Ukifusa

Ukifusa

пикабушник
поставил 19947 плюсов и 321 минус
отредактировал 1 пост
проголосовал за 1 редактирование
5298 рейтинг 275 подписчиков 3773 комментария 48 постов 12 в горячем
25

Когда воют волки

Ржавые стенки дрожали вместе с Шегги. Перестуку его зубов эхом вторило дребезжание челюстей Скуби. Глубоко вдохнув, он решился. Продравшись сквозь смолянистый воздух, парень приподнял голову. Едва-едва. Лишь чтобы немного выглянуть за край бочонка, в котором они спрятались.

Велма ползала на четвереньках по бетонному полу прямо перед их ненадёжным убежищем. К ничего вокруг незамечающей девушке приближался Торквемада. Его шаги скрывала длинная ряса и казалось, что полупрозрачная фигура просто скользила над полом. Хотя, возможно, так оно и было. Призрак все-таки. Через проплешины обугленных одеяний инквизитора виднелась обожжённая плоть – чёрную корку смертельных ожогов взрезали трещины. Они сочились багровым светом. Будто его тело было вратами в Преисподнюю. Хотя, возможно, так оно и было. Массовый убийца все-таки.

Торквемада приближался. Лохматые ленты огня обвивали его предплечья. Стекали в ладони. Свивались пылающими ежами. Но на пути призрака оказалась Дафна.

– Грешница!

Комета сорвалась с пальцев инквизитора. Пронеслась над плечом девушки и врезалась в стену рядом с головой Шегги. Шипастая лапа ужаса тут же вжала того обратно вглубь бочонка под испуганный вопль Скуби.

Дафна двигалась столь скупо. Будто и не пыталась уворачиваться. Но раз за разом фейерверки, щедро рассыпаемые Торквемадой, пролетали мимо. Вспышки жара – лишь указания. Не угроза. На лице девушки застыло равнодушие. В противовес ножи в ее руках мелькали с невероятной скоростью.

Шаг, шаг, выпад. Шаг, шаг, выпад. Изящная красавица вышагивала перед разъярённым призраком, как на подиуме. То и дело замирала в разных позах, стремительно разя противника. Шаг, выпад, уворот. Шаг, шаг, выпад, выпад. Уворот, шаг назад. Клинки и следа не оставляли на Торквемаде, но боль от серебра удерживала того на расстоянии.

– Грешница!!!

Вопль заглушил даже рев пламенного савана, что окружил призрака и заставил Дафну отскочить назад.

– Да как ты смеешь, грешница?! – вновь закричал Торквемада, когда огненная кисея спала. Мёртвый инквизитор наставил свой обвиняющий перст на рыжую девушку: – Я вижу все твои грехи! Я вижу их! Головы! Десятки голов в твоем подвале! Отрезанные и высушенные! Ты будешь гореть в аду за то, что совершила!

– Да-да, я в курсе, – Дафна отряхнула от копоти облегающую фиолетовую кофту. – Мы как раз зарабатываем себе на индульгенцию.

– И я туда тебя отправ… Мы? – Торквемада недоуменно склонил голову к плечу.

– Велма – ведьма, – Дафна указала большим пальцем себе за спину.

– Не ведьма, а доктор оккультных наук, – поправила ее пухлая брюнетка, поднимаясь с колен и поправляя красную юбку. Она как раз закончила чертить пентаграмму: –בכוח האור, בכוחו של הרעש - אני מעלה בכם קסמים! עצורואל תזוז!

Щелчок пальцев. И скорее с шелестом, чем со звоном из центра построения вырвались цепи, сотканные из света и шума. Они оплели призрака – одна предусмотрительно заткнула рот болтливому мертвецу – и втянули в центр печати.

– Фредерик, твой выход! – окликнула священника Велма.

Юноша в белой рубашке и отвратительно-оранжевом аскотском галстуке вышел из теней, что чернильной кляксой скопились за углом. В руках он держал библию. Быстрым шагом Фред подошел к границе пентаграммы.

– А Шегги?..

– В бочонке, – ткнула наманикюренным пальчиком в шатающееся убежище Дафна. – Скуби с ним.

– Хорошо, мне спокойней, когда эта парочка боится… – облегченно выдохнул Фред. После чего раскрыл Писание и затянул молитву изгнания: – Exorcizamus te, omnis immundus spiritus…

– Итак, мистер Барбэра, вы хорошо помните, что именно вам нужно сказать? – уточнил Фред у лысоватого мужчины с острым носом, одетого в обугленную рясу.

Тот уверено закивал. Будучи осуждённым преступником, он только рад был публично взять на себя вину непонятно в чем и наговорить всякой белиберды на камеру, лишь бы скостить себе срок.

Фред похлопал мужчину по плечу и открыл дверь. В помещение тут же с гулом влетел рой вспышек и щелчков фотокамер. Приветственно махая рукой, священник вывел мистера Барберу на улицу. Остальная часть «Корпорации Тайн» осталась внутри старого склада, откуда они и изгнали недавно призрака.

– Из Ватикана больше не поступало приказаний? – уточнила Дафна закуривая.

Шегги посмотрел на жуткий багровый глаз, зажёгшийся на кончике сигареты. Он разгорелся ярче, когда девушка затянулась. Потух… Разгорелся… Потух… Будто пульсирующее огненное сердце. Шегги представил, как оно срывается вниз. Падает на его зелёную футболку. Как пламя разгорается и охватывает его полностью… И передвинулся поближе к Велме.

– Нет, – поправила очки девушка. – Этот был последним в их списке.

– … Он использовал прожекторы и пиротехнику, чтобы создать иллюзию призрака инквизитора, – донёсся с улицы голос дающего интервью Фреда. – Таким образом он хотел сбить цену на недвижимость.

– И у меня бы всё получилось, если бы не эти назойливые детишки!

– И почему он всегда заставляет их говорить эту дурацкую фразу? – вздохнула Велма.

– Он католик с паршивым чувством юмора. Чего ещё ты от него ждёшь? – пожала плечами Дафна. – Ладно, пошли. Подождём его в кафе…

Трава, земля, весь лес – стелился под Его лапами. Шелест крыльев, перестук коготков, мелькающие мимо деревья, кусты, ароматы – Он слышал, Он видел, Он чувствовал всё вокруг. Ничто не могло укрыться от Него. И ничто не могло остановить. Проще реку повернуть вспять.

Запах. Вкусный, яркий, сочный. Манящий. Он резко свернул – взметнулась вверх листва. Перепрыгнул овраг. Такой мелкий… Почему этот олень не может выбраться? Рогатому повезло. Его ждала другая добыча, а этот пусть пока живет. Все равно весь лес – Его угодья.

Впереди свечение. Мягкое и голубое. Сквозь него виднеется пещера, какие делают люди. Посреди неё стоял человек. Лысый… слишком лысый даже для двуногого. На нём был балахон – всплыло в голове слово – грубый, коричневый. А вот и Его жертва...

В руках добыча сжимала окровавленный кинжал, от которого и исходил тот приятный запах. Прыжок. Жертва пытается что-то сказать. Взмах когтей. И стены подвала заливает кровь. За спиной гаснет сияние…

Дафна задумчиво смотрела на Шегги и Скуби, приканчивавших на пару уже десятый тройной сэндвич, прерываясь лишь на опустошение очередного шейка. На столе выстроились уже целый легион пустых бокалов и настоящий монумент из вылизанных начисто тарелок. Хорошо, что Ватикан полностью оплачивал излишества своего спецотряда. Чревоугодие, конечно, грех, но явно меньший из тех, что были на счету «Корпорации Тайн».

– Говорят, если съешь сердце дракона – обретешь его силу, – медленно проговорила девушка, ковыряя вилкой свой салат. – Интересно, если съем сердце Шегги – я смогу так же жрать и не толстеть?

– Не думаю, – Велма отпила своего молочного коктейля и продолжила: – Хотя попробовать можно. От него всё равно не убудет, да Шегги?

– Не рекомендую, – еле выговорил тот, пережевывая сэндвич. – Не толстеть это, конечно, здорово. Но вот вечный голод – жуть.

«Не думай о том, как подавишься и задохнешься, – параллельно с этим твердил он себе. – Не думай о том, как подавишься и задохнешься…»

– Жу-уть, – подтвердил его слова Скуби.

– О, а вот и Фредди. Эй, Фредди! Мы тут! – помахала Дафна.

Священник только что вошел и сейчас оглядывался в поисках их компании. Заметив приветственный жест, он направился к их столику. Прямо и целеустремлённо. Лишь на миг задержался – попросил у официантки воды.

– Фух, битый час болтал без умолку, – уже через минуту вытирал губы Фред. – Горло – что Сахара. Ладно, закругляйтесь тут. Ватикан новое задание прислал. Тут недалеко, так что поедем на фургоне.

Стены давили. Душили. Будто стальной удав, что медленно, с каждым часом по чу-чуть, все сильнее сжимает свои дробящие объятия. Шегги казалось, будто он попал под оползень. Он почти слышал треск собственных костей. Воздух стремительно иссякал. И оставалось лишь гадать, что случится раньше: он задохнется или все же будет раздавлен?

– Долго еще?! – не выдержал он.

– Парни, мы всего полчаса едем! – откликнулся Фред с водительского сиденья. – Еще час остался. Потерпите!

– А можно нам хотя бы «Скуби-печенье»?

– Извините ребята, но вы пока не заслужили, – покачала головой Велма.

Кровь расплавленным металлом стекала по подбородку. Аромат же её плескался в комнате, как вода в озере. Когти и зубы сводил зуд – он не насытился. Его нельзя было насытить. Ему всегда нужно было больше. Больше смерти.

По ушам ударило эхо чудовищно громких хлопков, что раздались позади него. Что-то вгрызлось в спину. Пули. Знак того, где находятся Его следующие жертвы.

Разворот. Трое мужчин в синей одежде стоят у входа в помещение. В руках они сжимали странные металлические коряги. Пистолеты. Эти люди уже были мертвы. Нужно было лишь донести это до них.

Прыжок. Удар лапой – первый отлетает сломанной веткой. Взмах когтей – второй падает с разорванным горлом. Разворот – голова третьего, вжатая в стену, брызжет раздавленной ягодой. Судьба настигла их даже быстрее, чем зажили раны на Его спине.

Больше. Ему нужно больше смерти! Он настороженно замер. Принюхался. Одним махом пересек комнату и выпрыгнул в окно. Осколки стекла рассекли кожу, но плоть сомкнулась обратно прежде, чем Его лапы коснулись асфальта.

Он приземлился прямо перед альяпистым фургоном, рядом с которым стояли напряженные люди. А из самого фургона доносился странный запах. Пугающе знакомый и в тоже время знакомо пугающий. Он недоумённо рыкнул… Стремительно развернулся и бросился прочь… Стена, крыша, вторая и дальше – дальше в сторону леса.

– Ве-елма, – донесся из машины дребезжащий голос Шегги. – Можно нам «Скуби-печенья»? Пожалуйста, нам страшно!

– Очень-очень стр-рашно! – тут же поддакнул Скуби-ду.

– Пока что в этом нет нужды… – ответила девушка, поправив очки.

Она внимательно и задумчиво смотрела на карниз, за которым только что скрылся монстр, из-за которого их, очевидно, сюда и позвали.

– Хм… Хм-м… Хм-хм-хм…

Велма внимательно осматривала, ощупывала, кажется, даже обнюхивала и разве что не облизывала арку письмён, нанесенных на стену кровью. Именно тут впервые обнаружили следы того монстра.

– Ну, что скажешь? – поинтересовался Фред.

– Это определённо енохианское построение многомировой интерпретации Эверетта, якорем гильбертового пространства которого через квантовую запутанность служило число Макондо теургиста. Построение было ориентированно на веве виш-хаурва, но привязка Ба сорвалась прежде, чем был завершен обряд шикигами.

– Так я и думал, – кивнул Фред.

– Да, я тоже предполагала нечто подобное, – задумчиво покрутила прядь волос Дафна. – Но, по-моему, Шегги и Скуби не совсем тебя поняли. Не могла бы ты вкратце объяснить им чуть более простыми формулировками?

– Да ладно, всё же просто, – ответил Шегги. – Колдун Эверетт создал мост между этим местом и Р’льехом, чтобы вытащить сюда глубинных монстров.

– Все пр-росто, – подтвердил Скуби.

– Ух ты, ребята! Вы и вправду всё верно поняли! – восхитилась Дафна.

– Так держать, – хлопнул парня по плечу Фред. – Ты растёшь прямо на глазах!

– Э-э-э… Вообще-то всё не так… – растерянно протянула Велма. – Тот лысый жмурик в балахоне пытался призвать себе на службу собаковидное чудовище из другого времени, но монстр убил этого оккультиста раньше, чем тот успел привязать его к себе.

– Ага, понятно. Пойду готовить винтовку с транквилизатором… – священник направился на выход.

– Не поможет, – просто заметил Шегги. – Любой транквилизатор против него будет бессилен. Сработает разве что «токсин страха», но его у нас нет.

– О чём ты? – повернулся к нему Фред.

И он, и Дафна с Велмой – все внимательно смотрели на необычайно собранного и серьезного юношу. Тот лишь пожал плечами:

– Раз этот монстр из другого времени, то всё становится ясно. Скуб узнал запах, – он широко раздул ноздри, втягивая воздух, и Шегги… Скуби подтвердил: – Да, опр-ределенно узнал.

Парень тряхнул лохматой башкой и продолжил:

– Это я из прошлого. До того, как у меня появился Скуби-Ду. До того, как вы нашли меня. Дикий и необузданный. Жаждущий лишь убивать.

– Тогда у нас большие проблемы… – устало вздохнул Фред.

– Подождите, – вмешалась Дафна. – Раз это Шегги из прошлого, то если мы ему навредим – наш Шегги…

– Нет-нет, – замотала головой Велма. – Грубо говоря, он не совсем из прошлого. Он из параллельной реальности, где время течет медленнее, чем у нас. Проще говоря: чтобы мы с ним не сотворили, на наших парнях это никак не отразится.

– Уже хорошо.

– Ну что, Фреддерик, каков план?

– Эй Шегги, – окликнул парня священник, когда они уже направлялись к фургону.

– Да?

– Вы как? Готовы?

– Не-а, – помотал головой тот. – Вообще ни разу не готовы.

– Ну, боюсь выбора у вас всё равно нет. Мы, конечно, сначала попробуем справится сами, но, если это действительно ты… Сам понимаешь. Без вас шансов у нас маловато.

Шегги лишь послушно кивнул.

Ш-шорх… Пронеслась волна по некогда пышным, но теперь обзаведшимся залысинами кронам. Ш-шрох… Гонимая ветром рябь на цыпочках пробежала по опавшей листве.

В это время года лес напоминает песочные часы. Бесчисленные золотые и багряные песчинки ме-едленно просачиваются вниз. Отсчитывают последние мгновения утекающих тепла и жизни… Взамен обнажая сюрреалистичные скелеты, которые раньше скрывали, подобно качественному макияжу.

Сейчас эти деревья, словно больные витилиго, костяной короной окружали небольшую поляну. За одним из особо толстых стволов притаилась Дафна. Она в очередной раз обвела взглядом рванную изгородь деревьев. Где-то за ними притаились и Велма с Фредди. А ещё дальше, в глубине безмолвной ненасытной чащи – был Он. Девушка сомневалась, что монстр умудрится не заметить их. В своих-то владениях. Оставалось лишь надеется, что приманка заинтересует его больше.

Дафна слегка настороженно скосила взгляд на бормочущего Шегги, забившегося в щель меж двух здоровенных валунов на самой границе круга. Его лицо походило на колышущуюся вуаль – постоянно менялось. Слегка. Еле заметно. То обеспокоенные морщины взрежут лоб, то натянется кожа на скулах, то обнажатся в оскале зубы, то подожмутся губы.

«Со Скуби общается…» – почти отстранённо констатировала девушка.

За столько лет она привыкла к звериному началу Шегги. И даже обычно воспринимала его как реально человека… пса… как реальное разумное существо. Но в такие моменты по ее плечам маршировали мурашки. Да, до сих пор. От одного взгляда на этот хоровод сменяющих друг друга личностей становилось неуютно… Это напоминало с какими психами ей приходится работать.

Дафна перевела взгляд на приманку. Горка «Скуби-печенья» высилась посреди преющей листвы. По коже девушки пробежал озноб. Она покрепче сжала рукояти кинжалов. Их серебряные лезвия маслянисто поблескивали ядом аконита. Это должно было ослабить Зверя и замедлить его исцеление…

Смазанная тень выпорхнула из-за деревьев. Замерла возле лакомства. Смутные очертания сменились гротескной внешностью. Вытянутое, тощее человеческое тело, покрытое короткой бурой шерстью. Непропорционально длинные руки, оканчивающиеся чудовищными обсидиановыми когтями. Повисший парализованной змеей хвост. И голова немецкого дога на тонкой шее.

Щелчок пальцев. И с тихим стремительным шелестом из-под листвы вырвались сотканные из света и шума цепи. Дафна бросилась к скованному чудовищу. Шаг, шаг, выпад. Выпад, выпад, выпа… ШВАРХ. Оковы разлетелись бессильным криком. Монстр перехватил ее руку. И девушка уже приготовилась услышать треск своих костей…

БАМ – выстрел дробовика отбросил руку Зверя. БАМ-БАМ – тут же последовал серебряный дуплет в грудь, заставивший чудище отступить. Дафна отскочила назад и благодарно кивнула Фреду, уже готовившемуся выстрелить в четвёртый раз…

Монстр мгновенно оказался перед священником. Тот прикрылся помповиком. Удар! Оружие разлетелось на части, а Фреда отшвырнуло в сторону. Зверь повернулся к рыжей.

–בכוח האור, בכוחו של הרעש - אני מעלה בכם קסמים! עצורואל תזוז! , – вышла из-за деревьев Велма.

Шесть багровых молний сорвались с ее пальцев. На мгновение они обездвижили чудище. Дафна метнула кинжалы. Монстр взвыл, ухватившись за рукояти клинков, что выросли на месте его глаз. А девушка уже достала следующую пару ножей.

– Шегги! – Велма шепотом окликнула забившегося в убежище парня. – Держи!

Ведьма протянула ему «Скуби-печенье». Кивнув, Шегги схватил и одним махом проглотил «лакомство». Хрустнула оболочка. Горькая начинка залила рот. И тут же впиталась в изголодавшийся организм. Нейтрализатор понесся по венам, блокируя «токсин страха», что кипел в крови Шегги.

Судорга прошила тощее тело. Бурая щетина прочнее стали покрыла его с ног до головы. Выпали зубы и ногти. А на их месте выросли когти и клыки, способные рвать даже титан. Натянулась кожа, лопнула одежда под напором бугрящихся мышц, что были мощнее танка.

Зверя смело в сторону, когда Дафна уже успела распрощаться с жизнью.

«Любит же Вселенная меня обламывать…»

Девушка посмотрела на двух монстров, застывших друг напротив друга. Они были почти одинаковы. Только один – заметно крупнее и сильнее. А еще явно опытнее. Десятки схваток с ужасающими чудовищами оставили на его шкуре немало шрамов.

Две тени молча слились в едином вихре разрушения. То тут, то там на поляне в щепки разлетались деревья, а неразличимые туши пропахивали землю. Секунда. Другая. И более крупный монстр подмял под себя второго. Во все стороны полетели окровавленные куски плоти.

Перед Дафной приземлилась рука. Осыпалась шерсть. Выпали когти. И звериная лапа обернулась подростковым предплечьем. Мокрым ошметком рядом с Велмой упало сердце, которое будто усыхало с каждым судорожным ударом.

Вдруг на поляну рухнула тишина. Шегги откатился в сторону и десятком мучительных судорог вернул себе людское обличье. А Зверь хоть и остался в своей прежней форме – лежал без сознания. Скорее даже в коме…

– Ты как?

От внезапного вопроса Шегги подпрыгнул выше головы Фреда, незаметно подошедшего.

– Прости, – поморщился священник. Когда нейтрализатор переставал действовать – «токсин страха» ощущался куда острее. – Не хотел.

– Я нормально… – облегченно выдохнул парень. – Просто думал о том, что ошибся насчет этого меня.

Фрэд посмотрел на Зверя, закованного в слои зачарованного серебра:

– В каком смысле?

– Он старше, чем я думал. И у него уже был Скуб. Но в том мире… Почему-то вы его там не нашли. Или нашли слишком поздно. Шегги и Скуби-Ду слились в нем в… Скрэппи-Ду? Он уже не сможет стать человеком…

– Понятно. Ну, думаю нам придется найти способ убить его…

– Не нужно! – вскинулся Шегги. – «Токсин страха» подействует на него. Не так, как на меня… Но он слишком полезен. Мы со Скуби сможем контролировать его. Мы… Мы задавим его авторитетом. Научим его вести себя более… по-человечески.

– Уверены, что вы сможете?

– Да… Да, мы увер-рены.

Пауза повисла между ними свинцовой цепью. Шегги попытался найти еще какие-то аргументы. Даже открыл было рот, но тут же понял, что они со Скубом никак не смогут переубедить Фреда.

– Ладно, – наконец-то кивнул священник. – Я поговорю с Ватиканом. А пока что нужно подготовить отмазку для прессы…

Показать полностью
6

Машины и механизмы

За спиной схлопнулся портал. Они успели в срок. Она – родить. Он – добраться до роддома. Все шло как надо. Теперь все реже происходили отклонения от Графика. Природа все больше уподоблялась людям в подчинении Стальному Отцу. Случайные отклонения искоренялись рекордными темпами.

Маркус шел сквозь хаотично выглядевший порядок толпы. Люди, петляя, двигались сразу во все стороны, не сталкиваясь благодаря идеально согласованным маршрутам.

Он вошел в больницу. Подошел к лифту в нужный момент. Тот как раз спустился с верхних этажей. С тихим шипением раздвинулись двери. Шаг вперед. Задрожал пол. Остановка. С тихим шипением раздвинулись двери.

Маркус прошел к двери нужной палаты. Зашел. Нина полусидела в постели. В руках она держала сверток – Евангелину. Такое имя выбрал их дочери Стальной Отец.

Маркус подошел ближе. Младенец ворочался и все время тянул куда-то ручонки. Столько лишних движений. Так примитивно. Не страшно. Нужно потерпеть всего год. Потом Евангелине имплантируют механическую душу и она станет полноценным человеком. Все идет как надо.



P. S. Больше моего творчества можно найти тут.

22

Чародей по вызову или Дело о живом пожаре (окончание)

НачалоСередина;


Анджей терпеть не мог больничный запах. По иронии, именно так пах кадук, демон болезней. А о той встрече чародей крайне не любил вспоминать. К несчастью, на следующий после злополучной погони день ему все же пришлось припереться в госпиталь. Чтобы навестить Дариуша

Бледные проспиртованные, продезинфицированные коридоры лабиринтом минотавра сплетались вокруг. Повороты оборачивались тупиками. Лестницы сбегали стоило отвести взгляд. И все же он нашел нужную палату. С трудом и матом, но нашел.

Он только подошел, когда белоснежная дверь распахнулась, выпуская медсестру. Девушка внимательно посмотрела на Анджея и спросила:

– К Щенятову?

– Ага.

– Не напрягайте его. Ему еще к операции готовиться.

Чародей посмотрел медсестре вслед так, будто увидел зомби-единорога, бухающего с зомби-деревом. То есть – что-то очень странное и стремное одновременно.

– Какая еще операция?! – ворвался в палату Шулер. – Ты это называешь «немного потрепала»?!

За спиной громко хлопнула дверь. Дариуш, развалившийся на просторной кровати – разумеется облачных оттенков, как и все тут – застыл, недонеся персик до рта.

– Ну это… – протянул растеряно инквизитор. – Я просто не хотел волновать тебя. У Инквизиции просто протрясающий страховой полис. Уже завтра мне заменят коленный сустав, а через неделю и вовсе друиды проведут Обряд Восстановления и буду как новенький.

Услуги савантов Жизни стоили даже больше, чем волшебников. Так что полис был действительно потрясающий.

Анджей опустился на табуретку радом с постелью. Поставил кулек с кактусовым мороженным на прикроватную тумбочку, что полнилась фруктами всех мастей. Туда же пристроил пакет кактусового сока. Даруиш тут же схватил зеленый рожок, продолжая разглагольствовать:

– Я бы и сам со временем поправился, конечно. Спасибо маминым генам. Ну чего ты такой хмурый?

– Да просто думаю тут… – ответил насупившийся чародей. – Смогу ли я после твоей операции говорить, что, формально, мой лучший друг – киборг?

– Да пошел ты! – рассмеялся инквизитор. – Лучше расскажи, что там нового у тебя?

– Ну как тебе сказать… Целый лес ниточек ведет к Казимиру Монастырскому. Автору той злосчастной статьи. Но есть проблема. У него просто не может быть необходимых знаний и умений.

– То есть, у нас ничего нет?

– Хм-м… Ищейки проверили церковь-капище?

– Да. Остатки ауры будимира они уловили. Но ни каких следов построения для призыва. Или хоть чего-то полезного.

– Тогда ничего.

– Шикарно. Просто шикарно, – вошел в палату Вельфегор. – Дариуш, напомни, за каким ангелом мы вообще наняли его?

– Тебя доставать, Паттинсон, – чародей продемонстрировал вампиру оттопыренный средний палец.

– Завязывайте с перепалками, – поморщился инквизитор. – Вельфегор, а ты-то зачем пришел?

– Ты ж сам просил принести планшет со всей инфой по делу, – похлопал по рюкзаку бескуд. – Я еще и прожектор портативный захватил. На всякий.

– Молодец. Установи все и включи карту пожаров.

– Окей, а за каким ангелом тебе карта? Ты и так на нее в офисе все время пялился.

– Для медитации. Есть идеи получше? Ну тогда не выделывайся и делай, что говорю.

Уже через несколько минут на стене палаты распахнулось окно с видом на Варшаву с высоты птичьего полета. Вельфегор поправил еще немного прожектор и отошел в противоположный конец комнаты.

– Хм… А может логичнее сразу включить карту, где помечены объекты Инквизиции? – спросил Анджей.

Дариуш помолчал немного, обдумывая предложение, а потом вздохнул:

– Вельфегор потом дашь ему на подпись подписку о неразглашении задним числом.

– Как скажешь.

– А ты, – посмотрел он на друга, – учти, что, если нарушишь ее – я не смогу тебя отмазать от срока за разглашение гостайны.

– Э-э-э… А может тогда…

– Поздно, – инквизитор переключил слайд и на карте зажглись новые обозначения.

– Ну? – спросил Дариуш через минут десять молчаливого разглядывания стены. – Есть у кого-то какие-то соображения?

– Возможно… – Анджей поднялся с табурета и подошел поближе к карте. – Если убрать эти две точки…

Чародей выбежал из палаты.

– Какого?! Вельфегор, давай за этим психом!


Анджей вылетел на улицу и быстро пошагал к перекрестку. Остановился на светофоре. Огляделся.

«Энергодол должен проходить где-то здесь…» – чародей прикрыл глаза и прислушался к чутью.

Ауры толп людей плыли мимо. Повсюду чувствовались отголоски квиттеров. Наконец он нашел нечто, что ощущалось, как свежий ожог на коже.

Он двинулся в сторону этого противоестественного шрама на инфотеле города. Подошел к уличному фонарю. Внимательно осмотрел, ища метку. Сел на корточки и провел рукой по гладкому холодному металлу. Есть!

На столбе кто-то нацарапал символ веве. Анджей подбежал к следующему светильнику. Там нашелся тот же знак на том же месте. Удовлетворенно улыбнулся и повернулся в сторону больницы. И столкнулся с вопросительным взглядом вампира.

– Пошли, – махнул ему рукой чародей – в палате все объясню.


– И снова здравствуй. Куда ты так рванул? – подал голос Дариуш, стоило им зайти в палату.

– Гипотезу проверял.

– И как?

– Смотри сюда, – Анджей подошел к карте. – Если убрать вот эти два места нападения, – последовали два иллюстрирующих слова тычка в стену. – Получим базовый круг призыва. Такие обычно используются для призыва «духов» и мелких «бесов».

– Больше похоже на треугольник, – заметил Вельфегор.

– Это просто название. И если наложить картинку на карту теллурических потоков магии – его происхождение станет более понятным. Ну да не суть. Я нашел веве, нацарапанные на столбах по линии энэргодолов, что должны, по идее, соединять Узлы построения. Которыми, очевидно, и являются места нападений будимира.

– А что насчет «лишних» пожаров? – спросил бескуд. – Разве для чернокнижной печати не важны все детали?

– Они не имеют значения, пока не пересекаются с построением или с потоками. Видимо, они нужны для отвода глаз.

– Допустим, – кивнул Дариуш. – Но наш оккультист что, затеял это все ради призыва беса?!

– Ключевое слово было «обычно», – задумчиво ответил чародей, проводя несложные расчеты в голове. – Учитывая количество смертей и разрушений, причиненных будимиром на местах Узлов, когда построение завершат резонанс будет… просто чудовищным. Говорю вам, такой хреновиной можно даже «архидьявола» в Явь выдернуть. И учитывая какой веве был использован, я даже могу сказать пришествие кого именно планируется. Молоха.

Дариуш побледнел до состояния трупа. Даже Вельфегор невольно поежился. Да у Анджея самого по спине легион мурашек промаршировал. «Архидьяволы» – создания совершенно иного порядка, которых еще называют названными демонами. Из-за того, что каждый из них уникален и их имена одновременно являются и видами.

«Архидьявол» настолько же опасней «дьявола», насколько тот – «беса». Конкретно Молох был с шестого круга и мог устроить в Варшаве локальный Армагеддон. Вторых Кабат город не переживет…

– Ты можешь определить сколько Узлов ему еще осталось? – резко спросил Дариуш. – И где они будут?

Анджей сделал шаг назад, чтобы еще раз рассмотреть все построение целиком:

– Ну, чем проще построение, тем меньше в нем возможных отклонений и переменных. Так что тут это вполне возможно. Окей, эти два пожара для отвода глаз… Лаборатория Гильдии и «Хрустальный дворец»/моя кваритира… – по привычке рассуждал он в слух, проводя в голове расчеты. – Если бы не они – у него было бы куда больше вариантов. И после «Неистового гона» он должен быть уверен, что мы дышим ему в спину… Здесь.

Палец чародея уперся в стену на месте какого-то жилого дома. Значок Инквизиции или Гильдии на нем отсутствовал.

– Если он хочет закончить все одним ударом, то он должен сделать это здесь. Более того, построение уже почти закончено. Эта машина Голдберга вот-вот заработает и ему нужно замкнуть круг до того, как симпатическая волна докатится до последнего Узла. Дариуш, насколько сильно птичке досталось от тебя?

– К сожалению, не особо, но все же я ее потрепал.

– Значит завтра. Он сделает это завтра на закате, иначе построение разрушится.

Кивнув, Дариуш тут же взялся за звонки.

– То есть, столько объектов Инквизиции попало под удар… Случайно?

– Видимо да, – пожал плечами Анджей.

Чародей повернулся боком и достал телефон. Беззвучно, украдкой запечатлела карту камера гаджета. На всякий случай. Пригодится.

– Хорошо, – положил телефон Дариуш на простыню рядом с собой. – Штурмовой Отдел будет готов.

– Отличненько, – кивнул Шулер, – когда мне?..

– Ты не участвуешь, – отрезал инквизитор. – Не твой калибр.

– Да хрена с два! Этот выродок разрушил мой дом! Ранил Императора! Убил Кингу!

– Волкодавы разберутся с будимиром и поймают оккультиста. Ты сделал свою часть работы, так что оставь нам нашу. Это не обсуждается. И я тебя запру, мать твою, в камере, если понадобится, но просто так подохнуть не дам.

Анджей молча вышел из палаты

.

***

Дробящимся эхом топот тяжелых ботинок разносился по гулким и пустым коридорам. Еле слышно бряцало плотно подогнанное обмундирование. Чуть громче клацали по бетонному полу металлические когти.


***

«Холера, ну наконец-то!» – чародей устало поставил сумки на пол.

Перетащить весь инвентарь – это оказалось далеко не самой простой задачей. Вроде бы и ничего тяжелого там не было, а все вместе вес давало приличный. Еще и император не хило так давил на плечо. Ну да ладно. Осталось только разложить вещи. Потом дождаться, когда можно будет забрать шкаф. Нанять грузчиков для его перевозки. Или напрячь Дариуша. И переезд будет успешно завершен.

