Жгучие вспышек огни.
Россыпью фотографий –
окна в прошедшие дни,
в альбом собери и оставь их.

Память подводит, на фото
рядом со мною стоит
мне незнакомый кто-то,
в руки взяв руки мои.

Счастьем полна, им как
светом свечусь, звеня
звуком, за край снимка
льётся огонь из меня.

Взгляд обжигает пламя
прошлого, но чужим
кажется мне, память
не отзывается им,

Жил на Бейкер-стрите
Беня Камбербэтч,
нелюдим и скрытен,
не искал он встреч

с кем бы то ни было,
так и так придут
люди – в Бене сила,
на его беду,

прочим – во спасенье,
мысли так остры,
нету преступленья,
что он не раскрыл.

В радость мне загадки,
словно за доской
шахматной, но гадкий
фактор есть, людской.

Чудеса,
от которых не скрыться:
распознаются не только лица
и голоса,
но и сокровенное, то, что внутри –
мыслеполиция
на страже Вселенной,
не двигайся, не говори,
не думай, замри.

С той стороны бровей,
левого виска правей
и правого левей –
майор в голове твоей.

Наведём порядок дома – полетим на Марс,
марсиан спасать от диктатуры,
что прикинулась социализмом – фарс,
конечно, вместо яблок там цензура

процветает, беспредел в законах,
угнетён народ, на жизнь лишённый средств,
всюду произвол, король на троне,
что передаётся по наследству.

В общем-то, напрасно
называем эту
мы планету
красной.

Полетим, чтоб принести свободу,
Марс освободить от тирании,
в пересохшие каналы пустим воду,
бури укротим и прочие стихии,

Реальности страницы
перелистни, читая,
остановись у края
и ущипни себя. Такое не приснится

Многостраничный мир,
где каждая поверхность
на несколько слоев
углублена вовнутрь.

Многостаночный тир,
здесь сыплется как перхоть
сострелянный с краев
жемчужный перламутр.

Многофактурный пир,
по залу тосты эхом:
кто шепчет, кто поёт
речитативы сутр.