Темнейший. Глава 119
Всего месяц они пробыли без сновидцев, а государство уже трещало по швам: дворцовые интриги, монастырские перипетии, таящиеся в тёмных лесах и в высокогорьях недостижимых Хребтов ереси и культы – со всей этой швалью раньше боролись святые, способные проникать в чужие сны и летать душами далеко и незаметно. На святых держалась власть иерархов.
И вот их нет.
Престол, пустивший корни своей власти далеко за пределы государства, сыпался изнутри.
Разумеется, святые хорошенько зачистили земли от греховного зла. Этого должно было хватить надолго. Однако приспешники Миробоича не упускали возможности разжечь внутренние противоречия, уничтожая баронов и виконтов один за другим. И теперь иерархи попали в крайне шаткое положение, которого они, в сущности, сами и добились, бросив чернокнижнику вызов.
– Как будем действовать дальше? – собрались иерархи на очередной военный совет, когда узнали, что даже непобедимая Империя пала.
В высоком и прохладном зале надолго воцарилось звенящее молчание.
Откуда ждать помощи?
Королевство сковано «вечным миром», и после недавнего уничтожения их наёмников в Лесной Дали они тягаться с некромантом желанием не горят, тем более после вестей о разгроме Империи. Хотя они определённо бы вмешались в войну, увязни некромант в Империи хотя бы на несколько месяцев…
Офирия? Иерархи наняли знаменитых головорезов, но те ещё были в пути, а сама Офирия пока занимает позицию наблюдателя, не торопясь вмешиваться в ошеломляющую мясорубку, охватившую центральную Атлантиду.
Послы Торговой Коалиции выразили обеспокоенность, они согласны поставлять оружие и наёмников, но уже подтвердили готовность поддержать Престол в случае, если тот добьётся хоть каких-то весомых успехов на полях сражений.
Призыв христиан к оружию не очень-то работает, пока вести о жестокостях некроманта всех достаточно сильно не проняли – куда больше всех пугала непобедимость колдуна.
На сбор коалиций потребуется ещё некоторое время, глашатаи и монахи уже ведут работу по сплочению христианских государств Атлантиды, однако наибольший интерес к конфликту проявил Папа Римский. Он послал своих Преподобных, чтобы разузнать дела – тогда иерархи воодушевились.
Однако вскоре выяснилось, что он предоставит святых только за существенную плату или за серьёзные уступки – он требовал либо горы золота, либо признание верховенства Рима. Этого иерархи допустить не могли. Это они решили оставить на самый-самый крайний случай. Во всяком случае, всё равно войско из Европы будет плыть слишком долго, и оно не успеет прибыть до зимы, когда некромант станет невероятно сильным. Поэтому иерархи пытались убедить Рим в том, что уничтожение чернокнижника – их совместный долг.
На кого ещё полагаться? Кто ближе далёкой Священной Римской Империи? Враждебные Престолу мусульмане Кордовы? Сражающиеся с ними королевства Кастилии и Леона? Или король ледяной Франкии? Христианских государств было вокруг немало, все они могли прийти на помощь в той или иной степени, собрав огромный Крестовый Поход. Но на всё это было необходимо время. А Миробоич мчался по Империи с несвойственной для живых войск скоростью. Он вот-вот совершит вторжение в Престол…
Во сны придворных приходили так же и сновидцы далёкой Наланды – загадочные монахи, приверженцы странных языческих верований, коим иерархи никогда не доверяли, но коих серьёзно опасались. Если они вмешались, значит дело приняло серьёзный оборот – обычно они сковывали Престол своими выходками, но теперь, кажется, они хотели принять их сторону. С одной только оговоркой – они уверяли, что Миробоич хочет мира и в его планы не входит резня в Святом Престоле, если иерархи сами пойдут к нему навстречу и сполна ответят за вероломное нападение на Царство. Якобы, сновидцам Наланды удалось с ним договориться о том, что он поумерит свой пыл, если и иерархи сдадут назад. Немыслимо.
– Вам и вправду нечего сказать? – нарушил тишину старший иерарх, не дождавшийся ответа на свой вопрос.
