Этого конечно же не достаточно нужно смотреть этимологию, чтобы понимать почему так устроено а так же сравнить с другими языками (сегодня сравним с русским). Отмечу, что русский, украинский и белорусский языки это восточнославянские языки произошедшие от древнерусского языка который в свою очередь произошёл от общего предка славянских языков - праславянского, все эти языки классифицированы именно как языки вы не найдёте ни одной вменяемой современной энциклопедии или справочника который бы называл хоть один из этих языков искусственным. Зная это приступаем к разбору:

Кот - это "кiт". Кошка - кишка. От кота или кошки происходит "кошачий". А от кiта или кишки? "КОтячий"? Почему опять "о"?

1. Кот скорее всего заимствование из латинского то есть уже не исконно славянское слово.

2. Слово встречается в праславянском (реконструированном) как kotъ

3. И кошка не - кишка по украински (если пишите типа на украинском поясните, что и в украинском произносится как ы) а кiшка

4. кiшка даже не первая по упоминанию словоформа чаще упоминается - кіцька, кіця.

5. кiт заимствование возможно , из польского который в свою очередь взял это из праславянского (то же, что и кот), который в свою очередь взял из латинского а тот из более древних форм.

6. Форма "кiт" это единственное число, форма множественного числа коти, котами, котах и т.д.

7. В елинственном числе так же используется форма кот - кота, котом

8. Таким образом мы видим, что происхождение слова единое для русского и украинского (оба из латинского через праславянский) как форма "kiт" так и форма "кот" в том или ином виде используется в украинском.

Овца - вивця. Но овечья и овчина - уже овеча и овчиння. Искажённые на украинский лад,но русское "ов" вместо "вив". Почему другие словообразования произошли не от вивци,а от овцы из совсем другого языка? Зачем заимствовать то,что легко можно образовать из своего исходного слова?

1. Так то по украинцки вівця

2. Слово так же из Праславянского

3. Причина такого словообразования - результат расширения i-основы уменьшительным суффиксом -ikā

4. Из этого видим, что подобные незначительные различия в словообразовании возникли из-за конкретного развития языка, слово произошло от общего предка а затем пройдя многолетние изменения изменило форму, при этом в языке остались формы общего предка славянских языков.

Дальше примерно такие же претензии, особенно из примечательного возмущение мол "однофамилец" украинцы взяли в русском языке а прапор (слово которое обозначает флаг и в русском языке до 18 века было основным) почему-то не используется в заимствованном слове флагшток которое и в русском есть. Если коротко резюмировать @user7234701, выдаёт шовинистические измышления основанные на непонимании истории Восточнославянских языков за некое объективное исследование, я уже видел и критиковал такое на примере украинской маргинальной пропаганды и очень досадно видеть, что теперь такая же пропаганда относительно активно используется в России. Луше изучать историю и языки не политизируясь ведь так мы рискуем впасть в идиотизм уровня "русский не славянский, украинский искусственный, лингвисты и филологи в заговоре в врут и тд.)

Источники

1. https://tapemark.narod.ru/les/143c.html

2. https://old.bigenc.ru/linguistics/text/4217983

3. https://goroh.pp.ua/

4. https://gufo.me/

5. https://web.archive.org/web/20150626105101/http://elementy.r...

А между ними - цепь гор, называемых Карпатскими. Они не особенно высоки - в самой высшей точке лишь 2665 метров, однако простираются более чем прилично, забавно разделяя равнины вокруг. Такие ландшафтные расклады привели к тому, что исторически в том краю могли складываться и уживаться самые разные культуры. Сложная местность способствовала этому.

Если мы взглянем на два низких пространства, то они резко различны - в одном живут венгры, говорящие на финно-угорском языке, а в другоv - румыны, чьё наречие вообще происходит от вариации вульгарной латыни, появившейся в ходе римского завоевания будущей Валахии (тогда - Дакии).

Карпаты, в свою очередь, в основном занимают промежуточную ступень между этими культурами - там есть как особая группа венгров, так и румынское население. Обе ввиду проживания в гористом регионе заметно отличаются от своих равнинных родственников. Немало в Карпатах и цыган, но их наличие как таковое характерно для той части Восточной Европы.

Впрочем, названные народы - не единственные обитатели Карпат. Есть там и славяне, но это чуть севернее - в самом центре названных хребтов.

Располагаясь как бы посередине, промеж той же Паннонской низменности и колоссального массива восточных полей, именно он являлся самым бурным местом в окрестностях. Через него шли и славянские миграции на Балканы, и вторжение венгерских племён в их текущую зону обитания.