По иронии судьбы – новый дом находился рядом с парком, где Анджей изгонял русалку. По соседству с костелом, которым ранее заведовал «Отец Виктор». Собственно, из-за того случая хозяин квартиры и предложил ему неплохую скидку. Квартира, правда, находилась далеко от центра. Зато она была куда больше и роскошнее предыдущей. А по деньгам выходило столько же. Прелестно.

– Ну-ка, что скажешь? – чародей снял кота с плеча и поставил на пол.

Император задумчиво принюхался. Величественным шагом обошел озеро белого кафеля на кухне. Внимательно осмотрел горные хребты мраморной столешницы с электроплитой. Оценил улей шкафчиков. Задумчиво склонил голову возле крупного круглого плато обеденного стола и одобрительно кивнул на внушительную башню холодильника. Прошелся на утес балкона и обратно. Поочередно проверил анклавы ванной и трех спален. Вернулся к Анджею. Уселся перед ним и вынес вердикт:

– Нравится! Хочу!

– Тогда радуйся, – усмехнулся чародей. – Теперь это наш дом.

Довольный котяра вновь пошел осматривать квартиру. Но на этот раз куда более тщательно. Еще бы. Ему предстояло сделать крайне важный выбор. Нужно было определиться с новым любимым местом.

Анджей вошел в заранее облюбованную спальню. Еще раз осмотрелся. Куда просторнее его предыдущего жилища. Слева протянулся внушительных размеров стенной шкаф. Наконец-то можно будет хранить вещи не в чемодане. Ну, когда они снова появятся, конечно.

Справа – одноместная железная кровать и лакированный комод. Простенькие стул и стол по центру. И непривычно много свободного места. Возможно, когда он перевезет сюда старый громоздкий шкаф – это неуютное чувство открытого пространства исчезнет.

Чародей установил ноут и поспешил включить его. Долгие мгновения электронных раздумий. И он приветственно загудел. Аллилуйя! Не нужно тратиться на ремонт! Эх, как мало все же нужно человеку для счастья.

Анджей умостился на стуле, откинулся на спинку и уставился на безмятежные горы заставки. Ну, работа завершена. Да? Уже совсем скоро Инквизиция разберется с элементалем. Поймает оккультиста. И выяснит кто, что и нахрена…

И все же что-то было не так. Никак не уходило это мерзкое чувство, словно ты голыми руками ловишь малька в аквариуме. А он все ускользает и ускользает… Мысли все время возвращались к нападению будимира на его дом. К Кинге, сгорающей дотла на его глазах. Что-то не так, что-то не так… Что-то еще нужно сделать… В конце концов он решил съездить на жженные развалины.


***

Пустые коридоры. Пустые комнаты. Где же, где? Где он?

Штурмовой отряд Инквизиции спешил. Скрытность уже была не важна. Главное было успеть. Иначе Щенятов их разорвет. Возможно, даже буквально.


***

Провал на месте двух этажей зиял открытой раной на теле здания. Ореол золы окружал его подобно пятну засохшей крови. А свет садящегося солнца сочился из него подобно крови свежей. Анджей, задрав голову, задумчиво смотрел на место, что еще недавно было его домом.

В руке он сжимал букет хризантем. Он собирался положить его на место гибели девушки, что была бы еще жива, не научи он ее… Кингу еще не успели похоронить, так что тут было самое подходящее место, чтобы отдать дань уважения. Почтить спасительницу.

А по ту сторону фасада жила улица. Ярко и быстро – как и положено столице. Спешили люди, мелькали машины, работал в прежнем ритме салон Марселя. Словно и не случалось здесь трагедии.

Тут же лишь висели в воздухе тишина и запах гари. Да из открытого окна доносилось ворчание старика Леслава с первого этажа:

– Сначала сгорел приют! – причитающий дед работал там сторожем в дневное время. – А теперь эта тварь на мой дом напала! Это точно заговор против меня!

Да-да, конечно. Ты именно настолько важен, чтобы ради тебя призывать целое «исчадье». Ну ничего, уже через полчаса сразу несколько штурмовых отрядов Инквизиции затравят «эту тварь».

– А я говорю заговор! Нет, Клара, ну ты сама посуди! Какова вероятность, что это просто совпадение?

Действительно… Какова вероятность? Зачем он вообще напал на это место? Он хотел запутать следы, скрыть рисунок печати и… выбрал место, где – как должно быть очевидно любому идиоту – будет просто сногсшибательная защита? В остальных-то местах она была так себе. Даже на псарне не могло быть ничего мощного из-за чувствительных щенков. Как и на лаборатории Гильдии – из-за резонанса с реагентами. На остальные просто не было смысла вешать что-то серьезное.

Совпадение, да?.. Один раз – случайность. Два – совпадение. Три – уже закономерность. Холера, так какова же вероятность, что среди мест, выбранных оккультистом для атаки – половина… нет, с учетом «Хрустального дворца» даже больше половины точек так или иначе связанны с борьбой против демонов?

Если за всем действительно стоит Казимир… Допустим, что это возможно. Допустим. Тогда с его извращенной точки зрения фанатика Адских Легионов – уничтожение подобных мест будет первостепенной задачей в сравнении с завершением построения. Ведь если демона призвать – это будет деянием человека, а не Божественной карой за грехи. Хотя казалось бы…

Анджей достал телефон и открыл фото, сделанное сегодня в больнице. Губы его беззвучно шевелились, высчитывая примерные формулы и прикидывая вероятные эпюры. Взгляд чародея остановился на складе неподалеку отсюда. Значок рядом с ним, согласно легенде карты, означал, что Инквизиция использует его, как тренировочную площадку для волкодавов и ярчуков. Охранять там, по сути, нечего. И в тоже время – удобных для учебки мест не так много, как хотелось бы. Прекрасная мишень. Во всех возможных смыслах.

Щелк – сложилась наконец в голове картина. Сранный ублюдок! Он водил их как слепых щенят с самого начала. Прикрытие для прикрытия. Два левых нападения, отвлекающих от построения призыва, которое отвлекает от ослабления противостоящих демонам.

Чародей прикинул по времени. До заката полчаса – не больше. Штурмовые отряды не успеют. Им сорок минут переться. Зато отсюда до завода минут пятнадцать пешком. Анджей достал телефон, быстрым шагом обходя раненое здание. Пара мимолетных касаний экрана. Гудок. Второй.

– Сколько лет, сколько «Блич»! – раздалось радостно из динамика.

– Да вроде только вчера виделись.

– Час, миг. Век, год.

– Ладно, скажи, что там с моим заказом? Он еще не готов?

– Мед – очень странный предмет. Он вроде есть, а вроде и нет.

– То бишь, частично. Окей, а что именно готово?

– Если хочешь стрелять – стреляй, а не болтай.

«Значит арбалет. Хм, а я думал он что-то из «Ван Хельсинга» вспомнит, а не из Долларовой трилогии».

– То есть, я могу его прямо сейчас забрать?

– Молодец. Понял.

– Сейчас буду.

– Аста ла виста, бэйби.

Тихо пропела музыка ветра. Чуть громче захлопнулась дверь. Анджей отправил Дариушу сообщение с полу-пояснением, полу-указанием. Спрятал телефон в карман. Огляделся. И быстрым широким шагом пересек помещение, подойдя к витрине, за которой его уже ждал Марсель. Когда он приблизился, алхимик вытащил долгожданный заказ из-под прилавка и положил на стойку:

– Студент! Комсомол! Спортсмен! Наконец – просто красавец! – он быстрым легким движением разложил оружие. Чем увеличил его длину в добрых два раза – почти до метра. Опустил рядом ремни для крепления. Затем – тихо звякнувшую сумку с болтами.

Чародей взял арбалет в руки. И вправду красавец. Плавные линии, полированное дерево – рябина. Обитый кожей приклад. Эргономичная рукоятка.

Огнестрел в Польше хрен достанешь, а если и достанешь, то стрелять из него вне специальных мест тебе не позволят даже по демонам. А вот арбалет – совсем другое дело. И по откровению Марселя, больше всего возни было именно с тем, чтобы уместить конечный продукт в рамки юридического определения термина «арбалет». Автоматическая перезарядка и пистолетная скорострельность здорово этому мешали.

В основу этой вундервафли легли схемы карманных ритуалов Анджея. Сложнейшее построение, разработанное чародеем, через кровь использовало врожденные телекинетические способности для стрельбы и перезарядки.

Стоила машинка просто баснословно. Что моментально сделало ее жутко нерентабельной. Повезло, что Марсель заинтересовался проектом. Алхимик даже оформил патент. Хотя смысла в этом Анджей не видел. Магические способности для пользования арбалетом все равно требовались, так что простых вояк таким не вооружишь. А волшебникам такая безделушка без надобности. По очевидным причинам.

На фоне этого шедевра магоружейной мысли боеприпасы к нему терялись. Хоть универсальные болты и сочетали в себе одновременно серебро, железо и осину – куда уж им…

– Вечер перестает быть томным, а? – улыбнулся Марсель.

– Ага, иду на будимира.

Алхимик посмотрел на арбалет. Поднял глаза обратно на чародея. И со скрипом признал:

– Тогда тебе нужна будет лодка побольше.

– Ничего, справлюсь.

– Я вижу мертвых людей, – скептически глянул на него алхимик.

– Ты недооцениваешь мою мощь, – и добавил через плечо, уже идя на выход: – Что мы говорим смерти? Не сегодня!

«Холера. Походу это реально заразно…»


***

Волкодавы и ярчуки напряженно застыли. Первые медленно водили по сторонам дулами двуствольных помповиков, а вторые – мокрыми носами. Одинаково черными и блестящими.

Это ведь то место? Должно быть то. Командир штурмового отряда еще раз сверился с GPS. Определенно то. Посмотрел на наручные часы. Да и время тютелька в тютельку. Так, во имя всех святых, почему тут никого нет? Куда запропастился этот ублюдок?!


***

Солнце почти скрылось за краем земли и на заводе царствовали тени. Клубами черного дыма они собирались в углах. Лужами чернил растекались по стенам, заливая трещины. Казалось, они даже забивала нос – затхлым запахом пыли – и сжирали звуки шагов.

«Самая та обстановка для охоты на чудовищ…»

Чародей медленно шагал по пустым помещениям и коридорам, стараясь не выдать себя. Беспрестанно оглядываясь по сторонам и нервно шевеля пальцами. Словно играл не незримом инструменте.

Перед входом он активировал Систему, прочел оберегающую молитву и накинул на себя «святую броню». Потом выкурил не одну сигарету, восстанавливая Запас. И едва ли это все выиграет ему даже пару лишних секунд. Но может так он хотя бы меньше костей сломает. Ну хотя бы не все…

Шулер свернул за угол. И тут же шарахнулся назад. Посреди комнаты стояла фигура. Казимир Монастырски. Все же он. В кожаной куртке, джинсах с подворотами и кедах – он выглядел совсем не по оккультному. Ну что за молодежь пошла? Где, спрашивается, длинный черный плащ, говорящий: «я крутой злой бунтарь»? Никакого уважения к традициям.

– Выходи, чародей, – громко и устало окликнул его Казимир. – Не хочу играть в прятки.

«Хм. Может он просто каждые пять-десять минут так кричит на всякий случай? Я бы так делал».

– Выходи давай, я прекрасно чувствую то хлипкое заклинание, которым ты защитился.

«И все же не факт…»

– «Святая броня», да? Я на вступительном экзамене его создавал.

«Холера».

Анджей вышел из своего, как выяснилось, обалденно ненадежного и бесполезного укрытия, картинно раскинув руки в стороны:

– Ну-с, вот он я. Ждал меня? Я настолько предсказуем?

Парень лишь пожал плечами:

– Тебя не сложно было заманить. Ты ж не можешь не совать нос не в свое дело.

– Ты про погоню на псарне?

Вновь пожатие плечами. В этот раз молчаливое.

– Ой да ладно тебе. Раз уж тебе так охота укокошить меня – хоть объясни из-за чего. Так будет справедливо, тебе так не кажется?

«Ну же, говори. Чем дольше ты будешь болтать, тем лучше. Ну же, какой фанатик откажется читануть проповедь другую?»

– Погоня на псарне, охота на демонов, – начал со вздохом перечислять Казимир. – Зачистка «проклятых мест», которые даже правительство не трогает. И правильно делает, кстати. Противиться Божьей воле будто в самой твоей природе, да?

– Ну тут даже отрицать не буду, – «Ура! Заработало!»

– Ты даже выжил, когда я ударил по тебе в первый раз. Но сейчас тебе не помогут кошак с девчонкой, – парень поднял руку, будто собираясь отдать команду «вперед». Хотя почему «как»?

«Да что ж ты за злодей-то такой неправильный?!» – хрустнул пальцами чародей.

– Ладно, давай уже спускай с цепи своего лоа.

Казимир замер:

– Ты в курсе?

– Отбросьте всё невозможное, то, что останется, и будет ответом, каким бы невероятным он ни оказался. Ты шаман. Вот уж поистине чудо встретить такого как ты, – не хочешь говорить ты, значит буду болтать я: – Способного интуитивно общаться с демонами, привязывать их к себе и даже таскать их через Калинов Мост усилием воли. В обход таможни, так сказать. Если честно, мне очень интересно, как ты сумел сделать своим лоа целого будимира. Они редкие штучки. А ты не только талантлив, но еще и чертовски везуч, да?

Опять долбанное молчаливое пожатие плечами. Анджей наклонил голову к плечу. Упер основание ладони в подбородок. Надавил и довел до щелчка.

– Читер, – обвинительно выставил указательный палец Анджей. А Казимир вновь приготовился махнуть рукой. Чародей быстро выпалил: – Хотя еще интересней – как ты можешь натравливать его на людей? После того-то, что случилось с твоими родителями?

Шаман вновь замер.

«Есть контакт!»

– Мой отец пил и бил мою мать, – тихо проговорил Казимир. – Та ему в отместку изменяла со всеми подряд. В том числе с моими одноклассниками. За это он снова избивал ее. Вечный круг греха. Разомкнуть который смогла лишь Божья воля. Демоны просто карают нас за грехи наши. А я просто помогаю им в этом богоугодном деле.

И он все-таки махнул рукой. Рядом с парнем поплыл воздух. Медленно проступал образ будимира, будто кто-то проявлял старую фотопленку. Через секунду там уже стоял огромный огненный петух.

– Ну что ж, – чародей откинул полу пальто: – Поздоровайся с моим маленьким другом!

«Определенно заразно».

Шулер сорвал с бедра арбалет. Слитным движением разложил и вскинул к плечу. Игла прошила подушечку большого пальца. С каплей крови утекло столько же магии, разгоняя аппарат. Над ложем словно прицел вспыхнула сапфировая энергетическая гексаграмма.

Анджей навел оружие на голову будимира. Трижды спустил тетиву – Змеем Горынычем болты улетели в сторону нечисти. И прошли мимо.

«Так. А вот того, что Клинт Иствуд из меня паршивый – я явно не учел…»

Чародей перекатом ушел в сторону, уворачиваясь от выпущенной в ответ струи пламени. Вскочил. Снова выстрелил. В этот раз целясь в корпус. Болт впился в пылающее крыло и вырвал из петушиной глотки гневный крик боли. А Шулер тем временем бросился обратно в сплетение заводских коридоров.

«Нахрен! Нахрен! Нахрен отсюда!!!»

Анджей несся со всех ног. Не оборачиваясь, полагаясь лишь на чутье, он то и дело нырял в разные стороны, уворачиваясь от потоков огня. Влево, вправо, прямо, прямо, влево, холера не туда! Он заложил петлю, чтобы вернуться на верное направление. Так, теперь вроде прямо…

Чародей едва успел затормозить, когда одна из стен впереди покрылась вулканическими трещинами. С грохотом разнесло в клочья бетон и в коридор хлынуло пламя. Шулер едва успел прикрыться рукой от одного из осколков – ладонь рассекло до крови.

Вопль шагнувшего из провала демона заглушил звук спускаемой тетивы. Пять болтов очередью вылетели из арбалета. И с двух шагов по огромной туше промахнуться не сумел даже Шулер. Серебро заставило будимира отступить и выиграло Анджею несколько секунд. Которые он тут же потратил на экстренный побег.

Чародей нырнул обратно в сплетение коридоров, изо всех сил стараясь держать в уме верное направление. Не вышло. Он утратил всякое представление о своем местоположении уже через несколько поворотов.

Скользила по цевью окровавленная ладонь. В легкие будто напихали битого стекла. Со всех сторон доносился петушиный рев. То громче, то тише, приближаясь, отдаляясь и глушась стенами. На пути то и дело показывалось зарево демонического огня и Шулеру приходилось срочно сворачивать в противоположную сторону. Это только еще больше все усложняло…

«Холера! Да где оно?! Специально же приметил это место на карте, чтобы даже я смог туда легко добраться…»

Анджей свернул в очередной коридор. И встретился взглядами с будимиром. Позади своего лоа стоял и Казимир – как только поспевал за ними?

Повезло. Коридор выдался достаточно длинный. Чародей успел увернуться от струи пламени. А вот подняться после этого на ноги – нет. Еще один раскаленный поток смел Шулера и разорвал «святую броню». Система каким-то чудом – возможно его же молитвами – уцелела. И даже смягчила приземление на спину.

Анджей еще сумел приподняться на локте и вытащить из-за пояса туз, когда демон добрался до него. Огненная лапа впечатала чародея в стремительно нагревающийся бетон пола. Остатки защиты испарились. Пылающие когти прожгли одежду.

Клац – выпрямилась телескопическая дубинка. Щелкнул переключатель. Вспыхнули голубые разряды. Взмах. «Карманная молния» словно волшебный меч отсекла ногу демона.

Раздался крик боли и элементаль отскочил назад. И едва не завалился набок. Будимир возмущенно всклекотал, спешно отращивая новую конечность.

Анджей сорвал с пояса флакон с омелой. Бросок. Дзвяк – лопнуло стекло. И облако пыльцы окутало демона. Это замедлит восстановление. А он тем временем немного оторвется. Арбалет подбирать времени не было – Казимир уже что-то магичил. Чародей в последний момент укрылся за поворотом. Что-то убойное пронеслась мимо и потолок позади рухнул.

Получив в подарок немного времени, Шулер все же рискнул замедлиться. Достал телефон. Открыл гугл карты. И попытался хотя бы понять в какую сторону ему двигаться. А потом вновь начались изматывающие салки. Но он все же почти добрался. Поворот, еще один и наконец – тупик. Какого хрена?!

Анджей лопатками ощутил нарастающий жар. Пластом рухнул на пол. И поток багрового пламени разнес стену перед ним. Чародей поднял голову. Заглянул обугленную дыру... И вскочил с радостным воплем облегчения.

Нырнув в проем, он тут же откатился в сторону. Через мгновение следом шагнул будимир. И его встретил серебряный дождь. Выстрелы выгрызали целые куски из тела элементаля. Два раската искусственного грома сделали петуха больше похожим на решето. Сквозные раны сразу же начали затягиваться.

И тут в дело вступили ярчуки. Свора огромных белых с золотом псов набросились на демона, а волкодавы Инквизиции переключились с залпового огня на прицельный. Пули, когти и клыки рвали огненную плоть на части.

Шулер поднялся на ноги. Отряхнулся. Полюбовался слаженной работой нескольких штурмовых отрядов, что уже засиделись в засаде. Как говорится, если не можешь справиться с чем-то сам – найди того, кто может.

Анджей перевел взгляд на застывшего в ступоре шамана. Мысли Казимира явно метались от одного варианта к другому. Еще немного и его лоа помрет. И тогда плану фанатика конец. Но если отозвать будимира – самому Казимиру уже не уйти.

«Шах и мат, – чародей направился в сторону шамана. Тот в ответ, все же приняв решение, бросился бежать. – Только этот чудик еще не в курсе».

Шулер достал из-за пазухи тазер. Направил в спину убегающему. Выстрел. Разряды электричества разбили магическую защиту и стегнули Казимира, свалив его на пол.

С трудом, но он поднялся. Развернулся навстречу приближающемуся Анджею, на ходу сплетая заклинание… И ему в лоб тут же прилетела склянка. Разлетелась вдребезги. Несколько осколков глубоко, до крови вонзились в залитое содержимым пузырька лицо. Шаман зашипел, когда спирт обжег свежие царапины. И в тот же миг все волшебство ускользнуло от него.

– Это была настойка чертополоха, – пояснил подошедший уже вплотную чародей, надевая кастет. – Добро пожаловать в мой мир, сука, – замах. – Мир, где магия сосет.

Удар. Застучали по бетону выбитые зубы. Следом раздался грохот упавшего тела. О да-а… Какие же приятные звуки…


***

– Пан Соколовски! Пан Соколовски! – окликнул его женский голос уже практически на пороге Штаб-квартиры Инквизиции.

Анджей лениво повергнул голову. Ему наперерез шла Виола. Вот прилипчивая. И как она только находит его постоянно?

– Я слышала, что Инквизиция задержала кого-то в связи с делом о пожарах. Это правда?

– Да, правда, – вот ведь проныра. Официальных заявлений-то пока никаких не было. – Я как раз по этому поводу и направляюсь.

– Выходит за этим стоял человек? Кто он?

– Человеком, призвавшим демона, был Казимир Монастырски, – поморщился чародей, вынужденный ответить. – Студент АМИ.

Еще немного. В здание ее не пустят.

– Выходит, что тот, кто должен был стать членом Гильдии волшебников и защищать нас от демонов, сам же и призвал одно из них на наши головы?

– Волшебники – тоже люди. Среди них тоже есть мудаки, фанатики и психи. Только вот последствия от их проступков куда масштабнее, – с этими словами чародей шагнул под каменный свод прежде, чем Виола успела задать следующий вопрос.



Концовка в комментариях ибо не влезло

______________________________________________________________________________________________________

Прошу прощения за задержку. Корона злосчастная таки добралась до меня. Но я таки выкладываю тут окончание Пожара. А тут традиционно уже выложена следующая глава. Приятного чтения и еще раз прошу прощения за неудобства.

Показать полностью
15

Кости на ветру

Буря впивалась пылающими когтями в водную гладь. От ее лап расходилась рябь девятых валов – дрожь докатывалась даже до корабля. Широкими, затяжными прыжками она стремительно приближалась. Плотными тучами дыбилась ее холка, скалились в предвкушении ее молнии, проливным дождем стекала слюна. И рвалось из глотки довольное рычание…


Облако замерло. Немного спустилось. Свернулось воронкой и потянулось вниз тугой каплей. К земле, к яркому пятну на пепельном полотне скалистой равнины.


– Нужно отвлечь ее – отчаянно спорил с воем бури боцман. В самое ухо кричал: – Мы не уйдем!

– Мы дождемся Шагающую! – упрямо орал в ответ Клифф.


Ниже и ниже. Осторожно. К пышущему зеленью холму. К дереву на его вершине, что раскинуло свои ветви, будто потягиваясь. К человеку, что задремал под его шепчущей листвой.


– Да ее же даже на горизонте нет! Нужно выслать шлюпку!

– Не собираюсь я жертвовать никем!


Мерно вздымающая яркий камзол грудь. Широкополая шляпа, беспечно надвинутая на лицо так, что лишь острый подбородок выглядывает. Сцепленные на животе узловатые пальцы и раскинутые в стороны длинные ноги.


– Все потонем!

– Ждем Шагающую!


Облако вытянулось, свернулось, тонким прутом задрожало над брюхом своей жертвы.


Шум. Крики. Грохот. Соленые капли ледяной картечью рвут кожу на лице. Тени пляшут повсюду. Тени от водяных колоссов, что на миг застыли, прежде чем обрушиться вниз. Тени от грозовых замков, чьи пушки гремят над головой нескончаемой канонадой. И лишь вспышки слепящего света в вышине пронзают похоронный саван бури.


«Клин клином вышибают» – грянул выстрел.

Слова вырвались из дымящегося ствола пистоля: грубо заточенная сталь рассекла облачное щупальце. Клифф сдвинул шляпу на затылок и устало вздохнул. Опять этот чертов кошмар-воспоминание…

Капитан поднялся, разминая затекшую шею, и недовольно покосился на разочаровано уплывающую вдаль «небесную овечку». Вот так всегда. Остановишься, расслабишься на пару лишних минут – и тебя уже пытаются сожрать. Поворчав, он убрал пистоль обратно за пояс. Отряхнулся. И спустился на выскобленную ветром равнину: сплошь лысые скалы и гранит, посреди которых кошкой выгибается зеленый холм.

После мягкой земли камень неприятно бил по пяткам. Даже через толстую подошву и прочные каблуки. Поморщившись, Клифф бросил мешочек с грунтом охранникам пригорка. Нет лучшего способа расслабиться перед изнурительным плаваньем, чем подремать на мягкой травке. Особенно, когда это плаванье кинет к его ногам все проклятые моря. Это явно стоило взятки.

Еще раз потянувшись, Клифф направился в сторону порта. Дорога из камня, который сначала истоптали в пыль, а потом утрамбовали в обратно в камень, вела мимо башни. Некогда она была высокой. Теперь же верхушку будто стесали. Слишком много этажей в ней было, слишком близко к небу она подобралась, и облака по кирпичику разобрали ее аж до середины. Пока здание не стало приемлемой высоты.

Город подступил незаметно. Странное ощущение. Как город может подкрасться? Ты видишь его, идешь, приближаешься к нему. Целенаправленно. Но вот мимо проплывает один дом, потом два, ты в пригороде, затем еще три – и вдруг ты понимаешь, что уже в самой гуще зданий. Но когда именно? В какой конкретно момент, где точно проходит эта черта? Никогда не получается определить…

Приглашающе мигнула солнечным бликом вывеска оружейной. Клифф не стал противиться. Слова действительно нужно было дозакупить. Дверь магазина захлопнулась за его спиной… И распахнулась вновь через четверть часа, но уже с криками и угрозами. Некоторые люди просто не умеют торговаться. Зато потом с удовольствием кричат о грабеже и мошенничестве.

«Ну, главное, что этот скряга все же продал мне, что нужно», – капитан подбросил на руке мешочек, ответивший ему согласным свинцовым перестуком.

Клифф приобрел еще шесть «Клиньев», а также «Волка» и «Смех». Даже одну «Шапку», но это на совсем уж крайний случай. Довольно улыбнувшись, он двинулся дальше сквозь тугое хитросплетение улиц, улочек, переулков, проспектов, площадей, дворов, рынков, людей, торговцев, зазывал, криков, просьб, желаний… Наконец-то порт.

«Чуть не заблудился. Никогда не умел ориентироваться на суше».

Море со всей силы дыхнуло ему в лицо. Клифф поморщился: запах, который до этого он с успехом игнорировал, здесь – словно разорвался бомбой. Соль, водоросли, гниль. Зловоние из пасти чудища. Шкура его рябила легкой дрожью предвкушения, а из глотки вырывался довольный рокот. Конечно. Ведь скоро Клифф снова окажется в объятиях волн.

После того кораблекрушения он впервые выйдет в море. Ох, каким же дураком он был. Не боялся, даже считал этого зверя «дружелюбным». Смех, да и только. Теперь же он прекрасно видел людоедскую его сущность. Теперь в нем поселился страх, что позволит выжить. Позволит победить.

Тогда «Родину» пришлось отстраивать почти с нуля. Клифф перевел взгляд на свой корабль. И невольно залюбовался. Легкий, но надежный фрегат покачивался на волнах, будто переступал с ноги на ногу в нетерпении. Три мачты, полные парусов, гордо стремились пронзить небеса. Крепкие борта украшали оружейные порта, будто чешуя – бронированные бока дракона. Грозная кариатида-воительница на носу сжимала копье и бесстрашно смотрела вперед.

Красота. Красота, которая доставит его к цели, поможет посадить океан на цепь.

После ее ремонта пришлось еще заново набирать большую часть команды взамен погибших. Потом – закупать припасы, искать танцовщицу… Зато он успел добить очередной том «Приключений капитана Боунза». Но вот – все готово. Почти вовремя. Они уже опаздывают на битву за Корону-из-морской-соли, но все под контролем. Все, кроме моря. Да и то – лишь пока что.

– Капитан?

Клифф повернул голову на звук, отведя взгляд от слепящей водной глади, что так и тянула к нему свои загребущие когтистые лапы. Хендрикс. Его боцман, один из немногих выживших, выжидающе смотрел, не решаясь повторить вопрос.

– Море ужасающе, – наконец-то ответил Клифф.

– Э-э… Да, наверное… – Хендрикс посмотрел на море. Спокойное оно сегодня, даже дружелюбное. Боцман нахмурился. На миг ему показалось, что в воде что-то мелькнуло. Какая-то зловещая тень…

Опомнившись, капитан усмехнулся:

– Впрочем, потому нам и нужен Коралловый трон, верно? Чтобы усмирить все моря. Подчинить их. Тогда больше нечего будет боятся.

– Ага, но пока у нас есть проблемка.

– Что уже случилось?

– Часть продуктов испортилась. Я же говорил, что мы слишком долго тут стоим…

Выругавшись, Клифф поспешил к трапу «Родины», огрызаясь на ходу:

– Я бы все равно не сунулся в море без танцовщицы.

Поднявшись на палубу, они тут же двинулись к кубрику. Матросы сновали повсюду и сразу во все стороны. Двое, болтая на ходу, пронесли бочку со свежей питьевой водой прямо перед их носом:

– Ты бы видел ее, старик! Какой у нее бюст!

– Угум.

– Какие ноги! А какой зад!

– Угум.

– А я ей значит и говорю: крошка, я на таких волнах плавал, что тебя со мной укачать может.

– Угум.

– И чтобы ты думал?

– Угум?

– Именно!

Клифф лишь хмыкнул им вслед. Всегда мрачный и молчаливый толстяк Билли и щуплый, беспрестанно болтающий малый с бегающим взглядом – Джейк. Эти двое – как краб и омар. Вроде разные, на первый взгляд, а общего больше, чем можно представить. Они даже под его флаг согласились пойти, только если их обоих наймут. Ну, он и не противился. Хотя привычка Джейка беспечно жонглировать словами порой нервировала.

Капитан с боцманом пошли дальше, лавируя меж людей, но уже через несколько шагов вновь чуть не столкнулись со спешащим моряком. В этот раз с Чарли. Юнга, совсем еще юнец. Безусый, но зато с копной ярко-рыжих волос, вечной широкой улыбкой и таким количеством веснушек, будто искупался в них. Парнишке предстояло первое в его жизни плаванье. Так что восторг не покидал Чарли ни на секунду, вязал ли он узлы или драил палубу. Вот и сейчас он несся куда-то, светясь ярче полуденного солнца.

Наивный идиот убежал прочь, а Клифф и Хендрикс все-таки добрались до кубрика. Спустившись вниз, они зажгли фонари и оглядели трюм. Там ожившая картошка уже вовсю прыгала и кричала: «Свободу овощам! Это наша земля! Это наша земля! Это! Наша! Земля!»

Они даже соорудили транспарант из мешка, в котором еще недавно хранились.

– Ну, их хотя бы немного… – буркнул Клифф, глядя на испортившиеся продукты.

– Это пока что, – Хендрикс махнул обоими своими подбородками в сторону пары картофелин, что пытались «разбудить» другие овощи.

– Ладно, высадите их на берег и киньте мешок земли, чтобы успокоились.


Оставив на причале празднующую победу картошку, судно покинуло Тринадцатый залив. Тут же поднялся флаг – скрещенные кости на черном фоне затрепетали на ветру. Он же – ветер, шершавый от соли – наполнил паруса, как легкие моряков.

Они взяли курс на запад, вдоль берега. И потянулись серые скалы и дни.

Матросы ползали по такелажу от зари до зари. Клифф же наотрез отказывался подходить к фальшбортам, к голодному морю, что скрывалось за ними. Он же не дурак, чтобы так рисковать почем зря.

Стараясь держаться поближе к капитану, Хендрикс то и дело настороженно косился на водную гладь. Раньше он относился к ней спокойно, но слова капитана подействовали отрезвляюще. Не зря тот так опасается.

Однако, чаще всего они оба смотрели назад, на восток. До рези в глазах вглядывались в линию горизонта. Пока не увидели.

Шагающая-по-воде. Исполинская фигура женщины, сотканной из ветра и завернутой в платье из туч и молний, стремительно приближалась, одним махом покрывая целые мили морских просторов. Столь высокая, что даже лица не было видно – оно терялось где-то в вышине.

