Kombat83

Случай в Саянских горах

Пётр Степанович Лыков, отец моего школьного товарища Андрея, был заядлым охотником. В своё время, как отмечали многие люди в посёлке, ему не было равных в ориентировании на любой, даже самой непролазной и сложной местности. Частенько Пётр Степанович в качестве проводника сопровождал группы альпинистов, держащих путь в Саянские горы. Такая работа была ему по душе. К тому же, за неё неплохо платили.

В тот раз ему пришлось помочь нескольким молодым ребятам из Красноярска. Те уже пару раз совершали восхождения на Кавказе, теперь же на очереди были сибирские вершины.

Путь по непроходимой тайге предстоял нелёгкий и долгий. Специально для этой цели охотник взял с собой любимого коня по прозвищу Крепыш - монгольской породы, выносливого и быстрого. Палатки, спальники, вся необходимая поклажа были взвалены на вьючное седло Крепыша, и утром группа выдвинулась в путь.

Дорога до вершины выдалась довольно приятной: день был тёплым и тихим. До необходимого места, казалось, даже не заметив того, какое расстояние им удалось преодолеть, путники пришли к вечеру. Было принято решение начать восхождение поутру следующего дня.

В скором времени были расставлены палатки. Кто-то разжег небольшой костер. Ребята уселись вокруг, предоставив самое почётное место - ближе к костру, своему сопроводителю. Пётр Степанович, наблюдая за тем, как заходит Солнце, рассказывал то и дело удивляющимся студентам самые разнообразные истории из своей жизни. Светило зашло, ночь тёмным покрывалом укрыла тайгу. Все разошлись по своим палаткам в предвкушении начала нового дня.

Картина, которую утром удалось увидеть только что отошедшим ото сна путникам, заставила их ужаснуться: все вещи, ранее находившиеся в палатках, теперь были беспорядочно раскиданы по кустам, конскую упряжь нашли лишь в сотне метров от места ночлега, неизвестно куда запропастился и котелок. Конь, явно встревоженный и напуганный произошедшим, стоял все в том же месте, где его оставили вчера вечером. Бросалось в глаза, что Крепыш пытался бежать, но был не в силах оторваться от привязи. Пётр Степанович, умудрённый жизненным опытом, признался, что с таким чудом не встречался за все сорок лет, проведённых в тайге.

Но делать было нечего. Вещи собрали, и восхождение было продолжено. По уговору, охотник должен был довести альпинистов до первого крутого уступа, откуда они затем двинутся самостоятельно, и вернуться за ними уже через семь дней. Так и было сделано: Пётр Степанович, выполнив первую часть своей миссии, доставил ребят до нужного места, а затем вместе с Крепышом направился домой, в Верхнюю Гутару.

Спустя неделю, когда охотник вернулся, его ждали крайне печальные новости: оказалось, что двое из семи альпинистов погибли, оборвавшись при восхождении на вершину. Виной всему была резко испортившаяся погода. Оставшиеся же пятеро приняли решение не продолжать путь наверх.

Пётр Степанович часто вспоминал этот случай и иногда говорил про себя: "А может это было предупреждение им, тот случай с вещами? Может, если бы мы тогда передумали и покинули проклятое место, они бы остались живы?"

Мистические истории 🕸

Тайны Сахалина: летающие объекты

Остров Сахалин - крайняя точка нашей необъятной родины. Именно там в начале девяностых годов мне довелось отдать свой долг родине. Воинская часть наша находилась неподалёку от посёлка Сокол - районного центра, куда частенько в "самоволку" бегали солдаты. Конечно же, многие подобные "вылазки" всегда заканчивались различными "приключениями" для нарушителей. Однако в ту ночь произошло нечто из ряда вон выходящее.

Для начала стоит сказать, что описываемая история произошла в тамошних местах за два года до моего призыва в армию. О происшествии в своё время прознали многие: оно, как и всякая необычная история, обросло своими легендами и слухами. Многие солдаты, особо не претендуя на точность и правдоподобность, пересказывали друг другу отдельные эпизоды, о которых им самим удалось узнать чуть больше, чем остальным.

Всю правду же от первого и до последнего слова поведал мне старый электрик Петр Николаевич. Именно в его смену произошло то необъяснимое, о чем я сейчас спешу вам рассказать.

Это была самая обыкновенная апрельская ночь. Не очень теплая, но и не особо холодная для этого времени года. Петр Николаевич по обыкновению сидел в своей каморке: в его обязанности вот уже семнадцать лет входило следить за электрообеспечением поселка. Он только заступил в смену. Ночь сулила долгая и бессонная.

