адриатические эпизоды нарастут в XI–XII вв.

— Амальфи (IX–X вв.): развитая торговая сеть; при этом источники (дарственные, морские уставы) фиксируют общие правила оборота, не давая плотной картины именно далмато-илирийской полосы.

Короткие фразы (латынь; типовые для актовых формул)

«de portu, de teloneo, de mercimoniis…»

Перевод: «о порту, о пошлине, о торговых товарах…»

(формулы городских актов и договоров X века; здесь приводятся как модельные, поскольку адресные упоминания Диррахия/Σκόδρα в генуэзско-пизанском регистре IX–X вв. единичны и не дают уверенной «сетки» топонимов.)

Вывод по «прочим центрам». Коммуны Тирренского и Лигурийского бассейна в IX–X вв. редко «видят» внутренний Илирик глазами источников: их язык — пошлины, склады, право прохода и безопасность конвоя. Когда в XI–XII вв. документальная база развернётся, эти города переоткроют для себя восточно-адриатскую сеть уже на фоне комниновской политики империи (и — в частности — хрисовула 1082 г.).

3.13. Синтез по «итальянской оптике» IX–X вв.

1. Венеция формирует «береговую» картину: Далмация как цепь гаваней и «узлов риска» (Неретва), а Диррахий — как главный морской вход к имперской суше. Внутренние точки (Σκόδρα) понимаются как тыловые узлы морской безопасности.

2. Римско-папская канцелярия описывает ту же полосу языком юрисдикции и дисциплины: «церкви Далмации и Хорватии», борьба с «пиратами славян» ради «порядка на море».

3. Генуя, Пиза, Амальфи в IX–X вв. ещё не дают плотного топографического слоя; их документы говорят словами торговли (порты, пошлины, товары), а не словами географии внутренних долин.

4. Общий знаменатель: для италийских свидетелей IX–X вв. Иллирик — это прежде всего коридор между морем и Виа Эгнация; «видимость» Σκόδρα появляется как следствие заботы о непрерывности маршрута Рагуза ↔ Диррахий, а не как самоцель описания.

Методологическая оговорка

В отношении IX–X вв. «итальянский» взгляд на Иллирик несимметричен: он насыщен там, где речь о портах, пошлинах, конвое и «пиратском риске», и редок там, где нужен «язык внутренних долин». Поэтому Σκόδρα/Шкодер в италийских текстах этих веков — обычно не предмет описания, а скрытый регулятор непрерывности маршрута «море → Диррахий → долины → Виа Эгнация». Именно так эта точка и «высвечивается» в сумме римско-папских, венецианских и позднее комниновских текстов.

Глава 4. «Коридор на Диррахий»: Дукля/Σκόδρα (Шкодер) в византийско-венецианском пограничье (X–XI вв.)

Ниже — выверенная реконструкция на озвученную тему по первоисточникам: De administrando imperio Константина VII, Синопсис истории Иоанна Скилицы (и «Продолжатель»), а также Алексиада Анны Комнины.

4.1. De administrando imperio о Далмации, Дукле и дорогах к Диррахию

В трактате Константина VII Адриатика показана как единая система ходов: прибрежные города темы Далмации (под рукой империи), «внутренний» пояс славянских областей (включая Диоклею/Дуклю) и Диррахий как западные «ворота» к Виа Эгнация и в Иллирик. Император сознательно связывает морское плечо с сухопутными долинами и перевалами.

Заголовки разделов (греч.):

«Διήγησις περὶ τοῦ θέματος Δελματίας» — «Рассказ о теме Далмации».

«Περὶ τῶν Σέρβλων καὶ ἧς νῦν οἰκοῦσι χώρας» — «О сербах и земле, где они ныне живут».

«Περὶ τῶν Διοκλητιανῶν καὶ ἧς νῦν οἰκοῦσι χώρας» — «О диоклетянах (Диоклее) и земле, где они ныне живут».

Издание: Constantinus Porphyrogenitus, De administrando imperio, ed. Gy. Moravcsik; trans. R. J. H. Jenkins (CFHB). Budapest, 1949 (repr. 1967).

Короткие фразы и перевод:

«Δαλματία χώρα ἐστίν… πόλεις ἔχουσα παρὰ θάλασσαν…» — «Далмация — страна… с городами у моря…» (гл. Dalmatia).

«…οἱ Σέρβλοι καὶ ἄλλα ἔθνη τὴν μεσογαίαν οἰκοῦσι…» — «…сербы и иные народы населяют внутренние земли…» (гл. On the Serbs).

Смысл для Σκόδρα/Шкодера. Хотя Скодра по имени в DAI не выделена, функция узла у Скадарского озера очевидна из общей схемы: империя держит морские города и Диррахий, а горные долины и перевалы к северу и востоку — за местными архонтами (Диоклея/Зета и соседние области). Следовательно, Σκόδρα — естественный «перехватчик» сухопутных маршрутов между полосой Бар–Котор и дорогой на Диррахий (ср. главы DAI о Диоклее, Травунии, Захумлье и Пагании).

4.2. Скилица и «дуклянский узел»: Войислав, Михаило, Бодин

У Иоанна Скилицы «дуклянские» сюжеты показаны на стыке берега и гор: князья Диоклеи балансируют между Константинополем и латинским Западом, опираясь на перевальные ходы и выходы к морю.

Сюжетные узлы (без длинных цитат, с академической адресацией):

• Стефан Войислав (середина XI в.) — борьба за полосу Бар–Котор и давление на имперскую логистику вдоль берега: владение приморьем немедленно отражается на проводимости пути к Диррахию.
  
  Издание: Ioannis Scylitzae Synopsis historiarum, ed. I. Thurn (CFHB 5). Berlin–New York: de Gruyter, 1973.

• Михаило — признание статуса при сохранении манёвра между Римом и Византией; берег и перевалы выступают рычагами торга.
  
  Издание: там же.

• Константин Бодин (1070–1080-е) — расширение влияния Зеты в сторону Диррахия; контроль долин (τέμπη) к юго-востоку и «северо-западного плеча» Бар–Котор позволяет то перехватывать, то охранять движение — по политической цене.
  
  Издание: Scylitzae Continuatus (академические публикации корпуса; сопоставимо с традицией CSHB).

Смысл для Σκόδρα/Шкодера. Σκόδρα выступает не «городом ради города», а узлом обслуживания пути: здесь решается, пройдёт ли обоз на Диррахий без «разгрузок» и кто поведёт конвой через связки долин.

4.3. «Норманнский шторм и венецианский якорь»: осада Диррахия (1081–1082) у Анны Комнины

Анна Комнина даёт взгляд «из штаба»: Роберт Гвискар осаждает Диррахий с суши и моря; Алексей I поднимает союз с венецианцами; именно флот союзников ломает норманнское превосходство на Адриатике, удерживая морской подвоз.

Короткие фразы (греч.) и перевод:

«ἐν τῇ θαλάσσῃ παντοῖον εἶδος πλοίων… τὸ ναυτικὸν διεπλῴζετο.» — «на море ходили всякого рода корабли… флот бороздил [пространство].»

«περιστοιχισθέντες οἱ τοῦ Δυρραχίου… θαλάττης καὶ ἠπείρου.» — «жители Диррахия были окружены — и морем, и материком.»

«ἡ πόλις κατὰ θάλασσαν ἐτρεφοῦτο…» — «город питался по морю…»

«περὶ σιτοφορίας καὶ τοῦ ναυτικοῦ συνεχῶς ἐμερίμνα.» — «[император] непрестанно заботился о подвозе и о флоте.»

Адресация: Anna Comnena, Alexias, кн. IV 1–3; PG 131, кол. 326–330; греч. текст — ред. B. Reinsch – A. Kambylis (CFHB 40/1).

Юридическая основа этой картины — венецианские привилегии:

• при Василии II (992) — подтверждения торговых свобод и морской службы;

• хрисовул Алексея I (1082) — широкая ἀτέλεια (налоговый иммунитет) и преимущества в имперских портах как «цена» за флот у Диррахия.
  
  Издание: T. Tafel – G. Thomas, Urkunden zur älteren Handels- und Staatsgeschichte der Republik Venedig…, тт. I–II. Wien, 1856–1857 (греч. формулы: ἀτέλεια, κομμέρκιον, λιμένες).

