Попаданцем ли единым...
Бытует мнение, что один из столпов коммерческого успеха в отечественном книгописании – это истории о попаданцах, попаданках и попаданятах, и что не возможно подняться в топы Author.Today, литрес и пр., не погрузившись в данную тему с головой. Давайте вместе взглянем на данное явление.
Начну с себя. К данному жанру я прикоснулся в далеком 1998 году, посмотрев художественный фильм "Зловещие мертвецы 3. Армия тьмы". Впечатление на меня произвело такое, что отойти от него не могу до сих пор и фразы "Подсласти мне губки, детка" и "Хороший, плохой...главное у кого ружьё" применяю до сих пор в воспитании детей и жены. А в начале двухтысячных книги о попаданцах начали попадаться мне руки, и я читал их запойно, в промежутках между всем остальным, до 2020 года, но потом к данным книгам охладел.
Так что в этом жанре чуть-чуть, но понимаю.
Кто же читает книги о попаданцах? Условно можно выделить такие категории:
1. Любители альтернативной истории (к таковым причислял и себя) – это читатели недовольные: тем как окончилась Первая мировая/битвой у Хельмовой пади/развалом Римской империи/отсутствием любовной линии межу Вейдером и Палпатином, ну или просто желающие узнать "Что было бы если..."
2. Читатели, которым хочется видеть в другом мире/в прошлом/в виртуальной реальности своего современника, так как с ним им легче себя ассоциировать. Ими лучше воспринимается мир глазами таких же как они программистами/студентами/сварщиками.
3. Читатель, который просто любит фэнтези/приключения/хоррор и пр. и ему не важно есть ли в южете попаданец. Им интересен сам мир, сеттинг и персонажи, а не зачитывание стихов Пушкина для орков у лагерного коста.
4. Читатели, которые сами мечтают оказаться где-либо-нибудь.
5. Читатели, которые ненавидят попаданцев, но все равно читаю, чтобы было кого поругать.
А кто же пишет о попаданцах?
1. Авторы изучившие рынок и рассчитывающие заработать на этом какие-то деньги. Не вижу смысла объяснять, что этот жанр один самых популярных и не смотря на качество и количество, все равно, пока, читаемый.
2. Авторы, которым проще показать мир глазами человека из вне, ведь это серьезно облегчает раскрытие природы, законов и правил. Автор доходчиво и постепенно разжевывает своему главному герою, а через него и читателю, правила мира, его историю, необычные явления и прочее. Это именно облегчение работы писателя.
3. Те же самые любители альтернативной истории, но уже начитавшиеся всякого и желающие излить свои размышления на "бумагу". Можно связать это с тем, что большая часть из них выросла в эпоху перемен и слома.
4. Писатель, который сам мечтает оказаться где-либо-нибудь.
5. Писатель, который ненавидит попаданцев, но все же думает – "Сейчас я организую деконструкцию попаданцев и всем покажу его изнанку и гнилость", а потом пишет серию 60+ книг про попаданку Машу.
Перечислить-то я перечислил, а главного не сказал: попаданец – это не жанр, а инструмент. Как топор. Можно дрова рубить, можно зарубить соседа, можно просто повесить на стену и любоваться. Поэтому утверждение, что попаданцы – столп коммерческого успеха, всё равно что сказать: «Столп кулинарии – соль». Соль важна, но одним солёным сыт не будешь.
Почему же этот инструмент так популярен у пишущей братии? Да потому что он решает сразу несколько задач:
1. Быстрый старт. Читателю не нужно объяснять, кто такой герой. Он – наш, из здесь. Он такой же, как мы: пил кофе, ругался с начальством, не понимал, почему в маршрутке опять не работает валидатор. А потом бац – и он уже в другом мире. Всё, контакт установлен.
2. Легальная экспозиция. Герой ничего не знает, значит, автор имеет полное право объяснять. Не «авторским текстом», а устами персонажей. Это не рояль, это сюжетная необходимость. Мир можно разжевать постепенно, не вызывая у читателя раздражения: он сам только что тут оказался.