Запомните названные события, потому что через них определился современный облик региона. Как вы уже поняли, то что я описал - и есть Закарпатье, вернее, пока только его будущая территория.

Довольно мало известно об античном положении на этой земле, но учёные, опираясь на археологию, полагают, что где-то в II-III столетиях туда начали мигрировать ранние славяне сверху, из нынешних Польши, Украины и Беларуси. Их поток шёл веками и к 800-м годам сделал эти места уже полностью славянскими.

Основными формирователями славянской культуры здесь стали племена белых хорватов.

В общем-то, конкретно белые хорваты являлись восточными славянами. Часть из них затем влилась в древнерусское государство, часть - была переварена поляками, а вот те, что освоились в Карпатах, по сути не примкнули к родственным государствам.

Причина тому - приход венгров в IX столетии. Закарпатье стало одним из каналов, через которые они, тогда бывшие ещё кочевниками-скотоводами, проходили на манящие луга Паннонии. Хотя Карпаты не были для них привлекательны, венгерские князья, а позже - короли, последовательно закрепили за своим государством их, так как они являлись очевидной естественной преградой для желающих завоевать Венгрию.

Благодаря столь дальновидной политике Венгерское королевство стабильно существовало в обширных границах полтысячелетия.

В целом, политически Закарпатье не было связано с Русью, однако оставалось наиболее близко к её юго-западной половине - по языку, культуре и по вере (регион также стал православным).

В XIII веке Галицко-волынское княжество (правители которого основали Львов) в ходе политического брака с венгерской династией получило меньшую часть региона с городом Мукачево (ныне - второй по величине из тамошних населённых пунктов), но с падением княжества сто лет спустя онf вернулась под мадьярский контроль.

Но надо понимать, что Венгрия того времени являлась многоэтническим и многоконфессиональным королевством, которое не так уж плохо относилось к подчинённым группам. Особенно к таким, которые жили в основном в горах и были из-за этого слабо подвержены ассимиляции.

Можно ожидать того, что двойное разделение локальной славянской популяции с более восточными родичами - как политическое, так и географическое, со временем привело к существенным отличиям одних от других.

Так, если бывшая Галицко-Волынская земля вошла в состав Польши, которая с 1596 года проводила курс ассимиляции завоёванного княжества через навязывание Униатской Церкви, то в Закарпатье венгерские власти абсолютно спокойно относились к вероисповеданию местных. Естественно, католическая мадьярская элита угнетала их, но не предпринимала реальных попыток вторгнуться в традиционные порядки.

Конфессиональные различия - это ещё не всё. Ввиду способствующей атомизации сообществ местности славянская Карпатская Русь разделилась на две части - более похожую на северных соседей и менее. Вторая обосновалась в самых труднодоступных частях гор. За ними закрепилось название "гуцулы".

Гуцулы являются не совсем отдельным народом, а скорее специфической группой русин - основного населения Закарпатья до недавней эпохи.

Сами русины, правда, тоже специфические, что очевидно даже из их названия. Ранее этноним "русин" (то бишь житель Руси) применялся ко всем восточным славянам. Ещё в XVII веке так часто самоназывались русские, а также в западных источниках - жители Малороссии и Беларуси. Однако в XIX столетии из-за развития националистических движений данное обозначение практически вышло из оборота и заменилось на более знакомые нам.

И только в принадлежащем Венгрии, периферийном и сложнодоступном Закарпатье оно пережило эти изменения и продолжило служить самоназванием большей части населения до середины 1900-х. Иными словами, хотя русины (кроме гуцулов) весьма похожи на западных украинцев даже вопреки векам отдельного существования, их идентичность очень долго оставалась отдельной.

Ничего удивительного тут нет - ведь ни Российской империи, ни раннему СССР Закарпатье никогда не принадлежало. До 1918 года оно - часть Венгрии в рамках правления Габсбургов, далее 20 лет - провинция Чехословакии, а в 1939-1944 годах - вновь венгерское.

В октябре 1944-го Красная Армия вытеснила немецко-венгерскую группировку из Закарпатья, после чего Москва начала плавную подготовку к интеграции края в СССР - через создание полу фиктивного государства под названием "Закарпатская Украина". Оно как бы являлось независимым, но только до того момента, когда СССР и Чехословакия договорились об отказе последней от региона (июнь 1945 года).

