Ukifusa

Ukifusa

Пикабушник
поставил 45340 плюсов и 1104 минуса
отредактировал 21 пост
проголосовал за 34 редактирования
17К рейтинг 297 подписчиков 5847 комментариев 55 постов 5 в горячем

Украине нельзя играть с Англией походу...

На евро 2012 не засчитали гол. Теперь чувак в собственных ногах запутался и за это дали штрафной - гол на ровном месте, как итог.

Да че за фигня каждый раз с этими бриташками?!

Украине нельзя играть с Англией походу... Футбол, Евро 2020, Евро 2012, Украина, Англия, Судейство
2525

Ответ на пост «Всего-то» 

Меня это оскорбляет как автора. Как человека, который тоже пытается создавать истории. Потому что:

1. Если негра вставляют в произведение просто, чтобы в нем был негр, из-за повестки, а не из-за реального авторского виденья - это халтура. А халтура должна порицаться.

2. Это неуважительно. Менять образ персонажа в угоду повестке - это уже неуважительно к автору и фанатам оригинала. Но когда речь идет о реальном историческом персонаже - это все возводится в квадрат. Это просто плевок в лицо.

3. Это противоречит логике, здравому смыслу и объективной реальности. Английская королева, в 16-ом, сука, веке, физически не могла быть черной. Вообще никак. И это очевидно любому.

Да, вся суть работы актера в том, чтобы убедительно притворяться тем, кем он не является. И мне очень нравится, что сжв напрочь забывают об этом, когда запрещают не трансгендерам играть трансгендеров, а не азиатам - озвучивать(!) азиатов, но тут для них все нормально.

Но тем не менее. Есть роли, для которых некоторые актеры априори не подходят, потому что они в принципе не способны убедительно их сыграть. Каким бы потрясающим актером не был Питер Динклэйдж - он не сможет всерьез сыграть игрока НБА. Просто потому, что ни один идиот не поверит в то, что игрок НБА может выглядеть вот так. И точно так же негритянка не может убедительно сыграть Анну Болейн. Потому что никто не поверит, что Анна Болейн могла выглядеть так, и это никакой актерской игрой не исправишь. А значит фильм уже заранее не справляется с главной своей задачей - погрузить зрителя в историю, заставить ее пережить и вынести из нее что-то для себя. Не справляется на самом базовом уровне - убедительности протагониста.

340

Вкратце о Викторианской моде

Когда речь заходит о развитии моды, нужно понимать, что оно циклично. Раз за разом в нем звучит один и тот же мотив: монастырь - умеренность - разврат - умеренность - монастырь - умеренность - разврат - умеренность… И на Викторианскую эпоху пришелся именно монастырь.

Тема это ну очень обширная, так что рассмотрим мы все очень...

Вкратце о Викторианской моде Длиннопост, Познавательно, Викторианская эпоха, Мода, История

Начнем, пожалуй, с мужчин. Потому что с ними проще. Мужикам-то что? Купил свитер, и носишь его либо пока дырку не протрешь, либо пока не сдохнешь. Вот и в 19-ом веке их гардероб особо не менялся, да и был далеко не таким разнообразным, как женский. Брюки, туфли, сорочка, жилет, фрак и галстук или шейный платок. Сверху пальто, на голову цилиндр или появившийся чуть позже котелок. На руки – перчатки, в руки – трость.

И все, естественно, темных монастырских цветов: черного, темно-синего, коричневого или, на крайняк, зеленого. Каплю яркости в образ позволено было внести лишь жилету да галстуку/платку. За целый век мужская одежда менялась лишь в деталях и фасонах. Да что там. До сих пор из употребления вышли разве что головные уборы! Чего не скажешь о милых дамах…

Вкратце о Викторианской моде Длиннопост, Познавательно, Викторианская эпоха, Мода, История

Одно только нижнее белье тех времен сейчас сойдет за полноценный наряд!

Сначала шли панталоны – нательные «штаны» длиной до колен или чуть выше. Забавно, что штанины не были сшиты между собой, так что паховая зона оставалась открытой. О времена, о нравы!

Потом – сорочка, тонкое легкое платье без рукавов или с короткими рукавами, надевавшееся под корсет… Что такое корсет, думаю, все и так знают (шепотом: орудие пыток). Поверх него надевались нижняя юбка и лиф-чехол – предок современных лифчиков. Разница примерно как между кошельком и кошелем.

А поверх всего этого еще и кринолин – здоровенный жесткий каркас, придававший платьям объема, и не снившийся викторианским девушкам в кошмарах только потому, что им уже снились корсеты. Позже его сменил турнюр – та самая подушка на задницу у Джейн из мультика про Тарзана.

Вкратце о Викторианской моде Длиннопост, Познавательно, Викторианская эпоха, Мода, История

Ну и еще был корсаж – часть платья, прикрывавшая бюст, плотно прилегала по фигуре и защищала корсет от верхнего платья. Ах да, верхние платья… О них стоит поговорить отдельно. Ибо было просто дофигище.

Вкратце о Викторианской моде Длиннопост, Познавательно, Викторианская эпоха, Мода, История

Было домашнее или утреннее платье – простого кроя, в котором леди выходили к завтраку и встречались с домашними. Было чайное платье, в котором девушке дозволялось встречаться с близкими и родными за чашечкой чая в малой (куда не было хода посторонним) гостиной. Оно появилось в 70-х годах и стало популярным в 80-х. Главной его особенностью было то, что под него можно было не надевать корсет. И что-то мне подсказывает, что именно это и обусловило его популярность.

Отдельной когортой стояли платья:

- для приемов, в котором гостей принимали;

- для визитов, в котором в гости ходили сами;

- и для прогулок, в котором можно было шариться туда-сюда по улице. Но только пешком! Были отдельные платья для путешествий в экипаже (повышенной комфортабельности) и для верховой езды – «амазонка».

Все они относятся к дневным платьям (то есть одевать их полагалось только в утренние и дневные часы). Друг от друга они отличаются разве что тем, что на улицу полагалось выходить обязательно в шляпке и перчатках. А так… у всех крой чуть сложнее, чем у домашнего, и все крайне скромные – никаких декольте, открытых плеч и коротких рукавов. Но любой приличной девушке всенепременно полагалось иметь хотя бы по одному платью для всех трех озвученных целей, и по одному на хорошую и плохую погоду (и какую-то верхнюю одежду для холодного времени года).

Вкратце о Викторианской моде Длиннопост, Познавательно, Викторианская эпоха, Мода, История

Раз были дневные платья, то логично предположить, что существовало и платье для темного времени суток. И вы абсолютно правы! Вечернее платье – парадный туалет для официальных мероприятий, таких как званый ужин, большой прием, посещение театра и оперы. Вот тут уже наоборот были обязательны декольте и короткие рукава. Так же оно отличалось более сложным кроем, более дорогими тканями и украшениями (всякие там рюшки, бахрома, кружева и прочее). Ну и обязательным довеском к вечернему туалету шли перчатки, драгоценности и, по необходимости, верхняя накидка.

Также имелось особое «бальное платье» = вечернее платье + роскошь х2. Самая торжественная одежда в женском гардеробе.

Ну и еще было придворное платье спецом для посещения королевского двора, отличавшееся длинным шлейфом.

Вкратце о Викторианской моде Длиннопост, Познавательно, Викторианская эпоха, Мода, История

Фух, с гардеробом женским разобрались. Перейдем к его эволюции.

Думаю, все понимают, что начало новой эпохи не выглядит как-то так:

– На троне новая королевская задница! Все срочно переходим к промышленной революции!

– Ура! Я уж думал мой ткацкий станок так и будет ржаветь в сарае!

Вместо этого происходит постепенный переход от старых норм к новым.

И моды это тоже касается, да. Так что первые десятилетия дамский гардероб плавно отходил от эпохи романтизма: сдувались пышные рукава, талия поднималась на нормальную высоту, а слои и слои нижних юбок заменил кринолин (пока что – просто жесткая юбка из конского волоса). И лишь к середине 19-го века он приобрел тот облик, который у всех нас и ассоциируется с Викторианской Англией.

В 50-х годах сразу два явления заметно изменили внешний вид эпохи. Первое – благодаря развитию швейной и текстильной промышленности появились Дома моды и магазины готового платья. Собственно, именно из-за этого мне и пришлось столько времени расписывать вам их разновидности… Хм, кажется, я начинаю ненавидеть Дома моды.

Вторым явлением стал Чарльз Фредерик Уорт – Исаак Ньютон от мира моды. За свою жизнь он совершил аж две революции в индустрии. И первая пришлась как раз на 50-е года – он придумал вшивать в кринолины обручи из стали или китового уса. Такой кринолин был куда удобнее, и именно в таком виде он и вошел в историю.

Вкратце о Викторианской моде Длиннопост, Познавательно, Викторианская эпоха, Мода, История

И платья стали расти как на дрожжах. Очень скоро они увеличились в объеме до каких-то просто невообразимых размеров. Каркасы для них стали столь огромными, что их можно было спутать с основой для танка да Винчи. Под подолом дамы легко и комфортно могли бы разместиться несколько человек и устроить там чаепитие, не будь это недопустимо с точки зрения Викторианской морали.

Кринолины заполонили всё. Их носили буквально все, от королевы до служанки. А потом Уорт придумал турнюр. Хитрый ублюдок. Его новое изобретение быстро выпнуло с пьедестала старое. В то же время, благодаря все продолжающемуся развитию промышленности, платья становились сложнее, тяжелее, обрастали плиссировками, воланами, буфами, бархатом, вышивкой, тесьмой, искусственными цветами, пуговицами, рюшами, складками…

Вкратце о Викторианской моде Длиннопост, Познавательно, Викторианская эпоха, Мода, История

Девушки получили небольшую (9 лет) передышку в период Natural Form. В моду вошли естественные формы, ушло обилие украшений, а турнюры стали необязательными. Лепота!

Впрочем, после этого последовала премьера фильма «Второй турнюр: Месть жопной подушки». Тяжелые платья, обилие украшений на них и, конечно, турнюры - вернулись с новой силой. Девушки застонали, но их никто не спрашивал. Однако, прецедент уже был создан, и к концу столетия дамы таки отказались от любых каркасов под платьями и изобилия всякой всячины на них, перешли к естественным очертаниям фигуры и легкому фасону.