Но как бы не так! Сначала на табло загорелся первый индикатор: это значило, что где-то на ветке произошел сбой. Нужно было сообщить в диспетчерскую и отправить на место ремонтную бригаду. Старик уже набирал номер телефона, когда на табло вдруг загорелось еще два индикатора. Затем еще два. Через некоторое время на табло "пылали" все, без исключения, индикаторы. Петр Николаевич запаниковал: такого не было ни разу за все долгие годы его службы.

Телефон больше не работал. Было очевидно: без света стоит и весь поселок. На устранение такой проблемы нужно потратить уйму времени. Делать было нечего, и старик решил дойти до диспетчеров. Он уже выходил за ворота, как вдруг увидел: на него сломя голову с выпученными от страха глазами несется солдат. Парень подбежал к Петру, обхватил обеими руками и попросил поскорее где-нибудь укрыться. Электрик был в недоумении.

Петр провел парня в свою каморку и запер ее на все замки. Затем спросил: "Эн-то от кого ты? От командира что ли бегаешь? Или патруль в "самоволке" застукал?"

В комнате повисло молчание, которое длилось несколько минут. Затем парень вдруг встрепенулся: "Да я такого не видел никогда, понимаете? Прыгаю через забор, значит, ну, виноват, это понятно. А там... А там здоровенная хреновина такая висит металлическая и сосет что-то из трансформатора! Ну, я думал, что не заметит меня, решил слинять потихоньку. Так оно насосалось видать, а потом - бац! Свои лучи на меня направляет. И разные цвета, значит, каких только нет. И ко мне полетело. И лучами этими светит в догонку, уйти не дает никак. Я бежать. А вокруг темень стоит, хоть глаза выколи, ни фонарика нет. Весь свет только из штуки этой. Бегу, сам не знаю куда, а оно за мной. А потом раз, оно что-то увидело вдалеке, про меня забыло - и туда. Ну а я уже со всех ног и подальше!"

Петр Николаевич ухмыльнулся. Ему не особо верилось в доводы солдата. Тем не менее, на улицу парня выбрасывать не стал: оставил переночевать в каморке. Сам же пошел заниматься налаживанием электроснабжения.

Вернулся Петр только рано утром, а солдата уже и след простыл. Старик сдал смену и отправился домой. Интерес одолевал электрика. По дороге он решил заглянуть в то место, где по версии солдата ночью летала "здоровенная хреновина". Однако, не дойдя ста метров до нужного места, старик был остановлен людьми в военной форме. Те явно что-то изучали на местности. Несколько человек ходили с увеличительными стеклами и пристально осматривали грунт. Еще несколько, по всей видимости, замеряли радиационный фон. Человек в форме мягко попросил Петра Николаевича никому не рассказывать о том, что он видел. Но разве такое утаишь!

Мистические истории 🕸

Случай в Саянских горах

Пётр Степанович Лыков, отец моего школьного товарища Андрея, был заядлым охотником. В своё время, как отмечали многие люди в посёлке, ему не было равных в ориентировании на любой, даже самой непролазной и сложной местности. Частенько Пётр Степанович в качестве проводника сопровождал группы альпинистов, держащих путь в Саянские горы. Такая работа была ему по душе. К тому же, за неё неплохо платили.

В тот раз ему пришлось помочь нескольким молодым ребятам из Красноярска. Те уже пару раз совершали восхождения на Кавказе, теперь же на очереди были сибирские вершины.

Путь по непроходимой тайге предстоял нелёгкий и долгий. Специально для этой цели охотник взял с собой любимого коня по прозвищу Крепыш - монгольской породы, выносливого и быстрого. Палатки, спальники, вся необходимая поклажа были взвалены на вьючное седло Крепыша, и утром группа выдвинулась в путь.

Дорога до вершины выдалась довольно приятной: день был тёплым и тихим. До необходимого места, казалось, даже не заметив того, какое расстояние им удалось преодолеть, путники пришли к вечеру. Было принято решение начать восхождение поутру следующего дня.

В скором времени были расставлены палатки. Кто-то разжег небольшой костер. Ребята уселись вокруг, предоставив самое почётное место - ближе к костру, своему сопроводителю. Пётр Степанович, наблюдая за тем, как заходит Солнце, рассказывал то и дело удивляющимся студентам самые разнообразные истории из своей жизни. Светило зашло, ночь тёмным покрывалом укрыла тайгу. Все разошлись по своим палаткам в предвкушении начала нового дня.