3. Самоидентификация. Читатель примеряет ситуацию на себя. «А я бы что сделал? А я бы кого спас? А я бы какую казну приватизировал?» Это мощнейший эмоциональный крючок. Даже если герой – программист, сварщик или студент, читатель всё равно думает: «Ну я бы, наверное, тоже так смог. Или лучше».
4. Бесконечный сериал. Попаданец может ходить из мира в мир, из тела в тело, из эпохи в эпоху. Серия может не заканчиваться. А если что-то пошло не так, всегда можно сказать: «Это не герой виноват, это мир такой». Удобно.
5. Конфликт «свой – чужой». Герой всегда немного чужой. Ему можно не знать обычаев, нарушать правила, говорить не то. А значит, конфликт возникает сам собой, без лишних усилий.
Но у любого швейцарского ножа есть свойство: если пользоваться им не по назначению, можно пораниться. И тут начинаются ловушки.
Первая. Если герой просто транслирует знания автора, получается не роман, а лекция. «А вот в Древнем Риме дороги строили так…» – и понеслось. Читатель пришёл за историей, а получил реферат.
Вторая. Если всё решается роялями в кустах, читатель быстро понимает: герою ничего не угрожает. Он не проиграет, потому что автор его любит. А если герою ничем не рискует, зачем за него переживать?
Третья. Если нет цели, кроме самого попадания, текст рассыпается. Попаданец – это не сюжет. Это дверь. А что за дверью – уже вопрос к автору. Можно попасть в мир, где всё хорошо, и ничего не делать. Можно попасть в мир, где всё плохо, и тоже ничего не делать. Тогда зачем?
Четвёртая. Если мир неинтересен, никакой попаданец его не спасёт. Хоть десять попаданцев заведи. Читатель быстро поймёт, что его обманывают: вместо нового мира ему подсунули декорации.
Я сам через это прошёл. Читал запоем до 2020 года, а потом уже не смог. Охладел. Не к приёму, а к однообразию. Начал замечать, что все книги как одна: герой просыпается, получает дар, строит СССР, спасает мир, попутно учит всех уму-разуму, поет песни Высоцкого. Или наоборот: все учат его, а он страдает. Но суть одна – автор хочет, чтобы его герой был прав. А если автор всегда прав, читателю становится скучно.
Поэтому я и как-то подзабил/забросил/переключился на другое. Ушел не от попаданцев, а от их бесконечных клонов. Сама тема с попаданцами может быть великолепна, если автор использует её как линзу, а не как костыль. Когда герой не просто «попадает», а меняется сам и меняет мир вокруг. Когда его знания – не истина в последней инстанции, а всего лишь инструмент, который может сломаться. Когда он не «избранный», а просто человек, которому не повезло или повезло оказаться не там, где надо.
Так что же делать, если хочется в КС и залететь в топы (кого я поучаю если сам туда вряд ли попаду)? Не начинать с вопроса «куда попасть?». Начинать с вопроса «зачем?». Что герой изменит? Что изменит его? Почему читатель должен за ним идти? Без этого попаданец – просто турист. Ведь туристов много, а запоминаются единицы.
И да, коммерческий успех – это не только попаданцы. Это попадание. В нерв читателя. В его социальную или историческую неудовлетворенность. В его мечту. В его страх. Попаданец – лишь один из способов это сделать. Не единственный и не гарантированный. Можно писать про попаданцев и провалиться. Можно писать без них и взлететь. Рынок – дама капризная. Сегодня она любит попаданцев, завтра будет бояръ-аниме, послезавтра, вообще что-нибудь такое, что выговорить мы пока не можем.
А если вы всё-таки решили писать про попаданца, помните: не важно хороший он или плохой. Главное чтобы у него было ружьё. Или хотя бы цель.
