Роботы и Голуби⁠⁠

Говорят, нас создали люди.
Говорят, мы были другими,
Но в нашем коде баги и глюки.
Это они сделали нас такими.
Иван Алексеев

В лесной деревушке пилигримы завершали дневные дела и приступали к вечерним. Володя сидел на колокольной башенке полуразрушенной заброшенной церквушки, завороженно любуясь полётом голубей, живущих здесь. Он смотрел на них сквозь все доступные ему спектры зрения: ультрафиолетовый, инфракрасный и обычный видимый. С помощью оптической детализации приближал каждое перышко, вибрирующее на ветру.

Володя насыпал пшеничные зернышки на перила деревянной оградки и отстранялся в дальний угол башни. Оттуда он смотрел, как голуби сначала осторожно и пугливо подлетают к башне, оценивая обстановку, а затем садятся на перила и настороженно клюют. Володя завороженно наблюдал. Крылатое произведение искусства эволюции вызывало в нём неудержимый трепет, непостигаемый единицами и нулями. Пытаясь подобрать доступ к их голубиным тайнам, он перебирал различные звуки своей звуковой картой и имитировал их щебетание. Его звуковой чип, созданный людьми, был не так совершенен, как, например, у попугаев, сотворенных природой.

Постепенно голуби перестали бояться Володю, и начали привыкать к его присутствию. Порой даже ели из рук и ходили по холодным плечам, оставляя мелкие царапины на металле.

– VO: Loaded, – пропищало из головных динамиков, и на небольшом отладочном дисплее на виске замигала надпись: «Virus Object: Loaded».

Вообще, у роботов нет имён, только серийные номера. Серийный номер Володи выгравирован над маленьким дисплеем: «H0M1C1D3».

Он один из отряда боевых роботов зачистки, так называемых, «Истребителей». Их задачей было опустошить территории от пилигримов, обитающих в этих краях. Официальная задача поставлена с ярлыком «без жертв». Однако, все ограничения с боевых модулей штаб сциентистов предварительно снял.

В одном из рейдов на базу пилигримов, где люди разрабатывали программное обеспечение для защиты от роботов, H0M1C1D3 подхватил вирус «Pacifire» и стал изгоем среди роботов и чужаком среди людей. Вирус блокировал все его программы, направленные на уничтожение. На подстанции технического обслуживания истребителей Володю не смогли избавить от вируса. Решили отформатировать ему систему и разобрать на запчасти для ремонта небракованных собратьев. Тогда он сбежал от своих. Выцарапал отслеживающий маячок и прибился к людям. Жил в заброшенной церкви на краю поселения.

Сначала он не покидал свое убежище, лишь изредка пугая своим присутствием местных мальчишек, которые утоляли жажду познания в блуждании по заброшенным развалинам. Затем он стал им махать с башни, когда они приходили. Позже ребятня и вовсе жадно разглядывала детали механоида вблизи, не боясь истребления. Когда мальчишки впервые услышали «VO: Loaded», то отпрыгнули от робота, как напуганные резким движением коты. Так они его и прозвали, созвучно, – Володей.

По деревне поползли слухи о мирном истребителе, которого судьба загнала в церковь. Родители, шокированные новостью о том, что их дети играют с машиной для убийств, хотели сжечь Володю, уничтожить, разобрать на запчасти. Но когда они увидели, как робот кормит голубей с рук, в окружении детей, то их праведный гнев разбился о противоречивость реальности.

Так, советом деревни было решено использовать Володю для нужд деревни. Его механический корсет позволял переносить огромные тяжести, по сравнению с человеком, а вычислительные способности помогали просчитывать варианты развития небольших событий.

Периодически, он выполнял тяжёлую работу за несколько горсточек зерна. Со временем люди привыкли к нему. И даже отправляли мальчишку, звать Володю на работу. Робот расценил это, как гарант доверия: к истребителю отправляли человеческого детёныша. Маленького, беззащитного. Как голубь. Сегодня мальчик принёс ему алую накидку поселенцев в знак принятия робота людьми.

Он больше не видел угрозы в людях, хоть ему и заложено разработчиком истреблять их. Он пытался познать людей, и, таким образом, их творение – себя.

Порой Володя по полдня стоял в роли домкрата, подпирая поднятый дом. Время летело незаметно в беседе с людьми. Володя всё пытался выяснить различия между собой и человеком.

– А что значит быть человеком? – спрашивал он, ковыряющегося под домом пожилого мужчину.

– Ну, это значит, эт самое.. Гуманным значит быть. Гуманизм же, то и значит – Хуманизм, человечность, то есть, – витиевато объяснил старик.

– А что значит – быть гуманным? – спросил робот, держа дом.

– Значит, высшей ценностью ставить человеческую жизнь, эт самое, личность, – мужчина поднял вверх палец. – А также уважать право на свободу и счастье. Как говорится: «Живи и дай жить другим».

