Боевая работа дивизиона самоходных гаубиц «Мста-С» #1_танковой_армии ГВ «Запад»

САУ «Мста-С» – главный инструмент в системе контрбатарейной борьбы. Именно наши самоходные гаубицы наносят тот самый разящий внезапный ответный удар, уничтожающий артиллерийские системы противника.

Слаженная работа наших расчетов в рамках контрбатарейной борьбы, снижая артиллерийскую активность противника, обеспечивает условия для выполнения боевых задач танковыми и мотострелковыми подразделениями.

Били, бьём и будем бить врага!

Оперативный простор

После первого немецкого опыта встречи с новыми советскими танками, такими как средний танк Т-34 или тяжелый танк «КВ» во время операции «Барбаросса», немецкому командованию стала очевидна необходимость в истребителе танков, способном уничтожать эти более тяжело бронированные машины. В феврале 1942 года берлинская оружейная фирма Alkett спроектировала истребитель танков, используя недавно разработанное шасси Geschützwagen III/IV, которое, как следует из названия, использовало компоненты средних танков Panzer III и Panzer IV. В качестве вооружения была выбрана 8,8-см Panzerjägerkanone 43/1 L/71 (PaK 43/1) - длинноствольная противотанковая пушка, также использовавшаяся, как 8,8-см KwK 43, в качестве основного вооружения танка Tiger II. Интересно, что орудие имело углы горизонтальной и вертикальной наводки, как если бы оно было на своем лафете: 15° в каждую сторону и углы возвышения от -5° до +15°. Его снаряд с сердечником из карбида вольфрама, Pzgr. 40/43, был способен пробивать 190 мм катаной стальной брони под углом 30° на расстоянии 1 км. Начальная скорость бронебойного снаряда составляла 1130 м/с. Характеристики орудия позволяли «Хорниссе» пробивать лобовую броню любой боевой машины союзников и поражать вражеские подразделения, оставаясь вне досягаемости, благодаря сочетанию превосходных прицельных приспособлений, оптики и точности.

Бронирование боевого отделения было ограничено. Экранирование обеспечивало достаточную защиту экипажа от взрывов и стрелкового оружия, но не от бронебойных снарядов. Таким образом, как и серия Marder, машина предназначалась не для танковых боёв, а для обеспечения мобильности мощного противотанкового орудия. Эта модель была представлена на утверждение Адольфу Гитлеру в октябре 1942 года и поступила в производство в начале 1943 года. У неё было множество официальных обозначений, но наиболее известным из них стало Panzerjäger Hornisse (охотник на танки — шершень). В первой половине 1943 года в производство была введена новая модель «Хорниссе», отличавшаяся изменённым лобовым бронелистом водителя, а также другими незначительными изменениями. В 1944 году Гитлер переименовал её в «Насхорн», дословно - "Носорог".

Всего было произведено около 494 «Насхорнов», большинство из которых было построено в 1943 году. В январе 1944 года Гитлер одобрил производство более новой, полностью казематированной самоходной установки Jagdpanzer IV, которая имела гораздо более низкий силуэт, более толстую лобовую броню (60-мм лобовой лист) и эффективное, хотя и менее мощное 7,5-см орудие. Хотя эта машина по-прежнему в первую очередь использовалась как засадное орудие, она лучше подходила для танковых боёв. Производство «Насхорна» продолжалось до 1945 года, хотя и медленными темпами.

В 1943 году было сформировано 6 танко-истребительных дивизионов Sd.Kfz.164, имевших, согласно штата, по 45 САУ в каждой отдельной части. Остальные машины использовались для пополнения естественной убыли, а в отдельных случаях применялись и в других соединениях и частях. По прибытии на советско-германский фронт, 560-й дивизион истребителей танков, расположившийся в районе населенных пунктов Южный и Ясный, сразу стали готовить к участию в операции «Цитадель». Первоначально эту часть включили в состав 24-го танкового корпуса, командир которого, генерал танковых войск Нериш, лично взял под контроль подготовку дивизиона и оказывал всю возможную помощь. Расчеты САУ Хорниссе упорно тренировались, но их подготовка продолжала оставаться на низком уровне. Особые трудности у наводчиков вызывали телескопические прицелы для стрельбы по закрытым целям. Тем не менее, 560-й тяжелый дивизион истребителей танков участвовал в операции «Цитадель» в составе 42-го армейского корпуса и даже не потерял ни одной самоходки безвозвратно. Батареи дивизиона поддерживали действия 39-й, 161-й и 282-й пехотных дивизий вермахта.