Именно такая мода и сохранялась вплоть до Первой мировой войны, навсегда изменившей лицо Европы…

Вкратце о Викторианской моде Длиннопост, Познавательно, Викторианская эпоха, Мода, История

Больше интересных постов (а также моего творчества) можно найти тут: https://author.today/u/andrey_somov/posts

Показать полностью 9
3370

Ой, дурааак... (с) Конь Юлий

Ой, дурааак... (с) Конь Юлий Xbox, Авито, Скриншот, Комментарии на Пикабу, Фома неверующий, Негатив
Ой, дурааак... (с) Конь Юлий Xbox, Авито, Скриншот, Комментарии на Пикабу, Фома неверующий, Негатив

#comment_199662318
#comment_199727602

Шесть выстрелов

Щелк, щелк – щелкает барабан. Вращается в огрубевших, покрытых заусенцами и пятнами пальцах. Звяк – откатывается в сторону пустая бутылка. Он задел ее ногой, вышагивая от одной облезлой стены к другой. Не заметил в этом полумраке.

Затхлое, пропахшее потом и мочой помещение, из которого давно вынесли всю технику, мебель, ковры, посуду… Все, что стоило хоть сколько-то. Чертовы обои и те ободрали. Свет едва проникал сквозь залитые грязью окна. Стекла в них позеленели и стали похожи на цвет лица обитателя дома.

Мечется, мечется. Мысли в голове – тараканы. Роятся, ползают мерзкой массой и ни одного не поймать. Все сколькие, верткие. Бессвязные.

Дзанг – споткнулся об еще одну бутылку. Лодыжка подвернулась, и он рухнул – двинулся башкой о бетонный пол. Вспыхнула от удара в мозгах лампочка, и тараканы разбежались по углам. Чуть не выронил револьвер. Едва удержал шершавую рукоять. Матерясь, отполз, забился в угол. Сунул ладонь в целый карман – такой у него всего один – нащупал, что искал.

Щелк, щелк – дрожащие пальцы с трудом вставляют патроны в пазы. Раз. Два. Три. Четыре. Пять. Шесть. Клац – встает на место обойма. Шесть патронов, шесть выстрелов, шесть попыток. Шесть моментов, шесть воспоминаний. Шесть новых шансов.

Он шморгает покрасневшим носом, чешет зудящий череп. Думает. Свербит и свербит изнутри. Куда выпустить пулю? С чего начать? Приставляет дуло к виску. Думает, думает. Вспоминает.

Вокруг шум и голоса, крики радости и возмущения. Суд вынес вердикт, компенсация в размере… он прячет лицо в ладонях. Идиот, недоумок, нахрена ты это сделал?! Зачем влез?! Кто тебя просил?! Нет, это лишь следствие. Он смотрит, он слушает. Но не слышит и не видит. Не верит. Девушка глядит прямо перед собой, невозмутимо изливает черные потоки желчи и клеветы… Нет, даже скажи девчонка правду – ни черта это бы не изменило… Нужно смотреть глубже, дальше. Нужна первопричина всего. Шру-у-у – рвется бумага. Он достает документы. Повестка… причинение вреда… тяжкие телесные… Почти, уже близко. Ночь, улица, шум из переулка. Пьяное быдло пристает к поздней красотке. Ничего особенного. Быстро, чтобы не передумать, он подходит к гогочущему зверью. Окликает ублюдка. И с размаху бьет в лицо. Щелчок взведенного курка. Первопричина… разве это истинная первопричина?.. Женское лицо, размытое прошедшими годами, склоняется над ним: «Запомни сынок, мужчина должен защищать слабых. Особенно девушек».

Выстрел. Он никогда не помогал никому.

Офис: стол, кипа бумаг, глючащий комп и дебильный начальник. Метро: толчки, вонь, тряска, толпа людей успешней него. Магазин: хлеб, водка, гречка, на большее денег нет. Дом: счета, срач, счета, кровать, сон. Офис. Метро. Магазин. Дом. Офис, метро, магазин, дом…

Он взводит курок. Дуло все также у виска. С чего это началось? Он забил на работу, взялся за бутылку и просрал карьеру… И уже давно. Почему? Он сидит за кухонным столом. Смотрит на бумаги перед собой и не понимает, что видит. Выжженный взгляд вновь и вновь скользит по единственной строчке: «Заявление о расторжении брака…» Раньше. Из спальни выходит незнакомец, на нем лишь крестик. Дверь открыта, заглядывает в комнату: она голая лежит на постели, раскинув ноги. Пышная грудь тяжело вздымается. На раскрасневшемся лице – удовлетворенная улыбка. Позади что-то кричит любовник… Нет, еще до этого. Пустые холодильник, плита и коробка из-под пиццы. Он устало опускается в кресло: после работы нет сил даже разуться. В кровать, к жене – не хочется. Засыпает прямо тут. Раньше, еще раньше! Была ведь первопричина! Вечерний бриз слегка колышет цветочную арку над головой. Он откидывает фату, любуется мгновение… и вгрызается в мягкие податливые губы. Уже близко, почти. Вечер, звезды, пристань. Он – в смокинге и на одном колене. Она – в вечернем платье и шоке. И в неярком свете фонарей блестит бриллиант.

Выстрел. Он никогда не делал ей предложение.

Мигает тускло лампочка над головой. Проводка ни к черту. Руинами цивилизованности по полу разбросаны пустые бутылки да остатки бич-пакетов. Сегодня удалось стащить в магазине шкалик, хороший день. Если бы еще все так не зудело… Одежда не стирана. Тело не мыто. Чешется… кажется, вши. Это от той псины? Надо будет опять сходить к фонтану. Только быстро, чтобы менты не замели…

Дуло вновь холодит висок. Издает тихий щелчок курок. Куда стрелять? Что пошло не так? Все. Когда пошло не так? Думай. Вспоминай.

Он сидит в баре, смотрит на пустой стакан: только что там была водка. Комкает в кулаке заявление об увольнении. Нет, не то, нужно раньше. Начальник кричит на него, брызжет слюна. Ор отражается от стен, от потолка. Вновь и вновь бьет по ушам и самолюбию. Нет, еще раньше. Коротко трещит телефон. Сообщение от босса, срочно к нему. Что-то с документами… Нет-нет-нет! Нужна первопричина! Глаза слипаются; голова как танк без снарядов; мутит от выпитого вчера. Не замечает опечатки в договоре, что обойдется компании в тысячи долларов… нашел.

Выстрел. Он никогда не совершал этой ошибки.

Он лежит на скрипучем матрасе. Перед глазами потолок, украшенный пятнами раздавленных комаров. Голова словно колокол. И каждое движение отдается чугунным гулом. Распухший язык еле ворочается во рту, его царапают обломанные гнилые зубы. Рука слепо шарит рядом по полу… Есть. Пальцы нежно, ласкающе обхватили стеклянное горлышко. Глоток, глоток, глоток. Жидкий наждак прокатывается по горлу. Хорошо-о…

Дуло к виску, курок взведен.

Его, ужратого в дрова, взашей вышвыривают за дверь. Дальше. Начальник орет, что он опять приперся бухим. Дальше. С трудом разлепляет глаза. Почти вслепую нашаривает бутылку пива, припасенную на опохмел. Глоток, еще… Фух, можно и на работу. Дальше. Имбецильные клиенты, никогда не могут нормально сформулировать задание. Их внятно выражать свои мысли не учили?! К черту. Достает бутылку крепкого, плещет в стакан. Сто грамм и обратно за работу… Дальше. Звенят бокалы, звучат тосты. И плевать, что завтра экзамен. Студент с похмелья вспоминает даже то, чего отродясь не знал! Дальше. Школьная дискотека шумит неподалеку в актовом зале. Они заныкались в туалете. Друг протягивает бутылку с пепси, щедро разбавленной водкой.

Выстрел. Он никогда не притрагивался к алкоголю.

Армани, ролекс, мерседес. Личный кабинет, пентхаус, должность топ-менеджера. Работа, работа и работа с восемнадцати лет. Карьера на высоте, личная жизнь на нуле, девственность в трусах. Сердце шалит, руки дрожат, начальство ворчит. Нервы в жопе, голова в орехоколе, голос сорван так давно, что и не вспомнить уже, когда говорил в последний раз нормально. Вокруг одни дебилы и бесполезные балаболы – без крика ничего не понимают. Устал, задолбало, хочется сдохнуть, когда все кончится?! Нервный срыв, боли в сердце, врач прописывает лекарства.

Не нервничать, не ходить много, не напрягаться, не забывать принимать таблетки… Сплошные запреты или инфаркт. К черту все! Он смотрит на револьвер. К черту! Надо менять. Дуло у виска, два патрона осталось.

Пальцы барабанят по рулю, с губ срывается незамысловатая мелодия. Даже привычная утренняя пробка не испортит ему настроение. Сегодня он получит предложение занять место топ-менеджера. Он это знает. Нет, дальше, намного дальше. Ключи на тумбочку, пальто на вешалку, чемодан на стол. Повышение! Наконец-то! Глубже, глубже. О да! Этот проект станет первой его ступенькой к величию! Еще чуть назад… Он стоит перед зеркалом и поправляет галстук. Сегодня важный день. Он обязан пройти собеседование. Не зря же он столько пахал ради этого.

Выстрел. Он никогда не устраивался на эту работу.

Он забился в угол подвала, в который пробрался через выломанную решетку. Холодно, писец как холодно… Но лучше, чем на улице. Может и не даст дуба сегодня…

Он смотрит на револьвер с последним патроном в своих руках. И с силой отбрасывает его в сторону. Поворачивается к стене, бьет. Не работает! И снова. Ни хрена! И еще раз. Сколько не меняй прошлое! Удар, удар, удар. Сколько ошибок в нем не исправляй! Удар и удар. Все по-прежнему! Плохое меняется на отвратное, а ужасное на паршивое и только! Его жизнь остается дерьмом!

Нет… Нет, надо просто найти первопричину всех его бед… Всех ошибок и страданий… Настоящую первопричину… Да, точно…

Он подходит к отброшенному пистолету. Пытается поднять. Не получается. Смотрит на руку: сквозь окровавленные лохмотья плоти и кожи выглядывают осколки костей. Неловко подбирает револьвер левой. Приставляет дуло к виску, взводит курок.

Уставшей женщине вручают кричащий сверток.

Выстрел. Он никогда не рождался.



