FiveGaLL

-Назад! Ко второй линии, сука! Отстреливаясь! – истошно орал Фельдмаршал в голографический передатчик.

Услышав приказ командира, бойцы мигом сорвались со своих позиций и двинулись к основным позициям у «леса». Над их головами плотным потоком пролетали плазма, ионные снаряды и лазерные лучи, разрывая и плавя самых неудачливых штрафников.

Корпораты же бросились догонять бойцов, параллельно ведя огонь. Только они ступили на бывшие позиции штрафников, как тут же прозвучали взрывы и крики. Сотни бойцов ОМК просто сгорали и разлетались на части от мин, плазменных гранат и других ловушек, радушно оставленных заранее штрафным полком. Множество членов свиты Паладина падало замертво или же с ужасающими повреждениями, не позволяющими продолжать бой. К ним подбегали синтетики-механики и в ту же секунду по их прибытии взрывалась вторая часть бомб и гранат.

И все же, наступление не сильно замедлилось. Пусть ряды корпоратов и слегка поредели, однако их все еще было слишком много. Фельдмаршал понял, что изначально ошибался, оценив их количество. Противников было гораздо больше, чем несколько тысяч…

-Артист! – заорал по голографической связи Фельдмаршал. – Стреляй из мортир! Срочно, сука!

Не успел он закончить орать, как десятки плазменных снарядов полетели на наступавших корпоратов. Наведенные с помощью дронов, снаряды попадали точно по самым крупным скоплениям противника, разметая на части сразу несколько десятков, а иногда и сотен синтетиков. Это замедлило наступавшие орды, благодаря чему штрафники смогли дойти до «леса» уже без потерь и занять свои позиции.

«Лес» погрузился в кромешную тьму и глубокую тишину. Лишь виднелись отблески взрывов мин и растяжек, а далекая канонада имперской артиллерии словно музыка успокаивала души штрафников. Звуки и взрывов ловушек и выстрелов артиллерии мелькали в голове каждого бойца словно мантра или агитка отдела пропаганды. Все это не давало сойти с ума в ожидании битвы насмерть со столь сильным и многочисленным врагом.

Первые ряды синтетиков и андроидов вышли из-за гор тел и «пугал» и тут же наткнулись на еще один ряд ловушек и мин. Практически сразу добрая половина наступавшей первой линии корпоратов отправилась в небытие, но им на замену тут же выступили тяжеловооруженные войска и рейнджеры ОМК. Как только и они показались штрафникам, то сразу были встречены плотным огнем из «леса». Щиты тяжелой пехоты достойно держали натиск, но даже они не могли полностью сдержать столь безумный поток снарядов, разряжающий батареи энергетических щитов. Пусть и немногие, но рейнджеры постепенно падали на землю, из-за чего ответный огонь корпоратов становился чуточку менее плотным.

Но дела у штрафников были куда хуже. В ответ по «лесу» огонь открыли тяжелые пехотинцы «Страйкеры» из своих крупнокалиберных ионных пушек. Одно только попадание оставляло кратер в окопах штрафников, не оставляя в живых никого. Одна огневая точка за другой затихала после попадания ионной массы, из-за чего Фельдмаршал дал команду смещаться по окопам после каждого выстрела или пулеметной очереди. Беготня между точками и последующий огонь превращали классическую стационарную оборону в карусель смерти.

-Артист! Доложи ситуацию на твоем фланге! – орал по голографической связи Фельдмаршал.

-Дерьмово, командир! Несем тяжелые потери! Из ста осталось всего двадцать бойцов!

-Принял. Мясник! Докладывай!

-Также как и у Артиста. – отвечал на удивление холодный голос Витязя – Потери высоки. Осталось тридцать два воина. Держимся.

-Твою ж мать… Растягиваемся! Пусть выбирают по кому стрелять!

Приказ тут же был исполнен. Бойцы стали растягиваться по всей оборонительной линии, отстреливая «Страйкеров» из лазерных кулеврин и плазменных тяжелых пушек. И тактика дала плоды. «Страйкеры» стали падать один за другим с пробитыми щитами и грудью. Ответный же огонь тяжелой пехоты не давал нужного результата. Попадание либо не убивало никого, либо лишь ранило бойцов, но не выводило из строя. В результате, тяжелая пехота отошла назад, дав возможность вести огонь более точным рейнджерам. В ответ на это Фельдмаршал приказал зайти в лабиринты и вышел на голографическую связь:

-Красная тряпка тут! Вылазь Свинота!!!

Из-под горы трупов вылез «Носорог» Свина обнажая свои крупнокалиберные лазерные автоматические пушки. В эту же секунду запела струя смертоносного огня, превращая в кашу рейнджеров и отступавших тяжелых пехотинцев. В ту же кашу замешались и синтетики, которые также были дезинтегрированы, дополняя общий замес из жженых механических тел и испаряющейся био-крови.

-Сдохните, твари!! Я ваши жопы железные на цветмет пущу!

Выстрелы Титана стихли. Поле боя резко замерло, будто испарив все живое находящееся на нем.

-У-ух… сука… - протянул Артист. – Вроде бы все…

-Идиот! Соберись! Там еще Паладин остался, придурок! – заорал Пельмень.

В ту же секунду по «Быку» Свина прилетели плотные снаряды плазмы и ионный луч, сделавшие дыру в корпусе и оторвавшие руку с лазерной пушкой. От этого титана тут же повело в сторону и корпус отделился от ног, полностью испарив машину и пилота.

-Жалкие создания из плоти и крови. – прозвучал высокомерный механический голос Паладина. – Вы мусор, который мне все же придется вынести самому.

-Заткни хлеборезку, механическое дерьмо! – проорал кто-то из штрафников. В ту же секунду в то место прилетел ионный луч.

-Еще одно мерзкое создание мертво. Кто еще хочет лишиться головы?

Из леса, внезапно, вышел Мясник, вооруженный двуручным мечом и двумя плазменными пулеметами на плечах. Не произнося не слова, он бросился на Паладина в мощном выпаде с мечом в руках. В ответ монструозное пятиметровое создание подключило прото-щиты, отразив удар, и, немедля и секунды, выстрелило из плазменной пушки. Мясник ловко уклонился от выстрела с помощью гравиботов и, отойдя на несколько метров, начал кружить над Паладином в своей привычной смертельной карусели. Эффекта это возымело мало, а лишь немного разозлило – щиты приняли весь удар. Однако, Мясник продолжал обстреливать из «Могилизаторов» Паладина без перерыва.

В это же время подключились и остальные штрафники. Огнем винтовок, кулеврин, пушек – в целом всего, что было под рукой они поливали его огнем без остановки. Однако пробить щиты корпората не удавалось. Паладин же разразился ответным огнем и весьма точно стал поражать оппонентов. Его внутренний компьютер наводил все орудия прямиком на цели, разрывая на части бедных штрафников. Разорванные на части тела разлетались на куски плоти и брызги крови на стенах окопов. Мозги и кишки, обожжённые плазмой, свисали и лежали на земле в одной куче. Бойцы в панике орали кто от боли, кто от ужаса сотворенного всего одним чудовищем. В «лесу» осталось всего пятнадцать человек, лежащих под завалами.

Стрельба со стороны штрафников прекратилась. Лишь Мясник и Паладин остались один на один.

-У меня кончился боезапас. – с наигранной грустью сказал Мясник, стоя прямо перед восьминогой машиной.

-А ты разрядил мои прото-щиты, Витязь. Весьма похвально для такого ничтожного и жалкого генетического уродства. Изволь, но я представлюсь! Меня зовут Эобард Крейн II. Я капитан первой ударно-штурмовой и осадной дивизии «Эллизиум», а также президент отдела распределения рисков. Вызываю тебя на командирскую дуэль и выражаю свое почтение тебе как воину.

-Александэр’Тальд «Мясник» Альфорд – командир третьей осадной штурмовой роты штрафного полка. Принимаю твой вызов, механическое отродье!

-Ого! Так ты из Королевства! Предатель значит… Вот так забавная новость! Прости, за мою неточность. Но не это важно! Позволь же, я приму более удобную для себя форму.

Грудь Паладина стала открываться. Оказалось, что это был экзоскелет, которым кто-то управлял. Из машины вышел человек. Мужчина, на половину сотканный из плоти и на половину из металла и кибернетических частей. На нем не было одежды – высокое, голое биомеханическое существо без половых признаков – лишь красивое мужское лицо доказывало его принадлежность к мужскому полу.

-Так мне будет сподручнее драться с тобой, Витязь – ухмылка, перетекающая в злобный оскал, изобразилась на лице Паладина. В эту же секунду, костюм Паладина трансформировал одну из рук с плазменной пушкой в глефу и поместил ее в руки Эобарда.

-Да будет так. – ответил Витязь и с неистовой скоростью бросился на корпората и столкнулся с его глефой в клинче. Тяжелым толчком Мясник отталкивал Эобарда и тут же бросался на него в новом выпаде, с каждым разом сталкиваясь с его длинной глефой. Парируя же ответные выпады Крейна, Мясник успевал наносить еще один удар, почти что, задевая паладина. Те оставшиеся, кто наблюдал за боем, и вовсе не могли уследить за их невероятно быстрыми движениями. Их также и ужасала сама картина битвы – худой и высокий Паладин не был быстрее мощного, тяжелого и столь же высокого Витязя! Они поспевали за каждым движением друг друга и не было понятно, кто останется победителем в этой битве.

Внезапно, Крейн мощным выпадом парировал меч Мясника, открыв нагрудную пластину Витязя, и в ту же секунду последовал выстрел из наконечника глефы. Тонкой струйкой ионный луч врезался в броню Витязя, однако пластина сдержала удар и рассеяла направленную энергию. Витязь же окончательно разрядил свой плазменный пулемет прямиком в Паладина, но и Крейн был не так прост. Моментально среагировав, он раскрутил свою глефу с помощью своей механической кисти и образовал фронтальный прана-щит.

-Один-один! – сказал с легкой насмешкой Мясник и выбросил пулемет с модуля в кучку трупов.

-Соглашусь. – ответил с высокомерной улыбкой Крейн.

Не прошло и нескольких секунд, как Мясник и Крейн одновременно влетели друг в друга, сцепившись в еще одном смертоносном клинче. Они оба ускорились и их удары и вовсе стали практически незаметны для глаза обычного бойца. Словно молнии среди ясного неба они раз за разом схлестывались друг с другом, не жалея сил. Звон клинков под крики раненных и деморализованных бойцов создавал атмосферу адской оперы, какого-то насмешливого Бога резни и его Ангелов кровопролития. Сцена из крови людей и синтетиков, частей тел павших воинов больше всего подходила для битвы двух мастеров войны.

Несколько минут, тянущихся как вечность, длился их бой, пока Витязь не начал теснить Паладина. Отбив глефу мощным горизонтальным ударом меча, он тут же сделал тычковый выпад и воткнулся в тело Крейна, вонзаясь глубоко в живот. Но вместо гримасы боли его лицо озарила маниакальная издевательская улыбка.

-Попался. – насмешливо сказал Паладин.

В ту же секунду экзокостюм Паладина навел свои орудия и уже собирался выстрелить, как в него прилетел мощный заряд плазмы из винтовки Артиста. «Вырвистволка» сыграла свою злополучную роль и достала до орудий механического чудища. Но лишь одну из пушек Паладина удалось уничтожить, и другое еще живое орудие нацелилось в Витязя, но тот успел среагировать и отрубить и руку, и механическую «морду» костюма. Броня тут же упала на землю с громким шлепком, распластавшись в грязи и механических телах

Однако и Крейн не собирался лежать как болванчик и ударив глефой по шлему Мясника, заставив его пошатнуться и ненадолго потерять ориентацию в пространстве.

-Закончим наш разговор в другой раз! – отвернувшись от оглушенного Витязя, он упрыгал в направлении позиций своей армии. Мясник же не стал его догонять и, опершись на свой меч поковылял в сторону своих закопанных товарищей. Раскидывая завалы из тел, он начал освобождать их одного за другим. К сожалению, из пятнадцати бойцов осталось всего шестеро живых и практически не раненных бойцов. Среди них были Артист, Фельдмаршал и Пельмень, сидящие мирно на трупах своих братьев, оппонентов и обломках своего «леса». Израненные, с ног до головы покрытые кровью и биожидкостями различных цветов они сели и подкурили уже высохшие имперские сигареты, также покрытые кровью и жидкостью.

-Знакомый вкус. – молвил тяжело Фельдмаршал, выдыхая густой и черный как смоль дым.

-Табака и крови? – спросил Артист.

-Дерьма и смерти… - добавил Пельмень. – Знакомый и родной… Честно, я уже не помню, когда в последний раз спал не под огнем артиллерии и плазмаметов.

-Никогда, Брат… - неожиданно для всех добавил Мясник.

Пельмень удивленно выпучил глаза, услышав слова Витязя. Он понимал иронию сказанного и от того слова Мясника его еще больше веселили.

-Даже холодный и бесчувственный рыцарь проклял себя братством со мной! Ха-х!

-Лучше и не скажешь. – улыбающийся Мясник подкурил сигарету, протянутую ему Фельдмаршалом. – Ты прав, Пельмень. Дерьма и смерти…

-А я о чем? Ничего ведь нет уже роднее…

Из далека, со стороны позиций войск корпорации, послышался громкий шипящий звук. Это были ракеты стратегической артиллерии корпорации «ФЛТ», начиненные плазменными зарядами. Мощное и разрушительное оружие, летящее на гиперзвуковой скорости – в целых 27 махов – взлетало со своих позиций с чудовищной скоростью.

-Кажется, нам жопа, мужики. – улыбаясь спокойно молвил Фельдмаршал. – Ну и хрен с ним!

-Ага! Будет здесь через секунд тридцать. – добавил Мясник.

Двое других выживших бойцов в панике поползли под завал, в надежде спрятаться от надвигающейся смерти.

-Да не ссыте вы! Не поможет! Тут все в радиусе трехсот метров сгорит. Еще и под землю метров на сорок войдет. – сказал Артист в надежде успокоить бойцов. Однако наоборот это сыграло еще более устрашающий эффект и эти двое стали закапываться еще глубже.

С каждой секундой ракеты подлетали все ближе к тому, что осталось от их позиций, однако никто даже не шелохнулся, кроме двух бедолаг отчаянно пытавшихся закопаться. Дым их сигарет лишь безмолвно тлел, устремляясь в небеса тонкой струйкой, сигнализируя о скором обрыве их никчемных и ненужных жизней. Смерть уже была готова унести их несчастные и никому не нужные души куда-то в неизведанную даль, поближе к вечному спокойствию и свободе. И с этим черным табаком сгорали их счастливые мысли о скорой кончине и уходе в вечность, где их ничто не будет заботить. И только неведомая сила будет распылять их бестелесные оболочки по полям, заполненным такими же брошенными и ненужными душами, благословленными вечными скитаниями в тишине и одиночестве. Безмолвие и тоска сбросят с них усталость и наступит тот день, когда они смогут отпустить себя и свою боль по дальше, где ее больше никто и никогда не найдет. Бежать не было смысла, ибо это не было их искренним желанием. Подобно дыму они хотели лишь свободы и спокойствия, улетев далеко-далеко вверх.

Но этой глупой мечте не суждено было сбыться. Каждая ракета корпоратов была сбита противоракетой регулярных сил Империи. В воздухе промелькнули силуэты «Лучей» и «Молний», идущих в воздушный бой с «Рапторами», разнося ветер и кровавую пыль по истерзанному полю боя. И дым, что хотел лишь улететь повыше, разнесся по месту сечи словно прах, развеивая мечту выживших штрафников о смерти по этому бескрайнему мертвому лесу тел и техники.

Спустя несколько минут со стороны того места, где находился «лес» начали слышаться звуки ядерных двигателей гравитационных танков Т-890 «Минотавр» и колесно-гравитационных тяжелых БТР «Аметист». И только рев, и шум дошли до ушей штрафников, как их глаза тут же вернулись к своему привычному холодному выражению. Только отвращение немного першило в горле каждого, но его никогда никто из них и не скрывал.

Легионы техники и пехоты буквально промчали через них, вместе с многочисленными Штурмовыми УМами Склавии. Объезжая их, словно река обтекает камни, они не обращали никакого внимания на выживших. Никто даже не повернулся к ним, чтобы оказать помощь или же просто поблагодарить, что им не пришлось столкнуться с тем, с чем столкнулись они.

Как только толпы воинов прошли дальше вперед к оставшимся штрафникам подошел тот самый капитан, с которым разговаривал по голографической связи Фельдмаршал. Это был высокий и мускулистый мужчина в шинели и стандартной офицерской броне драгуна. На голове его козыряла капитанская фуражка, украшенная золотой кокардой и рубином, как обычно воткнутом в эту самую кокарду. Его пояс украшали богато разукрашенные ножны с саблей, покрытой платиной и метеоритной вставкой. Весь его парадный вид вызывал лишь тошнотворное отвращение у выживших, желавших разорвать его на части прямо здесь и сейчас. Бесила их и его гладковыбритая рожа с кучей шрамов и ссадин на суровом и повидавшем виды лице.

-Отличная работа, бойцы. – сухо начал Капитан. – Я рад, что вы выжили.

-Вижу не от всего сердца. – ухмыльнувшись ответил Фельдмаршал. – Где вы были, суки?

-Попрошу выбирать выражения, Командир Штрафного Полка Старший Лейтенант Александр «Фельдмаршал» Кодран. Ваша субординация должна соо…

Не успел он договорить, как по его лицу прилетел мощный кулак Фельдмаршала, который, впрочем, лишь пошатнул Капитана, но с ног его не сбил. Капитан же лишь стер кровь с уголков рта рукавом своей шинели, ничего не ответив на столь дерзкий выпад. Он лишь посмотрел на незакрытую разломанным шлемом половинку лица Фельдмаршала, наигранно грустным и понимающим взглядом и затем сказал:

-Простите Нас, Старший Лейтенант. Я понимаю вашу злость и вашу досаду, но я ничем не мог вам помочь. Ваш полк…

-Полк, сука?! – перебил его Фельдмаршал. – Посмотри, тварь, что осталось от полка! Шесть, сука, человек! Шестеро, твою мать, бойцов! И ты еще это полком хочешь назвать, урод?! Ты пять тысяч человек похоронил мудила грешная! Тебе как, сука, спится по ночам?! Ахуенно?! Из пяти тысяч отборных парней нас осталось шестеро, блять! Я всех новобранцев потерял, тварина! ВСЕХ! ДО ОДНОГО, БЛЯТЬ!