– Преподобные мертвы, а Империя пала. Святой Престол фактически дезорганизован. Я не знаю, что тут можно ещё сказать! Разве мы уже не предприняли всё, что могли? Разве мы ещё не бросили в ход все свои самые лучшие достоинства?
– Остались ещё.
– Какие же это?
– Бестиарий.
– Брось. Это будет опасно и для нас.
– А между чем мы выбираем?
– Натравить чудовищ на некромантов? А потом сражаться и с теми и с другими? Звучит как крайне недальновидная идиотская затея.
– В прошлом удавалось использовать чудовищ. На своей стороне. Можно будет попробовать снова.
– Святые рыцари, – предложил другой старик. – Восемьдесят святых воителей нападут на Миробоича. Прорвутся к нему. Мёртвые их не остановят. Даже вампиры.
– Возможно, – затеплилась надежда в сердцах остальных.
– Но сновидцы на службе у Миробоича… они ведь владеют…
– Чем? Лучами Божественной Благодати? – усмехнулся старец. – Это противоестественно для них! Они – зло. Антихристы. Как Господь мог даровать им своё сиянье?
– И всё же… пути Господни неисповедимы. Ведь и монахи Наланды, эти язычники-демонопоклонники, ставящие во главу угла не подчинение Господу и богобоязненность, а самих себя, подобно Люциферу… Они тоже способны сиять нимбами!
– И что с того?
– Рыцари должны напасть внезапно. Таков приказ. Враг не должен даже успеть опомниться. Они исполнят приказ лучшим образом. Наше дело стратегия, а их – тактика, и они справятся. Как и всегда.
– А если он всё же вовремя опомнится и сообразит? Что тогда?
– Не усложняй! Что ты можешь предложить? У тебя есть другие идеи? А? То-то же! Рыцари нанесут удар. Их – восемьдесят собралось на южной границе. Быть может, вы слыхали рассказы Натальи о том, как Близнецы из Лесной Дали, всего двое, проникли в логово врага, незаметно обошли всех покойников и чуть не прикончили Миробоича? Или как Завида Неманич бился один, утащив за собою целую сотню мёртвых? Восемьдесят Воителей! Подумай своей нелепой головушкой! Будь против нас все вампиры Края – они будут сметены! Если даже они не победят, то никто не победит!
Когда же Миробоич привёл к стенам Кратена сломленных Воителей, взятых в плен в полном составе, иерархи чуть язык не проглотили от изумления и ужаса. Разве такое возможно? Пленить весь свет Святого Престола? Пленить каждого воина, этих не знавших поражений рыцарей, всю жизнь отдавших военному ремеслу?
– Ну же, сдавайтесь. Вам меня не победить, – с насмешкой говорил Миробоич, этот истинный дьявол во плоти. Он и вправду был гораздо сильнее и хитрее, чем они все могли предположить.
Зря они развязали это противостояние. Они совершили огромную ошибку, они неправильно рассчитали силы и свои и Империи.
– Нам нужны переговоры, – констатировал один из иерархов.
– Ты в своём уме?! С ним?! С Антихристом?! Тогда это начало конца…
– Монахи Наланды сказали, что он не ищет войны. Что он, на самом деле, желает мира.
– Нашёл кого слушать! Этих узкоглазых язычников, подобных Люциферу!
– Они сказали, что мы сами спровоцировали его на подобный несимметричный ответ. Они правы. Нам пора бы задуматься о прекращении войны, пока Миробоич не смёл нас всех, пока не разозлился и пока мы ещё можем диктовать ему свои условия.
– Да как… в Престоле много крепостей! Мы можем воевать годами даже с некромантом! А потом к нам на помощь придут соседи и Папа Римский, который не допустит усиления антихриста, пусть даже и за счёт нас, своих конкурентов! Вы слишком рано сдаётесь!
– А когда будет не рано? Когда нас уничтожат вместе с Кратеном?
– Я согласен. Если мы начнём терпеть поражения, то он потребует от нас гораздо большего, чем может потребовать сейчас. Вы тоже видите все восемь десятков лучших мечей Престола? И я вижу. Они повержены.