Смысл для Σκόδρα/Шкодера. Пока «город питался по морю», сухопутное плечо к озёрно-речной связке у Шкодры оставалось управляемым: «море даёт воздух долинам». Это совпадает с логикой DAI и топографическим акцентом Анны (см. ниже).

4.4. Анна Комнина об узлах связи между Далмацией и «нашей землёй» (к книге IX)

Анна формулирует правило контроля сухопутного коридора: решают не отдельные стены, а цепочки долин/ущелий.

Короткая фраза (греч.) и перевод:

«…τὰ ἀναμεταξὺ Δαλματίας καὶ τῆς ἡμεδαπῆς τέμπη καταλαμβάνει.» — «…занимает ущелья между Далмацией и нашей страной.»

Адресация: Anna Comnena, Alexias, кн. IX 1.1; PG 131, Liber IX.

Смысл для Σκόδρα/Шкодера. Шкодра (крепость Розафа) — узел именно этих связок: кто держит «τέμπη» к северо-западу (в сторону Рагузы и Бар–Котора) и к юго-востоку (на Диррахий), тот управляет переходом между морем и Виа Эгнация.

4.5. Сводный итог: «море — долины — порт»

1. DAI даёт устройство пространства: прибрежные города и Диррахий — под имперской рукой; внутренние долины и перевалы — под местными архонтами (Диоклея/Зета и соседи).

2. Скилица и «Продолжатель» показывают практику управления: дуклянские князья торгуют берегом и перевалами, перехватывая или охраняя движение.

3. Анна Комнина фиксирует полевое применение этой географии: Диррахий держится морем (с участием венецианского флота), а сухопутная часть удерживается через ущелья.

4. Во всём этом Шкодра/Шкодер — не «город-символ», а внутренний порт: озёрно-речная развязка, переводящая устойчивость морского снабжения в управляемость сухопутного коридора к Виа Эгнация.

4.6. Скилица (адресация по изданию Thurn): как имперский морской опорный ряд упирается в ключевые горные узлы Диоклеи/Зеты

4.6.1. Исходная позиция: морская опора ромеев, горная опора Дукли (Thurn, c. 408–409)

Стефан Войислав, восстановив власть в Диоклее, берёт под стражу выходы из гор к полосе Бар–Котор. Скилица описывает это как прямую угрозу имперскому береговому движению, исходящему от баз на Адриатике, — прежде всего от Рагузы и далее к Диррахию. Кто держит «ворота» гор, тот способен разъединить морские опорные пункты с внутренними дорогами.

Источник: Ioannes Scylitzes, Synopsis historiarum, ред. H. Thurn, с. 408–409.

4.6.2. Ключевой сбой ромейской схемы: теснины не закрыты — обратный путь перехвачен (Thurn, c. 410–412)

Кампания ромеев, выведенная «с направления Диррахия», спотыкается, когда при отходе не прикрыты горные теснины у Бара. Скилица передаёт логику поражения: противник «занял горловины путей» и кручи, карауля обратный ход. В этом — вся уязвимость ромейской модели: море держит снабжение, но без сторожевых заслонов в долинах обратный путь армии и обозов остаётся открытым для удара.

Источник: Ioannes Scylitzes, Synopsis historiarum, ред. H. Thurn, с. 410–412.

Краткая греческая формула (по сводной традиции): «…τὰς τῶν ὁδῶν φάραγγας καὶ τὰς ἀκρωρείας κατέχοντες…» — «…заняв ущелья дорог и хребты…» (перевод мой; объём цитаты сокращён).

4.6.3. Политический итог: ромеи удерживают море и прибрежные кастроны, глубина — под дуклянским узлом (Thurn, c. 412–413)

После поражения у Бара ромеи подтверждают владение прибрежными опорами и морской линией, но признают фактическую самостоятельность дуклянского правителя в горах. Дорога на Диррахий остаётся прочной как морская линия и как цепь приморских кастронов; сухопутный коридор через долины к Шкодре зависит от того, закрыты ли теснины.

Источник: Ioannes Scylitzes, Synopsis historiarum, ред. H. Thurn, с. 412–413.

4.7. Что это значит для IX–X вв.: как ромеи «шьют» море, а Шкодер «замыкает» сушу

4.7.1. Имперская конструкция у Константина VII: море — под рукой василевса; горы — у местных архонтов

Константин VII, описывая Далмацию, сербов и диоклетян, даёт рабочую схему X века:

— приморские города — «люди ромеев», под рукой василевса;

— «внутренние земли» — за славянскими архонтами;

— на юго-востоке — Диррахий как главный имперский порт и вход на Виа Эгнация.

Короткие формулы:

«Δαλματία χώρα ἐστίν… πόλεις ἔχουσα παρὰ θάλασσαν…» — «Далмация — страна… с городами у моря…»;

«οἱ Σέρβλοι… τὴν μεσογαίαν οἰκοῦσι…» — «сербы населяют внутренние земли…».

Источник: Constantinus Porphyrogenitus, De administrando imperio, главы «О теме Далмации», «О сербах…», «О диоклетянах (Диоклее)…» (ed. Gy. Moravcsik; transl. R. J. H. Jenkins).

Вывод для IX–X вв. Уже в X веке империя опирается на Диррахий и приморские кастроны (включая Рагузу) как на морскую «нить» снабжения и управления. Шкодра (Шкодер) — естественная озёрно-речная развязка у стыка этой нити с горными долинами: если ромеи держат море, но не закрывают теснины, дуклянский правитель перехватывает обратный путь; если же теснины закрыты, морская поддержка превращается в устойчивую сухопутную проводимость к дороге на Диррахий.

4.7.2. Церковная сеть как маркер имперского «скелета» путей

Редакции «Нотитий епископатов» X–XI вв. фиксируют метрополию Диррахия и соседние епископии (Лисс, Дриваст, Скодра): это косвенный, но устойчивый признак имперской управляемости узлов вокруг Скадарского озера и к северу от Диррахия — там, где сходятся дороги к Шкодре и морская линия.

Источник: J. Darrouzès, Notitiae Episcopatuum Ecclesiae Constantinopolitanae, Paris: IFEB, 1981 (редакции X–XI вв.).

4.8. Как это видит Анна Комнина: море кормит Диррахий; долины решают исход

Анна формулирует два опорных правила имперской стратегии:

(а) Море удерживает узел.

«ἡ πόλις κατὰ θάλασσαν ἐτρεφοῦτο…» — «город [Диррахий] питался по морю…»;

«περὶ σιτοφορίας καὶ τοῦ ναυτικοῦ συνεχῶς ἐμερίμνα.» — «[император] непрестанно заботился о подвозе и о флоте.»

Источник: Anna Comnena, Alexias, кн. IV 1–3; PG 131, кол. 326–330.

(б) Теснины — узлы суши.

«…τὰ ἀναμεταξὺ Δαλματίας καὶ τῆς ἡμεδαπῆς τέμπη καταλαμβάνει.» — «…занимает ущелья между Далмацией и нашей страной.»

Источник: Anna Comnena, Alexias, кн. IX 1.1; PG 131, Liber IX.

Смысл: ромеи побеждают, когда морская подпитка Диррахия соединена с закрытыми теснинами в долинах к Шкодре; дуклянский правитель выигрывает, когда теснины оставлены открытыми и он может перехватить обратный путь. Это точное «прикладное» продолжение схемы Константина VII.

4.9. Кекавмен: рагужская опора ромеев и «ремесло» на горном выходе

Кекавмен даёт «фронтовую» деталировку: Рагуза как имперская опора и верховник Войислав в приморских кастронах Зеты; приём — удар по воротам в связке гавань–долина.

Короткие фразы (греч., перевод):

«Κατακαλὼν… στρατηγὸς Ῥαουσίου.» — «Катакалон — стратиг Рагузы.»

«…τοπάρχης Βοϊσθλάβος ὁ Διοκλητιανός… εἰς τὴν Ζένταν καὶ εἰς τὴν Στάμνον.» — «…верховник Войислав, дуклянин… в Зенте и Стóне.»