Больше моего творчества можно найти тут: https://author.today/u/andrey_somov/works
Еще рекомендую заглянуть сюда: https://vk.com/la_petit_bastille

Показать полностью
48

Вкратце о: Тактика парусных флотов

Готовлюсь я тут, значит, к одному творческому проекту. Не малую роль в нем играют и сражения на парусниках. Так что я решил систематизировать немного информацию, что мне удалось собрать по теме. Надеюсь, вам это тоже будет интересно)

Вкратце о: Тактика парусных флотов Парусник, Флот, Тактика, Военная история, Длиннопост

Еще во времена галер основой и краеугольным камнем морских сражений был абордаж. И при переходе на парусники, поначалу, ничего не поменялось. Прежде всего потому, что артиллерия тогда была еще банально недостаточно развита для иных подходов. Тяжелые пушки обладали слишком малой дальностью пальбы, а те, что полегче – были просто не в состоянии пробить борта вражеских судов. В результате артиллерия в морских боях играла лишь вспомогательную роль.

Соответственно, тактика парусников также не отличалась от оной у галер. К примеру, построение Непобедимой армады – это обычное построение орла для больших флотов:

Вкратце о: Тактика парусных флотов Парусник, Флот, Тактика, Военная история, Длиннопост

В целом же командование флотом осуществлялось лишь на начальных этапах. После старта непосредственно боя – каждое судно действовало на собственное усмотрение. Обычно они разбивались на группы по 3-5 кораблей и шли на сближение. Вариации строя при этом могли быть самыми разными: фронт (ряд), линия (колонна), пеленг (косая колонна), ромб (ну, тут все и так ясно), клин…

Вкратце о: Тактика парусных флотов Парусник, Флот, Тактика, Военная история, Длиннопост

Важную роль в то время отыгрывала тактика «роя», заключавшаяся, по сути, в том, чтобы несколько маленьких судов облепили корабль побольше, с целью заполучить численный перевес здесь и сейчас.

Такие веяния царили на водных просторах весь шестнадцатый век и первую треть семнадцатого. Изменило ситуацию, как можно догадаться, развитие артиллерии. Корабельные пушки наконец-то достигли нужных технических показателей: теперь они били и далеко, и сильно. Это позволило родится на свет линейной тактике. Выглядела она следующим образом: корабли выстраиваются в ряд, повернувшись бортом к противнику, и, двигаясь параллельно вражескому строю, дружно палят из всех орудий.

Вкратце о: Тактика парусных флотов Парусник, Флот, Тактика, Военная история, Длиннопост

Такая тактика позволяла эффективно топить врага плотным прицельным огнем. Но были у нее и два существенных недостатка. Во-первых, такой метод ведения боя требовал куда больших дисциплины и слаженности действий, так как ошибка одного корабля непосредственно влияла на всех следующих за ним. А значит нужен был и соответствующий уровень подготовки моряков, чему явно не способствовал обычай «ставить под ружье» купцов с их частными суднами. Во-вторых, линейный строй был значительно больше ориентирован на оборону, и наступать с ним было затруднительно, ведь, чтобы сблизиться с противником, надо было разомкнуть строй. Более того, для этого идущий первым корабль сначала должен был свернуть в направлении противника, приблизиться на нужное расстояние, и снова лечь на боевой (параллельный противнику) курс.

Вкратце о: Тактика парусных флотов Парусник, Флот, Тактика, Военная история, Длиннопост

И только после последнего действия все тоже самое мог повторить второй корабль. А потом третий и так далее. Процесс это, сами понимаете, очень небыстрый. И на все это время линейная тактика оставалась недееспособной. Потому что и линии-то в это время никакой не было.

Тем не менее, линейный строй успешно царствовал на морях в 17-18 веках. Ответом же ему стала тактика маневренного боя. Суть ее состояла в том, чтобы разрезать вражескую линию, и затем окружить противника и расстрелять со всех сторон. Как это выглядело на практике? Ну, для начала надо знать одну важную деталь о парусниках: у них нет заднего хода. Так что, если в строй вклинивается вражеский корабль, часть суден попадает в эдакую пробку. Они налезают друг на друга, сталкиваются, пытаются обойти своих товарищей, и тем самым ломают свою линию. И в результате оказываются отрезанными от другой части строя, что в это время уплывает все дальше вперед, не в силах остановиться.

Вкратце о: Тактика парусных флотов Парусник, Флот, Тактика, Военная история, Длиннопост

С точки зрения построений, маневренная тактика во многом вернулась к абордажным временам. Опять многие решения отдаются на откуп отдельным суднам. Снова корабли предпочитают действовать небольшими группами. И вновь одного противника стараются бить втроем, окружив его со всех сторон. Только теперь центральное командование сохраняется на протяжении всего боя (спасибо развитой системе сигналов флажками), а мечи абордаж флот сменил на револьверы артиллерию.

Однако, важно понимать, что, для прорезания вражеской линии необходимо выполнение двух условий:

1. Между кораблями в линии должно быть достаточно места, чтобы там сумело протиснуться еще и вражеское судно.

2. Добраться до вражеского строя надо в дееспособном состоянии (спойлер: противник будет всеми силами стараться не допустить этого).

Надо ли говорить, что получалось такое далеко не всегда? Так что маневренная тактика вовсе не была некой убийцей линейного строя. Вовсе нет. Это было классическое для военной истории противостояние копья и щита, атаки и защиты. И ситуация такая продолжалась вплоть до Викторианской эпохи. А точнее, до распространения в этот период пароходов, что вывели маневренную тактику на совершенно новый уровень. Ведь у них был задний ход!

Вкратце о: Тактика парусных флотов Парусник, Флот, Тактика, Военная история, Длиннопост

А кому понравился пост - загляните еще сюда: https://author.today/u/andrey_somov
И сюда: https://vk.com/la_petit_bastille.

Показать полностью 6
291

Инквизиция дезинфекто

– Послушайте! Послушайте! Я не колдун и не еретик! – закричал Антон, как только в замке его камеры загремел ключ. – Я прибыл из будущего, из двадцать первого века!

Дверь распахнулась и в душный каменный мешок с уже мертвым, но пока не осознающим этого человеком, вошел священник. Лицо, кроме пепельно-серых, будто сгоревших, глаз – скрывала маска в виде птичьего клюва. В руках он держал библию.

– Добрый день, меня зовут отец Григорий…

– Богом клянусь, я не вру! – продолжал в ответ на приветствие надрываться Антон.

Кандалы давно стесали кожу на запястьях, желудок уже даже не урчал, а язык распух от сухости и приходилось напрягаться, чтобы говорить хоть сколько-то внятно. Но все это меркло перед жаром предстоящего инквизиторского костра, который он уже спиной чувствовал. И потому Антон все пытался уверить хоть кого-то в своей невиновности:

– Послушайте, я могу это доказать! Я знаю, что случится в будущем! Знаю, когда кончится правление Людвига Девятого, знаю, чем кончится Восьмой крестовый поход! Я не вру, прошу поверьте мне!

– Да-да, я вам верю, – отмахнулся священник.

Антон замолчал и с подозрением посмотрел на собеседника. Теперь уже он страшился поверить:

– Правда? Верите?

– Разумеется, – кивнул отец Григорий. – Уж не думаете ли вы, что вы первый пришелец из будущего, которого мы встретили? Вовсе нет. Мы превосходно умеем определять вас.

– Значит… меня не сожгут?

– Сожгут, конечно.

– Но почему?!

– Видите ли… Я не имею ни малейшего понятия, какой кошмар произошел в будущем, из которого вы прибыли. Откровенно говоря, я и не хочу этого знать. Мне так спокойнее. Но вы все – воплощенные моровые поветрия. Каждым своим шагом, касанием, вздохом – вы несете целый сонм болезней. Болезней, от которых у нас нет спасения… Полагаю, закономерно, что чернь вас ведьмами да колдунами именует.

Антон ошеломленно молчал. До него начало доходить…

– Вот и выходит, что единственный надежный способ уберечься от вас – костер. А теперь, с вашего позволения, я сделаю то, зачем пришел: приму вашу исповедь.

Показать полностью
20

Когда воют волки

Ржавые стенки дрожали вместе с Шегги. Перестуку его зубов эхом вторило дребезжание челюстей Скуби. Глубоко вдохнув, он решился. Продравшись сквозь смолянистый воздух, парень приподнял голову. Едва-едва. Лишь чтобы немного выглянуть за край бочонка, в котором они спрятались.

Велма ползала на четвереньках по бетонному полу прямо перед их ненадёжным убежищем. К ничего вокруг незамечающей девушке приближался Торквемада. Его шаги скрывала длинная ряса и казалось, что полупрозрачная фигура просто скользила над полом. Хотя, возможно, так оно и было. Призрак все-таки. Через проплешины обугленных одеяний инквизитора виднелась обожжённая плоть – чёрную корку смертельных ожогов взрезали трещины. Они сочились багровым светом. Будто его тело было вратами в Преисподнюю. Хотя, возможно, так оно и было. Массовый убийца все-таки.

Торквемада приближался. Лохматые ленты огня обвивали его предплечья. Стекали в ладони. Свивались пылающими ежами. Но на пути призрака оказалась Дафна.

– Грешница!

Комета сорвалась с пальцев инквизитора. Пронеслась над плечом девушки и врезалась в стену рядом с головой Шегги. Шипастая лапа ужаса тут же вжала того обратно вглубь бочонка под испуганный вопль Скуби.

Дафна двигалась столь скупо. Будто и не пыталась уворачиваться. Но раз за разом фейерверки, щедро рассыпаемые Торквемадой, пролетали мимо. Вспышки жара – лишь указания. Не угроза. На лице девушки застыло равнодушие. В противовес ножи в ее руках мелькали с невероятной скоростью.

Шаг, шаг, выпад. Шаг, шаг, выпад. Изящная красавица вышагивала перед разъярённым призраком, как на подиуме. То и дело замирала в разных позах, стремительно разя противника. Шаг, выпад, уворот. Шаг, шаг, выпад, выпад. Уворот, шаг назад. Клинки и следа не оставляли на Торквемаде, но боль от серебра удерживала того на расстоянии.

– Грешница!!!

Вопль заглушил даже рев пламенного савана, что окружил призрака и заставил Дафну отскочить назад.

– Да как ты смеешь, грешница?! – вновь закричал Торквемада, когда огненная кисея спала. Мёртвый инквизитор наставил свой обвиняющий перст на рыжую девушку: – Я вижу все твои грехи! Я вижу их! Головы! Десятки голов в твоем подвале! Отрезанные и высушенные! Ты будешь гореть в аду за то, что совершила!

– Да-да, я в курсе, – Дафна отряхнула от копоти облегающую фиолетовую кофту. – Мы как раз зарабатываем себе на индульгенцию.