Клифф радостно осклабился и самодовольно повернулся к Хендриксу. Но тот смотрел совсем в другую сторону. «Родина» как раз проплывала мимо очередного залива. И в глубине его притаилась буря.

Она свернулась клубочком и дремала: чернильное пятно, расползшееся по бухте. На секунду Клифф даже понадеялся, что все обойдется. Затаил дыхание, страшась разбудить бедствие, и лишь напряженно наблюдал за мерно вздымающимися лохматыми боками цвета сажи.

Но вот буря подняла тяжелую голову. Поморгала сонно зарницами. Заметила проплывающее мимо ее угодий судно. Плавно поднялась на лапы под напуганными взглядами пиратов. Огненные когти поскребли водную гладь, торнадо хвоста качнулся из стороны в сторону. Гремящий, голодный рык вырвался из оскалившейся молниями пасти, и зверюга потрусила в сторону корабля.

– Да ее же даже на горизонте нет! Нужно выслать шлюпку!

– Не собираюсь я жертвовать никем!

Клифф повернулся обратно к Шагающей… нет. Не успеет. Он посмотрел на матросов, что замерли в ожидании приказов, лишь беспомощно переводя взгляд с капитана на приближающуюся бурю и назад. Скрипнул зубами.

Шум. Крики. Грохот. Соленые капли ледяной картечью рвут кожу на лице. Тени пляшут повсюду. Тени от водяных колоссов, что на миг застыли, прежде чем обрушиться вниз. Тени от грозовых замков, чьи пушки гремят над головой нескончаемой канонадой. И лишь вспышки слепящего света в вышине пронзают похоронный саван бури.

– Билли, Джейк, – выдавил из себя имена Клифф. Практически наугад. Те, что раньше вспомнились.

Двое матросов сделали шаг вперед. Приказ еще не прозвучал, у них еще была надежда… Но бегающий взгляд Джейка уже замер, а лицо Билли стало мрачнее обычного.

– Мало, – буркнул сзади Хендрикс. – Нужен еще один.

– Чарли, – Клифф обреченно выдохнул еще одно всплывшее в голове имя. – Возьмите шлюпку и плывите навстречу шторму. Отвлеките его.

– Так точно, капитан, – просто сказал Билли. После чего все трое отправились спускать лодку на воду.

Буря удивленно посмотрела на плывущую ей навстречу шлюпу. Даже остановилась на миг. Склонила недоуменно голову. А потом ударом лапы подбросила суденышко высоко вверх. Довольный рокот заглушил крики несчастных. Вода и воздух стесывали с них кожу и целыми пластами срывали плоть, пока от троих людей не остались лишь кости, кружащиеся на ветру.

– Я же говорил. Море ужасающе, – сгоревшим голосом проронил Клифф, глядя на свое предплечье, где наливались краской свежие татуировки: хмурая свинья, крыса с бегающим взглядом и улыбающееся солнце.

Хендрикс согласно кивнул, а остальные матросы лишь настороженно посмотрели на волны, что с каждой секундой вздымались все выше. И в этот момент Шагающая-по-воде, наконец-то, приблизилась достаточно. Танцовщица начала свое дело.

Ее стройное, гибкое тело извивалось и билось, словно волны в сердце шторма. Взмахи ее рук были подобны порывам шквального ветра. Черные волосы скользили по воздуху, как грозовые тучи. Глаза сверкали молниями, а ноги выбивали громовые раскаты из палубных досок.

Это было прекрасно. И Шагающая тоже оценила.

«Родину» не разметало сотнями жалких досок. Не превратило в облако из щепок. Вместо этого корабль словно стал заколкой на платье из туч и молний. На платье, подол которого походя в клочья разнес бурю.

Матросы поспешно спустили паруса, пока их также не разорвало. И судно понеслось с невиданной раньше скоростью, обгоняя даже собственный смех. Клифф хохотал как безумный.

– Получилось! Так мы точно успеем на битву! Я стану Владыкой всех морей! Я усмирю все чертовы моря! – кричал он Хендриксу, а тот лишь слабо улыбался, до сих пор страшась поверить.


Гавань приближалась. Пираты собрались посередине палубы, подальше от фальшбортов, за которыми бились в агонии растерзанные Шагающей волны, и лишь изредка поглядывали в ту сторону с паникой во взгляде. Подумать только, какими наивными они раньше были: не боялись моря. Теперь они ясно видели истинную его суть. Капитан был прав…

Капитан же в это время оживленно махал руками и раздавал приказы.

– По-моему, это уже перебор, – заметил Хендрикс, глядя на матросов, связывающих себя канатами в единую сеть.

– Они прикроют «Родину» от лозунгов, – пожал плечами Клифф. – Лучше уж сразу погибнуть от снаряда, чем оказаться в море, когда судно пойдет ко дну.

Команда ответила согласным гулом, да и самому боцману не нашлось, что возразить на такой веский довод.

– Ладно, хватаем по мешку, – крикнул капитан и дал отмашку танцовщице.

Девушка пустилась в пляс и Шагающая-по-воде прислушалась, повернула.

– Раз… Два… Кидай! – отдал команду Клифф.

Сотня мешков с землей взмыла вверх, застыла на мгновение – и рухнула на Утес дани. Есть. Плата за участие внесена. А «Родина», верхом на подоле из гроз, уже влетела в Гавань, где, в центре идеального круга, высился главный приз. Коралловый трон и Корона-из-морской-соли на нем. Корабли, капитаны которых тоже решили побороться за титул Владыки всех морей, уже выстроились кольцом вокруг них.

Всепоглощающим гласом прозвучал гонг. Битва началась.

Шагающая одним махом разнесла три корабля. После чего развернулась и пошла обратно, на свой привычный маршрут. Тем самым породив огромную волну, поднявшую большую часть судов высоко в небо… Где они попали во власть облаков. Будто перевернутый лес, вылепленный из гипса, впился в них тысячей ветвей. Разорвал на лоскуты, разобрал по досточке, по косточке – и поглотил.

А внизу уже развернулось сражение. Матросы облепили борта «Родины» живой броней. Пушки ее во всю палили, выплевывая лозунги: «Это наша земля! Это наша земля!»

«Свобода, равенство и братство!» – ответный снаряд насквозь пробил грудь Клиффа.

Пират пошатнулся, но устоял. Пока цел корабль – жив и его капитан. А корабль защищали доспехи из плоти и крови, что с радостью принимали на себя удар. Все лучше моря.

Их лозунги прошивали насквозь утлую шхуну противника. Во все стороны летели щепки и осколки костей. Оторванная голова вражеского капитана орала приказы, но тщетно. В пороховом саване они уже шли ко дну.

Оставив поверженных тонуть, «Родина» поплыла дальше. И оказалось сразу между двух кораблей, что летели к ней на всех парусах. Клифф посмотрел налево – каравелла, потом направо – корвет. После чего грязно выругался и крикнул:

– Лево руля! – одновременно с этим он вытащил пистоль с особенным зарядом.

«На воре шапка горит!» – грянул выстрел.

Пуля упала в воду перед самым вражеским судном с тихим всплеском. И море вспыхнуло. Пламя мгновенно окружило корвет и поползло по бортам, цепляясь скрюченными руками за доски.

Клифф уже развернулся к новому, стремительно приближающемуся противнику. Выхватил пистоли и открыл пальбу по каравелле.

«Клин-клин клином-лином выши-шибают!» – пропели дуэтом стволы. И снова. И опять. Стальные бруски вскрывали глотки и взламывали доски.

Бахнул обоюдный залп пушек, и Клифф поморщился от боли, когда лозунги врага проломили борт «Родины». Он выхватил следующий пистоль. Выстрел: «Хорошо смеется тот, кто смеется последним!» Над волнами прокатился дьявольский хохот и лучом багрового света слова прошили сразу пятерых.

Корабли уже совсем близко. «На абордаж!» – гремит сдвоенный призыв. Тянут руки уцелевшие матросы, что все еще висят за бортом. Срывая ногти, они цепляются за доски вражеского судна, тащат его на себя. Клифф выхватывает новый ствол: «С волками жить – по-волчьи выть!» Серыми тенями стая вырывается из дула пистолета и летит кромсать всех и вся.

Корабли с грохотом столкнулись. Во все стороны брызнули остатки счастливых пиратов – они умерли до того, как оказались в море.

Капитан еле устоял, но сразу выхватил саблю. Крутанул ею над головой – и «Родина» хлестнула канатами по врагам, рассекая плоть, кроша кости и разламывая древесину. Выпад – и кариатида-воительница вонзила копье в глотку вражеского льва. Взмах – носовая фигура вцепилась медными пальцами в палубу каравеллы. Потянулась, поползла вперед, таща за собой судно.

Корабль насквозь прошил противника, собственным телом разорвал на части.

Тишина ударила, как молот по наковальне. Резко, звонко и неожиданно. Последний выживший капитан огляделся. Лишь обломки вокруг, да беспощадное море. И невредимый трон посреди Гавани. Его трон.


Они подвели корабль вплотную к Коралловому трону. С остатками команды это было непросто – рук не хватало – но они смогли. С головы до пят покрытый свежими татуировками, Клифф запрыгнул на него. Подобрал Корону-из-морской-соли и водрузил на голову. Аккуратно уселся, положил руки на подлокотники, откинулся на высокую спинку, блаженно зажмурился. И облегченно выдохнул. Получилось. У него действительно вышло. Отныне он – Владыка всех морей. Он подчинил себе все треклятые моря!

Трон вздрогнул. Еще раз. И начал медленно погружаться в море. Клифф попытался вскочить, но ракушки и полипы уже прочно слились с его плотью и костями. Он дергался, вырывался, сквернословил. Бесполезно. Трон не отпускал.

Когда волны дошли ему до груди – он закричал. Он кричал, когда вода дошла до шеи. Кричал, когда залила глотку. Кричал, пока спускался на глубину. Кричал, опустившись на дно. Кричал еще много-много лет…



А если понравилось, то больше моего творчества можно найти здесь

Показать полностью
32

Чародей по вызову или Дело о живом пожаре (продолжение)

Начало


Тропинки, повороты и переулки сменяли друг друга в безумном калейдоскопе погони. Окутанная ореолом тумана фигура впереди медленно приближалась. Анджей настигал хозяина чудища. А за его спиной столкнулись стужа и зной. Снег таял от дыхания пустыни. Протуберанцы припадали к земле под морозной дланью. Терновые лозы из хрустального льда хлестали огненного элементаля.


***

Анджей молча следил за пейзажами Охоты, текшими за стеклом. Грубые пальцы барабанили по подлокотнику. Дариуш плавно вел машину, длинными паучьими пальцами цепко сжав руль. Он то и дело поглядывал на отвернувшегося к окну друга.

– Ему должно быть за тридцать, ближе к сорока, – наконец озвучил свои выводы чародей, повернув голову к водителю. – Тому, кто управляет будимиром.

– Почему ты так решил?

– Для призыва демона требуются познания в чернокнижестве. И чтобы затащить в Явь «исчадье» – они должны быть очень глубокими. А чтобы после этого еще и привязать демона к себе, заставить подчиняться – нужно еще и не менее обширными знаниями из демонологии обладать. То есть, мы ищем опытного и умелого оккультиста. У меня была охренительная фора, но я все равно лишь недавно достиг такого уровня. А обычный человек даже литературу необходимую до совершеннолетия достать не сможет.

– Но ведь выходит, что он и старше может быть? Кстати, а почему он? Девушек в расчет не берешь? Сексист, что ли?

– Ни почему. Просто «он» раньше на язык легло. И да, «ему» может быть и больше сорока, – на злополучном местоимении Анджей пальцами обозначил кавычки.

– Ясненько. Знаешь, ты не очень-то и сократил круг подозреваемых.

– Ну, чем богаты, – буркнул чародей, вновь отворачиваясь к окну.

– Я вот что понять не могу. Как «он» по городу-то передвигается? – отрывать руки от руля для обозначения кавычек Дариуш все же не стал. Но попытался выделить их голосом. – Бестия это ведь тебе не рожденный демон. Его под обычного человека или животное при всем желании не замаскируешь. Так как «он» умудряется ходить по улицам и при этом не вызвать панику один своим видом?

– «Лампа джинна», – не поворачиваясь бросил Анджей. – Чернокижеская практика, позволяющая запечатать демона в небольшом сосуде. У меня самого три с мелкими «духами» есть. Но эта сволочь куда круче, конечно. У него буквально свой покемон есть.

– А ведь я раньше любил чармандера…

Их беседу прервал звонок телефона. В этот раз, видимо, разнообразия ради – Дариуша.

– Да?

– Что? Где?

– Я рядом. Скоро буду. Высылай дежурных.

– Что случилось? – спросил чародей, когда инквизитор положил трубку. Для него односторонний разговор больше напоминал название известной телевикторины.

– Новое нападение гигантского петуха.

«Звучит, как название фильма категории Б».

– Мы едем туда?

– Именно.

– Что пострадало?

– Псарня «Неистового гона».

– Холера.

Ярчуки. Искусственно выращенные с помощью магии, алхимии и Запретных искусств псы. Будь их противником нечисть, ведьма или волшебник – стая «адских гончих» никому спуску не даст. Чудовищные сила, скорость и живучесть. Зубы и когти из сплава серебра, железа, меди и золота, что порвут любого монстра. Толстая шкура, которую не берут ни заклинания, ни способности демонов. Слюна, пропитанная ядом на основе целого мистического гербария. Осина, рябина, чертополох, омела и прочее, прочее, прочее. Такая лютая смесь смертельно опасна для любого паранормального существа.

Созданные лишь для одного – охоты на сверхъестественное – они являлись главным оружием Инквизиции. А разводила ярчуков государственная программа «Неистовый гон» …

– Стопэ. Вы что, размещаете псарни в городе? Не на природе?

– Мы размещаем их там, где фон для этого подходит. А таких точек не так уж и много. Так что мы не отказываемся от подходящего места только из-за того, что оно находится в черте города.

– Понятно. А нам правда нужно так спешить? Там ведь целая стая ярчуков, разве они не должны, по идее, порвать любого демона?

– На псарне лишь необученные щенки. Тренируют их в другом месте.

– Холера…

– Да.

Машина вильнула, входя в крутой поворот, пронзительным гудком разрезала толпу вездесущих журналистов и им предстала псарня. Пламя. Дым. Крики и вой. Серое приземистое здание опутывали лохматые ленты огня. Протуберанцы алчными руками вцепились в окружающие дома. Прожорливыми змеями они вползали в дворовые внутренности района.

Выбираясь из машины, Анджей разглядел несколько трупов, похожих на погнутые гвозди. Внутри бетонного короба время от времени раздавались выстрелы. Видимо, кто-то все же еще пытался отбиваться.

Будимир вулканическим маршем двигался справа налево. Преграды из заговоренного камня слаживались перед ним, как стенки карточного домика.

Чародей потянулся к ножнам, что висели сзади на пояснице. В прошлый раз он тянул с этим, пока не стало слишком поздно. И в результате погибла Кинга. Он не повторит той же ошибки… Шулер заметил что-то краем глаза. Повернул голову.

В тени здания стоял человек. Очертания его силуэта размывались, словно чернильная клякса в воде. Но Анджей все же распознал движение головой, когда оккультист посмотрел на них.

– Я займусь птенчиком, – медленно проговорил Дариуш, вокруг которого уже змеились сочащиеся стужей тернии изо льда. – А ты поймай этого колдуна злое… – под петушиный крик, заглушивший очевидное окончание фразы, он кивнул в сторону наблюдателя.

Чародей покосился на друга. На бушующего элементаля. На оккультиста. Снова на инквизитора. Кивнул и пошел в сторону виновника торжества, хрустя пальцами на ходу. Все-таки у Дариуша куда больше шансов против бестии. А если не сдержать будимира – поймать его хозяина будет почти невозможно.

– Ничтожество, выжившее лишь по ошибке, – донесся до него голос незнакомца. Он походил на шорох тысячи змей и перекатывание сотен игральных костей. На дробящийся гул толпы и монолитное звучание хора. – А вот девчонку жаль.

После чего оккультист развернулся и бросился наутек. Опешив на миг, Шулер бросился следом в сплетение переулков и дворов.


***

Десять шагов… Окутанная мглой спина все ближе. Восемь… Еще немного. Пять… Чародей переплел пальцы скрюченной фигурой. Руны выстроились причудливым созвездием, искажая, перенаправляя потоки магии вокруг. Шулер шепнул заговор на скандинавском. Вплел в него пару слов на хельхеймском. И ранее недоступный Анджею «рев Фафнира» выжрал весь его Запас.

Три концентрических огненных кольца покрыли разделявшие их несколько шагов. Разломали на своем пути землю. Врезались в окутанную мглой спину. И разлетелись бессильными искрами.

Оккультист, не оборачиваясь, махнул рукой в сторону чародея. Словно показывал, как это делается. Десятки, сотни призрачных языков заскользили по коже Шулера – взбесилось чувство опасности. Анджей инстинктивно ушел нырком в сторону. Едва успел. «Посох Ра» прошил воздух в метре от него и обдал дыханием вулкана. Столб чистого жара ударил в стену и мгновенно расплавила ее.

«Холера! Вот холера! – вскочив на ноги, отставший было чародей вновь нагонял. – Так-с, уровень его магических сил мы определили. Вывод: в волшебном противостоянии мне звиздец. Значит работаем мозгом и технологиями».

Анджей достал из-за пазухи тазер и направил его в приближающуюся спину. Оккультист нырнул в очередной переулок. Через считанные мгновения туда же свернул и чародей. И врезался в кого-то. Сбил с ног, повалил наземь, а сам рухнул сверху. Шокер вылетел из рук. Шулер оттолкнулся ссаженными об асфальт ладонями. Занял позу наездника. Выхватил нож и занес для удара. Под ним ошеломленно лежала та самая высоченная блондинка-репортерша. Виола, вроде бы.

«А она что тут делает?»

– А вы тут что делаете?

Журналистка не успела ответить. Взвыло чутье чародея. Он бросился вниз. Всем телом прижал девушку к земле. Засиявший над ними золотой шар «сына солнца» мгновенно испарил Систему и обжег Анджею лопатки. Слава всем именам бога – заклинание вспыхнуло лишь на миг.

Шулер поднял в голову в поисках оккультиста. Но лишь толпа зевак и писак толпилась в конце переулка. Что за? Он вернулся назад к ферме?

«Здорово, холера, просто здорово. Я умудрился не заметить, что мы бегаем по кругу».

– Я ищу здесь материал, – ответ журналистки все же раздался откуда-то снизу. – И если вы с меня не слезете, то я его найду: «Консультант Инквизиции домогается сексуальной репортерши».

«Ты себе льстишь», – мысленно буркнул Анджей, вставая на ноги и помогая подняться девушке.

– На вашем месте, пани Виола, я бы поостерегся с какими-либо заявлениями. Вы фактически вмешались в расследование Инквизиции и позволили сбежать подозреваемому.

Журналистка моментально переменилась в лице:

– Я видела, как он пробежал мимо. Но не смогла рассмотреть лицо… Оно будто было…

– Скрыто вуалью дыма. Также, как и его фигура, манера двигаться… А если он хорошо владеет «мантией тумана», то и рост вызывает сомнения.

– Он? – живо и радостно заинтересовалась репортерша. – То есть это мужчина?

– Еще одна, – закатил глаза чародей. – Я понятия не имею, какого пола оккультист. Но так уж исторически сложилось, что в польском языке мужской род более нейтрален и повсеместен, чем женский.

Анджей посмотрел туда, где должна была разворачиваться битва инквизитора и демона. Ничего не увидел. На всякий случай бросил взгляд по сторонам. Вдруг он опять направление перепутал. Ничего.

Чародей достал телефон и набрал Дариуша.

– Хей, – раздалось в трубке. – Как успехи?

– Никак. Я его упустил. Толпа писак с зеваками помешала, – Виола возмущенно подняла тонкую бровь, но Шулер проигнорировал сей жест. – Зато выяснил, что он еще и волшебник.

– Уверен?

– Да, как минимум мэтр магии. А то и магистр. Эта падла как нехрен делать швырял в меня заклинаниями пятого круга. Предполагаемый возраст сволочи все растет. А у тебя как дела?

– Я недооценил птичку, и она меня немного потрепала, так что сейчас меня забирают в госпиталь. А сам будимир в какой-то момент просто исчез. Видать вернулся в эту «лампу джинна».

«Хм? Когда оккультист успел туда добраться, чтобы обратно запечатать демона в сосуд? Он еще и «незримой тропой» владеет, что ли? Если у него есть доступ к пространственной магии, то он точно магистр. Ладно это потом».

– Что за госпиталь? Скинь адрес, я возьму такси и приеду к тебе.

– Нет нужды. Лучше займись делом и не отвлекайся. Возле машины тебя будет ждать Вельфегор. Он отвезет тебя куда скажешь. Да и вообще он временно переходит под твое командование.

– Клещ? О, он будет в восторге.

На том конце провода раздался тяжелый вздох:

– Я приказал ему быть вежливым. И прошу тебя о том же.

– Окей, – помолчав согласился с требованием Анджей. – Но только если ты официально разрешишь мне называть его Ви.

– Ви? Но ведь он даже не похож…

– Жалкая смертная тень, а не могущественный демон. По-моему, очень даже похоже.

– Ладно-ладно, как хочешь. Давай уже за работу принимайся. За что я тебе деньги вообще плачу?

– Окей, но адрес больницы все равно мне скинь.

Вельфегор действительно уже ждал его у машины Дариуша. Быстро он. Бескуд стоял, скрестив руки на груди и оперевшись спиной об авто. Растрепанные красные волосы, худи, джинсы, кеды и вуаль скучающе-презрительного выражения лица. Как и положено вампиру – он не менял образа даже в мелочах.

– Привет, Ви, – махнул рукой чародей, подойдя поближе.

– Че? Ви?

– Дариуш официально разрешил мне так тебя называть, – Анджей забрался на переднее пассажирское.

– Я не понял, но не важно.

«Ну и какой толк тогда от шутки?»

Хлопнула дверь. Скрипнула кожа кресла. Заворчал проснувшийся двигатель.

– Ну, куда едем?

– Ко мне домой.

– Мы уже на улице.

– Окей, к тому, что осталось от моего старого дома. Мне нужно взять кое-что из инвентаря.

– Ну тогда нам не туда нужно. Твой дом – место преступления, если ты забыл. Все что там находилось – теперь часть расследования Инквизиции.

– Холера…

– Так что Дариуш распорядился перевезти твои вещи… в смысле их остатки – к нему домой. И… – Вельфегор сверился с часами на приборной панели. – Их уже должны были доставить.

– Что, даже шкаф?

– Не, он все же останется у Инквизиции до конца расследования. Слишком тяжелым оказался.

– Понятно. Тогда к Дариушу давай.

– Ладно, – машина сорвалась с места.

Дорога слегка затянулась. Пробки, красный свет. Город жил своей жизнью и плевал на чудовищ, что бушевали у него под боком. Людям вообще свойственно игнорировать проблемы, пока те не цапнут их за зад.

Внедорожник резко затормозил перед невысоким зданием, будто затянутым в серый полосатый гольф. Таких полно в Старой Охоте. От рывка Анджей чуть не приложился грудью о приборную панель.

«У него вообще права есть?» – мысленно проворчал чародей.

А потом он задумался. Действительно, откуда у демона могут быть водительские права? Но к моменту, когда они поднялись на нужный этаж, все же успокоился. Наверняка Дариуш все устроил.

Щелкнул замок. Вздохнули легким скрипом петли. Миг придирчивого внимания от магической защиты. И Анджея окружило то таинственное, едва уловимое тепло, что всегда есть там, где тебя ждут. Даже если это всего лишь кот и всего лишь временное пристанище.

Император приветственно потерся он ноги чародея, оставляя на брюках шерстяные следы. Потом нэкомата покосился на Вельфегора. Заворчал было, но быстро успокоился и вернулся на диван. Он тут явно уже успел обжиться.

– Ты только сильно не привыкай тут! – крикнул вдогонку коту Анджей. – Я, кажется, нашел нам новое жилье. Завтра утром поеду смотреть.

Позади хмыкнул вампир:

– Я думал ты уже давно сделал его своим фамильяром. Чего тянешь? Больше магической силы. Больше физической. И уж познаний в Искусствах-то у тебя сто пудов достаточно для этого. В чем дело?

– Я не собираюсь заставлять Императора становиться моим фамильяром, – чародей прошел в гостиную из-за чего не заметил странный взгляд вампира, порожденный его ответом. И тут же добавил, предупреждая следующий вопрос бескуда: – Если я спрошу – Император обязательно согласится. Независимо от своих желаний. Это не свобода выбора. Вот если он сам предложит – другое дело.

Весь его демоноборчиеский хлам действительно привезли сюда. Большую часть разместили на горке. А что не влезло – разложили на ковре. Шулер принялся бродить по комнате туда-сюда, вылавливая необходимое. Стандартный набор оружия уже был при нем. Требовались мелочи, так что чемодан он брать не стал.

– Ладно, пока все, вроде.

Спустившись вниз на зеркальном лифте, они вышли на улицу. Подошли к темно-синему нисану Дариуша. Пикнули ключи в руках Вельфегора. Хлопнули двери. Скрипнула кожа. Чародей уселся на переднее пассажирское. Вампир положил руки на руль. Заворчал проснувшийся двигатель.

– Ну, куда теперь?

– К реке, – рывок автомобиля на миг вжал Анджея в мягкую спинку кресла.

– Решил порыбачить?

– В каком-то смысле да… – рассеянно ответил Шулер, чем заслужил еще один странный взгляд от Вельфегора. – Только в магазин одежды сначала заедем...

Висла казалась неподвижной. Почти идеально гладкая, словно голубая батистовая ткань, натянутая меж двух берегов. Хотя упади что-то в воду – оно бы моментально унеслось в даль. Но слишком большой и могучей, монументальной была река, чтобы явно демонстрировать свой буйный нрав.

Они оставили машину на обочине. Перед самым Швентокшиским мостом. Спустились по широким деревянным настилам ступеней к самой воде. Где лишь насыпь булыжников в полшага шириной и высотой отделяла доски набережной от полуспящей Вислы.

Ветер тут чувствовал себя куда свободнее, чем в застенках городских улиц. Спокойный наверху – здесь он со всей своей игривой силы дергал Анджея за полы пальто.

Чародей опустился на одно колено. Достал из кармана взятый дома флакончик со слезами вдовы. Отвинтил крышку. Наклонил склянку над кашемировой водной гладью и постучал указательным пальцем по стеклу, отсчитывая семь капель. Осталось подождать столько же минут.


***

– Знаешь, встреча на реке уже была довольно… странноватой. Я ожидал, что они будут больше похожи на обычных морских дев или сирен, а не на гопников.

– А ты-то у нас образец для всех джентльменов, конечно.

– А теперь ты притащил меня сюда, – проигнорировал вампир реплику Анджея, выбираясь из машины.

Перед ними разлеглось приземистое здание Академии Магических Искусств. В первом варианте АМИ была традиционной башней. А потом выяснилось, что неудавшиеся заклинания студентов слишком хорошо проламывают пол.

Гильдия учла свою ошибку. Новая версия ВУЗа брала не высотой, но площадью стадиона. Хотя вычурный стиль остался прежним. Гибкие очертания и округлые линии сплетались мантией шика вокруг широких окон.

– А ты куда вообще собрался? – чародей удивленно посмотрел на бескуда.

– В смысле? С тобой.

– Ты демон, – напомнил Шулер. – Тебя не пустят в АМИ.

– Пустят, – отмахнулся Вельфегор. – У меня все документы с собой.

– Ну как знаешь.

За приветливо распахнутыми дверьми их ждал просторный зал. Он полнился мраморными колоннами, на каждой из которых выплавили знаменитые цитаты известных магов прошлого. От «и это пройдет» Соломона до «покуда я жив, будет жить и династия» Распутина.

На регистратуре какой-то дежурный студент скучал, оперев кудрявую голову на ладонь. Вылизанный, как карманный пудель, он пялился куда-то под стойку. Очевидно, в экран компьютера. Когда чародей с вампиром подошли поближе их встретили взгляд миндальных глаз и вопрос:

– Да?

Анджей поежился от волн внимания сонма магических защит и слегка замешкался с ответом:

– Добрый день. Я бы хотел поговорить с ректором Карпухиным. Он на месте?

– Да, вам назначено? – студент взял внутриуниверситетский телефон.

– Просто скажите, что пришел Анджей Соколовски. Он примет, – вздохнул Шулер.

Пара фраз прошила эфир, и трубка клацнула о свое гнездо.

– Можете пройти. Кабинет двести двадцать, – дежурный вгляделся в Вельфегора и приподнял тонкие брови. – Это демон. Я не могу пустить его.

– У него рабочая виза и контракт с Инквизицией.

Вампир молча протянул студенту документы. Поизучав бумаги какое-то время – то и дело в сомнениях косясь на телефон – пудель все же пропустил их. Что ж, оставалось надеяться, что тут смогут пролить свет на вскрывшиеся обстоятельства…


***

– И че ты делаешь? – раздался позади глубокий, как глотка океана, и сухой, как касание пустыни, голос.

– А ты чего вообще в машине не остался?

– Дариуш сказал охранять тебя, – пожал плечами вампир. Он подошел к чародею. Встал рядом и, склонив набок голову, посмотрел на безмятежно текущую в полушаге от них Вислу.

– Понятно. Я вызываю шелки. Их тут целая популяция живет. Они никого не трогают, прислуживают цмоку и потому всем плевать. Зато им известно все, что происходит рядом с рекой.

– Насколько рядом?

– В пределах пятиста метров от берега.

– Не впечатляет. И за каким ангелом оно тебе? Ты ж советовал Дариушу искать наоборот подальше от реки.

– А ты откуда знаешь, – покосился на бескуда Анджей.

– Я писал отчет о его консультации с тобой.

– Понятно. Я это советовал, когда думал, что мы ифрита ищем. А выяснилось – что человека. Человека, который достаточно умен, чтобы овладеть двумя Запретными Искусствами. И достаточно смекалистого, чтобы додуматься до лайфхака с бестией.

– Мда? И в чем же заключается этот «лайфхак»? Бестия – это же тупо дикий зверь. С ней не выйдет договориться.

– Демонологу и не нужно договариваться. Нет почти никакой разницы насколько сильна нечисть, которую ты собираешься привязать к себе, – на этой фразе вуаль скучающей мины Вельфегора дрогнула – бледная кожа натянулась на скулах, сделав черты вампира еще более волчьими. А понукаемый Обетом чародей продолжал развернуто отвечать: – Но вот «исчадье» вытащить в Явь на порядки проще, чем «дьявола». И в тоже время по огневой мощи бестия-«исчадье» не уступит рожденному «дьяволу».

– Ладно, хватит. Мысль я уловил. Так че там с умом этого оккультиста и пользой от шелки?

– Какой-то ты дохрена любопытный.

– Ну так мне ж потом еще отчет о деле вместо Дариуша писать.

– Логично. В общем, наш оккультист умен. Он по-любому должен был заранее изучить особенности местной мистической фауны. К примеру, если бы он попытался призвать сюда Йольского кота – у него бы возникли просто охренительные проблемы. И на его месте я бы совершил призыв как можно ближе к реке. Это позволило бы выиграть время, пока отдел будут искать следы в противоположном направлении.

– То бишь, шелки вполне могут знать, кто призвал будимира на наши задницы, – протянул бескуд, глядя на пузыри, что один за другим поднимались на поверхность реки.

– Или хотя бы дать нам его словесный портрет, – кивнул Анджей.


***

– Ладно, я все же спрошу. Зачем мы сюда приперлись?

– А ты долго терпел.

– Дариуш сказал вести себя вежливо. И он специально упомянул твою нелюбовь к многочисленным вопросам. Приходится терпеть.

– У тебя не очень-то получается исполнять его приказ о вежливости.

– Я ж тебя матом не крою. А ведь ты заслужил. Так что не ной и лучше ответь на вопрос.

– Помнишь, как шелки описали нашего оккультиста? Молодой, младше меня, низкий, плотного телосложения, светловолосый, с бородой.

Вельфегор припомнил их разговор…

***

Прорвав пленку голубой глади, с глубины всплыли три девушки. Молодые и миловидные. Их длинные волосы полностью игнорировали ветер, а тюленьи хвосты мягко и размеренно шлепали по воде. Словно отлитые из жидкого аметиста, шелки явно демонстрировали общее для многих демонов правило – для человека они все на одно лицо. Так что чародей тут же мысленно дал им клички. Левая, Средняя и Правая.