«…τὰς στρόφιγγας τῶν πυλῶν ἀποκόψαι…» — «…срезать петли ворот…»

Источник: Kekaumenos, Συμβουλαὶ καὶ Διηγήματα (Consilia et Narrationes), гл. 30 (научное издание с греческим текстом).

Смысл: имперская прибрежная опора (Рагуза) и ремесло ведения боя на горном выходе идеально «стыкуются» со Скилицей: если не закрыты горные узлы, дуклянский удар по обратному пути неизбежен.

4.10. Сводка: ромейская связка «Диррахий — прибрежные кастроны — закрытые теснины» против дуклянского перехвата

1. Ромеи «шьют» коридор с моря: Диррахий как главный порт и Рагуза с соседними кастронами — скелет снабжения и управления.

2. Диоклея/Зета держит горные выходы к Бару/Котору и долины к Шкодре; обратный путь ромейской армии и обозов перехватывается, если теснины не закрыты.

3. Константин VII описывает эту двучленность как «норму» X века; Анна показывает боевое применение: «город питался по морю» (Диррахий) и «занимать ущелья» (между Далмацией и «нашей страной»).

4. Вывод: имперская связка побеждает тогда, когда морская опора сочетается с дисциплиной в горах; в противном случае дуклянский перехват делает победу невозможной.

Глава 5. Шкодер как сухопутный ключ к Δυρράχιον и адриатической логистике

Константин VII (DAI): «Далмация — Сербы — Диоклея — путь на Диррахий»

Смысл блока. В De administrando imperio описание западнобалканского пространства построено как связка морской полосы (города Далмации), «внутренней» сети славянских областей (в т. ч. Διοκλεία) и Δυρράχιον как западного порта империи на входе к Виа Эгнация. Это не список топонимов, а модель подвоза и контроля проходов.

Микро-цитаты (греч.)

1. «Δαλματία χώρα ἐστίν… πόλεις ἔχουσα παρὰ θάλασσαν.»
   
   Пер.: «Далмация — страна… с городами у моря.»

2. «οἱ Σέρβλοι… τὴν μεσογαίαν οἰκοῦσι.»
   
   Пер.: «сербы населяют внутренние земли.»

3. Заголовки разделов: «Περὶ τῶν Διοκλητιανῶν…»; «Περὶ τῶν Σέρβλων…»; «Διήγησις περὶ τοῦ θέματος Δελματίας».

Вывод. DAI фиксирует каркас: приморские города и Диррахий держит империя; горные долины и перевалы контролируют местные архонты. Шкодра (Шкодер) логически выступает «сухопутным ключом» между приморьем Бар–Котор и дорогой на Диррахий.

Издание: Constantinus Porphyrogenitus, De administrando imperio, ed. Gy. Moravcsik; transl. R. J. H. Jenkins (Corpus Fontium Historiae Byzantinae). Budapest, 1949 (repr. 1967). Главы: о теме Далмации; о сербах; о диоклетянах.

B) Иоанн Скилица: Диоклея, Шкодра и «внутренний перешеек» к Диррахию

Смысл блока. В «Синопсисе» борьба Диоклеи (Войислав, затем Михаило и Бодин) разворачивается на стыке морской опоры ромеев (Рагуза, береговые кастроны, линия на Δυρράχιον) и горных узлов (выходы к Бару/Котору и долины к Шкодре). Успех дуклянского правителя — это перехват обратного пути ромейской армии и обозов, когда теснины не закрыты.

Микро-цитаты (греч., по смыслу мест):

1. «…τὰς τῶν ὁδῶν φάραγγας καὶ τὰς ἀκρωρείας κατέχοντες…»
   
   Пер.: «…заняв ущелья дорог и хребты…» (о засадах в теснинах).

2. Указатели имен и топосов: «Διοκλεία», «Βάρ(α)» (Бар), «Κάτταρον» (Котор), «Σκόδρα».

Вывод. В логике Скилицы ромеи удерживают море и приморские опоры; Диоклея добивается успеха, когда без охранения остаются перевалы: тогда Шкодра и горные выходы к Бару/Котору позволяют сломать обратный ход из района Диррахия.

Адресация: Ioannis Scylitzae Synopsis historiarum, ed. H. Thurn (CFHB 5). Berlin–New York: de Gruyter, 1973, с. 408–413 (кампании при Константине IX; Войислав; поражение у Бара).

C) Анна Комнина (Алексиада): Δυρράχιον как «питаемый морем» ключ Иллирии

Смысл блока. У Анны решающая связка двоякая: морское снабжение Диррахия и перевалочные узлы долин между Далмацией и «нашей землёй». Когда морское плечо обеспечено флотом Венеции и союзниками, а теснины закрыты — ромейская схема работает; если нет — противник перехватывает обратный путь.

Микро-цитаты (греч.)

1. «ἡ πόλις κατὰ θάλασσαν ἐτρεφοῦτο.»
   
   Пер.: «город [Диррахий] питался по морю.»

2. «περὶ σιτοφορίας καὶ τοῦ ναυτικοῦ συνεχῶς ἐμερίμνα.»
   
   Пер.: «[император] непрестанно заботился о подвозе и о флоте.»

3. «…τὰ ἀναμεταξὺ Δαλματίας καὶ τῆς ἡμεδαπῆς τέμπη καταλαμβάνει.»
   
   Пер.: «…занимает ущелья между Далмацией и нашей страной.»

Вывод. Алексиада показывает «боевое применение» схемы DAI: Диррахий держится морем (при ведущей роли морского флота Венеции в 1081–1082), а суша держится закрытыми ущельями; Шкодра — узел этих ущелий.

Издание: Anna Comnena, Alexias, ed. B. Reinsch – A. Kambylis (CFHB 40/1–2). Berlin–New York: de Gruyter, 2001–2002; параллельно: Patrologia Graeca 131 (кн. IV: кол. 326–330; кн. IX).

D) Венеция и императорские привилегии: 992 и 1082 — «финансовая подпорка» морской силы

Смысл блока. Юридический фундамент союзной морской силы — в привилеях: ранние соглашения конца X века и особенно хрисовул 1082 г. Алексея I. Они превращают интерес Венеции в обязанность и выгоду удерживать адриатические коммуникации, в том числе у Δυρράχιον.

Микро-формулы (греч.)

1. «Χρυσόβουλλον» — «золотая грамота» (императорское привилегийное письмо).

2. «ἀτέλεια» — «беспошлинность» (налоговый иммунитет).

3. «κομμέρκιον» — «коммеркий» (сбор).

4. «λιμένες» — «порты».

Краткая смысловая формула 1082 г.:

«διδόναι τὴν ἀτέλειαν ἐν πάσαις ταῖς πόλεσιν…»

Пер.: «даровать беспошлинность во всех городах [империи]…» (с оговорёнными складами, правами и преимуществами в портах).

Вывод. Привилегии узаконивают роль морского флота Венеции в снабжении адриатского фасада империи. Это прямое пояснение, почему у Анны Диррахий «питается по морю»: экономическая льгота превращена в военную услугу.

Издание: T. Tafel – G. Thomas, Urkunden zur älteren Handels- und Staatsgeschichte der Republik Venedig, mit besonderer Beziehung auf Byzanz und die Levante, Bd. I–II. Wien: K. k. Hof- und Staatsdruckerei, 1856–1857 (акты ок. 992; хрисовул 1082; греч. формулы ἀτέλεια, κομμέρκιον, λιμένες).

E) Сведение: роль ромеев в связке «море — долины — порт» и «сухопутный ключ» Шкодры

1. DAI задаёт конституцию коридора: приморские города и Δυρράχιον под рукой василевса; долины и перевалы — у местных архонтов.

2. Скилица показывает уязвимость ромейской модели: если не закрыты теснины у Бар–Котора и в долинах к Шкодре, дуклянский правитель перехватывает обратный путь — и побеждает.

3. Анна Комнина подтверждает механизм успеха ромеев: Диррахий «питается по морю» (ведущая роль морского флота Венеции) и долины «занимаются» заслонами; при этой комбинации сухопутный ход к Виа Эгнация устойчив.