– И я туда тебя отправ… Мы? – Торквемада недоуменно склонил голову к плечу.

– Велма – ведьма, – Дафна указала большим пальцем себе за спину.

– Не ведьма, а доктор оккультных наук, – поправила ее пухлая брюнетка, поднимаясь с колен и поправляя красную юбку. Она как раз закончила чертить пентаграмму: –בכוח האור, בכוחו של הרעש - אני מעלה בכם קסמים! עצורואל תזוז!

Щелчок пальцев. И скорее с шелестом, чем со звоном из центра построения вырвались цепи, сотканные из света и шума. Они оплели призрака – одна предусмотрительно заткнула рот болтливому мертвецу – и втянули в центр печати.

– Фредерик, твой выход! – окликнула священника Велма.

Юноша в белой рубашке и отвратительно-оранжевом аскотском галстуке вышел из теней, что чернильной кляксой скопились за углом. В руках он держал библию. Быстрым шагом Фред подошел к границе пентаграммы.

– А Шегги?..

– В бочонке, – ткнула наманикюренным пальчиком в шатающееся убежище Дафна. – Скуби с ним.

– Хорошо, мне спокойней, когда эта парочка боится… – облегченно выдохнул Фред. После чего раскрыл Писание и затянул молитву изгнания: – Exorcizamus te, omnis immundus spiritus…

– Итак, мистер Барбэра, вы хорошо помните, что именно вам нужно сказать? – уточнил Фред у лысоватого мужчины с острым носом, одетого в обугленную рясу.

Тот уверено закивал. Будучи осуждённым преступником, он только рад был публично взять на себя вину непонятно в чем и наговорить всякой белиберды на камеру, лишь бы скостить себе срок.

Фред похлопал мужчину по плечу и открыл дверь. В помещение тут же с гулом влетел рой вспышек и щелчков фотокамер. Приветственно махая рукой, священник вывел мистера Барберу на улицу. Остальная часть «Корпорации Тайн» осталась внутри старого склада, откуда они и изгнали недавно призрака.

– Из Ватикана больше не поступало приказаний? – уточнила Дафна закуривая.

Шегги посмотрел на жуткий багровый глаз, зажёгшийся на кончике сигареты. Он разгорелся ярче, когда девушка затянулась. Потух… Разгорелся… Потух… Будто пульсирующее огненное сердце. Шегги представил, как оно срывается вниз. Падает на его зелёную футболку. Как пламя разгорается и охватывает его полностью… И передвинулся поближе к Велме.

– Нет, – поправила очки девушка. – Этот был последним в их списке.

– … Он использовал прожекторы и пиротехнику, чтобы создать иллюзию призрака инквизитора, – донёсся с улицы голос дающего интервью Фреда. – Таким образом он хотел сбить цену на недвижимость.

– И у меня бы всё получилось, если бы не эти назойливые детишки!

– И почему он всегда заставляет их говорить эту дурацкую фразу? – вздохнула Велма.

– Он католик с паршивым чувством юмора. Чего ещё ты от него ждёшь? – пожала плечами Дафна. – Ладно, пошли. Подождём его в кафе…

Трава, земля, весь лес – стелился под Его лапами. Шелест крыльев, перестук коготков, мелькающие мимо деревья, кусты, ароматы – Он слышал, Он видел, Он чувствовал всё вокруг. Ничто не могло укрыться от Него. И ничто не могло остановить. Проще реку повернуть вспять.

Запах. Вкусный, яркий, сочный. Манящий. Он резко свернул – взметнулась вверх листва. Перепрыгнул овраг. Такой мелкий… Почему этот олень не может выбраться? Рогатому повезло. Его ждала другая добыча, а этот пусть пока живет. Все равно весь лес – Его угодья.

Впереди свечение. Мягкое и голубое. Сквозь него виднеется пещера, какие делают люди. Посреди неё стоял человек. Лысый… слишком лысый даже для двуногого. На нём был балахон – всплыло в голове слово – грубый, коричневый. А вот и Его жертва...

В руках добыча сжимала окровавленный кинжал, от которого и исходил тот приятный запах. Прыжок. Жертва пытается что-то сказать. Взмах когтей. И стены подвала заливает кровь. За спиной гаснет сияние…

Дафна задумчиво смотрела на Шегги и Скуби, приканчивавших на пару уже десятый тройной сэндвич, прерываясь лишь на опустошение очередного шейка. На столе выстроились уже целый легион пустых бокалов и настоящий монумент из вылизанных начисто тарелок. Хорошо, что Ватикан полностью оплачивал излишества своего спецотряда. Чревоугодие, конечно, грех, но явно меньший из тех, что были на счету «Корпорации Тайн».

– Говорят, если съешь сердце дракона – обретешь его силу, – медленно проговорила девушка, ковыряя вилкой свой салат. – Интересно, если съем сердце Шегги – я смогу так же жрать и не толстеть?

– Не думаю, – Велма отпила своего молочного коктейля и продолжила: – Хотя попробовать можно. От него всё равно не убудет, да Шегги?

– Не рекомендую, – еле выговорил тот, пережевывая сэндвич. – Не толстеть это, конечно, здорово. Но вот вечный голод – жуть.

«Не думай о том, как подавишься и задохнешься, – параллельно с этим твердил он себе. – Не думай о том, как подавишься и задохнешься…»

– Жу-уть, – подтвердил его слова Скуби.

– О, а вот и Фредди. Эй, Фредди! Мы тут! – помахала Дафна.

Священник только что вошел и сейчас оглядывался в поисках их компании. Заметив приветственный жест, он направился к их столику. Прямо и целеустремлённо. Лишь на миг задержался – попросил у официантки воды.

– Фух, битый час болтал без умолку, – уже через минуту вытирал губы Фред. – Горло – что Сахара. Ладно, закругляйтесь тут. Ватикан новое задание прислал. Тут недалеко, так что поедем на фургоне.

Стены давили. Душили. Будто стальной удав, что медленно, с каждым часом по чу-чуть, все сильнее сжимает свои дробящие объятия. Шегги казалось, будто он попал под оползень. Он почти слышал треск собственных костей. Воздух стремительно иссякал. И оставалось лишь гадать, что случится раньше: он задохнется или все же будет раздавлен?

– Долго еще?! – не выдержал он.

– Парни, мы всего полчаса едем! – откликнулся Фред с водительского сиденья. – Еще час остался. Потерпите!

– А можно нам хотя бы «Скуби-печенье»?

– Извините ребята, но вы пока не заслужили, – покачала головой Велма.

Кровь расплавленным металлом стекала по подбородку. Аромат же её плескался в комнате, как вода в озере. Когти и зубы сводил зуд – он не насытился. Его нельзя было насытить. Ему всегда нужно было больше. Больше смерти.

По ушам ударило эхо чудовищно громких хлопков, что раздались позади него. Что-то вгрызлось в спину. Пули. Знак того, где находятся Его следующие жертвы.

Разворот. Трое мужчин в синей одежде стоят у входа в помещение. В руках они сжимали странные металлические коряги. Пистолеты. Эти люди уже были мертвы. Нужно было лишь донести это до них.

Прыжок. Удар лапой – первый отлетает сломанной веткой. Взмах когтей – второй падает с разорванным горлом. Разворот – голова третьего, вжатая в стену, брызжет раздавленной ягодой. Судьба настигла их даже быстрее, чем зажили раны на Его спине.

Больше. Ему нужно больше смерти! Он настороженно замер. Принюхался. Одним махом пересек комнату и выпрыгнул в окно. Осколки стекла рассекли кожу, но плоть сомкнулась обратно прежде, чем Его лапы коснулись асфальта.

Он приземлился прямо перед альяпистым фургоном, рядом с которым стояли напряженные люди. А из самого фургона доносился странный запах. Пугающе знакомый и в тоже время знакомо пугающий. Он недоумённо рыкнул… Стремительно развернулся и бросился прочь… Стена, крыша, вторая и дальше – дальше в сторону леса.

– Ве-елма, – донесся из машины дребезжащий голос Шегги. – Можно нам «Скуби-печенья»? Пожалуйста, нам страшно!

– Очень-очень стр-рашно! – тут же поддакнул Скуби-ду.

– Пока что в этом нет нужды… – ответила девушка, поправив очки.

Она внимательно и задумчиво смотрела на карниз, за которым только что скрылся монстр, из-за которого их, очевидно, сюда и позвали.

– Хм… Хм-м… Хм-хм-хм…

Велма внимательно осматривала, ощупывала, кажется, даже обнюхивала и разве что не облизывала арку письмён, нанесенных на стену кровью. Именно тут впервые обнаружили следы того монстра.

– Ну, что скажешь? – поинтересовался Фред.

– Это определённо енохианское построение многомировой интерпретации Эверетта, якорем гильбертового пространства которого через квантовую запутанность служило число Макондо теургиста. Построение было ориентированно на веве виш-хаурва, но привязка Ба сорвалась прежде, чем был завершен обряд шикигами.

– Так я и думал, – кивнул Фред.

– Да, я тоже предполагала нечто подобное, – задумчиво покрутила прядь волос Дафна. – Но, по-моему, Шегги и Скуби не совсем тебя поняли. Не могла бы ты вкратце объяснить им чуть более простыми формулировками?

– Да ладно, всё же просто, – ответил Шегги. – Колдун Эверетт создал мост между этим местом и Р’льехом, чтобы вытащить сюда глубинных монстров.

– Все пр-росто, – подтвердил Скуби.

– Ух ты, ребята! Вы и вправду всё верно поняли! – восхитилась Дафна.

– Так держать, – хлопнул парня по плечу Фред. – Ты растёшь прямо на глазах!

– Э-э-э… Вообще-то всё не так… – растерянно протянула Велма. – Тот лысый жмурик в балахоне пытался призвать себе на службу собаковидное чудовище из другого времени, но монстр убил этого оккультиста раньше, чем тот успел привязать его к себе.

– Ага, понятно. Пойду готовить винтовку с транквилизатором… – священник направился на выход.

– Не поможет, – просто заметил Шегги. – Любой транквилизатор против него будет бессилен. Сработает разве что «токсин страха», но его у нас нет.

– О чём ты? – повернулся к нему Фред.

И он, и Дафна с Велмой – все внимательно смотрели на необычайно собранного и серьезного юношу. Тот лишь пожал плечами:

– Раз этот монстр из другого времени, то всё становится ясно. Скуб узнал запах, – он широко раздул ноздри, втягивая воздух, и Шегги… Скуби подтвердил: – Да, опр-ределенно узнал.

