primenumbers

В ноябре 1991 года Съезд народных депутатов дал Ельцину чрезвычайные полномочия. Он мог выпускать указы даже вопреки законодательству, если Верховный Совет не успевал наложить вето за 7 дней. Сначала парламент это пропускал, но потом начал сопротивляться.

Закон 1991 года предполагал приватизацию по именным чекам, которые нельзя было продавать. Но уже в августе 1992-го Ельцин заменил их на чеки на предъявителя. То есть ваучеры стало можно скупать, отбирать и концентрировать в нужных руках. Причем указ, который парламент мог бы заблокировать, зампред Верховного Совета Сергей Филатов просто не показал депутатам вовремя и обнародовал уже после вступления в силу.

Все это происходило на фоне массового обнищания людей. Граждане продавали ваучеры за копейки, потому что деньги нужны были на еду здесь и сейчас. После разгона Верховного Совета в октябре 1993 года президентская власть стала еще сильнее, а путь к переделу госсобственности для узкого круга лиц окончательно расчистили.

Экономический эффект от распродажи государственного имущества для бюджета был мизерным. В 1992-1996 годах под нож пошли почти 130 тысяч предприятий и объектов. Это давало лишь 0,4-1,4% доходов казны. А всего за 1992-1998 годы бюджет получил около $29 млрд в ценах 2024 года. Это меньше 5% нынешнего состояния топ-100 российских миллиардеров.

Итог известен: собственность распродали, бюджет почти ничего не получил, внешний долг вырос с $97 млрд в конце 1991 года до $149 млрд к началу 1999-го, а в 1998 году страна пришла к дефолту. Что называется, почувствуйте вкус капитализма: Норникель и Лукойл уходят в частные руки, а учителя сидят без зарплат, пенсионеры без пенсий, и государство одновременно наращивает долги.

В 1982 году американские исследователи полагали, что экономика СССР способна стабильно расти на 1-2% в год, а при удачном стечении обстоятельств и быстрее. В их расчётах за 1950-1981 годы Советский Союз рос быстрее США, то есть догонял Америку в экономическом развитии. А замедление конца 70-х они объясняли общим мировым спадом после нефтяного кризиса.

В обзоре состояния экономики СССР в 1982 году аналитики ЦРУ писали:

«Советский Союз — наш главный потенциальный противник. Тем более важно иметь точные и сбалансированные оценки состояния его экономики. Одна из худших вещей, которые мы можем сделать, - это недооценить его экономическую мощь...

...Хотя СССР был ослаблен неэффективной работой сельскохозяйственного сектора и тяжёлым бременем оборонных расходов, он является второй по величине экономикой мира по ВНП, обладает массовой и хорошо подготовленной рабочей силой, высокоразвитой промышленностью и имеет огромные запасы природных ресурсов, включая нефть и газ, а также сравнительно редкие минералы и драгоценные металлы.

Мысль о том, что экономические тенденции в Советском Союзе могут скорее улучшиться, чем ухудшиться, действует отрезвляюще».

Таблица показывает средние темпы роста советской экономики в послевоенный период. В целом они снижались, однако оставались достаточно высокими. Так, в годы так называемого застоя, в 1960-е - 1980-е, рост реального ВНП составлял 3,18% в год. Это почти втрое выше, чем в постсоветской России, где средний рост составил 1,13%. Потребление, инвестиции и вложения в науку тоже замедлялись, однако их динамика оставалась положительной.

Эти данные разрушают популярный миф о нежизнеспособности экономики СССР. Тезис о неизбежности краха, который распространяли рыночные реформаторы, помогал им снять с себя ответственность за некомпетентность и корыстные цели личного обогащения через приватизацию общественной собственности.

Ремонт советского хозяйства действительно был необходим, прежде всего в части совершенствования механизмов планирования и развития институтов общественного контроля. Однако само общество оказалось не готово к защите завоеваний социализма, за что позднее расплатилось драматическим падением уровня доходов и ростом смертности.

Подробности — в нашем новом ролике к 35-й годовщине распада СССР:

С депозитами — обратная ситуация: реальная ставка будет ниже рекламной. Выгодные предложения действуют только для новых денег, на полгода, с лимитом по сумме, без пополнения. В результате при обещанных 15% на деле выходит дай бог 12%.

Кроме того, около трети средств банки получают почти бесплатно. Это текущие счета физлиц и компаний, зарплатные карты — по ним проценты либо символические, либо нулевые. Плюс у крупнейших банков значительная часть денег постоянно циркулирует внутри собственной экосистемы.

Например, у Сбера есть собственные маркетплейсы и медиаплатформы, страхование, инвестиции, лизинг, эквайринг. Всё это позволяет банку зарабатывать комиссионный доход и пользоваться деньгами клиентов, не делясь полученной прибылью ни с кем.

В результате по уровню чистой процентной маржи, которая зависит от разницы между ставками по кредитам и депозитам, российские банки занимают лидирующие позиции в мире. В III квартале 2025 года маржа составила 4,3%. Это примерно на четверть больше, чем в США, в 2,7 раза выше, чем в ЕС, и в 3,1 раза выше, чем в Китае.

Огромная по мировым меркам разница между процентными доходами и процентными расходами формирует банковскую ренту — выгоду "финансовых пиявок" от их привилегированного положения в экономике. Об этом мы подробно рассказали в свежем ролике на Простых числах.