Про доверие детей⁠⁠

Уже почти забил на написание этой истории, но тут в одном комменте мне расписали, что хреновые мы родители, ну я и решил вспомнить историю двухлетней давности.

Много лет назад я привёз себе в Петербург из Сибирей комплект готовой семьи, а именно: жену и двух девчонок школьного возраста. Как говорили некоторые друзья, хитро обошёл самый беспокойный возраст маленьких детей. Ну и первоначально как-то опасался вообще лезть в вопросы воспитания — у них вон, собственная мать есть, с которой они всю жизнь, а я так, левый мужик какой-то для них же. Но чот потом как пошло, как пошло, и вот они уже приходят ко мне советоваться по некоторым вопросам, при чём, до того, как спросили у матери. Я был поражён и очень рад такому доверию. Потом девчонки взяли и в профилях ВК поменяли фамилию на мою, чтоб у нас у всех четверых была одна. Я весь вечер просидел с вот такой рожей: О_О. В том смысле, что мне очень не хотелось навязываться, насильно мил не будешь, и таковое признание от детей было для меня очень... Ну я не знаю, и трогательным, и эмоциональным, и вот это вот всё.

Ну короче. Как уже понял читатель, в семье у нас царила идиллия с некоторыми оговорками, конечно — никто ж не совершенен, я пользовался (и дорожил!) доверием девчонок, был семейным авторитетом, показывал пример и, как умный тиран, следовал заветам Витинари: если хочешь тиранствовать долго и спокойно — заботься об интересах «угнетаемого» тобой народа больше, чем о своих. То есть, мы делаем так, как я сказал, но скажу я так, чтобы учесть интересы всех. А ещё я пользовался авторитетом всезнающего оракула, ибо с детства имел широкую эрудицию и пытливый ум.

Потому как-то раз в январе 2019 старшенькая, которой тогда было семнадцать, прибежала с экстренным и деликатным вопросом именно ко мне, ибо если кто и знает, то точно igles.

— Не знаешь, как в маске сделать, чтоб больше кислорода было?

Гляжу на встревоженное лицо старшенькой и пытаюсь сообразить — какая маска? Почему кислород? От акваланга, что ли? Так там загубник же. Поясняет — интересует маска кислородная, больничная, что делать, если там кислорода поступает меньше, чем требуется.

— Ну, во-первых, — говорю, — Зависит от того, баллонное оборудование там или магистральное. Магистральное — это когда трубки по стенам идут, ты сама видела, когда пару месяцев назад в Раухфуса лежала. В самой маске ничего такого нет, это просто пластиковый «намордник» с силиконовой отделкой краёв, ну или как-то так. А вообще, управлять этими штуками должен медицинский персонал. А в чём, собственно, дело?

Ну, деточка и рассказывает, что, мол, одна её подруженция по переписке угодила в больницу, лежит там на кислороде, и, вроде как, задыхается.

Уже тогда у меня внутри сработал алярм имени старого циника: гонево! Но подожди! — сказал я себе. — Вдруг не гонево. Вдруг в кои-то веки на самом деле кому-то в больнице плохо, а ты тут своим цинизмом сейчас всю веру в человечество в ребёнке сломаешь. Ну вдруг.

На вопрос, как подруженция попала в больницу, ответ размытый: «ну, по глупости», явно уходит от разговора, ладно, давить не будем. В какой больнице — тоже не знает, привезли вчера без сознания, сегодня никто за день не сказал. В палате никого нет, на посту медсестёр никого нет, врачей нет, родственников нет, растителности нет, населена роботами. Ну, родственники-то есть, но в больницу почему-то никто не приехал и не позвонил. На связи есть только двоюродная сестра, но и она ничего не знает. Внутренний циник даже не сказал ничего, просто устало покачал головой, мол, неужели ты поведёшься на такое фуфло? Стиснув зубы, решил ценой неимоверного морального усилия повестись, ибо случай невероятный, шанс, что такое могло случиться — доли процента, но надо отработать и их, ради детской веры в справедливость и человечество.

Решили, в итоге, что как только пропавшая из сети сестра (вот ведь удобно, как только появились конкретные вопросы к ним — хоп! — и не в сети) появляется онлайн, уточнить у неё, какая именно больница Москвы, а мы снаружи, так сказать, дозвонимся, куда надо, поднимем тревогу, направим персонал к палате.

Вообще, дети к тому моменту уже года три как переписывались с разными друзьями из разных городов, обменивались в том числе бумажными письмами и посылками. Мы первое время старались отслеживать, что происходит, ибо тревожились весьма, но все друзья по переписке оказывались нормальными, адекватными и настоящими, не фейками. Одна из таких подружек вовсе оказалось, что живёт в Петербурге, и в какой-то момент они успешно перевели дружбу в оффлайн. Потому эта вот «Аня» проскользнула мимо нашего родительского взора и год успешно дружила с нашей старшенькой.