Картина, которую утром удалось увидеть только что отошедшим ото сна путникам, заставила их ужаснуться: все вещи, ранее находившиеся в палатках, теперь были беспорядочно раскиданы по кустам, конскую упряжь нашли лишь в сотне метров от места ночлега, неизвестно куда запропастился и котелок. Конь, явно встревоженный и напуганный произошедшим, стоял все в том же месте, где его оставили вчера вечером. Бросалось в глаза, что Крепыш пытался бежать, но был не в силах оторваться от привязи. Пётр Степанович, умудрённый жизненным опытом, признался, что с таким чудом не встречался за все сорок лет, проведённых в тайге.

Но делать было нечего. Вещи собрали, и восхождение было продолжено. По уговору, охотник должен был довести альпинистов до первого крутого уступа, откуда они затем двинутся самостоятельно, и вернуться за ними уже через семь дней. Так и было сделано: Пётр Степанович, выполнив первую часть своей миссии, доставил ребят до нужного места, а затем вместе с Крепышом направился домой, в Верхнюю Гутару.

Спустя неделю, когда охотник вернулся, его ждали крайне печальные новости: оказалось, что двое из семи альпинистов погибли, оборвавшись при восхождении на вершину. Виной всему была резко испортившаяся погода. Оставшиеся же пятеро приняли решение не продолжать путь наверх.

Пётр Степанович часто вспоминал этот случай и иногда говорил про себя: "А может это было предупреждение им, тот случай с вещами? Может, если бы мы тогда передумали и покинули проклятое место, они бы остались живы?"

Мистические истории

Я тогда был еще ребенком, мне было 10 лет. На дворе был 1996 год. Мы с родителями жили в военном городке Дурнево (ранее поселок им. Жукова) в Курской области. Рекомендую посмотреть в «Google Earth», чтобы вы оценили, в какой глуши это было. Сейчас, глядя на карту, я удивляюсь — поселок вырос в городок, на месте леса красуются дачи. Знали бы эти дачники, что там было в 1996 году...

Тогда поселок состоял из нескольких пятиэтажек (штук десять на весь городок), детского сада, госпиталя военного и дома офицеров. Недалеко пролегала железная дорога, и поселок почти со всех сторон был окружен дремучим лесом, в котором, собственно, и находилась военная база: артиллерия, танки и, как мне потом рассказывал отец, ракеты.

Попала наша семья туда где-то в 1993 году. До этого мы жили в Германии, отец служил в ЗГВ, но с развалом Союза все части начали выводить из Германии. Уехали и мы, отца командировали в эту глухомань. Потом началась война в Чечне, и отца хотели послать туда на «добровольной» основе, но он сумел отказаться. К слову, он был капитан, артиллерист.

А теперь собственно сама история, которая заставила понервничать нас всех и заодно послужила поводом к переезду и переводу отца в другую часть.

Это была весна 1996 года. Поселок жил своей обычной жизнью, пока в один прекрасный день не нашли труп солдата, находившегося в патруле. Его товарища, с которым он патрулировал границу военной базы, не нашли. И начались волнения тогда, прогремело на весь поселок.

Солдат, как говорили, был весь изрезан и истыкан. Все подумали, что завелся у нас маньяк. Матери перестали отпускать детей гулять одних. Милиция искала преступника, но никто ничего не нашел, второго солдата тоже след простыл. Отец, как офицер, постоянно получал люлей от командования и сутками пропадал в части.

Летом того же года пропали двое подростков. Парень и девушка, видимо, ушли в лес в поисках романтики — и тоже исчезли. В гарнизоне обьявили боевую готовность, поселок охраняли вооруженные солдаты.

Ближе к осени 1996 года — вновь исчезновение солдата. Базу подняли на уши.

А теперь, собственно, то, что ушло под грифы секретности. Все, кто это видел и участвовал в этом, подписывали документы о неразглашении. Мне об этом рассказали родители, когда мне уже исполнилось 18 лет.

Как говорит мама, в один из дней сентября отец вернулся под вечер с базы домой совершенно пьяный и измученный. После этого он подал рапорт с просьбой о переводе, и через месяц мы переехали в другой гарнизон подальше от Курска.

Дальше со слов отца:

«Приказ пришел. Разобраться уже, что за херня творится. Поймать этого маньяка — или кто там, — который солдат и гражданских похищает и убивает. Подняли базу в ружье уже в который раз и послали прочесывать наши леса. Все с оружием, со связью. И меня тоже, хоть я и минометами командовал. Долго шли по лесу, сами докладывали, слушали доклады других.