Капитан слушал Лейтенанта со своим привычным вечно холодным лицом. Ни один мускул на его лице не дрогнул даже тогда, когда Фельдмаршал в ярости схватил его за ворот шинели.

Фельдмаршал же смотрел на эту рожу своими глазами, полными гнева и боли. Кровь и слезы на его лице будто бы дрожали вместе с ним, стекая по щеке и подбородку тонкой струйкой. Окончательно обессилев от злости, он упал на колени, уже не в состоянии что-либо еще ему сделать.

-Повторю еще раз, Лейтенант: отличная работа. Отправляйтесь на пополнение в штаб. Наша победа на этой планете близка, и кампания скоро завершится. Спасибо за Ваш неоценимый вклад!

-Да пошел ты, сука.

Капитан безмолвно прошел мимо оставшихся бойцов, совершенно не обращая на них внимания, словно для него они и не существовали вовсе. Впрочем, и он для них не был чем-то существенным. Для них он был скорее сутулой гиеной, которой штрафники нужны лишь, чтобы затыкать на фронте дыры.

-Этот БТР доставит вас в штаб. Там вы сможете отдохнуть. – не поворачиваясь добавил Капитан, тыкнув большим пальцем за спину. – Помните, свое место, штрафной полк. Вы мусор и отбросы, собранные со всех уголков Империи. Ваша судьба дохнуть как дворовые псы. Но все же… - он не договорил. Лишь замялся и грустно улыбнулся в их сторону, а затем продолжил идти в сторону фронта.

Машина стояла в ожидании тех шестерых, что остались в живых. Словно злобная шутка машина стояла и насмехалась над ними, упрекая их в своем бессилии и беспомощности.

Понурые бойцы поковыляли к машине, ступая в кости и мясо оставшиеся от их некогда живых братьев и врагов. Молодняк, старики и зрелые мужики смешались в одну кашу из боли и отчаяния, из надежд и сожалений, из мечт и их краха. Ничто уже было для них не важно – они нашли свой покой где-то там, где их больше ничего не побеспокоит и не найдет никакая война.

Ничего не произошло пока они ехали в штаб. Лишь однотипные пейзажи войны, освещенные рассветным солнцем как мираж проносились перед их глазами. Словно злобное эхо, следующее за ними по пятам, будто бы насмехалась над ними. Оно, казалось, кричало прямо в разум, что они никогда не найдут свой покой. И только смерть наступит на их грудь, как тут же покинет их, отдаляя этот покой все дальше и дальше. И пусть их ребра будут сломаны, ключицы трещат, а руки изогнуты в не естественных символах – Смерть лишь посмеется над ними и пойдет дальше, оставив их никчемные душонки гнить. И уродливые шрамы, и раны на их уже почти охладевших душах станут все глубже.

Тишина стояла на протяжении всей дороги. Никто не был в состоянии сказать и слова: кто от усталости, кто от боли, а кто-то и вовсе от того, что и говорить то нечего. Даже те двое неизвестных, что остались в живых сидели и молчали. И даже не из страха, а скорее от боли, что их жизнь такой и останется навсегда. Что в те тридцать секунд должна была наступить та самая желанная милость, изначально уготованная им на их воинском пути.

Спустя несколько часов гробовой тишины, БТР довез бойцов до штаба. Даже после остановки все молча сидели, не желая вообще куда-либо идти. И только водитель БТРа своим криком разбудил их от раздумий:

-Вылазьте братцы… Я должен ехать обратно.

Не прошло и нескольких секунд как аппарель раскрылась и из машины стали выходить те самые оставшиеся шестеро воинов. Серые и поникшие они зашагали к воротам для входа на территорию штаба.

Врата тут же отворились и глазам бойцов предстала неведомая до селя картина. Сотни, если не тысячи драгунов, десантников, младших и старших офицеров встали на колено, образуя почетный коридор. Их головы были наклонены к земле и в знак почтения сложены на винтовках.

-Да здравствует I-й и Великий Штрафной Полк по чести прозванный Бессмертным! Отдать честь выжившим и павшим Братьям нашим! – проорал по всей видимости один из старших офицеров.

В ту же секунду бойцы встали и приложили свои ладони к виску, как это было принято. Штрафники же ошарашено смотрели на все это и никак не могли понять, что же все-таки происходит. То ли все это была шутка над ними или же правда величайшее почтение, которое они только могли получить.

Фельдмаршал же узнал тот голос, что прокричал из толпы, но не подал виду. Жестом он показал, что они могут идти вперед, не переживая, что их кто-либо засмеет. Гордо, шаг за шагом они шагали вперед и будто чувствовали признательность и почтение, витавшее в воздухе. И что больше всего поразило Фельдмаршала, так это то, что каждый, открыв забрало своего шлема, смотрел на них полным гордости взглядом. Никто не скрывал своего искреннего лица и каждый выражал лишь почтение и глубокую признательность за их заслуги.

Дойдя до конца этого длинного человеческого коридора, Фельдмаршал осознал то, что он не мог осознать до сих пор. Посмотрев на своих парней, он понял, какой приказ должен отдать:

-Первый Бессмертный! Поблагодарим же, сука, Братьев наших за столь теплый прием! Отдать честь!

Не раздумывая и секунды все шесть воинов приложили руку к виску, выпрямившись в стойке по всем правилам воинского этикета. С гордо поднятой головой штрафники смотрели на своих сослуживцев из других полков, которые отвечали тем же почтением на их столь высокий жест.

-А что? Первый Бессмертный… Звучит шикарно. – подметил Артист.

-И не говори, Братан! – согласился Пельмень.

-Заткните хлебальники, уроды! Совесть имейте хоть чуть-чуть! Вам ваши сослуживцы столь высокое почтение выражают, а вы скоты хлебальники не закрываете. – отчитал их Мясник.

-Но ведь и правда не плохо, братец Мясник! – в полголоса сказали двое неизвестных штрафника.

-А вы, собственно, кто? – справедливо заметил Артист.

-А мы… Дима и Тима! Позывной «Близнецы»! Мы кровные братья и всегда в паре работаем!

-Вы че охренели?! Один позывной на двоих нельзя! – сказал Пельмень

-Можно!

-Вы мне еще, сука, перечить удумали?! А ну идите сюда!

Пельмень стал крутить хороводы вокруг строя, пытаясь изловить юрких и быстрых Близнецов, в ужасе убегающих от огромного мужика. Казалось, Фельдмаршал и Мясник должны были отчитать их, но и они также решили присоединиться к погоне, выкрикивая различные ругательства в адрес Пельменя. В результате, за Близнецами гнался Первый Бессмертный в полном составе, непонятно с какой целью, что, впрочем, изрядно развеселило салютовавших бойцов и офицеров.

-Фельдмарашал! Ты мне, кстати, ящик торчишь! Забыл? – кричал весело артист, продолжая гнаться за близнецами.

-Да помню я! Дебил…

***

-Товарищ Капитан! Последние силы корпоратов на планете скоро будут разбиты! – доложил драгун.

-Спасибо за информацию, сержант. Доложите о потерях в этой битве.

-57 человек убитыми, 355 раненными и 91 пропавший без вести. Вместе с погибшими 2595411, 81111 раненными и 121 пропавшим без вести бойцов выходит, что в этой кампании мы потеряли…

-Принято. – сухо прервал Капитан. - Доложите военному комиссару о потерях и необходимых выплатах в полном объеме.

-Товарищ Капитан. Простите за столь нескромный вопрос, но штрафники внесли свой трагично огромный вклад и их родные достойны обещанных им выплат. Я могу их причислить к остальным?

-Нет, сержант. Не можете. Их нужно оценить отдельно. Каковы их потери?

-Общие потери в кампании составили 123311 бойцов. Только убитыми.

-Понятно. Объяви новый набор в штрафной полк.

-Товарищ Капитан, но они же…

-Они Герои, да?! – Капитан снова не дал сержанту договорить. – И заслуживают большего, чем мы можем им дать?

-Они погибли с честью, капитан! Благодаря их доблести мы живы! Мы почтим их по всем канонам Империи! Да благословит их Мать Земля!

-С честью? Благословит? Ха-х… Да сдалась им эта сраная честь! Сдалось им наше почтение! Высшее благословение, которое они могли получить они уже получили.

-Извольте, товарищ Капитан, но я не понимаю…

-Смерть, сержант. – мрачно произнес Капитан. – Клали они на все это… Они не выбирали быть расходным материалом. И сражаются они не для того, чтобы такие идиоты как мы отдавали им честь, почести или другой подобный бред! Они просто другой жизни не имеют и иметь не будут… Вся жизнь в войне и ничего кроме нее они не видели и никогда не увидят. А потому и грехов они набрали не мало за эту «жизнь». И вместо того, чтобы помереть от рук полевых судей и расстрельных команд, они решили и дальше служить Империи. Пусть как сброд из убийц, воров, пьяниц и Мать с Императором знают кого еще, но и как воины, знающие свое ремесло лучше кого-либо из нас. Выбор без выбора от нашей доблестной Империи! Потому и смерть для них не страх и ужас, но высшая награда, которую они хотят получить!

-Но все же… Они же все герои!

-Герои не умирают, сержант. Запомни это.

-Я не понимаю…

-Когда-нибудь поймешь. Свободен… сержант.

-Есть.

Капитан не проронил более ни слова и лишь задумчиво разглядывал тела штрафников, драгунов, корпоратов… Моря рек и скалы мяса станут удобрением для Матери этой планеты, а новые муравьи вновь облагородят этот мир. И этот круг жизни и смерти никогда не закончится. Молодые и старые будут вновь и вновь класть свои головы на бесчисленных планетах в надежде на изменения и на долгожданный покой.

Капитан же, меланхолично и грустно подкурил сигарету. Вдыхая тяжелый и едкий черный дым армейских сигарет, он, казалось, становился совсем другим человеком. Его лицо стало мягче, глаза спокойней, словно все мысли и события, упавшие на его долю в один миг, улетучились вместе с вышедшим изо рта дымом. И лишь одну фразу он смог из себя выдавить:

-Все так же… дерьма и смерти…

-Да че ты такой шуганный, а? – удивленно и громко спросил мужчина. – Дай сюды, дурень! Та-а-ак… Ага! Отлично! Мужики, припасы приперли, ха! Хрен о нас забудут, придурки! – странная праздность мужчины, на фоне всего происходящего, пугала пилота еще больше. Но, когда одобрительно заорала и остальная ватага бойцов, отстреливающихся за горой-укрытием из тел андроидов и синтетических пехотинцев, пилота и вовсе подкосило, отчего он громко плюхнулся в лужу из био-крови корпоратов.

-А-а-а-а-а-а! – заорал несчастный пилот – Заберите нахрен уже эти сраные боеприпасы! Я жить хочу ублюдки!

-Да не боись ты, парниша! «Пельмень» тебя защитит, дружок! Ну вываливай, балбесина свои гостинцы. – весело и по-доброму крикнул Пельмень.

Пилот мигом побежал выгружать боеприпасы. Нажав на кнопку запуска конвейера, подвижные механизмы стали выгружать метеоритные коробки с батареями и плазменными снарядами. За ними также поехали и одноразовые плазмаметы «Пчела» и «Оса», а также несколько ящиков с термобарическими и осколочными гранатами повышенной мощности.

-Ого! Даже плазмаметы дали! Еще и новые, сука! – радостно крикнул Пельмень.

-Хрен ли ты там конетелишься, Пельмень?! – яростно заорал один из тяжеловооруженных драгунов. – Быстро тащи сюда боеприпасы и свою жирную жопу!

-Иду, «Фельдмаршал»! – все также смеясь кричал Пельмень и стал подносить боеприпасы к «укрытию». – Спасибо, пилотик! А теперь дуй отсюда, а то тебе пиздец…

Пельменю не пришлось повторять несколько раз. Щуплый паренек мигом рванул в свою кабину по дороге роняя пропитанные голубой био-кровью и своей же мочой портки. Чуть ли не за несколько секунд, пилот взмыл в воздух и улетел восвояси, попутно избегая выстрелов ионных противовоздушных пушек.

-Хы, ну и псих он, конечно. Еще и обоссался! – с ухмылкой пробормотал Пельмень, попутно поднося снаряды.

Тем временем бойцы, лежавшие и сидевшие в горе тел, попутно крошили наступающие силы ОМК из компании «ФЛТ» (Фейри Лайт Текнолоджис). Огромные волны андроидов и синтетиков наплывали на укрытие десятками тысяч тел, однако волна огня, плазмы и гранат мигом остужала яростный пыл наступающих. Сотнями они падали под огнем плазменных пулеметов и винтовок. Гранаты разрывали их тела в клочья, разбрасывая синюю и голубую кровь вокруг. Океаны жидкой субстанции и горы из тел все росли и росли под огнем штрафного штурмового полка.

-Капитан, мать твою за ногу! Где, сука, твое подкрепление!? – орал во всю глотку «Фельдмаршал» по голографической связи. – Мои новенькие уже готовенькие! Слышишь, уродец!? У меня потери один к пяти, сучара!

-Мы уже на подходе, товарищ командир штрафного полка! Время подхода двадцать минут. – отозвался басистый голос некоего капитана. – Продержитесь еще немного.

-Ты мне то же самое говорил час назад, мразота! Пацаны дохнут, а ты, тварь, на флангах прохлаждаешься?! У нас тут, сука, вечеринка! Заходи на огонек, скотина, и я… СОЖРУ ТВОИ МЕЛКИЕ УРОДЛИВЫЕ ЯЙЧИШКИ!

-Прошу воздержаться от оценочных суждений, товарищ командир. Вы можете попасть под трибунал за ваши эмоциональные высказывания.

-Какая же ты сука непробиваемая! Дуй сюда, свинота! Нас тут во все щели… - внезапно связь прервалась, и лицо фельдмаршала под шлемом залилось ярко лиловым цветом.

-Этот додик меня сбросил… Как сучку после попойки! Вот скотина… Артист! Как дела на фланге? –проорал «Фельдмаршал» по внутренней связи.

-Хреново, командир! – донесся молодой мужской голос. – На нас поперли «Спайдер» и «Вархаунды»! С ними толпа менеджеров пехотинцев… Долго не продержимся.

-Пельмень уже несет вам плазмаметы! Чуток осталось, братишка!

-Как будто бы это поможет. Тут кругом дерьмо! Много дерьма, Фельдмаршал!

-Хватит о дерьме, Артист! Держись как можно дольше. Если подохнешь с тебя пиво!

-Принял. Дохнуть не буду! Если выживу с тебя ящик на меня с Пельменем!

-Забились.

Как только Фельдмаршал отключил свой передатчик, он сразу дал команду на смену позиции, что максимально оперативно было выполнено. Весь полк стал смещаться на двести метров вправо, не прекращая огонь. В тот момент, когда бойцы уже заняли новые позиции, по их предыдущей локации прилетел целый пакет термальных ракет и ионных снарядов. Фельдмаршал же бросил короткий взгляд на глубокий кратер, который несколько минут назад был их укрытием и выдохнул с облегчением.

Бой продолжался и корпораты стали подбираться все ближе и ближе к позициям штрафников. Несмотря на плотность огня щиты солдат корпорации стойко держали потоки огня из плазменных и лазерных винтовок и пулеметов, что позволяло им не сбавлять темп штурма. Синтетики уже стали взбираться по трупам своих бывших коллег, вооружаясь метеоритно-стальными клинками и кластерными дробовиками.

Синтетики фактически уже высовывали свои уродливые броне-лица, как только на связь с Фельдмаршалом вышел знакомый ему до боли голос:

-Ну че братцы! Тяжелая кавалерия прибыла, суки! Ха-ха-ха – скрипучий голос старика послышался из коммуникатора и из-за спины штрафной роты тут же послышался звенящий шум лазерных автоматических пушек. Толстая струя лазерного огня тут же растянулась словно солнечный луч рассветного солнца, поражая как технику, так и пехоту, сжигая дотла одного корпората за другим.

-Свин, толстая ты харя! – воскликнул Фельдмаршал по голографической связи. – Неужто ты, дурень, еще живой!

-Они хрен моего «Быка» забодают! Титан «Носорог» — это вам не высер корпоратский! Тут, сука, двенадцать тонн чистого насилия! Я им ща так просраться дам! Ха-ха-ха!

-Ты там давай не расслабляйся! Иди на помощь Артисту! Его там зажимают сильно!

-Принял, Командир! Выдвигаюсь! – проорал Свин напоследок, прежде чем связь прервалась.

-Командир! – внезапно проорал один из «штрафников». – Там «Паладин» подтягивается со своей свитой полупокеров!

-Ага, вижу! – Фельдмаршал смотрел вдаль через оптические приборы, встроенные в шлем. Его глазам предстала махина с восемью ногами, метра четыре в высоту и каким-то безумным количеством орудий разного калибра и типа. Кроме Паладина, внушала опасения и его свита: несколько сотен тяжело бронированных рейнджеров с ионными пушками и пулеметами, тысячи скаутов и рейнджеров-штурмовиков с ионными и плазменными винтовками и куча синтетиков и андроидов. Система брони Фельдмаршала показывала, что расстояние до них двенадцать километров, а время подхода 180 минут. – Далеко еще, конечно… НО! Нам жопа, если они подойдут к нам хотя бы на четыре километра. Передай всем постам по связи приказ об отходе на один километр назад к «лесам».

Бойня потихоньку стала утихать. И взрывы, и выстрелы, гремевшие вокруг, почти прекратились. Штрафники уже вовсю мародерили тела уже павших корпоратов – это они называли «оперативным пополнением боезапаса», хотя на деле просто собирали очередные «новинки» различных корпораций.

