Когда речь заходит о Великой Отечественной войне, в массовом сознании часто рисуется простая картина: и наши, и немцы воевали исключительно «своим» оружием. Но реальность оказалась куда более запутанной и парадоксальной.

Солдаты вермахта с большой охотой меняли штатные карабины и автоматы на ППШ или СВТ-40. Немецкие танкисты наносили на башни захваченных «тридцатьчетверок» огромные кресты, а инженеры из управления вооружений внимательнейшим образом изучали советские самолеты и минометы, чтобы скопировать решения русских оружейников.

При этом официальная немецкая пропаганда вовсю трубила о том, что русское оружие ненадежное и отсталое. Почему же так происходило?

«Папаша» и самозарядка Токарева

Начнем с «папаши», знаменитого ППШ (пистолета-пулемета Шпагина), который немцы официально приняли на вооружение под индексом MP 717(r). Главное преимущество этой грозной машинки скрывалось в дисковом магазине на 71 патрон.

Для сравнения: у немецкого MP-40 в рожке помещалось всего 32. В ближнем уличном бою или при отражении атаки в окопе лишние четыре десятка пуль решали судьбу схватки. Кроме того, диск ППШ оказался на редкость неприхотливым: в отличие от рожковых магазинов противника, его не клинило грязью.

Опять же скорострельность: 900 выстрелов в минуту против 500 у MP-40. Такой темп стрельбы превращал владельца «папаши» в настоящий кошмар для пехоты. Неудивительно, что немецкие оружейники даже выпустили для своих военных официальную инструкцию по применению трофейного ППШ.

Часть захваченных автоматов переделывали под стандартный немецкий патрон 9 мм Parabellum, получая обозначение MP-41(r). Однако часто особо заморачиваться не хотели: оружие использовали вместе с родными 7,62-мм патронами, благо трофейных складов с советским боепитанием хватало.

Не меньше ценилась и самозарядная винтовка Токарева СВТ-40. Немцы дали ей обозначение Selbstladegewehr 259(r). Снайперы и элитные части вермахта охотились за этой винтовкой прежде всего из-за оптических прицелов ПУ или ПЕ. Возможность быстро перезаряжаться, не отрываясь от цели, давала огромное преимущество в скоротечной перестрелке.

Но самый показательный факт — немцы наладили выпуск своих запасных деталей для СВТ-40. Это редкостная степень признания: обычно победители не тратят ресурсы на поддержку трофейных систем противника. На полигоне Курмарк в 1942 году вынесли вердикт: «Пригодна для вооружения передовых частей».

Позже, кстати, конструкция СВТ-40 стала основой для газоотводного механизма собственной немецкой самозарядки Gewehr 43.

Минометы и пушки

Особую любовь у германской армии завоевал 82-мм батальонный миномет образца 1937 года. В вермахте его называли «идеальным оружием ближнего боя» и присвоили индекс 8,2 cm Granatwerfer 274/2(r). Откуда такое уважение?

Во-первых, советский миномет оказался легче немецкого аналога, а перезаряжался быстрее.

Во-вторых, он обладал очень крутой траекторией полета мины. Это означало, что снаряд падал почти вертикально — ни стена, ни окоп не спасали. Один немецкий офицер записал в дневнике жуткую деталь: «Их выстрела не слышно — только взрыв». Мина прилетала без предупреждения, сея панику даже в укрепленных позициях. Враг просто не успевал укрыться.

Настолько высоко немцы оценили этот миномет, что писали для него собственные таблицы стрельбы. То есть штатно закладывали трофейное оружие в свои артиллерийские расчеты, обучали солдат обращаться с ним как с родным.

Также немцы на Восточном фронте массово использовали и советскую «сорокапятку» — 45-мм противотанковую пушку 53-К. Она уверенно пробивала броню легких танков и бронемашин, а также помогала пехоте против штурмовых орудий. В вермахте ее тоже ставили на вооружение и снабжали боеприпасами через свои склады.

Из других трофеев, которые высоко ценились, стоит упомянуть противотанковое ружье Дегтярева ПТРД. Советский 14,5-миллиметровый монстр выводил из строя легкие немецкие танки и бронетранспортеры, чего не могли многие штатные противотанковые средства самого вермахта.

Танки и самолеты

Ни один рассказ о трофейном оружии не обойдется без легендарного Т-34. В немецких документах он числился просто — Panzer T-34(r). Использовать его старались с большой осторожностью, и причина не в ненадежности, а в узнаваемом силуэте. Свои же могли открыть огонь по «тридцатьчетверке», приняв ее за советскую.

Поэтому такие танки часто направляли против партизан или передавали в полицейские части, где риск «огня по своим» был ниже. Чтобы хоть как-то опознавать свои трофейные машины, на башни наносили огромные черные кресты. В 1941–1942 годах в вермахте существовали целые роты и батальоны на Т-34.

Даже элитные дивизии СС, такие как «Дас Райх», включали захваченные «тридцатьчетверки» в свое штатное расписание вплоть до 1943 года. И дело не в экзотике — броня и пушка Т-34 обеспечивали то, чего не мог дать ни один немецкий танк в начале войны. 76-миллиметровое орудие уверенно поражало цели на расстоянии полутора километров, а наклонная броня часто спасала от попаданий. В условиях, когда «Панцеры» II и III поколения застревали в грязи и пробивались советскими «сорокапятками», надежный Т-34 был подарком судьбы.

Что касается советской авиации, то особенно немцы боялись штурмовика Ил-2. Его в люфтваффе изучили буквально до последнего винтика. Правда, немцы на Ил-2 почти не летали: слишком сложным было управление, да и дефицит запчастей давали о себе знать. Но конструкцию разобрали с немецкой педантичностью.

Бронекапсула, объединяющая мотор и кабину пилота, не имела аналогов ни у одной армии мира. Она выдерживала попадания из винтовочных пулеметов, и пилот оставался жив в ситуациях, где любой другой штурмовик превратился бы в решето.

Немцы попытались скопировать эту идею для своего самолета Hs 129, который пилоты прозвали «вредителем» («Ungeziefer») за плохой обзор и управляемость. Копия, как это часто бывает, вышла хуже оригинала.

Заключение

Почему же весь этот ворох трофейного оружия не афишировался в немецкой пропаганде? Официально советские винтовки и танки изображали примитивными, чтобы подчеркнуть собственное технологическое превосходство. Однако по мере затягивания войны пропагандистское ведомство Геббельса столкнулось с парадоксом: как объяснить успехи «недооснащенного» противника?

Мало кто знает, что для обеспечения трофейного оружия боеприпасами немцы активно задействовали оккупированные страны. В 1942 году Франция почти полностью выполнила заказы вермахта на патроны для советских систем, а в 1943 году — более чем наполовину. Для ненадежного и отсталого оружия.

Пруф