– К тому же их пленение может послужить нам удобным поводом закончить войну. Ведь что будет, если всех их прирежут? Бароны и виконты уже в ужасе, они хлебнули горя и проблем. Но мы пока не разгромлены полностью, мы ещё можем сохранить Престол в целости. Восстановить его.
Иерархи решили сделать шаг навстречу Миробоичу. Ведь всё, что нужно – это сохранить власть, лицо и выиграть побольше времени, чтобы подготовиться к следующей войне с Антихристами, в неизбежном начале которой иерархи нисколько не сомневались.
***
– Вы загнаны в угол, – с этих слов Камил начал переговоры. – Думаю, вы не станете это отрицать, верно?
– Эта война не понравится ни нам, ни тебе, – дерзко ответили ему иерархи.
– Тогда с какой целью вы её развязали? Это мне хотелось бы услышать от вас в первую очередь.
– Цель этой войны заключалась в том, что мы хотели ограничить Царство одной тысячей мертвецов. Нас терзали опасения по поводу того, что если у вас станет слишком много мертвецов, то будет слишком поздно. Надеюсь, вы понимаете. Такова политика, в которой важную роль занимают законы баланса сил.
– Попросить об этом меня напрямую вы не догадались? – спросил Камил, осознавая, однако, что это не была истинная причина нападения.
– А вы бы пошли нам навстречу?
– Накануне вторжения Империи? Конечно же нет.
– А сейчас? Когда Империя уже повержена, а нам стало ясно, что вам по силам одерживать победы имея и всего две тысячи покойников в своей армии?
Камил прищурился, вглядываясь в лицо иерарха и пытаясь понять – полоумный тот сам или считает за полоумного его. Камил думал недолго.
– Боюсь, если я ограничу размеры Дружины Смерти даже парой сотен, то вас это не остановит.
– Почему же? Ведь тогда угроза, исходящая от вас, не будет столь велика. И мы и все соседи, я уверен, успокоятся и череда войн прекратится.
– Оставьте это лукавство для тупых прихожан. Дело не в числе мертвецов, а в том, что у нас слишком разные идеалы и представления о мире. Враждебные. Взаимоисключающие, – Камил не поддался на брехню, которую попытались пропихнуть иерархи когда увидели перед собой юнца. – В этом свете я вижу сохранение мира в Атлантиде не в ограничении моего войска. Напротив – в его беспрецедентном увеличении. Тогда на Царство точно никто не нападёт, а я смогу диктовать соседям свою несокрушимую волю. Я смогу даже запретить им, вам всем, воевать друг с другом. Кто-то захочет спорить с тем, кто уничтожил непобедимую Империю и унизил Святой Престол играючим пленением почти сотни симбионтов? Сильно сомневаюсь. И будет мир во всём мире, вот уж Боженька обрадуется! Как вам такое, а? Разве смог бы такого же истинно весомого добра добиться даже ваш любимый добряк-Иисус Христос? Который, судя по всему, умел только болтать, и которого за глупую недальновидность и отсутствие житейской мудрости и хотя бы минимальной хитрости – казнили вместе с другими бродягами?
– Воздержитесь от богохульств хотя бы в нашем присутствии!
– О, но, кажется, я ни разу не богохульствовал в вашем отсутствии. Похоже, вы дурно на меня влияете.
– Что ж, причина заключается ещё и в том, что вы очень похожи на Антихриста. Особенно ваш собакоголовый друг. Вы же знаете о его истинной природе? Или он вас ловко обманул? Или вы стоите друг друга?
– Филарет… – усмирил старший иерарх того, кто единственный решился высказать всю правду некроманту в лицо.
– Не буду вас переубеждать, – лишь пожал плечами Миробоич. – Я хотел выяснить причину и устранить её, чтобы война не повторялась снова и снова, но я оставил эти попытки в миг, когда убедился в вашей непрошибаемой фанатичности. Которая, кстати говоря, и довела вас до такого положения, – показал Камил на свою армию у стен Кратена. – Задам вам всем лишь один вопрос. Стал бы Антихрист останавливаться сейчас? Предлагать вам мир? Или он бы стёр с лица земли Кратен со всеми его церквами?