На следующий день, вечером, мать семейства замечает, что ребёночек сидит в комнате в слезах.  При мягком допросе раскололась, что «по глупости» — это наглоталась таблеток, на самом деле, и сейчас постепенно отказывают все органы, а врач говорит, что завтра отключат. Вернее, ночью, в четыре утра без объявления войны, как фошысты, предварительно выдадут снотворное, и выключат. Человека в сознании, дада. Типа, врач на обходе подошёл, похлопал по руке и сказал, мол, спи спокойно, малыш. Внутренний циник просто рассмеялся в лицо всем присутствовавшим, не последовать его примеру стоило, опять таки, больших моральных усилий. Тут уже я был уверен, что это всё — гонево и фуфло, но деточка в стрессе, и надо как-то ситуацию разруливать мягко и аккуратно.

Сказали деточке, что если врач этот и правда был, то либо неудачно пошутил, либо пациентка его не так поняла. Мягко напомнил, что мы до сих пор не в курсе, что за больница, какое отделение и каков диагноз.

Наутро — новый поворот сюжета, субъект таки откинула копыта, попрощалась на странице с аудиторией, страницу передала другому человеку. Ну, успокоили деточку, как могли, намекая, что всё это — ложь, звездёж и порноакция, но даже если предположить реальность событий, то вины самой нашей деточки точно в этом нету. Мать семейства заглянула на страничку этой подружайки, там всё такое эмообразное, мол, всё за любимого, даже жизнь, и картинки такого плана:

Это — последняя прощальная типа. Ну-ну.

А страничку якобы отдали другой девочке, и та двоюродная сестра усопшей заставляет нашу старшенькую дружить теперь уже с ней. Один персонаж отстрелялся, следующий на выход, ага. Денег пока не просили за год переписки, кстати. Наша старшенькая дружить с новыми девочками через страничку старой отказалась, мотивируя тем, что интересно было переписываться вот с тем человеком, а не с каким-то другим.

Обсудили с женой нюансы ситуации, поделились друг с другом соображениями, решили травмировать деточку суровой правдой. Жена пошла, стала говорить с деточками, показывать пальцем на нестыковки и рассматривать их с двух позиций: либо всё правда, либо всё — ложь. И прям видно было, как кусочки мозаики встают на свои места, формируя в головах деточек чёткую картину. Почему я целый абзац пишу про двух деточек — потому, что девчонки у нас хоть и могут поссориться, как все, но почти всеми переживаниями друг с другом делятся. Конечно, младшенькая переживала за сестру и её подруженций. А тут вдруг нате вам — всё вранье и неправда. Но хоть становится понятным поведение сестры, которая вместо того, чтобы скорбеть, требует дружить с сестрозаменителем.

Тут старшенькая говорит, мол, сестра эта документ прислала.

Оставим без внимания то, что у сестры подозрительно мужские ноги в носках на фотке, сосредоточимся на самом «документе».

Это что, врачебный почерк? Что с датой рождения? Почему в дате смерти число продублировано рядом с месяцем? Номер акта совпадает с номером справки — что за совпадения-не-думаю? Почему акт от 223 19 января — это по межгалактическому календарю, штоле? Диагноз — «Проблема с лёгочными путями» — серьёзно? С датой выдачи тоже лажа, печати нет, подпись никогда не будет такой у человека, который подписывает больше десяти документов в сутки.

Короче, объяснили, почему эта бумажка — подтирашка, натравили на справку заодно целого подполковника МВД, брата жены, который, как юрист, разъяснил, что такие справки уже сто лет как не в ходу в больших городах (правда, как-то ловить негодяев он не рекомендовал, ибо дело явно глухое), выдают их не сразу после смерти, а через пару-тройку дней, и уж точно не среди ночи.

Попутно выяснили, что пациент и её сестра общаются совершенно одинаково, в одной манере, с одинаковыми ошибками, сокращениями и прочими нюансами, а значит, это, по всей видимости, один и тот же человек, устроивший вот такую херню, тралялядский цирк с клоунами-дебилами. Как подытожила жена: «не существует, короче, такого человека, а существует организация мерзких недолюдей, которые делают такие вещи».

Деточки отошли от шока и через час уже хихикали над чем-то в своей комнате.

Отсюда мораль:

Да похрен, какой вы родитель, косячат все. Перегибают все. Срываются на близких из-за плохого настроения рано или поздно все, хоть раз.

Главное — детей надо любить, детей надо терпеть, детям надо доверять и делать так, чтобы они доверяли тебе. При этом, надо быть лидером для детей, чтобы они не просто как к равному дружочку к тебе могли придти, а чтобы могли обратиться с нерешаемой в их мире проблемой, которую ты, добрый, понимающий и могучий, решишь. Чтобы даже когда они вырастут, сами станут умными для себя, чтобы даже тогда они знали, что ты всегда рад поделиться своим опытом для решения их проблем. И главное — надо помнить, что такой статус ещё надо заработать. Насадить, насильно присвоить — не получится. Насильно мил не будешь. Как-то так.