Вдруг стрельба интенсивная где-то впереди. Побежали с солдатами. Видим взвод — 9 солдат и лейтенант. Кто лежит, кто сидит, лейтенант орет: «Отставить, отставить огонь!». Все бледные, как мел, мычат что-то, тычут пальцами куда-то вперед.

В общем, нашли мы его. Нашего маньяка. Тварь. 167 сантиметров роста. Измеряли его потом. Лысый, голая кожа. Голова круглая, глаза черные, маленькие, носа нет — просто две дырки, как ноздри. Рот приоткрыт, течет кровь изо рта, тяжело с хрипами дышит. Ноги худые, одна почти оторвана — перебита пулей. Руки длинные и худые. Рядом в засохшей крови лежит крюк железный.

Кто-то из солдат не выдержал и дал по нему очередь. Убил тварь.

Тварь сунули в мешок, отдали потом прибывшим особистам. Всем, кто не видел эту тварь, но видел мешок, сообщили, что в мешке труп сбежавшего преступника.

Уж не знаю, что там было дальше, ибо мы уехали. Я попросился перевестись».

Дело было в декабре 199* г., под самый новый год. В одной из военных частей служили два друга. Всё у них ладилось, всё было хорошо. До дембеля оставалось буквально пара дней, когда их отправили по одному важному заданию.


Командир дал друзьям одно поручение. Нужно было доставить важный груз на какую-то базу, находящуюся в ста километрах от их части. Поскольку места там были неспокойные (из-за беглых арестантов), то был дан такой приказ, во что бы то ни стало ехать без остановок, даже если приспичит по нужде. Ребята собрались и выехали по месту назначения.

До базы добрались благополучно, разгрузились, передохнули. Настало время возвращаться назад в часть. Поскольку дорога плохая, через лес да еще и снегом завалена, то выехали пораньше. Парни рассчитывали доехать часам к десяти вечера, но кто бы мог знать, что всё окажется куда хуже чем они думали.

Осилив пол пути, наши друзья решили остановиться на минутку и выйти по нужде. Двигатель глушить не стали, осмотрелись по сторонам из кабины - вроде никого. Кругом елки и темнота, только свет фар освещает дорогу впереди. Оправившись, ребята залезли в кабину и только тронулись с места, как впереди на дороге заметили человека очень низкого роста. Странно. Откуда посреди леса в ночную пору, да еще и в мороз тут человек?

Парни медленно двигались, постепенно приближаясь к идущему впереди. Поровнявшись с незнакомцем, один из них опустил стекло и окликнул человека. То, что он увидел повергло его в ужас...

-Это был не человек. Я не знаю, что вообще я видел. На нем был плащ с одетым на голову капюшоном, из под которого торчала волчья морда. Помню, что давили на газ, лишь бы поскорее унести оттуда ноги. Он нас не преследовал, а просто плелся сзади по дороге и пропал. Мы быстро оторвались от него...

По приезду в часть, ребята всё рассказали сослуживцам. Им поверили, поскольку слухов о тех лесах ходило много. Якобы водится там что-то не человеческое. Нечистая сила. Люди пропадают...(с)

Мистические истории

НОЧНАЯ СМЕНА

Это произошло, когда я учился в институте. Институт технический, моя специальность — литейное производство металлов. Настала пора проходить производственную практику. Рассылали нас по многим областям — от Кубани до Кургана. Мне выпало сомнительное счастье поехать в городок в Пермской области, где знакомый нашего завкафедрой купил площади маленького мёртвого завода и налаживал мелкое производство.

Поезд, автобус — и добро пожаловать в глухомань. Крошечный город тысяч на пять человек, делать абсолютно нечего. На тот момент хозяин завода получил какой-то заказ и требовалась работа в три смены. Найти достаточно работников в городе не вышло — кто пьёт, кто слишком старый. Да и денег много не платят. Соответственно, меня бросили на ночную смену.

Завод долго не работал, украдено было всё, что можно было унести, и большая часть цехов была пустой. Нас работало человек десять — в основном престарелые рабочие, которые трудились здесь до развала СССР, ну и я. Через неделю работы примерно в два часа ночи в сушильной печи сломалась подача мазута, и работа встала. Тишина, народ потихоньку разошёлся по цеху. У печи остались я и напарник — Василий Сергеевич, мужик лет шестидесяти на вид.
Тут я услышал хлопок и громкое шипение снаружи цеха. Василий Сергеевич обернулся к воротам и стал прислушиваться. Через полминуты — повтор: громкий хлопок и шипение. Дед повернулся ко мне, выглядел он напуганным.