Но уже в августе боевые потери 560 отдельного дивизиона составили 14 машин. Из них несколько САУ в качестве трофеев достались советским войскам. К концу 1943 года, по данным штаба 560 дивизиона, экипажи самоходок части за всё время боевой деятельности уничтожили 251 танк противника. Автор книги считает эти данные завышенными, так как немецкая система учёта потерь противника провоцировала германские штабные органы к преувеличению собственных успехов.

4 февраля 1944 года дивизион получил приказ максимально быстро отойти в тыл, откуда его могли бы перебросить в Милау для перевооружения новыми САУ "Ягдпантера". Согласно рапорта от 1 марта 1944 года, боевые потери части за период действия в составе 57-го танкового корпуса оставили 16 самоходок Хорниссе. В конце апреля 560-й дивизион был полностью перевооружен истребителями танков Ягдпантера.

В оборонительных боях восточнее Орла с 11 по 27 июля 1943 года принимала участие 521-я батарея 655-го дивизиона истребителей танков. За две недели боев самоходками были уничтожены 1 танк КВ-2, 19 танков КВ, 1 танк американского производства М3 Ли, 30 танков Т-34, 1 танк Т-50, 5 танков Т-70, 1 реактивная система залпового огня на гусеничном шасси, 3 грузовика, 1 танк Матильда выведен из строя. Немецкие потери материальной части составили два истребителя танков Хорниссе, один Маультир и Sd.Kfz.1. Убиты один командир машины и один наводчик. Еще один командир машины пропал без вести. Ранены два офицера, шесть унтер-офицеров и 20 бойцов.

Для самоходных орудий типа Хорниссе наиболее эффективным в бою был следующий тактический приём. САУ должна действовать из-за маскированных укрытий, отражая наступление танков противника. 11 и 12 июля предполагалось делать прямо противоположное. Удачным примером послужил бой, проведенный одним взводом самоходных орудий 521-й батареи.

13 июля 1943 года. Тогда, с хорошо замаскированной позицией, взвод Хорниссе подбил без потерь со своей стороны 12 танков КВ и 4 Т-34, невзирая на то, что атака советских войск поддерживалась атаками с воздуха.

Когда неподвижные танки противника использовались в качестве артиллерийских огневых точек, успеха можно было добиться только после выполнения самой тщательной разведки в пешем порядке и только внезапной стрельбой с короткой дистанции, на которую самоходное орудие Хорниссе выходило скрытно. После проведения скоростного огневого налета самоходка вновь пряталась в укрытие. Еще одним примером таких действий являлся бой, проведенный батареей 23 июля.

В момент крайне опасного продвижения танков и пехоты противника во фланг и тыл гренадерского полка Батарея спустилась в ложбину и после выполнения пешей разведки заняла огневые позиции, с которых подбило по одному танку КВ и Т-34. Таким образом продвижение советских войск удалось на время приостановить. В процессе боевого применения выяснилось, что непосредственно в бою командир боевой машины больше времени проводит на ногах, вне самоходки, а не внутри боевого отделения. Командиру самоходки следует увидеть и оценить место раньше механика водителя, тогда он сможет указать оптимальный путь к наиболее удачной огневой позиции. При этом командиру следует поддерживать визуальный и акустический контакт с членами экипажа, которые остались в боевой машине.

13 июля батарея провела бой с группой из 25-30 советских танков, которые поддерживали атаку пехоты на германские позиции. В целом стрельба русских танков не отличалась высокой точностью. В то же время организация взаимодействия танков, авиации и артиллерии противника заслуживала уважения. Атака была отражена действиями замаскированных позиций, а результат достигнут точной стрельбой. Если бы советским танкам удалось приблизиться на более близкое расстояние, то Хорниссам с их слабым бронированием и большой высотой рубки не поздоровилось бы.