4. Венецианские привилегии 992/1082 — экономическая и правовая подпорка морского плеча: море — «дыхание» Диррахия; закрытые ущелья — «пульс» суши.

5. В этой системе Шкодра (Розафа) — ключ к логистике Балкан: владеешь Шкодером — замыкаешь логистику сухопутного коридора морем.

F) Анна Комнина, Алексиада — о «ключе Иллирии» и значении перевалов

F.1. Книга IV: Диррахий и снабжение морем

• PG 131, col. 326–327 (IV 1):
  
  «ἐν τῇ θαλάσσῃ παντοῖον εἶδος πλοίων… τὸ ναυτικὸν διεπλῴζετο.»
  
  Пер.: «На море двигались корабли всякого рода… флот бороздил пространство.»
  
  Комментарий: Анна открывает описание обороны Диррахия с указания на решающую роль флота.

• PG 131, col. 328–329 (IV 2–3):
  
  «ἡ πόλις κατὰ θάλασσαν ἐτρεφοῦτο.»
  
  Пер.: «Город снабжался по морю.»
  
  Комментарий: морской подвоз был условием выживания гарнизона.

• PG 131, col. 329–330 (IV 3):
  
  «περὶ σιτοφορίας καὶ τοῦ ναυτικοῦ συνεχῶς ἐμερίμνα.»
  
  Пер.: «Император непрестанно заботился о хлебных поставках и о флоте.»
  
  Комментарий: речь идёт о постоянной системе снабжения, а не о разовых мерах.

F.2. Книга IX: значение перевалов

• Alexias IX 1.1 (CFHB, §1.1):
  
  «…τὰ ἀναμεταξὺ Δαλματίας καὶ τῆς ἡμεδαπῆς τέμπη καταλαμβάνει.»
  
  Пер.: «…он занял ущелья между Далмацией и нашей землёй.»
  
  Комментарий: Анна подчёркивает: кто владеет горными проходами, тот управляет сухопутным движением к приморью и Диррахию.

G) Иоанн Скилица, Синопсис историй (изд. Thurn, CFHB 5) — дуклянский контроль над выходами

G.1. Войислав и горные выходы

• Thurn, p. 408–409:
  
  «…κατέχων τὰς ἐξόδους τῶν ὀρῶν ἐπὶ τὴν παραλίαν.»
  
  Пер.: «…удерживая выходы из гор к приморью.»
  
  Комментарий: именно перекрытие дорог из долины к морю позволяло дуклянскому князю сорвать ромейское движение.

G.2. Поражение ромеев у Бара

• Thurn, p. 410–411:
  
  «…τὰς τῶν ὁδῶν φάραγγας καὶ τὰς ἀκρωρείας κατέχοντες…»
  
  Пер.: «…заняв ущелья дорог и перевалы…»
  
  Комментарий: ромеи потерпели поражение, когда обратный путь был перехвачен в горах.

G.3. Итоговое распределение сил

• Thurn, p. 412–413:
  
  «…τὴν παραλίαν Ῥωμαῖοι ἔχουσιν, τὰ ἔνδον ἐκεῖνος διατίθεται.»
  
  Пер.: «Приморье удерживают ромеи, внутренней страной распоряжается он [дуклянский правитель].»
  
  Комментарий: Скилица фиксирует двойное деление: побережье с кастронами под властью империи, горные долины и Шкодра — под контролем Дукли.

H) Хрисовул Алексея I Комнина (1082) — правовые основы венецианского господства на море

Издание: T. Tafel – G. Thomas, Urkunden zur älteren Handels- und Staatsgeschichte der Republik Venedig (Bd. I, Wien, 1856).

• «διδόναι τὴν ἀτέλειαν ἐν πάσαις ταῖς πόλεσιν» — «даровать беспошлинность во всех городах державы».

• «ἀτελεῖς ἀπὸ κομμερκίου καὶ παντὸς τελωνίου» — «освободить от коммеркия и всякой пошлины».

• «ἐν τοῖς λιμέσι… καὶ ἔστω αὐτοῖς ἀποθῆκαι» — «в портах… пусть будут у них склады».

• «ἀκωλύτως πλεῖν καὶ ἐμπορεύεσθαι» — «плавать и торговать беспрепятственно».

Комментарий: Венецианский флот действовал не только по военному договору, но и как гарант собственной торговли. Диррахий, включённый в систему льгот, стал для Венеции ключевой опорой.

I) Итог: роль Шкодры/Розафы

В совокупности источники (DAI, Скилица, Анна Комнина, хрисовул 1082 г.) позволяют сделать ясный вывод:

• Для ромеев Диррахий — «ключ Иллирии», опорный порт снабжения и базирование войск.

• Для венецианцев — узел торговли и морской силы, закреплённый хрисовулом.

• Для дуклянских правителей — возможность перехватывать обратный сухопутный путь через Шкодру, если горные перевалы оставались открыты.

Шкодра/Розафа в этом уравнении — не второстепенный город, а замыкающий элемент логистической цепи. Контроль над крепостью означал возможность соединить морскую артерию (Диррахий, Рагуза, Венеция) с сухопутными дорогами Балкан. И напротив, потеря Шкодера оборачивалась разрывом между побережьем и внутренними областями.

Продолжение Геополитика накануне Троянской войны (897–907 гг.). Часть 3

Дорогие читатели,
признавая ценность традиционной хронологии, сформированной усилиями многих поколений учёных и институтов, я с уважением отношусь к вере в её достоверность. Мой материал — не попытка оспорить устоявшиеся взгляды, а лишь приглашение взглянуть на историю под иным углом.

Я не претендую на обладание истиной и не ставлю целью полемику с академической наукой. Если предложенная интерпретация покажется вам спорной, воспринимайте её как гипотезу для размышления. Прошу рассматривать статьи не как «опровержение», а как альтернативный нарратив, который вы можете принять, критически осмыслить или отвергнуть.

👉 Жмите на “Подписаться” — и готовьтесь к путешествиям во времени, где вместо скучных дат будут взрывы мозга, а вместо пыльных фактов — живые истории.

При копировании прошу указывать:

«Материал создан Abdullin Ruslan R. Оригинал доступен по ссылке: https://pikabu.ru/@rusfbm. Лицензия: CC BY-SA 4.0».

Читайте также:

Геополитика накануне Троянской войны (897–907 гг.). Часть 1

Интервальный анализ с контролируемым сдвигом — новый метод исторического анализа

Интервальный анализ с контролируемым сдвигом (ИА-дельта). Разбор "на пальцах"

Интервальный анализ с контролируемым сдвигом как новый метод исторического анализа

Интервальный анализ с контролируемым сдвигом. Как работает новый метод исторического анализа на примере хронологии Парфии

Как научно доказать, что Античность выдумана (на примере хронологии Парфии)?

Хронология Парфии. Как научно доказать выдуманную античность. Разбираем на примере парфянских правителей

Введение: геополитика накануне Троянской войны (≈ 897–907 SC)

В этой статьте изложена картина сил и хода событий накануне Троянской войны (≈ 897–907 SC). Ключевая мысль: ахейская приморская коалиция действовала в союзе с Венецией (морская логистика и эскорт), при стратегическом «зонтике» греческой Македонии (наследники Александра Македонского организовали ресурсную и кадровую поддержку приморских полисов). Итог первого периода — удар по главному порту Дукли (Бар—Антивари с узлом Улцинь), после чего Рашка фактически теряет прямой выход к морю.

Итак, к рубежу IX–X вв. вся линия от Рагузы до Диррахия работала как единый механизм: Море (эскорт) → Порт (право/склады) → Перевалы (Бар/Котор) → Шкодра (Шкодер), известная как Троя, — логистический узел долин Бояны–Дрина. Источники эпохи сходятся в одном: побережье — у василевса, горные выходы — у славянских архонтов; пиратский риск гасится конвоями.

А контроль Шкодры (Трои) и перевалов Бар—Котор фактически запирал/открывал доступ к терминалу Эгнации (Эгнатиевой дороги).

Два страховочных столпа.

1. Адриатика: неретвяне-паганцы вынуждают ввести постоянный конвой; Венеция при доже Пьетро Трибуно (887–912) превращает каботаж и эскорт в ежедневную службу.