– Приветствую вас, дочери моря, – поздоровался Анджей с обитательницами Вислы на аннунском.

– Мы говорим на твоем языке, – ответила Левая на чистейшем польском.

– Давай лучше на нем, – предложила Правая.

– А то акцент у тебя, чародей, крайней степени паршивости, – проворчала Средняя.

На счет последнего у Шулера было свое мнение, но он промолчал. Шелки никогда не славились ни вежливостью, ни терпением.

– Так чего тебе надо, чародей? – тут же подтвердила это утверждение Средняя.

– Я хочу задать вам вопрос. Не видели ли вы чернокнижника, что на прошлой неделе призвал в Явь будимира?

– Может быть.

– А может нет.

– А может пошел ты. С чего нам вообще отвечать тебе, чародей?

Анджей молча вытащил из-за пазухи шапку. Хорошую, красивую и дорогую. Купил по дороге.

– Это ваша плата.

– Одна на троих?

– Маловато будет.

– Гони еще.

– А кто вам доктор, что вы втроем на один призыв приплыли?

– Ладно…

– Сойдет…

– Хрен с тобой, давай ее сюда.

– Что с ответом на мой вопрос?

– Не было тут никаких чернокнижников, – отрезала Средняя.

– Но парниша с огненной птичкой все же был… – задумчиво протянула Левая.

– Да! – вскинулась Правая. – Молодой и красивый! Не то что ты…

«Значит, все-таки парень. А эти заладили понимаешь… Сексист, сексист!» – нужно еще уточнить важную деталь:

– Где это было?

– Это уже другой вопрос, чародей! Гони еще шапку!

– Не борзей, демон, – голос Анджея, казалось, проморозил насквозь девушек, что те аж застыли аметистовыми статуями. – Думаешь, цмок вступится за какую-то зарвавшуюся шелки?

– Чего ты угрожать сразу?

– Грубиян.

– В Церкви Посещения Святой Девы Марии это было.

Чародей молча кинул девушкам шапку и те тут же скрылись под водой. Шелки моментально ушли на глубину, по пути выдирая друг у дружки трофей.

– Мне кажется или церковь – паршивое место для призыва демона?

– Обычно да, Ви. Но данный храм отличается. Он построен на древнем капище.

– А-а… – понятливо протянул вампир.

В древности люди не редко почитали особо могучих демонов, как богов. И в таких вот языческих местах поклонения грань между Навью и Явью становилась очень эфемерной. Но все-таки… Это общественное место, а призыв требует длительной подготовки. Как он не спалиться-то умудрился?


***

– Чет я не помню, чтобы они что-то говорили про рост, телосложение или волосы, – заметил бескуд.

– Просто именно таковы стандарты мужской красоты у шелки.

– Ладно, допустим. Причем тут АМИ?

– А ты угадай, как выглядит один их здешних студентов, накатавший усложнившую нам жизнь статью о пожарах? – Анджей показал Вельфегору профиль в инстаграме.

– Оу… Но ты не думаешь, что это слишком притянуто за уши?

– Возможно. Но идей получше у меня нет. Костел ищейки и сами осмотрят. Причем сделают это куда качественнее меня. А вот у Гильдии волшебников они ничего вызнать не смогут.

– А ты-то как планируешь это смочь?

– Связи, взятки, кумовство, – пожал плечами чародей.

Тем временем они поднялись на третий этаж и подошли к нужной двери. Шулер повернулся к Вельфегору:

– Так, он не отличается избытком толерантности, так что лучше стой в сторонке и помалкивай. А не то есть шанс огрести заклинанием восьмого круга по морде.

– Ладно.

Анджей трижды постучал костяшки о дверь. Выждал несколько секунд. Распахнул дверь и шагнул в кабинет. Там, за простым рабочим столом, осажденный папками и документами сидел Аркадиус Карпухин. Ректор АМИ.

Чародей вряд ли бы узнал его, если бы не был в курсе на кого смотрит. Волосы поредели и будто покрылись пылью. Черты лица утратили резкость. Фигура, что в детстве казалась такой внушительной, теперь словно сдулась. Хоть и оставалась массивной. Добротный, но старый пиджак плотно сидел на его широких плечах.

Широкие, грубые ладони сжимали хрупкую перьевую ручку советского образца. Запавшие от возраста глаза, окруженные шрамами морщин, выжидающе смотрели на вошедших. Вот в них мелькнуло узнавание:

– Привет, Анджей.

– Привет, деда, – чародей огляделся.

Просторное светлое помещение зубчатой короной украшали книжные шкафы. Многочисленные тома принадлежали Академии. Впрочем, старик все равно наверняка наизусть помнил каждый из них.

Вельфегор сделал шаг в сторону и превратился в статую. Для вампира это несложно. Шулер сел на кряжистый стул перед ректором. Попробовал вытянуть ноги. Стукнулся коленями о стол и вынужденно поджал их. Заинтересовался одним из документов, что лежали перед Аркадиусом. Адаптированное базовое построение…

– Как поживаешь? – нарушил тишину старик. – Как Доминика?

– Мама в порядке. Я работаю потихоньку, – Анджей отвлекся от схемы. Достал из кармана телефон. Посмотрел на время. – Я к тебе по делу, если честно. Мне нужна информация по одному из твоих студентов.

– Понятно, – вздохнул Аркадиус. – И почему ты думаешь, что я ее тебе предоставлю?

– Одолжение родственнику? – вращал в руке смартфон чародей.

– Сам же сказал, что это по работе.

– Согласен, – Шулер убрал гаджет обратно и посмотрел на ректора. – Вообще, я думал подкупить тебя.

– У тебя нет столько денег.

– У меня есть кое-что получше…

– Рисунок денег?

Анджей моргнул. Еще раз.

– Не знал, что ты видел этот фильм. Я думал тебе такое не нравится.

– Не нравится. И я не видел его, – покачал головой ректор. Блокбастеры он на дух не переносил. – Просто это был любимый фильм…

– Павла… Да…

Брата дед всегда любил. Такой талант…

«Вон, – одернул себя чародей. – Вон из моей головы».

– Так вот. Я хотел предложить тебе способ переделки ритуала «ночного стража» в заклинание.

– Уверен? – после паузы осведомился Аркадиус.

– Ну, практические испытания я не проводил. По очевидным причинам. Не мой калибр. Но теоретическая база – железобетонная. А если там и есть погрешности – уверен, что гроссмейстер магии без проблем их исправит.

– Архимаг, – задумчиво поправил его ректор.

– Хм? Ты сдал экзамен?

– Да, два года назад. Хорошо, я согласен.

– Я вышлю тебе почтой расчеты тогда.

– У меня ее нет.

– Обычной. Не электронной.

– Хорошо. Так что именно ты хотел узнать?

– Меня интересует Казимир Монастырски.

– М-м-м… Случайно, не из-за той статьи о пожарах?

– Из-за нее, – кивнул Анджей. – Я помогаю Инквизиции с этим делом.

– Только помогаешь, – констатировал Аркадиус. – С твоими навыками ты давно мог сам там работать на приличной должности. Причем в любом из отделов.

– И тогда я точно также был бы бесконечно слишком занят для мелких проблем простых людей.

– Как скажешь. Вернемся к Казимиру. Восемнадцать лет. Второй курс. Специальность – огненная магия. Очень талантлив, уже достиг уровня мэтра. Если честно, еще до поступления к нам он спутался с фанатиками Адских Легионов… Так что неудивительно, что он решил таким образом подложить свинью Инквизиции.

Адские Легионы – секта придурков, считавших, что демоны несут людям возмездие и очищение за грехи их. «Ведь иначе почему Всемогущий Господь не изничтожит их?». По очевидным причинам ненавидят Инквизицию. Мысленно поставив зарубку, чародей направил разговор в нужное русло:

– Меня больше интересуют его познания в Запретных Искусствах. В частности – в демонологии и чернокнижестве.

– Оккультизм значит. Ну, у нас в библиотеке есть несколько книг в открытом доступе…

– Речь идет о знаниях, достаточных для призыва «исчадья» в Явь, – уточнил Шулер.

Ректор аж рассмеялся. Успокоившись, он все же нашел в себе силы ответить нормально:

– Анджей, окстись. Мы говорим хоть и о талантливом, но все-таки о восемнадцатилетнем парне. Из совершенно обычной семьи. Отец – слесарь. Мать – учительница истории. Родился и вырос в Кабатах. На момент Прорыва в Кабатах ему было всего тринадцать. После этого он жил в приюте имени Николая Чудотворца. В отличии от тебя, у него не было и не могло быть доступа к библиотеке мастера магии едва он научился читать. Он мог бы, наверное, построить простейший круг. Но многомерное построение для призыва «исчадья»? Ни за что. Сам знаешь, что в колдовстве куда больше таланта значат знания и опыт. А в таком возрасте на нечто подобное были не способны даже вы с… – на этом моменте своего монолога Аркадиус запнулся.

«Вон!!! Вон из моей головы!!!» – Анджей хрустнул пальцами.

– Понятно. Что ж, тогда я пойду.

– Слушай, раз уж ты зашел и завел разговор об Искусствах, – окликнул ректор уже собравшегося на выход чародея. – Мы тут собрались вводить факультатив оккультизма.

– Только оккультизма?

– За Магию Крови нас гринпис сожрет, – поморщился Аркадиус. – Так что придется обойтись без теургии и каббалы. В общем, не согласишься провести курс лекций? Заплатим как полноценному преподавателю Академии. К тому же это не срочно. Для начала было решено сделать факультатив летним курсом для желающих.

– Я подумаю, – бросил Анджей и ушел по-английски. Вампир скользнул в дверной проем следом за ним.


Окончание будет на Пикабу через неделю... Или его можно прочитать прямо сейчас здесь. И даже не спрашивайте почему и как так...

Показать полностью
37

Чародей по вызову или Дело о живом пожаре

За ним следовали запах гари и разъяренный демон. А море людей на его пути расступалось, словно перед Моисеем. Чародей был в бешенстве.


***

Как и весь салон, завешанная эскизами комната пропахла ароматическими маслами. Запах теплого дерева пронизывали лекарственные нотки зверобоя, окутывал терпкий аромат лаванды и дополняла щепотка горечи от полыни.

Сидя в мягком кожаном кресле, Анджей с любопытством рассматривал зудящие, замотанные в пленку пальцы. Тонкие линии переплетались на его коже. Чернила на основе пепла феникса и целого гербария мистических трав прочно въелись не только в тело чародея, но и в душу.

– Все в порядке? – уточнил тощий тату-мастер с острым лицом. Заказ несложный, но клиент настаивал на предельной точности рисунков, так что мало ли…

– Да-да, все отлично! Просто немного непривычно.

Его пальцы с внешней стороны теперь покрывали восемнадцать узоров базовых рун демонов. По одной на фалангу. Алфавит Ада менялся от диалекта к диалекту, но эти символы присутствовали в каждом из них.

Языки Нави являли собой воплощенную магию, на чем и строилась вся демонология. Конечно, простой посыл в жопу на дуатском ничего не даст. Разве что испортит отношения с какой-нибудь египетской нечистью. Плетение волшебства с помощью демонических наречий больше походило на написание поэзии.

Поднявшись с кресла, Шулер еще раз поблагодарил мастера. Пожав на прощание худощавую руку, он взял тюбик с заживляющей мазью и вышел в светлый коридор.

Обитые рябиновыми панелями стены, ковровая дорожка на полу. Никакой вопящей подобно баньши роскоши. Тем не менее, дороговизна места чувствовалась во всем. «Хрустальный дворец» держал марку. Все-таки дочернее предприятие «Амброзии» – крупнейшей алхимической компании в стране. Все, кому приходилось иметь дело с демонами – были их клиентами.

К слову, о нечисти. Сама она редко пользовалась особенностями своего языка. Во-первых, для такого нужны мозги. То есть необходимо быть рожденным. Во-вторых, а смысл? Им куда проще и эффективнее врожденными способностями орудовать. Никто же не использует костыли при наличии здоровых ног, верно? Ну разве что клинические идиоты…

А вот колдуны, совмещая различные диалекты и их уникальные свойства, добивались порой поразительных результатов. Разумеется, эффективность портила общая для всех Запретных Искусств нестабильность.

В традиционной магии процесс так или иначе загоняется в рамки и направляется самим волшебником. Его воля служит рельсами для заклинания или ритуала. Творения же колдунов больше походили на сбрасывание бочонка с крутого склона – хрен его знает куда тот отскочит. Хорошо, если не тебе же в лоб. Сплошной хаос. Никаких четких правил. Индивидуальный подход к каждой формуле. Потому Шулер и использовал композитный метод. Костыли в виде Запретных Искусств и капелька магии для контроля процесса.

Спустившись по лестнице на первый этаж, Анджей вышел в просторный зал. Жемчужным ожерельем его опоясывали сверкающие на солнце витрины. Чародей невольно задержал взгляд на их содержимом. Стройные ряды кольев из разных пород дерева. Россыпи множества полезнейших трав на пурпурных подушках.

– Вам что-то подсказать? – мгновенно материализовался рядом консультант. – Вот тут у нас есть флаконы с настойкой чертополоха! Всего капля такой и любой маг, ведьмак или ведьма, кто угодно – тут же лишится всей своей магии.

– Нет, спасибо. Последнее чего я хочу – это прямая конфронтация с каким-нибудь волшебником. К тому же у меня есть уже дома флакончик. А если понадобиться что еще – обязательно спущусь к вам. Спасибо, до свидания.

«Хрустальный дворец» занимал первые два этажа дома, в котором жил чародей. Аренду квартиры из-за этого хозяин завысил знатно, но такое соседство все же было чертовски удобным. Помимо расходников, Шулер частенько брал здесь различные обереги, амулеты и талисманы из числа тех, что не мог создать сам. Вроде «глаза Гора».

Да что там. Тут можно было достать и более специфичные заказы. Его кастеты, например, были сделаны именно здесь. А Марсель лично – по чертежам Анджея – изготовил «кольцо четырех».

Конечно, цены здесь кусались. Даже с учетом приличной скидки, что делали тут чародею. Все же «Хрустальный дворец» оставался элитным заведением. Обычно, Анджей не мог позволить себе захаживать в такие места на регулярной основе. Но… Не та это была вещь, на которой стоило экономить. Анджей уже было направился на выход, когда из подсобных помещений вышел Марсель.

– А вот и Джонни! – широко распахнул руки в приветственном жесте юноша с растрепанными рыжими волосами. – Сколько лет, сколько «Блич»!

Сверкая улыбкой, владелец салона зашагал в сторону чародея. Черный пиджак с красной подкладкой сидел строго по фигуре. Стрейчевая футболка, узкие джинсы. Бог стиля вне классификации. Ну или он сам так думал.

– Привет, Марсель! Как ты?

– Как говорится, жить хорошо. А хорошо жить – еще лучше, – улыбка юноши отразила тот фейерверк, что всегда горел в его глазах.

Марсель цепко сжал протянутую руку. Повернул чародейскую кисть тыльной стороной вверх. И въелся взглядом в свежие татуировки. Причем Анджей был готов поклясться, что он даже точный состав краски сходу определил. По оттенку.

– Лепота, – наконец-то протянул Марсель удовлетворенно и выпустил ладонь. А чародей облегченно выдохнул. Если на счет демонологической составляющей он был спокоен, то по части алхимии такой уверенности не было. До этого момента. Уж если сам гений семьи Фламель похвалил работу… Значит она все же стоила своих денег.

– А как там мой заказ? – поинтересовался Шулер. – Не готов еще?

– Лед тронулся, господа присяжные-заседатели. Лед тронулся.

Да… Из-за проклятия манера речи у Марселя была… специфическая.

– Ну, тогда наберешь меня, как закончишь?

– Так точно, капитан!

– Ладно, мне пора. Рад был повидаться.

– Да прибудет с тобой сила! – помахал ему вслед Марсель.


***

Анджей ворвался в Штаб-квартиру. Император целеустремленно хромал следом за хозяином. Чародей практически проигнорировал все препятствия на своем пути. Он, наверное, впервые за все время на полную использовал знакомство с Дариушем. Имя главы Варшавского ОБР Инквизиции творило чудеса.


***

Выйдя из салона, Анджей на мгновение замер под мягким теплым дыханием весеннего солнца. Красота-то какая… Лепота-а.

«Походу, это заразно…» – поймал он себя на цитате-отсылке.

Перекатываясь с пятки на носок, чародей раздумывал, что делать дальше. Холодильник дома навевал мысли об арктической пустыне. Надо бы продукты купить, но это нужно переться в магазин… Затем готовить… А потом еще и посуду мыть! Как же в падлу этим заниматься…

– Анджей! – звонкий голос оторвал чародея от решения сложного уравнения лени-голода.

Циркулеподобным шагом к нему приближалась знакомая шпала.

– О! А ты тут чего забыл?

– На самом деле я к тебе и направлялся, – Дариуш крепко сжал протянутую руку Анджея. – Только собрался звонить, а тут ты воплоти.

– У тебя свободного времени что ли много? Чего раньше не набрал?

– Это было почти спонтанное решение. Я просто неподалеку проезжал.

– А где твой ручной комар?

– Вельфегор? Сидит в машине. Он отказался встречаться с тобой. И после вашей последней встречи я даже не могу его винить. Ты домой собирался?

– Не, там жрать нечего. Хотел в кафе неподалеку зайти перекусить…

– Давай, в таком случае, составлю тебе компанию. Если ты не против.

– Чего бы и нет, – пожал плечами Анджей.

– Хорошо. Тогда будем считать, что у меня обеденный перерыв.

– То есть обедаем за счет Инквизиции?

– У тебя в роду точно евреев не было?

Кафе, заполненное напоминавшими дыхание ветра занавесками, шелковым коконом обвилось вокруг них. Мягко и уютно. Множество вуалей и кисей туманом заполняли помещение, глуша звуки и скрадывая очертания.

Друзья сели за угловой столик, словно отделенный от всего мира газовым маревом. С заказом они определились быстро. Чародей попросил себе большой бургер, а Дариуш ограничился легким салатом.

Влево… Вправо… Влево…

– I'm on the highway to hell!

Звонок телефона оторвал Шулера от созерцания удалявшейся официантки. Точнее, одной конкретной ее части… Да и ладно, она все равно как раз скрылась за завесой полупрозрачных тканей.

– Чародей по вызову, – поднял трубку Анджей. Помолчал несколько секунд, выслушивая другую сторону. – Прошу прощения, но в данный момент я не могу помочь вам с вашей проблемой, – пауза. – Да, конечно, как только так сразу.

И положил смартфон на стол.

– С каких это пор ты отказываешься от заказов? – взметнулась вверх выбеленная бровь.

– С тех пор, как их стало больше, чем я физически могу покрыть. А это было «проклятое место». Пару лет стояло и еще постоит, пока я с более срочными делами не разберусь. И я бы, конечно, спросил собираетесь ли вы что-то делать с этим наплывом нелегалов из Нави… Но что-то мне подсказывает, что на вашем уровне ситуация ничуть не лучше.

– Кстати об этом… – подался вперед Дариуш.

– Нет! Только не говори, что ты пришел нанять меня!

– Ну…

– Да хрена с два! Я помогал Инквизиции один единственный раз! Когда мы познакомились! Тебе напомнить, чем это кончилось?! Хотя что там напоминать? СМИ до сих пор то и дело сокрушаются насчет Кабат. Еще бы! Целый район превратился в долбанный филиал Ада на земле!

– Ну прям-таки, – буркнул Дариуш чуть в сторону. – Побывавшие там говорят другое…

– О да! – несколько нервно рассмеялся Анджей. – Они говорят, что скорее это Ад – филиал Кабат.

– А ты-то откуда в курсе об этом? – подозрительно посмотрел на друга инквизитор.

– У меня есть свои источники в Инквизиции. А Кабатами я просто не мог не интересоваться, сам понимаешь.

– Я думал, что твой источник в Инквизиции – я.

– Не, ты мой друг в Инквизиции.

– А в чем именно заключается разница?

– Их я прошу о помощи, когда мне нужна информация, – Анджей ткнул большим пальцем себе куда-то за спину. – А тебя, – чародей указал на Дариуша: – Когда я в жопе.

– Ладно, слушай, – примирительно выставил перед собой ладони инквизитор. – Хотя бы просто выслушай меня и скажи, что думаешь. Простой, ни к чему не обязывающий совет. Ну же, не ломайся.

Анджей пристально вгляделся в стальные глаза друга. Помолчал. Кивнул:

– Выкладывай.

– Слышал о серии поджогов?

– Да… Хочешь сказать это по вашей части?

– Это во-первых, – кивнул Дариуш. – Во-вторых, связанных между собой пожаров куда больше, чем заявлялось официально. Их уже восемь. До того, как сгорел приют имени Николая Чудотворца нам удавалось держать СМИ в узде, но потом началась шумиха и понеслось… Так вот, в-третьих – среди пострадавших зданий есть те, что связанны с нами. Один из подготовительных центров, два склада с тактическими оберегами. Досталось и одной из лабораторий Гильдии.

– Знаешь, чем дальше, тем меньше я хочу во все это ввязываться. Что выяснили?

– Эксперты мало что смогли обнаружить. На местах пожаров был просто сумасшедший потусторонний фон. Наверняка известно лишь, что это был могущественный разумный огненный элементаль.

– М-м-м… Ифрит?

– Это основная версия, – кивнул Дариуш.

С легким шепотом ветра колыхнулась газовая вуаль – официантка принесла еду.

– Спасибо, – улыбнулся девушке чародей.

Анджей открыл пакетик, который она положила рядом с ним. Достал оттуда черные латексные перчатки, надел и принялся за свой бургер, параллельно обмозговывая ситуацию.

Элементали – самая мерзкая группа демонов. Куда могущественнее природных, религиозных или антропогенных. Слава Ктулху, встречаются эти ребята тоже значительно реже. Эта нечисть напрямую связанна с базовыми Магическими Стихиями: Огонь, Вода, Воздух, Земля. Они повелевают одной из них и питаются от нее же. Самое паршивое – хоть серебро и взаимодействует с ними, но убить элементалей можно лишь одним единственным способом. Уникальным для каждого вида.

Схомячив свой обед со скоростью Императора, Анджей откинулся на спинку стула. Дариуш еще боролся со своим греческим салатом. Ифрит значит… Хоть и слабый, но все же «дьявол». В Явь им попасть было не просто. Однако, встречались они все же чаще других. Видать большая популяция в Нави. А главное – эти арабские чудища являлись рожденными демонами.

– Примерный ареал обитания вычислили? – уточнил чародей, когда Дариуш добил последнюю маслину.

– Ага.

– Я бы советовал искать его логово подальше от реки.

– Да? А наши сказали, что водобоязнь ифритов – лишь миф.

– Так и есть, – кивнул Анджей. – Но цмок Вислы на дух не переносит этих товарищей. Так же стоит искать подальше от разномастных храмов. Опять же, сами по себе они ифритов не колышат, но там всегда полно опасной для них меди.

– Угу. Что-то еще?

– Да вроде нет.

– Спасибо, держи – Дариуш протянул сотню злотых.

– Что это? – не шелохнулся чародей.

– Плата за консультацию

– Не могу, я ж ничем толком не помог.

– Ой, не заливай. Все ты можешь. В отличии от твоих клиентов – я прекрасно знаю, как работают твои Обеты. Так что давай бери. Я все равно выбил у начальства приличную сумму на твой найм.

Анджей внимательно вгляделся в упрямые серые глаза. После чего яжело вздохнул.

– Я же только что сказал, что с деньгами у меня сейчас все в порядке, – проворчал он, беря купюру.

– Да-да, конечно. И сколько это, по-твоему, продлится, человек-косяк?

– Ой, да иди ты… Говорю нормально у меня все.

– Как скажешь. Ладно, мне пора идти. Спасибо за помощь.

– Передавай привет своей пиявке.

– Он будет счастлив.


***

Дверь распахнулась от пинка. Лязгрохт – ударилась она о стену. В кабинет ворвался бронепоезд «Анджей Соколовски». Следом за чародеем в комнату вхромал припадающий на переднюю лапу двухвостый тигр. На боку зверя виднелись две рванные раны, из которых хлестал жемчужный огонь.

– Ты чего тут устроил?! – поздоровался с другом Дариуш. – Ворвался сюда как ненормальный. Еще и демона с собой притащил!

– Это Император, – буркнул Анджей.

– Да я как бы догадался, что это не какой-то левый нэкомата за тобой увязался.

– Я берусь за работу.

– Какую еще работу?

– Ту, с пожарами. Но только за тройную таксу.

– Хорошо… – несколько ошарашенно ответил инквизитор.

– И еще… Я поживу у тебя пару дней?


***

Захлопнув за собой дверь, Анджей положил фетровую шляпу на тумбочку у входа и, не разуваясь, прошел на кухню. Бросил блок «Честерфилда» и пакет с покупками на столешницу. В магазин зайти все же пришлось. Корм Императору, пара бутылок воды, сигареты, немного вкусняшек на завтрак. Ну хоть готовить ничего не надо. Тем более, что нормально получалось у него всего одно блюдо…

Чародей подхватил кота с его личной табуретки и прижал к груди. Плюхнулся на стул под мурлыкающий рокот трактора у себя в руках.

– Как дела? – открыл один глаз Император.

– Нормально. С Дариушем встретился.

– О? – нэкомата потерся головой о подставленную ладонь Шулера.

– Да… Пришлось отказать ему в помощи… И нечего смотреть на меня так! Самому не по душе от этого. Но там явно не мой калибр…

Входная дверь пронеслась в полуметре от Анджея. Следом хлынуло пламя, от крика тысяч пил заложило уши. Император жемчужной кометой слетел на пол, когда в квартиру вошла высокая фигура.

Алые когти прожигали черные следы в линолеуме. Трепетали сотканные из жара перья. Сочились пустынным зноем распахнутые крылья. Пылающий гребень плавил потолок. Клекот и дыхание вулкана вырывались из пламенного клюва.

Огромный огненный петух на миг застыл, когда ступил на дверной коврик. Но уже через мгновение тот обратился пеплом. И «ключ Соломона» вместе с ним. Демон шагнул дальше.

Анджей кинулся в спальню за оружием. Император, вырастая на ходу, бросился на вторженца. Удар лапой оставил в воздухе жемчужные следы. Огненная птица отшатнулась. Взмах крыла – нэкомату впечатало в стену. Алые когти вонзились в рыжий затылок. Кошачью морду впечатало в пол. Повалил дым от паленной шерсти.

Извернувшись, Император еще раз достал врага когтями и вырвался из обжигающей хватки. Прыжок. Нэкомата впился в птичье горло. Мощные задние лапы раздирали огненную грудь.

Всклекотав, пылающий демон клюнул кота в лоб и сбил наземь. Клюнул вновь. Император мгновенно перевернулся на спину и успел полоснуть противника по глазам. Под болезненный крик кот отскочил назад. Дыбилась рыжая шерсть. Хлестали по бокам оба хвоста. Из глотки рвался рык.

Поток пламени вырвался из зева огромного петуха. Нэкомату смело. Пробив стену, он вылетел в соседнюю квартиру. Птица шагнула следом. Распахнула пасть, где уже метались огненные языки…

Цепь намоталась вокруг клюва. Рывок – и он щелкнул захлопываясь. Демон мотнул башкой. Анджей едва успел движением запястья вернуть крест обратно. Иначе бы пришлось научится летать.

Два серебряных ножа, брошенные чародеем, вонзились петуху в грудь, заставив сделать шаг назад. Следом за клинками в птицу полетали карта с ритуалом «кровавых пут» и целая россыпь склянок. Алые тросы захлестнули крылья и горло, а багровые якоря вгрызлись в пол, стены и потолок. Густое облако пыльцы омелы заставила демона очумело мотать головой. Пепел рябины ровным кругом лег вокруг него. Святая вода моментально испарилась, но с собой утянула и часть смертоносного жара.

Пронзительный крик гнева – и испепеляющий шторм разметал красные оковы, черное кольцо и стены вокруг инфернальной твари. Одним прыжком она оказалась рядом с Шулером. Удар клювом. Анджей едва успел увернуться. Но его тут же настиг взмах крыла. Чародея впечатало в стену. На миг он начал задыхаться, не в силах вдохнуть раскаленный воздух.

С яростным мявом Император снова прыгнул на петуха. Шулеру удалось откатиться в сторону и разорвать дистанцию. Котяра вцепился было в птичью глотку, но удар крыльев сбил его наземь. Пылающие когти вонзились в рыжий бок. Нэкомата взвыл от боли.

«Пепельное копье» прошило огненного демона насквозь. Голова петуха просто испарилась. Как и несколько лет жизни чародея. Птица отбросила Императора в сторону и тот пробил собой еще одну стену. Потопала в направлении Анджея. Из обрубка ее шеи поползли нити пламени. Пылающей путиной они за считанные секунды заново соткали утерянную часть тела.

Распахнулся клюв. Заметались в нем огненные языки. Восходящий удар серебряного креста подбил новоотрощенную голову вверх и испепеляющий поток ушел в потолок. Вниз посыпались обломки камня и темноты…


***

Щелкнул замок. Анджей распахнул дверь и шагнул внутрь. На миг его пронзила сотня взглядов магической защиты. Слава всем богам, старым и новым – у него было официальное приглашение от хозяина дома. Шулер кинул на тумбочку ключи Дариуша. Аккуратно снял с плеча и опустил на пол Императора. Попытался стряхнуть налипшую на грудь рыжую шерсть. Вышло так себе.

Нэкомата осторожно двинулся вглубь квартиры. Лапа у кота уже почти зажила, но он все еще прихрамывал.

Чародей скинул ботинки, повесил на крючок пальто. Прошел в гостиную. Высокие стены облепили бледно-желтые обои – рельефные, будто по ним ползли обнаженные ветви. Пол устилал ковер с длинным ворсом, напоминавшим шерсть персидской кошки. Змеевидное тело лакированной горки, что вытянулось вдоль комнаты, оседлала здоровенная плазма. В углу под солнечными лучами нежилось искусственное дерево. Его кучерявая тень падала на белокожий диван.

Бросив на него верный чемодан, Шулер и сам плюхнулся рядом. Тяжко… Ох, тяжко. Он умудрился выйти на остановку раньше, чем нужно. Решил пройти оставшееся расстояние пешком – напрямик через дворы. В результате вышел вообще с другой стороны. В общем, поблуждал он знатно, пока добрался сюда. Еще и Император всю дорогу стебался. Падла рыжая.

Как ни пытался чародей сконцентрироваться на текущих, более мелких неприятностях – главная катастрофа сегодняшнего дня упрямо выползала на поверхность…


***

Анджей со стоном оторвал лицо от колючего из-за каменных осколков пола. Титановая голова полнилась туманом. Чародей ме-едленно повернул голову на звук – странную смесь раздраженного рычания и жалобного мяуканья. Разглядел фигуру Императора. Здоровенный кусок потолка упал коту на переднюю лапу, и он теперь отчаянно пытался освободить зажатую конечность.

С трудом, но Анджей все же сел. Огляделся. Неподалеку на железобетонных глыбах лежала фигура. Девушка с окровавленной головой слабо шевелилась, силясь подняться. Вот ей начало это удаваться…

«Кинга!» – прострелило сквозь мглу в голове узнавание.

Чародей услышал звук осыпающейся насыпи. Дохнуло чудовищным зноем. Шулер немного повернул голову. Над ним навис огненный демон.

«Ну, по крайней мере это было ярко, – подумал Анджей, не в силах даже шевельнуть рукой и лишь глядя, как разгорается в петушиной глотке пламя. – Что ж… Гори, гори ясно!»

Дзвянк – разлетелся стеклянными искрами пузырек. Птичью голову окутало на миг облако омелы. Пылающая башка повернулась в сторону бросившей склянку Кинги. Ревущий багряный поток ударил в девушку. И расплескался по пустоте границы, очерченной пеплом рябины.

Одним прыжком петух оказался перед Кингой. Навалился всем телом на незримый барьер. Анджей рванул к девушке. Но уже через шаг земля под ним качнулась пробуждающимся зверем, и он рухнул.

Рябиновый пепел разметало в стороны. Пылающими объятьями крылья сомкнулись на девушке. Миг – и лишь обгорелые кости остались от нее.

– Нет!!!

