Леонид Быков с мамой Зинаидой Панкратовной. 1950-е.

Евгений Евстигнеев, Михаил Козаков и Александр Ширвиндт.

Маргарита Терехова.

Михаил Пуговкин.

Валентина Малявина и Александр Збруев.

Всем добра, чёрного шоколада взяткой, пресного молока утром, раков, сваренных по донскому рецепту, и второй свободной кассы.

Перед отпуском решил сгонять ещё на один блошиный рынок, а то может повезёт и в Португалии заскочить, чтобы сравнить.

Автомобильная стоянка перед супермаркетом была полна людьми-одни пытались скинуть свой хлам, другие-купить, и только два человека среди этой толпы только просто наблюдали-это вон тот ребёнок в коляске и  Ваш покорный слуга.

Отдав еврик на входе, пошёл бродить среди рядов.

Сегодня было много тех, кто пытался избавиться от своих коллекций.

Коллекция маленьких фигурок, оловяных солдатиков.

Но больше всего удивило огромное количество книг. Некоторые в кожаных обложках были пропитана временем...

Какое огромное количество запанок, значков, шевронов.

Ткажется было огромное количество видеокассет, дисков, винила (стоимость от 3 до 35, этот раз были дороже, но качество обложки были отличные). Запечатлил несколько любителей...

Огромкое количество марок,

Максим Горький

К сожалению, будет вторая часть поста. Не зашли ещё несколько фотографий...

С любовью с Атлантики...

Уважаемые (нет) @yandexgo и whoosh .вы там случайно не уху ели? заняли все парковочные места у магазинов. приезжаешь в магазин на велосипеде и некуда пристегнуть его.всё заставлено вашими драндулетами, которые никто не берёт в аренду. делайте себе свои парковки, а не занимайте общественные! бесите

В 90-е Советской Гавани нашей соседкой была Галина Ивановна Степочкина. Она жила не одна, с ней жили муж, двое детей и хомяк, но масштаб личности Галины Ивановны, резко контрастировавший с ее щуплостью, накрывал семью, как континентальный лайнер – стайку карасиков. Вытесняя их из активной жизни подъезда и этого рассказа.

Галина Ивановна был таможней подъезда.

Ни одна новая покупка не ускользала от зорких глаз. Даже если она проносилась под курткой или когда Галины Ивановны не было дома, в течение 24 часов этот Верещагин появлялся на пороге квартиры соседей.

– Соли не найдется? Какой интересный пакет вы давеча в полночь поднимали в квартире по веревке из простыней. Покажете?

Говорят, в 90-е стране не хватало людей с хваткой хозяйственника. Если бы кто догадался направить энергию Галины Ивановны на улучшение благосостояния страны, все санкционные продукты уже давно производились бы у нас. На идентичных заводах. Возможно, даже непосредственно санкционнными гражданами. Полученными в пользование путем изматывающих переговоров. Допускаю, что где-то за Уралом у нас была бы даже своя Испания. Потому что отставать от соседей Галина Ивановна бы стране не дала.

Выпрашивала. Торговалась. Выпытывалась. Мундиры на павлинов меняла.

Квартира Степочкиных представляла собой склад, в котором дублировалось все, что попадало в подъезд. Сервиз как у Марины, ковер как у Смирновых, тумба, просто купленная у Смирновых, янтарная рамка из-под семейной фотографии Смирновых, выпрошенная на юбилей, набор хохломы, набор гжели, набор деревянных тарелок с выцветшими артистами эстрады «Юрмала-86», шелковый китайский халат размера, в который можно было три раза обернуть всю семью Галины Ивановны, набор японских блесен «Только попробуй взять это на рыбалку, щас!», три китайских зонта с вызывающими рисунками, и, наконец, королева коллекции – длинная, как мантия, пораженчески стелившаяся за мелкой Галиной Ивановной, песцовая шуба.

За неделю пребывания в квартире Галины Ивановны шуба получила столько любви, сколько не получали все мужчины рода Степочкиных до седьмого колена. Шубу гладили, ей шептали нежное, ее причесывали, нежили, творили, малевали.

Романтический период длился месяц, после которого шуба была упакована на антресоли. До зимы оставалось еще целых полгода.

Однажды Галина Ивановна пришла к нам:

– Соли не найдется? А у нас хомяк пропал, не видали?

Хомяк нашелся ровно через полгода. Накануне зимы. В шубе, из которой он все эти полгода с абсолютной любовью, пример которой животному недавно явила Галина Ивановна, выгрызал себе улучшенные жилищные условия.

Вход к новоселу начинался между лопатками, заворачивал коридором к плечу и бесстрашно заканчивался на груди, обнажая слабое сердце Галины Ивановны.

Как мы узнали про дырки? Эмпирическим методом. Она так и зашла к нам: вперед хомяком.

Даже не спросила про соль. «Не доведите до греха», – читалось в ее взгляде. Хомяк не понимал происходящего. Он был истощен ремонтом и устройством семейного гнезда. Возможно, надеялся, что его несут жениться.

А потом хомяк пропал.  Уже по-настоящему.  Ходили слухи, что он пропал по дугообразной траектории с балкона третьего этажа Галины Ивановны. Мы потом ходили смотреть: тельце не нашли. Значит, ушел хома. Унес ноги. Новый дом себе строить.

Кубанский январь. Вдалеке горы Адыгеи.