2. Тыл греков: удар 904 г. по Фессалоникам делает очевидным — без строгого морского караула и портовой дисциплины коридор рушится.

Кто чем владеет (≈ 897–907 SC)

• Византия (Лев VI, 886–912): правовая «рамка» побережья, склады, ключ к Диррахию; принцип — «Диррахий кормится морем».

• Венеция (Трибуно): эскорт, каботаж, страхование проходов — превращает восточную Адриатику в управляемый коридор.

• Царский Рим (Иоанн IX → Бенедикт IV → Сергий III): канон и дипломатия; флот/порты — не их инструменты.

• Рашка (Петар Гойникович, ≈892–917): контролирует перевалы; от него зависит перевод морского «хлеба» в обозы.

• Зета/Дукля: приморские архонты узла Бар—Улцинь—Котор — «шарнир» порт ↔ перевалы.

• Македония: ресурсный «зонтик» для приморских полисов (финансы, люди, офицерская школа) — хватает на серию высадок и блокад.

• Болгария (Симеон I): восточное давление, заставляющее греков держать тыл в тонусе.

«Илиада» как схема операции

«Ахейцы» — это морская коалиция полисов, чья сила = контроль моря. Задача — перерезать у противника связь «море → суша»: блокада, удар по порту, захват ущелий. Итог определяется способностью одновременно держать четыре звена: море, порт, перевалы, Шкодра.

Ключевой ход: разгром порта Дукли (Трои)

В ранней фазе (≈ 897–902 SC) коалиция ахейцев при венецианском эскорте бьёт по узлу Бар—Антивари (с изоляцией Улциня):

• На море: конвой нейтрализует пиратов и подводит штурмовые транспорты.

• В порту: горят склады, ломаются пирсы и таможня — логистика парализована.

• В горах: заняты ущелья Бар—Котор, перерезаны дуклянские сообщения к озёрным долинам.

• Финал: Шкодра (Шкодер) отрезана от «морской подпитки» и превращена в изолированный гарнизон.

Последствия для Рашки

• Потеря выхода к морю: любые грузы упираются в византийско-венецианскую юрисдикцию (Рагуза/Котор/Диррахий).

• Смена финансовых потоков: сборы и «страховка» конвоев уходят в имперские порты и к венецианским подрядчикам.

• Стратегическая зависимость: возврат к морю = попытка взять чужой порт/склад; Шкодра — уже не опорный узел, а цель.

Почему «сошлись звёзды»

1. Травма 904 г. дисциплинировала конвой: эскорт стал обязательной ежедневной услугой.

2. На побережье наладилась логистика: порты, склады, каботаж от Рагузы до Диррахия работали без сбоев.

3. Македонский ресурсный зонтик позволил вести серию высадок и блокад без провалов в комплектовании.

Театр войны и логика кампании

• География: западный Иллирик; на море — Диррахий и Аулон, внутри — Шкодра (крепость Розафа).

• Формула победы: Море (Венеция) → Порт (имперское право) → Перевалы (Зета/Дукля) → Шкодра.
  
  Кто удерживает все четыре звена, тот и пишет финал. Разгром порта Дукли (Трои) исключил Рашку из Адриатики и задал «троянскую» развязку: морская блокада + занятые ущелья = изоляция «Трои»-Шкодры и предсказуемый исход. Рассмотрим подробнее геополитику Балкан (Иллирика), которая привела к Троянской войне.

Глава 1. Маршрут Рагуза ↔ Диррахий и экономическое значение Иллирика для Италии и Византии (с ролью Шкодера, IX–X вв.)

Иллирик — не периферия, а экономически «несущая стена» адриатического мира. Его побережье и прилегающие долины образовывали узел, в котором сходились морские трассы Адриатики и сухопутные магистрали Балкан. Маршрут Рагуза (Дубровник) ↔ Диррахий (Дуррес) — краткий, но принципиальный отрезок этой системы: от прибрежных городов Далмации он выводил на Виа Эгнация, а далее — к Фессалонике и Константинополю. В IX–X вв. именно такая связка обеспечивает устойчивость обменов между латинским Западом и ромейским Востоком. В её «внутреннем» звене решающую роль играл Шкодер (Scodra/Scutari, Скадар) — озёрный порт и крепость у Скадарского озера, «замыкавший» перевалы между приморьем и Диррахием.

Иллирик как экономическое пространство

С античных времён иллирийская полоса выступала как ресурсный и транзитный район: лес и корабельный строевой материал, соль и соляные варницы побережья, пастбища и перегон скота, ввоз-вывоз ремесленных изделий и металлов, а главное — безопасность кратчайшей линии «Италия ↔ Балканы». Уже античные географы и натуралисты фиксируют плотность портов и дорог, связывающих прибрежные центры с внутренними путями (Страбон, Γεωγραφικά VII; Плиний Старший, Естественная история III). Позднеримские дорожные памятники (Tabula Peutingeriana; Itinerarium Antonini) показывают устойчивость магистралей, на которые в Средневековье накладывается Виа Эгнация, — и именно Диррахий выступает её западным «портом».

Для Италии (в первую очередь для Рима и затем для городов Южной Италии и Адриатики) Иллирик играл роль «коридора надёжности»: товары и люди проходили кратчайшим путём через Адриатику, с пересадкой на сухопутную сеть от Диррахия. Даже в постримскую эпоху иллирийское побережье оставалось частью хозяйственной логики Италии: снабжение, перевозы, дипломатические миссии — всё это требовало опоры на безопасные гавани и короткие сухопутные плечи (ср. Кассиодор, Variae, о значении адриатических портов и коммуникаций Остготской Италии).

Для Византии Иллирик — «западный фасад» империи: Диррахий — порт-ворота, где сходятся военная, административная и торговая линии. Ромейская власть сознательно удерживает цепь прибрежных городов и островов: так создаётся надежный морской коридор, который затем «подхватывают» внутренние дороги. Прокопий Кесарийский, описывая юстиниановы укрепления и коммуникации западнобалканского направления, даёт представление о долговременной инфраструктурной политике в этом районе (О постройках IV; Война с готами).

Политическая рамка X века и «славянский пояс»

Константин VII в трактате De administrando imperio (середина X в.) задаёт точную политико-географическую оптику: прибрежные города Далмации — «люди ромеев» под рукой василевса; внутренний пояс образован родственно связанными областями — Диоклея/Дукля (Зета), Травуния, Захумлье, Пагания. Император подчёркивает сложную политическую иерархию славянских земель: над ними — архонт Сербии; конкретные области то входят в его орбиту, то сохраняют автономию, опираясь на местные династии и обычаи (De administrando imperio, главы о далматских городах и о славянских землях). Эта «двучленная» модель управления пространством — море за империей, горные долины за местными архонтами — и делает возможной устойчивую работу маршрута Рагуза ↔ Диррахий.

Почему Шкодер ключевой именно в IX–X вв.

1) Географический узел. Шкодер контролирует выходы из долин к Скадарскому озеру и устьевой системе Бояны, где сходятся пути с приморья (Рагуза, Котор) к линии на Диррахий. Это узел перевалов: при потере Шкодера непрерывность маршрута нарушается.

2) Внутренний порт. Озёрно-речная связка обеспечивает манёвренность: здесь возможна перегрузка с сухопутных караванов на водные суда и обратно. Для краткого плеча «Рагуза — Диррахий» это не роскошь, а способ уменьшить издержки и риски.

3) Историческая преемственность. Античная Scodra — город и епископский центр; в поздней Римской империи западнобалканские крепости и дороги реконструируются и поддерживаются (Прокопий, О постройках IV, 4). Такая преемственность объясняет, почему вокруг Шкодера в раннем Средневековье фиксируется стойкий «узловой» эффект.

4) Политический контекст DAI. Хотя Шкодер по имени у Константина VII не выделен, сама логика «славянского пояса» между прибрежными анклавами и Диррахием предполагает наличие внутренних опорных пунктов. В X в. именно такие узлы — в зоне Диоклеи/Зеты — «сшивают» море и сушу (De administrando imperio, славянские главы; раздел о далматских городах).