Парень тряхнул лохматой башкой и продолжил:

– Это я из прошлого. До того, как у меня появился Скуби-Ду. До того, как вы нашли меня. Дикий и необузданный. Жаждущий лишь убивать.

– Тогда у нас большие проблемы… – устало вздохнул Фред.

– Подождите, – вмешалась Дафна. – Раз это Шегги из прошлого, то если мы ему навредим – наш Шегги…

– Нет-нет, – замотала головой Велма. – Грубо говоря, он не совсем из прошлого. Он из параллельной реальности, где время течет медленнее, чем у нас. Проще говоря: чтобы мы с ним не сотворили, на наших парнях это никак не отразится.

– Уже хорошо.

– Ну что, Фреддерик, каков план?

– Эй Шегги, – окликнул парня священник, когда они уже направлялись к фургону.

– Да?

– Вы как? Готовы?

– Не-а, – помотал головой тот. – Вообще ни разу не готовы.

– Ну, боюсь выбора у вас всё равно нет. Мы, конечно, сначала попробуем справится сами, но, если это действительно ты… Сам понимаешь. Без вас шансов у нас маловато.

Шегги лишь послушно кивнул.

Ш-шорх… Пронеслась волна по некогда пышным, но теперь обзаведшимся залысинами кронам. Ш-шрох… Гонимая ветром рябь на цыпочках пробежала по опавшей листве.

В это время года лес напоминает песочные часы. Бесчисленные золотые и багряные песчинки ме-едленно просачиваются вниз. Отсчитывают последние мгновения утекающих тепла и жизни… Взамен обнажая сюрреалистичные скелеты, которые раньше скрывали, подобно качественному макияжу.

Сейчас эти деревья, словно больные витилиго, костяной короной окружали небольшую поляну. За одним из особо толстых стволов притаилась Дафна. Она в очередной раз обвела взглядом рванную изгородь деревьев. Где-то за ними притаились и Велма с Фредди. А ещё дальше, в глубине безмолвной ненасытной чащи – был Он. Девушка сомневалась, что монстр умудрится не заметить их. В своих-то владениях. Оставалось лишь надеется, что приманка заинтересует его больше.

Дафна слегка настороженно скосила взгляд на бормочущего Шегги, забившегося в щель меж двух здоровенных валунов на самой границе круга. Его лицо походило на колышущуюся вуаль – постоянно менялось. Слегка. Еле заметно. То обеспокоенные морщины взрежут лоб, то натянется кожа на скулах, то обнажатся в оскале зубы, то подожмутся губы.

«Со Скуби общается…» – почти отстранённо констатировала девушка.

За столько лет она привыкла к звериному началу Шегги. И даже обычно воспринимала его как реально человека… пса… как реальное разумное существо. Но в такие моменты по ее плечам маршировали мурашки. Да, до сих пор. От одного взгляда на этот хоровод сменяющих друг друга личностей становилось неуютно… Это напоминало с какими психами ей приходится работать.

Дафна перевела взгляд на приманку. Горка «Скуби-печенья» высилась посреди преющей листвы. По коже девушки пробежал озноб. Она покрепче сжала рукояти кинжалов. Их серебряные лезвия маслянисто поблескивали ядом аконита. Это должно было ослабить Зверя и замедлить его исцеление…

Смазанная тень выпорхнула из-за деревьев. Замерла возле лакомства. Смутные очертания сменились гротескной внешностью. Вытянутое, тощее человеческое тело, покрытое короткой бурой шерстью. Непропорционально длинные руки, оканчивающиеся чудовищными обсидиановыми когтями. Повисший парализованной змеей хвост. И голова немецкого дога на тонкой шее.

Щелчок пальцев. И с тихим стремительным шелестом из-под листвы вырвались сотканные из света и шума цепи. Дафна бросилась к скованному чудовищу. Шаг, шаг, выпад. Выпад, выпад, выпа… ШВАРХ. Оковы разлетелись бессильным криком. Монстр перехватил ее руку. И девушка уже приготовилась услышать треск своих костей…

БАМ – выстрел дробовика отбросил руку Зверя. БАМ-БАМ – тут же последовал серебряный дуплет в грудь, заставивший чудище отступить. Дафна отскочила назад и благодарно кивнула Фреду, уже готовившемуся выстрелить в четвёртый раз…

Монстр мгновенно оказался перед священником. Тот прикрылся помповиком. Удар! Оружие разлетелось на части, а Фреда отшвырнуло в сторону. Зверь повернулся к рыжей.

–בכוח האור, בכוחו של הרעש - אני מעלה בכם קסמים! עצורואל תזוז! , – вышла из-за деревьев Велма.

Шесть багровых молний сорвались с ее пальцев. На мгновение они обездвижили чудище. Дафна метнула кинжалы. Монстр взвыл, ухватившись за рукояти клинков, что выросли на месте его глаз. А девушка уже достала следующую пару ножей.

– Шегги! – Велма шепотом окликнула забившегося в убежище парня. – Держи!

Ведьма протянула ему «Скуби-печенье». Кивнув, Шегги схватил и одним махом проглотил «лакомство». Хрустнула оболочка. Горькая начинка залила рот. И тут же впиталась в изголодавшийся организм. Нейтрализатор понесся по венам, блокируя «токсин страха», что кипел в крови Шегги.

Судорга прошила тощее тело. Бурая щетина прочнее стали покрыла его с ног до головы. Выпали зубы и ногти. А на их месте выросли когти и клыки, способные рвать даже титан. Натянулась кожа, лопнула одежда под напором бугрящихся мышц, что были мощнее танка.

Зверя смело в сторону, когда Дафна уже успела распрощаться с жизнью.

«Любит же Вселенная меня обламывать…»

Девушка посмотрела на двух монстров, застывших друг напротив друга. Они были почти одинаковы. Только один – заметно крупнее и сильнее. А еще явно опытнее. Десятки схваток с ужасающими чудовищами оставили на его шкуре немало шрамов.

Две тени молча слились в едином вихре разрушения. То тут, то там на поляне в щепки разлетались деревья, а неразличимые туши пропахивали землю. Секунда. Другая. И более крупный монстр подмял под себя второго. Во все стороны полетели окровавленные куски плоти.

Перед Дафной приземлилась рука. Осыпалась шерсть. Выпали когти. И звериная лапа обернулась подростковым предплечьем. Мокрым ошметком рядом с Велмой упало сердце, которое будто усыхало с каждым судорожным ударом.

Вдруг на поляну рухнула тишина. Шегги откатился в сторону и десятком мучительных судорог вернул себе людское обличье. А Зверь хоть и остался в своей прежней форме – лежал без сознания. Скорее даже в коме…

– Ты как?

От внезапного вопроса Шегги подпрыгнул выше головы Фреда, незаметно подошедшего.

– Прости, – поморщился священник. Когда нейтрализатор переставал действовать – «токсин страха» ощущался куда острее. – Не хотел.

– Я нормально… – облегченно выдохнул парень. – Просто думал о том, что ошибся насчет этого меня.

Фрэд посмотрел на Зверя, закованного в слои зачарованного серебра:

– В каком смысле?

– Он старше, чем я думал. И у него уже был Скуб. Но в том мире… Почему-то вы его там не нашли. Или нашли слишком поздно. Шегги и Скуби-Ду слились в нем в… Скрэппи-Ду? Он уже не сможет стать человеком…

– Понятно. Ну, думаю нам придется найти способ убить его…

– Не нужно! – вскинулся Шегги. – «Токсин страха» подействует на него. Не так, как на меня… Но он слишком полезен. Мы со Скуби сможем контролировать его. Мы… Мы задавим его авторитетом. Научим его вести себя более… по-человечески.

– Уверены, что вы сможете?

– Да… Да, мы увер-рены.

Пауза повисла между ними свинцовой цепью. Шегги попытался найти еще какие-то аргументы. Даже открыл было рот, но тут же понял, что они со Скубом никак не смогут переубедить Фреда.

– Ладно, – наконец-то кивнул священник. – Я поговорю с Ватиканом. А пока что нужно подготовить отмазку для прессы…

Показать полностью

Машины и механизмы

За спиной схлопнулся портал. Они успели в срок. Она – родить. Он – добраться до роддома. Все шло как надо. Теперь все реже происходили отклонения от Графика. Природа все больше уподоблялась людям в подчинении Стальному Отцу. Случайные отклонения искоренялись рекордными темпами.

Маркус шел сквозь хаотично выглядевший порядок толпы. Люди, петляя, двигались сразу во все стороны, не сталкиваясь благодаря идеально согласованным маршрутам.

Он вошел в больницу. Подошел к лифту в нужный момент. Тот как раз спустился с верхних этажей. С тихим шипением раздвинулись двери. Шаг вперед. Задрожал пол. Остановка. С тихим шипением раздвинулись двери.

Маркус прошел к двери нужной палаты. Зашел. Нина полусидела в постели. В руках она держала сверток – Евангелину. Такое имя выбрал их дочери Стальной Отец.

Маркус подошел ближе. Младенец ворочался и все время тянул куда-то ручонки. Столько лишних движений. Так примитивно. Не страшно. Нужно потерпеть всего год. Потом Евангелине имплантируют механическую душу и она станет полноценным человеком. Все идет как надо.



P. S. Больше моего творчества можно найти тут.

12

Чародей по вызову или Дело о живом пожаре (окончание)

НачалоСередина;


Анджей терпеть не мог больничный запах. По иронии, именно так пах кадук, демон болезней. А о той встрече чародей крайне не любил вспоминать. К несчастью, на следующий после злополучной погони день ему все же пришлось припереться в госпиталь. Чтобы навестить Дариуша

Бледные проспиртованные, продезинфицированные коридоры лабиринтом минотавра сплетались вокруг. Повороты оборачивались тупиками. Лестницы сбегали стоило отвести взгляд. И все же он нашел нужную палату. С трудом и матом, но нашел.

Он только подошел, когда белоснежная дверь распахнулась, выпуская медсестру. Девушка внимательно посмотрела на Анджея и спросила:

– К Щенятову?

– Ага.

– Не напрягайте его. Ему еще к операции готовиться.

Чародей посмотрел медсестре вслед так, будто увидел зомби-единорога, бухающего с зомби-деревом. То есть – что-то очень странное и стремное одновременно.

– Какая еще операция?! – ворвался в палату Шулер. – Ты это называешь «немного потрепала»?!