Иерархи ничего не ответили на это, а Камил не стал ждать и продолжил:
– Хоть вам и кажется, что я – исчадие ада, но я ни на кого не нападал первым. Это так – всего лишь ещё один прелюбопытный факт. Надобности в использовании Изнанки у меня не возникло бы, не окажись я в положении наследника разграбленного рода посреди разграбленной страны, которую Валентиниан Сервилий хотел вырезать под корень, – Камил обвёл взглядом иерархов и тяжело вздохнул. – Впрочем, после всех противостояний, не думаю, что вы прислушаетесь к моим словам. Вы никогда не начнёте по-человечески понимать меня. Для вас я – Антихрист, и в этом ни вас, ни других ваших церковников не переубедить, – Камил вдруг кровожадно усмехнулся. – Поэтому говорить я буду на языке силы. Я уже победил вас. Сновидцы мертвы, симбионты в плену…
– У нас ещё есть армия.
– Кто бы сомневался. Конечно же есть! Мне осталось только прогуляться по Престолу, устраивая её избиение, попутно сжигая города, замки, деревни, обращая всё в пепел? Это вы хотите мне предложить, когда пытаетесь мне дерзить?
– Мы не хотим продолжения этой страшной войны, которая зашла слишком далеко. Думаем, пора перейти к делу – к обсуждению условий мира.
– Условия, по которым я остановлюсь и не пущу весь Кратен под сабли покойников, будут непростыми. Я не согласен поворачивать назад просто так, оставаясь ни с чем. Вы должны запомнить, что значит идти против Царства.
– Но и ты безоговорочной капитуляции от нас не жди.
Сторонам пришлось обсудить очень много вещей. Камилу следовало заключить не просто перемирие, а добиться выгодных для себя условий – и это при том, что противник явно не был согласен на полное разграбление, он мог ответить отказом и просто продолжить эту бессмысленную войну…
Разрушить Церковь, свергнуть иерархов удастся только с полным разгромом Престола. Но Миробоич осознавал, к чему может привести затяжная война – к противостоянию со всем миром. И монахи могущественной Наланды тоже настроились бы против него.
Христианских государств слишком много, они придут на помощь – это лишь вопрос времени. Христиан так просто не победить – даже всемогущая Римская Империя не смогла искоренить это примитивное верование. Христиане уйдут в леса и возомнят себя мучениками, лишь окрепнут в вере. Война с Престолом – это не война в привычном понимании, где достаточно разгромить врага в военном плане; это война, в которой придётся убить ВСЕХ ХРИСТИАН.
Да, Дружина Смерти сметёт Кратен, разгромит десятитысячное войско, разгромит и бесчисленные собранные повсюду ополчения. Но сколько сил и времени потребуется на полную победу? Даже арабы, захватившие полмира, не сумели подчинить христиан полностью. Они балансировали на тонкой ниточке только потому, что кроме учинения чудовищной резни предоставили захваченным чуть больше свобод, чем было у предыдущих правителей – особенно, если те перейдут в их веру.
У Камила не было своей собственной религии, культа, хотя он уже сознавал необходимость создания подобного – он вполне мог это сделать потому, что много знал об истинном мироустройстве.
Территориальные уступки? Иерархи отмели сразу же. Они отказались даже не отступление из Заречья с последующим провозглашением его независимости – это послужило бы буфером между двумя враждебными странами. Камил не стал упоминать о лорде-культисте Плесени, пусть это останется в тайне, хоть он и опасался, что именно он может привести Престол и Царство к следующей войне. Он объявит об этом позже, когда ему понадобится крайне заинтересованный и надёжный союзник для истребления Культа Плесени.
Престол должен был вывести гарнизоны симбионтов прочь из Дикой Тайги. Камилу не нужна сила на северных границах, которая может присоединиться к Кощею и заставить Царство воевать на двух направлениях сразу. Иерархи согласились на это относительно легко – в самом Престоле теперь не хватало святых рыцарей, а гарнизоны теперь оказывались зажаты между молотом и наковальней, такое положение иерархов не устраивало уже давно.
