«Невероятные приключения итальянцев в России»: комедия, рождённая в аду
В истории советского кино есть картины, чья лёгкость и беззаботность на экране находятся в разительном противоречии с тяжестью их собственного рождения. Зритель видит искромётный фарс, непрерывную погоню и улыбку Андрея Миронова, но за всем этим стоит чудовищный труд, отчаянная смелость, финансовые долги и даже трагическая гибель льва.
«Невероятные приключения итальянцев в России» — фильм-парадокс, который его создатель Эльдар Рязанов долгие годы вспоминал с содроганием, а зрители — с неизменной любовью. Изначально сам Рязанов не хотел иметь с этим проектом ничего общего, назвав сценарий «ерундой», однако именно этой «ерунде» суждено было стать эталоном динамичной комедии положений и одной из самых кассовых картин советского проката.
Всё началось не с творческого порыва, а с банальных денег. Знаменитый итальянский продюсер Дино де Лаурентис задолжал «Мосфильму» крупную сумму после провального эпика «Ватерлоо». Отдавать живые деньги не хотелось, и итальянцы предложили альтернативу — снять совместную комедию в счёт долга. В Госкино вспомнили о лежавшем на полке сценарии Эмиля Брагинского и Эльдара Рязанова под названием «Спагетти по-русски», где итальянцы искали клад в Ярославле, а милиционер им мешал. Де Лаурентис прочитал сценарий и вынес вердикт: «Мура!» Ему нужен был не лиричный и чуть меланхоличный советский юмор, а безумная голливудская погоня вроде «Этот безумный, безумный, безумный, безумный мир». Единственное, что понравилось продюсеру, — живой лев, охраняющий сокровища. Рязанову, скрепя сердце, пришлось переписывать историю, напичкивая её трюками. Увидев итоговый вариант, режиссёр сказал фразу, которая стала пророческой: «Мне жаль того, кто будет это снимать». Снимать, под давлением Госкино и требования вернуть долг, вызвался он сам.
По сюжету фильма, знакомому каждому с детства, умирающая в римской больнице русская эмигрантка сообщает своей внучке Ольге, что в Ленинграде под статуей льва спрятано фамильное сокровище — девять миллиардов итальянских лир. Проблема в том, что эти слова слышат все: доктор, мафиози, двое санитаров, пациент со сломанной ногой и случайный прохожий. Вся пёстрая компания сломя голову летит в СССР, а в Ленинграде за ними начинает слежку капитан милиции Андрей Васильев в исполнении Андрея Миронова, который представляется итальянцам как гид. Начинается гонка, полная разрушений, автомобильных трюков, ныряний в Неву и, конечно, злополучного льва. Финал ироничен: по законам социалистического государства клад переходит государству, а незадачливым искателям полагается скромная премия.
Кастинг для этой картины складывался из противоречий и компромиссов. Советскую часть отбирал сам Рязанов, и он настоял на Андрее Миронове, хотя худсовет видел в этой роли Иннокентия Смоктуновского. Миронов обладал редким даром быть одновременно лиричным и невероятно комичным в экшене, и этот выбор оказался судьбоносным. Актер выполнил почти все трюки самостоятельно: он висел на разведённом мосту над Невой на головокружительной высоте, переползал из машины в машину на ходу и спускался по ковровой дорожке из окна гостиницы «Астория». Ольга Аросева, сыгравшая маму, привнесла в фильм элемент бытовой комедии ситуаций.
Отдельного упоминания заслуживает Евгений Евстигнеев, чьё появление в фильме окутано забавной и немного грустной историей. Он сыграл хромого итальянца-кладоискателя — одного из тех, кто случайно услышал в римской больнице тайну о сокровищах, спрятанных «подо львом» в Ленинграде, и ринулся в погоню за девятью миллиардами лир. У его персонажа перелом ноги, он ходит с тростью и появляется в кадре с гипсом. Но мало кто из зрителей догадывается, что эта деталь — не прихоть сценариста, а вынужденная импровизация съёмочной группы. Евстигнеев действительно сломал ногу, играя в бадминтон с дочерью, и, когда он прибыл на площадку, менять актёра было уже поздно. Тогда Рязанов принял остроумное решение: просто оставить гипс и вписать травму в сюжет. Так хромота и трость стали неотъемлемой частью образа, добавив его герою одновременно комизма и трогательной беспомощности. Евстигнеев, как никто другой, умел сочетать иронию с абсолютной бытовой достоверностью — его кладоискатель жаждет богатства, но из-за травмы постоянно оказывается в нелепых положениях, что создаёт тот самый уникальный юмор, за который мы любим этот фильм. Примечательно и другое: появление Евстигнеева в кадре оказалось очень коротким — его срочно отозвали в МХАТ, и актёр, прилетев в Италию на съёмки итальянской части, большую часть времени провёл в гостинице, скучая и ожидая вылета обратно. Но даже эти немногочисленные сцены с его участием запомнились зрителям надолго.