-Принял, Командир! Передать Свину приказ о засаде?

-Конечно, дурень! Без него нам вилы! Или ты хочешь один на один «Паладину» засадить?!

-Э-э-э… - туповато промычал солдат. – Нет, наверное…

-Тьфу! Осел! Ты еще сомневаться удумал? Хера ты смелый, конечно, новичок!

-Да нет же, я…

-Головка от… - Фельдмаршал сдержался, но вскоре продолжил. – Дуй приказ передавать! ПУЛЕЙ, СУКА!

Боец, решив не испытывать судьбу и избежать продолжения фразы, поспешно ретировался выполнять приказ. В это же время Пельмень подошел к фельдмаршалу. На его лице виднелась заговорщическая улыбка маньяка, задумавшего какую-то гадкую хитрость.

-Командир! – обратился, улыбаясь, Пельмень. – Я тут вас, ненароком, подслушал и подумал, что мы можем им оставить парочку подарков перед уходом!

-Ты меня иногда пугаешь и радуешь одновременно, Пельмень. Помню какие ты «приколы» и «подарки» оставил Нордам на Ксанте… До сих пор посрать спокойно не могу, не посмотрев в дырку в толчке. Что ты на этот раз удумал?

-Извольте, Фельдмаршал, но ничего криминального! Всего лишь пару связок разрывных термических мин! Ну и растяжки, конечно, из гранат и ядерных микро-реакторов. Их нам до-о-о-охерища привезли! Ну и я, каюсь, с трупаков собрал…

-Тебя в психушку нужно сдать с такими идеями. – наигранно серьёзно ответил Фельдмаршал, однако не скрываясь обрадовался столь нужной идее. – Дерзай!

-Есть! – обрадовавшись воскликнул Пельмень и радостно рванул готовить «подарки».

-Пацифист блять... Ага. А я монашка, сука. – вдогонку убегающему Пельменю пробурчал себе под нос Фельдмаршал.

В это же время поле боя уже превратилось в тотальное безумие. От наступавших войск корпоратов остались только кишки из проводов и трубок внутренней био-жидкостной системы. Повсюду были реки из разноцветной крови механических людей, из которых время от времени всплывали человеческие мозги, глаза и пальцы. Техника корпорации и вовсе была превращена в груду металлолома. Рядом с горой трупов, на которой располагались штрафники лежали вперемешку обезглавленные новобранцы штрафного полка, драгуны, синтетики и боевые андроиды. Головы, руки, ноги как Склавианцев, так и корпоратов и вовсе строились в некое ужасное подобие оккультных тотемов племен древней Земли.

На фоне сего зрелища изрядно поредевший полк в спешке собирал все боеприпасы и орудия под крики их лейтенантов и Фельдмаршала. Не обошлось и без придания ускорения Пельменю с помощью мощного пинка под зад со стороны Артиста, дабы их отступление не задерживалось из-за его садистских «приколов». Свин и вовсе свалил раньше всех, поскольку получил приказ занять скрытую позицию и ждать сигнал в засаде: куда он свалил и откуда его нужно было ждать никто не знал, но все знали, что этот идиот все же появится в нужный час.

Спустя несколько минут бойцы уже на ускоренном марше двинулись к «лесу», попутно оставляя за собой просто неимоверное количество мин и растяжек. Настолько незаметно и мастерски бойцы штрафного полка расставляли «подарки», что их темп ни разу не замедлился. Фельдмаршал даже отдал приказ ускориться, поскольку видел, что пока все складывается слишком уж гладко.

Дойдя до «леса», бойцам предстала знакомая и родная картина. Тысячи, если не десятки тысяч тел висели на останках других тел и остовах БТРов и механо-пауков, изображая деревья и листву из рук и ног, павших солдат. Возле входа в лес, в луже из био-крови и технических жидкостей, стояли три плазменные мортиры и несколько стальных ящиков со снарядами к ним. В колья, сделанные из ног синтетиков, были воткнуты головы офицеров и простых менеджеров-пехотинцев с застывшей гримасой ужаса и боли. Однако еще больший ужас вселяли не сами головы. Немного времени понадобится любому человеку, чтобы заметить, что эти головы – живы. Уголки губ из синтетической кожи слегка сжимались и разжимались в немом крике вместе с впадинами, оставшимися от глаз. Каждое движение обнажало шрамы и струпья, оставленные штрафниками в желании развлечься или же просто-напросто убить время. От того же и были воткнуты провода для поддержания жизни, дабы не лишиться «игрушек», так любезно развлекавших солдат уже несколько месяцев.

-Господа! – обратился Фельдмаршал, подошедший к «лесу» в первых рядах. – Мы наконец-то у «дома», а потому можем прекрасно отдохнуть минут так пятнадцать! Че застыли, уродцы!? Марш жрать и готовить оружие!

-Есть! – хором ответило стадо головорезов.

Толпа солдат стала расходиться по «лесу», занимая позиции в лагере.  По правде говоря, это место не совсем могло называться лагерем. Это гротескное поселение, больше напоминавшее деревню ужасов, на деле являлось лабиринтом из укреплений и оборонительных турелей, тщательно замаскированных штрафным полком. Все это создавалось постепенно в течение по меньшей мере трех-четырех месяцев – все время пока идет военная кампания на этой планете. В силуэтах этого «укрепления» можно было увидеть и части брони танков и БТРов намертво приваренных друг к другу. Трудно поверить, что за этим «лесом» скрывались укрепления, траншеи, бойницы и окопы с лазерными пулеметами и плазменными пушками.

Пельмень и Артист сели в свою комнату-окоп и стали копошиться в крио-ящике в поисках мяса бриксов. И да, спустя несколько секунд заветные банки с тушеным мясом бриксов и овощами были найдены.

-Вот вроде как армейская жрачка не должна быть дерьмовой, ведь так? – злобно открывая банку, сказал Артист.

-Не знаю, брат. Я после боя все готов сожрать, даже гребаные белковые брикеты! – ответил Пельмень, уже погружаясь вилкой в хрючево, до этого момента мирно содержавшееся в банке.

-Да ты, мудила и дерьмо съешь! Но все же я бы задал вопрос мудаку по снабжению: какого хрена сраным драгунам дают мясцо бриксов, а нам сраные белковые брикеты из червей, личинок и Император знает, чего еще!?

-И чего ты этим добьешься, братец? Только выговор влепят, за то, что начальству перечишь. Может еще почки отобьют. Да и к тому же, ты сам жрешь казенное мяско! Че жалуешься, дурень?

-Ну да. – многозначительно вздохнул Артист и продолжил погружаться в свою банку с едой.

-Слушай, брат. – сказал Пельмень – Я тут подумал и может стоит прикатить лазерную балисту? Я ее спер у первой инженерной артиллеристской роты и оставил в арсенале! А то мало ли, по Паладину пальнуть пару раз сможем, а?

-Ты забыл про прото-щиты? Лазер-ка тут не поможет, дурень. Да и плазма тоже… Ионка есть?

-Ну есть, только малокалиберная. Вряд ли она хоть какой-то урон нанесет ему.

-Но щит то пробьет! Наверное… А там лазер-кой или плазмой – побоку!

-Значит притащу обе.

-Вот! Это уже имеет смысл! Дуй давай за стрелялами!

-Ха-ха-ха! А то! Я туда и обратно!

Пельмень, мигом вывалив содержимое банки в свой рот, помчал в арсенал так, что пятки сверкали. Артист же доедал свою банку вкуснейшего тушеного мяса бриксов, параллельно разбирая коробки с плазменными патронами и сменными батареями, дабы подсчитать количество имеющихся боеприпасов. Тут были даже патроны повышенной мощности, сделанные самими штрафниками. Это были так называемые «вырвистволки». Звали их так поскольку стволы ИВЛ-10 после выстрела ими просто-напросто лопались и оружие более не подлежало использованию и дальнейшему ремонт. Однако попадание таким снарядом обеспечивало практически стопроцентное пробитие средней брони какой-нибудь техники или броне костюма. Отдельное место занимали и связки осколочных гранат ГРПО – 33 (граната ручная пламенно-осколочная). В прямом смысле: они лежали возле ямы, которая в то же время была туалетом. Эти штучки, объединенные в одну тяжелую гранату, могли без труда разорвать корпус БТРа ОМК «Грим» или же подбить двигатель танка «Дюрандаль», принадлежавший святому королевству. Мощное, но опасное взрывное устройство сделанное «в домашних» условиях.

Закончив пересчет, Артист полез в кучу с использованными батареями и прочим мусором, ища что-то известное лишь ему одному. Не прошло и пары минут, как рука Артиста стала вытаскивать пачку сигарет, как бы это странно не звучало, с сигаретами. Достав одну, он сел на ящик из-под боеприпасов, подкурил длинную серую сигарету и задумался о чем-то своем. Его взгляд выражал лишь отрешенное спокойствие, наполненное бесконечным принятием своей судьбы и положения. Дерьмо из-под старых капитанских сапог – вот кем он является сейчас, после всего им сотворенного еще тогда, в его первый бой.

Все бойцы были вовлечены в свой недолгий, пятнадцатиминутный отдых. Каждый занимался своими делами: кто-то спокойно жевал белковые брикеты, кто-то чистил винтовку и шлем, а кто-то и вовсе решил, что поболтать перед возможно скорой смертью лучшее, что только можно сделать. Их осталось чуть больше трех сотен человек пехоты и дай бог пятьдесят тяжеловооруженных солдат. Среди них даже был молчаливый Витязь по прозвищу Мясник, который разговаривал лишь с Фельдмаршалом, считав только его равным себе. Так бы они и сидели в праздном расположении духа, если бы Фельдмаршал не заорал, для всех привычном рявкающем тоне:

-Всем бойцам! Начать капитальную подготовку, сука! Укрепить позиции! Расставить плазменные пулеметы и пушки, твари! Через тридцать минут проверю, отбросы!

Каждый, кто услышал команду мигом сорвался со своего места. В миг у арсенала образовалась очередь, а на каждой позиции был слышен благой и суровый мат. В большинстве комнат-окопов звучали звуки зарядки боеприпасов и батарей вперемешку с лязганьем заряжающих механизмов винтовок и плазменных пулеметов.  

-Быстрее псы! – подбадривал бойцов Фелдьмаршал, - От всего этого зависит ваша никчёмная, жалкая и никому не нужная жизнь!

Артист и Пельмень еще до приказа Фельдмаршала полностью подготовили свои позиции и уже ушли наружу, чтобы продолжить подготовку позиций там. Выйдя из леса, они стали перебегать от одной ямы к другой, закапывая мины, растяжки и сигнальные ракеты. В результате их работы было заминировано свыше ста двадцати квадратных метров, буквально за десять-пятнадцать минут. Мясник же, выйдя проверить их работу лишь кивнул в знак одобрения и ушел обратно снаряжать свою броню патронами и гранатами.

-Ну и морда он, конечно. Здоровый, блять… – мрачно молвил Пельмень.

-Ага… И не говори… Страшный, сука. – согласился Артист.

Тем временем Фельдмаршал стал орать, чтобы каждый вышел готовить ловушки рядом с «лесом», но поскольку часть работы уже сделали Пельмень с Артистом другие бойцы стали растягивать ловушки вдоль «леса» еще дальше. Метр за метром там, где еще не успели побывать руки этих двух братьев по разуму, штрафники укладывали добра ничуть не меньше. В это же время на дальнем пункте наблюдения боец наблюдал за передвижением противника. Кроме того, вдали уже были слышны взрывы плазменных зарядов и мин, установленных Пельменем, что значило одно – противник уже в полутора часах от их позиций.

Это не ушло от ушей Фельдмаршала:

-Всем начать занимать позиции! Нет времени! Сраный Паладин уже почти здесь! Бегом, сука, по норам!

Не успел он договорить, как толпы бойцов уже неслись обратно внутрь столь же координировано и быстро…
-Слушай, Марк… Как думаешь, мы выживем?

-Не уверен… Стив… - глухо отвечал Марк.

Среди кучи мертвых рейнджеров, андроидов и других членов свиты Паладина остались лишь эти двое.

-У тебя еще есть деньги для цифрового воспроизведения? – также глухо отвечал Стив. – Это мой последний раз…

-У меня тоже… Даже кредитный лимит исчерпал… - ответил Марк.

-Значит, мы сдохнем окончательно… А я еще с Бетти на свиданку не сходил…

-Тебя только это заботит, Стив? А отец с мамой?

-Они уже давно меня позабыли… Да и работают они на «Митру», а не на «ФЛТ». Мы уже лет так 50 не общаемся, если не больше.

-Понятно… Мои тоже… Даже грустно как-то.

-Почему? – изумился Стив, шипя подыхающим голосовым модулем.

-На какой-то мине подорваться… Даже не в бою!

-Редко представляется такая честь сразиться с кем-то лицом к лицу… По статистике как минимум 61% всех боевых потерь происходят не при непосредственном контакте… с противником…

-В жопу твою статистику… Я устал… Дай полежать… отдохнуть.

-Ты же андроид… Кретин…

-Но внутри то я человек, Стив…

-Наверное, как и я…

Это были последние слова Стива, перед тем как огоньки в его механических глазах затухли.  Марк лежал и чувствовал, как внутренняя система подачи энергии начинала выключаться, а трубки подачи биожидкости уже прекращали циркуляцию. С последним вздохом в его голове крутилась лишь одна мысль: «А Мама и Папа меня помнят?».

-Заткнись, старик! – наигранно обижено молвил Эддард. – Этот малец уж больно меня впечатлил. А ты старый придурок издеваться еще вздумал!? Постыдился бы на старость лет!

-Ну ладно тебе, Эд! Пощади старика! Ну не мог я не поглумиться. Ну не мог!

-Хер с тобой… Ты скажи лучше, он сможет пройти первую ступень процедуры Посвящения? – уже серьезным тоном спросил Эддард.

Ростер на секунду задумался.

-В принципе, судя по тому, что я видел, он вполне годится! Напротив, я уверен, что он, как и ты, пойдет по плану быстрого развития.

-Это радует…

Эддард повернулся в сторону ворот замка с задумчивым и грустным видом. Закатное небо тихонько освещало стены, покрывая легкой дымкой бойницы и башни. «Столь же печальный и знакомый вид, что и в тот день» - промелькнуло в мыслях капитана.

-Эддард… - начал Ростер, но тут же отошел, решив не мешать его раздумьям. Однако Эддард все же ответил.

-Знаешь, Ростер. Я боялся, что предам Ее тем, что возьму себе нового Сквайра. Боялся, что я забуду и больше никогда не вспомню о Ее сыне. Но сейчас я понимаю, что нужно просто отпустить боль и идти дальше, держа воспоминания в сердце! Я не забуду о Ней никогда, но… Жизнь же не заканчивается, ведь так?

-Так, Брат мой. – на старом и морщинистом лице Ростера выступила грустная улыбка радости. Он понял, что Эддард отпустил наконец Ее обещаение и снова двинется вперед, как и раньше, но уже с новыми силами и желанием жить.

Капитан улыбнулся в ответ, но не так как обычно видел Ростер. В его улыбке и глазах снова мелькнул тот самый огонек что и 100 лет назад. Огонек надежды, что 50 лет назад погас.

-Ты помнишь Ее имя Эддард? – неожиданно спросил Ростер.

-Селин, друг мой.

***

Шэппарда ослепил яркий холодный свет, как только он открыл глаза. Ему предстала серая палата с кучей кроватей на гравитационных модулях и различного медицинского оборудования. Вокруг него летали медицинские серво-дроны в форме рыцарских шлемов и периодически останавливались прямо перед его лицом, проверяя его физическое состояние.

Один дрон, заметив, что Сквайр очнулся, запищал и унесся в сторону механической двери. Стар приподнялся и оперся о спинку своей кровати. Его тело стонало от мышечной боли, но это был лишь легкий дискомфорт, в сравнении с теми событиями, что произошли с ним.

-Святой Сквайр… - невольно улыбаясь сказал вслух Шэппард.

-Ага, малец. – послышался голос из-за ширмы.

-Капитан!? – Стар аж подпрыгнул от удивления, услышав голос Сэра Эддарда.

-Да-да, это я… Ну что ж, Сквайр… - издевательски добавил Эддард. Он сел рядом с Шэппардом, уже одетый в повседневную дворянскую одежду. На нем была Белая шинель с коротким воротом и черные атласные брюки, плотно прилегающие к его огромному телу. Его длинные белые волосы были сложены в хвост и закреплены платиновой заколкой с крупным изумрудом в ней. Заколка открыла его лицо и показало его еще более оформленным и четким, будто бы перед Шэппардом сидел подлинный образец внешнего вида всего дворянства Цераты.

-Ты проспал 5 дней, Шэппард. – продолжил Эддард. – Не хило я тебе навалял, парень!

-Мне немного не хватило, чтобы Вас одолеть, Сэр! – разгоряченно и по-детски обиженно почти кричал Шэппард.

-Тебя только это волнует? – рассмеялся капитан. – Ну ладно, тебе еще удастся взять реванш, Боец. У меня на самом деле был вопрос: я посмотрел твои документы – я нашел их в твоей старой куртке – и увидел, что твое имя написано…

-Неправильно. - перебил его Шэппард. – Достаточно забавная история на самом деле…

На секунду Шэппард замолчал, но решил продолжить. Эддард же внимательно слушал, давая новоиспеченному Сквайру выговориться после восстановления

-На самом деле, Сэр Эддард, моя мать допустила эту ошибку еще при моем рождении – на лице Стара появилась неловкая мальчишеская улыбка. – Она родила меня будучи пьяной в стельку и под наркотиками… А когда она вписывала мое имя в мой Лист Рожденного, ошиблась в написании имени. В результате получилось «Шэппард» вместо «Шепард» и имя утратило свое первоначальное значение. А исправить запретили и вот такая вот оказия случилась со мной… Но я не переживаю! Я не могу ничего с этим сделать, так что при…

-Можешь! Почему нет! – перебил уже Эддард, расплывшись в добродушной улыбке. – В этом нет никакой проблемы, Младший! Просто, когда будем тебе заводить новые документы, поменяем тебе имя на правильное, вот и все дела! Без тебя все равно ничего не сделают, так что тебе остается пока что восстанавливаться, а затем уже приступим к тренировкам и операциям.

