0016dimka

Всем привет! Понимаю, 21 год, первая любовь, как так? А вот так я вам скажу мои дорогие друзья. Детство у меня было хорошее, в школе я был хорошим пухляшом, да и девушки меня не интересовали, в коллдже я был сильно увлечен своей профессией(радиоэлектроника)летал на мировые чемпионаты и т.д.), с первого и до четвертого курса, после колледжа семья и проблемы. Нашёл хорошую работу, по сей день там работаю. Потом сметь матери, бабушка на шее и т.п., ну короче не до любви было, хотя искал, долго искал ту самую.

А вот и предыстории конец.

Познакомились через интеренет, живёт в моём городе. Внешность просто не описать простыми  словами: красота, грациозность, этетика и какой-то огонёк))

Но мы ведь взрослые люди и внешность всё таки первый признак любви. Так что будучи не дураком я и к мозгам присматривался.
Был прекрасный месяц общения, из-за карантина не получалось встретиться, но до встречи я уже влюбился.
Романтика, прогулки ночью, алкоголь... Я написал песню для нее(своя студия), и не одну.

Я сошёл с ума, ночные переписки, постоянные мысли о ней, не мог сконцентрироваться на работе, хотел каждую секунду с ней рядом проводить.
У нее, как и у меня, есть своя квартира, вот там то мы и собирались время от времени.
От меня цветы, комплименты, эмоции. От нее... ну почти ничего. Ну это же моя влюблённость, я каждый день накручивал себя мыслями разными. Не надоедаю ли я ей? Не навязчивый ли я? Нормально ли хотеть каждую секунду проводить вместе?
Мне хотелось быть с ней, и сексуальные фантазии отошли на второй план.
Моя самая большая сексуальная фантазия была, это получить взаимность.
И вот в один прекрасный день я ее получил. Я был на седьмом небе от счастья, ибо сказывался прошлый опыт, и я не особо надеялся на что-то.
После второй и тетьей встречи уже был секс, наутро мы вместе заваривали кофе и просто болтали.
Прекрасная романтика, как будто 16 лет.
Через какое-то время как-то наши отношения охладели, что печально, не с моей стороны.
Я писал, писал красивые текста, записывал свои мысли.
Было куча звоночков, когда мне нужно было уже задуматься о правильности таких отношений, но любовь...
Один из них, это когда у нее дома неделю находился ее лучший старый друг и она не хотела меня знакомить с ним, набила тату с его именем. Но в то время я думал, почему бы и нет, он кто-то, а я хер с горы. И тут дело не в самооценке.
В общем, было круто, красивую часть я расписал вроде неплохо.
В какой-то момент мне друг отдал старый велосипед, я на радостях поехал его обкатывать, и по понятным причинам решил заехать к девушке, хотел увидеться.
Когда я приехал, она сказала что не сможет выйти, ну я с грустью и уехал.
Через несколько минут мне звонит девушка, и говорит что сможет выйти, так что я пулей обратно.
Вот тут то и настаёт момент, когда мне говорят что нужно расстаться, что человек любит другого(вы поняли о ком я), что она этого раньше не знала, но теперь поняла. Странно что я крайне спокойно воспринял эту новость, хотя я и крайне эмоциональный человек. Мы спокойно поговорили и разошлись. После этого началась та постлюбовная депрессия. Грустная музыка, осознание того, что больше ничего не будет, больше не создать воспоминаний. Обязательно поныл на плечах своих друзей, на что получал ответы, что она вот такая сякая, зачем нужно было начинат отношения, пусть идёт в жопу, забудь.  Что вообще не помогало никак.
После пары день размышлений, я понял, что я чертовски рад этому короткому роману. Я рад что это всё случилось раньше, не позже. Я рад всем эмоциям и воспоминаниям проведенным вместе, ведь тогда это было по-настоящему для обоих. Да, бывает то, что человек может внезапно понять что любит другого. "Ну и что", - сказал я. Нет обид, нет злости. Разве что есть небольшое разочарование к себе.