За спиной громко хлопнула дверь. Дариуш, развалившийся на просторной кровати – разумеется облачных оттенков, как и все тут – застыл, недонеся персик до рта.

– Ну это… – протянул растеряно инквизитор. – Я просто не хотел волновать тебя. У Инквизиции просто протрясающий страховой полис. Уже завтра мне заменят коленный сустав, а через неделю и вовсе друиды проведут Обряд Восстановления и буду как новенький.

Услуги савантов Жизни стоили даже больше, чем волшебников. Так что полис был действительно потрясающий.

Анджей опустился на табуретку радом с постелью. Поставил кулек с кактусовым мороженным на прикроватную тумбочку, что полнилась фруктами всех мастей. Туда же пристроил пакет кактусового сока. Даруиш тут же схватил зеленый рожок, продолжая разглагольствовать:

– Я бы и сам со временем поправился, конечно. Спасибо маминым генам. Ну чего ты такой хмурый?

– Да просто думаю тут… – ответил насупившийся чародей. – Смогу ли я после твоей операции говорить, что, формально, мой лучший друг – киборг?

– Да пошел ты! – рассмеялся инквизитор. – Лучше расскажи, что там нового у тебя?

– Ну как тебе сказать… Целый лес ниточек ведет к Казимиру Монастырскому. Автору той злосчастной статьи. Но есть проблема. У него просто не может быть необходимых знаний и умений.

– То есть, у нас ничего нет?

– Хм-м… Ищейки проверили церковь-капище?

– Да. Остатки ауры будимира они уловили. Но ни каких следов построения для призыва. Или хоть чего-то полезного.

– Тогда ничего.

– Шикарно. Просто шикарно, – вошел в палату Вельфегор. – Дариуш, напомни, за каким ангелом мы вообще наняли его?

– Тебя доставать, Паттинсон, – чародей продемонстрировал вампиру оттопыренный средний палец.

– Завязывайте с перепалками, – поморщился инквизитор. – Вельфегор, а ты-то зачем пришел?

– Ты ж сам просил принести планшет со всей инфой по делу, – похлопал по рюкзаку бескуд. – Я еще и прожектор портативный захватил. На всякий.

– Молодец. Установи все и включи карту пожаров.

– Окей, а за каким ангелом тебе карта? Ты и так на нее в офисе все время пялился.

– Для медитации. Есть идеи получше? Ну тогда не выделывайся и делай, что говорю.

Уже через несколько минут на стене палаты распахнулось окно с видом на Варшаву с высоты птичьего полета. Вельфегор поправил еще немного прожектор и отошел в противоположный конец комнаты.

– Хм… А может логичнее сразу включить карту, где помечены объекты Инквизиции? – спросил Анджей.

Дариуш помолчал немного, обдумывая предложение, а потом вздохнул:

– Вельфегор потом дашь ему на подпись подписку о неразглашении задним числом.

– Как скажешь.

– А ты, – посмотрел он на друга, – учти, что, если нарушишь ее – я не смогу тебя отмазать от срока за разглашение гостайны.

– Э-э-э… А может тогда…

– Поздно, – инквизитор переключил слайд и на карте зажглись новые обозначения.

– Ну? – спросил Дариуш через минут десять молчаливого разглядывания стены. – Есть у кого-то какие-то соображения?

– Возможно… – Анджей поднялся с табурета и подошел поближе к карте. – Если убрать эти две точки…

Чародей выбежал из палаты.

– Какого?! Вельфегор, давай за этим психом!


Анджей вылетел на улицу и быстро пошагал к перекрестку. Остановился на светофоре. Огляделся.

«Энергодол должен проходить где-то здесь…» – чародей прикрыл глаза и прислушался к чутью.

Ауры толп людей плыли мимо. Повсюду чувствовались отголоски квиттеров. Наконец он нашел нечто, что ощущалось, как свежий ожог на коже.

Он двинулся в сторону этого противоестественного шрама на инфотеле города. Подошел к уличному фонарю. Внимательно осмотрел, ища метку. Сел на корточки и провел рукой по гладкому холодному металлу. Есть!

На столбе кто-то нацарапал символ веве. Анджей подбежал к следующему светильнику. Там нашелся тот же знак на том же месте. Удовлетворенно улыбнулся и повернулся в сторону больницы. И столкнулся с вопросительным взглядом вампира.

– Пошли, – махнул ему рукой чародей – в палате все объясню.


– И снова здравствуй. Куда ты так рванул? – подал голос Дариуш, стоило им зайти в палату.

– Гипотезу проверял.

– И как?

– Смотри сюда, – Анджей подошел к карте. – Если убрать вот эти два места нападения, – последовали два иллюстрирующих слова тычка в стену. – Получим базовый круг призыва. Такие обычно используются для призыва «духов» и мелких «бесов».

– Больше похоже на треугольник, – заметил Вельфегор.

– Это просто название. И если наложить картинку на карту теллурических потоков магии – его происхождение станет более понятным. Ну да не суть. Я нашел веве, нацарапанные на столбах по линии энэргодолов, что должны, по идее, соединять Узлы построения. Которыми, очевидно, и являются места нападений будимира.

– А что насчет «лишних» пожаров? – спросил бескуд. – Разве для чернокнижной печати не важны все детали?

– Они не имеют значения, пока не пересекаются с построением или с потоками. Видимо, они нужны для отвода глаз.

– Допустим, – кивнул Дариуш. – Но наш оккультист что, затеял это все ради призыва беса?!

– Ключевое слово было «обычно», – задумчиво ответил чародей, проводя несложные расчеты в голове. – Учитывая количество смертей и разрушений, причиненных будимиром на местах Узлов, когда построение завершат резонанс будет… просто чудовищным. Говорю вам, такой хреновиной можно даже «архидьявола» в Явь выдернуть. И учитывая какой веве был использован, я даже могу сказать пришествие кого именно планируется. Молоха.

Дариуш побледнел до состояния трупа. Даже Вельфегор невольно поежился. Да у Анджея самого по спине легион мурашек промаршировал. «Архидьяволы» – создания совершенно иного порядка, которых еще называют названными демонами. Из-за того, что каждый из них уникален и их имена одновременно являются и видами.

«Архидьявол» настолько же опасней «дьявола», насколько тот – «беса». Конкретно Молох был с шестого круга и мог устроить в Варшаве локальный Армагеддон. Вторых Кабат город не переживет…

– Ты можешь определить сколько Узлов ему еще осталось? – резко спросил Дариуш. – И где они будут?

Анджей сделал шаг назад, чтобы еще раз рассмотреть все построение целиком:

– Ну, чем проще построение, тем меньше в нем возможных отклонений и переменных. Так что тут это вполне возможно. Окей, эти два пожара для отвода глаз… Лаборатория Гильдии и «Хрустальный дворец»/моя кваритира… – по привычке рассуждал он в слух, проводя в голове расчеты. – Если бы не они – у него было бы куда больше вариантов. И после «Неистового гона» он должен быть уверен, что мы дышим ему в спину… Здесь.

Палец чародея уперся в стену на месте какого-то жилого дома. Значок Инквизиции или Гильдии на нем отсутствовал.

– Если он хочет закончить все одним ударом, то он должен сделать это здесь. Более того, построение уже почти закончено. Эта машина Голдберга вот-вот заработает и ему нужно замкнуть круг до того, как симпатическая волна докатится до последнего Узла. Дариуш, насколько сильно птичке досталось от тебя?

– К сожалению, не особо, но все же я ее потрепал.

– Значит завтра. Он сделает это завтра на закате, иначе построение разрушится.

Кивнув, Дариуш тут же взялся за звонки.

– То есть, столько объектов Инквизиции попало под удар… Случайно?

– Видимо да, – пожал плечами Анджей.

Чародей повернулся боком и достал телефон. Беззвучно, украдкой запечатлела карту камера гаджета. На всякий случай. Пригодится.

– Хорошо, – положил телефон Дариуш на простыню рядом с собой. – Штурмовой Отдел будет готов.

– Отличненько, – кивнул Шулер, – когда мне?..

– Ты не участвуешь, – отрезал инквизитор. – Не твой калибр.

– Да хрена с два! Этот выродок разрушил мой дом! Ранил Императора! Убил Кингу!

– Волкодавы разберутся с будимиром и поймают оккультиста. Ты сделал свою часть работы, так что оставь нам нашу. Это не обсуждается. И я тебя запру, мать твою, в камере, если понадобится, но просто так подохнуть не дам.

Анджей молча вышел из палаты

.

***

Дробящимся эхом топот тяжелых ботинок разносился по гулким и пустым коридорам. Еле слышно бряцало плотно подогнанное обмундирование. Чуть громче клацали по бетонному полу металлические когти.


***

«Холера, ну наконец-то!» – чародей устало поставил сумки на пол.

Перетащить весь инвентарь – это оказалось далеко не самой простой задачей. Вроде бы и ничего тяжелого там не было, а все вместе вес давало приличный. Еще и император не хило так давил на плечо. Ну да ладно. Осталось только разложить вещи. Потом дождаться, когда можно будет забрать шкаф. Нанять грузчиков для его перевозки. Или напрячь Дариуша. И переезд будет успешно завершен.

По иронии судьбы – новый дом находился рядом с парком, где Анджей изгонял русалку. По соседству с костелом, которым ранее заведовал «Отец Виктор». Собственно, из-за того случая хозяин квартиры и предложил ему неплохую скидку. Квартира, правда, находилась далеко от центра. Зато она была куда больше и роскошнее предыдущей. А по деньгам выходило столько же. Прелестно.

– Ну-ка, что скажешь? – чародей снял кота с плеча и поставил на пол.

Император задумчиво принюхался. Величественным шагом обошел озеро белого кафеля на кухне. Внимательно осмотрел горные хребты мраморной столешницы с электроплитой. Оценил улей шкафчиков. Задумчиво склонил голову возле крупного круглого плато обеденного стола и одобрительно кивнул на внушительную башню холодильника. Прошелся на утес балкона и обратно. Поочередно проверил анклавы ванной и трех спален. Вернулся к Анджею. Уселся перед ним и вынес вердикт:

– Нравится! Хочу!

– Тогда радуйся, – усмехнулся чародей. – Теперь это наш дом.

Довольный котяра вновь пошел осматривать квартиру. Но на этот раз куда более тщательно. Еще бы. Ему предстояло сделать крайне важный выбор. Нужно было определиться с новым любимым местом.