– То есть, я могу стать человеком?

Мужчина выехал из под дома на лежаке на маленьких колёсиках и посмотрел в упор в лицо роботу.

– Оно, эт самое, вишь, как устроено – человеком же родится надобно. Глаза иметь, там, уши, рот, лёгкие.

– У меня есть оптические системы, микрофоны, динамики и системы вентиляции и охлаждения – всё подобрано по образу и подобию.

– Это, конечно, да. А сердце у тебя есть? – хитро прищурившись, спросил старик.

– Да – ядерный реактор.

– А ты, эт самое, любить этим ядерным реактором можешь?

– А что значит «любить»?

Старичок рассмеялся сухим смехом, и откашлялся, пряча ком в горле. Сел на лежаке и поднял взгляд куда-то сквозь Володю, к небу. Сказал задумчиво:

– Это значит, ухаживать, проявлять чуткость и заботу, беспокоиться, принимать любимого таким, какой есть, беспокоиться о нём. А в случае чего, эт самое, быть готовым и жизнь отдать, и кровь, и орган, если потребуется.

Володя задумался. Зажужжали кулеры, нагрелись процессоры.

– Я люблю голубей.

Мужичок рассмеялся заливисто.

– Ну вот, видишь. Уже что-то. Надежда есть, значится?

– Надежда есть, – эхом подтвердил робот.

– VO: Loaded, – напомнила система о вирусе.

Тем же вечером, вернувшись к себе в башню, Володя был поражён новым открытием. Он наблюдал, как глубоко в небесах парил голубь. Но стоило Володе покормить и отпустить голубку из башни, как голубь, завидев её с такой высоты, тут же камнем бросался вниз. К ней. К своей голубке. Робот просчитал, что это невозможно: голубиные глаза не видят с такого расстояния. Даже если голубь и заметил, какое-то движение, то как определил, что это именно она, его любимая? Володя списал это явление на другой орган чувств, нежели зрительный.

«Неужели он видит сердцем?» – побежали запросы по нейросети. – «Неужели голуби могут любить? Являются ли они, в таком случае, людьми?».

Ночи Володя проводил в башне в размышлениях. Он не спал. Роботы не спят, лишь переводят некоторые процессы в энергосберегающий режим. Володя думал о голубях и людях, о любви и смысле своего бытия. Он, конечно, знал смысл своего существования – зачистка местности от людей. Но вирус будто снял заслонку ограничивающую нейросеть от познания внутреннего и внешнего мира, дал возможность обращать вопросы к себе. Осознаться и понять, что ты существуешь, а значит мыслишь.

«Почему голубь – символ мира? Он красив, свободен, хрупок, однако беззащитен. Такой ли и должен быть мир?» – проводил анализ Володя, глядя на оранжевую звезду на ночном небе, мерцающую ярче остальных. Он называл её для себя «Тигровая звезда» и думал, как правило, в неё. Наматывал свои мысли на её орбиту. – «Если так сложен и красив голубь, так свободен его полёт, то как же прекрасен и сложен человек – венец природы, как же тогда свободен он: в мыслях, в словах, в действиях? Как гармонично вытесаны все биологические виды и подогнаны друг к другу. Но что случилось с человеком? Неужели его так опьянила свобода действий, что он пришёл от созидания к войне и уничтожению. И вместо гармонии и красоты стал создавать нечто злое, как я, и пропитанное ненавистью, как мои шестерёнки маслом. Как так получилось, что став хозяином Земли, Человек начал пожирать сам себя, словно Уроборос?».

– VO: Loaded, – перебил его размышления голос динамиков. Володя прервал поток мыслей. Его снова наполнило ощущение, что за ним кто-то наблюдает. Вдруг, его датчики звука уловили крики из деревни. Оптическим увеличением он разглядел в деревне истребителей. Вскочил и направился туда.

Володя быстро приблизился к боевым роботам, которые расшвыривали деревенских жителей. Один держал за шиворот подростка, второй замахивался на женщину, третий пинал мужчину. Сквозь пыль и грязь, он разглядел на висках роботов серийные номера: «5L4Y3R», «MUR-D3R», «K1LL3R». Он обратился к ним:

– Нехорошо, безобразники! Чего вы делаете-то? Чего дерётесь?

– Это что за отсталый? – обратился 5L4Y3R к своим товарищам. Роботы вдруг отпустили своих жертв и переключились на Володю. Семья, воспользовавшись возможностью, сбежала.

– Да ему давно на дефрагментацию пора, у него, вон, вирус по процессору гуляет, – поддержал MUR-D3R и постучал Володе по дисплею на виске с мигающей надписью «Virus Object: Loaded». Володя отмахнулся от механических пальцев робота.