Пожар боли затопил чародея и в мгновение ока выжег из него все мысли и чувства. Вспыхнул гнев… Ярость. Бешенство! Он потянулся к ножнам, что висели сзади на пояснице. К своему последнему джокеру…

Огромная птица замерла. Повернула голову, будто прислушиваясь к чему-то. Рванула прочь и уже через секунду исчезла. До Шулера донесся вой сирен…


***

Кусь! Император сочувствующе смотрел на Анджея, легонько сжав зубами его ладонь.

– Все нормально, – вздохнул чародей. – Ты, наверное, голодный? Давай посмотрим, что есть у Дариуша в холодильнике.

Надыбав колбасы, он мелко порезал ее и ссыпал в блюдце. Поставил перед кошачьей мордой. Себе достал из морозилки любимое мороженное шпалы-инквизитора – кактусовое. Поморщился, уловив легкий запах гари. Холера. Помыться бы. И вещи сменить. Да переодеться не во что…


***

Анджей брел по руинам своей квартиры, волоча ноги. Пыль. Обломки. Пепел. Кровать сгорела начисто… Тут уместно это слово? На полу-то осталось солидное пятно гари.

Чародей гнал мысли о Кинге. Не первая смерть на его совести. Переживет. Он переживет это… Вновь…

«Вон. Вон из моей головы».

А вот шкаф-инструментарий уцелел. Спасибо рябине, из которой тот был сделан. Не зря он раскошелился на него в свое время.

Ноут… на первый взгляд в порядке. Только покрыт серыми разводами золы. Проверить запускается ли он без розетки не выйдет, но по идее – нацарапанные на нем руны должны были защитить от демонического огня. Слава Ктулху – прямого попадания петушиного дыхания ни на него, на шкаф не пришлось. Иначе бы с ними точно кирдык случился. А одним падением больше – этому чудищу Франкенштейна хуже уже не будет.

Зато от чемодана с одеждой остались лишь воспоминания и горелый остов… Холера. Хорошо он хоть раздеться не успел до прихода гребанного петуха. Только шляпу жаль…


***

– I'm on the highway to hell!

Анджей посмотрел на экран телефона. Звонил Дариуш. Поднял трубку:

– Да?

– Обустроился?

– Нет, не совсем. Я только пришел.

– Что? Ты же час назад выехал.

– Ну, да…

Пауза.

– Заблудился?

–Ага.

Вздох.

– Ладно, дам тебе время передохнуть.

– Нет, на самом деле, – Анджей встретился взглядом Императором. – Я бы хотел как можно скорее заняться делом.

– Как скажешь, – не стал спорить Дариуш. – С чего именно ты бы хотел начать?

– С осмотра одного из мест пожаров. Помимо моего дома, конечно.

– Хорошо, я заеду за тобой минут через пятнадцать-двадцать. Спустишься, как позвоню, хорошо?

– Окей, москит с тобой будет?

– Нет, он бумажной работой занят.

– У тебя есть личный Старший вампир, а ты его как секретаршу используешь?

– Ну так я его себе для этого, собственно, и выбил у начальства. Теперь вот зато есть возможность вновь заниматься полевой работой. Здорово же.

– Понятно… Тогда жду звонка.

– Давай.


***

От треска пламени закладывало уши. Жар песчаной бурей терзал кожу. Воздух расплавленным металлом заливал легкие. Языки зарева когтистыми лапами тянулись к Анджею. А ноги несли его изо всех сил вперед.


***

Когда они подъехали к угольку бывшего склада Инквизиции, его уже окружала толпа. Микрофоны, камеры, фотовспышки. Журналисты. Холера.

– Так, а вот сейчас я не понял, – протянул Дариуш. – Эти-то что тут забыли?

– А я знаю? – Анджей, проведший весь путь в цифровом мире телефона, покинул сайт с объявлениями о сдаче квартир в аренду и углубился в джунгли социальных сетей, постов и блогов.

На них налетели стоило ступить на асфальт. Даже двери машины не успели захлопнуться. И посыпался галдеж, как крупа из мешка:

– Скажите?..

– Разрешите?..

– Это правда?..

– … задать вопрос?..

– Инквизиция заинтересована?..

– Так это демона?..

– … рук дело?..

– Без комментариев! Без комментариев! – отмахивался от назойливых чаек Дариуш, медленно двигаясь в сторону сгоревшего склада.

– Скажите, пожалуйста, вы работаете с Инквизицией? – Анджей не сразу понял, что этот вопрос был адресован непосредственно ему.

– Хм? А пани?.. – оторвался он от смартфона.

– Виола, – представилась высоченная – почти с Шулера ростом – стройная блондинка с костистым лицом. – «Ежедневник Сказ».

– Да, пани Виола. Инквизиция наняла меня, как независимого консультанта для работы над этим сложным делом. Меня зовут Анджей Соколовски. Я – чародей по вызову. Вы можете нанять меня по номеру семь, три, два…

– Так, а ну пошли, – схватил его за плечо Дариуш и потащил к складу, пока Анджей спешно диктовал репортерше оставшиеся цифры. – Ты что делаешь?

– Пиарюсь, – спокойно пояснил Анджей. – Причем бесплатно.

– Ты же говорил, что у тебя и так слишком много заказов.

– Ну наплыв нечисти ведь рано или поздно спадет, – пожал плечами чародей. – А репутация и известность останутся.

– А обязательно было подтверждать, что пожары – работа демона, Анджи?

Инквизитору все же удалось втащить друга за желтые ленты ограждения на склад.

– Ой, да это и так всем ясно уже. Тут один блогер целую статью на эту тему выдал, – отмахнулся Шулер телефоном, шагая вглубь здания. – Причем убедительно так, сволочь, излагает. С доказательствами даже. Официальное заявление хотя бы позволит держать писак подальше от места действа.

– А ну, дай посмотреть.

Дариуш взял телефон. Полистал статью. Выругался.

– Откуда у него вся эта информация? Кто это вообще такой?

– Какой-то студент АМИ.

Инквизитор вновь выругался. И Анджей его прекрасно понимал. Учащийся Академии Магических Искусств – это, конечно, еще не член Гильдии волшебников. Но протекционизм последних у него уже есть. Просто так прижать парня и вытащить из него ответы не выйдет. Обидно.

Они дошли до центра строения и, собственно, главного его помещения. Чародей принялся за его осмотр.

Тоскливо… Запах гари уже успел выветриться, но она сама зубами вцепилась в бетон здания. Все в пепельных разводах, будто тигриная шкура. Огарки стеллажей раненными солдатами выстроились вдоль стен. Глубокие борозды плотной сетью шрамов покрывали выжженный пол. Петли коридоров, ведших в зал, пребывали хоть и в потрепанном, но все же лучшем состоянии.

Рев пламени. Крики боли. Чародей словно наяву слышал их. Ощущение лишь усугублял полумрак. Ослепшие глазницы окон под потрескавшимся от жара потолком едва освещали помещение.

Маленький склад. Слабая защита. Всего несколько охранников. У них не было ни шанса против монстра, что вторгся сюда. Анджей сам лишь чудом выжил. Причем большую часть времени с монстром бился Император. И даже демон-хранитель класса «черт» на своей территории смог лишь выиграть немного времени.

Изначально атака демона была направленна на «Хрустальный дворец». Но защита там оказалась чересчур крепкая. Один магистр магии чего стоил. В результате агрессия нечисти быстренько так перетекла на жилище чародея. Благодаря этому Инквизиция в кои-то веки подоспела вовремя. Да и то только потому, что Шулера спасла одна отчаянная девчонка, которую он на ее голову научил азам противостояния монстрам…

– Нашел что-нибудь? – окликнул его Дариуш, когда погас свет поискового заклинания – «блуждающего огонька».

– Ничего такого, что могли бы упустить ваши спецы. Зашкаливающий потусторонний фон. Явно элементаль, – Анджей задумчиво мерил комнату шагами, больше рассуждая в слух, чем объясняя что-либо другу. – Я частично восстановил путь распространения огня. У ищеек картина наверняка вышла более полная, но и так все нужное видно. Пламя то и дело возвращается назад или движется прямо к ключевым точкам. Поведение явно осознанное. Не удивительно, что ваши мозговики посчитали демона разумным.

– Посчитали разумным? То есть это не так? Но ты ведь сам только что назвал его поведение осознанным. В чем подвох?

– В том, что тут те же эманации, какие остались на руинах моей квартиры, – чародей двинулся на выход. – А на меня напал ни хрена не высокий мускулистый араб в шароварах и чалме, размахивающий пылающим ятаганом.

– То есть, это был нет ифрит, – потопал следом Дариуш.

– Нет, это был хренов трехметровый огненный петух.

– М-м-м… Не узнаю описание, если честно.

– Это был будимир, – пояснил Анджей. – Один из так называемых Царей зверей. Бестия класса «исчадье» с нижних кругов. Ну и огненный элементаль, понятное дело.

– Бестия? Но ведь они же…

– Не разумны. Именно. А значит будимиром кто-то управляет. Мы ищем человека, а не монстра.


Продолжение на следующей неделе...


А тут уже есть продолжение

Да, это выглядит несколько странно, но как уж есть. Это дело было решено разбить на несколько частей при выкладке, а на странице по ссылке все традиционно выходит на неделю раньше. Так что как-то так.

Показать полностью
60

Чародей по вызову или Ведьма на службе

Кроссовки хлюпали по грязи. В нос шибала вонь экскрементов. На голову то и дело крошился земляной свод туннеля, а по коже бегал озноб. Вокруг задорно прыгали тени и отблески от огня, что махал своими рыжими крыльями, умостившись на ладони Ани.

«И почему я вечно оказываюсь в таких местах? – ворчала мысленно девушка, угрюмо топая вперед. – Вот хотя бы этот раз… Вот когда все пошло не так?»


***

– Ты что творишь?! – истерично взвыл мешок картошки в деловом костюме, судя по табличке на двери кабинета, являвшийся местным бурмистром.

– Бумаги жгу, – флегматично ответила ведьма, поливая изящный столик огнем с двух рук. – Кажется, важные. А как закончу – перейду к тебе. Люблю запеченную картошку с салом.


***

«Хотя нет», – оборвала себя Аня, сворачивая вслед за изгибом туннеля. И тут же резко затормозила.

Подземный ход здесь раздваивался. Ведьма посмотрела направо. Ведьма посмотрела налево. Ведьма выругалась. Потом поднесла раскрытую ладонь к лицу и дунула на нее. Взвился в воздух рой мотыльков, сотканных из жара и света. Роняя искры с мерцающих зарей крыльев, порождения Стихии Огня двумя рыжими гирляндами утекли в обоих направлениях.

В ожидании возвращения своих разведчиков, Аня вновь погрузилась в размышлениях о причинно-следственных связях своего теперешнего положения:

«На чем я там остановилась? А, мешок картошки! Нет, о том, что все пойдет именно так можно было догадаться еще при разговоре с Томом…»


***

Маленькое, уютное и неожиданно тихое кафе на Новом Швяте – их обычное место встречи. Угловой столик на двоих. Пара чашек ароматного кофе. Гудение улицы за окном. Приятная атмосфера. Лепота.

Худой – даже, скорее, тощий – и уставший – даже, скорее, изможденный, – на вид мужчина в светло-голубом костюме-тройке сидел, уткнувшись острым носом в бумаги. Время от времени он подносил руку к чашке американо. Ждал пока тот остынет.

Напротив него потягивала латте миниатюрная девушка. Покачивался в такт тихой музыке белый кроссовок. Аккуратный палец выстукивал на чашке «Имперский марш». Рванные джинсы, темная кофта со стразами и распахнутая кожанка. Обычный ее наряд. Кончики темно-русых волос задевали плечи – пора бы уже постричься. На макушке же прилегла черная шляпа-федора. Острые скулы, прямые, четкие черты лица и цепкие карамельные глаза завершающими штрихами придавали легкомысленному образу серьезности.

Поднеся в очередной раз руку к кофе, Том остался доволен его температурой. Несколькими большими глотками опустошив чашку, инквизитор звякнул ею о блюдце. Удовлетворено выдохнул. Ритуал соблюден, можно и к делу приступать.

– Несколько дней назад, ночью в Повонзках, в дзельнице Воли, – начал он серым голосом, все также не отрывая взгляда от бумаг. Аня вообще, наверное, никогда не видела глаз своего куратора. – Были похищены трое детей.

– Всего несколько дней? – тонкая бровь изогнулась классической аркой. – Что-то как-то слишком быстро вы спохватились. В чем подвох?

– Позавчера ночью, в том же районе, похитили еще двух, – спокойно продолжил инквизитор, пододвигая к девушке листки с соответствующими материалами дела.

– А, ясно.

– Уличная камера засекла вурдалака, – Том пододвинул к ней фото. Качество было низкое, но разглядеть существо на ней все же было можно. Человекоподобное, закутанное в лохмотья, оно передвигалось на всех четырех, подобно дикому зверю.

– Точно вурдалак? – уточнила Аня с сомнением глядя на изображение. – Эти ребята, обычно, очень осторожны и скрытны. Они обычно не попадаются на камеры

– Точно. Отдел Расследований подтвердил. Спасибо современным технологиям, что облегчают нам работу. Следователи так же побывали на всех местах преступлений и обнаружили сходные эманации на каждом из них.

– Стая вурдалаков?

– Именно. Тебе, собственно, нужно найти и уничтожить их гнездо.

– Окей.


***

Мотыльки вернулись. Просыпались дождем из бенгальских огней, выжигая в голове Ани сияющий узор катакомб. Ведьма поднялась на ноги. Теплое облако твердого пламени, служившее ей креслом, расплылось в воздухе кляксой и исчезло. Вздохнув, девушка пошла дальше, вглубь лабиринта туннелей.

Вурдалаки не переносят солнечного света. Потому охотятся ночью, а днем хоронятся под землей. А когда речь идет о центре мегаполиса, что первое приходит на ум? Правильно! Канализация! Так что ей еще, можно сказать, повезло.

Хотя «повезло» – это обычно не про нее. Даже обычная поездка для нее сегодня обернулась мини-приключением…


***

Выйдя из-под стеклянной шахматной доски навеса, девушка огляделась по сторонам. Ага! А вот и такси, вызванное швейцаром. Она быстрым шагом подошла к черному «мерседесу», открыла дверь и плюхнулась на заднее сиденье. Машина с почти неуловимым толчком тронулась с места.

«Как же лень…» – вздохнула про себя Аня.

Но чтобы жить с шиком время от времени приходилось впахивать. Ведьмы и ведьмаки – саванты от мира магии. Им неподвластна традиционная магия. Заклинания, ритуалы и даже элементарные воздействия вроде телекинеза – вне их возможностей. Зато они с рождения способны на интуитивном уровне управлять одной из четырех базовых Стихий.

Гильдия волшебников не принимала таких как Аня в свои ряды. Все-таки магами они не являлись. А вот Инквизиция охотно нанимала, как внештатных экспертов. И платила очень хорошо.

Машина сбавила скорость, а потом и вовсе остановилась. Приехали? Аня выглянула в окно. Нет, «мерс» остановился посреди дороги. Справа тянулся каменный забор, из-за которого торчали кресты. Слева – пустырь, окаймленный редкими деревьями.

– В чем дело?

– Митинг, – коротко пояснил таксист.

– Какой еще митинг?

– Да цыгане, мать их.

– Цыгане митингуют?!

Машина медленно поползла вперед. С обеих сторон авто начали обтекать люди с транспарантами. Тень их гнева, эхо яростных криков, доносилось даже сквозь закрытые окна и двери.

– Нет, митингуют местные, чтобы цыгане убрались вон. Они тут на пустыре обосновались. Уже лет пять как. Воруют, наркотиками торгуют, проклятия насылают, колдуны ебэ-э… В общем, мы как не посылали жалобы, они все сидят тут. И с каждым годом все наглее! В первый год они еще держали себя в рамках. И мы им даже сочувствовали. Они ведь с Кабат. Но теперь они вообще оборзели! Ничего уже не бояться! А последнюю неделю еще и повадились всю ночь напролет жечь здоровенные костры! Вонь страшная! Спать из-за света и шума невозможно! Так они все это еще и прямо перед входом на наше кладбище творят! Старейшее в Варшаве между прочим! Можете представить себе?!

«Мда… Тема явно наболевшая…»

– Я так понимаю вы отсюда? Из Повонзок?

– Да.

– Слышала про похищения детей… Сочувствую. Известно уже что-нибудь?

Водитель покачала головой:

– Лично я уверен, что и в этом замешаны цыгане. Я полиции так и сказал. Те даже обыск провели, но ничего не нашли. Но ведь издревле именно цыгане промышляли подобным! По любому они замешаны!

«Ох уже мне эти суеверия и необразованность… А ведь в просвещенный век живем!»

– Слушайте, а обязательно было именно этой дорогой ехать? Прямо сквозь митинг?

– Если честно, то нет, – признался таксист. – Но вы ведь к бурмистру едите? Может хоть вы сможете повилять на него, чтобы он решил наконец-то эту ситуацию…

– Посмотрим, – буркнула Аня.

Они наконец-то вырвались из плена толпы и машина поехала быстрее. А девушка смогла рассмотреть поселение цыган.

Его действительно окружало плотное кольцо пепелищ от больших костров. Сам же табор представлял из себя печальное зрелище. Примитивные одноэтажные сооружения, кое-как сколоченные из облезлых досок и всякого хлама. Они напоминали нормальное жилье не больше, чем жертвы золотухи ¬– здоровых людей. Часть грубых построек была разломана. Кое-где выбили двери, разбили окна. Местами в воздух уходили нити дыма от не до конца потушенных пожаров.

Сами же цыгане воспринимали происходящий вокруг них бедлам удивительно индифферентно. Большинство равнодушно занимались своими делами, не глядя на беснующуюся толпу. Хотя возле одного из домов сидела женщина, спрятавшая лицо в ладонях. Плечи ее сотрясались.


***

Эхо чужих шагов раздалось впереди. Потоки огня брызнули из-под наманикюренных ногтей, свились в десяток пышущих жаром копий, что метровыми спицами зависли над плечами ведьмы.

Сначала из-за угла показался прыгающий свет фонарика. А затем прямо перед девушкой, спокойным ровным шагом вышел молодой мужчина. Немного младше тридцати на вид, крепко сложенный. А еще высокий. Аня, со своими «полтора метра и еще чу-чуть» доставала ему лишь до середины груди. В руках он держал смартфон, заменявший собой фонарик, и прямоугольный чемоданчик.

– Добрый день, – удивительно спокойно поздоровался парень, при этом благоразумно стараясь не шевелиться. – Довольно неожиданная встреча, не находите?

Аня молча разглядывала незнакомца. Пальто, рубашка, брюки. Фетровая шляпа на каштановых вихрах. Ну хоть чувство вкуса у парня не атрофировано. А вот его инстинкт самосохранения в этом плане вызывает сомнения…

Ведьма вгляделась в лицо незнакомца. Прямой выдающийся нос. Высокий лоб рассечен парой морщин. На левом ухе отсутствует мочка, а по правому виску будто провели наждачкой. Черные глубокие глаза походили на горячие угольки, чьи трещины еще сияли алым жаром. Невольно вспомнился Том. Та же печать вечной усталости на физиономии. Такие же внушительные мешки от бессонницы. В целом же незнакомец напоминал крепость романского стиля. Простота и строгость линий. Надежность, совмещенная с внутренней шершавостью.

– Ты еще кто? – насмотревшись, Аня все же ответила на приветствие.

– Анджей Соколовски, чародей по вызову. Дешевле чем у магов, быстрее чем у инквизиции.

«Он сейчас что, добавил в конце рекламный слоган? Стоп. Он сказал «чародей»? Долбанный фокусник почти без магии?! Рядом с гнездом вурдалаков?! Он что, идиот?»

– Ты что, идиот?

– Да.

– Ясно, – Аня погасила огненные копья и пошла дальше. Анджей направился следом за ней.

Девушка покачала головой и лишь спросила через плечо:

– И что ты тут делаешь, чародей?

– Ищу вурдалаков. Меня наняли родители пропавшей девочки, чтобы я вернул им дочку.

Аня покосилась на неожиданного спутника, но промолчала. Что взять с идиота? Пускай ищет останки трапезы и несет их своим клиентам, если так хочет.

Какое-то время они шли молча. Угрюмая ведьма впереди и равнодушный чародей чуть позади.

«Прям начало анекдота, блин».

– Как ты вообще нашел это место, чародей? – девушка сомневалась, что у Анджея были особые полномочия от Инквизиции.

– Поднял сводки СМИ. Нашел похожие случаи. Выяснил какая именно это нечисть. Вычислил примерно их ареал проживания. Прикинул, где на данной территории они могут укрываться днем. И нашел это место.

– Ясно…

– А вы как?

Аня даже немного смутилась. Она вспомнила как.


***

– … Люблю запеченную картошку с салом.

– Да кто ты вообще такая?!

– Анна Дубровская, – представилась девушка, стряхивая с ладоней огонь. Он тут же окружил бурмистра плотным кольцом. – Внештатный эксперт Инквизиции с особыми полномочиями.

Аня продемонстрировала лицензию. По мере чтения удостоверения краснота на лице чиновника сменялась бледностью.

– И я хочу задать вам несколько вопросов, – ведьма плюхнулась на облако твердого пламени, что мгновенно соткалось под ней. – У вас тут вурдалаки детей похищают.

– Да, и я передал это дело Инквизиции. Правда, я не думал, что первым делом Инквизиция придет сжигать меня!

– Три похищения за ночь. Практически одновременных. Вскоре – еще два, – спокойно продолжила Аня. – Вурдалаки предпочитают жить стаями. Постепенно наращивая свое количество. Пока их мало – они перебиваются трупами. На живых же они охотятся группах по трое, не меньше. Причем в охоте не может принимать участие больше трети стаи. И одна и та же группа не входит на охоту чаще, чем раз в неделю. Эти сволочи чертовски осторожны. А это значит, что у вас под носом – как минимум несколько десятков вурдалаков. А теперь я хочу услышать ответ всего на один вопрос. Каким образом ты это допустил?!

Бурмистр вздрогнул от внезапного крика:

– Я… Да откуда я вообще могу это знать?!

– Не вешай мне лапшу на уши! Не могла такая куча нечисти возникнуть из ниоткуда! – кольцо огня вокруг чиновника начало быстро сжиматься. – Они должны были чем-то питаться! Кем-то, мать твою, питаться! Так какого мы узнаем об этом, только когда ситуация достигла таких катастрофических масштабов?!

– Цыгане! – взвизгнул мешок картошки, когда пламя ухватило его когтистыми лапами за лодыжки.

– Вот только не надо мне заливать, что во всем виноваты цыгане! – но огонь от ног чиновника ведьма все же убрала. Пока что.

– Нет… Нет. Цыгане писали заявления о пропаже их детей, но…

– С-собака. Что «но»?

– Но мне нужно было как-то решать проблему с цыганами! Вы хоть представляет сколько у меня уже жалоб и заявлений на них накопилось?! Я столько раз обращался в городскую администрацию! И ничего! Они же с Кабат. Власти до сих пор не представляют, что делать с этим районом и его бывшими жителями. А так гляди, проблема сама собой бы решилась, когда цыгане свалили бы куда подальше. Но эти колдуны как-то умудрились договориться с нечистью! И те перешли на нормальных людей. Курвица!

– Ни с кем цыгане не договаривались, – задумчиво ответила Аня, вспоминая следы от костров вокруг табора. А еще она вспомнила знаменитые катакомбы Повонзкого кладбища, рядом с которым этот табор и расположился. – Просто цыгане оказались умнее тебя.

– Что? О чем вы? – спросил бурмистр у уже пошедшей на выход ведьмы.

– Вурдалаки боятся огня! – бросила девушка через плечо.


***

– Да примерно также, как и ты, – очнулась от вспышки воспоминаний Аня.

– Понятно.

Тем временем они дошли до поворота, за которым огненные мотыльки нашли здоровенную пещеру. По всей видимости и являвшуюся тем самым гнездом. Вообще, вурдалаки, конечно, здорово расстарались, расширив уже существовавшие катакомбы настоящим подземным лабиринтом.

– Могу я узнать, почему вы остановились? – раздался позади голос идиота.

– Гнездо за углом.

«Ну, пора сжечь всю эту хурму…»

Туннель озарило багряным светом. Затопило жаром. Могучими потоками огонь свивался вокруг ведьмы, принимая различные формы. Готовый броситься вперед дикими зверьми, яростными драконами и сокрушающей лавиной.

Пшшш… Ворожба разлетелась клочьями из-за соли, высыпанной на ведьму. Остатки пламени растворились в воздухе будто бумага, сгорающая на лету.

– С-собака… – ведьма медленно развернулась к Анджею, стоявшему позади нее с пустым пакетиком. – Ты что творишь, идиот?

– Вы так детей убьете.

Аня тяжело вздохнула:

– Значит так, чародей. Слушай и просвещайся. Вурдалаки едят людей. А детей похитили несколько дней назад. Их уже давно убили, сожрали и выгадили обратно. А теперь не мешай мне делать мою работу. Потом, если захочешь, можешь собрать останки, за которыми тебя послали.

– Спасибо за информацию, – кивнул Анджей, ставя свой кожаный, плотно украшенный декором из царапин чемоданчик на пол. – А теперь позвольте мне просветить вас. Вурдалаки предпочитают «консервы».

– Чего?

– Подгнившие трупы по своему состоянию удовлетворяют их, но в идеале они предпочитают похищать людей и консервировать их в особой слизи, которую они выделяют. В этом коконе их жертвы доходят до нужного состояния. И большую часть этого процесса они остаются живыми и даже относительно здоровыми.

Обойдя опешившую ведьму, Анджей подошел к крутому повороту, скрывавшему гнездо.

– Эй, ты куда?

– Разведать обстановку. Мне совсем не улыбается идти против нескольких десятков вурдалаков вслепую.

– Тебя же спалят!

Чародей вытащил из-под ворота рубашки цепочку с амулетом, схематично изображавшим глаз:

– «Глаз Гора». Он укрывает от злых духов. Идите сюда, нас не заметят пока мы сами не начнем привлекать к себе внимание.

– Нас, чародей? У меня такой цацки нет.

– «Глаз Гора» работает по принципу ауры. Вас саму не удивило, что мы дошли до самого гнезда, и нас не обнаружил ни единый сторожевой?

Поколебавшись, Аня все же подошла к Анджею и выглянула из-за угла. По пещере склонялся добрый десяток вурдалаков. Вдвое больше спало на земле. Они походили на людей. Отдаленно. Тощие и закутанные в лохмотья, с серой гниющей кожей, они необычайно ловко передвигались на ненормально длинных конечностях, царапая желтыми когтями земляной пол. Покачивались лысые плоские головы. Кривые клыки порвали впалые щеки. Огромные фасетчатые глаза сверкали желтым. Длинный язык вился не переставая, ощупывая воздух.

– Видите? – чародей указал на ряд коконов у дальней стены. – Светло-голубой справа – самый свежий. Темно-зеленый слева – самый старый и уже считай готовый к употреблению. Думаю, уже сегодня его вскроют. Людей в тех коконах, что уже зеленые – не спасти. Дети должны быть в тех голубых.

– Я даже спрашивать боюсь, откуда у тебя такие точные сведения…

– Третий Рейх проводил чудовищные эксперименты, – ответил чародей, возвращаясь к оставленному чемоданчику. – Но даже самые страшные знания можно использовать на благо. Ядерная энергетика – яркий тому пример.

«Хм. По всей видимости, он все же не совсем идиот. Просто полный псих. И кажется…»

– У тебя есть какой-то план?

– Типа того, – с щелчком распахнулся чемодан. – Для начала я хочу отгородить этот туннель, что бы на нас не набросились со спины в самый неподходящий момент.

– Повесишь желтую ленточку?

– Ее сверхъестественный эквивалент, – ответил псих, доставая из своего инвентаря какой-то сверток.

Взмахом будто расстилает одеяло, он разложил его на земле. После чего поднялся и переместился к стене. Аня же подошла к полотну.

– Так ты еще и чернокнижник, чародей? – спросила девушка, глядя на пентаграмму, начертанную на куске фланелевой ткани.

– Колдун, если быть точным, – слегка рассеяно ответил Анджей, мелом рисуя на стенах какие-то руны. По виду – явно из Адского алфавита.

Повторив процедуру с другой стороны туннеля, чародей вытащил из чемодана пакет с кровью, казавшийся маленьким в широких грубых ладонях. Пробормотал несколько фраз и вылил его содержимое на печать.

Аня наблюдала за эти с невольно растущим уважением. Запретные Искусства… Чернокнижество, демонология и Магия Крови. Три способа творить магию без каких-либо способностей. Конечно, ни один из них не был запрещен уже больше ста лет. Не считая некоторых практик. Вроде призыва демонов или обряда освящения крови. Но название осталось.

Собственно, колдунами называли тех, кто освоил все три Искусства. И достичь подобного было кошмар как не просто. Требовалось либо обладать интуитивным пониманием того, как комбинировать различные элементы, либо орудовать просто колоссальными объемами знаний.

– Если ты полноценный колдун, то почему называешься чародеем? Первое – куда более… элитное звание.

– Это вредно для бизнеса. У термина «колдун» – дурная репутация.

Девушка вспомнила сегодняшние обвинения в сторону цыган и мысленно согласилась.

– Так-с, с этим закончили, – обтрусил руки от несуществующей пыли Анджей. – Я так понимаю, у вас есть возможность как-то разведать дорогу?

– Есть такое.

– Помимо этого, в гнездо ведут еще три туннеля. Два с другой стороны пещеры, и один – с нашей, но куда ближе к коконам. Вы не могли бы найти путь к нему?

Кивнув, ведьма создала рой огненных мотыльков и послала его на разведку. Уже через полчаса чародей возводил колдовскую защиту в искомом туннеле.

– Слушай, мне вот что интересно, – покачивала ножкой Аня, сидя на облаке твердого пламени. – Ладно я сюда днем приперлась. Мне проще всех вурдалаков за раз похоронить, а не рыскать потом по всей дзельнице, ища ускользнувших. А ты-то чего не пришел ночью, когда тут будет меньше народа?

– Вы не думаете, что выкрасть девочку из-под носа настороженных, выставивших охранников вурдалаков куда сложнее, чем провернуть тоже самое, когда почти все спят?

– Ну, пожалуй. Ты закончил?

– Ага.

Анджей вытащил из чемодана несколько брикетов травы:

– Это полынь. Смертельный яд для вурдалаков. Я хочу, чтобы вы подожгли эти пучки. Закинем их в гнездо и отгоним вурдалаков от коконов. Потом я буду вырезать детишек из кокона, – чародей хрустнул пальцами и вытащил из-за пазухи серебряный нож. – А вы – поливать огнем нечисть, не подпуская их к нам. Потом я выведу детей и вы испепелите тут все, как и планировали изначально. Как вам план?

– Нот бэд. Слушай, а ты что, изначально сам собирался с ними всеми махаться?

– Нет, – чародей достал испещренную рунами стеклянную банку из-под кофе, внутри которой клубился ядовито-зеленый газ. – У меня тут бай запечатан. Я планировал им усыпить вурдалаков.

– Ясно. Приступаем?

Псих склонил голову к плечу. Упер основание ладони в подбородок, надавил и довел до явственно слышимого щелчка. После чего кивнул:

– Давайте.

Тлеющие пучки полыни полетели в гнездо. Секунда. Другая. И раздался вой. Анджей и Аня ворвались в пещеру. Несколько вурдалаков покореженными гвоздями валялись на земле. Остальные держались на расстоянии от дымящейся травы и «консервов».

Анджей бросился к первому, самому свежему, кокону. Сверкнуло серебряное лезвие. Удар. Еще. Нож кромсал застывшую слизь. Аня стояла чуть в стороне, поглядывая то на сосредоточенно махавшего клинком чародея, то на нерешительно переминавшуюся нечисть.

– На всякий случай уточню. Мы ведь уже привлекаем к себе внимание, да?

– Мы ворвались в их дом, потравили их, а теперь крадем их еду, – пропыхтел псих. – Холера, мы еще как привлекаем к себе внимание!

– Так я и думала…

Наконец из вскрытого кокона вывалилась кудрявая рыжая девочка лет двенадцати.

– Твоя? – уточнила ведьма.

– Моя.