По этой же причине экипажи САУ Sd.Kfz.164 в местах сосредоточения, ночевок, отдыха и других, как правило, сразу приступали к сооружению капониров и укрытий, способных спрятать высоченную рубку САУ. 88-мм арт-система ПАК-43/1 в боях зарекомендовала себя великолепно. Точный прицельный огонь был возможен даже с большой дистанции. Бронепробиваемость достаточна для поражения танка Т-34 выстрелом с дистанции 4200 метров, но вести стрельбу с такого расстояния не рекомендовалось из-за высокого расхода боеприпасов.

Юстировка прицелов сбивалась в ходе длительных маршей. Экипажи юстировали прицелы непосредственно перед боем. Орудие обладало очень высокой точностью при стрельбе на дистанции до 2000 метров. Танки поражались на дистанциях от 150 до 3000 метров, а при попадании в борт и другие уязвимые места до 4000. В случае сильного бокового ветра при прицеливании необходимо было учитывать поправку на ветер.

Бронепробиваемость боеприпаса Panzer Grenade 39/1 была вполне достаточна на всех дистанциях практической стрельбы по танкам и позволяла выводить из строя бронетехнику противника любого типа. При попадании снаряда в танк образуется факел пламени высотой до 3 метров. Отмечен случай, когда выпущенный с дистанции 400 метров по танку Т-34 снаряд выбил из танка двигатель и отбросил его на 5 метров, а башня 34-ки также была сорвана с корпуса и отброшена на 15 метров.

После отвода 521-й батареи с фронта 655-й дивизион перебросили в район Минска. Рапорт о прибытии дивизиона в город датирован 12 августа 1943 года. Далее он участвовал в боях на советско-германском фронте. 19 августа 1944 года 655-й дивизион отправили в Милау для перевооружения Ягдпантерами. 525-й дивизион был направлен в северную Италию, где должен был воспрепятствовать высадке войск антигитлеровской коалиции. С 18 января 1944 года участвовал в непрерывных боях в районе Кассино и под Неттуно. Четыре самоходки Хорниссе были выведены из строя прямыми попаданиями снарядов. Еще три получили повреждения. На ремонт ушло более двух недель.

В отчете о действиях бронетанковых и механизированных войск 28-й армии 4-го Украинского фронта с 1 по 30 ноября 1943 года упоминается о действиях 93-го тяжелого танко-истребительного дивизиона. Общее количество бронетанковой техники противника оценивалось нашей армейской разведкой в 100 танков и 18 САУ. 28-й армии для усиления были приданы две отдельные бронетанковые части. 34-й гвардейский тяжелый танковый полк Прорыва, 20 тяжелых танков КВ-85 и 40-й тяжелый самоходно-артиллерийский полк, 9 тяжелых САУ СУ-152. Бои шли 3 дня. В первый день оба наших полка в двухэшелонном порядке атаковали противника. Хорниссе и танки врага подбили шесть КВ-85. Все оставлены на захваченной немцами территории. И шесть самоходных орудий СУ-152. Одна из самоходок сгорела. Во второй день боев немецкие танки и САУ контратаковали наши позиции. Силами обоих полков вражеское наступление было отражено. Противник потерял две САУ Хорниссе и три танка. На третий день наши танкисты снова перешли в наступление, но успеха не добились. Два танка КВ-85 были подбиты, один сгорел. 23 ноября оба советских полка были отведены в резерв на ремонт и восстановление матчасти.

В мясорубке позиционных боев таяли силы И-93 тяжелого танко-истребительного дивизиона. На восполнение потерь 13 ноября 1943 года эта часть получила 5 САУ, 30 января 1944 года 10 САУ, еще 5 - 3 мая, а 10 последних САУ - 1 августа 1944 года. Дивизион получил приказ вернуться к месту постоянного базирования с фронта для перевооружения на Ягдпантеры и штурмовые орудия. Однако до 7 октября эта часть на базу еще не прибыла. На 2 ноября дивизион находился в Постдаме.