Анджей вошел в заранее облюбованную спальню. Еще раз осмотрелся. Куда просторнее его предыдущего жилища. Слева протянулся внушительных размеров стенной шкаф. Наконец-то можно будет хранить вещи не в чемодане. Ну, когда они снова появятся, конечно.

Справа – одноместная железная кровать и лакированный комод. Простенькие стул и стол по центру. И непривычно много свободного места. Возможно, когда он перевезет сюда старый громоздкий шкаф – это неуютное чувство открытого пространства исчезнет.

Чародей установил ноут и поспешил включить его. Долгие мгновения электронных раздумий. И он приветственно загудел. Аллилуйя! Не нужно тратиться на ремонт! Эх, как мало все же нужно человеку для счастья.

Анджей умостился на стуле, откинулся на спинку и уставился на безмятежные горы заставки. Ну, работа завершена. Да? Уже совсем скоро Инквизиция разберется с элементалем. Поймает оккультиста. И выяснит кто, что и нахрена…

И все же что-то было не так. Никак не уходило это мерзкое чувство, словно ты голыми руками ловишь малька в аквариуме. А он все ускользает и ускользает… Мысли все время возвращались к нападению будимира на его дом. К Кинге, сгорающей дотла на его глазах. Что-то не так, что-то не так… Что-то еще нужно сделать… В конце концов он решил съездить на жженные развалины.


***

Пустые коридоры. Пустые комнаты. Где же, где? Где он?

Штурмовой отряд Инквизиции спешил. Скрытность уже была не важна. Главное было успеть. Иначе Щенятов их разорвет. Возможно, даже буквально.


***

Провал на месте двух этажей зиял открытой раной на теле здания. Ореол золы окружал его подобно пятну засохшей крови. А свет садящегося солнца сочился из него подобно крови свежей. Анджей, задрав голову, задумчиво смотрел на место, что еще недавно было его домом.

В руке он сжимал букет хризантем. Он собирался положить его на место гибели девушки, что была бы еще жива, не научи он ее… Кингу еще не успели похоронить, так что тут было самое подходящее место, чтобы отдать дань уважения. Почтить спасительницу.

А по ту сторону фасада жила улица. Ярко и быстро – как и положено столице. Спешили люди, мелькали машины, работал в прежнем ритме салон Марселя. Словно и не случалось здесь трагедии.

Тут же лишь висели в воздухе тишина и запах гари. Да из открытого окна доносилось ворчание старика Леслава с первого этажа:

– Сначала сгорел приют! – причитающий дед работал там сторожем в дневное время. – А теперь эта тварь на мой дом напала! Это точно заговор против меня!

Да-да, конечно. Ты именно настолько важен, чтобы ради тебя призывать целое «исчадье». Ну ничего, уже через полчаса сразу несколько штурмовых отрядов Инквизиции затравят «эту тварь».

– А я говорю заговор! Нет, Клара, ну ты сама посуди! Какова вероятность, что это просто совпадение?

Действительно… Какова вероятность? Зачем он вообще напал на это место? Он хотел запутать следы, скрыть рисунок печати и… выбрал место, где – как должно быть очевидно любому идиоту – будет просто сногсшибательная защита? В остальных-то местах она была так себе. Даже на псарне не могло быть ничего мощного из-за чувствительных щенков. Как и на лаборатории Гильдии – из-за резонанса с реагентами. На остальные просто не было смысла вешать что-то серьезное.

Совпадение, да?.. Один раз – случайность. Два – совпадение. Три – уже закономерность. Холера, так какова же вероятность, что среди мест, выбранных оккультистом для атаки – половина… нет, с учетом «Хрустального дворца» даже больше половины точек так или иначе связанны с борьбой против демонов?

Если за всем действительно стоит Казимир… Допустим, что это возможно. Допустим. Тогда с его извращенной точки зрения фанатика Адских Легионов – уничтожение подобных мест будет первостепенной задачей в сравнении с завершением построения. Ведь если демона призвать – это будет деянием человека, а не Божественной карой за грехи. Хотя казалось бы…

Анджей достал телефон и открыл фото, сделанное сегодня в больнице. Губы его беззвучно шевелились, высчитывая примерные формулы и прикидывая вероятные эпюры. Взгляд чародея остановился на складе неподалеку отсюда. Значок рядом с ним, согласно легенде карты, означал, что Инквизиция использует его, как тренировочную площадку для волкодавов и ярчуков. Охранять там, по сути, нечего. И в тоже время – удобных для учебки мест не так много, как хотелось бы. Прекрасная мишень. Во всех возможных смыслах.

Щелк – сложилась наконец в голове картина. Сранный ублюдок! Он водил их как слепых щенят с самого начала. Прикрытие для прикрытия. Два левых нападения, отвлекающих от построения призыва, которое отвлекает от ослабления противостоящих демонам.

Чародей прикинул по времени. До заката полчаса – не больше. Штурмовые отряды не успеют. Им сорок минут переться. Зато отсюда до завода минут пятнадцать пешком. Анджей достал телефон, быстрым шагом обходя раненое здание. Пара мимолетных касаний экрана. Гудок. Второй.

– Сколько лет, сколько «Блич»! – раздалось радостно из динамика.

– Да вроде только вчера виделись.

– Час, миг. Век, год.

– Ладно, скажи, что там с моим заказом? Он еще не готов?

– Мед – очень странный предмет. Он вроде есть, а вроде и нет.

– То бишь, частично. Окей, а что именно готово?

– Если хочешь стрелять – стреляй, а не болтай.

«Значит арбалет. Хм, а я думал он что-то из «Ван Хельсинга» вспомнит, а не из Долларовой трилогии».

– То есть, я могу его прямо сейчас забрать?

– Молодец. Понял.

– Сейчас буду.

– Аста ла виста, бэйби.

Тихо пропела музыка ветра. Чуть громче захлопнулась дверь. Анджей отправил Дариушу сообщение с полу-пояснением, полу-указанием. Спрятал телефон в карман. Огляделся. И быстрым широким шагом пересек помещение, подойдя к витрине, за которой его уже ждал Марсель. Когда он приблизился, алхимик вытащил долгожданный заказ из-под прилавка и положил на стойку:

– Студент! Комсомол! Спортсмен! Наконец – просто красавец! – он быстрым легким движением разложил оружие. Чем увеличил его длину в добрых два раза – почти до метра. Опустил рядом ремни для крепления. Затем – тихо звякнувшую сумку с болтами.

Чародей взял арбалет в руки. И вправду красавец. Плавные линии, полированное дерево – рябина. Обитый кожей приклад. Эргономичная рукоятка.

Огнестрел в Польше хрен достанешь, а если и достанешь, то стрелять из него вне специальных мест тебе не позволят даже по демонам. А вот арбалет – совсем другое дело. И по откровению Марселя, больше всего возни было именно с тем, чтобы уместить конечный продукт в рамки юридического определения термина «арбалет». Автоматическая перезарядка и пистолетная скорострельность здорово этому мешали.

В основу этой вундервафли легли схемы карманных ритуалов Анджея. Сложнейшее построение, разработанное чародеем, через кровь использовало врожденные телекинетические способности для стрельбы и перезарядки.

Стоила машинка просто баснословно. Что моментально сделало ее жутко нерентабельной. Повезло, что Марсель заинтересовался проектом. Алхимик даже оформил патент. Хотя смысла в этом Анджей не видел. Магические способности для пользования арбалетом все равно требовались, так что простых вояк таким не вооружишь. А волшебникам такая безделушка без надобности. По очевидным причинам.

На фоне этого шедевра магоружейной мысли боеприпасы к нему терялись. Хоть универсальные болты и сочетали в себе одновременно серебро, железо и осину – куда уж им…

– Вечер перестает быть томным, а? – улыбнулся Марсель.

– Ага, иду на будимира.

Алхимик посмотрел на арбалет. Поднял глаза обратно на чародея. И со скрипом признал:

– Тогда тебе нужна будет лодка побольше.

– Ничего, справлюсь.

– Я вижу мертвых людей, – скептически глянул на него алхимик.

– Ты недооцениваешь мою мощь, – и добавил через плечо, уже идя на выход: – Что мы говорим смерти? Не сегодня!

«Холера. Походу это реально заразно…»


***

Волкодавы и ярчуки напряженно застыли. Первые медленно водили по сторонам дулами двуствольных помповиков, а вторые – мокрыми носами. Одинаково черными и блестящими.

Это ведь то место? Должно быть то. Командир штурмового отряда еще раз сверился с GPS. Определенно то. Посмотрел на наручные часы. Да и время тютелька в тютельку. Так, во имя всех святых, почему тут никого нет? Куда запропастился этот ублюдок?!


***

Солнце почти скрылось за краем земли и на заводе царствовали тени. Клубами черного дыма они собирались в углах. Лужами чернил растекались по стенам, заливая трещины. Казалось, они даже забивала нос – затхлым запахом пыли – и сжирали звуки шагов.

«Самая та обстановка для охоты на чудовищ…»

Чародей медленно шагал по пустым помещениям и коридорам, стараясь не выдать себя. Беспрестанно оглядываясь по сторонам и нервно шевеля пальцами. Словно играл не незримом инструменте.

Перед входом он активировал Систему, прочел оберегающую молитву и накинул на себя «святую броню». Потом выкурил не одну сигарету, восстанавливая Запас. И едва ли это все выиграет ему даже пару лишних секунд. Но может так он хотя бы меньше костей сломает. Ну хотя бы не все…

Шулер свернул за угол. И тут же шарахнулся назад. Посреди комнаты стояла фигура. Казимир Монастырски. Все же он. В кожаной куртке, джинсах с подворотами и кедах – он выглядел совсем не по оккультному. Ну что за молодежь пошла? Где, спрашивается, длинный черный плащ, говорящий: «я крутой злой бунтарь»? Никакого уважения к традициям.

– Выходи, чародей, – громко и устало окликнул его Казимир. – Не хочу играть в прятки.

«Хм. Может он просто каждые пять-десять минут так кричит на всякий случай? Я бы так делал».

– Выходи давай, я прекрасно чувствую то хлипкое заклинание, которым ты защитился.

«И все же не факт…»

– «Святая броня», да? Я на вступительном экзамене его создавал.

«Холера».

Анджей вышел из своего, как выяснилось, обалденно ненадежного и бесполезного укрытия, картинно раскинув руки в стороны:

– Ну-с, вот он я. Ждал меня? Я настолько предсказуем?

Парень лишь пожал плечами:

– Тебя не сложно было заманить. Ты ж не можешь не совать нос не в свое дело.

– Ты про погоню на псарне?