Шэппард немного озадачено посмотрел на Капитана и решил было уточнить, что за «операции» такие, к которым они приступят после его выхода из лазарета, но Эддард лишь посмеялся и, попрощавшись и постучав по ноге мальца, ушел. В итоге, Стар погрузился в тревожные думы и уже боялся представить, что с ним в итоге станет, но решил все же не переживать и дождаться сего дня.

Внезапно, ему в руку прилетел странный шприц с непонятным содержимым, и немного пошатываясь Стар упал обратно на подушку своей гравитационной «койки». Его сознание еще некоторое время пребывало в дурмане, но в итоге он стал закрывать глаза, тихонько проваливаясь в сон...

***

-Как он там? – не отвлекаясь от голографического и цифрового мониторов, спросил Эддарда Ростер.

-В порядке. На удивление быстро восстановился. Сейчас дрон вколол ему успокоительное со снотворным. Пусть лежит отдыхает… - Эддард сделал небольшую паузу, дабы все же взглянуть на содержимое мониторов и продолжил. – Как скоро?

Ростер мельком глянул на капитана, будто бы обозначал для себя его присутствие и ответил:

-Через семь лет. Планирование осады все же дело не быстрое… За это время мы сможем подготовить наших новичков и достаточно их обучить. Более того я тебя обрадую: нам выдадут семнадцать Гвардейских полков Сотемских Снайперов, восемь тяжелых танковых батальонов, двенадцать полков «Грома» и целый флот снабжения в помощь. К тому же помочь нам вызвались «Албинаты» и «Сизые Грозы» - ордена II-й степени святости, между прочим.

-Спасибо, что не ополченцы. – саркастически выразился Эддард.

-Не ерничай! В конце концов они тоже воины, пусть и не так хорошо подготовленные и вооруженные. – Ростер немного отвлекся на мониторы, но затем продолжил. – К тому же, даже генералитету понятно, что Соран-5 – это планета Миров Корпораций, находящаяся на границе Врат Иезекиля и ее просто необходимо захватить, чтобы продвинуться вглубь их территорий. Идеальный плацдарм.

-Хочу напомнить, Ростер, что эта планета уже фактически живая и ахренительно сильно вооружена. Ее штурмовали пять орденов I-й степени святости и тридцать пять полков пехоты и техники… И НИ-ХРЕ-НА! С чего ты взял, что у нас получится с таким-то составом войск?

-С того, что Империя Склавия согласилась помочь нам, в обмен на проход ко Внешним Кольцам Витры для исследования Артефактов.

-А не обман ли это? – сложив руки на грудь спросил Эддард. В его голосе открыто звучали сомнения и настороженность, что не ушло от улучшенного слуха старика.

-Сам подумай! Первое – их внешние границы далековато от наших и нет плацдарма для дальнейших боевых действий! Второе – они и так сражаются с Мирами Корпорациями и помочь нам их придавить – лучшее решение. Ну и третье – их основная цель как была, так и остается оной – Артефакты Ауры! Пусть они и наращивают свою мощь, это не значит, что они станут на нас нападать. Есть риск быть атакованным фактически сразу и со всех сторон.

-А что, если они просто станут тянуть время и сначала помогут нам, а потом им и планета останется и Артефакты? – выдал свой аргумент Эддард.

-Да, это риск! Но я считаю оправданный. К тому же они не захотят терять выгоду в виде Артефактов, учитывая известную только им озабоченность ими.

-Что ж… Надеюсь ты прав, Старик! Однако я не уверен, что мы сможем ее захватить… Даже при помощи их Витязей и «Сварогов»!

-Там будет Дементьев. – нехотя ответил Ростер.

Эддард, искренне пораженный сказанным, от удивления даже потерял дар речи. Сама фамилия этого человека, звучащая в контексте планирования операции, уже наталкивала на то, что на Соране-5 произойдет адская бойня.

-А от планеты то останется хоть что-то? – весьма серьезно и без иронии спросил Эддард.

-Надеюсь, что этот Адмирал не настолько неразумен и не станет уничтожать «Матерью Земли» все живое и «неживое».

-Ну и удивил ты меня, конечно! – Эддард напряженно выдохнул и добавил. – Да поможет Нам Великий!

-Да поможет Он Нам! – моментально ответил Магистр.

Некоторое время они молча стояли и смотрели в мониторы в глубоких раздумьях, анализируя структуру планеты и ее оборону, изображенные на голографических мониторах. На картинках были изображены орудия планетарной обороны, расположенные на поверхности планеты, корабли обороны, патрулирующие орбиту и множество защитных станций с огромным количеством орудий разных калибров. Со стороны казалось, что данная оборона уж совсем неприступна и прорваться во внешние слои атмосферы весьма сложно, если не невозможно. Однако, еще несколько минут назад вдумчивые лица Магистра и Капитана, стали более расслабленными.

-Ну и жопа... – прервал общее молчание Эддард.

-Ага, я тоже так думаю. – подтвердил Ростер.

-Не, ну правда.

-Да я согласен! Согласен!

-Сука… Сколько же там пушек то палить будет…

-Дохренища…

***

Шэппард уже стоял на главной площади замка вместе с остальными Сквайрами, готовыми к официальному посвящению. Все как один они были одеты в белые кители и брюки, козыряя новыми черными сапогами с металлическими вставками. Спину оруженосцев украшали серые плащи из плотной ткани неизвестного происхождения, а на плаще был изображен герб Ордена «Белых Плащей», вышитый нитями из белого светового золота, из-за чего герб ярко переливался в золотом свечении на их спинах. На левой части кителя виднелась эмблема в виде меча в руке на фоне плаща из того же золота, что и герб. Но что больше всего придавало им помпезности и статного вида, так это их длинные мечи на поясах, с богато украшенными белыми рукоятями, сделанными из Великого Белого Дуба. Те Сквайры, что были повыше или же побольше размерами стояли с такими же богато украшенными молотами, на ударной части которых были изображены сцены баталий и история ордена.

Однако, среди всех этих и без того почтенных и великих воинов в пяти шагах от них стояли десять еще более помпезно одетых Сквайров, среди которых и стоял-таки Шэппард. Их кители были черного как смоль цвета, а плащи ослепительно белые, словно первый снег, выпавший в первом месяце Зимы. Их гербы на плащах уже были сделаны из светящегося обсидиана, смешанного со светящимся солнечным золотом. Из-за столь яркого сочетания цветов на гербе стала видна голова мужчины в белом плаще и шлеме. Эмблема же на груди отличалась кардинально: золотой меч с черным обсидиановым крестом в виде рукояти был помещен в центр тернового венка, окружавшего гарду и сам клинок. Их мечи же были особенными: каждый из них был уникален в своем исполнении и являлся произведением искусства. Казалось, что одни только мечи могли затмить всех остальных оруженосцев, стоящих позади.

На форум перед площадкой стали выходить рыцари в своих темно-серых доспехах, таких же, как и в день Церемонии Посвящения. Единственное, что их отличало от того дня это золотой герб ордена на груди их доспехов. Десять тысяч рыцарей и десять капитанов стояли перед новоиспеченными оруженосцами в ожидании распределения. Кроме рыцарей и новобранцев на площадь вышли уже опытные оруженосцы, избранные десять лет назад. Они были облачены в легкие латы с кирасами, а на их спинах красовались такие же белые атласные плащи, что были на рыцарях. Они были значительно выше своих новоиспеченных товарищей-оруженосцев, однако немного недотягивали до более высоких рыцарей, служивших Королевству уже несколько десятков, а некоторые и сотен лет. На их плечах висели тяжелые лазерные винтовки «Энцелад», а на поясах в ножнах были в основном мечи; лишь редко встречались топоры и цепы, а уж тем более молоты.

Из массивных и длинных рядов рыцарей вышел Магистр Ростер, а за ним и десять капитанов рот. Старик медленно и внимательно оглядел новобранцев своим суровым и тяжелым взглядом. Стар, глядя на него, невольно почувствовал, что смотрит совсем не на человека, а скорее на великое существо, чье могущество может раздавить бедного Шэппарда словно несчастного клопа. С благоговейным трепетом он взирал на то, как это существо лишь своим взглядом смиряет толпы бойцов, стоящих позади Сквайра.

Взгляд Ростера остановился на неведомой кому-либо точке, и старик заговорил:

-Добро пожаловать в Наши ряды, Сквайры! – громко и величественно произнес Ростер. – Отныне после всех испытаний, которые вы прошли, вы будете приставлены к тем рыцарям, кто еще не смог получить своего Сквайра на службу! Особенное внимание хочу отметить и на тех, кто будет служить нашим доблестным капитанам. – Капитаны, стоящие позади Ростера ударили кулаком об грудь в качестве приветствия и старый Магистр продолжил. – Сейчас я назову имена тех, кто станет Святым Сквайром каждого из капитанов. Прошу сразу же подходить к своим капитанам, как только услышите ваши имена и фамилии.

Ростер нажал на кнопку голографической грамоты в его руке и в воздухе появилась переливающаяся золотым цветом табличка с именами.

-Адриан Вельтор! – из десяти «черных» сквайров вышел тот самый мужчина, кто дрался с капитаном Брейвери. – Тебя выбрал капитан Сэм Орд Брейвери! Верно служи ему и стань его щитом и мечом в Час Нужды!

-Почту за честь! – ответил в свою очередь Вельтор и едва слышимой поступью зашагал к своему капитану.

-Максимус Дейн! – высокий мужчина плотного и мускулистого телосложения вышел из строя – Тебя выбрал капитан Морд Глейв! Верно служи ему и стань его щитом и мечом в Час Нужды!

Сэр Морд Глейв был гигантом в три метра ростом, орудующий копьем. Его тело было чуть ли не в три Максимуса – настолько огромен был этот капитан.

«Было бы интересно сразиться с ними!» - подумал Шэппард взглянув на эти горы.

-Артур Мари! – из строя вышел самый красивый мужчина, которого доводилось Шэппарду видеть в своей жизни. Стройный и аккуратный он стоял словно идол красоты высшего общества. Ровные черты его молодого лица выделяли его горящие глаза, а длинные чуть ли не шелковые волосы свободно развевались на ветру. Однако, когда Стар посмотрел на его меч, то увидел шпагу на его поясе. Шэппард был искренне удивлен его выбору оружия, но сделал вывод, что с таким типом телосложения шпага ему подходит как никому другому. – Тебя выбрал капитан Бертольд Фаст! Верно служи ему и стань его щитом и мечом в Час Нужды! – Артура Мари выбрал весьма похожий на него визуально капитан Бертольд, также сражающийся шпагой.

«Похоже капитаны предпочитают похожих на себя воинов, чтобы легче было их обучить» - справедливо подумал Шэппард.

-Благодарю, Магистр Ростер! Почту за оказанную мне честь! – ответил Мари своим бархатным и галантным голосом, столь же прекрасным и привлекательным, как и сам Артур.

Шэппард внезапно задумался: «Что будет со мной на службе? Так ли я хорош для оказанной мне Чести?!». Он был гложим этими мыслями уже долгое время. Месяц прошел с момента выпуска из лазарета и начала тренировок и с каждым днем он становился сильнее. Однако чувство никчемности все это время давило на него и Стар никак не мог поверить, что он смог стать Сквайром, так еще и Святым! Будто бы все это происходило не с ним, ведь то существование, которое он волочил нельзя было назвать жизнью. Бедность, унижения, осознание своей собственной слабости – все это било по нему нещадно все двадцать лет его жизни. И сейчас, когда он стоял перед капитанами, а за его спиной стояли, как он считал, более достойные воины чем он, сомнения обуяли его еще больше.

«Смогу ли я?» - подумал Стар, но из дальнейших дум его вывело произнесенное Ростером имя…

-Шепард Стар! – словно гром среди ясного неба прозвучало имя! Его настоящее имя! Правильно произнесенное! То, о чем он и мечтать не мог никогда в жизни теперь стало явью. Истинное значение его имени, которое было забыто по глупой ошибке, теперь вернулось… - Тебя выбрал капитан Эддард Аард Меллори! Верно служи ему и стань его щитом и мечом в Час Нужды!

Шепард Стар гордо сделал шаг вперед, что вызвало отеческую улыбку у Эддарда, сокрытую под рыцарским шлемом. Этот шаг много значил для такого человека как Шепард. Будто бы все те сомнения, боль и страх ушли вместе с этим шагом, ознаменовывая новое и счастливое, но сложное будущее.

Эддард же, осознавая важность такого момента сделал то, что навечно врежется в память юного Сквайра.

-I-й Великий Круг! Достать мечи и молоты и поприветствовать Сквайра Шепарда Стара! – воскликнул Эддард и тысяча мечей за его спиной стали бить о площадку, сливаясь в единый приветственный гром. Каждый рыцарь и их оруженосец отбивал своим орудием приветственный стук, поздравляя его с этим достижением.

Шепард Стар также не остался в стороне. С счастливой улыбкой и глазами полными счастливых слез достал он Люция из ножен и поднял его в воздух и в этот же момент весь I-й Великий Круг поднял мечи в ответ. Все это сопровождалось единым криком, в котором ничего нельзя было разобрать, однако было понятно, что он означал и так.

Спасибо за прочтение!

Милитамант продолжил:

-Не заставляйте меня вызывать Магистра Ростера, Сэр Эддард.

Эддард бросил на бедного и молодого стража порядка суровый, но полный понимания, взгляд.

-Хорошо, уважаемый Милитиамант – уважительно и смягчившись ответил рыцарь. Его голос, однако, звучал как скрежет металла и удар молота об наковальню одновременно, поэтому бедный парень не смог уловить всего почтения Эддарда.

Дверь Грави-Ровера «Астра» открылась и на землю ступила мощная нога пьяного и слегка шатающегося рыцаря. Милитиаманту предстал высокий седовласый и мускулистый мужчина с морщинистым и слегка обезображенным пьянством, шрамами и морщинами, но красивым лицом. На нем была одета кожаная черная куртка с неоновыми вставками, а также потрепанные полиуретаново-атласные свободные брюки, делавшие его внешний вид весьма эксцентричным, но в то же время и эстетичным. Шею и грудь украшала тяжелая платиновая цепь капитана рыцарского ордена с кулоном шлема и плаща.

Эддард стоял напротив бедного рядового милитиаманта в виноватой позе склонив голову и сжав кулаки. Пусть так, но блюститель порядка чувствовал мощь, силу и величие столь значительной фигуры перед ним. Будто бы он мелкая мышка, дрожащая возле лап гигантского льва, уже оскалившего зубы, чтоб ее съесть.  

-Сэр Эддард! – еще немного дрожа, но более уверенно обратился милитиамант. Он стал зачитывать обвинение – Я рядовой III-го класса I-го полка 8-й роты корпуса защитников внутреннего порядка Милитиамант Шэппард Стар вменяю вам обвинения: в вождении в нетрезвом виде, неподчинении приказам милитиаманта, а также угрозы должностному лицу. В виду ваших особых полномочий наказание в виде лишения свободы изменяется на штраф в размере восьмисот церастианских флоринов или же четыреста альбийских фунтов. Прошу оплатить в ближайшем отделении Министерства Закона и Порядка… Вот…

Вокруг трассы виднелись лишь горы и сверкающие лампы улиц многоэтажных городов-замков, смешанные со световой какофонией голографических и неоновых летающих вывесок с рекламой всякой ненужной всячины. Только закатное солнце и легкий ветер с привкусом метала и пыли вдыхали каплю жизни в этот пустынный пейзаж.

И этот же ветерок слегка обдувал лицо и трепал волосы Эддарда, впавшего в свои глубокие думы. Его мысли всецело поглотили его, частично блокируя всю речь бедного, распинающегося перед ним Шеппарда, который как дурак стоял с бумажкой и смотрел на огромного человека, как на каменный столб.

-Спасибо, парень. – наконец спокойно и грустно выдавил из себя Эддард – Обещаю, что данный штраф будет оплачен.

-Благодарю, Сэр! До встречи. – Со странным намеком на что-то ответил Миллитиамант.

Рыцарь же, бросив в сторону бегущего пацана подозрительный пьяный взгляд, было хотел спросить, что он еще хотел сказать, но парень настолько быстро ускакал к своей гравитационной служебной «Ласточке», что это уже было бессмысленно. Его даже слегка удивило то, насколько скоро он оказался у своего патрульного автомобиля.

Эддард подкурил сигарету и наблюдал в сторону улетающей в сторону капитула…

-Стоп. Да вы гоните! – раскрыв рот и притупив лицо выпалил Эддард. Он даже выронил изо рта сигарету от озарения.

Здоровяк мигом сел на водительское сидение своей гравимашины и помчал в ту же сторону.

-Сука! Посвящение! Опоздаю и мне жопа!

«Астра» мигом взмыла в воздух и помчалась на всех парах по дороге.

***

По всему замку ордена Белых Плащей носились монахи с кадилами и курильницами, окуривая каждый уголочек. Мужчины в белых рясах подгоняли бедолаг розгами и зачитывали летания и молитвы, на удивление ловко совмещая несколько действий. В это же время рыцари и капитаны ставили стойки с обмундированием для будущих оруженосцев, участвовавших в Церемонии Посвящения. Мечи, лазерные мушкеты, броня-кольчуга с накидкой с эмблемой ордена и бронзовый значок оруженосца – все это величественно стояло на стойке в самом чистом и опрятном виде. Вокруг площадки для церемонии зажигались в несколько десятков рядов крупные свечи и ставились монахами лавки для желающих посмотреть на будущих оруженосцев великих защитников планеты.