21 февраля 1945 года все исправные самоходки Насхорн, уцелевшие в боях и оставшиеся после переформирования 93 и 525 дивизионов, сконцентрировали в специально созданной 93-й тяжелой танко-истребительной батарее, которая продолжала боевые действия на территории Германии. 519-й тяжёлый танко-истребительный дивизион вёл боевые действия в составе 3-й танковой армии около месяца с 19 декабря 1943 года по 24 февраля 1944 года. За этот период силами дивизиона, по немецким данным, удалось вывести из строя 290 советских танков ценой потери 6-ти истребителей танков Хорниссе. Четыре из которых пришлось подорвать собственным экипажем ввиду отсутствия тягачей. В отдельных случаях, особенно в конце войны, единичные САУ Хорниссе или Насхорн передавались в самые разнообразные танковые и истребительно-противотанковые соединения.

И в заключении перечислю наиболее известные победы, одержанные на САУ СД КФЗ-164. 23 декабря 1943 года капитан Альберт Эрнст, командир первой батареи 519 дивизиона, в боях под Витебском подбил 24 танка Т-34-76, за что 22 января 1944 года получил рыцарский крест. В марте 1945 года в районе Марцдорфа обер-лейтенант Бэкмен из 88-го дивизиона с дистанцией 4600 метров подбил советский тяжелый танк ИС-2. Также в марте 1945 года личным составом 2-й батареи 93-го дивизиона на Западном фронте был подбит тяжелый американский танк М26 Першинг.

Насхорн родился как 'временный' Шершень в 1942-м, но его 88-мм 'клыки' рвали лобовую броню любого союзного танка с километров! Дешёвый, шустрый и смертоносный — он пережил множество боёв и сеял хаос до последних дней Рейха. Тактический гений или отчаянный патч? Решайте в комментах!

Боевая работа самоходной гаубицы 2С19 «Мста-С» #25_армии ГВ «Запад»

Нашими артиллеристами на Красно-Лиманском направлении применяется тактика коротких, но эффективных огневых налетов. Благодаря высокой проходимости, подвижности и скорости подготовки к боевой работе, «Мста-С» может быстро выдвигаться из укрытий, поражать цель с нескольких выстрелов и тут же уходить из-под ответного огня.

По словам «Шакро», наводчика орудия, гаубицы ведут огонь по скоплениям живой силы и техники и по опорным пунктам противника. Мощность 152-мм САУ «Мста-С» заставляет врага в панике, беспорядочно отступать.

Царь-гаубица в руках богов войны – идеальное лекарство от нацизма

История создания

История «Фердинанда» началась в 1941 году, когда Германия активно разрабатывала тяжёлые танки для противостояния советским машинам, таким как КВ-1 и Т-34. В это время два конструкторских бюро - «Порше» и «Хеншель» - конкурировали за контракт на создание нового тяжёлого танка, известного как «Тигр». Фердинанд Порше предложил проект танка VK 4501 (P), или «Тигр» (P). Его машина отличалась новаторской электромеханической трансмиссией, где два бензиновых двигателя вращали генераторы, питавшие электромоторы. Это упрощало управление, но делало танк сложным в производстве и обслуживании.

Однако в июне 1942 года военное руководство Германии выбрало танк «Хеншель» - будущий «Тигр I» - из-за его большей надёжности и простоты производства. У Порше осталось около 90 шасси VK 4501 (P), которые не пошли в серию. Чтобы не терять ресурсы, Гитлер лично распорядился переработать их в тяжёлые противотанковые САУ. Проект возглавила фирма «Алкетт», а сборка проводилась на заводе «Нибелунгенверке». Работы начались в январе 1943 года. К апрелю-маю 1943 года была построена 91 машина, которые отправились на фронт.