Прошла почти неделя с момента расставания. Я уже почти отошёл.
Итог.
Это был наипрекрайснеший двух недельный роман.
Просто радуйтесь эмоциям что вы чувствовали, мы живые!

История о восхождении одного глухого мальчика, который впоследствии несчастного случая потерял свой слух.

Но его одержимость не покидала его, и только благодаря своему упорству он оставил о себе след...

Лето, 1967 год, 5 июня.

Завтра должен состояться концерт малоизвестной группы под названием "Вайт мэнс".

Это была любимая группа моих родителей.

Как они говорили, хоть эта группа и не играет в Нью-Йорке, не известна в Лондоне,

да что уж там говорить, даже в наших краях, но мы её любим за то что они вкладывают в свои песни душу.

Тогда я ещё не понимал, как это можно вложить в песню душу. Я много читал, и уже тогда знал, что песня, это всего лишь

набор нот.

Жили мы в ничем не примечательном провинциальном городке, концерт проходил в другом городе, сейчас я уже не помню его

названия, что-то вроде Раганрег или Регинрог. Он находился в 80 миллях от нашего, а население было куда больше.

В тот вечер мой отец завёл свой старенький Форд, синего цвета, с хромированными бамперами, которые уже износились со временем.

Меня посадили на заднее сидение. Машина для меня была очень просторная, и я почти мог лечь, вытянувшись в полный рост.

Отец включил радио, и настроил на волну "Массачусетс Модерн", он любил эту станцию, на ней часто прокручивали пластинки

известных групп, таких как "Лэд Зеппелин", "Ролинг стоунс". Он сказал что они играют в жанре блюз.

Мне понравилось это слово, блюз, оно звучало мягко, как и сама музыка блюзовых групп.

Лето, 1967 год, 6 июня.

Концерт начинался в восемь часов вечера, для меня это было не поздно, ведь я привык не спать по ночам, читая книги.

Он проходил в пабе "Сэвэн Систерс".

В этом городе их все знали, поэтому все столики были уже заняты, и нам пришлось встать у сцены.

Я стоял возле большой колонки, с большими динамиками. Толпа собралась, было тесно.

Как только зазвучала их первая песня, все сразу стихли, и начали слушать.

Когда я слушал записи других групп на пластинках, там было много шума, людского...

А здесь же, все просто слушали, я последовал их примеру.

Их первая песня называлась "Голдэн стори". И тут для меня всё затихло, люди обсуждающие нового шерифа, звон кружек, бьющихся

друг об друга, скрип напольных досок.

А осталось только одно... Их музыка.

Хоть я и раньше слушал эту группу на пластинках своего отца, но тогда всё было по другому.

Меня захлестнула волна прекрасного чувста умиротворённости, я не думал ни о чём, а только слушал.

Бас-гитара, соло-гитара, ритм-гитара, барабаны, и голос одного из гитаристов. Они были как волны, отливающие и приливающие

с ещё большей силой.

В таких случаях нет ничего не обычного, в то время была очень плохая проводка электричества, и часто что-то отключалось,

или ломалось.

В этот раз сломался микрофон...

Я стоя у огромной колонки слышал только один звук, резкий, громкий, с невероятной силой, давящий на мои уши. Это был

пронзительный писк, который с каждой секундой затухал в моей голове.

Люди в зале закрыли уши, кто-то судорожно перебирал провода, в надежде исправить неполадку, где-то упала кружка

с пивом, растёкшимся по старым доскам.

Казалось это длилось вечность, но в конце концов все звуки затихли, я не слышал ничего...

Осень, 1968 год, 10 октября.

Вечером того дня, мы с Билли должны были пойти вместе в гараж, чтобы он оценил мои труды.

Тот концерт... С того момента я запомнил лишь одно, звучание "Голдэн стори". С тех пор я начал учить ноты, нашёл старую

потрёпанную гитару отца. Я был вне себя от счастья, когда получил гитару. Она была очень старая, пахла она старым деревом,

сравнимо со страницами старой книги. Была еле видимая надпись "Ямаха", последние буквы были стёрты, но я знал, что это

хороший инструмент. Я научился читать ноты, помнил как звучала гитара "Вайт мэнс", начал создавать свою музыку.