Во всю эту суматоху ввалился рыцарь, гремя своими доспехами в результате чего притянул к себе ненадолго всеобщее внимание. Все пялились на уже одетого в доспех гиганта и, мягко говоря, удивились – какого черта так громко?! Однако, столь неловкое молчание продлилось недолго, и все продолжили свою суматоху.

К рыцарю стал очень быстро подходить морщинистый, словно курага, седой рыцарь в бело-зеленных доспехах и без шлема. Резко приблизившись, он тут же смачным шлепком вдарил по голове рыцарю.

-Эддард, придурок! Ты где был?! – зло спросил старый рыцарь.

-Где-где? В баре! Курва, как же больно… - почесывая тыльную сторону шлема, выпалил уже трезвый как стекло Эддард. – Ничего же не случилось, Ростер! Я тут! Что сразу колотить то?

-Да с тобой идиотом по-другому никак! – горячо и громко отвечал Ростер, попутно награждая Эддарда тумаками. – Шут с тобой, пьяницей. Надеюсь, что хотя бы сегодня ты себе найдешь оруженосца, иначе твое наследие и твоя жопа…

-Ты и так все знаешь, Ростер. Нет. – холодно и серьезно перебил и отрезал Эддард, снимая свой шлем.

-Эддард, брат! – уже смягчившись и даже по-отечески заговорил старик – Я знаю твою боль, но уже 50 лет прошло. Ты должен взять себе нового приемника.

-Мне плевать на это Ростер. Я не стану брать на себя ответственность и калечить еще одну жизнь ради своего наследия. Не для того я 433 года служу на благо Королевства, чтобы хоронить бедных юнцов черт знает ради чего.

-Эх, друг мой. – Ростер положил на плечо Эддарда свою тяжелую руку и сказал -Я говорил тебе это сотню раз и скажу еще раз. О павших помним – с живыми идем в новый путь. Эдмунд был хорошим оруженосцем, но, исполнив свой почетный долг, пал как герой. Потому и высечено его имя на твоей кирасе, брат мой!

Эддард грустно посмотрел на старика Ростера, но не выдержав добрых сияющих голубых глаз магистра отвернулся, будто бы стыдился чего-то. Такая реакция не ушла от глаз старого командующего, но все же он не стал и дальше мусолить эту тему и лишь протянул ему сигарету, которую Эддард, слегка удивившись подобному жесту, все же принял.

Все продолжали суматошно готовиться к Посвящению. Словно муравьи они копошились по Залу Собраний и тренировочной площадке Замка, дабы успеть к началу Церемонии. В результате буквально через полчаса монахи и другие священнослужители уже заканчивали подготовку и подходили к своим местам.

Эддард, увидев своих братьев, шагающих в сторону трибуны, также пошел занимать свое место возле магистра, уже ушедшего к главному форуму. Оглядевшись вокруг Эддард вновь узрел все также знакомые ему барельефы и узоры отделанные золотом и изумрудами. На высоко висящей люстре висели тоненькие паутинки живущих в замке арахнидов и скорподов, давно поселившихся в здешних стенах. Из-за того люстры, как и весь замок в целом, выглядели еще более ветхими и старыми, словно были установлены здесь с зарождения Королевства Альбия. Черные и белые гобелены с гербами королевства и ордена, висевшие на стенах, были частично пожраны молью – еще одним вечным жителем замка. Стены и вовсе были усеяны многочисленными дырами и густой каменной крошкой из-за чего напоминали нерукотворные окна и бойницы. Крыша текла, а с потолка свисали заброшенные строительные леса и ящики с инструментами, будто бы они стали новыми люстрами замка.

Но, не смотря на столь плачевное состояние сооружения, Замок Тир-нагх-Примус стоял величественным памятником истории. Он все еще пугал и восхищал паломников каждый день, прибывавших сюда, дабы помолиться или же присоединиться к ордену в качестве священнослужителей или боевой свиты. Одинокий гигант был не только символом этой, уже пропащей, но живой, планеты, но и главным защитником жителей, волокущих здесь свое ничтожное существование.

На главную площадь внутри внешних стен замка стали стягиваться кандидаты в оруженосцы и просто зеваки, пришедшие посмотреть на сие зрелище. Среди кандидатов были и члены известных аристократических семей, дети рыцарей из старых рыцарских домов, и, конечно же, местные жители, желающие попытать удачу и покрыть себя честью или же просто понаблюдать за зрелищем.

Всего была тысяча мест в оруженосцы, в то время как кандидатов пришло неисчислимое множество. Их было столь много, что казалось, будто на площади и вовсе не будет места для каждого. Но, тем не менее, врата закрылись ровно в третий темный огонь  (19:00)…

Рыцари вышли на подиум в полном составе ордена. Полностью облаченные в метеоритные доспехи темно-серого цвета, вооруженные своими мечами и молотами, они встали перед своими будущими учениками во всей своей красе. Их атласные плащи отдавали блеском голубой закатной звезды, а шлемы сверкали словно звезды на чистом ночном небе.

Из стройных рядов этих рыцарей вышел Магистр Ростер – седой мужчина, с угрюмым, но добрым лицом, покрытом бесчисленными шрамами. Его доспех был ослепительно белым, а по рукам вдоль корпуса брони шли зеленые полосы. На груди приятно блестели изумруд, рубин и алмаз с гербами трех Великих Дворянских Королевских Домов. Это были камни-символы дворянских домов: рубин – символ дома Цераста, Алмаз – символ дома Альбия и Изумруд – символ дома Лансель.

Обнажая свои слегка пожелтевшие от сигарет зуб, Ростер закричал:

-Я Магистр Ордена Рыцарей «Белых Плащей»! Защитник Иллирии, Шира и Инсмута! Герой Первой и Второй великих войн! Названный Нордами «Вульфен»! А также Ваш будущий Отец, Товарищ и Учитель – Я, Ростер Ардель, объявляю о начале Великой Церемонии Избрания и Посвящения в Оруженосцы! Боритесь же за свое место под Солнцем, мои будущие братья! Услышьте же наш Зов! – неистово и пафосно орал Магистр Ростер. И только он закончил свою речь, каждый рыцарь разразился в едином крике.

-В Тени и в Свете – едины!

Стены будто вибрировали от оглушительного девиза Белых Плащей. Даже скорпиды и арахниды резко забегали по потолкам и люстрам, словно почуяли приближающаяся смерть от столь мощных звуков. Оруженосцы же, заряженные столь мощным и ярким приветствием, подхватили слова рыцарей своим столь же невероятным и мощным ором, пусть и не таким синхронным.

Как только крики прекратились, Ростер отдал приказы прислуге, монахам и священникам начать Церемонию. Тут же по всей площадке стали копошиться мужчины в рясах и капюшонах и стали делить всех пришедших на равные группы. Одного за другим претендентов стали двигать то вперед, то назад, то влево, то вправо, пока не сложились относительно равные группы приблизительно по тысяче человек. В результате сложилось десять таких групп и к ним стали подходить по двое рыцари Ордена. Они останавливались прямо перед ними, замирая в суровом и холодном молчании, что несколько пугало будущих оруженосцев. Среди этих рыцарей был и Капитан Эддард.

-Поручаю! – начал Ростер своим старым скрипящим голосом– Своим капитанам и их лейтенантам, начать судейство поединков для отсеивания слабейших кандидатов! Первое испытание объявляю начатым! Покажите себя, будущие воины!

Капитаны тут же стали формировать из претендентов стоящих в своих групп импровизированные ринги из людей для проведения поединков пять на пять.

-Сэр Элиас! – спокойным басистым, но строгим голосом Эддард скомандовал своему лейтенанту. – Оказываю Вам честь судить поединки. Победителем считать лишь выстоявших и не сдавшихся! Те же, что пали и не поднялись должны быть отсеяны! Раны, переломы, шрамы… Все это не имеет значения. Важна лишь Воля и Смелость сих бойцов, коли они хотят стать оруженосцами!

-Слушаюсь, Мой Господин! – покорно и учтиво выразился Элиас, а затем продолжил. – Вы – пятеро, и вы! На изготовку.

С обеих сторон «ринга» вышли по пять бойцов, вооруженные лишь своими кулаками и, не раздумывая ни секунды, стали колотить друг друга что есть мочи. Спустя всего несколько ударов, самые слабые падали, либо не желая, либо не имея, сил подняться на ноги. Стоит сказать, что немногие оставались стоять из-за банального животного страха оказаться затоптанными, а некоторые и вовсе сразу падали на землю, отказываясь от сопротивления. Так происходило почти в каждом ринге, но все же борьба продолжалась. Проигравших и просто сдававшихся монахи грубо тащили из ринга и выгоняли за стены замка, но тех, кто оставался строили обратно в «стены ринга».

Самая же интересная борьба происходила в центре ринга Эддарда, где схлестнулись два здоровяка – ростом чуть ли не с самих рыцарей. Они били морды друг другу уже полчаса, но проигрывать не хотелось ни одному из них. Лейтенант Элиас даже подкидывал других претендентов, но они на них будто и не обращали никакого внимания – просто сносили своими ударами, как мух обычно отгоняет своим хвостом брикс или кронакс. В конечном итоге Элиас решил остановить их, но они наглухо отказывались слышать и слушать Лейтенанта. Тогда, он просто решил вырубить их одним ударом тыльной стороны ладони, благодаря чему они благополучно упали на землю и были вынесены к остальным кандидатам.

-Этих в «стену»! – спокойно и невозмутимо произнес Элиас, и монахи втроем стали вытаскивать тяжеленых великанов по одному обратно в строй.

Спустя несколько часов битвы прекратились и осталось всего пару тысяч бойцов из многотысячной неисчислимой толпы. Монахи, стали формировать строи, параллельно пересчитывая оставшихся кандидатов. Побитые же и покалеченные они встали в несколько рядов прямо перед подиумом в ожидании дальнейших испытаний.

-Что ж, кандидаты! – спокойно молвил старик Магистр. – Для вас осталось одно испытание Силой, после которого вы начнете проходить испытания Верой, Духом и Честью. Скажу сразу, сие испытание станет самым важным и от него зависит то, пройдете ли вы дальше или же… Покинете эту крепость на следующие 100 лет. Эддард! Сэм! Возлагаю на Вас эту честь и испытать будущих оруженосцев своей силой!

-Да, Господин Магистр! – одновременно ответили два Капитана.

Эддард и Сэм вышли из строя и при помощи монахов стали снимать с себя свои могучие доспехи. Одна за другой обнажались мощные мышцы рыцарей из-под падающих на землю доспехов, прикрытые лишь акетон-накидкой, плотно прилегающим к телу, с огромным количеством контактов, отвечающих за синхронизацию с доспехом.

-Что ж, Сэм. – обратился Эддард к рыцарю. – Не жалей их! Сам знаешь, к чему жалость сейчас, может привести потом.

-Да, Брат! Даже и не думал поступать по-другому. – серьезно и уверенно ответил Сэм.

Подойдя к рядам кандидатов, рыцари стали представляться уставшим и кандидатам.

Первым решил представиться Эддард:

-Господа претенденты! Мое Имя Эддард Аард* (*старшая наследующая кровь ордена; обычно не благородных кровей. Такое имя может получить лишь посвященный в дворянский сан Рыцарь, который посвятил себя службе ордену в течение многих лет; не используется в личном неофициальном общении) Мельери. Я Капитан I-го Великого Круга Ордена «Белых Плащей», получивший здесь, в этом замке, еще одно Имя от Своих Братьев – «Арталь», что значит на языке Старой Церастии – Бессмертный! Отныне, до своего посвящения в оруженосцы, те кто пройдут должны звать меня только так и никак иначе! Почту за Честь испытать ваши тела и Силу.

-Господа претнеденты! – обратился в свою очередь Сэм. – Моя Имя Сэм Орд* (*старшая аристократская кровь; не имеет права наследия титулов в ордене из-за своего придворного положения, поскольку наследует другой не менее высокий титул при королевском или же аристократическом доме; не используется в личном неофициальном общении) Брейвери. Я Капитан II-го Великого Круга Ордена «Белых Плащей», получивший здесь, еще одно Имя от Своих Братьев – «Мортэкс», что значит на языке Старой Альбии – Смертоносный! Отныне, до своего посвящения в оруженосцы, те кто пройдут должны звать меня только так и никак иначе! Почту за Честь испытать ваши тела и Силу.

Оба капитана поклонились оруженосцам, стоящим впереди, чем объявили о начале испытания.

-Я начну Брат Эддард! – вызвался Сэм.

-Хорошо, Брат.

Сэм вышел на просторную площадку между кандидатами и другими рыцарям, неподвижно стоящими и наблюдающими за испытуемыми. Монахи стали выдавать деревянные мечи и дубины, сделанные из Великого Дуба, чтобы у оруженосцев был хотя бы небольшой шанс на равный бой с рыцарем.

Первым вышел морщинистый черноволосый сухой мужчина. Это был средних лет, на первый взгляд довольно обычный, замученный жизнью человек с мускулистым., но худощавым телом. В сравнении с рыцарем он вовсе был похож на ребенка, поскольку сам он был не очень высокого роста.

Однако, на его бритом лице не было видно ни страха, ни отчаяния, что было бы типично для любого другого воина, при первой встрече с рыцарем. Он уверенно держал деревянный меч своей крепкой поджарой конечностью и, казалось, был готов тут же наброситься на своего соперника и разорвать его на части. Его глаза блестели, но и в то же время сосредоточенно смотрели на Сэма.

-Почту за великую честь сразиться с тобой, Адриан Вельтор из почтенного Дома Вельтор. – рыцарь встал в боевою стойку мечника, при том, что меча в его руке не было.

-Благодарю, господин Мортекс! Я атакую! – прозвучал спокойный скрипучий голос Адриана.

Лицо Сэма озарила добрая, будто бы братская, улыбка. Он мог бы остановить мужчину и дать ему пройти дальше, но все же рыцарь понимал, что глубоко ранит Адриана, если не даст ему сразиться с ним. Сэм с искренним желанием победить бросился в бой. Атаки обоих были смертоносными и жестокими и могли бы убить одного из них. Но все же сила рыцаря была куда более значительной и верх одержал Сэм. Однако вместо того, чтобы разнести меч в щепки Капитану удалось лишь откинуть его своим ударом в сторону, из-за чего на руке остался большой, но не глубокий порез.

-Великая сила! – с огромным уважением высказался Сэм. – Вы прошли Сквайр Адриан!

-Благодарю, Сэр Сэм! – улыбаясь своей кровавой улыбкой из последних сил ответил Адриан.

Сэм громко и от всей души рассмеялся, услышав подобную смелость в свой адрес. Он подошел к Адриану и подхватив его за руку взвалил на плечо, чтобы передать монахам. Испуганные мужчины в рясах судорожно подбежали к рыцарю, дабы забрать воина в лазарет.

-Ха-х… - ухмыльнулся Ростер во всю свою улыбку из желтых зубов. – Похоже он уже выбрал.

Эддард же, смотря на все это мог лишь только порадоваться за своего Брата по Мечу и Плащу и поаплодировать новоиспеченному Сквайру.

Далее все пошло быстро. Многие не проходили или же сдавались при виде могучего тела Капитана, многие же, напротив, смогли выстоять и становились оруженосцами. В конечном итоге, так прошло порядка тысячи двухсот человек и настала очередь Эддарда, а Сэм так и пошел в сторону выхода с ринга не побежденным.

-Что ж, Брат! Я порядком поразвлекся. Теперь твоя очередь – с довольной улыбкой произнес Сэм. – Как и должно быть! Никакой жалости!

-Ха-х! Ну что же! Пора и мне размять кости. – слегка кровожадно ответил Эддард.

Капитан вышел на ринг и избиение продолжилось. Порядка тысячи человек было избито и также прошло или не прошло в ряды оруженосцев. Один за одним проходили и не проходили бойцы, пока священник-распорядитель не крикнул:

-Девятьсот девяностой девятый оруженосец прошел! Осталось только одно место для претендента!

-Ну что ж… Вижу и тут немного осталось воинов, способных пройти дальше! – высказался капитан.

-Да, Господин Рыцарь! Осталось двенадцать претендентов! – добавил священник.

-Подходите по одному воины!

Одного за другим Эддард вырубал или же запугивал чуть ли не до смерти, оставив всего одного крепкого молодого бойца.

-Да ну нахер… - удивленно и с туповатым лицом вылупил глаза Эддард на последнего кандидата.

-Здравствуйте, Сэр Арталь! – серьезно и почтительно поприветствовал Капитана Шэппард Стар.

Капитан уже было хотел возразить, однако тут же взял себя в руки и стал серьезным. Его глаза выражали лишь железную суровость и холодную ярость воина и именно с таким лицом он произнес:

-Ты уверен в том Пути, который ты хочешь пройти?

-Да, Господин. – твердо и бесстрашно ответил Шэппард.

-Дурак. Лучше брось эту глупую и бессмысленную затею, пока не поздно… Покуда, если пойдешь по нему, то встретишь лишь бесславную смерть…

-Уж лучше бесславная смерть, чем трусливая жизнь, Господин. – слегка дрожа, но все же уверенно ответил юный Милитиамант.

-Ты еще молод, а уже хочешь повязать себя обетами, которые вряд ли сможешь пронести на себе.

-Не Вам решать, Господин! – с благой яростью крикнул молодой воин. – Я столь много раз плевал на себя, на свое будущее, на отношение ко мне! Уж лучше Я умру, чем стану терпеть свое жалкое существование! Уж лучше Я сгину во тьме пустоты или под сиянием неизвестных звезд, чем буду и дальше жить в сожалениях и боли, которые сам себе причинял и позволял причинять себе! – внезапно он перешел на крик – Я БОЛЬШЕ НЕ БУДУ ТЕМ, КТО НЕНАВИДЕЛ! Я СЛОМЛЕН, ГОСПОДИН, ТАК ДАЙТЕ МНЕ ВОСКРЕСИТЬ СВОЮ РАЗБИТУЮ ДУШУ И ПОЙТИ ЗА ВАМИ БИТЬСЯ ЗА СЕБЯ И ЗА КОРОЛЕВСТВО!