Технические особенности и уникальность

«Фердинанд» был уникальной машиной своего времени, сочетая передовые инженерные решения и явные недостатки. Он был одной из самых защищённых машин Второй мировой войны. Лобовая броня корпуса достигала 200 мм (100 мм основная плита плюс 100 мм дополнительная), что делало САУ практически неуязвимой для большинства советских противотанковых орудий на дистанциях свыше 500 метров. Борта и корма имели броню толщиной 80 мм, а рубка — до 200 мм в лобовой проекции. Это обеспечивало исключительную живучесть, но увеличивало массу до 65 тонн, что создавало нагрузку на ходовую часть и двигатели.

Главным оружием «Фердинанда» была 88-мм пушка Pak 43/2 с длиной ствола 71 калибр. Это была одна из самых мощных противотанковых пушек своего времени, способная пробивать броню любого советского танка на дистанции до 2 км. Боекомплект составлял 50–55 выстрелов. Однако изначально САУ не имела пулемёта, что делало её уязвимой для пехоты в ближнем бою. После первых боёв в 1943 году на модернизированные машины (уже под названием «Элефант») начали устанавливать курсовой пулемёт MG-34.

Одной из самых уникальных особенностей «Фердинанда» была его электромеханическая трансмиссия. Два карбюраторных двигателя «Майбах» HL 120TRM мощностью по 265 л.с. вращали генераторы, которые питали два электромотора, приводящих в движение гусеницы. Эта система обеспечивала плавное управление и высокую надёжность в теории, но на практике была сложной в обслуживании, особенно в полевых условиях. Трансмиссия часто перегревалась, а ремонт требовал квалифицированных специалистов.

Подвеска «Фердинанда» была торсионной, что обеспечивало неплохую плавность хода для такой тяжёлой машины. Однако максимальная скорость составляла всего 35 км/ч по шоссе и 10-15 км/ч по пересечённой местности. Запас хода был около 150 км по шоссе и 90 км по бездорожью. Удельное давление на грунт (1,2 кг/см²) делало САУ склонной к застреванию на мягких почвах, что стало проблемой в боях.

Компоновка «Фердинанда» была необычной: боевое отделение находилось в корме, двигатели — в середине, а механик-водитель и радист — в передней части корпуса. Это разделяло экипаж (6 человек), затрудняя взаимодействие. Боевое отделение было просторным, что облегчало работу наводчика, заряжающего и командира, но отсутствие прямой связи с водителем создавало сложности в бою.

Уникальность «Фердинанда» заключалась в сочетании мощной брони, убойной пушки и новаторской трансмиссии. Однако эти преимущества омрачались сложностью конструкции, низкой мобильностью и уязвимостью к пехоте из-за отсутствия пулемёта в ранних версиях.

Боевое применение

По состоянию на июль 1943 года 89 «Фердинандов» находились в составе 653-го и 654-го тяжёлых противотанковых батальонов. Согласно плану операции «Цитадель», все САУ этого типа должны были быть использованы для атак против советских войск, оборонявших северный фас Курской дуги. Тяжёлым САУ, малоуязвимым для огня штатных противотанковых средств, отводилась роль бронированного тарана, который должен был пробить хорошо подготовленную глубокоэшелонированную советскую оборону.

Первые упоминания об участии в боях новых немецких САУ относятся к 8 июля 1943 года. Массированное применение «Фердинандов» немцами началось 9 июля в районе станции Поныри. Для штурма мощной советской обороны в этом направлении немецкое командование создало ударную группу в составе 654-го батальона «Фердинандов», 505-го батальона «Тигров», 216-го дивизиона штурмовых орудий «Бруммбар» и некоторых других подразделений танков и САУ. 9 июля ударная группа прорвалась через совхоз «1 Мая», однако понесла потери на минных полях и от огня противотанковой артиллерии. 10 июля стал днём наиболее ожесточённых атак под Понырями, немецким САУ удалось выйти к окраинам станции. По немецкой бронетехнике вёлся массированный огонь артиллерией всех калибров, включая 203-мм гаубицы Б-4, в результате чего многие САУ, пытаясь маневрировать, вышли за пределы разминированных проходов и подорвались на минах и фугасах. 11 июля ударная группа была сильно ослаблена передислокацией 505-го батальона «Тигров» и других частей, интенсивность атак «Фердинандов» существенно снизилась. Немцы отказались от попыток прорыва советской обороны, 12 и 13 июля занимаясь попытками эвакуации подбитой бронетехники. Но эвакуировать подбитые «Фердинанды» немцам не удалось, вследствие их большой массы и отсутствия достаточно мощных ремонтно-эвакуационных средств. 14 июля, не выдержав атаки советских войск, немцы отошли потеряв 21 «Фердинанд», подорвав часть не подлежавшей эвакуации техники.