— Так пар в котельной стравливали. Хлопает клапан, и потом пар шипит.

— Ясно, — растерянно сказал я. — А что-то не так?

— Котельная с девяносто пятого года не работает. Там половину оборудования унесли давно.

Василию Сергеевичу было не по себе. А хлопок и шипение продолжали раздаваться. Я тоже начал бояться, так как вспомнил, что котельная — это здание в 20 метрах от цеха, со сломанной дверю, выбитыми окнами и кучей ржавого хлама внутри — я заглядывал туда в первый день, когда шатался по заводу.

— Надо посмотреть, — без энтузиазма сказал я.

— Как хочешь, — ответил Василий Сергеевич. — Я не пойду.

Тут раздался очередной хлопок и сразу после него — дикий крик. Мы одновременно вскочили и кинулись к противоположным воротам цеха. Остальная смена мчалась изо всех углов цеха наперегонки с нами. Всей толпой мы выскочили на воздух и побежали к проходной. Оттуда бежал охранник. Он крикнул:

Все одновременно стали говорить про хлопок и крик. Оказалось, что охрана на проходной услышала хлопки и шипение, и один охранник пошёл проверять, что происходит. Тут трясти стало всех, ибо кричал, скорее всего, тот охранник. Охранник с проходной был с травматическим пистолетом, он взял его наизготовку и медленно пошёл вокруг цеха к котельной. Рабочие быстро пошли к проходной. Меня вдруг стало любопытно, и я двинулся за охранником. Дрожал при этом так, что зубы щёлкали. Мы обогнули цех. Окна второго уровня котельной мерцали, как будто там горел огонь.
— Тогда нижние окна тоже должны гореть, — сказал я. — Там нет перекрытия, просто окна в два уровня.

Хлопок. Шипение. На этот раз мне показалось, что громче. Я прыжком развернулся и рванулся к проходной. Охранник прибежал сразу за мной. Мы просидели в караулке до рассвета вместе с начальником караула. Телефон ещё не провели, и вызвать помощь было невозможно. Хлопки, правда, не повторялись.

Утром пришла дневная смена рабочих и охраны. Вызвали милицию и всей толпой пошли к котельной. Кто посмелее — зашли внутрь. Там, на площадке эстакады вокруг котла, нашли труп первого охранника. Как он туда попал — непонятно, лестница на эстакаду была сломана. Позже сказали, что он умер от обширного ожога паром. Все отказались больше работать ночью. Практика закончилась, я уехал и больше там никогда не был.

Расскажу историю, которая произошла в далеком 1988 году в северной провинции Афганистана. Служил я тогда в разведке ВДВ в ОКСВА. И в очередной раз вышли мы на реализацию разведданных под один нежилой кишлачок. Под этим кишлачком было очень большое (никогда в кишлаках ни до, ни после этого я таких не видел) и старое кладбище. Надгробья, насколько мне удалось расмотреть, были не только мусульманские, но и какие-то другие, мне непонятные.

Как положено, сделали все необходимые в этих случаях мероприятия. Пролежали весь день и половину ночи в тот раз безрезультатно. После двух часов ночи мы стали отходить. Я был там вместе со своим другом Иваном из Волгограда. И вот оторвались мы с ним где-то на километр от своих. Стояла безлунная ночь, так что было темно. Идем мы, озираясь, по этому погосту, и вдруг над одной разрушенной могилой поднимаются большие светящиеся зеленые глаза и начинают прямо на нас надвигаться. Нам сразу стало очень жутко, пот проступил холодный. Только одни глаза — и больше ничего... Как дали мы из двух стволов по ним и стали убегать, а они не отстают. Мы бросили по РГД и подствольник запустили — без толку.

Добежали до края кладбища, там как раз за валунами хорошая позиция была. Лежим там, обоймы меняем, дрожим, страх неописуемый. Глаза докатились до последних могил, повисели в воздухе несколько секунд и пропали. Мы сразу дали деру, побежали к своим. Думали, они к нам спешат на помощь, а они там сидели и ждали нас в точке. Прибегаем, а наш взводный говорит, мол, чего это вы такие запыханные, от кого-то бежали, что ли? Мы рассказали им свою историю, а они, оказывается, не только выстрелов, но и взрывов не слышали, поэтому так спокойно нас и дожидались... Позже нас подобрал вертолёт, и мы улетели оттуда.

Мистические истории 🕸