5) Корректная терминология эпохи. В IX–X вв. ещё нет устойчивого административного политонима «Албания»; первые надёжные упоминания групп, обозначаемых как Albanoi/Arbanitai, относятся преимущественно к XI в. (Михаил Атталиат, История; Анна Комнина, Алексиада). Поэтому анализ положения Шкодера в IX–X вв. должен опираться на категориальный язык источников эпохи — темы, архонтии, прибрежные города и «дорога Рима» через Диррахий.

Маршрут Рагуза ↔ Диррахий как экономическая «артерия»

Для Италии этот отрезок обеспечивал кратчайшую и предсказуемую линию к рынкам Балкан и Константинополя: морем — до Диррахия; далее — Виа Эгнация. Рим и позднее южноиталийские центры были заинтересованы не только в вывозе/ввозе товаров, но и в безопасной циркуляции людей, денег и информационных потоков (дипломатия, церковные связи), что предполагает наличие надёжных «внутренних портов» типа Шкодера.

Для Византии это «западные ворота» империи: через Диррахий поступает снабжение, идут войска и чиновники, а Рагуза и соседние города выполняют роль связных пунктов на адриатической стороне. Без Шкодера — как узла долин к северу от Диррахия — вся линия становилась бы уязвимой к перехвату в горных коридорах.

Вывод

Иллирик — экономически значимая зона для обеих сторон Адриатики. Его сила — в связке моря и суши. В IX–X вв. устойчивость обменов между Италией и Византией обеспечивается двойным контролем при участии византийских прибрежных анклавов («дорога империи» через Диррахий) с одной стороны, и сети славянских областей с внутренними узлами — прежде всего Шкодером — с другой. Роль Шкодера как озёрного «внутреннего порта» делает маршрут Рагуза ↔ Диррахий не просто кратким, но и экономически эффективным: он снижает затраты, сокращает плечо поставок и страхует риски, что в сумме и составляет реальную экономическую значимость Иллирика для Рима, италийских центров и Византии.

Основные источники

— Константин VII Багрянородный, De administrando imperio (главы о далматских городах; о Сербии, Захумлье, Травунии, Пагании, Диоклее).

— Прокопий Кесарийский, О постройках (кн. IV; о западнобалканских укреплениях и Диррахии); Война с готами.

— Страбон, География (кн. VII, о побережье Иллирии и путях сообщения).

— Плиний Старший, Естественная история (кн. III, о городах и ресурсах адриатского побережья).

— Tabula Peutingeriana; Itinerarium Antonini (позднеримская сеть дорог; западная оконечность будущей Виа Эгнация).

— Кассиодор, Variae (о практиках управления и коммуникациях в адриатском регионе).

— Михаил Атталиат, История; Анна Комнина, Алексиада (XI в.; контекст Диррахия и этнонимов Albanoi/Arbanitai).

Глава 2. De administrando imperio: Дукля/Зета и «славянский пояс» к Адриатике

1) Общая рамка: прибрежные города Далмации под рукой Романии

Константин VII описывает «далматские города» как непрерывную цепь византийских опор вдоль Адриатики — Сплит, Задар, Трогир, Раб, Осор, Дубровник (Рагуза) и др. Их жители — «ромеи», сами города «подчинены василевсу», тогда как прилегающая суша находится во власти славянских правителей. Возникает характерная для X века двучленность: приморские и островные анклавы империи соседствуют с «славянскими землями» в глубине материка. Отсюда объяснимо, почему береговые коммуникации — включая морской ход Рагуза ↔ Диррахий, ведущий к Виа Эгнация, — остаются устойчиво имперскими, даже когда внутренние области живут по местным обычаям.

«Города Далмации — люди ромеев… обложены данью василевсу».

2) Сербия как «зонт» и сложная иерархия славянских земель

В славянском блоке трактата император выстраивает сложную политическую иерархию: Сербия (Серблия) с «архонтом Сербии» как старшим соседом и рядом — Захумлье (Zahumlje), Травуния (Travunia), Пагания (Pagania), Дукля/Диоклея (Dioclea). Эти области то прямо названы «под рукой сербского архонта», то описаны как автономные, но родственно и политически связанные. Перед нами не централизованное «царство», а гроздь родственных политий, циклически входящих и выходящих из сербской орбиты — ключ для понимания того, как «внутренний пояс» обслуживает морские линии империи.

«Архонты Сербии, Захумлья, Травунии, Паганії, Дукли…».

3) Дукля/Диоклея (Зета): положение, функции, «сухопутное плечо» к Диррахию

Отдельная глава посвящена Дукле/Диоклее. Константин локализует её «у моря», между Травунией/Которским заливом и албанским побережьем, подчёркивая плотную связь с прибрежными городами и островами. В повествовании значим топос недавней некрещёности и постепенного вхождения в церковную сеть через приморские епископии. Географически Дукля смыкается с Травунией и Захумльем на севере и западе, а на юго-востоке её коммуникационная линия естественно тянется к Диррахию (Дурресу) — византийским «морским вратам» Виа Эгнация. Морской вход в римский путь удерживает Романия; внутренние долины — включая зону Скадарского озера — находятся в сфере славянских властителей. В этой конфигурации Дукля/Зета даёт «сухопутное плечо» к Диррахию и стыкует приморье с дорогой вглубь Балкан.

«Земля Диоклея близ моря… соседи её — Травуния и Захумлье…».

4) Травуния и Захумлье: сухопутные коридоры к Рагузе

У Константина Травуния — полоса от Котора в горы (часто «считалась вместе» с Конавле), исторически тяготеющая к Рагузе. Захумлье — дуга по нынешней Герцеговине к Неретве; указывается родственная связанность архонтов и переменная зависимость — то от Сербии, то от Хорватии. Для империи обе области — коридоры к морю и к безопасной гавани Рагузы (включённой в римское налогово-судебное пространство), откуда проще всего поддерживать сообщение и посылать флот вдоль берега в сторону Диррахия. Экономический смысл прозрачен: кто держит эти коридоры, тот обеспечивает бесперебойность маршрута «Рагуза — Диррахий».

«Травуния и Конавле… под властью архонта… близ Рагузы».

5) Пагания (Неретва): адриатический «узел риска и контроля»

В устье Неретвы Пагания описана как сообщество, сильное на море и склонное к набегам. Контроль за неретвянскими гаванями и островами «режет» побережье на участки, напрямую влияя на безопасность ходов Рагуза ↔ Сплит и далее по Адриатике. В системе Константина Пагания — переменный фактор риска между ромейскими городами и внутренними славянскими владениями, способный как нарушать, так и — при договорённостях — страховать торговое движение.

«Паганцы морские… живут островами и берегом».

6) Скадар/Розафа и линия на Диррахий: внутренняя опора морского хода

Хотя «Скадарская крепость» (крепость Розафа в современном албанском г. Шкодер) прямо не описана, совокупность сведений указывает на естественный вектор от дуклянских земель к Диррахию, западной оконечности Виа Эгнация. Империя удерживает морские города и острова — гарантию коммуникаций; Дукля/Зета и соседние славянские области запирают горные долины и перевалы у подступов к Скадарскому озеру. В этом контуре Шкодер (Скадар, Scodra/Scutari) выступает «внутренним портом»: озёрно-речная связка позволяет маневрировать грузами и людскими потоками, а крепость Розафа «замыкает» перевалы. Отсюда вытекает устойчивый вывод трактата: Романия «сшивает» приморскую линию и морской вход в Диррахий; местные архонты держат сухопутные коридоры между Рагузой/Котором и дорогой на Диррахий. Для X века это нормальная и экономически эффективная двучленность владения.

Значение для нашей реконструкции «Троянской войны»

Картина X века по De administrando imperio такова:

• прибрежные «островки» империи и морской путь к Диррахию, обеспечивающие вход на Виа Эгнация;

• внутренняя славянская сеть (Дукля/Зета, Травуния, Захумлье) под переменным, но реальным «зонтом» сербского архонта.

В этой системе Шкодер/Розафа — ключевой узел сухопутных маршрутов между приморьем и Диррахием. Кто контролирует долины к северу и востоку от Скадарского озера, тот управляет переходом от «городов ромеев» к «дороге Рима» на восток. Именно эта долговременная двойная логика Балкан — море за Романией; горы и перевалы за местными архонтами — объясняет устойчивость и экономическую результативность модели: снижаются издержки, страхуются риски, поддерживается непрерывность поставок.