Другое соединение тяжёлых САУ (653-й батальон), действовало в районе посёлка Тёплое 9—12 июля. Бои здесь отличались меньшей интенсивностью, потери немецких войск составили 8 «Фердинандов». В дальнейшем, в ходе отступления немецких войск в июле — августе 1943 года, периодически происходили бои небольших групп «Фердинандов» с советскими войсками. Последние из них произошли на подступах к Орлу, где советским войскам в качестве трофеев достались несколько подготовленных к эвакуации повреждённых «Фердинандов». В середине августа оставшиеся боеспособными САУ немцы перебросили в районы Житомира и Днепропетровска, где часть из них встала на текущий ремонт — замену орудий, прицельных приспособлений и ремонт броневых листов. К 1 сентября 1943 года в составе батальонов оставалось только 50 установок, а 39 были потеряны безвозвратно. Из четырёх обследованных машин, оставленных немецкими войсками у посёлка Тёплое, у двух была повреждена ходовая часть, одна была выведена из строя огнём 152-мм орудий (был сдвинут лобовой лист корпуса, но броня пробита не была), и одна застряла на участке с песчаным грунтом (экипаж взят в плен).Экипажи Фердинандов заявили об уничтожении 502 единиц советской бронетехники.

В январе 1944 года 1-я рота 653-го батальона в составе 11 «Элефантов» (модернизированных «Фердинандов»), одной ремонтно-эвакуационной машины также на базе шасси танка Tiger (P) и двух транспортёров боеприпасов была переброшена в Италию для противодействия наступлению англо-американских войск. Тяжёлые САУ участвовали в боях под Неттуно, Анцио, Римом. Несмотря на господство авиации союзников и сложный рельеф местности, рота зарекомендовала себя с самой лучшей стороны. Так, по немецким данным, только 30—31 марта в предместьях Рима две САУ в течение 10 часов вели бой с 50 американскими танками, уничтожив более 30 из них и не понеся собственных потерь. 26 июня 1944 года в роте оставалось два боеспособных «Элефанта» и один находился в ремонте. Остатки роты продолжали сражаться под Сан-Касино и Флоренцией и в июле. Лишь 8 августа уцелевшие 3 «Элефанта» и один «Берге-Элефант» были погружены на платформы и отправлены в Вену, а затем в Польшу на соединение с 653-м батальоном.

Две оставшиеся роты САУ в апреле 1944 года были переброшены на Восточный фронт, в район Тернополя. Кроме 31 «Элефанта», в составе рот имелись две ремонтно-эвакуационные машины на базе шасси танка Tiger (Р) и одна — на базе танка «Пантера», а также три транспортёра боеприпасов. В тяжёлых боях конца апреля роты понесли потери — было выведено из строя 14 машин; впрочем, 11 из них были быстро восстановлены.

В июле началось крупномасштабное наступление советских войск, и обе роты «Элефантов» были втянуты в тяжёлые бои. 18 июля они были брошены без разведки и подготовки на помощь 9-й дивизии СС «Гогенштауфен» и понесли большие потери от огня советской противотанковой и самоходной артиллерии. Батальон потерял более половины машин, причём значительная их часть подлежала восстановлению, однако, поскольку поле боя осталось за советскими войсками, повреждённые самоходки были уничтожены своими же экипажами. К 1 августа 60 % матчасти батальона было потеряно. Из боевой техники в строю остались лишь 12 самоходок. 3 августа остатки батальона были переброшены к Кракову. Установки свели во 2-ю роту и, после восстановления и получения 2 вернувшихся из Италии машин, 19 сентября придали 17-й армии.