Глаза Эддарда расширились от удивления! От того сколь крепка вера и силен дух того мальца, который робко вручал ему штраф. Удивление от того, сколь сильна воля парнишки, который готов пожертвовать всем ради столь иллюзорной и глупой, по его мнению, цели.

И Эддард улыбнулся.

-Что ж парень… - тихо начала рыцарь. – Ты напомнил мне кое-кого… Ну и дурак же ты, парнишка…

На секунду повисло молчание. Все затихли в удивлении и предвкушении чего-то грандиозного. Яростный мальчишка желающий биться насмерть и могучий капитан, прошедший тысячи боев и войн. Они стояли в боевых стойках, готовые вгрызться в друг друга. Улыбки на их лицах прямо-таки кричали о безумии грядущей бойни. Напряжение вокруг было настолько высоким, что каждому казалось, что если ступить на площадку, то их сплющит и не оставит от них ничего.

Тут Шэппард не выдержал:

-Сэр Эддард! Прошу возьмите свой меч!

-Безумец! Знаешь хоть, о чем просишь!? – продолжая улыбаться ответил Эддард. Он засомневался на секунду, но, увидев решимость в глазах мальца, сказал – Что ж… Да будет так! – Меч тут же прилетел прямо из рук Ростера Эддарду. – Но и ты возьмешь меч, достойный твоей Воли!

Монах поднес парню меч под стать его росту. Это был великолепно исполненный длинный меч, сделанный из метастали и метеоритного аллюминия. Легкий, прочный, острый – все, о чем мог мечтать любой воин было воплощено в этом мече.

-Благодарю, Господин! Я Вас не разочарую… - молвил серьезно молодой воин.

-Уж постарайся, парнишка…

Воздух вокруг них как будто дрожал. Все лишь затаили дыхание, в ожидании схватки двух храбрых сердец. Армелит – клинок Эддарда – тяжелый и смертоносный меч, сделанный так, чтобы уничтожать своих противников одним ударом и Люций – не менее губительный и острый клинок был в руках юного кандидата. Оказанная честь могла бы раздавить любого другого на месте Шэппарда, но Стар был столь преисполнен своей волей к своему будущему, к победе и к жизни, что сейчас он был готов к этому как никто другой.

Неожиданно для всех капитан Эддард первый прервал тишину и сделал молниеносный выпад, почти незаметный для невооруженных глаз. Однако и молодой боец не стал медлить и ответил на выпад своим рывком в сторону клинка рыцаря. Мечи с оглушительным звоном встретились, разбрасывая искры вокруг. Удар за ударом, искра за искрой они подбирались к тому, чтобы преодолеть защиту друг друга, но раз за разом оба терпели неудачу. Для старого магистра, наблюдавшего за боем подобное противостояние стало полной неожиданностью, как и для всех воинов, стоящих там, поскольку это было большой редкостью, когда обычный человек мог бы поспеть за фактически сверхчеловеческой природой любого рыцаря.

И все же бойня продолжалась. Стало заметно сколь тяжело дается отражать удары молодому кандидату: руки уже заметно дрожали, а из глаз, ушей, рта и носа шла кровь. И несмотря на это парень не сдавался. Ему удалось даже оставить несколько небольших шрамов на теле капитана Эддарда, что, впрочем, нисколько не замедлило его темпа. Кроме того, Шэппарду удавалось парировать некоторые из огромного множества выпадов и раскатов меча капитана, однако все же многие удары достигали молодого претендента и оставляли ужасные раны и увечья. И несмотря на это, улыбки полные желания победить не сходили с их лиц. Наблюдавшим и вовсе казалось, что они испытывают несказанное удовольствие от столь яростного противостояния.

Внезапно, рыцари взялись за рукояти своих мечей и молотов. Ростер же сильно напрягся, видя, что происходит в этой бойне. Эддард подключил еще два своих сердца: вены на его руках покрылись синим плазменным свечением, а кожа на руках стала покрываться гранитным цветом. Это означало, что Эддард как рыцарь стал воспринимать своего противника как равного себе и готов прикончить его окончательно, используя всю свою силу.

-Придурок! Успокойся! – кричал Ростер. – Ты убьешь мальца, безголовый идиот!

Однако вместо того, чтобы остановиться Эддард, неожиданно для всех произнес то, что заставило всех рыцарей успокоиться и убрать руки от своего оружия.

-Глупцы! Этот парень готов жизнь отдать за то, во что верит! Как я могу предать его честь и его желания в такой момент?! Если я не буду драться в полную силу, то и его усилия не будут значить для него ничего!

В это же время Шэппард встал в стойку для выпада. Острие его клинка уверенно смотрело в сторону Капитана, готовое вонзиться в его глотку.

«Я… Еще… Не закончил…» - шептал устало про себя парень.

Каждый кто наблюдал за этим зрелищем не мог не выказать знаков уважения как капитану, так и молодому претенденту Шэппарду Стару. Все как один: монахи, рыцари, священники, ликующие зрители и даже Ростер ударили кулаком об грудь в знак почтения этим воинам.

Эддард же, увидев это краем глаза, улыбнулся доброй чуть ли не отеческой улыбкой. И, когда он увидел уверенное и сильное выражение лица Шэппарда, сказал:

-Вот он, тот самый взгляд! Сохрани его до конца… Брат!

Стар услышал это, но не подал виду. Ему стало легче от осознания того, что он отныне признан кем-то! Никто не сможет больше сомневаться, что его Дух велик, Вера крепка, а Честь не даст ему сбиться с пути! В эту секунду он был готов рискнуть всем, в том числе и жизнью…

В один миг они бросились в стремительном рывке друг на друга, отбросив все, даже себя. Их клинки оглушительным звоном огласили о своем столкновении всем присутствующим. В результате из-за мощной ударной волны, оставленной ими после удара, вокруг поднялась пыль, которая полностью скрыла их из виду. Ни один рыцарь не шелохнулся, лишь предвкушая результат, сокрытый от них глупым облачком из песка, перемолотых костей и фекалий арахнидов и скорподов. Казалось, даже стены томились в нестерпимом ожидании финала боя. Зрители с широко раскрытыми глазами и ртами ждали, чем все закончились! Даже старик Ростер, повидавший не мало будоражащих душу моментов, не мог сдержать своего предвкушения того, что произойдет. Вокруг стояла гробовая тишина. И лишь легкий ветер, и оседающая пыль нарушали столь тяжелое и томительное молчание.

Но облако рассеялось и глазам присутствующих предстала картина, способная удивить каждого воина, бьющегося на просторах пяти галактик. Молодой воин лежал на земле с переломанными костями, весь в крови и песке. Из его рук наружу торчали кости, разломанные на несколько частей. Все тело его было покрыто страшными шрамами и ранами, казалось, несовместимыми с жизнью. Но поражало не это: Он дышал! Парень был жив и пытался подняться, держась за свой сломанный меч своими уничтоженными руками.

Капитан Эддард же стоял над ним и смотрел. Бой не обошел стороной его тело: по всему телу виднелось огромное количество ран и шрамов. С ног до головы он был покрыт своей кровью и кровью Шэппарда. Но многих удивило вовсе не количество ран, а длинный осколок меча, застрявший в гранитной коже рыцаря почти полностью.

То, что мог бы сделать далеко не каждый опытный воин, совершил молодой Милитиамант Шэппард Стар – всего лишь кандидат в оруженосцы.

-Я – Капитан Эддард Мелориан, провозглашаю Сквайра Шэппарда Старта своим Святым Оруженосцем и освобождаю его от оставшихся испытаний, поскольку он смог доказать своей Честью его Дух, Веру и Силу! Отдать Честь Новой Крови Ордена!

Крик Эддарда, пронесшийся эхом над головами остальных рыцарей, заставил каждого взять в руки их клинки и молоты. В одном приветственном и почтенном жесте они стали приветствовать Новую Кровь громом молотов и мечей о каменные половицы. Каждый из них дал знать молодому воину, что он теперь их Младший Брат, который будет с ними в одних рядах в самый нужный час.

Продолжение в следующей части.
Спасибо за прочтение! :)

-Адмирал, сэр, докладываю: с нашей стороны осталось 34 корабля, а именно 24 фрегата, 8 линкоров и 1 материнский корабль. Остальные корабли были полностью уничтожены, сэр. Путь для нашего десантного флота открыт.

На лице Бэнкли изобразилась грустная и болезненная гримаса отчаяния: он потерял чуть меньше половины флота в этом сражении. Цена, что он заплатил, была настолько огромной, что он и вовсе сомневался стоило ли вообще сражаться.

-Принял. Отправь доклад о потерях остальным и свяжи меня с «Иглой».

Люций моментально отправил все сообщения. На связь вышла «Игла».

-Говорит адмирал и капитан корабля «Игла» Томас Монтгомери-Стивенс! Слушаю Вас маршал-адмирал!

-Здравствуй, Томас. По договоренности с Империей Склавия, а точнее с флотом и ее адмиралом – Ушаковым, ты отправишься в сопровождение их кораблей к порталам или вратам, в зависимости от того, что ближе к сектору Левиафан-1. Твоя задача обеспечить навигацию для их кораблей, принял?

На лице адмирала Томаса выступила легкая морщинка недовольства, но все же отдав честь он начал кричать приказы своей команде. В это же время Ушаков вышел на связь.

-Поздравляю с тяжелейшей победой, Курт Бэнкли! Надеюсь на выполнение вами договоренности. Также соболезную о вашей утрате, да прибудет с ними их вера. – почтительно заявил Ушаков и показательно поклонился.

Бэнкли стал закипать: он скрежетал зубами, грыз механические ногти и просто, чуть ли не сходил с ума от как ему показалось язвительных комментариев Ушакова. Кроме того, внутри него проснулась злость за то, что именно этот адмирал имеет удовольствие наблюдать за его унижениями. И самое ужасное во всем этом так это то, что ему необходимо выполнить эти договоренности, чтобы не потерять десант и основную боевую флотилию.

Корпорация начала подсчитывать убытки и риски, анализируя сколько всего нужно будет возместить и построить. В это же время «Игла» возглавила флотилию Империю Склавия в качестве навигационной боевой единицы. Стоит заметить, что линкоры редко вставали в эскорт, однако у них было больше шансов уйти за счет быстрой, а порой и почти моментальной реакции двигателей для межгалактического перемещения.

-Адмирал, Сэр! На связи «Игла»: Мы готово к сопровождению.

-Принято! Начинайте. – напряженно ответил Бэнкли.

-До скорой встречи Король и Королева Мертвецов! – язвительно попрощался Ушаков.

То самое прозвище, что кололо его уже не первый раз. Боль от тех воспоминаний, как всегда, била метко и больно.

-Адмирал, Сэр! – начал было капитан Люций, но Бэнкли прервал его жестом своей полумеханической ладони.

-Не стоит, Люций. Не сейчас… - с глубокой печалью отвечал адмирал. – собери данные о потерях и передай десантным кораблям приказ на наступление. Также дай им координаты, которые я давал изначально. Задача все та же. Уничтожение нордов в секторе. Кроме того, направь запрос на подсчет потерь и перегруппировку через 20 Земных дней. Столько закладываем на возвращение «Иглы». Материнский корабль и фрегаты отправь в поддержку десантному флоту.

Успокоившись и раздав приказы, Бэнкли тихо и спокойно встал со своего адмиральского кресла, потянулся и ушел в сторону кают для биогибридов. Как только он зашел в комнату, автоматическая дверь тут же захлопнулась эхом отозвавшись в коридоре корабля. И только истошный крик боли раздался из-за той злополучной двери.

Спасибо за прочтение

-Ага, мой сладкий. Еще не забудь поручить привести все боевые системы в готовность. И музычку обязательно включи! – рассмеявшись приказал адмирал.

Капитан отдал команды экипажу и, чеканя шаг своими металлическими ногами, отправился в сторону рубки связи. Адмирал помахал рукой вслед уходящему истукану и, подкурив сигару «Агрария Сан-Аттика», к слову, высшего качества, принялся просчитывать траекторию светового прыжка для десантной флотилии. В это время остальная команда, состоящая из синтетиков и андроидов, принялась проводить дежурный запуск всех систем и ремонтные работы.

-Рональд! Вытащи хрен из ушей! – донесся роботизированный голос старшего инженера глубоко из технического отсека. – Перегреваешь ТППУ-1 и 2! Сбавь напряжение.

-Ага, принял! – послышался ответ из отделения с плазменной установкой. – Сейчас как?!

-Готово, дорогой!

Команда корабля судорожно собирала данные со всего судна, параллельно приводя все системы в норму. Со стороны казалось будто все стоит верх дном: где-то свисают с потолка андроиды-механики с 4-мя руками и латают пробоины, оставшиеся от недавно минувшей битвы. А где-то у приборных панелей стояли менеджеры-матросы, подключившиеся к ИИ корабля напрямую для запуска системы самовосстановления и переброса энергии с уничтоженных модулей на целые.

Последствия боя были видны изнутри корабля: где-то были видны следы от залатанных пробоин, где-то и вовсе шли трещины. Однако ужасало больше то, что творилось снаружи. Космическое пространство бороздили сотни кораблей корпорации с повреждениями разной степени или же практически полностью уничтоженные. Если линкоры, материнский корабль и авианосцы летели лишь с несколькими небольшими пробоинами, то фрегатам и эсминцам повезло куда меньше. Пусть они и сохраняли свою «плавучесть», однако вести бой дальше для многих из них не представлялось возможным. От каких-то осталась только корма или носовая часть, что превращало их в парящие огневые точки. Если бы этими кораблями управляли люди из крови и плоти, то уже сейчас можно было бы сказать, сколько трупов они подсчитают и сколько металла они могут забрать. И все-таки механическое происхождение корпоратов давало им весомое преимущество, поскольку кислород им нужен не был вовсе.

Словно ночные светлячки вокруг летали то патрульные истребители, то инженерные баржи, выполняя рутинные задачи после боя. Подобно стае гигантских древних птиц они кружили вокруг кораблей и зависали лишь для починки суден.

-Адмирал, Сэр! Пришел доложить, что вас просят присоединиться ко встрече глав флотилий в модуле связи №12! – доложил внезапно влетевший дрон помощник.

-Ага, сейчас. – устало огрызнулся Бэнкли.

Схватив своей механической рукой пальто и зацепив за пояс лазерный пистолет, старомодно украшенный золотом и вороненой сталью, он зашагал в сторону рубки.

Идя в рубку, он осознавал какой разговор его ждет. Сражение было выиграно, однако не той ценой, на которую он рассчитывал. Признать, что из-за его действий войска корпорации не смогут больше развивать наступление десантного флота на планеты системы Танатос, означало уязвить его великую гордость адмирала Ведущей Флотилии.

Выпуская дым сигары из своих механических «легких», он зашел в модуль связи, где уже был готов компьютер для внутреннего соединения. Прислонив ладонь к контактной панели компьютера, Курт подключил свое сознание к сети. Когда, он зашел в глобальную сеть Объединенных Миров Корпораций в оцифрованном виде его тело стало преображаться, обретая более человеческие черты. Перед ним уже сидели усатые молодые мужчины в своих мундирах и в их глазах читалось явное недовольство происходящим.

-Как вы объясните свою недо-победу, Сэр Главный Адмирал? – раздраженно начал мужчина с самыми длинными усами. – Из-за ваших действий наступление захлебнулось!

-Я согласен с Адмиралом 2-й Тяжелой Боевой флотилии, сэром Адамом. Однако все же будем спокойны, господа! – немного сбавляя общий негативный тон, перебил Адама другой гладковыбритый мужчина. – В данной ситуации я бы также и отметил, что войска Нордов застигли нас врасплох! Во многом, господа, Сэр Бэнкли даже сохранил флот!

-Возмутительно! Вздор! Полнейшая глупость! – заорали хором остальные хмурые усатые мужчины. Среди них резко стал звучать голос более высокий и мерзкий, словно кто-то давил сапогом крысу. – Бенкли кусок ты собачьего дерьма! Я из-за тебя потерял «Вендетту» и «Принцессу Анну»! Сукин ты сын! Тебя еще и Нельсон защищает!? Уродцы!

Внезапно, Курт разозлился и начал издеваться над «адмиралом-пискуном».

-И это мне говорит позорище из корпорации «Митра»?! Херов производитель корабельных орудий и щитов за пол цены! Если бы ты, пищащее существо слушал меня, то нихренашеньки не случилось с твоими «линкориками»! – язвительно бил по адмиралу Бэнкли. – Высокомерная ты мразь, Сниффер! Все что угодно, лишь бы свою крысиную рожу запихнуть туда, куда не просят!

-Ах ты, сукин сын! Я тебе твои убогие дешевые кишочки наружу выпущу!

-Попробуй мышь! Все что ты можешь, так это поцеловать мой зад!

С криком «Убью!» сетевая проекция адмирала Сниффера набросилась на Курта. Бэнкли искренне, надрывая живот, смеялся, наблюдая за тем, как Сниффер пытается выползти из-за цифрового стола. Но все же великому зрелищу случиться было не суждено – всех прервал тихий и строгий бас высокой мускулистой фигуры, сидящей по середине, между всеми адмиралами.

-Закройте свои рты. – холодно и спокойно протянул адмирал.

В ужасе, все, кроме Бэнкли, моментально затихли. Прервать Верховного Командующего 1-ым Штурмовым флотом Фроста могло значить лишь полное стирание из всех баз данных или же окончательную смерть.

-Бэнкли, – слегка смягчившись сказал Фрост. – Ты знаешь, в чем ошибся. Поэтому обращусь к остальным: стратегия была продумана правильно, я бы даже сказал блестяще. Проблема в оценке сил противника: дракары и шнеки Нордов ударили сразу на таран, чего, в общем, «никогда» не делают. Кроме всего прочего, численность противника превышала нашу в 3 раза. Однако и мы смогли проредить их ряды. Сейчас, если я правильно получил информацию на местах, мы занимаемся восстановлением остатков флота. В составе флотилии в данный момент: 112 полностью уничтоженных фрегатов и эсминцев, 12 разрушенных линкоров и 3 материнских корабля. Все авианосцы уничтожены в полном составе – 32 корабля. Также критически повреждены 210 фрегатов и эсминцев, 74 линкора и 5 материнских кораблей. Незначительно повреждены и в полном порядке: 94 фрегата, 19 линкоров и один материнский корабль – всего 114. На данный момент наши наступательные возможности, на основе выше озвученных данных, сильно ограничены.