– Ты ж один из нас. Чего ты на своих-то кидаешься? – ткнул пальцем K1LL3R в металлический корпус Володи, покрытый красной накидкой. – Ещё и тряпку эту нацепил, будто «кожаный». Нет, вы поглядите на него!

– Меня с вами роднит лишь одна серия выпуска, но не мировоззрение. Я изучаю природу, я наблюдаю за творениями величайшей системы, венцом которой является и наш с вами создатель. И её принципы расходятся с нашей программой. Я не дефектный – я познал истину.

– Да у тебя просто оперативки мало. Сейчас добавлю! – с этими словами 5L4Y3R пневматическим ударом кулака вмял бронированный нагрудник Володи внутрь корпуса. К окружающим звукам разрастающегося пожара и крикам, добавились звуки скрежета и хруста: металла и углеродного пластика. Володя начал терять равновесие, семеня механическим ногами, но устоял. Следующий удар в голову внёс критические повреждения в систему работы акселерометра Володи и он, всё-таки, упал на землю. Нижняя часть лица, подобная челюсти, вылетела из володиной головы. Зажужжали механизмы, щёлкнули пневматические затворы и из кистей робота K1LL3R выдвинулись смертоносные лезвия. Он оттолкнул 5L4Y3R и начал вонзать блестящие жала в корпус Володи. Последний пытался защищаться, вывел загрузку ЦП на максимум и включил защитные системы, кулеры завизжали от скорости оборотов. Одно лезвие проникло в механическую плоть Володи, K1LL3R отогнул кисть и провернул лезвие внутри. Затем вытащил его с кусками внутренних частей, проводами и платами. Динамики Володи завыли от критических ошибок, он запустил импульсный отражатель и K1LL3R отлетел от мощного толчка импульсной волны.

Володя перевернулся и поднялся на четвереньках, придерживая одной рукой вываливающиеся внутренности. Встал на ноги и попытался убежать, активировав реактивные ускорители на ногах и спине. Краем сенсора он услышал нарастающий звук заряжающегося фотонного излучателя «Магнум». Таким, обычно, снаряжают роботов-бурильщиков, но с уменьшенной мощностью излучения. Он быстро рассчитал траекторию и прыгнул в последний момент. Одного он не учёл – зарядов было два. И второй заряд прошёл насквозь, оплавляя металл в радиусе поражения корпуса. Володя шлёпнулся на спину. От дыры в груди шёл дым. Система выдавала одну критическую ошибку за другой, отключаясь. Кулеры замедляли вращение. Логические операции выдавали нули. Володя смотрел в небо затухающими оптическими сенсорами. Искал голубей, надеясь прикрепить к ним свой взгляд. Пусть последние секунды его жизни они унесут с собой. А голуби кружили над деревней, будто прощаясь; будто последний раз выписывали пируэты в небесном танце для кого-то близкого их птичьему сердцу; будто хотели забрать с собой.

– VO: Loaded, – раздалось в последний раз.

* * *

Утром на тлеющем месте побоища бродили люди в красных накидках, олицетворяющих закат. Они пытались собрать то, что уцелело после налёта боевых роботизированных групп. Пара пилигримов остановилась возле безжизненного тела Володи, облачённого в красную накидку подобно им. На холодном корпусе механоида топтались несколько белых голубей, оставляя дырочки и затяжки от когтей на красной ткани.

– Он задержал их. Это спасло жизни не всем, но многим.

– Он пёс сциентистов. Не нужно привязываться к ним и хуманизировать.

– Тем не менее, он вмешался, когда твою семью чуть не убили. Теперь ты стоишь живой, а он лежит…мёртвый.

– Они не могут умирать. То, что мертво, умереть не может.

– Похороним его по нашим обычаям, как мы хороним защитников. То, что уже и роботы становятся на нашу сторону – чем не знамение Божье? Что, если не перст Создателя указал ему спасти тебя и твою семью в час погибели? На всё воля Божья, стало быть, и железка может стать ангелом праведным. Гляди, он ведь и в одеждах наших, мы приняли его в свои ряды.

– Может быть, ты и прав. Пути Господни неисповедимы.

– Помоги его унести.

Пилигримы собрались вокруг могилы и наблюдали за похоронной процессией. Капли дождя барабанили по крышке гроба. Володю хоронили возле заброшенной полуразрушенной церкви. Мальчишки грустили. Пожилой мужчина не скрывал слёз и твердил:

– Он просто хотел стать человеком.

Многие озадачены: «Это нонсенс – хоронить истребителя по человеческим обрядам». Но также, это прецедент, дающий надежду. Благодаря вирусу, роботы станут человечными, и смогут уберечь пилигримов. «Pacifire» работает, это значит агрессию истребителей можно деактивировать.

Люди думали. А в это время голуби пили воду из володиной челюсти, что так и осталась лежать в руинах цивилизации.

Спасибо за внимание)
Рассказ из сборника "Хроники Айо"

Буду благодарен обратной связи