Анджей тихим голосом успокаивал перепуганного ребенка, чтобы тот не натворил глупостей. Аня хотела было подойти, но в этот момент вурдалаки пришли в движение. Видать сообразили, что у них прямо из-под носа уводят еду. Так что девушке пришлось срочно врубать режим огнемета.

Чародей перешел к следующему кокону и успел вскрыть его до середины, когда из незапечатанных туннелей хлынула орда вурдалаков. Десятки и десятки серокожих тварей пылевым бураном ворвались в пещеру.

Ведьма создала перед собой гигантскую огненную стену. Но потолок тут же начал скрипеть и трескаться. Посыпалась вниз земля. И уже через секунду свод ощутимо просел. Ане пришлось утихомирить Стихию.

– Чародей! Их тут слишком до корнеплода! Я долго прикрывать вас не смогу! Забирай девчонку, за которой пришел и валите.

– Используешь что-то убойное – убьешь остальных детей!

– Я в курсе, мать твою! Буду бить потихоньку. А потом и детей вытащу. Просто оставь мне свой ножик волшебный и вали уже, псих!

Анджей молча воткнул серебряный кинжал в землю. Подхватил на руки девочку и унесся прочь из пещеры. А за его спиной взревел пробужденный вулкан.

Аня бушевала. Огненные плети рассекали вурдалаков. Потоки пламени испепеляли их на месте. Пылающие волки и драконы рвали на части.

Аня танцевала. Раскрывались вокруг багровые цветы и лепестки их резали прогнившую плоть, как желе. Жар-птицы взмахами крыльев гнали волны невыносимого зноя, от которого плавились серые кости. Пепельным дождем ворожба просыпалась на плоские головы.

Аня смеялась. Она делала то, для чего была рождена. Испепеляла. Десятки тварей поглотило ее пламя. Но оставалось их куда больше. Она начинала уставать. Каскады огненных всплесков вокруг ведьмы из бури стали вихрем.

Ряды противника сбоку пошли волнами. К ней кто-то пробивался. Расступился плотный серый строй. На сцену вышел псих. Чародей как кистенем размахивал здоровенным серебряным крестом на длинной тонкой цепи. Распятье мелькало вокруг него быстрее взгляда. От ударов в стороны летели пепел и искры. А нечисть падала замертво.

– С-собака! Какого ты назад приперся?!

– Я заблудился!

– Что значит заблудился?! Ты же пришел сюда как-то?! – пламенное лезвие разрубило слишком близко подобравшегося вурдалака.

– У меня топографический кретинизм! А тут натуральный лабиринт! – Анджей прикрылся «щитом веры» от желтых когтей и тут же ударом тяжелого креста раскроил плоский череп. – Короче, без тебя мне не выбраться!

– А девчонку ты где оставил, ирод?!

– В центре защитной пентаграммы, в окружении рун!

– Чего?! – «Долбанный псих!» – Это же напуганный ребенок! Она по-любому уже сбежала оттуда! – удачно пущенная огненная волна испепелила сразу пятерых вурдалаков.

– Не сбежала! Я ее связал! – свободный от распятия конец цепи Анджей захлестнул на горле незадачливого вурдалака и теперь дергал его туда-сюда, прикрываясь им как живым щитом. Не забывая разить крестом направо и налево.

– Долбанный псих!

– Спасибо, я в курсе! А теперь выиграй мне пару секунд!

Ведьма послушно окружила их пылающим торнадо. Потолок просел еще на несколько сантиметров и Аня поспешила сбавить обороты.

– Хватило?!

– Ку-ка-ре-ку!!! – прозвучало ей в ответ.

Серая орда дрогнула и отпрянула назад. Нечисть, зажимая уши, бросилась в туннели.

– Че за…

– Вурдалаки не переносят петушиный крик, – продемонстрировал надрывающийся смартфон чародей. – Но надолго это их не сдержит, так что давай вытаскивать детей.

Анджей бросил Ане вытащенный из-за пазухи серебряный нож, а сам телекинезом притянул тот, что ранее воткнул в землю. Работая в четыре руки и два кинжала, они быстро выколупали второго ребенка. Затем еще двух. Принялись за пятого, когда вернулись вурдалаки.

– Холера! – чародей бросился на перерез толпе. – Попробуй огнем его вытащить, только осторожно!

Псих «плетью Сварога» отогнал самых шустрых. Через пару ударов простенькое огненное заклинание распалось. Тогда он снова взялся за крест. На несколько бесконечно долгих мгновений между детьми и вурдалаками словно распустился цветок из освященного серебра.

Крак! Кокон поддался плазменному резаку и отдал последнего ребенка.

– Есть!

– Рокировка!

Чародей бросился к коконам. А Аня встретила напирающую орду струями огня с двух рук.

– Я увожу детей! Досчитай до пяти и мочи самым убойным! Сможешь?!

– С-собака, Анджей! Давай вали уже!

Один… Пара огненных гильотин прошлась параллельно полу. Два... Раскаленные копья ежом выросли вокруг ведьмы. Три… Огромный пламенный молот рухнул прямо перед Аней. Четыре… Багровый купол накрыл девушку. По ту сторону скалились полусгнившие лица. Пять! Испепеляющий океан затопил пещеру.


***

Маленькое и уютное кафе на Новом Швяте. Угловой столик на двоих. Пара чашек ароматного кофе. Аня пролистывала ленту новостей в телефоне. Слухи, сплетни, скандалы… Окончание суда по делу с видеопризнанием фальшивого священника, утекшим в сеть. «Отца Виктора», в миру Петра Канина, отправили в тюрьму строгого режима на пожизненное… Раздался звон чашки о блюдце.

– Я заполнил твои документы.

– Спасибо, ты мой спаситель, – искренне поблагодарила Аня. Она терпеть не могла всю эту бюрократию.

– Рапорт тоже переписал нормальным языком.

– Что-нибудь исправлял? – поинтересовалась девушка, беря в руки листок. Пробежалась взглядом по каллиграфическим строкам… – Э? Тут написано, что бурмистр «внезапно вспомнил о случае с цыганами».

– Либо так, либо мне бы пришлось упомянуть в официальном отчете, что ты чуть не поджарила высокопоставленного чиновника. А у нас последний месяц – что ни день, то очередная катастрофа. Демоны всех мастей лезут изо всех щелей, а мы понятия не имеем почему. Мы не можем сейчас потерять тебя на время разбирательства.

– То есть путь этот урод и дальше сидит на тепленьком местечке?

– Его можно наказать и более тихими способами. Например, натравив на него тщательную проверку.

– Этот тип слишком скользкий, – поморщилась Аня. – Проверка ничего не найдет.

– Можно натравить на него проверку, – Том поднял на девушку взгляд. Оказывается, глаза у него – голубые и красивые. – Которая обязательно что-то найдет, – куратор уткнулся обратно в бумаги. – Что-то хуже, чем инцидент с цыганами. Как в целом прошло дело?

– Весело, если вкратце, – согласилась перевести тему ведьма. – Познакомилась с одним интересным типом.

– М?

– Он назвал себя чародеем по вызову.

– А-а… Шулер от магии. Да, весьма полезный субъект.

– Шулер от магии? – тонкая бровь изогнулась классической аркой.

– Да, его так маги прозвали.

Аня вспомнила, что творил этот «шулер». И вынесла вердикт:

– По сравнению с этим парнем, шулеры – сами маги. Потому, что если чародей способен на такое, то Гильдия волшебников уже давным-давно должна была искоренить всю нечисть на свете.


А тут уже есть продолжение

Показать полностью
61

Чародей по вызову или Дело о полном доме

Девяносто восемь… девяносто девять… сто.

Анджей плюхнулся грудью на пол. Перевел дыхание. Медленно поднялся. Затянул потуже бинты на плече. После того, как в канун Рождества его швырнул в стену носферату, пришлось освоить искусство бондажа. Чтобы сустав не выскакивал с положенного ему природой места.

Взяв со стола бутылку воды, чародей жадно припал к ней. Капли пота нырнули вниз по обнаженной спине. Скользящее ощущение словно шло пунктиром, пропадая на покрывавших кожу серых пятнах – следах от дыхания катоблепаса.

Напившись и отложив в сторону бутылку, Анджей удовлетворенно вздохнул. Хоть день предстоит не из легких, зато в целом месяц удался на славу. Работы было навалом. Больше чем обычно. И – о, чудо – она была простой. Приструнить домового, изгнать мару, поймать бабая, упокоить упыря… Хотя, последнее к совсем уж простым делам не отнесешь… но в тот раз все прошло на удивление гладко.

Так что Анджею даже удалось существенно выйти в плюс по итогам. Он наконец-то поменял экран смартфона, приобрел стратегический запас корма для Императора. Хотя этот проглот все равно за неделю его схомячит. В лучшем случае. А еще чародей заказал несколько вещей, которые давно хотел приобрести, но все время откладывал.

Да, месяц вышел плодотворным. Настолько, что это даже беспокоило. За все семь лет активной практики Шулер не припоминал такого обилия демонов в Яви за такой короткий промежуток. И чем дальше, тем больше становилось вокруг нечисти. А самое паршивое – что у Анджея не было даже предположения с чем это могло быть связано.

Чувства чародея обожгло рябью от мощнейшей магии. Он резко повернулся в сторону окна. Волшебство мерно билось вдалеке подобно сердцу древнего чудовища. На расстоянии, с которого Шулер не должен был почувствовать вообще ничего. Что там творится?!

Схватив телефон, Анджей набрал Дариуша:

– Можешь говорить?

– Да, конечно.

– Я тут такой всплеск магии почувствовал, что чуть не обосрался.

– А… Да, – вздохнул Дариуш. – Я говорил начальству, что это будет слишком заметно, но они решили перестраховаться.

– Говорил начальству… Вы что, работаете с Гильдией волшебников? С каких это пор?! Когда это вы успели решить свои идеологические разногласия?

– Ничего мы не решили, – буркнул Дариуш. – Это особый случай и разовая операция. Просто начальство решило, что в случае непредвиденной ситуации наших собственных сил может оказаться недостаточно.

– Да что у вас там вообще творится?!

– Я… не могу сказать. Скажем так. Мы обнаружили о-о-очень древнюю и о-о-очень ценную реликвию, считавшуюся давно утерянной. И сейчас нам нужно перевезти ее из Архива в особое место, откуда мы сможем доставить ее наверх. И ввиду характера реликвии для конвоя было решено нанять магов.

– Понятно, что ни хрена не понятно.

– Прости, большего сказать никак не могу. Но могу заверить, что опасности никакой нет.

– Ладно, сойдемся пока на этом. Но исходя из моего опыта – если в ход идут такие силы, то ничем хорошим это не может закончиться. Так что дай знать, когда пора будет валить из города.

– Окей, – пауза. – В пятницу все в силе?

– Да, конечно. В девять вечера в «Kill Bill», как обычно.

– Тогда до пятницы.

– Давай.

Анджей положил трубку, провел ладонью по лицу, слово пытаясь стереть с него беспокойство и озадаченность, и направился в ванную.

Приняв контрастный душ, чародей начал собираться. Рубашка. Брюки. Пояс, на который чародей тут же повесил пузырьки со святой водой, пеплом рябины и пыльцой омелы. Следом он надел пальто. Его карманы и многочисленные крепления на подкладке тут же заполнились разномастным демоноборческим арсеналом. Колья из разных пород дерева, пучки трав, пакетики и флаконы, прочая мелочевка...

Та же судьба постигла и карманы брюк. В передние отправились смартфон и ключи. В задние – колода карманных ритуалов и шокер. «Ручная молния» за пояс. Полностью заряженное «кольцо четырех» на палец. Слава Ктулху, с самого Богоявления не было необходимости его использовать.

Анджей быстро обулся, натянул тонкие перчатки. Весна уже звонила в дверь – наконец-то потеплело. Так что чародей с удовольствием нахлобучил на свои каштановые вихри излюбленную фетровую шляпу. Следом он подхватил пошарпанный квадратный чемоданчик с остальным инвентарем. По его краю проходили две глубокие царапины. Пришлось двинуть того самого упыря дипломатом по зубам.

Собравшись, Шулер еще раз проверил ничего ли он не забыл. В этот момент в коридор вышел проснувшийся Император. Нэкомата осмотрел вооруженного до зубов чародея. Встряхнулся ото сна. И напрягся, сосредоточенно выговаривая пожелание:

– Удача!

Анджей удивленно посмотрел на кота. Заговорил, однако. Шустро он. Перед глазами встал дрожащий рыжий комочек страха. Его огромные, полные ужаса глаза. Жалобное мяуканье. Вытащенный буквально из зубов дрекаваца, что перед этим съел все кошачье семейство тогда еще безымянного Императора, он, спрятанный за пазухой пальто, жался к теплу своего спасителя.

«И когда только ты успел превратиться в полноценного демона-хранителя?»

Когда кот долго живет рядом с источником магии – он превращается в нэкомату. Если с ним обращались хорошо – он будет защищать дом и хозяина. Если же плохо… Что ж. Упокой Ктулху их жестокие души.

– Спасибо, дружище, – кивнул чародей. – Вернусь вечером, корм и вода на месте.


Яркую улыбку встроившихся вдоль дороги домов портил гнилой зуб «проклятого места». На щербленные белые стены будто накинули кисею пыли и серости. Плешивая черепица, колотые раны окон. И тянущая атмосфера нежизни.

На небольшой пожухлой лужайке перед домом валялся плюшевый мишка. Он казался новым. Будто только из магазина. Но Анджей не советовал бы прикасаться к нему…

Чародей ожидал подобного заказа. И уже давно. После успеха в парке Иоана Павла Второго горожане быстро начали просекать удобство коллективной оплаты. Холера, еще бы. Одно дело, когда ты рискуешь пустить аферисту в карман четыреста злотых. Хотя даже так клиенты Шулеру находились регулярно. Репутация она такая… полезная. И все же, рискнуть не сотнями, но десятком другим кровно заработанных – уже куда проще.

Так что люди все чаще скидывались всей кодлой на чародея по вызову. А потом кому-то в голову пришла идея. Довольно очевидная, на самом деле: «А почему только новые демоны? Почему бы не заплатить удивительно малоберущему демоноборцу, чтобы тот разобрался с «проклятым местом»?». Явление это хоть и привычное, но все же раздражающее. Как химзавод по соседству. И избавится от него хотелось бы всем.

Аргументов против, по всей видимости, ни у кого не нашлось. Не, Анджей, конечно, мог бы подкинуть несколько. Например, что чем дольше демон сидит на своей территории, тем сильнее он в ее пределах становится. Или, что хрена с два ты выяснишь, кто именно сидит в заброшенном доме. Холера! Даже не понятно насколько этот «кто-то» силен! Сплошной геморрой, короче… Но клиентам на это плевать. Цену это меняет? Нет? Ну тогда вперед отрабатывать! Сволочи… Сплошные сволочи вокруг…

Закончив мысленно ворчать, Шулер все-таки подошел к двери, состояние которой вызывало ассоциации с вурдалаками. Кожи будто коснулись десятки фантомных языков. Анджей поспешил активировать Систему.

Чародей вшил в пальто множество амулетов. «Перо жар-птицы» в рукаве охлаждало воздух вокруг него, что усиливало «волосы юки-онны», рябь от которых, в свою очередь, заряжала миниатюрные «заячью лапку» и «ловца снов». И так далее по кругу. Самодельные и слабые сами по себе обереги порождали мощную синергию. Свивали единое полотно весьма недурственной защиты.

Шулер толкнул облезлую поверхность двери ладонью. Открыто. Он шагнул в заполненную пылью, тенями и тусклым светом прихожую. Хрустнул пальцами. Расстегнул пальто, чтобы, в случае чего, было удобнее достать нужное средство. Наклонил голову к плечу. Упер основание ладони в подбородок. Надавил и довел до щелчка.

Сыро. И пахнет гнилью. Анджей невольно поморщился.

– Дезинсекция! Очистка дома от вредителей! – громкий выкрик прошил насквозь молчание оставленного жилища. Постоялец не отозвался. А жаль. Так было бы проще.

Короткий коридор завершался лестницей, и чародей неспеша направился к ней, мягко ступая по рассохшимся половицам. Слева от хода на второй этаж действовал на нервы проем арки. Шулер осторожно заглянул внутрь. Пусто.

Бросив беглый взгляд по сторонам, чародей вошел. Кухня. Просторная. Она занимала почти весь первый этаж. Анджей медленно двинулся, обходя комнату по кругу.

В углу, оскалившись кованной решеткой, на пришельца угрюмо пялился камин. Кочерга, будто сигарета, торчала из заполненного золой зева. Кирпичную полку над ним украшали семейные фотографии. Пикник в Лазанках. Ребенок с широченной улыбкой, прижимающий к себе целую охапку мягких игрушек. Мужчина в костюме, обнимающий беременную девушку. Бабушка в кресле-качалке с мотком пушистой шерсти и спицами.

«Идиллия», – подумал чародей проходя дальше.

Мраморная столешница, покрытая мелкими царапинами. На ней стоит подставка с разномастными кухонными ножами. Рядом газовая плита. На стене над конфорками – здоровенное пятно гари. Бытовой пожар? Демон? Уже не выяснишь. Слишком много времени прошло. И чересчур мощный тут потусторонний фон.

На кряжистом столе, что стоял вплотную к окнам, лежала раскрытая книга. Чародей посмотрел на обложку: «Ферма кукол» Войцеха Хмеляжа. Поверхность рядом с ней портили длинные царапины. По пять с каждой стороны. На мгновение Анджей будто наяву услышал протяжный крик.

Детские рисунки на холодильнике. Деревянная полка с книгами. В основном – детективами. Шкаф, наполненный праздничным сервизом. И везде – на всем доме – пыльный след пустоты. Шулер покинул кухню и направился обратно к лестнице.

Сыграв жуткую мелодию на скрипучих ступеньках, Анжей поднялся на второй этаж. Огляделся. Темный коридор сворачивал через пару шагов. За неимением другого направления, Шулер двинулся вперед. По-прежнему пусто. Все также тихо. Лишь звуки его собственных шагов и дыхания.

За поворотом Анджея встретил очередной коридор. Длинный, покрытый с обеих сторон дверьми. Куда длиннее, чем мог бы уместиться в этом доме. Чародей попробовал вернуться к лестнице на первый этаж. Но там была лишь голая стена.

Холера. Пространственная хренотень в «проклятых местах» явление не редкое… Но какое же оно раздражающее… Ладно, раз уж путь у него всего один – делать нечего.

Шулер все также медленно двинулся по любезно предложенной ему тропе. Подошел к первой двери. Открыл и заглянул внутрь. Голые стены, пыльное окно, облезлый ковер на полу… Никого.

Анджей прошел к следующей комнате. Толкнул дверь. Точно такая же пустая комната. Следующая – тоже самое. Следующая. Пусто. Следующая. Пусто. Следующая. Детская.

Покрытые созвездиями обои. Лазурный комод у стены и ночник в виде мишки на нем. Гора плюшевых игрушек в углу. Перевернутая кровать. Кровавое пятно на постельном белье.

И темная фигура по центру комнаты. Низкая, метра полтора в высоту. Покрытая черной шерстью. Чародей медленно достал из-под полы пальто крест и осторожно шагнул в комнату. За спиной громко хлопнула дверь. Холера… Шулер перехватил оружие поудобнее за цепь. Демон резко обернулся. И исчез.

Через мгновение дернулось чувство опасности. Анджей отскочил в сторону. Невидимые когти скользнули по плечу. Система выдержала. Чародей вслепую отмахнулся чемоданом.

Кожи вновь коснулись фантомные языки. Шулер качнулся назад. Когти прошлись по груди. Обереги смягчили удар, но рубашку все равно порвало. Взмах крестом перед собой. Оружие впустую прошило воздух.

Дробящийся смех эхом разлился по комнате. Он звенел вокруг, как бокалы на свадьбе. Затихая тут. Взвиваясь там. Хохот бился как прибой, скрадывая звуки шагов и скрывая присутствие.

Скользкий озноб коснулся шеи. Бросив чемодан, Анджей перекатом ушел вперед. Вскочил. Отпрыгнул на всякий случай в сторону. Врезался в комод и сбил на пол лампу.

Анджей встал в углу. Взмах креста. Еще один. Слева, справа, спереди. Цепь стремительно разрезала воздух. Отскакивало от пола и стен распятие, резко меняя направление удара. Оружие мелькало, не подпуская демона. Словно раскрылся цветок из освященного серебра.

Ракшаса. Мелкий «черт». Не особо сильный, но кошмар какой неудобный противник. Способный становится невидимым, с ядовитыми когтями, из-за чего даже царапина грозит серьезными проблемами. Мерзкий тип.

Вообще, забавно, что буддистского демона отпугивает христианский крест. Но сверхъестественное – вещь условная. Религиозные демоны боятся символов веры – точка.

Однако, так дело не пойдет. Глухая оборона — это прекрасно. Но ей одной хрена с два что сделаешь. Анджей присел, пуская цепь параллельно полу на уровне колен. Чародей напряженно прислушивался, пока крест облетал комнату.

Скрип. Старые доски выдали приземлившегося ракшаса. Бросок распятия. Следом полетели «духовные скрепы». Крест пронесся чуть правее места, откуда донесся звук. Немного левее – там, куда должен был отскочить демон – пришелся удар заклинания.

Сам Анджей уже несся туда же. Прыжок. Чародей выбил ракшасу из пустоты. Навалился сверху. Достал из-за пазухи осиновый кол – еще одно верное средство от религиозных демонов. Удар. Ракшаса успел извернуться и дерево вонзилось ему под ключицу. Шулер вытащил еще один кол.

Комната накренилась. Анджей выронил оружие покатился вниз по стене, что еще недавно была полом. Вылетел через дверь в коридор. В последний момент чародей метнул себе под ноги «щит веры». Защитное заклинание сработало как подушка безопасности.

Шулер поднял голову. И едва успел телекинезом притянуть хотя бы крест прежде, чем захлопнулась дверь. Сила притяжения пришла в норму. Анджей с силой грохнулся о пол.

«Так, эта гравитация сломалась. Несите новую, – поднялся на ноги чародей. – Ну и какого хрена это только что было?! Не способности ракшасы уж точно…»

Не, ну в принципе… Из Нави куда проще пробраться в место, где уже обосновался какой-то демон. Так что для «проклятого места» такое сожительство не должно быть чем-то удивительным… Вот только Анджей на такую подставу никак не рассчитывал.

Чародей провел ладонью по груди. Рубашку жалко… Вздохнув, он потянулся за «Честерфилдом», чтобы пополнить Запас. Холера! Забыл сигареты! Еще раз проверив карманы, Шулер убедился, что заветной пачки нигде нет. Вот же ж… Анджей покосился на правую руку. Ну хоть «кольцо четырех» на месте. Так что ситуация не критичная.

Еще раз вздохнув, чародей двинулся дальше. За следующей дверью протянулся еще один коридор, в конце которого виднелась арка. Шулер осторожно шагнул вперед. За спиной тут же раздался ожидаемый хлопок.

Пройдя через проем, Анджей оказался в зале, наполненном зеркалами. Они весели на стенах, стояли, валялись вразброс на полу и свисали с потолка. Разных форм, размеров и стилей. Занятно.

Впереди виднелся еще один проем и Анджей пошел к нему. Шевельнулось чутье. Что-то резануло по голени и тут же ткнуло в спину. Чародей резко развернулся, взмахивая крестом… Никого.

Система выдержала атаку, но уже начинала выдыхаться. Вновь мерзкое ощущение опасности. Что-то ударило его сзади. Следом полоснуло по руке. Но в этот раз Шулер успел разглядеть фигуру, мелькнувшую в зеркале.

«Ну и кто на этот раз? Чет ничего подходящего в голову не идет… Но демон явно из слабых. «Бес», не больше».

Из зеркала над головой вынырнула рука. В высохшем кулаке был зажат здоровенный осколок. Анджей едва успел прикрыться рукой. Стекло вонзилось ему в предплечье. Система выгорела.

«Холера! Да кто?!»

Чародей едва успел отдернуть голову и осколок лишь чиркнул его по скуле. Раскручивая крест, Шулер двинулся по дуге, стараясь держаться на расстоянии от зеркал.

«Так, давай рассуждать логически. «Бес» с необычными способностями. Уже редкая комбинация. Связан с зеркалами. А зеркала это у нас?.. Мебель? Предмет быта? Хм… Цукумогами?»

Если на вещь, что несколько поколений служила одной семье, попадает кровь хозяина, она превращается в демона. Способности его разнятся в зависимости о того, чем он был раньше. Вроде подходит. Определившись, Анджей спрятал крест.

Цукумогами – антропогенная нечисть. Серебро и религия не помогут. Впрочем, как и огонь с осиной. Лишь холодное железо. Чародей достал из карманов пальто кастеты. Надел их и двинулся вглубь зеркал.

Взгляд порхал по отражениям и бликам света. Локти согнуты, плечи приподняты, кулаки застыли у скул. Стелющийся шаг. Чувства – все шесть – напряженны до предела.

Отблеск слева. Анджей шарахнулся вбок. Развернулся. Кусок стекла уже летит в него с другой стороны. Метит в горло. Шулер пригнулся. Шляпу вскользь задело и чуть не сбило на пол. Подшаг, удар – летят брызги зеркала.

И из каждого осколка успевает вынырнуть и ударить тощая рука. Анджей свел вместе предплечья, закрывая шею и лицо. Руки мгновенно покрылись десятком порезов. Шулер тут же отскочил назад на более-менее свободное пространство.

«Сакура! – вдруг вспыхнуло в голове чародея. – Холера, точно, сакура!».

Для цукумогами это растение – страшный яд. Выудив из-за пазухи пакетик, Шулер принялся щедро рассыпать по сторонам розовые лепестки. Пригоршня перед собой. Другая – через плечо. Еще одна летит влево. И вот у демона лишь один путь для атаки.

Осколок мелькнул перед лицом Анджея. Он едва успел отшагнуть назад. Чародей схватил тонкую руку. Рывок. Тело вывалилось наружу и покатилось по полу. Вскочило и рвануло к другому островку безопасности. Вслед ему понеслась склянка.

Цукумогами нырнул в свое отражение. Разлетелся вдребезги пузырек. Побежали по зеркалу трещины. Прижатый телекинезом, выплеснувшийся из склянки пепел рябины въелся в позолоченную рамку. Отражение демона заметалось, не в силах покинуть ловушку.

Анджей подошел поближе. Сквозь покрытое узором разломов стекло на него злобно смотрел старик. Тощий, ссутулившийся. От волос на его высокой макушке остались лишь жидкие пряди, а сухую кожу покрывали пятна. Розовые, крысиные глаза прыгали и метались, ища выход, а острые мелкие зубы обнажались в тщетной попытке устрашить противника.

Горсть бледно-розовых лепестков полетела в зеркало. Его поверхность пошла черными пузырями, потекла патокой. Чародей замахнулся. Цукумогами сжался в преддверии удара. Комната перевернулась.

Шулера приложило о потолок, вышибив весь воздух. Слетела шляпа. Демон остался внизу. Помещение накренилось и Анджей покатился в сторону выхода. Грохнувшись на пол – вновь занявший положенное ему место – чародей добрую минуту не шевелился. Переводил дыхание и мысленно матерился.

Придя немного в себя, Шулер, кряхтя, поднялся. Поправил сбившееся пальто. Отряхнулся. Проверил пузырьки на поясе. Слава всем богам, старым и новым – ничего не разбилось. Пригладил волосы… Холера! Шляпа! Анджей глубоко вдохнул и заставил себя успокоиться. Огляделся. Он вновь оказался в коридоре.

Так-с… Нужно найти хозяина этого зверинца. Анджей прислушался к своим ощущениям. Весь дом был пропитан потусторонним. Но кое-где оно все же чувствовалось сильнее. Словно на пепелище, когда к запаху гари примешивается вонь бензина – источника возгорания.

Чародей потянулся за этой тонкой нитью, нащупывая разумом нужные отголоски. Коридор, коридор, поворот. Он шел не задумываясь. На чистой интуиции. Палитра ощущений постоянно менялась, смещалась. Приходилось то и дело корректировать направление.

Дверь. Новый коридор. Очередной хлопок за спиной. Очередной коридор впереди. Анджей замер на мгновение. Повернул назад и вышел в сквозной зал. Очень похожий на тот, в котором он бился с цукумогами. Только без зеркал.

Пройдя его, чародей вышел в маленькую комнату. Справа, в углу, приткнулась дверь. От полуистлевшего дерева так и веяло потусторонним. Шулер раскрутил крест. Пинком проложил себе путь. И вошел в место, где началась трагедия этого дома.

Нити. Повсюду. Красные, толстые и мохнатые. Они затянули небольшую комнату подобно джунглям. Оружие тут же запуталось, как гребень в непослушных волосах. За спиной захлопнулась дверь. Опять.

«А эта сволочь себе не изменяет…»

Слева стояла накрытая шерстяным одеялом кровать. Напротив нее громоздился покрытый темными брызгами комод с какой-то книжкой. Над ним виднелась овальная проплешина в слое пыли. Там когда-то висело зеркало.

Скрип. Скри-и-ип. На другом конце спальни, на кресле-качалке сидела босоногая кикимора. Маленькая. Хрупкая. Лицо ее скрывали длинные черные волосы. Сжимая в руках окровавленное веретено, она смотрела на Анджея. И тихонько смеялась. Перед ней, на полу, валялся пронзенный спицами клубок, от которого веером расходились потоки шерсти, что заполнили всю комнату. Вероятно, та самая забытая на ночь пряжа, породившая нечисть.

Прыжок. Кикимора заскользила по нитям и между ними с невозможной для человека грацией. Они расступались, изгибались и подстраивались под свою хозяйку.

Достав из-за пазухи горсть листьев, Шулер широким движением разбросал их перед собой. Крапива насквозь прожгла демоническое макраме вокруг него. Анджей вытащил кастет и метким броском сбил кикимору наземь. Рывком вытащил крест из поредевших силков. Телекинезом притянул брошенное в нечисть оружие. И тут же толкнул его обратно в пытавшегося подняться демона.

Притянул. Толкнул. Повторил. Не переставая расстреливать кикимору из импровизированного чаромета, Шулер подходил все ближе. Кикимора лежала ничком. Прикрыв голову руками. Всхлипывая и вздрагивая при каждом ударе. Комната накренилась.

«Хрен тебе!» – ухватился за нити Анджей.

Повиснув на пряже, чародей продолжал телекинезом избивать нечисть. Комната проворачивалась на все триста шестьдесят, но выпнуть из нее Шулера не получалось.

«И если я прав о природе повелителя этого лабиринта… То у него остался всего один способ спасти свою подопечную».

Комната раскололась. Анджей оказался посреди колодца из ничего. Он падал, а рядом проносилось нечто, чему нет имени. За пределами узкого круга не было света. Но и тьмой то, что лежало за границей назвать было нельзя. Изнанка ткани пространства-времени. Само Ничто, существовавшее еще до Слова Его.

Чародей сжался в преддверии жесткого приземления. Спустя десять минут полета ему пришлось расслабится. Через пятнадцать он начал напевать:

– I believe I can fly! I believe I can touch the sky!

Прошел час – ощущение свободного падения ушло. Точнее, Шулер перестал его замечать и будто оказался в невесомости космоса. Тогда он сменил пластинку:

– А снится нам не рокот комодро-ома! Не эта, ледяная, синева!

Еще через час ему и это надоело. Вот поэтому пространственные переходы и не используют для перемещения людей. Попробуй мгновенно преодолеть больше сотни метров – получишь целый век полной изоляции и безумие как результат. Зато их используют для транспортировки грузов. Да и то – только очень крупных и на огромные расстояния. Когда сложность и трудоемкость процесса начинает окупаться.

Через шесть часов Анджей обнаружил, что вслед за ним сквозь Ничто все это время летела та самая книжка с комода. Чародей притянул ее телекинезом. Начал читать. Какой-то дамский роман. Пролистав пару страниц, он со вздохом отложил ее.

Спустя три дня Шулер кусал губы, пытаясь угадать, кого же все-таки выберет Марьяшка. Через неделю он уже знал книжку наизусть. Еще через две – сжег ее ко всем чертям.

«Дорогой дневник, – писал чародей в заметках на телефоне. – прошел месяц с начала моего падения. И я уже жалею, что сжег книгу. Еще больше я жалею, что не скачал никаких игр на смартфон…»

Из вихря досок и нитей Анджей вывалился в помещение без окон и дверей. Подвал. Большой. Освещенный лишь тусклой желтой лампочкой, что болтается на проводе под потолком. По бетонным стенам помещения в такой же пол сбегали трубы.