-Мы в дерьме! – выпалил с ироничной ухмылкой Бэнкли.

-Проще говоря, да. – вынужденно согласился Фрост.

Сказанное отразилось на лицах других адмиралов и сложилось в идиотскую гримасу, изображающую полное моральное уничтожение. У всех, кроме Бэнкли. Его же мозг лихорадочно, но расслаблено перебирал данные и строил стратегии. Складывалось ощущение, что вся информация внутри сетевого мира Объединенных корпораций собралась лишь в его хранилище данных. Адмиралы, обратив на него внимание, не сильно удивились, увидев на лице Бэнкли маниакальную улыбку. Будто гений-адмирал задумал нечто зловещее и безумное, но в то же время невероятно умное.

-Господа! – воодушевленно воскликнул Курт. – есть безумная, но я считаю, однако, удивительная идея! Наши поврежденные корабли на данный момент не способны к передвижению из-за повреждений. Но толкать ты мы их можем! Причем достаточно просто! На носу и бортах не поврежденных кораблей! Дальнобойные орудия Нордов не страшны для наших энергетических щитов, даже для фрегатов. Сделаем боевые комбинированные баржи из стреляющих обломков?! Почему, укуси меня Сниффер в зад, нет!? – толстая, усатая морда заерзала от услышанного в его адрес замечания, закипая от ярости. – Для этого нам достаточно просто включить стыковочные сверх-магнитные манипуляторы на полную! И все мы в шоколаде, сидим и курим сигары потихоньку разбирая на части эти ваши дракары и шнеки в огневых мешках! Нужно лишь вынудить их заходить с бортов, где они будут попадут под огонь наших орудий, чем, собственно, могут заняться фрегаты! При этом мы сохраним силы для наступления наших десантно-штурмовых кораблей для высадки на планеты! К тому же, мы сможем и сохранить поврежденные корабли и дать им восстановиться. По крайней мере линкорам и материнским кораблям.

-Может сработать. – ехидно согласился Нельсон. – Я за!

-Проголосуем! – воодушевленно сказал Фрост. – голосование будет анонимным.

Все 21 адмирал стали отправлять свои голоса на голографическую панель. Голограмма высветилась перед ними посередине стола.

-11 к 10, в пользу идеи Бэнкли! – произнес Фрост. – В таком случае, действуем по этому плану. Построения стандартные не плотные. Прошу приступать к выполнению плана немедленно.

Сниффер, который явно голосовал против плана, перед тем как выйти из Сети резко покраснел и запищал что-то на непонятном языке в сторону Бэнкли. Однако, Курт, сохраняя свою провоцирующую улыбку, уже возвращался в свое материальное тело.

Вернувшись в свое биомеханическое туловище, Бэнкли встал и подкурил сигару из Сан-Аттики, при этом отдавая одновременно приказы всей команде. Двинувшись на командирский мостик, Курту встретился капитан Люций.

-Адмирал, сэр. Надеюсь, вы уверены в предложенном вами плане, – спросил холодно, но как будто с доброй и грустной усмешкой капитан Люций. – Ибо я уже привык этому телу, да и к тому же не хочу терять воспоминания, которые приобрел за это время.

-Ты помнишь, чтобы я хоть раз был уверен на все сто? – рассмеявшись выпущенным дымом от сигары ответил Бенкли.

-Так или иначе, сэр, я верю в Вас! Мы положим свои сердца на благо великой «Королевы Сердец» – механическим голосом прозвучало его воодушевленное восклицание.

-Да, сэр! – хором ответила команда флагманского линкора «Королева Сердец».

-Хах, приятно слышать, друзья мои! Тогда за работу! С какого хрена расселись? Мы скоро устроим в этом секторе охерительный фейерверк из Дракаров и Шнек! Люций, врубай музыку! Да что-нибудь по ярче!

На всей палубе линкора заиграл рок, что в миг воодушевило всю команду работать так быстро как не может ни одна живая душа. Члены экипажа носились по кораблю с огромной скоростью, моментально и точно выполняя все возможные манипуляции с системами корабля. Механики моментально заменяли порванные провода на новые и налаживали системы управления орудиями и навигационные ретрансляторы. Те же, кто управлял манипуляторами не спешили и делали все максимально точно, чтобы закрыть нужные бреши. К слову, драккар Нордов имел короткое и толстое лезвие, которое зачастую сносило напрочь половину корабля. Но если были включены щиты кораблей, то такой таран становился менее опасным так как само лезвие на конце дракара или шнека медленно сгорало от энергетических полей самих щитов. Все дело было в плазме, которая содержалась в щитах. Ее задача была простой - рассеивать попадавший в плазменную паутину снаряд. В этом и был план Бэнкли: пока противник будет разряжать щиты обломков, флотилия корпорации просто уничтожит противников в гигантских огневых мешках или и вовсе на подлете.

Постепенно к кораблям присоединялись все новые части из-за чего и так огромные 33-х километровые линкоры стали превращаться в некое чудище, собранное из трупов больным алхимиком-ученым. Впрочем, эти махины стала настолько более грозным оружием, что даже склавианские супер-линкоры могли бы испытать огромные трудности для уничтожения таких «барж». Энергетические излучатели и ионные орудия фрегатов дополняли и без того жестокий и гигантский арсенал «Королевы Сердец» и других линкоров.

Что касалось других кораблей флотилии, то они мало чем отличались друг от друга. Также как и Королева Сердец они становились грозными противниками для любого рода угроз. Даже, казалось бы, 700-метровые фрегаты, считающиеся «карликовыми», превращались чуть ли не в 2-х киллометровых гигантов, способных дать серьезный отпор противнику.

Вдруг к флагману Бэнкли приблизился другой не менее монструозный гигант, облепленный всякой «мелочью».

-Ну здравствуй, гер. Ад-ралл-л – то ли прорычала, то ли проорала, голограмма толстого, но мускулистого андроида – На связи адмирал 4-й удар-р-р-ной флотилии, а также капитан линкор-р-р-а «Путеводная Звезда» Бар-р-р-рталамью Скр-р-р-апс.

-И тебе, не хвор-р-р-рать, – передразнивал Бэнкли, – Как твои дела, старина? Не совсем еще заржавел твой зад?

-Ха! Хитр-р-р-рожопое ты существо! Не дождешься, чтобы мой зад прор-р-р-ржавел раньше твоего кожаного седалища! – громко и добродушно рассмеявшись воскликнул он. – Моя флотилия готова к бою и ждет приказаний. Хочу предложить свою ка-а-андидатур-р-ру в качестве встречающего гостей!

-Сильно сдохнуть охота?! Корабль у тебя, не спорю, крепкий! Но может оставим эту честь для «мелких»?

-Я не смог тебе предложить на собрании, др-р-ружище, потому что, собственно, и слова-то не дали. Но! Мой кор-рабль единственный в нашей флотилии с анти-кинетическим и анти-энер-ргетическим комбинир-рованным щитом! Я смогу на себе сконцентрировать удар этих космических варваров и дать им себя окружить.

-Звучит заманчиво, но ты уверен, что долго сможешь продержаться? «Вендетта» и «Принцесса Анна» не смогли продержаться дольше 15-и минут, а это, к слову, линкоры. Два очень защищенных линкора в нашей флотилии были стерты за 15-ь минут! Еще раз, старый засранец! 15-ь минут! 8-и километровая и 15-и километровая махины! Ты все еще уверен?

-Ага! На все сто! А может двести, если нальешь!? – отшутился вначале Скрапс, но уже серьезнее продолжил, – На этих линкор-рах не было анти-кинетического щита, а лишь стандар-ртные энер-ргетические и плазменные! Мой же корабль пр-родер-ржался все 7 часов боя! После чего пр-ротивник благополучно свалил подбир-рая гузно!

-Сколько залпов и столкновений ты выдержал? – заинтересованно спросил Бэнкли.

-Ох, я считал по-твоему?! Пор-рядка пяти сотен залпов и столько же столкновений, навер-рное!

Пока Скрапс распинался о том, как его «Звездочка» держала каждый залп, Бэнкли, сложа ногу на ногу, сидел и обдумывал предложения механического старика. Сделать один из флагманских кораблей, по сути, живым щитом было идеей не только смелой, но и безумной. Курт даже немного удивился, что именно этому прямолинейному дуболому придет настолько сумасшедшая мысль.

-Слушай, Скрапс – прервал его тираду адмирал Бэнкли – Идея хорошая, но ты уверен, что она вообще сработает? Может Сниффера поставим? Его, как и корабль с командой, не особо то жалко!

-Да его посудина «Вермиллион» и 5-и минут не пр-р-ростоит! К тому же, этот кр-рысеныш еще нагадить где-то успеет! – с усмешкой восклицал Скрапс. – Свою кандидатур-ру не снимаю! Даешь свое согласие?

-Давай! Хрен с ним! В таком случае, твоя задача заключается в следующем. Слушай внимательно! Теперь ты сраный танк, с огромным количеством стволов; как только увидишь противника твоя задача сразу открыть огонь по первому идиоту, который решит приблизится на дистанцию твоих орудий! Хорони ко всем чертям всех, кто приближается! Но ты должен стоять… Как гребаная стена! Остальные детали плана я донесу до остальных.

Скрапс кивнул в знак согласия. Бэнкли в этот момент вызвал голографическую клавиатуру и отправил данные о построении кораблей и деталях плана. Все ответили согласием, и лишь Сниффер возмутительно и неразборчиво что-то пропищал, но все же вынужден был согласиться.

Флот Нордов выходил из межпространственных рунических врат целым роем из кораблей различных размеров. Разноцветные тучи заполонили космическое пространство словно рой пчел выбрался из гигантского улья. Корабли Нордов несли не своем носу гигантские лезвия для тарана суден противника, ведь, согласно их «доктрине», настоящий космический хускарл должен врезаться в своего врага и идти на абордаж.

Заметив одиноко дрейфующий корабль Скрапса, шнеки космических викингов ринулись на него попутно расстреливая из лазерных и плазменных пушек различных калибров. Пушки Нордов категорически отказывались наносить какой-либо урон гигантскому линкору, в то время как «Путеводная Звезда» отвечала ужасающими потоками смертоносных лучей и снарядов. Радиационные пушки в купе с макро-лазерными установками превращали корабли противника в горящие груды металла, не оставляя никому и шанса на выживание. Шнеки взрывались один за другим, однако все равно неумолимо приближались к космическому гиганту. Спустя несколько минут и дракары присоединились к сражению и разразились огнем из своих орудий типа «Хель», извергающими лучи странной и неизвестной голубой энергии.

На корабле вовсю орали сирены, оповещающие о том, что энергетические щиты линкора скоро истощат свой ресурс и перестанут защищать корабль от бесконечных попаданий.

-Доложить о состоянии! – кричал Скрапс, пытаясь перекричать системы корабля. – Долго ли нам удастся дер-р-ржаться?

-Сэр Адмирал! Состояние энергетических щитов: прочность – 48%! Кинетический щит полностью цел! – дрожащим голосом отвечал андроид помощник.

-Что с бар-р-ржами, мать твою!?

-Их щиты почти полные, сэр Адмирал!

-Так пер-р-рекинь их энер-р-ргию на наши щиты, ослиная мор-рда!

-Есть!

-Бегом штопаные кр-р-рысы! Если сейчас же не пополните наши щиты, то я ваши жалкие р-р-ржавые задницы пущу на то, чтобы залатать пр-р-робоины, которые мы получим! Шевелитесь сукины дети!

Вся команда «Путеводной Звезды» засуетилась по кораблю, выполняя приказ старого адмирала и подключая системы барж к главному кораблю. В это же время снаружи виднелись врезающиеся в щиты лучи, заполоняя капитанский мостик радужным светом.

-Готово, сэр Адмирал! Прочность щитов восстановлена!

-Отлично, бойцы! Пр-р-родолжать огонь, кр-ривозадые ур-р-родцы! – рычал на весь мостик адмирал.

Шнеки и дракары палили без остановки, разряжая щиты и уничтожая прикрепленные обломки кораблей. Как только огонь последней части баржи затих, «Путеводная Звезда» осталась наедине с нордийской армадой, налегавшей на щиты линкора с неистовой яростью.

-Адмирал! Сэр! Прошу прощения, за такой вопрос! Но если вы погибните, то это будет Ваш последний полет!? – грустно спросил роботизированный голос стрелка плазменного орудия «Рэй».

-Да, и что!? – рявкнул Скрапс.

-Скажите, о чем вы жалеете больше всего?!

Ошалелый взгляд старого адмирала внезапно смягчился. Он смотрел на молодого матроса и на его лице тихонько всплывала печальная ностальгическая улыбка.

-О чем я жалею, боец? Странные вопросы ты задаешь старику. – неожиданно спокойно ответил Скрапс. Его голос в миг потерял свои вечно рычащие нотки и тон стал более мягким. Будто кто-то совершенно другой встал на его место. – Что ж, я отвечу тебе, парень. Жалею лишь я о том, что никто не увижу Рори – ту, что любил я больше всего на свете.

Несмотря на то, что системы корабля безжалостно звенели, оповещая команду о плачевном состоянии щитов, вся команда механических людей резко умолкла, продолжая вести огонь.

-Самый яркий рыжий лучик солнечного счастья, что вел меня вперед… Прекрасная дева из рассказов старого мира, чьи локоны могли наполнить ароматом вина и гербер любую комнату, сделав ее самым дорогим тебе местом…

На минуту он замолчал, будто упиваясь воспоминаниями о той самой любви, что была всем в его биологической и полусинтетической жизни.

-Но я выбрал не её, а флот… Выбрал бороздить просторы великой и прекрасной пустоты, манящей отправить сознание в бесконечное путешествие и забытие… Выбрал сражаться за то, во что верю. Я оставил ее одну и это и есть то, о чем я жалею мой друг. Но я сделал свой выбор! И сделал бы его снова! – все вокруг встрепенулись, услышав громкий бас Скрапса – Помни воин! Сожалей, грусти, даже страдай, но проживай эту боль! Ведь твой выбор не стоит ничего, если ты забыл о той цене, что отдал ради этого решения! Выбрал сражаться, бросив всех своих родных и близких!? Значит бейся так, чтобы гореть для них самой яркой звездой в небе! Пусть помнят о тебе и видят твой путь сквозь световые года бесконечности этого великолепного космоса! Пусть в сетевых каналах трубят твое имя! Пусть все те, кто принял твой выбор хранят твое имя в своих механических сердцах! Стань гр-р-ребаной Путеводной Звездой! Бейтесь бр-р-р-атья! Впер-р-р-ед в вечность!

Вся команда во мгновение ока заполнила командирскую рубку своим механическим криком. По всем каналам корабля прозвучали воодушевляющие возгласы. Вместе со всеми бойцами будто бы оживился и сам корабль.

-Полный впер-р-ред салаги! Р-р-р-раз хотят на тар-ран, так давайте не р-р-разочаруем их!

Путеводная Звезда сдвинулась с места и полетела прямиком навстречу легиону кораблей Нордов. Залетая в самую гущу шнек и дракаров, линкор беспорядочно палил во все стороны сжигая корабли космических викингов один за другим. В это же время корабли Нордов просто врезались своими лезвиями в оставшиеся целыми противокиннетичские щиты судна. Если бы кто-то мог видеть это со стороны, то не смог даже мельком увидеть того, что происходит в той свалке из кораблей.

-Адмир-р-ра-ал Скрапс! Старый ты засранец, не заскучал там еще? – прозвучал по голографической связи подтрунивающий голос Бэнкли. – Оставь и нам чуток веселья.

-Ах ты, пр-р-ридурок! – рассмеялся в ответ старый адмирал – Я искренне р-рад, что вы подошли! Налетайте др-р-рузья, тут еще много осталось.

Тут же вокруг нордийской тучи появились баржи Союза Миров Корпораций, которые незамедлительно стали палить из всего, что есть. Тысячи плазменных, ионных, лазерных и радиационных орудий в момент ударили по флоту Нордов. Количество шнек и драккаров стало уменьшаться в геометрической прогрессии в один момент.

-Скрапс! Доложи о состоянии корабля! – Бэнкли кричал, пытаясь докричаться до старика по голографической связи, – ты там живой?!

Адмирал «Путеводной Звезды» не отвечал. Ничего не было слышно кроме шума орудий с бортов корабля. И все же Курт видел, как редеющая свора кораблей Нордов пыталась налетать на великий линкор. Словно коршуны, несмотря на потери, они рвались в бой все с той же остервенелой и безумной яростью. Лишь черт разберет, что было в головах капитанов этих кораблей в этот момент.

Внезапно, на связь вышел Скрапс и, судя по голограмме, он был серьезно ранен. Из раны на макушке головы стекала алая, вперемешку с белой биожидкостью, кровь. От левой руки осталась лишь механическая культя, на гидравлических связках которой держались остатки предплечья.

-Бэнкли! Я живой! Охренеть! – устало рассмеялся адмирал Скрапс – Докладываю! Потеряли 27-ь матросов, 1021 получили «незначительные» травмы. Генераторы щитов разряжены, а еще есть три пробоины: две в жилом модуле – средней тяжести, одна на капитанском мостике – средней тяжести. Ведем бой, и вроде стоим! Эти бездар-ри даже бронепластины корабля не пробили! – адмирал откашлялся, сплевывая биожидкость из синтетических легких.

-Потерпи, старый дурень. Скоро все закончится. – прервав голографическую связь Бэнкли обратился по общей связи ко всему флоту – Всем кораблям, усилить натиск! Наш коллега там уже почти помирает! «Игла», «Скарлита», «Всевидящая Мать» – на вас прорыв арьергарда противника и уничтожение Рунных Врат! Услышали, идиоты?! Выполнять!