– Все мы пожалеем об этом решении, – предупреждали иерархи. – Мы или наши потомки. Вампиры живут долго. Они ослабляют цепи, их сдерживающие. Всё это лишь приведёт к очередной Войне Крови.
– Царство остановит Кощея лучше ваших гарнизонов. К тому же вампиры станут частью Царства. Там они найдут себе дом и научатся, наконец, спустя тысячелетия, сосуществованию с людьми. Будет построен совершенно новый мир.
Камил брал на себя обязательства по защите Зазеркалья. Он должен был следить за чудовищами в лесах – это занятие он рассчитывал поручить адептам Ишуаса и выпускникам Дома Лучших. Царство становилось гегемоном в Атлантиде, с которым всем теперь придётся считаться, но который и возлагал на себя большую ответственность…
Святой Престол обязался выплачивать репарации в одну десятую доходов на протяжении десяти лет. Иерархи пошли на это нехотя, но Камил серьёзно на них надавил, едва не сорвав переговоры. Он сказал, что иначе заберёт у них всё.
Будет ли такой мир надёжным? Казалось, что следовало бы сперва ещё сильнее потрепать Престол, прежде чем приходить к Кратену. Иерархи недурно торговались, Камил рассчитывал на большее; впрочем, отсутствие рьяности было скорее обусловлено нежеланием идти против монахов Наланды, которая могла оказаться опаснее, чем могло показаться. Камилу тоже был необходим мир, и он был согласен обойтись малым.
– В качестве гарантий, – сказали иерархи. – Мы хотим только одного.
– Чего же?
– Ваши дети – Орманд и Ведагор – остаются у нас.
Камил чуть не прыснул от смеха. Он ожидал чего-то более существенного, а тут... Ему было уже совершенно наплевать на Орманда и Ведагора. Первый – склочный избалованный сынок Жанны, от которого во время взросления будет только больше проблем, чем пользы; а второй – юродивый, от которого Камил уже всё чаще подумывал избавиться, не пустив к наследованию власти. Ведагор, повзрослевший и воспитанный во враждебном Престоле – это уже само по себе убедительный предлог для того, чтобы легитимно отстранить его от трона. Камил был уверен, что Пенелопа Балтунг ещё родит здоровых и прекрасных наследников, куда более достойных, чем могла родить безродная шлюха из Ветрограда.
Но показывать этого иерархам было нельзя.
– Вы всерьёз? – спросил Миробоич. – Я победил в войне, я могу войти в этот город и не оставить никого в живых, а вы – смеете предлагать мне такое?
Иерархи попытались скрыть свою обеспокоенность, но Камил уловил эту нотку.
– Нам тоже нужны гарантии, – сказал старейший. – Что вы, получив победу, не придёте к нам снова. Ваши сыновья будут жить в лучших условиях, в изоби…
– Тогда вы должны будете сделать некоторые послабления нашим торгашам, – Камилу удалось протолкнуть то же предложение, какое он потребовал с Империи. Знатоки со временем подкосят и Престол. Иерархи ответили согласием. Великолепно.
– А теперь я хочу навестить сына и племянника. Не часто я бываю в ваших краях. Выведите их к вратам!
Иерархи явно ожидали подвоха. Некромант мог выкрасть своих детей. Но получится ли у него сделать это, если он сам войдёт в город, набитый стражей? Вряд ли.
– Мы не выведем их к вратам, но пропустим тебя в город. Только с не больше, чем сотней мертвецов охраны.
– Вы настолько не уверены в силах своего гарнизона? – ухмыльнулся Миробоич. – Всего сотня?
– Мы не настолько доверяем тебе, чтобы выводить детей за стены, а ты не доверяешь нам, чтобы войти в город, набитый тысячами рыцарей. Возможно, тебе просто стоит отказаться от затеи увидеться с ними? Все выдохнут полной грудью.
– Тогда я хочу войти в город с сотней мертвецов и отрядом из хотя бы пяти вампиров.
– Что ж… Будь по-твоему… – согласились иерархи.