Я частенько пропускал школу, это поспособствовалу знакомству с по сей день моим лучшим другом Билли. Он приходил каждый

день, чтобы указать на мои ошибки, к сожалению сам я не мог слышать их.

Зима, 1974 год, 21 декабря.

Я смог присоединиться к рождественскому оркестру. В роли гитариста.

Теперь у меня уже была электрогитара "Фэндэр", это самое дорогое что у меня есть, и в прямом, и в переносном смысле.

У меня не было должного музыкального образования. Я лишь знал ноты, и мог правильно играть. Но я был очень рад, когда

на прослушивании им понравилось. Сыграли мы отлично, меня похвалили за то, что я в таком состоянии могу играть, и достаточно

хорошо. Мне было очень приятно, я выучил множество композиций, знал как извлечь тот звук, который я хочу, и делал это настолько

идеально, что все были в восторге. Но это не то. В голове лишь одно, то чувство...

Лето, 1975 год, 30 августа.

Нью-Йорк, город возможностей, я приехал сюда чтобы найти себя. То чем я буду заниматься всю жизнь. Родители дали мне денег

на первое время, и отпустили меня, сказав лишь:"Ты волен идти туда, куда зовёт тебя твоя душа".

Я закончил школу с плохими оценками, и тогда я уже знал, что дальнейшей учёбы в университете мне не видать.

Но я решил попытаться поступить в Нью-Йоркскую консерваторию на обучение за счёт государства.

Весна, 1979 год, 19 марта.

Последний курс. Скоро начнётся итоговый экзамен, показательное выступление перед судьями, которые и решат, получу ли я

диплом. В университете, у меня все оценки были "отлично", я играл идеально, и знал точно, что сдам экзамен.

1979 год.

Я, со своими бывшими однокурсниками, решил создать блюз-группу, вот и сбылась моя мечта. Блюз был популярен как ни когда,

появилось ещё больше групп, на их фоне было тяжело выйти в свет. Но глухой, идеально играющий музыкант, так и притягивает к себе

внимание. Мы написали целый альбом, который в миг стал популярным. Нас звали играть в различные пабы, на мероприятия, и платили

очень хорошие деньги, мы не были в нищите. Основную часть денег я посылал родителям, так как сам не мог приезжать из-за

своих выступлений. Это был пик нашей популярности, нашу группу знали уже в разных уголках мира.

Осень, 1981 год.

Из нашей группы ушёл вокалист...

Я до сих пор не знаю как он мог так поступить, он просто ушёл в другую группу, которая даже неизвестна в соседнем штате.

Позже я узнал, что он сказал, что моя музыка слишком идеальна, и он не может больше петь через силу. Я был зол как ни когда.

Мы пытались найти замену, но всё было тщетно. В итоге группа распалась, это был крах. Все разъехались кто куда. Лишь я один

остался со своим уже потёртым "Фэндэром". Я не знал куда мне идти, что делать, как жить. Я впал в депрессию.

Зима, 1981 год.

У меня были хорошие накопления, и я каждый вечер ходил в один и тот же паб, где каждый раз играла какая-то рок-группа,

которая играла совершенно бездарно. Гитарист не попадал в ноты, но при этом всегда все хлопали. Я не знаю почему.

Как я это видел? Всё просто, я чувствовал вибрации звука, как он переливается в моём теле, я видел как гитарист извлекает

звуки, замечал каждое его движение, это было не сложно, ведь свои навыки я отточил до идеала.

Как только я заходил в паб, бармен уже знал что мне налить. Это была хорошая русская водка, с гордым названием "Столичная".

В начале своей карьеры, играя в то в одном, то в другом пабе, мне попался человек русской национальности, который приехал

для дипломатической миссии. Тогда то я и попробовал первый раз русскую водку. И только в этом пабе была эта водка, я до сих

пор не имею понятия, где бармен её достаёт, да это и неважно было. Я перестал играть...