По центру же комнаты стоял могучий «черт». В рванных джинсах. С голым торсом и громадной двусторонней секирой в мохнатых руках. Раздраженно мотающий рогатой головой.

Это действительно оказался «лабиринт». Способность минотавров, дающая власть над замкнутым пространством.

Анджей, кряхтя, поднялся, потирая ушибленный бок. Убрал телефон. Притянул упавший рядом кастет. Достал из кармана второй. Надел их. Раскрутил крест и улыбнулся бьющему копытом полубыку:

– Разрешите пригласить вас на танец?

– Пошел в жопу.

Бросок. Цепь намоталась на рукоять секиры. Рывок. Минотавр шагнул вперед, удерживая гигантский топор. Взревел и рванул свое оружие обратно. Подловив момент, чародей прыгнул и перелетел половину подвала. Сальто. Тяжелые ботинки врезались в широкую грудь. Толчок.

Едва приземлившись, Анджей бросил в потерявшего равновесие демона «духовные скрепы» и метнулся к обездвиженному противнику. Два удара по корпусу. Холодное железо оставило багряные рубцы. Секунда. Печень, хук левой. Две секунды. Апперкот, кросс левой. Время вышло.

Минотавр шагнул назад и взмахнул секирой. Чародей нырнул под удар. Врезал кулаком по колену врага. «Щитом веры» заблокировал возвратный взмах топора. Заклинание разлетелось вдребезги, но удар все же отклонился вверх. Двоечка в челюсть. Демон отшатнулся, мотая головой. Шулер отскочил назад, разрывая расстояние, и потянулся за ритуалом «кровавых пут».

Могучий рев сотряс подвал. И подвал в ответ встал на дыбы. На мгновение все погрузилось во мрак, когда Анджей приложился затылком о стену. Чародей едва успел прийти в себя, когда минотавр, стоявший на стене… на полу, прыгнул на него.

Шулер откатился в сторону. Секира вонзилась в бетон. Полетела в стороны каменная крошка. Особенно крупный осколок стесал Анджею висок. Чародей вскочил и попытался ударить в ответ. Но комната будто попала в шторм. И единственным, кто чувствовал себя в нем уверенно был минотавр.

Шулер скатился по стене. Пробежался по другой. Перескочил на пол. Или потолок? Упал вверх. Скользнул по бетону. Зацепился за трубу. Прыгнул к минотавру. Завис на мгновение в воздухе и полетел обратно.

Кувырок, толчок. Стена, стена, пол, стена, потолок. Прыжок. Рядом пролетает лампочка. Анджей ухватился за провод, перенаправив себя в сторону. Мимо пронеслось лезвие секиры.

– Солнышко-Сварог, злым теням порог! Огонь Сварожич, поможи, зла тенета розвьяжи! – скороговоркой выпалил заговор чародей.

Вспыхнуло на пальцах пламя. Вытянулось, скрутилось жгутом. Иссяк Запас. Шулер взмахнул «плетью Сварога» и пылающий кнут захлестнулся на горле минотавра. Антропогенный демон, конечно, не природный. Спичкой такого не пуганешь. Но и Магическая Стихия это тебе не обычный огонек.

Шулер будто по канату вскарабкался к противнику на пол. Вроде бы на пол. Слегка пошатнулся, когда гравитация пришла в норму. Дернул «плеть» на себя. Хлестнул ею, отбивая удар секиры. Рывком сократил расстояние. Заклятие распалось.

Анджей потянул энергию из «кольца четырех», создавая в руке «солнечный кинжал». Огненный клинок резанул демона поперек груди. Полоснул по бедру, оставив дымящийся след. Бычья нога подогнулась и минотавр упал на одно колено. Пылающие лезвие вонзилось в толстую шею.

Рев сотряс все здание. Чародей провалился сквозь бетон. Он падал по коридору, что превратился в колодец. Пролетел через сквозной зал. Пронесся по детской и мимо спальни.

Кувыркаясь в воздухе, Анджей выставил под собой «щит веры». Окутал себя «святой броней». Свел ладони вместе и молился. Чародей как раз успел перекреститься, когда наконец-то рухнул на пол кухни.

Разлетелись в пыль заклинания. Хрустнуло поврежденное носферату плечо, на которое он приземлился.

– Курва! – упал ему на голову крест.

Следом на Шулера рухнул еще и его чемодан. Мягко опустилась рядом шляпа. Анджей едва успел отползти в сторону и опереться спиной о стену, когда в кухню начала вываливаться вся нечисть дома. Кикимора, вся избитая. Окровавленный ракшаса. Зеленокожий гоблин в красной вязанной шапке и синем кафтане. Последним прибыл дымящийся минотавр.

Пока демоны очухивались от резкой смены обстановки – уже привыкший к такому за последний час чародей медленно, стараясь не привлекать внимания, подтащил к себе крест.

«Хм… Цукумогами, видимо, так и остался в зеркале, – осматривал прилетевшую кодлу чудищ Анджей. Покосился на ошеломленного больше всех гоблина: – Зато вместо него этот зеленокожий ублюдок. Холера, ненавижу фэйри!»

– Наверное, вам интересно, зачем я вас всех тут собрал? – обратился к нечистой публике чародей. Шулер кое-как поднялся. Левая рука повисла бесполезным придатком. Откашлявшись, Анджей продолжил:

– Я бы хотел предложить вам вложиться в мою политическую компанию «Единая Варшава». Основная цель моей компании – очистка города от «проклятых мест», как от основной причины экономического кризиса последних лет…

Заливаясь соловьем, чародей медленно пятился к выходу. Еще немного и по газам. Деньги вернуть заказчикам. Репутация, конечно, пострадает… Но и я впервые взялся за «проклятое место». Так что ничего страшного…

– Хорош поясничать! – рявкнул минотавр. – Ворвался в наш дом, а теперь несешь эту околесицу?!

Шулер замер и заткнулся. Хрустнул пальцами. Ворвался в их дом…

– Ворвался в ваш дом… Ваш дом?! – чародей указал на каминную полку с фотографиями: – Это был их дом! Людей, которых вы убили!

– Старик жил в этом доме дольше любого из них! От того, что он форму поменял ничего не изменилось! Леди же была рождена здесь! Они такая же часть семьи!

– Которая убила других членов семьи едва появившись на свет! – кикимора на этой фразе вздрогнула, как от удара.

Анджей резко выдохнул. Наклонил голову к плечу. Упер основание ладони в подбородок. Надавил и довел до щелчка. После чего шагнул вперед:

– И ладно еще эти двое! Новорожденные робленные демоны не могли противиться инстинкту убивать людей. Но вы трое сами пришли сюда из Нави! По своей воле убили всех этих людей! И еще многих после них! И вы еще смеете предъявлять мне претензии?! Вы совсем охренели?!


Продолжение в комментариях...


А тут уже есть следующая часть

Показать полностью
35

Чародей по вызову или Дело о змеях и детях

Анджей вышел из ванной окутанный дыханием пара. Волосы намокли и легли прямыми и гладкими прядями вместо привычных вихров. Пара капель стекала по прямому выдающемуся носу.

Император отреагировал моментально. Нырнул в ноги и принялся, извиваясь, тереться о босые ступни, заново оставляя смытые метки запаха на своем человеке. Чародей послушно стоял на месте. Сопротивление было бесполезно. Оставалось только ждать. Заодно он еще раз хорошенько вытер голову полотенцем.

С кухни доносились отзвуки старого фильма: «Франкенштейна». Император любил засыпать под гул древнего телевизора. Хотя по счетам за электричество это било ощутимо… Но на что не пойдешь ради любимца?

Ждать надоело. Анджей пнул ногой котяру, намекая, что бы тот завязывал со своим ритуалом. Нэкомате это не понравилось, но куснув разок голую пятку он все же отстал.

А чародей поспешил одеться и взять чемодан с инвентарем. Время уже начинало поджимать. Он договорился с заказчиком на полдень, а солнце нагло стремилось к зениту. Наверное. Где-то там за снежными тучами – наверняка.

Погладив на прощание кота и наказав ему охранять дом, Шулер вышел в тамбур. С лязгом железной челюсти захлопнулась входная дверь. Щелкнул замок. Звякнули ключи, отправляясь в карман.

– О, привет! – раздался за спиной знакомый голос. На лестничном пролете стояла Кинга с обширными пакетами снеди.

– Привет. С закупок?

– Ага, а я, кстати, дочитала ту брошюру, что ты мне дал. Ну, «Монстрология для чайников».

– Это ты молодец, – улыбнулся Анджей.

– Я хотел спросить. У тебя есть еще что-то такое? Только уровнем, наверное, чуть по выше?

– Ну… Могу «Малый бестиарий» Кроули дать…

– Отлично! Спасибо!

– Только я сейчас на заказ еду, так что зайди за ним ближе к вечеру, хорошо?

– Да, конечно. А! Я еще хотела уточнить, где можно взять всю эту пыльцу да пепел?

– Ну, я обычно в «Хрустальном дворце» закупаюсь, но мелочевку разную можно и в аптеках раздобыть.

– Еще раз спасибо! Все, я пошла, а то неудобно с пакетами стоять.

Проводив Кингу взглядом, Шулер поспешил вниз. Барабанной дробью пролетел несколько маршей. Краем уха зацепил ворчание старика Леслава с первого этажа, что доносилось даже сквозь металл закрытой двери. Пинком распахнул дверь и шагнул на крыльцо.

Стоило ему выйти из подъезда, как холод царапнул грудь ледяной наждачкой. Поежившись, чародей поспешил застегнуть пальто, но уши продолжал жевать стылый декабрьский воздух. Вздохнув, Анджей вытащил из кармана шапку. Лоб начал зудеть сразу же, как каштановые волосы скрылись под головным убором. Холера. Вот поэтому он и не любит зиму. Либо мерзни, либо терпи чесотку. Такая себе вариативность.

Мысленно ворча, Шулер двинулся в сторону остановки. Повезло. Автобус мало того, что подъехал почти сразу же, так еще и оказался полупустым. Анджей плюхнулся на сиденье и поставил на соседнее кожаный чемодан. С легким шипением закрылись двери. Компьютерный голос объявил следующую остановку. И машина плавно покатилась вперед, а за окном потекли пейзажи Старого Города.

Дорога предстояла не особо близкая. В этот раз заказчиком был директор приюта имени Николая Чудотворца. Не самый привычный клиент. Далеко не самый. К чародею по вызову обычно обращалась рыбешка помельче. Но тут обстоятельства сложились… интересным образом.

В заброшенной часовне рядом с сиротским домом поселился аспид. Причем уже давно. Бестия… Этот тип демонов, по сути – животные Нави. Они куда сильнее обычных и более свирепы, но при этом неразумны. И такую опасную нечисть Инквизиция, обычно, пеленает очень оперативно. Но конкретно аспид – тварь гнездовая. Такие предпочитают не вылезать за пределы облюбованного логова. Интроверты, короче.

В общем, срочных мер не требовалось, Инквизиция задвинула дело в дальний ящик – ничего нового – а директору наказали нанять мага.

В приют имени Николая Чудотворца отправляли детей, ставших сиротами из-за демонов. Столкнувшись с нечистью в столь нежном возрасте и со столь серьезными последствиями – они требовали над собой особой опеки. Потому бюджеты там были о-очень солидными. Так что требование было вполне обоснованным. Почему же директор предпочел забить болт и не оплачивать услуги дорогостоящего волшебника – вопрос скорее риторический.

Вот только на этой неделе вдруг начали пропадать сироты. По словам очевидцев – их похищала какая-то темная тень с яркими всполохами. Подозрение пало на соседа-аспида. Логично.

И вот тогда-то позвонили Анджею. И опять же – обычно чародей предпочитал не связываться со столь опасными демонами. Особенно, когда заказчик вполне мог позволить себе нанять нормального волшебника. Но тут в эту историю вмешалось очередное «но».

На той неделе у Шулера полетел ноут. И черт бы с ним, но на гаджете хранились и бестиарий, и гримуары, и вся прочая демоноборческая библиотека. Имелись, конечно, книги и заметки в бумажном эквиваленте. Но неструктурированные. Необходимая информация могла быть разбросана по десятку различных томов. В общем, вопрос об откладывании срочной починки даже не стоял.

Ремонт сожрал весь форс-мажорный запас и еще дохрена сверху. И теперь каждый день Анджея начинался с немой мольбы о хоть каком-то заказе. Ведь вместе с началом марта неумолимо приближался и срок оплаты за квартиру.

Размышления чародея прервали весьма бесцеремонным образом. Обнаглевшие машины. Ни секунды покоя. Голос из динамика назвал нужную остановку и Анджею пришлось поспешить на выход. Через мгновение он вернулся, взял забытый чемодан, и вновь двинулся в сторону раздвижных дверей.


Полуденное солнце силилось пробиться сквозь серый покров туч, рассеянными лучами освещая заброшенную часовню посреди мегаполиса. Треснувший циферблат делал ее похожим на старого ослепшего циклопа. Стены здания медленно пожирал плющ. Пустые окна напоминали колотые раны на теле из одряхлевшего камня. Карнизы и ржавые трубы окончательно превратились в обиталище птиц и мелких животных. Хотя последние сбежали отсюда уже давно…

– Да это место и без демона внутри выглядит опасным для детей! Его давно уже пора снести!

– Потому-то детки и раньше сюда не совались. Пережив нападение демона – в награду получаешь здоровую долю паранойи, – прошлепал мясистыми губами директор.

Этот завернутый в шубу медведь с головой думского боярина уже ждал его, когда Анджей подошел. Хоть он и успел вовремя.

Чародей положил чемодан на украшенный снежным порошком асфальт. Присел на корточки. Щелк – откинулась крышка. Шулер вытащил на свет сверток фланелевой ткани. Достал портативную колонку, предельно дешевую. Затем бутылку святой воды. Длинную спицу. Поднялся.

Широким движением Анджей разложил на земле красное полотно. Встал на него – по центру нанесенного на ткань рисунка. Печать поможет направить теллурические потоки магии. Чернокнижество взяло принципы ритуалов и возвело их в абсолют.

Вжикнула крышка бутылки и темная полоса от пролившейся святой воды замкнула круг вокруг чародея. Шулер уколол спицей подушечку большого пальца и капнул кровью на печать у себя под ногами. Откашлялся. И затянул охранный псалом:

– Живый в помощи Вышняго, в крове Бога Небеснаго водворится… – стоило отзвучать последним слогам молитвы и вокруг Анджея будто дымка повисла.

Завершив защитный ритуал, чародей огляделся. Директор внимательно следил за действиями Шулера, но держался благоразумно на расстоянии. Чуть дальше, на другой стороне улицы, притормозили несколько прохожих. Держащаяся за руки парочка. Шпана на великах. И какой-то азиат.

Последнее Анджею не понравилось. Нет, он не был расистом. Просто когда он в последний раз имел дело с жителем Дальнего востока – тот притащил с собой подарочек с родины. Акаситу. Японская хищная грозовая туча, похищающая детей. И разбираться с этим достоянием страны восходящего солнца пришлось именно чародею по вызову. Геморрой вышел знатный…

Шулер еще раз задумчиво окинул взглядом зевак. И почему любопытство и пофигизм у людей постоянно забивают здравый смысл и инстинкт самосохранения? Но на таком расстоянии их не должно зацепить.

Успокоившись, Анджей отвернулся. Последовательно включил все обереги и амулеты, вшитые в пальто. Закончив с активацией Системы, он достал пачку синего «Честерфилда». Выкурил несколько сигарет-соток, восстанавливая Запас. Захлопнул карманную пепельницу, сминая окурки, и убрал во внутренний карман.

Потянулся, разминая мышцы. Хрустнул пальцами. Наклонил голову к плечу. Упер основание ладони в подбородок. Надавил и довел до щелчка.

«Ох, хорошо… Окей. Давайте за дело».

Он достал из кармана телефон. Врубил блютуз. Подключился к колонке. Открыл плейлист. Так-с… «Собачья свадьба»… Это от дрекавацев… «Петушиная песнь»… Для вурдалаков… «Кошачья симфония»… То же не то… Вот!

Палец чародея нажал на «Альпийские горны». Мгновение тишины. И воздух расколол рев труб, который так не выносят аспиды. Шулер убрал смартфон, положил надрывающуюся коробочку себе под ноги и снял с пояса крест.

Мрак внутри часовни зашевелился. Тр-дз-дз-дз-дзынь – развернулась цепь в руках чародея, а свободный ее конец обернулся вокруг левого запястья. Кольца теней заскользили в дверном проеме. Вспыхнуло расплавленное золото змеиных глаз. Анджей шевельнул кистью, потихоньку раскручивая крест из смертоносного для природных демонов серебра. К которым относился и аспид, что сейчас медленно выползал из своего логова.

Вперед, назад – качнулось распятье.

Длинное, гибкое тело в полметра толщиной показалось из разлагающегося здания. Обсидиановая чешуя топорщилась и больше напоминала перья. Широкие крылья покрывали мелкие красно-золотые перья, что больше напоминали чешую. Плоскую голову украшала корона из коротких серых рогов.

Вперед. Назад.

Распахнулась полная янтарных клыков пасть. Заметался между ними язык зарева. И ударила струя пламени. Огонь расплескался по дымке защиты; жар радостным псом лизнул Шулера в лицо.

Вперед… Назад…

Спала пылающая пелена, Анджей остался невредим. Еще несколько мгновений аспид терпел ужасный, раздирающий в клочья шум, а потом распахнул крылья. Взмах. И змей устремился к чародею в бреющем полете.

Круг. Еще. Быстрее.

Бестия смела охранное построение. Чародей шагнул в сторону и быстрым движением захлестнул крест на обсидиановом горле. Дымка испаряющейся плоти окутала звенья.

Пронесся мимо аспид. Отклонился назад Шулер. Лязг – натянулась цепь, впиваясь в ладони. На миг чародей и демон превратились в диковинную карусель. Змей, ведомый серебряным поводком, описал широкую дугу. Анджей разжал пальцы и… бестия врезалась в стену часовни.

Чародей поспешно наклонился к чемодану. Достал стеклянную бутылку с мутным содержимым. «Зажигалкой» поджег торчащую из горлышка промасленную тряпку. Бросок. Аспид в последний момент успел нырнуть вниз. Холера!

Снаряд ударился о каменную кладку позади змея. Дзвяк! Разлетелись брызгами стекло и пламя. Но ошметки огня все же попали на черную шкуру. Пылающие леопардовые пятна поползли расширяясь. Нарастающий визг вырвался из антрацитовой глотки. Крылья плашмя ударили по земле. Еще раз. И еще. Аспид приподнялся в воздух… И рванул ввысь. Хвостом кометы за ним тянулись огонь и серебряная цепь. Анджей посмотрел на свое запястье.

– Вот холе… А-а-а!!!

Рывок и чародея потащило вверх. Отвесил пощечину встречный ветер. Пронеслись мимо стены окна, фонари… Змей заложил крутой вираж, устремляясь обратно к земле. А силы инерции бросили Шулера в холодное варшавское небо. Петли металлических звеньев слетели с его руки. Стальная перчатка невесомости сдавила желудок.

«Да ну почему сейчас-то, а?!»

– Солнышко-Сварог, злым теням порог! Огонь Сварожич, поможи, зла тенета розвьяжи! – скороговоркой выпалил заговор Анджей.

Вспыхнуло на его пальцах пламя. Вытянулось, скрутилось жгутом. Чародей взмахнул «плетью Сварога» и пылающий кнут захлестнул самый конец обсидианового хвоста. Взвизгнув, бестия рванула в сторону. И сразу в другую.

Едва успевая перебирать ногами, Шулер пробежался по стене панельного дома. А мат шлейфом вился за ним… Прыжок – карниз промелькнул под Анджеем. Толчок. Цепляясь как за канат, чародей карабкался по «плети» к извивающейся туше. Старательно игнорируя хаотичные виражи последней.

Огненное заклинание расползлось под пальцами. Мимо пронеслась темная с яркими всполохами перьев стрела. Чародей потянулся телекинезом. Почти наугад, но… Есть! Цепь прыгнула ему в руки. Рывок. И вновь он чувствует себя хвостом радостного щенка. Так и мотает во все стороны.

Сцепив зубы, Шулер все же втащил себя на вьющееся молодым побегом туловище. Оседлал змея, сжал коленями чешуйчатые бока. Аспиду это не понравилось.

Американские горки сменялись крутыми пике. Виражи переходили в мертвые петли и оканчивались восьмерками. А Анджей просто орал и пытался не блевануть. Это бы серьезно подпортило ему имидж.

Пламя пожирало аспида. Но слишком медленно. До выбеленных костяшек вцепившись правой рукой в цепь, Чародей вцепился зубами в ладонь левой. Прокусил до крови. И вскинул вверх. Будто ковбой на родео…

«Ну и дебильная же поза…» – думал Анджей, пока кровь стекала вниз, под рукав, смачивая татуировку, что покрывала все левое предплечье чародея. Он подгадал момент, когда блаженно-монументальная земля будет не слишком далеко и…

Ладонь шлепнула по черной спине. Зашевелились скрытые под одеждой символы. Вспыхнуло гематитовое пламя, мрачным всполохом вгрызаясь в змея, мгновенно обращая плоть в прах и стремительно расширяясь.

Под вопль необузданной боли Шулер спрыгнул вниз. Метнул себе под ноги «щит веры». Простенькое защитное заклинание сработало как подушка безопасности.

Холера! Приложился он все равно знатно… Система разлеталась в клочья, но головой вроде не сильно двинулся… Краем глаза Шулер увидел, как следом за ним рухнул на землю обсидиановый костер, еще секунду назад бывший бестией.

«Это должно было его доконать…»

Несмотря на пафосное название и впечатляющую эффективность, «темное пламя распада» – одно из простейших заклинаний Магии Смерти. И даже его Анджей не мог выполнить без костылей в виде Магии Крови и демонологии.

Левое предплечье Анджея покрывал натуральный гримуар на трех адских диалектах. А как только Анджей призвал весьма жалкий на самом деле огонек – из его тела испарился добрых пол-литра крови. Да и до следующего полнолуния перезарядить тату не выйдет…

Кряхтя, чародей с трудом, будто его одежда вдруг превратилась в тяжелые доспехи, поднялся. Поморщился. Потер плечо, на которое его угораздило приземлиться. Судя по тому, что он уже довольно долго не слышал криков бестии – и при этом оставался жив – от нее остался лишь скелет. Да и тот скоро исчезнет из Яви…

«Так, а где скелет?» – недоуменно огляделся Шулер. Никаких остатков демона рядом не было. Кажется, он все же отрубился на какое-то время, раз кости так быстро исчезли...


Дома его встретил оглушительный мяв. Огромный кот тигриной расцветки терся о ноги Анджей, оставляя шерстяные отметины на брюках чародея. Но замолкать эта живая сирена даже не думала.

– Да-да, прости, Император. Знаю, я задержался. Сейчас покормлю тебя. Только хватит орать.

Верхушка пакетика с кормом отправилась в мусорник. А половина содержимого упаковки – в миску коту. И лишь приступив к трапезе Император соизволил заткнуться. Оставив котяру предаваться греху чревоугодия, он пошел к холодильнику. Надо бы и себе что-то приготовить.

Анджей достал из морозилки упаковку отхваченных по акции коктейльных креветок. Успешно законченное дело можно и отпраздновать, да? Правда теперь он здорово жалел об этой попытке шикануть. Хренов ноутбук…

Вкусный запах, разлившийся из кипящей кастрюли моментально призвал демона обжорства. В простонародье именуемого «наглым котярой» или Императором.

Чародей согнал со стола нэкомату, пока тот сдуру не сунулся носом в кипяток. Преценденты бывали. Ответом ему стал требовательный мяв.

– Ты же только что считай полпачки сожрал!

Мяв не изменил даже тональности.

– Ладно, ладно. Тебе тоже отсыплю. Только замолкни хотя бы ненадолго. И так голова болит.

Добившись своего, Император принялся вылизываться в ожидании лакомства.

Под нетерпеливым взглядом глаз цвета степи, Анджей очищал креветки. Наконец-то закончив, отсыпал коту его долю. Тот сразу довольно зачавкал у себе в углу. На лицо чародея тут же вползла непрошенная улыбка.

Насвистывая какую-то несуществующую мелодию, он выдавил себе в тарелку майонеза. Полил сверху уксусом. Взял теплый морепродукт, макнул в импровизированный соус и… По ушам долбанул дверной звонок.

«Холера!»

Закинув все-таки в рот уже взятую креветку, Шулер с сожалением оставил остальные и вынырнул в тамбур. Посмотрел в глазок. Там стоял какой-то азиат. Вроде японец. Но не факт. Анджей плохо отличал их от остальных разновидностей. Невысокий и тощий, с довольно изящными чертами лица. Вроде молодой. Но не факт. Анджей слышал, что они стареют как-то странно. Хотя скорее всего это было расизмом…

Гость поправил расстегнутый пуховик. Пригладил короткие смоляные волосы. И вновь потянулся к звонку… Чародей поспешил открыть дверь:

– Добрый день… А я вас знаю! Точнее видел. Вы были сегодня возле часовни.

– Да, – миниатюрный мужчина вежливо поклонился.

Голос его звучал неожиданно глубоко и слегка искаженно из-за акцента, будто эхо в колодце:

– Видел родео пана. Впечатляюще. Пан стал звездой ю-туба.

– Что?

– Пан не знал? Парочка влюбленных снимала все. На телефон. Уже тысячи просмотров. Я так и нашел пана. Отчасти.

– Шустро, однако… Так чем я могу вам помочь?

– Меня зовут Тецуя, – «Все-таки японец». – Мой сын пропал. Могу я зайти?

– Да, конечно, – устало вздохнул Анджей. – Проходите.

Он распахнул дверь и махнул азиату идти за ним. Тецуя шагнул в тамбур. Быстро разулся и свернул за чародеем на кухню.

Император нехотя оторвался от креветок. Смерил придирчивым взглядом вторженца. Японец так и замер. Тонкие паучьи пальцы рефлекторно потянулись к карману брюк, но Тецуя тут же одернул себя и вместо этого глубоко поклонился коту. Нэкомата в ответ благосклонно забил болт на гостя. Креветки важнее.

«Гандон мохнатый».

Чародей сел за стол, волевым усилием отодвинул тарелку с едой и указал Тецуе на стул напротив:

– Присаживайтесь, – дождался пока японец усядется и продолжил: – Итак, что случилось с вашим сыном? Желательно с начала и с подробностями.

– Хорошо, – кивок. – Я и мой сын – Дайки – онмедзи. Мы приехали в Варшаву недавно. На прошлой неделе. Командировка.

Онмедзи значит… Понятно. Японские охотники на нечисть были весьма известны и за пределами своей родины. Эти парни не владели магией. Не пользовались алхимией. Вместо этого они орудовали врожденными наследственными способностями, усиленными уникальными практиками. И охрененно успешно противостояли демонам.

– Что ж, приветствую вас в нашей стране. Вы хорошо владеете польским для столь недолгого пребывания тут.

– Это правила приличий. Выучить язык страны, куда едешь.

– Хорошо, и когда ваш сын пропал?

– Вчера. Я пытался найти его сам. Не удалось. Нашел место. То, где его похитили. Там был сильный фон.

– Демоны, – понятливо кивнул Анджей.

– Да. Сегодня возле башни. Возле которой пан бился. Я ощутил нечто похожее. Когда пан ушел – я проверил башню. Но там не было никого. Ни Дайку. Ни других детей. Не было даже остатков трапезы.

– Это странно, – согласился чародей. Сам он не стал заниматься этим. В конце концов, заплатили ему отнюдь не за это.

– Я думаю, что демоном управляли.

– Считаете, за этим стоит какой-то демонолог?

– Демо… – Тецуя слегка наклонил голову к плечу, но потом видно сообразил: – А! Котодама! Нет, я бы ощутил… Как это будет… Связь. Между демоном и его хозяином. Нет, там другое. За этим стоит шаман.

– Шаман?! – Анджей откинулся назад. – Это маловероятно…

Эти ребята были еще более особенными, чем онмедзи. Шаманы от рождения обладают сильной связью с нечистью. Способные интуитивно общаться с ней. Их лоа – прирученные демоны – напоминали фамильяров, но обладали куда более глубокой связью со своим хозяином. И были куда сильнее.

Вот только несколько конкист и геноцидов практически полностью истребили шаманов. Сейчас проще миллион долларов на дороге найти, чем встретить одного из Говорящих.

– Побежденный сегодня паном демон. Он не умер. Не было костей. Он не успел сгореть дотла. До этого он просто… Как это будет… Пересек Сандзу? – онмедзи вопросительно посмотрел на чародея.

– Я вас понял, – кивнул Анджей. – У нас это называют Калиновым мостом, – «Значит не показалось…» – Окей, допустим, что это все же шаман. Есть предположения, зачем ему… Дайку, да?

– Да, Дайку. Дети, которые столкнулись с демонами. У них меняется аура. Становится сильнее. А Дайку онмедзи. Его аура с рождения сильна. Это единственное сходство, найденное мной.

– Звучит даже логично, – признался чародей.

Побарабанив чутка пальцами по столу, смотря в пустоту, он вновь посмотрел на Тецую:

– Окей, но почему вы пришли ко мне?

– Я не могу найти Дайку сам.

– Это я понял. Но почему именно ко мне?

– Инквизиция – слишком долго. В любой стране. Особенно без доказательств. А маги – слишком дорого. Тоже в любой стране. Пан же – это дешево и быстро. А еще пан убил ороти.

– Ороти? А, ваша разновидность аспидов… Ну так-то да… Вот только у нашего всего одна голова и он в разы менее опасен.

– Но ороти убивали армиями. А пан справился один.

По личной классификации Анджея аспид относился к «смертельно опасным». Ороти же стоял на три ступени выше и занимал почетный уровень «холера». И он уже даже хотел возразить онмедзи по этому поводу, но… Зачем портить самому себе имидж?

Плотная тишина забила крохотную кухню. Сложив вместе ладони, онмедзи спокойно ожидал вердикта. Ровная карамельная топь его глаз смотрела в точку где-то над ухом размышлявшего чародея.

– Хорошо, – в конце концов решился Шулер. – Я помогу вам. Но мне нужна какая-то личная вещь Дайку, чтобы найти его. Что-то, на чем есть его ДНК.

Тецуя молча кивнул и отсчитал нужную суму. Положил деньги на стол и вытащил из внутреннего кармана пуховика бумажный прямоугольник. С ладонь размером, его рассекали столбики иероглифов. Верх листка обвивала темная прядь волос.

– Это волосы Дайку.

– Никогда не видел таких талисманов, – заинтересованно протянул руку Анджей.

– Они позволяют нам… Чувствовать друг друга. На небольшом расстоянии. И при наличии кровной связи. Онмедзи всегда работают в семье.

Чародей кивнул и пошел в комнату, на ходу вертя в руках бумажку.

– Как пан найдет Дайку?

– Ритуал «нить Ариадны». Думаю, он работает примерно, как ваш талисман, но на любом расстоянии. И только в течении двенадцати часов. Но думаю этого времени нам с головой хватит.

Шулер остановился. Повернулся к Тецуи и внимательно посмотрел в карамельные глаза:

– Учтите, это не гарантирует того, что ваш сын еще жив. Ритуал сработает даже на останки.

– Понимаю.

– А вы очень спокойны…

– Умение дистанцироваться от эмоций. Все онмедзи владеют этим приемом. С него начинается создание шикигами.

– Понятно.

Анджей открыл шкаф и достал нужные ингредиенты. Сложил их на столе. Открыл чемодан-инвентарь. Выбрал подходящий сверток. Фланелевая ткань легла на пол уже готовой гексаграммой вверх. Чернокнижный костыль готов.

Так-с, идем дальше. Насыпать освященной земли по углам полотна. Есть. Воткнуть в каждую горку по церковной свече из пчелиного воска. Выполнено. Теперь поджечь фитили. Готово.

Чародей сел в центр печати. Перед ним опустился камень с острыми гранями. Осколок надгробной плиты святого. Молодого, а от того еще слабого. И даже такая реликвия была Шулеру не по карману. Анджей раздобыл камень еще до того, как принес второй Обет.

На мелкую святыню легла талисман онмедзи. Чародей проколол палец спицей из освященного серебра, и капля крови сорвалась вниз на миниатюрный алтарь. Тройная связь Жизни, Веры и Земли – готово.