Понёсший тяжёлые потери от советских войск 653-й батальон с октября 1944 года стал получать новые САУ «Ягдтигр», а 2-ю роту «Элефантов»15 декабря переименовали в отдельную 614-ю тяжёлую самоходную танко-истребительную роту. В конце декабря роту передали в состав 4-й танковой армии. 12 января рота вступила в бой под Кельце против войск 1-го Украинского фронта. Здесь они столкнулись с тяжелыми танками ИС-2. По состоянию на 30 января в роте числилось четыре «Элефанта». 25 февраля 1945 года роту перебросили к Вюнсдорфу для усиления противотанковой обороны немецких частей.

Последние бои «Элефанты» провели в Вюнсдорфе, Цоссене (потеряны 2 установки) и Берлине (потеряны 2 установки). Кроме того на 31 марта 1945 года одна машина числилась в танковой роте «Куммерсдорф».

Судьба трофейных САУ в СССР

В Советском Союзе в разное время имелось не менее восьми трофейных комплектных «Фердинандов». Их тщательно исследовали и подвергали экспериментальным обстрелам из всех образцов танкового и противотанкового артиллерийского вооружения для определения эффективных способов борьбы с ними. Одна машина была расстреляна под Понырями в июле - августе 1943 года при испытании её брони.

Ещё одна - расстреляна осенью 1944 года при испытании новых образцов вооружения. В конце 1945 года в распоряжении различных организаций имелось шесть САУ. Они использовались для проведения различных испытаний, часть машин была в итоге разобрана с целью изучения конструкции. В итоге все они, кроме одной, были сданы на лом, как и все машины, захваченные в сильно повреждённом состоянии.

Мифы о «Фердинандах»

Миф о названии «Фердинанда» утверждает, что «настоящим» названием САУ был «Элефант». Миф связан с тем, что в западной литературе эта САУ известна в основном именно под этим названием. На самом деле, оба названия являются официальными, однако правильно следует называть «Фердинандами» машины до модернизации конца 43 - начала 44 годов, а «Элефантами» - после. Основные внешние определяющие отличия - на «Элефантах» установлены курсовой пулемёт, командирская башенка, усовершенствованы приборы наблюдения.

Существует также миф о том, что основным средством борьбы с этой САУ были тяжёлые буксируемые и особенно самоходные орудия — А-19, МЛ-20, СУ-152, а также авиация. На самом деле основным средством борьбы с «Фердинандами» на Курской дуге стали мины, гранаты, а также полевая артиллерия, ведущая огонь по ходовой части.

Еще один миф утверждает, что на Восточном фронте «Фердинанды» использовались лишь один или два раза, под Курском, а затем все были переброшены в Италию. На самом деле в Италии действовала лишь одна рота из 11 САУ, остальные машины весьма активно воевали в 1943-1944 годах на Украине. Тем не менее, единственным по-настоящему массированным применением «Фердинандов» остаётся битва на Курской дуге.

Источником мифа о многочисленности Фердинандов является мемуарная литература, а также и ряд документов времён войны. По подсчётам историка Михаила Свирина, в мемуарной литературе рассказывается более чем о 800 «Фердинандах», якобы участвовавших в боях на самых различных участках фронта. Возникновение мифа связано с широкой известностью этой САУ в Красной армии (в связи с выпуском широким тиражом специальных памяток, посвящённых методам борьбы с данной машиной) и плохой осведомлённостью личного состава о других САУ вермахта - «Фердинандом» назывались практически все немецкие САУ, особенно достаточно крупных размеров и имевшие заднее расположение боевого отделения - Насхорн, Хуммель, Мардер II и Веспе.

«Фердинанд» стал символом инженерного гения и тактических просчётов, оставив яркий след в истории Второй мировой войны. Его мощь и броня впечатляли, но сложность конструкции и уязвимость определили его судьбу. Как вы думаете, а что если Фердинандов было бы больше? Это смогло бы изменить исход Курской битвы? Напишите об этом в комментариях.