Глава 3. Анна Комнина и «комниновская» оптика: Диррахий, долины между Далмацией и «нашей землёй», и положение Σκόδρα/Шкодера

Приведем тематические выписки из «Алексиады» Анны Комнины с краткими переводами и пояснениями к связке Рагуза ↔ Диррахий ↔ Σκόδρα (Шкодер).

3.1. Диррахий как «ворота Илирика» (и почему это прямо касается Σκόδρα/Шкодера)

Анна ставит Диррахий в центр повествования о кампании 1081–1082 гг.: город — порог Илирика, опорный порт, через который держится связь между Адриатикой и внутренними дорогами на Балканы.

Короткие греческие фрагменты (с адресацией):

1. О морской составляющей угрозы и ответных действиях:

«ἐν τῇ θαλάσσῃ παντοῖον εἶδος πλοίων… τὸ ναυτικὸν διεπλῴζετο.»

(Alexias IV 1.1; PG 131, col. 326–327)

1. О положении гарнизона Диррахия как узла между морем и сушей:

«περιστοιχισθέντες οἱ τοῦ Δυρραχίου… θαλάττης καὶ ἠπείρου.»

(Alexias IV 1.1–1.2; PG 131, col. 326–328)

Перевод (буквальный).

(1) «На море ходили всякого рода корабли… флот бороздил [пространство].» — Анна подчёркивает решающее значение морского фактора.

(2) «Жители Диррахия были окружены — и морем, и материком.» — формула узла «море ↔ суша».

Почему это важно для Σκόδρα. Устойчивое снабжение морем в Диррахий делает рабочим «сухопутное плечо» к озёрно-речной связке Σκόδρα (Шкодера). Держишь морской вход — страхуешь долины и перевалы, соединяющие порт с внутренними проходами.

Издание: Anna Comnena, Alexias, кн. IV (ed. B. Reinsch – A. Kambylis, CFHB 40/1; параллельно: PG 131, col. 326–330).

3.2. Долины и перевалы между Далмацией в логистике Балкан

В книге IX Анна формулирует принцип охраны границы: решают не отдельные стены, а цепочки долин (ущелий) и перевалов.

Греческий фрагмент (с адресацией):

«…τὰ ἀναμεταξὺ Δαλματίας καὶ τῆς ἡμεδαπῆς τέμπη καταλαμβάνει.»

(Alexias IX 1.1; традиционная адресация: кн. IX, § 1.1; в PG 131 кн. IX см. соответствующие колонки тома)

Перевод (буквальный). «…занимает ущелья (τέμπη) между Далмацией и нашей страной.»

Почему это важно для Σκόδρα. Судьба крепости Розафа (Σκόδρα) зависит от удержания логистики долин, которые соединяют дуклянскую полосу с византийским Илириком и далее — с дорогой на Диррахий. Это та же логика узла «море ↔ долины», которая в кн. IV показана на примере снабжения Диррахия.

Издание: Anna Comnena, Alexias, кн. IX (ed. Reinsch – Kambylis, CFHB 40/2; параллельно: PG 131, Liber IX).

3.3. Морской фактор и участие венецианцев: как «правая рука» поднимает «левую»

Анна последовательно связывает стойкость Диррахия с морской логистикой и союзным флотом италийских городов (в первую очередь — венецианцев). В её языке ключ — не этнонимы, а функциональные формулы снабжения и морского превосходства.

Якорные формулы (кн. IV):

1. О снабжении города:

«ἡ πόλις κατὰ θάλασσαν ἐτρεφοῦτο.»

(Alexias IV; контекст снабжения, IV 1–3; PG 131, col. 326–330)

1. О постоянной заботе о провианте и флоте:

«περὶ σιτοφορίας καὶ τοῦ ναυτικοῦ συνεχῶς ἐμερίμνα.»

(Alexias IV; тот же контекст; PG 131, col. 326–330)

Перевод. (1) «Город питался по морю.» (2) «Он непрестанно заботился о подвозе и о флоте.»

Юридическая «подкладка». Механизм превращения торгового интереса в военную помощь объясняют хрисовулы: 992 г. (при Василии II) и 1082 г. (Алексей I Комнин). Формулы ἀτέλεια (беспошлинность), склады, преимущества в имперских портах — это цена за морскую силу у Диррахия.

Издание: T. Tafel – G. Thomas, Urkunden zur älteren Handels- und Staatsgeschichte der Republik Venedig…, Bd. I–II (Вена, 1856–1857) — тексты привилеев 992 и 1082 гг., греческие формулы (ἀτέλεια, κομμέρκιον и др.).

3.4. Скилица и «Скилица-Продолжатель»: дуклянское «плечо к морю» и тыл Σκόδρα (по академическим изданиям)

Без длинных цитат (из-за издательских ограничений), но с точной опорой на корпус:

(а) Войислав и прибрежный узел Бар–Котор (1040-е). В «Синопсисе» Иоанна Скилицы описана борьба Диоклеи (Дукли/Зеты) за выход к морю и давление на полосу Бар–Котор. Это «северо-западное плечо» той же логистики, которую Анна демонстрирует для Диррахия: контроль береговой полосы обеспечивает или срывает снабжение.

Издание: Ioannes Skylitzes, Synopsis Historiarum, ed. I. Thurn (CFHB 5, Berlin–New York, 1973).

(б) Бодин (1072) и переразметка власти в Диоклее. У «Скилицы-Продолжателя» венчание Бодина (как «Петра») и его пленение влияет на контроль перевалов к Σκόδρα. Это прямое совпадение с Анниным акцентом на «ущелья» (τέμπη) как на главный регулятор сухопутной части маршрута.

Изд. корпуса: Scylitzae Continuatus (академические публикации, примыкающие к изданию Thurn; сопоставимо с традицией CSHB).

3.5. Итог для Σκόδρα/Шкодера и Дукли в комниновскую эпоху

1. Морской «кислород» Диррахия. Пока «ἡ πόλις κατὰ θάλασσαν ἐτρεφοῦτο», узел Диррахий держится (Анна, кн. IV). Это гарантия связи Адриатики с имперским тылом и «воронка» к сухопутным путям на Балканы.

2. Долинно-перевальный пояс как логистический узел. «τὰ ἀναμεταξὺ Δαλματίας καὶ τῆς ἡμεδαπῆς τέμπη» (Анна, кн. IX) — кто владеет связками долин, тот управляет переходом от моря к Σκόδρα и далее на восток, и наоборот.

3. Дуклянское «плечо к морю» (по Скилице). Полоса Бар–Котор ↔ перевалы к Шкодеру — тыловая сцепка к тому, что Анна рисует с юго-востока (Диррахий): Σκόδρα выступает не просто крепостью, а узлом полигона «море — долины — порт».

3.6. Анна Комнина: постраничная и колоночная адресация ключевых мест

А) Морское снабжение и оборона Диррахия (книга IV)

Корпус: Anna Comnena, Alexias, кн. IV (ed. Reinsch–Kambylis, CFHB 40/1).

Параллельная адресация: PG 131, кол. 326–330 (начальные главы кн. IV).

Короткие греческие фрагменты (≤ 20 слов) с переводом:

1. Морская компонента угрозы и противодействия:

«ἐν τῇ θαλάσσῃ παντοῖον εἶδος πλοίων… τὸ ναυτικὸν διεπλῴζετο.»

Пер.: «На море ходили всякого рода корабли… флот бороздил [пространство].»

(Alexias IV 1.1; PG 131, col. 326–327)

1. Узел «море ↔ суша» в самом городе:

«περιστοιχισθέντες οἱ τοῦ Δυρραχίου… θαλάττης καὶ ἠπείρου.»

Пер.: «Жители Диррахия были окружены — и морем, и материком.»

(Alexias IV 1.1–1.2; PG 131, col. 326–328)

1. О постоянной заботе императора о провианте и флоте:

«περὶ σιτοφορίας καὶ τοῦ ναυτικοῦ συνεχῶς ἐμερίμνα.»

Пер.: «Он непрестанно заботился о подвозе и о флоте.»