Осталось лишь соединить все это вместе. Анджей начал читать заговор на древнегреческом. Отозвавшись на его клич, вокруг затанцевали магические потоки. В комнате на миг потемнело. Затем в слитном порыве свечи выгорели до основания.

Готово. Красная нить связи прошила Астрал, границу меж Явью и Правью.

Шершавый пол под ладонями. Затхлый воздух в легких. Темнота вокруг. Обрывки ощущений, образов расширялись. Отдалялись. Частный дом. Кованный забор. Дорога. Откуда-то пришло понимание…

Лоскутная волна видений сошла, оставив после себя название. Всходня. Чародей похлопал себя по щекам, приходя в норму. После прямого контакта с инфополем Земли все вокруг казалось… тусклым. Как старая застиранная одежда.

Анджей поднялся и взял со стола лекарство от такого состояния. Глотнул рома. Полегчало. Всходня значит. Название знакомое, но у него никак не выходило сопоставить его со своим местоположением. Не получалось представить карту. Отрывки местности просто вертелись в голове. Будто два разрозненных островка плавают в сером тумане.

«Хренов топографический кретинизм».

Чародей достал из кармана телефон и залез в «Google maps». Угу. Недалеко. Переключив режим просмотра, он нашел нужный дом.

– Есть.

– Пан нашел место?

– Да, дайте мне полчаса на сборы, и я вас отведу. Можете пока что на кухне посидеть, перекусить, – бросил Шулер, начиная собираться на охоту.

Полноценному волшебнику в подготовке вообще нужды нет. Он сам себе кавалерия. Анджей же с трудом добрался до порога минимума способностей. Даже три Обета, один сильнее другого, особо не помогли. Капля магии… Десять капель… Какая разница? Мизер есть мизер.

Когда онмедзи послушно вышел за дверь – чародей уселся за ноут, освежая знания о шаманах. В частности, его интересовали возможные причины, зачем Говорящему могли понадобиться дети. Пока что ему приходил в голову лишь один вариант. Который совершенно ему не нравился.

Покончив с теорией, Шулер подошел к стенному шкафу. Распахнул рябиновые створки. На десятке полок римскими легионами выстроились все существующие средства против сверхъестественного. К счастью, почти все так или иначе работало сразу на множество разновидностей демонов. Иначе бы Анджей точно разорился.

«Итак, что из этого мне нужно?»

Начал Анджей со стандартного набора. Пара кастетов отправилась в карманы пальто. Примитивное, но зато легальное оружие. А главное, удар трех массивных, посеребренных, спаянных вместе крестов, на которых нацарапали изгоняющую молитву на латыни – весьма эффективное средство против демонов. Чародей не был уверен, с чем именно ему предстоит столкнуться. Но хотя бы что-то – серебро, холодное железо или же религиозная символика – должно подействовать в любом случае.

Дальше на пояс отправились несколько стеклянных пузырьков. Пепел рябины, пыльца омелы, святая вода… То, чему всегда найдется применение. По паре каждого. Рядом умостился и крест-кистень.

Флягу за пазуху. Тазер туда же, а шокер в задний карман. «Карманную молнию» заткнул сзади за пояс. Нечисть не дружит с электричеством. Взял колоду карт с начерченными на них печатями. Карманные ритуалы – чуть ли не главный предмет гордости Анджея.

«Скорее всего там снова будет аспид».

С этой мыслю чародей взял по пучку полыни и крапивы. Засунул за пазуху баллончик дезодоранта. Покосился было на настойку чертополоха, но против шамана она была бесполезна. Вместо этого он подошел к подоконнику и взял оттуда испещренную рунами банку из-под кофе, в которой клубился плотный серый дым. Сунул ее в широкий карман пальто. Так что еще…


Анджей уже закончил сборы, натянул тонкие лайковые перчатки и отправился на выход, когда осознал пустоту на пальце. Он вернулся к шкафу и снял с верхней полки резную шкатулку. Щелк – откинулась крышка. Тонкое кольцо тут же перекочевало на руку чародея.

Освященное серебро свивалось с гномьим железом. Эльфийская вязь оплетала демонические руны. Чародей несколько месяцев убил на то, чтобы объединить несочетаемое. Зато теперь у него был резервуар, куда умещалось в несколько раз больше магии, чем было в Запасе чародея.

Как и каждый порядочный шулер, Анджей всегда имел при себе четыре козырных туза и парочку джокеров. «Кольцо четырех», как и «темное пламя распада», были из их числа.


Щетина кованого забора окружала плечистый двухэтажный дом. Труба дымохода залихватским пером торчала из шляпы красной черепицы. Мило. Особенно для жилища маньяка.

– Чувствуете сына?

– Да. Дайку рядом.

– Отлично. Тогда вызываем… – Анджей не договорил, смотря в спину онмедзи, что уже направился к калитке. – В смысле, работаем сами. Ну конечно.


Продолжение в комментариях...


А тут уже есть следующая часть

Показать полностью
51

Чародей по вызову или Дело об Урсыновском призраке

Анджей оглянулся по сторонам и, перехватив поудобней чемодан, перемахнул через турникет. Проездной кончился… Месяца полтора назад? Денег пополнить его не было до сих пор. К счастью, Обет по какой-то причине не реагировал на проезд зайцем.


Дважды поднявшись по лестнице, чародей покинул подземку. Слегка сутулясь, чтобы удержать чуть больше тепла в плену одежды, чародей быстрым шагом шел прочь от метро Стоклосы. Шершавый зимний ветер настойчиво дергал за подол пальто и терся колючей щетиной о щеки Анджея. В воздухе, скрадывая очертания Урсынова, застыла снежная взвесь.


Район на окраине Варшавы больше напоминал отдельный маленький городок внутри столицы. Тихий и немноголюдный. Со своими университетами, школами, торговыми центрами. С широкими полупустыми улицами. Со своим темпом жизни.


Неудивительно, что местные весьма споро спохватились, когда у них в парке завелась нечисть. Позвонили в Инквизицию, поставили своё заявление в очередь… И вскоре осознали, что у вечно занятой более серьезными проблемами и демонами организации ещё не скоро дойдут руки до их проблемы. Если вообще когда-нибудь дойдут.


Обычно на этом этапе люди просто начинают обходить опасную территорию стороной, запрещают своим детям соваться туда и успокаиваются. В результате появляется очередное «проклятое место». Явление обыденное и даже привычное. Что, впрочем, не мешает ему то и дело губить заблудшие души…


В интернете даже гуляет теория заговора, мол, правительство таким образом борется с проблемой перенаселения. Гениальная идея…. Особенно популярная среди тех, кто меньше всего знает о реальном положении дел. Статистика? Плевать. Частота появления демонов? Подумаешь. Нехватка магов и инквизиторов? Ой, да кому не пофиг?! О том, что сил на активную борьбу хватает только с наиболее опасными происшествиями, задумывались единицы. Ну, по крайней мере, такие обстоятельства обеспечивали работой Шулера от магии.


Подойдя к костелу, Анджей сверился с «Google maps». Парк имени Иона Павла II… В этот раз, вроде, не заблудился…


Кивнув самому себе, чародей свернул на тропинку, пролегшую меж хребтов сугробов. Впереди, у лент аккуратных тропинок, его уже ждала небольшая группа.


Местные отличились. Перспектива заиметь у себя под боком «проклятое место» их явно не устраивала. И, решив не дожидаться чудесного пришествия «гончих веры», они скинулись на иное решение данной проблемы. Логично. Нормальный маг им, разумеется, был не по карману… Так что они нашли несравненно более дешевую альтернативу.


Анджей подошел к ожидавшим его клиентам. Трое мужчин среднего возраста – один из который, неожиданно, носил сутану – желеподобная женщина и молодая высокая девушка с испуганным взглядом. Скорее всего, скидывалось значительно больше людей, но на встречу пришли только самые активные.


Священник что-то говорил девушке. Мягко, по-отечески положив руку на ей на плечо. До чародей донеслись отголоски разговора: «Не переживай, – успокаивал церковник. – Просто расскажешь, что видела…».


– Анджей Соколовски, чародей по вызову. Дешевле чем у магов, быстрее чем у инквизиции, – подойдя ближе представился Шулер от магии, не забыв добавить рекламный слоган. Статьи по маркетингу утверждали, что это важно.


– Здравствуйте, надеюсь вы сможете нам помочь, – шагнул вперед священник. Церковник уже приблизился к пятому десятку своей жизни, но был из того типа людей, что стареют красиво. Прямые, чеканные черты лица. Иней седины в волосах. Прямая осанка. И взгляд строгого профессора.


– Я тоже надеюсь. Может, для начала, расскажите, что у вас случилось? В сообщении вы сказали только, что в вашем парке призрак убивает людей, а мне бы хотелось услышать подробности. Как убивает, сколько было жертв, когда это началось, возможно, вам даже известно, как он выглядит… В общем, мне нужно знать все, что знаете вы.


– Да Анка это… – гулко бухнул похожий на бультерьера мужчина в дутой куртке.


– Милош, – с мягкой сталью в голосе обратился к нему священник. – Думаю, будет лучше, если мы не будем говорить на перебой. Это лишь запутает пана чародея.


– Да, конечно, отец Виктор. Вы правы.


– Так что за Анка? – переспросил Анджей.


– Анка Подлесна, – вздохнул Виктор. – Девушка, что покончила с собой в этом парке в прошлом месяце. Она была из моего прихода и часто посещала наш костел. Так что все мы хорошо знали ее. Ее нашли… повешенной… на ветке дерева… А потом возле этого самого дерева начали находить трупы.


– Когда повесилась Анка?


– Второго декабря.


– А убийства начались?..


– В прошлый понедельник.


«То есть тринадцатого января. Это выходит… сорок один день.»


– Расскажите чуть больше об убийствах. Сколько их было, как их убили…


– Трое уже отдали Всевышнему душу в этом парке. И смерть их была… Жуткой. Их задушили их собственными кишками.


– Холера… – приподнял брови Анджей. – Жестко.


– Это еще мягко сказано, пан чародей.


– Ладно, но почему вы думаете, что это именно Анка?


– Беата видела ее, – Виктор кивнул на русоволосую девушку, что все это время стояла потупившись.


Анджей моргнул. Еще раз.


– И осталась жива?!


– Именно, – кивнул священник.


Шулер от магии повернулся к девушке:


– Пани Беата, расскажите, пожалуйста, об этой встрече.


– Ну, это было поздно вечером, – начала девушка, все еще не отрывая взгляд от земли. – Я иногда хожу в парк чтобы… Ну… чтобы…


– Все в порядке, это не слишком важно. Продолжайте, – мягко улыбнулся Анджей.


– Спасибо, – голова Беаты слабо шатнулась, отображая кивок. – В общем, я почувствовала… что-то. Подняла взгляд и на дереве сидела Анка. Почему-то в длинной бледной сорочке с вышивкой. Злая, как демон.


«Ну это-то как раз логично.»


– И что случилось дальше?


– Ну, она смотрела на меня, смотрела… А потом отвернулась. И я увидела, что у нее нет спины. Голова, шея, руки словно висят в воздухе.


– А когда она сидела лицом к тебе – все было на месте? Грудь, живот?


– Да, – вновь лишь слабое движение подбородка вместо полновесного кивка. – А потом она просто исчезла.


«Девушка на дереве, отсутствие спины, удушение жертв… Да и сроки подходят. Но самоубийство…»


– Хм… Беата, ты хорошо знала Анку при жизни?


– Ну… Довольно.


– Ты не могла бы рассказать о ней?


– Ну… Она была доброй. Веселой, всегда рассказывала какие-то забавные истории. Еще Анка часто ходила в церковь. Она много времени проводила с отцом Виктором.


– Прошу прощения… А это необходимо? – решил уточнить священник. – Мы все хорошо знали Анку и не хотелось бы лишний раз ворошить эту трагедию…


– Да нет, – покачал головой Анджей. – Я просто прояснял для себя некоторые моменты.


Помолчав несколько секунд, чародей продолжил:


– Скорее всего это русалка. Даже, почти наверняка это русалка. Она же нимфа, она же мавка… Далеко не самый сильный демон, всего лишь «бес». Хорошо. Я решу вашу проблему.


«Гм… Последняя фраза, пожалуй, все же была слишком пафосной…»


– Когда? – деловито уточнил Виктор.


– Да прямо сейчас. Солнце уже считай село, инструменты у меня все с собой.


– Хорошо, я пойду с вами.


– Это… плохая идея. Очень плохая. Я не смогу гарантировать вашу безопасность.


– А я не могу гарантировать, что вы не сбежите с нашими деньгами. Я хочу удостоверится, что вы избавите нас от… проблемы.


– На этот счет можете не беспокоиться. Мне подобный фокус выкинуть не позволят Обеты.


– Че еще за обеты? – вновь влез в разговор Милош.


Анджей молча вытащил из кармана визитку и протянул ее мужчине. Тот слегка растеряно взял белый прямоугольник, а чародей заметил:


– Хотя вообще, вас на этот счет и святой отец мог бы просветить. Они приносят Обет Безбрачия при выпуске из семинарии.


– Да, конечно, но… – слегка растерянный Виктор забирал визитку у Милоша и с интересом глянул на ее текст:


«Способ увеличить магическую силу… Не врать, Не красть и Не спать… следовать духу Обета, а не букве… не могу лукавить, утаивать, мошенничать… должен предельно полно отвечать на любой вопрос…»


– Но то, что вы говорите, что принесли Обеты – не означает, что вы их и вправду принесли, – закончив читать, Виктор поднял взгляд на чародея.


Анджей открыл рот, чтобы возразить. Закрыл. И вздохнул:


– Логично… Ладно, но, если что – я предупреждал, я не виноват. И со мной идете только вы, иначе изгнание демона точно превратится в форменное побоище.


Слава Богу, возражать никто не стал.


Оставив позади неравнодушных граждан, чародей и священник шли через украшенный снежным макияжем парк. Идти оказалось недалеко. Виктор остановился перед кованной скамейкой, за которой куталось в холодный плед развесистое дерево. Священник указал на одну из его ветвей. С руку толщиной, она шла почти параллельно земле на высоте метров двух.


– Вот тут я ее и нашел… Висящей в петле.


– И вы уверенны, что это самоубийство?


– Ну разумеется! – Виктор странно посмотрел на чародея. – Да и полицейские подтвердили это…


– Ясно, – коротко ответил Анджей, положил чемодан на скамейку и с щелчком открыл его. – Давайте начинать, пока я окончательно не околел.


– Да уж, одеты вы несколько не по погоде.


Анджей недовольно покосился на заговоренную сутану священника, прекрасно защищавшую того от холода.


– Мой пуховик еще в конце ноября порвал бирзал, – чародей потер левое ухо, на котором не хватало мочки.


Какое-то время Виктор молчал и нервно поглядывал по сторонам, пока Анджей рылся в инвентаре. Но священник очень быстро не выдержал давления тишины:


– Так значит, Анка стала русалкой?


– Скорее всего, – кивнул Шулер от магии. – Русалками становятся невинные девушки и некрещенные дети, убитые в лесу или возле водоема.


– Но это ведь не лес, – Виктор удивленно осмотрелся. – Да и водоемов никаких поблизости нет…


– Сверхъестественное – вещь весьма условная, – пожал плечами Шулер. – Парк, как скопление деревьев, вполне сгодится вместо леса.


– И все же не понимаю, как такое могло случится прямо возле костела. Так потом еще и я проводил тут обряд. Читал молитвы, окроплял дерево святой водой…


«А я еще на обывателей гнал за мистическую необразованность… Куда уж им, если даже священники не знают таких базовых вещей. И чем их только в семинариях учат?»


Вслух же Анджей пояснил:


– Русалка – это природный демон, а не религиозный. Плевать ей на молитвы, святую воду и прочую религиозную атрибутику.


– И именно поэтому вы достали крест, – уточнил Виктор, смотря на массивный символ веры, приделанный к длинной тонкой цепи, что вытащил из чемодана чародей.


– Дело не в кресте, как таковом, а в материале. Природные демоны не выносят огонь и серебро. Из последнего и сделаны и крест, и цепь. А против конкретно русалки еще хорошо работают верба с крапивой, – добавил Анджей, доставая из чемодана названные растения.


Подойдя к Виктору, Шулер сунул пучок жгучих листьев священнику:


– Бросите в лицо Анке, когда она бросится на вас, – а сам принялся раскладывать на асфальте вербовые ветки, чтобы загнать русалку в нужное место.


– Что?! Что значит, когда она бросится на меня?!


– То и значит. Раз уж навязались, то будьте хоть полезны. Возражения не принимаются. Либо делайте как я говорю, либо уходите и не мешайте.


На мгновение Виктор заколебался. Но он должен был удостовериться. Пришлось остаться и продолжить наблюдать за чародеем.


Тем временем Анджей уже перешел к следующему этапу. Шулер высыпал на асфальт немного земли. После чего воткнул в получившуюся кучку птичьи кости. Последнее он раздобыл в KFC.


– Э-э-э… Что вы делаете?


– Ритуал «фонарь Харона». Он приманит демона, чтобы мы тут не ждали до утра.


– Как все сложно… Я думал вы просто сотворите пару заклинаний и уничтожите демона.


– По-вашему, я бы работал за четыреста злотых, если бы был способен на такое? – риторически спросил Анджей, выливая на конструкцию из грунта и костей немного родниковой воды. – К сожалению, я лишь чародей. Я куда ближе к обычному фокуснику, чем к нормальному волшебнику.


– Это… Это же… Да вы же просто жулик! Разве нет?!


– Почти угадали, – флегматично ответил Анджей, убирая бутылку обратно в чемодан. – Волшебники прозвали меня Шулером от магии. Им тоже не нравится, что я выполняю их работу. Хотя по факту, я работаю на тех, кому они не по карману. Ну да я и не против. Шулер так шулер. Мне подходит. Раз уж жизнь в упор отказывается сдавать мне нормальные карты – я нарисую их себе сам и выиграю… А теперь будьте добры, немного помолчать.


Чародей протянул руку и начал читать заговор, формируя связь между стихиями Смерти, Земли и Воды. Вообще, «фонарь Харона» без проблем упрощался до заклинания. Только запитывать его, в таком случае, пришлось бы полностью самому. А Запаса Анджея на такое категорически не хватало. Ритуалы же большую часть энергии черпали из теллурических потоков магии.


«Фонарь» начал мерно пульсировать подобно загробному маяку. Почти за границей слуха закричала несуществующая сова. Прошла минута. Другая… Кожи словно коснулись несколько фантомных языков. Почувствовав опасность, Анджей задрал голову. На верхушке дерева сидела девушка.


Еще совсем молодая, в белой сорочке до колен. Длинные волосы потоками черного шелка ниспадали на стеклянные плечи. Тонкие аккуратные пальцы оканчивались жуткими желтыми когтями. Бледное лицо русалки отдавало легкой зеленью, а ее горло ошейником захлестнул бугрящийся след от петли.


– Это Анка? – уточнил Анджей, раскручивая серебряный крест.


Фарфоровый Виктор с трудом выжал из себя кивок.


– Ну что ж, давайте начи…


Русалка лезвием гильотины сорвалась вниз.


«Быстро!» – лишь и успел подумать чародей, отскакивая назад.


Когти русалки скользнули по щеке Шулера, оставляя за собой кровавый пунктир. Крест рухнул вниз. Промахнулся, отскочил от земли. Анка с воем устремилась к Виктору.


Анджей метнул крест вслед за русалкой. Священник бросил крапиву Анке в лицо. Девушка отшатнулась от чудовищного жара. Цепь захлестнула ее горло, скрывая под собой след от удавки. Серебряные звенья тут же окутал пар.


Рывок. Полупризрачную и почти невесомую русалку с легкостью оторвало от земли. Она лишь и успела выдохнуть белое облачко в лицо Виктору. Цепь развернулась и Анку юлой закрутило в воздухе. Бам! Девушку впечатало в дерево. Шмяк следом рухнул священник.


Свист рассекаемого воздуха. Цепь захлестнула русалку и дерево. Рывок. Анку накрепко примотало к стволу. Серебро вновь окутала дымка испаряемой плоти. Дикий визг вспорол ночной парк.


– Прости, красавица. Потерпи немного, – Анджей снял с пояса пузырек с пеплом рябины.


Обходя дерево по кругу и пригибая голову, чтобы не зацепить ветки, Шулер понемногу высыпал на землю содержимое склянки. Пепел ложился ровной линией, воздвигая незримую границу. Непреодолимую для слабых демонов.


Трещало дерево, тлела плоть. Анка рвалась на волю. Серебро уже прожгло ее до костей. Казалось, еще немного и девушка самая себя разрубит на части.


Замкнув кольцо, Анджей отпустил цепь. Русалка тут же скинула обжигающие оковы и бросилась на чародея. Воздух задрожал от удара. Анка застыла перед черной полосой не в силах продвинуться вперед даже на волос.


Очередной визгливый вой вырвался из глотки русалки. Сделав шаг назад, она обрушила на пустоту лавину ударов. Незримая граница превратилась в марево. Пепел на земле едва заметно задрожал.


«Какого хрена?! – изумился про себя Анджей. – Что-то она какая-то до хера сильная…»


Чародей достал из внутреннего кармана дезодорант, зажег на пальцах другой руки огонек. Нажал на распылитель. Струя огня ударила беснующейся русалке в лицо.


Попытавшаяся вновь взвыть Анка захлебнулась жаром. Кожа и мышцы лица моментально испарились, оставив лишь маску Самди. Русалка отскочила назад и прижалась к дереву, словно пытаясь забиться в угол.


– Вы как? В порядке? – подошел Шулер к Виктору.


– Почти… Я ног не чувствую…


– Это не страшно. Просто «объятия русалки», – пояснил Анджей, подтаскивая святого отца к скамейке. – Часик, может полтора – и все пройдет. А пока посидите тут.


Уместив церковника на лавочке, чародей вернулся к Анке. На черепе той уже начала нарастать плоть.


«И опять-таки – слишком быстро…» – отметил про себя Анджей, доставая из чемодана сверток.


Чародей распрямил фланелевую ткань с чернокнижной печатью и положил ее на землю перед Анкой.


– Эм-м… Что вы делаете?


«Ну да, конечно…» – вздохнул про себя Анджей.


– Готовлюсь к ритуалу «Велесового слова». У робленных демонов, что стали нечистью по случайности, разум затмевают чувства и инстинкты. Поговорить с ними, если ты не шаман – та еще задачка. А «Велесово слово» позволяют решить эту проблему.


– За каким лядом вам вообще говорить с ней?! Я думал вы просто убьете ее!


– Не надо так кричать, – поморщился Шулер, доставая из инвентаря остальные ингредиенты. – Мне кое-что не дает покоя. Первое – ветка. Ее высота, расположение… Полутораметровой девушке было бы весьма не просто на ней повесится. Да и вообще, идти вешаться в парк – довольно странное решение. Кто так вообще делает? Второе. Видите след на шее Анки? Это посмертный след. То, что ее убило. Он всегда остается на призраках умерших не своей смертью. В данном случае это странгуляционная борозда. След от петли, сдавившей горло.


По углам полотна чародей разместил церковные свечи из пчелиного воска и все те же кости из KFC.


– Ну верно, она ведь повесилась. Что тут странного?


– Вот только после повешения борозда идет под углом. А у Анки она горизонтальная. Это можно скрыть на теле, но не на отпечатке самой души. Ну и самое главное. Русалки появляются после убийства невинной девушки или некрещенного ребенка в лесу или возле водоема. Убийства, а не самоубийства.


Шулер поочередно зажег свечи. Вера, Жизнь, Смерть и костыль в виде Запретных Искусств. Подготовка к ритуалу завершена.


– Вы хотите сказать…


– Ее убили, – ответил Анджей, поднимаясь на ноги. – И я хочу знать кто.


– Слети, Гамаюне, птица Вещая, – загремел в ночном парке старославянский заговор. –С Небес Божьих, с Небес Сварожьих, с Белой горы да о сей поры, сядь на уста внука Даждьбожьего, отверзни его речи врата, яко реки берега, ради Ладьи Велесова слова!Да будет так! Гой!


Тьма вокруг словно отозвалась тихим звоном. Вспыхнули и разом выгорели свечи. Треснули куриные кости. Аркан тумана на миг захлестнул горло русалки.


– Ладно, Анка, – Анджей подошел к самой границе пепельного круга. – Теперь давай попробуем поговорить…


– Убить! Выпотрошить! Задушить! – прервала его девушка, одновременно шагнув навстречу, вплотную к невидимой границе. Уже исцелившееся лицо русалки застыло столь близко, что Анджей чувствовал ее дыхание.


Говорила девушка, разумеется, на языке Ада. Только диалект немного странный. Похож на ирийский, но немного отличается.


– Мило. Очень мило, Анка, – ответил Анджей на ирийском наречии. – Но мне бы хотелось чуть конкретней узнать о твоих желаниях.


– Убить! Выпотрошить! Задушить!


– Да-да… Это я уже понял. Еще до нашего разговора. И должен сказать, ты выбрала весьма и весьма экстравагантный способ убийства. Но мне интересно не что ты хочешь сделать, а почему? Кого ты хочешь убить, Анка?


– Всех!!!


– Неа, – покачал головой чародей. – Не всех. Ты ведь не убила ту девушку. Беату. Не так ли?


– …


– Почему ты ее отпустила, Анка?


– Она… она напомнила…


– О чем?


– Меня…


– И чем же?


– Она плакала…


– Ну, я думаю, другие твои жертвы тоже плакали перед смертью. И хорошо еще, если это единственное… что они выделяли от страха.


– Нет… она плакала… не из-за меня…


– А из-за чего тогда?


– Отец… ее ребенка… оставил их…


– Хм… у Беаты есть ребенок? – спросил Анджей у Виктора на польском.


Ошарашенный священник молча покачал головой.


«Так значит, Беата беремена… Для русалки нет разницы межу рожденным и нерожденным ребенком. Выходит, Анка тоже… Это объясняет ее кровожадность и силу. И, возможно, проливает свет на ее убийцу».


– Анка, кто отец твоего ребенка?


– Отец… Отец…


– Да, Анка, отец. Кто он?


– Отец… Отец…


«В чем дело? – нахмурился Анджей. – До этого она нормально отвечала. Почему же она не хочет?.. Или она уже?»


Чародей резко повернулся к священнику.


– Отец Виктор, это вы убили Анку, не так ли?


– Чего?! За каким демоном мне ее убивать?!


– Она носила вашего ребенка…


– Бред!


– … но это невозможно, ведь вы священник, – не обращая внимания на возражения Виктора продолжал Шулер. – Вы приносили Обет Безбрачия.


– Вот именно! Очевидно, что я невиновен!


– Значит вы не священник.


Оправдывавшийся Виктор резко замолчал.


– Вас удивил термин Обет. Вы, разумеется, слышали про Обет Безбрачия, – размышлял в слух Шулер. – Но понятия не имели о его сущности и что существуют и другие Обеты. Вы ничего не знаете о классификации демонов. Вам неизвестны элементарные вещи, которые должен знать любой церковник.


Виктор напряженно смотрел на чародея.


– Идея выдать себя за священника, конечно, очень соблазнительна. Льготы, внушительное пособие, бесплатная квартира, положение в обществе. Нужные документы подделать сложно, но можно. А вот получить соответствующие познания, принести Обеты… Это уже куда сложнее. Как и устоять перед молодой красивой девушкой, не так ли? А потом Анка забеременела. Вы тут часто встречались, наверное. Кто ж знал, что в этот раз она решит так вас ошарашить, да? И, конечно, вы не могли допустить, чтобы это всплыло. Чтобы кто-то узнал, что вы выдавали себя за священника. Наказание за подобное весьма и весьма суровое. Я нигде не ошибся, святой отец?


– Кто ж знал, что демоны могут быть такими болтливыми, – наконец заговорил Виктор. – Но будем откровенны. Ни один суд не воспримет показания демона как доказательство. А другие найти будет нереально. С другой стороны, никому из нас ведь не нужны дополнительные сложности, верно, пан чародей? Давайте поступим так. Пособие священника действительно очень хорошее. Я буду платить вам по тысяче злотых ежемесячно. А вы просто избавитесь от… того, что осталось от Анки.


Анджей посмотрел на тяжело дышащую русалку, что стояла в метре от него. Уже пойманная в ловушку и беззащитная. Перевел взгляд на несправедливо обеспеченного священника-мошенника. Тяжело вздохнул.


– Вы правы. Дважды правы. Суд не примет подобных свидетельств, а мне нахрен не сдались лишние сложности.


Чародей смерил Виктора долгим взглядом прежде, чем продолжить:


– Но ведь возможны и другие варианты. Вы можете прямо сейчас, на телефон записать признание и выложить его в сеть. А еще я могу просто выпустить Анку и позволить ей задушить вас вашими же кишками.


Анджей демонстративно занес ногу над пеплом рябины, готовясь стереть черту.


– Ты не станешь… – покачал головой Виктор. – Это уже явно перебор. Это не имеет смысла и тебе не зачем этого делать. Ты не станешь этого делать


– Ну, узнаем через десять секунд, – лишь пожал плечами Анджей. – Один…


Чародей методично раскладывал вокруг пепельного круга ветви вербы. Русалка кричала:


– Нет! Не хочу! Не хочу умирать!


– Да не убью я тебя, – буркнул Анджей на ирийском диалекте. – Лишь отправлю в Ад.


Чародей покосился на продолжающую неистовствовать Анку и вздохнул:


– Хотя ты, наверное, не улавливаешь разницы…


Ответом ему послужил очередной невразумительный вопль.


– Слушай! Тихо! – Анджей поднялся на ноги. – Тихо, послушай меня!


О чудо! Девушка действительно притихла.


– Между убийством демона и его изгнанием лежит колоссальная разница, – начал объяснять чародей. – Убивая кого-то – не важно, человека или демона – ты уничтожаешь его личность. Остается лишь ядро души. Неразрушимое и бессмертное, созданное самим Богом. Оно перерождается. В кого именно, зависит от поступков существа при жизни, но обычно – это та же сущность. Чтобы душа человека после его смерти переродилась в ангела или демона – нужно очень сильно постараться при жизни. К сожалению, пусть и не за свои грехи, но ты уже стала демоном и принадлежишь Нави. Я не могу оставить тебя тут. Иначе ты и дальше будешь убивать людей. Такова уж теперь твоя природа. Но убивать мне тебя не обязательно. Да и не хочу я этого, если уж на то пошло. После изгнания в Навь ты сохранишь свою личность. Останешься сама собой. Просто переместишься в Ад. И вопреки укоренившимся суевериям это вовсе не место бесконечных страданий. Это лишь название государства. Империя демонов, состоящая из множества провинций. Ирий, Хельхейм, Дуат, Аид и так далее. Жизнь там, конечно, не сахар, но это все же не полное забвение.


Как ни странно, лекция подействовала на Анку успокаивающую и Шулер смог продолжить ритуал. Он наклонился и поджег вербу. От разъедающего запаха русалке тут же стало трудно дышать. Анка закашлялась. В ее голову и легкие будто молотком забивали ржавые спицы.


– Знаю, неприятно, мягко говоря. Но тебе придется потерпеть.


Религиозных демонов проще всего изгонять. Ритуал изначально заточен именно под них. С остальными демонами приходится подстраиваться, но основные принципы всегда неизменны. Заточить в круг из пепла рябины. После ослабить. И перейти к самому ритуалу.


– Экзарциамус те, омнис имундус спиритус. Омнис сатаника потестас, – затянув изгоняющую молитву, Анджей принялся поливать девушку святой водой. Сама по себе она не могла повредить русалке, но тут уже была важна Стихия Веры.


За латынью последовал старославянский заговор. Который вновь сменила молитва. Заговор. Молитва. Заговор. С каждым кругом Анка все больше напоминала мираж. Все больше стиралась из Яви. Сначала стало казаться, будто она соткана из легкой дымки. Затем она превратилась в марево, едва заметный силуэт. И наконец, девушка окончательно растворилась в воздухе.


Все. Работа окончена. Анджей неспеша собрал инвентарь и пошел прочь. Вскоре в парке остался лишь один человек. Отец Виктор сидел на скамье, уставившись в экран телефона. Он обреченно наблюдал, как растет количество просмотров под загруженным недавно роликом. А вдалеке слышались приближающиеся полицейские сирены.



Страница с другими частями.

Показать полностью
Отличная работа, все прочитано!