Вновь пожатие плечами. В этот раз молчаливое.

– Ой да ладно тебе. Раз уж тебе так охота укокошить меня – хоть объясни из-за чего. Так будет справедливо, тебе так не кажется?

«Ну же, говори. Чем дольше ты будешь болтать, тем лучше. Ну же, какой фанатик откажется читануть проповедь другую?»

– Погоня на псарне, охота на демонов, – начал со вздохом перечислять Казимир. – Зачистка «проклятых мест», которые даже правительство не трогает. И правильно делает, кстати. Противиться Божьей воле будто в самой твоей природе, да?

– Ну тут даже отрицать не буду, – «Ура! Заработало!»

– Ты даже выжил, когда я ударил по тебе в первый раз. Но сейчас тебе не помогут кошак с девчонкой, – парень поднял руку, будто собираясь отдать команду «вперед». Хотя почему «как»?

«Да что ж ты за злодей-то такой неправильный?!» – хрустнул пальцами чародей.

– Ладно, давай уже спускай с цепи своего лоа.

Казимир замер:

– Ты в курсе?

– Отбросьте всё невозможное, то, что останется, и будет ответом, каким бы невероятным он ни оказался. Ты шаман. Вот уж поистине чудо встретить такого как ты, – не хочешь говорить ты, значит буду болтать я: – Способного интуитивно общаться с демонами, привязывать их к себе и даже таскать их через Калинов Мост усилием воли. В обход таможни, так сказать. Если честно, мне очень интересно, как ты сумел сделать своим лоа целого будимира. Они редкие штучки. А ты не только талантлив, но еще и чертовски везуч, да?

Опять долбанное молчаливое пожатие плечами. Анджей наклонил голову к плечу. Упер основание ладони в подбородок. Надавил и довел до щелчка.

– Читер, – обвинительно выставил указательный палец Анджей. А Казимир вновь приготовился махнуть рукой. Чародей быстро выпалил: – Хотя еще интересней – как ты можешь натравливать его на людей? После того-то, что случилось с твоими родителями?

Шаман вновь замер.

«Есть контакт!»

– Мой отец пил и бил мою мать, – тихо проговорил Казимир. – Та ему в отместку изменяла со всеми подряд. В том числе с моими одноклассниками. За это он снова избивал ее. Вечный круг греха. Разомкнуть который смогла лишь Божья воля. Демоны просто карают нас за грехи наши. А я просто помогаю им в этом богоугодном деле.

И он все-таки махнул рукой. Рядом с парнем поплыл воздух. Медленно проступал образ будимира, будто кто-то проявлял старую фотопленку. Через секунду там уже стоял огромный огненный петух.

– Ну что ж, – чародей откинул полу пальто: – Поздоровайся с моим маленьким другом!

«Определенно заразно».

Шулер сорвал с бедра арбалет. Слитным движением разложил и вскинул к плечу. Игла прошила подушечку большого пальца. С каплей крови утекло столько же магии, разгоняя аппарат. Над ложем словно прицел вспыхнула сапфировая энергетическая гексаграмма.

Анджей навел оружие на голову будимира. Трижды спустил тетиву – Змеем Горынычем болты улетели в сторону нечисти. И прошли мимо.

«Так. А вот того, что Клинт Иствуд из меня паршивый – я явно не учел…»

Чародей перекатом ушел в сторону, уворачиваясь от выпущенной в ответ струи пламени. Вскочил. Снова выстрелил. В этот раз целясь в корпус. Болт впился в пылающее крыло и вырвал из петушиной глотки гневный крик боли. А Шулер тем временем бросился обратно в сплетение заводских коридоров.

«Нахрен! Нахрен! Нахрен отсюда!!!»

Анджей несся со всех ног. Не оборачиваясь, полагаясь лишь на чутье, он то и дело нырял в разные стороны, уворачиваясь от потоков огня. Влево, вправо, прямо, прямо, влево, холера не туда! Он заложил петлю, чтобы вернуться на верное направление. Так, теперь вроде прямо…

Чародей едва успел затормозить, когда одна из стен впереди покрылась вулканическими трещинами. С грохотом разнесло в клочья бетон и в коридор хлынуло пламя. Шулер едва успел прикрыться рукой от одного из осколков – ладонь рассекло до крови.

Вопль шагнувшего из провала демона заглушил звук спускаемой тетивы. Пять болтов очередью вылетели из арбалета. И с двух шагов по огромной туше промахнуться не сумел даже Шулер. Серебро заставило будимира отступить и выиграло Анджею несколько секунд. Которые он тут же потратил на экстренный побег.

Чародей нырнул обратно в сплетение коридоров, изо всех сил стараясь держать в уме верное направление. Не вышло. Он утратил всякое представление о своем местоположении уже через несколько поворотов.

Скользила по цевью окровавленная ладонь. В легкие будто напихали битого стекла. Со всех сторон доносился петушиный рев. То громче, то тише, приближаясь, отдаляясь и глушась стенами. На пути то и дело показывалось зарево демонического огня и Шулеру приходилось срочно сворачивать в противоположную сторону. Это только еще больше все усложняло…

«Холера! Да где оно?! Специально же приметил это место на карте, чтобы даже я смог туда легко добраться…»

Анджей свернул в очередной коридор. И встретился взглядами с будимиром. Позади своего лоа стоял и Казимир – как только поспевал за ними?

Повезло. Коридор выдался достаточно длинный. Чародей успел увернуться от струи пламени. А вот подняться после этого на ноги – нет. Еще один раскаленный поток смел Шулера и разорвал «святую броню». Система каким-то чудом – возможно его же молитвами – уцелела. И даже смягчила приземление на спину.

Анджей еще сумел приподняться на локте и вытащить из-за пояса туз, когда демон добрался до него. Огненная лапа впечатала чародея в стремительно нагревающийся бетон пола. Остатки защиты испарились. Пылающие когти прожгли одежду.

Клац – выпрямилась телескопическая дубинка. Щелкнул переключатель. Вспыхнули голубые разряды. Взмах. «Карманная молния» словно волшебный меч отсекла ногу демона.

Раздался крик боли и элементаль отскочил назад. И едва не завалился набок. Будимир возмущенно всклекотал, спешно отращивая новую конечность.

Анджей сорвал с пояса флакон с омелой. Бросок. Дзвяк – лопнуло стекло. И облако пыльцы окутало демона. Это замедлит восстановление. А он тем временем немного оторвется. Арбалет подбирать времени не было – Казимир уже что-то магичил. Чародей в последний момент укрылся за поворотом. Что-то убойное пронеслась мимо и потолок позади рухнул.

Получив в подарок немного времени, Шулер все же рискнул замедлиться. Достал телефон. Открыл гугл карты. И попытался хотя бы понять в какую сторону ему двигаться. А потом вновь начались изматывающие салки. Но он все же почти добрался. Поворот, еще один и наконец – тупик. Какого хрена?!

Анджей лопатками ощутил нарастающий жар. Пластом рухнул на пол. И поток багрового пламени разнес стену перед ним. Чародей поднял голову. Заглянул обугленную дыру... И вскочил с радостным воплем облегчения.

Нырнув в проем, он тут же откатился в сторону. Через мгновение следом шагнул будимир. И его встретил серебряный дождь. Выстрелы выгрызали целые куски из тела элементаля. Два раската искусственного грома сделали петуха больше похожим на решето. Сквозные раны сразу же начали затягиваться.

И тут в дело вступили ярчуки. Свора огромных белых с золотом псов набросились на демона, а волкодавы Инквизиции переключились с залпового огня на прицельный. Пули, когти и клыки рвали огненную плоть на части.

Шулер поднялся на ноги. Отряхнулся. Полюбовался слаженной работой нескольких штурмовых отрядов, что уже засиделись в засаде. Как говорится, если не можешь справиться с чем-то сам – найди того, кто может.

Анджей перевел взгляд на застывшего в ступоре шамана. Мысли Казимира явно метались от одного варианта к другому. Еще немного и его лоа помрет. И тогда плану фанатика конец. Но если отозвать будимира – самому Казимиру уже не уйти.

«Шах и мат, – чародей направился в сторону шамана. Тот в ответ, все же приняв решение, бросился бежать. – Только этот чудик еще не в курсе».

Шулер достал из-за пазухи тазер. Направил в спину убегающему. Выстрел. Разряды электричества разбили магическую защиту и стегнули Казимира, свалив его на пол.

С трудом, но он поднялся. Развернулся навстречу приближающемуся Анджею, на ходу сплетая заклинание… И ему в лоб тут же прилетела склянка. Разлетелась вдребезги. Несколько осколков глубоко, до крови вонзились в залитое содержимым пузырька лицо. Шаман зашипел, когда спирт обжег свежие царапины. И в тот же миг все волшебство ускользнуло от него.

– Это была настойка чертополоха, – пояснил подошедший уже вплотную чародей, надевая кастет. – Добро пожаловать в мой мир, сука, – замах. – Мир, где магия сосет.

Удар. Застучали по бетону выбитые зубы. Следом раздался грохот упавшего тела. О да-а… Какие же приятные звуки…


***

– Пан Соколовски! Пан Соколовски! – окликнул его женский голос уже практически на пороге Штаб-квартиры Инквизиции.

Анджей лениво повергнул голову. Ему наперерез шла Виола. Вот прилипчивая. И как она только находит его постоянно?

– Я слышала, что Инквизиция задержала кого-то в связи с делом о пожарах. Это правда?

– Да, правда, – вот ведь проныра. Официальных заявлений-то пока никаких не было. – Я как раз по этому поводу и направляюсь.

– Выходит за этим стоял человек? Кто он?

– Человеком, призвавшим демона, был Казимир Монастырски, – поморщился чародей, вынужденный ответить. – Студент АМИ.

Еще немного. В здание ее не пустят.

– Выходит, что тот, кто должен был стать членом Гильдии волшебников и защищать нас от демонов, сам же и призвал одно из них на наши головы?

– Волшебники – тоже люди. Среди них тоже есть мудаки, фанатики и психи. Только вот последствия от их проступков куда масштабнее, – с этими словами чародей шагнул под каменный свод прежде, чем Виола успела задать следующий вопрос.



Концовка в комментариях ибо не влезло

______________________________________________________________________________________________________

Прошу прощения за задержку. Корона злосчастная таки добралась до меня. Но я таки выкладываю тут окончание Пожара. А тут традиционно уже выложена следующая глава. Приятного чтения и еще раз прошу прощения за неудобства.

Показать полностью
Отличная работа, все прочитано!