Линкор – «Игла» и фрегат – «Скарлита» пошли на прорыв вместе с материнским кораблем «Всевидящей Матерью». 82-ух километровое чудище, вооруженное самыми что ни на есть передовыми и мощными орудиями, неслось на всю, чтобы снести межпространственные врата противника. Подавляя сборища кораблей одно за другим, эта троица все же теряла свои части прикрепленные после первой баталии. Шнеки пусть и были малыми кораблями – максимум 300-400 метров – но их тяжелые лезвия на носу врезались в «приклеенные» остовы кораблей корпорации прорубая их на сквозь на большой скорости. Это, к тому же, создавало помехи для орудий кораблей, что снижало частоту поражения кораблей королевства Норд. В результате, продвижение «Иглы», «Скарлиты» и «Всевидящей Матери» замедлилось настолько, что со стороны все выглядело так, будто они и вовсе стоят.

В это же время основная флотилия пыталась вызволить из дикой бойни Скрапса. Прорываясь все ближе и ближе к нему. Основная ударная линия стала теснить нордийский флот и отодвигать дальше к порталу. В результате, окружив «Путеводную звезду» и создав защитную формацию, корабли сделали фронт и просто пошли вперед. Тут же с «Королевы сердец» вылетели инженерные судна первой помощи, а также ремонтные боты на помощь линкору.

-Скрапс! – обратился Бэнкли к адмиралу – Судна поддержки уже идут! Займитесь восстановлением корабля и боевых систем, а затем присоединяйтесь к балету.

Старикан же что-то невнятно прорычал в ответ, как бы соглашаясь, и принялся экстренно восстанавливать корабль для дальнейшего участия в битве. Ко всему прочему флотилия корпорации уже пробивала строй противника, продвигаясь вглубь бесконечного потока шнек. Линкоры прорывались сквозь лавину кораблей словно нож сквозь масло, фактически не замечая оппонентов.

В это время трио кораблей, что были отправлены на уничтожение межпространственных врат, уже приблизились на дистанцию прямого залпа орудий своих кораблей. Адмирал Нельсон, командующий материнским кораблем, уже был готов дать команду к выстрелу, но вдруг заметил то, что видеть не хотел бы никогда.

Справа по борту виднелись гигантские корабли Империи Склавия, вооруженные до зубов и готовые снести всех, кто находился в этом секторе. Сотни многокилометровых кораблей во главе с самым большим линкором, который когда-либо создавался человечеством. Это был Великий Линкор длиной 1043 километра – «Длань Перуна» – или как его еще называли те, кто с ним когда-либо сталкивался – «Вестник Конца Света». Встретить его в космическом бою было сравни встрече со звездным пустотным червем, прибывшим, чтобы пожрать все что попадется ему на пути.

-Бэнкли! – панически обратился к Курту Нельсон. – Сюда прибыли склавианцы! Сканнер показывает 3411 сигнатур; 902 из них крупные. Но одна из них… - Нельсон резко замолчал, будто рот его заткнули кляпом, а тело сковали тяжелейшими цепями.

-Один из Великих!? – смиренно и риторически спросил Бэнкли – Принял, продолжаем вести бой! А вы выполняйте свою задачу – врата нужно уничтожить. Люциус! Запроси голографическую связь.

-Уже, Сэр! – спокойно и многозначительно протянул один из помощников Бэнкли.

На связь вышло уже давно известное Курту зрелое лицо. Николай Ушаков или же, как его еще называют в самой империи – «Адмирал над Адмиралами». Мускулистое и генетически развитое тело стояло перед Бэнкли.

-На связи адмирал Ушаков! – прозвучал ледяной словно айсберг голос помощника адмирала.

-Говорит, Курт Бэнкли! Маршал-адмирал флота Объединенных Миров Корпораций. Запрашиваю переговоры!

-Говорите, адмирал! – грубый, но спокойный молодой голос в миг ошеломил всех членов корабля «Королевы Сердец». Это был тот самый адмирал, который на свое обыкновение редко вел переговоры сам. Но услышав то, что с ним говорит всеми известный Бэнкли, мигом проявил интерес и вызвался лично вести переговоры. – Забавно слышать, от Вас Великий адмирал запрос на переговоры! Что же вы хотите вести вдруг диалог, а не сразу, по вашему обыкновению, рветесь в бой?

Не сказать, что данное замечание сильно злило Бэнкли, однако он понимал, что быть уничтоженным все же было куда хуже, чем уязвленное самолюбие. Слишком уж большие убытки несло за собой вступление в такой бой, да и к тому же, жалование рядовых членов команды не давало им возможности сделать резервное копирование своего сознания. Попросту растрачивать жизни членов экипажа было бы безумием, поэтому во что бы то ни стало необходимо было сделать все, чтобы их сберечь. Так думал Курт.

-Ушаков, Сэр! Мы сражаемся с Королевством Норд и очень бы хотели, чтобы Вы разъяснили нам цель вашего присутствия! – начал Бэнкли.

-Что ж, «сэр» Бэнкли. – передразнивал склавианский адмирал. – Думаю секретности в нашей миссии нет. Мы летим в сектор Левиафан-1 для уничтожения сил Королевства Альбия-Церата и формирования плацдарма. Ваша битва нам не шибко интересна… Однако! – громко заявил Ушаков, – мы не прочь подраться с Вами, если же Вам это так угодно.

-Нисколько, Сэр. Наша задача другая и мы лишь хотим уничтожить противника в этом секторе и сформировать свой плацдарм для нападения.

-Что ж, в таком случае мы можем подождать пока вы закончите свои разборки! Клянусь честью вмешиваться мы не станем!

Сказать, что Бэнкли удивился, значит не сказать ничего! Любой, кто когда-либо сражался со склавианцами или нордами знал, что клятва честью являлась высшей степенью правдивости их слов.

-Искренне благодарю Вас, Великий Адмирал Ушаков! – сдержанно радостно заявил Бэнкли.

-Пока не за что, Курт. Взамен мы просим вас гарантировать нам безопасный проход и частичный эскорт до наших позиций.

-Вы уверены, адмирал!? – удивленно спросил Бэнкли – Не совсем понимаю, зачем вам нужен эскорт с такой флотилией?

-Объяснение простое – наши навигаторы работают уже 19-й Земной день без сна и отдыха на одних стимуляторах. Так как ваши бойцы все же синтетики, мы бы хотели, чтобы вы нас сопроводили. Но знайте, не соблюдение наших договоренностей Вам обойдется уничтоженным ко всем чертям флотом! Вам понятно?

-Позвольте успокоить вас, Сэр! Я держу свое слово и уверяю вас: предательство невозможно.

-Данный разговор записан и в случае чего прозвучит над вашими трупами. – холодно и грозно заверил Ушаков.

Концовка в следующей части.
Спасибо за прочтение.

Скрежеща зубами, сержант Корсиканских Драгунов понимал, что он и его бойцы бессильны против столь серьезного противника.

-Прости, брат. – мрачно молвил отчаявшийся сержант – я принял приказ. Бойцы! На корабль!

Все бойцы зашевелились и мигом помчали на корабль. Один из бойцов с тяжелым ионным пехотным пулеметом подошел к Скале.

-Возьми мою пушку. – спокойно сказал пулеметчик – надеюсь она тебе поможет! Да и по размеру, вроде, как твой «Могилизатор»*.

-Спасибо, но не нужно. Оставь себе, братец. – ответил Скала.

Он спокойно зашагал в сторону Палладина. На прощание он крикнул бойцам.

-Честь! Долг! Доблесть!

-Честь! Долг! Доблесть! – в ответ кричали бойцы.

Десантный корабль взмыл в воздух и быстро умчал в небеса. В это время Скала двинулся навстречу своему противнику. Спустившись с холма, его глазам предстало биомеханическое создание гуманоидной формы. Будто бы на адской арене перед ним стоял Палладин. Ничего необычного в нем не было, что могло не выдать в нем человека: две руки, две ноги и, с первого взгляда, человеческая голова. Но тело, шея и плечи имели в себе видимые кибернетические импланты и модификации, усиливающие его сердце и мышцы. Он был чуть ниже Скалы и худощавого телосложения, однако при взгляде на него ощущалась лишь чистая сила. Вокруг него горела аура темно-синего цвета с вкраплениями пятен цвета венозной крови. Воздух изламывался и дрожал, будто вокруг Палладина горел незримый огонь.

Они смотрели друг на друга спокойно и в тишине. Слышны были только переливания ауры Палладина и шумы ветра над полем боя. Корпорат первым прервал молчание.

-Витязь значит. – прозвучал высокомерный голос Палладина. – Что ж, давно я не убивал таких как ты. Лишь всякую мелочь, снующую под ногами. Был, однако, ваш этот колосс*, но ничего примечательного.

-Хвастаешься трофеями, коли похвастаться больше нечем? – насмешливо съязвил Скала.

-Смейся, примат, смейся, - со злорадной улыбкой ответил Палладин и добавил, –пока можешь.

-Раз уж у нас дуэль своеобразная, то может представимся друг другу?

-Марус «Массакра» Орион, Палладин-командор 3-го Легиона Ауромантов. – с гордостью заявил Корпорат. – твоя очередь, макака.

-Максим «Скала» Дмитров, Витязь-лейтенант 16-го полка Бронированных Витязей. – в свою очередь, спокойно представился Скала.

Внезапно Массакра уважительно поклонился Скале. Витязь ответил тем же.

-«Молния Армории» значит. Прошу простить мою дерзость и столь неуместные насмешки.  Давненько, я о тебе ничего не слыхал, – сказал Массакра.

-Также как и я о тебе «Вампир Ортоса». – ответил Скала. – Пусть победит сильнейший!

-Да будет так.

Опустив сантименты, два воина во мгновение ока ринулись друг на друга с неистовой яростью и, доставая из ножен мечи, принялись на дикой скорости наносить друг другу десятки ударов. Воздух вокруг дрожал и свистел под взмахами их ударов, а земля тряслась при столкновении клинков. Все только началось, но казалось будто их мечи уже должны были оставить на обоих бойцах ужасные раны. Однако мастерство обоих не давало и близко оставить на их броне и царапины. Скала, проводя Хранителем Душ волнистую дугу в воздухе наносил могучие и сильные удары, в то время как Массакра элегантно парировал их своим клеймором, сохраняя невероятную скорость. Их неистовые столкновения создавали ударные волны, превращавшие трупы и другие останки вокруг в еще более мелкую кашу. Два блистательных воина, погрузившиеся в боевой транс не видели ничего кроме битвы. Словно ужасающий танец смерти их мечи блестели и ревели звонами стали, оставляя от своих смертоносных пируэтов лишь искры.

Отлетев в сторону от мощного удара, Скала резко скинул с себя боевой шлем. Он мешал ему получать полное удовольствие от битвы. Масакра также скинул защитную маску. На их лицах была искренняя маниакальная улыбка радости, появившаяся от этой бойни. И вновь они схлестнулись друг с другом, отбросив лишние сантименты и глупые мысли, не желая более сдерживаться. Все что было до этого момента будто бы ничего не значило и было лишь разминкой. Сейчас же их удары были похожи на столкновения двух гигантских быков, пытающихся выбить из друг друга весь дух. Смех и яростный клич сопровождал их удары, которые, казалось, уже режут само пространство вокруг. Не было больше поляны, на которую они вступили изначально: лишь кратер, созданный песнью их клинков.

Внезапно Скала стал теснить Массакру. Тогда Палладин воспользовался своей аурой. Мощным всплеском силы он оттолкнул Скалу на другой конец импровизированной арены, из сделанной ими ямы.

-Пора заканчивать, –молвил Массакра.

-Ты прав, пора. – загадочно ответил Скала.

Ярко синим светом загорелся Скала. Он тоже мог использовать ауру, что оказалось для Массакры полнейшей неожиданностью.

-Ты аурамант?! Еще и Альфа-4 Супериор?! Когда ты успел ей обзавестись, мать твою!? – почти что в истерике завизжал Массакра.

Медленно шагая в сторону Палладина Скала ответил.

-А ты думал почему меня прозвали «Молнией Армории»? Ужасом планеты, на которой делают ваших мерзких биомеханических чудищ! – спокойно ответил Скала.

Воздух вокруг Скалы визжал и преломлялся, а земля плавилась от жара ауры. Не дожидаясь ответа, быстрым выпадом Витязь достиг Палладина. Как молния он мелькнул в его глазах, и единственное что смог разглядеть Массакра это свою голову, слетающую с плеч. Тело корпората рухнуло на землю, звеня металлическими частями.

-Вставай, Массакра, - молвил спустя пару минут Скала, - меня ты не обманешь…

Сияя темно-синим туманом, голова Палладина отрастила подобие позвоночника похожее на отвратительную многоножку из костей. Голова поползла точно в место среза и аккуратно встала туда, где ей и место.

-А ты забавный, - омерзительно скрипучим голосом ответил он, - все же… ты готов ко второму раунду?

Его лицо изобразила еще более маниакальная улыбка, нежели во время боя. Изо рта текла белая биожидкость, а тело его покрывала аура. Это уже был не тот Палладин, что во время боя. Перед Витязем стояло чудище чье туловище превратилось в ужасное и гротескное нечто. Отросшая еще одна пара рук была непропорционально длинной, будто были это не руки, а ужасные хлысты из стали и плоти.

Витязь снова приготовился к бою. Вскинув меч, Скала сделал мощный выпад вложив в удар свою ауру. В ответ Массакра на огромной скорости ушел в сторону, параллельно нанося бесчисленные удары своими мечами из ауры. Отбивая мощные и хлесткие взмахи меча Палладина, Витязь решил включиться на полную. Реальность вокруг него сжималась и преломлялась, а сам он засиял еще ярче чем был.

-Превосходно! – задыхаясь толи от ауры Скалы, толи от удовлетворенности бойней, что они устроили, выпалил Массакра. Скала ответил лишь такой же маниакальной улыбкой.

Удар за ударом! Выпад за выпадом! Все это происходило столь молниеносно, что их и вовсе было практически невозможно разглядеть. Удары оставляли кратеры вокруг, а каждый новый взмах мечами образовывал ударные волны, создающие алую вьюгу из крови, металла и тел, разлетавшихся вокруг. Проходя по земле клинки оставляли огромные разрезы и борозды, в которые отовсюду затекали внутренности павших бойцов. Доспехи Скалы трещали, Дух трубил о критической опасности для целостности костюма, кровь текла из глаз и носа, но остановиться было невозможно – Витязь вошел в раж. Массакре же приходилось гораздо хуже: его руки из ауры были поглощены аурой Скалы, а на модернизированных частях туловища стали появляться трещины, превращающиеся в дыры, механический глаз уже выпал из орбиты оставляя после себя дыру, а по всему телу текла биожидкость.

Вдруг, они оттолкнули друг друга на несколько метров. Доспех Скалы раскололся на части и опал на землю металлическими хлопьями. На его огромном, мускулистом теле от перенапряжения лопались сосуды. Кровь текла ото всюду и стекала тонкими ручейками на землю. Со лба, из глаз, из носа текли кровь и пот, струясь по бороде. В то же время, он продолжал сиять синим пламенным светом ауры и выглядел как настоящее воплощение бойни.

Массакра же, тяжело дышал и истекал белой жидкостью отовсюду. Трещины на его теле обнажали внутреннюю механическую систему и некоторые оставшиеся человеческие органы. Из четырех рук осталось лишь две, которые были при нем изначально. Голова была наполовину деформированной, будто по ней били тяжелым молотом.

И вновь их взгляды встретились друг с другом. Их глаза пылали огнем, сгорая от нетерпения столкнуться в битве. Посмотрев друг на друга, они все поняли без слов – последняя смертельная атака! Скала схватил двумя руками «Хранителя Душ» и встал в стойку, готовясь сделать последний выпад, вложив в него всю свою мощь, что осталась. Массакра наклонился, приготовившись совершить встречный яростный выпад вобрав все силы, что он имел сейчас.

Словно молния они ринулись друг на друга. Все вокруг замерло. Три секунды: их сердца колотятся как бешенные, готовые вырваться наружу и истерзать друга-друга. Две секунды: кровь течет из ран все сильней с каждым шагом. Секунда: клинки столкнулись…

***

Корабль сел на свободное место на поле прошедшей битвы. Выбежавшие из него Десантники склавианцев стали занимать позиции вокруг, осматривая окрестности на наличие угроз. Из десантного корабля по аппарели спустился огромный человек в офицерской форме. Оглядевшись вокруг, он обнаружил бойца всего в крови, сидящего на расколотых доспехах. В руке его был меч, а напротив него останки от Палладина, если то, что осталось вообще можно назвать останками.

-Ну здравствуй, сынок! – скрипучим и веселым голосом сказал мужчина в форме.

Боец повернулся на него со своим привычным холодным и суровым выражением лица, однако поняв, кто перед ним стоит его лицо несколько смягчилось

-Ну здравствуй, «Батя»! – ответил Скала и слегка усмехнулся.

Они обнялись, а бойцы вокруг них расслабились и стали тихонько расхаживать вокруг, патрулируя местность.

-Прости, что так долго, – просмеявшись сказал Батя, - твой сигнал пришел нам буквально час назад. И когда я узнал, что это ты?! ЧЕСТНО СКАЗАТЬ! Не поверил! Но ты выжил, так еще и по частям разобрал Палладина.

-Массакру, – перебил Скала, - его звали Массакра.

-Вампир Ортоса, значит. Не повезло с противником…

-Мы были равны. Славная была битва. – Скала встал и вытянулся. Оглядев кровавые скалы и холмы в последний раз, он поднял то, что осталось от доспехов его брата и сказал, – пойдем Батя! Я бы сейчас хорошенько отдохнул.

-Ну, а для чего мы за тобой сюда прилетели?! Пойдем, сынок! Заодно расскажешь все! А там и выпить, собственно, можно. – офицер по-отцовски хлопнул по плечу Скалу, и они зашагали в сторону корабля.

Спасибо за прочтение.