В июле прошло официальное присоединение к Украинской ССР, а 22 января 1946 была образована Закарпатская область в рамках оной.

Логика советского руководства тут понятна - ещё в Первую мировую войну русская армия успешно разбила австро-венгерские части в Галиции, но вот Карпаты не прошла. В них Центральные державы смогли дать хороший отпор, что в числе многих других причин обломило планы РИ на победу над врагами.

Учтя этот опыт, Сталин, видимо, решил присоединить дающий быстрый доступ к Венгрии и тому, что южнее неё, регион, дабы в случае новой войны находиться в заведомо выгодном стратегическом положении.

Но не это главное. Интереснее то, что в новых условиях в регионе началась повальная украинизация - массированно шла обработка русинов на предмет того, что они являются всего-то субгруппой украинцев, что вкупе с некоторой урбанизацией и индустриализацией региона в дальнейшем привело к отмиранию русинской идентификации. Сейчас подавляющее число жителей области считает себя просто украинцами.

Себе на уме

Что же, надеюсь, примерный путь обозначенного края к современному положению ясен. Теперь пора сосредоточиться на главном вопросе - что в Закарпатье такого, что делает его подлинно глубинным? Ответ на него не так уж сложен и кроется в уже описанном.

Суть в том, что русины, конечно, "обукраинились" за несколько десятков лет, но лишь внешне - тонна отличий от "материковой" Украины у них никуда не делась.

Например, непопулярность Униатства резко отличает закарпатцев от граждан из Львова, Тернополя и их окрестностей. Туда же можно отнести яркий локальный говор, щедро приправленный заимствованиями из соседних языков.

Ну и по мелочи - всякие присущие только местным элементы одежды, музыкальные инструменты и архитектурные решения. В региональном колорите чувствуется огромное влияние мадьярского и чешского правлений.

Проще говоря, номинальное включение в состав украинской нации не сделало потомков русин монолитными с новыми согражданами, а лишь достаточно поверхностно изменило их коллективное сознание. Кроме того, есть основания считать, что официальный Киев занижает число людей, по-прежнему считающих себя именно русинами, так как он в принципе отрицает существование такого народа.

Это можно подтвердить тем, что на Украине есть всего 10 тысяч их, что странно с учётом того, что именно ей принадлежит коренной регион русинского расселения. В Словакии, например, русинов вполне официально в шесть раз больше (неофициально - цифры ещё внушительнее, но не будем увлекаться) .

Так что есть нехилая вероятность сильно меньшей реальной национальной гомогенности области. И это я ещё ничего почти не сказал про румынское и (особенно) венгерское меньшинства, которые уж точно нельзя отнести к украинцам ни в каком качестве. А они тоже составляют весомый процент от количества закарпатцев.

Но в действительности это всё - менее важно, чем ключевая особенность Закарпатья - его удивительные патриархальность и консервативность. Даже на фоне не самых развитых соседей вроде Галичины или Трансильвании названный регион выделяется, а уж в среднем по континенту и вовсе бьёт рекорды (сильных конкурентов можно отыскать разве что на Балканском полуострове).

Прямо кричащий пример - более 60% жителей там всё ещё живут в сёлах, что является очень высоким показателем для Европы нашего времени. Хотя сёла Закарпатья могут быть большими и достигать нескольких тысяч проживающих лиц, чаще всего в них сидит от 1 до 2 тысяч человек.

А крупнейший город - Ужгород - обладает всего 116 тысячами жителей. Это притом, что общее население Закарпатья начитывает около 1,2 миллиона человек. Для сравнения - в Липецкой области России приблизительно столько же, и там горожан - 64 процента (а это чернозёмный сельскохозяйственный регион). А в самом Липецке - почти 500 тысяч, то есть считай - половина.

Из этого сравнения ясно видно, что закарпатцы совсем не стремятся слезать с гор и продолжают жить крайне местечково. Для них общинность - по-прежнему не пустой звук и что-то значит. А вместе с ней много значит и локальное самосознание.

Понятно, что никакой серьёзной промышленности в регионе нет, великой выгодной торговли - тоже. Зато полно нетронутых горных лесов и озёр, на которых пытаются построить прибыльную туристическую отрасль.

Закарпатье - это потрясающий пример традиционного места с богатой историей и ярко выраженным этническим колоритом, которое минимально изменилось с тех пор, когда Европа ещё жила патриархальными нравами. Конечно, модернизация его более чем коснулась, но даже близко не в том объёме, как среднюю провинцию на материке, не говоря уже о западной его половине.