С итальянской стороной всё обстояло куда прозаичнее. Де Лаурентис, не веря в успех картины, набрал актёров по принципу наибольшей экономии. Антония Сантилли, исполнительница роли Ольги, была известна в основном по эротическим фильмам, и эта роль стала для неё первой и последней большой удачей в мейнстримном кино — после съёмок она из профессии ушла. Забавно, что она совершенно не умела водить машину, и для крупных планов её экстренно учили азам вождения, а в опасных сценах её подменял дублёр-мужчина в парике. Санитара Антонио сыграл Алигьеро Носкезе — талантливый пародист, чья судьба сложилась трагически: спустя всего пять лет после премьеры он покончил с собой в психиатрической клинике. Лишь Нинетто Даволи, сыгравший второго санитара, оказался счастливым исключением: любимец Пазолини, он прожил долгую жизнь и воспринимал советскую комедию как забавный эпизод в своей блестящей биографии.
Съёмки проходили в 1973 году в бешеном темпе. Итальянцы требовали скорости, чтобы уложиться в бюджет, и весь советский блок отсняли в рекордные два месяца, работая в две смены без выходных. Бюджет был скромным, а что касается судьбы фильма за пределами СССР, то здесь кроется ещё один парадокс. Премьера в Италии прошла холодно, и картина, несмотря на участие местных звёзд, не имела там успеха в прокате, оставшись для итальянского зрителя лишь экзотическим курьёзом. Однако на советских экранах фильм посмотрело около пятидесяти миллионов зрителей, и он занял третье место в прокате 1974 года, став поистине народным. Но главное — не цифры, а бесчисленные курьёзы и откровенные опасности, которыми была наполнена работа над картиной.
Самым безумным трюком, бесспорно, стала посадка самолёта Ту-134 на шоссе. Снимали это на Ульяновском аэродроме, где взлётно-посадочную полосу разметили под автомобильную трассу, нарисовали «зебру» и поставили будки с газировкой. В массовке сидели не актёры, а настоящие лётчики за рулём автомобилей — Министерство гражданской авиации резонно рассудило, что в случае чего пилоты среагируют быстрее профессионалов. Самолёт сажали шесть раз, и ни одной аварии не случилось, хотя сердце у Рязанова каждый раз уходило в пятки.
...Но настоящей трагедией, хотя и случившейся уже за пределами съёмочной площадки, стала работа со львом по кличке Кинг. Животное прибыло на съёмки из Баку, где его почти с рождения выхаживала семья архитектора Льва Берберова . Кинг родился рахитиком, мать-львица от него отказалась и даже поранила ему бок, поэтому львёнка забрали в обычную двухкомнатную квартиру, выходили и вырастили . Он был совершенно не дрессирован в классическом понимании этого слова, поскольку вырос среди людей — детей, собаки Чапа, кошек и прочей живности — и воспринимал себя скорее членом семьи, чем цирковым артистом . Именно поэтому на съёмках царила нервная обстановка: Кинг отказывался прыгать в окно (эпизод снимали четыре ночи), не желал бегать по команде и вообще вёл себя так, будто никаких киноконтрактов не подписывал . Эльдар Рязанов вспоминал, что лев был «ленивый, домашний, воспитанный в интеллигентной семье архитектора», и единственное, в чём актёры могли быть уверены, так это в непредсказуемости его поведения . Все актёры его боялись, итальянец Тано Чимароза получил от Кинга глубокие царапины на спине, и только Андрей Миронов, которого сам режиссёр назвал «наиболее бесстрашным и наиболее отчаянным», каким-то чудом находил с хищником общий язык .
Важно подчеркнуть: в самом фильме лев не погибает. Все сцены с его участием завершились благополучно, а трагедия случилась уже после съёмок. По завершении работы над картиной Кинга временно разместили в спортзале школы рядом с «Мосфильмом» — перед отправкой домой в Баку. И вот 24 июля 1973 года произошёл тот самый инцидент. Лев оказался рядом со студентом и напал на него. Причины до конца не ясны: возможно, неожиданный контакт или стресс из-за смены обстановки, тем более что до этого случая Кинг никогда не проявлял агрессии к людям . На место происшествия прибежал милиционер Александр Гуров и застрелил Кинга — одна из пуль попала в сердце. Пострадавший студент Валентин Марков выжил и отделался царапинами и испугом. Семья Берберовых была потрясена гибелью льва, которого они растили как родного. Власти СССР в знак поддержки предоставили им другого львёнка — Кинга II, которого также растили в домашних условиях. Однако и эта история закончилась трагично уже в 1980 году: после смерти главы семьи Льва Берберова в 1978 году второй лев стал проявлять агрессию, и 24 ноября 1980 года он напал на членов семьи — погиб сын Роман, Нина Берберова была тяжело ранена, а прибывшие милиционеры застрелили льва. Но это уже совсем другая история, никак не связанная со съёмками «Невероятных приключений».