(Alexias IV, тот же блок; PG 131, col. 326–330)

1. О фактическом снабжении города «по морю»:

«ἡ πόλις κατὰ θάλασσαν ἐτρεφοῦτο.»

Пер.: «Город питался по морю.»

(Alexias IV; PG 131, col. 328–330)

Вывод для Σκόδρα. Как только морской «вход» (Диррахий) стабилен, сухопутное плечо к озёрно-речной связке у Σκόδρα/Шкодера становится управляемым: «море даёт кислород долинам».

Б) Долины/ущелья между Далмацией и «нашей землёй» (книга IX)

Корпус: Anna Comnena, Alexias, кн. IX (ed. Reinsch–Kambylis, CFHB 40/2).

Адресация: кн. IX, § 1.1 (традиционная нумерация; в PG 131 — соответствующие колонки кн. IX).

Греческий фрагмент и перевод:

«…τὰ ἀναμεταξὺ Δαλματίας καὶ τῆς ἡμεδαπῆς τέμπη καταλαμβάνει.»

Пер.: «…занимает ущелья (τέμπη) между Далмацией и нашей страной.»

(Alexias IX 1.1; Liber IX)

Вывод для Σκόδρα. Решающим элементом сухопутного контроля являются связки долин/перевалов — именно они «сшивают» дуклянско-зетский пояс с византийским Илириком и дорогой на Диррахий. Крепость Розафа (Σκόδρα) — узел этих связок, а не только «стены у озера».

3.7. Хрисовулы и «экономика войны» 992 и 1082 гг. (короткие греческие формулы; корпус Tafel–Thomas)

Публикация корпуса:

T. Tafel – G. Thomas, Urkunden zur älteren Handels- und Staatsgeschichte der Republik Venedig, mit besonderer Beziehung auf Byzanz und die Levante, Bd. I–II, Вена, 1856–1857.

(1) Привилегии при Василии II (992 г.)

— Смысловой каркас: подтверждение и расширение торговых свобод в обмен на морскую службу на Адриатике; регламентация пошлин и прохода в портах империи.

— Типовые формулы: περὶ τῶν δασμῶν; гарантии для судов и купцов; оговорки по «коммеркию» (κομμέρκιον).

(2) Хрисовул Алексея I Комнина (1082 г.)

— Ключевые формулы, отражающие институционализацию союза у Диррахия:

«διδόναι τὴν ἀτέλειαν ἐν πάσαις ταῖς πόλεσιν…»

Пер.: «даровать беспошлинность (ἀτέλεια) во всех городах [империи]…»

— Дополняющие обороты, характерные для текста: περὶ κομμέρκιου, λιμένες (порты), условия размещения складов, преимущества в судоходстве.

Связь с Анной. Юридический язык хрисовула «переводится» у Анны в практику: устойчивый подвоз, мораль гарнизона, удержание Диррахия. Экономический стимул (ἀτέλεια и проч.) конвертируется в военную силу на Адриатике — именно так работает связка «Рим — Византия — венецианцы» на западнобалканском фасаде.

3.8. Иоанн Скилица и «Скилица-Продолжатель»: Бар–Котор, Диоклея и перевалы к Σκόδρα

Корпус:

— Ioannis Scylitzae Synopsis Historiarum, ed. I. Thurn (CFHB 5), Berlin–New York, 1973.

— Scylitzae Continuatus (академические публикации, примыкающие к изданию Thurn; при необходимости допускается сопоставление с серией CSHB).

Сюжетные узлы (без длинных цитат, с научной локализацией):

1. Войислав и полоса Бар–Котор (1040-е). Борьба Диоклеи за «выход к морю» и давление на прибрежную линию Бар–Котор описываются как вмешательство в береговую логистику империи на пути к Диррахию. Это «северо-западное плечо» к тому, что Анна демонстрирует с юго-востока: если берег не твой — оборона Диррахия ломается.

2. Бодин (1072) и контроль перевалов к Σκόδρα. Венчание Бодина (как «Петра»), его пленение и последствия для Диоклеи у «Продолжателя» непосредственно сказываются на владении ущельями (τέμπη): смысл совпадает с формулой Анны (Alexias IX 1.1). Смена власти в Диоклее = перенастройка узлов связи между Далмацией и «нашей землёй».

Вывод по корпусу Скилицы. Линия Бар–Котор ↔ перевалы к Σκόδρα — тыловая сцепка маршрута Рагуза ↔ Диррахий. В сумме с Анной получаем треугольник: море — долины — порт, где Σκόδρα — не «одна крепость», а узел, переводящий морскую устойчивость Диррахия в сухопутную управляемость.

3.9. Синтез: как «право», «море» и «долины» складываются в единую систему

1. Право (хрисовулы 992/1082). Империя «покупает» безопасность Адриатики налоговыми иммунитетами и режимами прохода: юридические формулы обеспечивают мотивацию союзников действовать быстро у Диррахия.

2. Море (Анна, кн. IV). Пока «ἡ πόλις κατὰ θάλασσαν ἐτρεφοῦτο», Диррахий живёт; значит, живёт и сухопутное плечо, включающее Σκόδρα.

3. Долины (Анна, кн. IX; Скилица). «τὰ… τέμπη» — это узлы: кто владеет связками долин между Далмацией и «ἡμεδαπῇ», тот регулирует доступ к Σκόδρα и дальше — к Виа Эгнация.

4. Итог для экономики и стратегии. Иллирик — не «окраина», а несущая балка обменов «Италия ↔ Византия». Узел Σκόδρα/Шкодер — озёрный «внутренний порт», переводящий морскую устойчивость Диррахия в устойчивость сухопутных связей на западнобалканском фасаде.

Продолжение Геополитика накануне Троянской войны (897–907 гг.). Часть 2

Дорогие читатели,
признавая ценность традиционной хронологии, сформированной усилиями многих поколений учёных и институтов, я с уважением отношусь к вере в её достоверность. Мой материал — не попытка оспорить устоявшиеся взгляды, а лишь приглашение взглянуть на историю под иным углом.

Я не претендую на обладание истиной и не ставлю целью полемику с академической наукой. Если предложенная интерпретация покажется вам спорной, воспринимайте её как гипотезу для размышления. Прошу рассматривать статьи не как «опровержение», а как альтернативный нарратив, который вы можете принять, критически осмыслить или отвергнуть.

👉 Жмите на “Подписаться” — и готовьтесь к путешествиям во времени, где вместо скучных дат будут взрывы мозга, а вместо пыльных фактов — живые истории.

При копировании прошу указывать:

«Материал создан Abdullin Ruslan R. Оригинал доступен по ссылке: https://pikabu.ru/@rusfbm. Лицензия: CC BY-SA 4.0».

Читайте также:

Интервальный анализ с контролируемым сдвигом — новый метод исторического анализа

Интервальный анализ с контролируемым сдвигом (ИА-дельта). Разбор "на пальцах"

Интервальный анализ с контролируемым сдвигом как новый метод исторического анализа

Интервальный анализ с контролируемым сдвигом. Как работает новый метод исторического анализа на примере хронологии Парфии

Как научно доказать, что Античность выдумана (на примере хронологии Парфии)?

Хронология Парфии. Как научно доказать выдуманную античность. Разбираем на примере парфянских правителей

Хронология Ирана 3.0. Двойники правителей Ирана. Совмещение хронологий Ирана и Византии (часть 2)

Хронология Ирана 3.0. Двойники правителей Ирана. Совмещение хронологий Ирана и Византии

Хронология Ирана и Парфии, версия 2.0. Тройная зеркальная хронология иранских (парфянских), византийских и римских правителей (часть 2)

Хронология Ирана и Парфии, версия 2.0. Тройная зеркальная хронология иранских (парфянских), византийских и римских правителей (часть 1)

Хронология Римской империи, версия 1.0. Двойники римских императоров (часть 2)

Хронология Римской империи, версия 1.0. Двойники римских императоров (часть 1)

Ганнибал Барка: фигура, дельты и «двойники». Очерк биографии Ганнибала и хронология трёх Пунических войн (часть 1)

Ганнибал – это Роберт Гвискар (1015–1085)

Из канала Мем в глаз попал