Камил не настолько сильно хотел повидаться с детьми, чтобы рисковать жизнью. Отказаться ему не позволила гордость – он не хотел показывать иерархам трусость. Хотел утереть им нос, что будто даже со всего сотней мертвецов он не боится целой рыцарской армии. И не мог же он не увидеться с сыном и племянниками? Что об этом подумают бароны, князья и короли?
Однако церковники, отделив Царя от своего многочисленного мёртвого войска, могли закончить это противостояние обычным убийством. На этот случай Камил предусмотрительно снял с себя браслеты и кольца. Он отдал их Дылде Грегу со словами, скорее предназначавшимися Ишуасу:
– Ты воевода Царства. Так исполни свою роль – возьми мои армии на случай, если ублюдки захотят поиграться.
Грег принял браслеты и поклонился.
– Ты уверен, что оно того стоит? Перемирие в наших руках. Зачем так бессмысленно рисковать?
– Они не осмелятся, – отмахнулся Камил. – А я хочу не столько навестить своих детей, сколько пройтись по их столице с отрядом мёртвых. Народ должен видеть, кто тут истинный победитель. Чтобы у них не оставалось никаких вопросов! Ведь в народе кроется вся сила, а не в иерархах, которые и без того знают, что проиграли в войне. Это будет моим триумфальным парадом.
– Прекрасный ход, – оценил Ишуас. – Во всяком случае, мы будем наготове! Расчистим ход через преградные символы, обрушим стену и ворвёмся на улицы!
– В случае чего я займу оборону, где придётся, – предупредил Камил. – Думаю, продержаться до вашего прибытия с сотней Железяк будет не так уж и сложно.
– Поверить не могу, – сказал Грег. – Сотня Железяк!
Иерархи, когда говорили о всего сотне мертвецов, явно не подразумевали сотню мертвецов, выряженных в трофейную броню знаменитейших рыцарей Престола. Когда ворота открылись, и на главную улицу вывалился конный отряд некроманта – это произвело на местных жителей и на стражников-рыцарей ошеломляющее впечатление.
Чернокнижник, против которого боролись и которого «побеждали», вдруг вошёл в город без боя.
Святых рыцарей пленили, а броню их теперь носили мертвецы. Это был позор Престола.
Нет, некромант не собирался захватывать их город – он просто вошёл, по слухам, разносимым глашатаями, чтобы увидеться со своими детьми, которых иерархи держали в плену. Этим иерархи пытались покичиться, выставив неотданных некроманту наследников за хотя бы тень победы и превосходства, однако священная броня на мертвецах оказалась в сто крат более красноречивой.
Иерархи быстро пожалели, что пустили Миробоича в свой город. Однако они всё ещё оставались на своей собственной территории, а некромант, когда ворота запахнулись обратно, и символы вновь встали позади преградой, вновь начерченные, оказался в западне, которая могла захлопнуться в любую минуту, только дай отмашку.
Отряд брёл к дворцу Нойманнов по улицам, набитым стражей на всех участках – рыцари внимательно следили за гостями и сами ждали неведомо чего. Они отгоняли местных жителей, чтобы меньше людей увидело позор Престола, а так же чтобы тухлые помидоры и яйца не долетели до некроманта, пробуждая в нём ярость.
– Не зевай! – Георгерт предупреждал Миробоича. – Эти дерьмоеды могут напасть в самый непредсказуемый момент! Из любого окна. Из любого переулка. Не подставляйся просто так!
– Это они здесь заперты с нами, а не мы с ними, – надменно ответил ему Септимус, абсолютно уверенный в победе даже в подобном меньшинстве. – Я один стою сотни рыцарей.
– Высоко задранный нос легче всего вбивать в голову! – сплюнул Георгерт, которому не нравилось праздное бахвальство вампира-аристократа…
А спонсорам Организации выражаю благодарность!
Владимир Анреевич 5000р "На новые пытки"
Руслан Шарифович 3231р "Пздр с др!" Ответ: Спасибо!!
Артём 2000р
Дмитрий 1208р
Игорь Маслов 1000р
Антон Борисович 400р "На продолжение Хельга"