Эльдар Рязанов после случая с Кингом поклялся никогда больше не работать с животными — и сдержал слово. В фильм вошли лишь те кадры, что успели отснять до гибели льва, и ни в одной из сцен лев, разумеется, не умирает: его «участие» в сюжете ограничивается преследованием героев и эффектным появлением в разных локациях Ленинграда. Трагедия разыгралась уже за кадром, после того как съёмочная группа поблагодарила артистов и разъехалась по домам. Но осадок — и у режиссёра, и у зрителей, узнавших эту историю позже, — остался тяжёлый.
Даже сцена, где мафиози обмерзает, высунувшись из иллюминатора, была плодом ремесленной хитрости, а не натурных съёмок. Лёд на лице актёра сделали из слюды, посыпанной тальком и нафталином, и этот панцирь зловеще сверкал, создавая иллюзию страшного мороза. А знаменитую погоню в Риме, где карета скорой помощи мчится по тротуару Пьяцца Навона между столиками кафе, снимали почти нелегально — с одного дубля, без репетиций, потому что разрешение на перекрытие улиц было слишком дорогим. Полиция дала «добро» всего на один проезд, и каскадёр промчался в миллиметре от прижатого к стене статиста. Никто из случайных прохожих так и не понял, что только что едва не погиб.
Итог этой адской работы оказался парадоксальным. Итальянцы от комедии отказались, зрители в Риме и Милане её не приняли, но для советского человека эти «Невероятные приключения» стали глотком чистого, беззаботного, абсолютно карнавального веселья. Фразы из фильма разошлись на цитаты, и для Андрея Миронова картина стала звёздным часом: уже через полгода после премьеры ему присвоили звание Заслуженного артиста РСФСР. Достаточно вспомнить хотя бы несколько крылатых выражений, которые и сегодня звучат совершенно органично.
Вот знаменитое: «У вас не работают, а митингуют!» — фраза, которую произносит возмущённый мафиози, глядя на советскую действительность.
А чего стоит бессмертное: «Глаза свои закрой и смотри!» — когда героиня пытается объяснить итальянцам, как нужно правильно смотреть на льва.
Или комичная сцена знакомства: «Я хочу знать о вас всё. Будьте со мной откровенны. — Зачем? — Затем, чтобы узнать, что ваша бабушка шепнула вам на ушко!»
А чего стоит признание мафиози: «А вы что, не знаете, что я по происхождению русский? — Да? — А что, разве не заметно? — Очень заметно! У вас прекрасный украинский акцент!»
Или самоуверенное: «Я очень, очень богата!» — и мгновенный ответ: «Не волнуйся, это пройдёт!»
Сцена в роддоме подарила нам ещё один перл: после объявления о рождении дочери герой кричит: «Как?! Ещё одна дочь?! Восемь девок! Кто их замуж выдавать будет?! Вернусь в Рим, отбивную сделаю! Научится рожать!»
Или знаменитый эпизод, когда затопленная машина едет по дну реки: «Осторожно, рыбку задавишь!» — эту реплику произносит один из итальянцев, с удивительной серьёзностью заботящийся о мелкой живности в ситуации, которая сама по себе уже давно вышла за границы здравого смысла.
Мафиозные реплики тоже ушли в народ: «Мафия бессмертна», «От мафии ещё никто не уходил!» И знаменитое рассуждение о советских порядках: «Паспорт им дороже свободной личности! Будь проклят тот, кто изобрёл паспорта!»
Ну и совершенно очаровательная фраза: «Я не могу найти повода, чтобы пригласить Вас ехать с нами. Поедемте без всякого повода!..» Все эти фразы звучат и сегодня — их узнают, цитируют и передают дальше, потому что они попали в самую суть характеров и обстоятельств.
Сегодня, пересматривая эту лёгкую, стремительную комедию, трудно поверить, что она стоила создателям стольких слёз, страха и крови. Но, вероятно, в том и состоит главная формула большого кино: чтобы фильм получился по-настоящему весёлым, живым и неубиваемым временем, съёмки должны быть маленьким адом. «Невероятные приключения итальянцев в России» — лучшее тому доказательство. Фильм, который в Италии прошёл почти незамеченным, а в СССР посмотрели пятьдесят миллионов зрителей, оказался не просто удачной комедией положений. Он стал срезом эпохи, зеркалом, в котором отразились и советская серьёзность, и итальянская экспрессивность, и вечная человеческая тяга к приключениям и сокровищам. Спустя полвека картина не выглядит старушкой — она по-прежнему мчится на всех парах, разбрасывая вокруг себя искромётные реплики и заставляя зрителя улыбаться независимо от возраста и национальности. И пока мы помним фразы вроде «Глаза свои закрой и смотри!» или «У вас не работают, а митингуют!», жива и сама эта удивительная, безумная, рисковая история, снятая людьми, которые не побоялись ни долгов, ни львов, ни высоты разведённого моста. За что им — вечная благодарность и наша любовь.
Вторая серия моего фильма “Алтай. Ледник Актру и Алтайский Марс” – это не просто путешествие, это история о том, как природа и человек могут гармонично сосуществовать.