Я не мог выбросить из головы те слова:"Твоя музыка слишком идеальна". И только алкоголь помогал мне заглушить те слова

в моей голове. До тех пор, пока у меня не закончились деньги.

Лето, 1982 год.

Я решил съездить к родителям, и впервые их повидать за столько лет.

Но когда я приехал, всё было плохо. Зря я к ним не приезжал столько лет.

Моя мама умерла.

Отец не выдержав того, что всё в этом крае напоминает ему о маме, поехал в кругосветное путешествие.

Дом стоял пустой.

Все деньги что я посылал родителям возвращались на мой банковский счёт, который я ни когда и не смотрел.

Я остался один...

Осень, 1982 год.

Я начал безудержно пить. Не потому что любил алкоголь, а потому что я до сих пор не мог выбросить те слова из головы.

Хоть я и не слышал физически, но в моей голове постоянно слышались отголоски "Твоя музыка слишком идеальна".

Сколько я не пытался выяснить почему всё так сложилось, у меня не получалось. Я перестал выходить из дома.

Я даже снова начал играть, но игра это была не в удовольствие. Я пытался выяснить, что значили те слова.

Я играл, играл, играл, играл. По всякому, я старался как мог, делал всё что в моих силах, чтобы понять, что не так.

Пытался играть плохо, специально, чтобы моя музыка не была идеальной, но это было не то, получалось что я просто плохо играю.

Не было ни кого кто бы указал на мои ошибки. А в голове только одно... Слишком идеальна, слишком идеальна, слишком идеальна...

Кажется я начал сходить с ума.

Зима, 1984 год.

Я истощал, все мои сбережения кончились. У меня появился тунельный синдром. Я больше не мог играть...

Это было последней каплей.

Зима, 1985 год.

Билли.

Он пришёл.

Я совершенно не ожидал увидеть моего лучшего друга. Я уже не помнил когда последний раз видел его.

Мне было всё равно, я уже ничего не хотел, и мне ни кто был не нужен. Билли не появлялся столько лет,

когда он был мне так нужен.

Он был в здавии. Женился. У него родились две дочки.

У меня начались осложнения, из-за плохой гигиены, пищи и умственной усталости.

Обнаружился рак...

Билли работал в научном центре, он занимался исследованием части мозга, отвечающей за восприятие.

Я знал почему он пришёл, и он знал чем я болен.

Мы стояли только смотря на друг друга. Он на меня глазами полными жалости, на которую мне было совершенно плевать.

У меня же были пустые глаза, без какого-либо намёка на жизнь.

Билли сожалел, что всё так случилось, что он не поддержал друга в тяжёлые времена. Билли заплакал.

Меня было уже не спасти, я еле передвигался на ногах, и не ел уже два месяца.

Он повёл меня на улицу, было очень холодно, он закутал меня в тёлое одеяло, посадил на кресло-каталку, вынес мою гитару,

посадил в машину, и мы поехали.

Ехали мы долго, в конце концов я увидел тот самый паб, в который ходил с родителями.

Он завёл меня внутрь, усадил прямо у той самой колонки. Мне стало не по себе.

На сцене была та самая рок-группа, из паба, в котором я пил водку.

У них уже начался концерт.

Я сидел со своей гитарой в руках и просто смотрел, до тех пор пока Билли не вставил мне что-то в ухо.

Рок-группа собиралась играть последнюю песню.

И я услышал, я начал слышать!

Группа решила почтить память "Вайт мэнс", сыграв их легендарную песню "Голдэн стори".

Всё как в тот раз, всё затихло, и в зале слышен только блюз.

Блюз... Какое всё таки прекрасное слово.

Гитарист играл всё так же плохо, я видел, и слышал это. Но почему-то было так хорошо на душе.

Слышал это... На душе... Билли...

Заметил что всё чаще люди называют себя мастерами или инженерами, не понимая значения этих слов. Да, я зануда, есть к чему придраться. Вот накупили вы себе паяльных станций, лопаточек всяких, и припой, и называете себя инженером. Я сам не инженер, но стремлюсь всеми силами им стать. Учу законы, читаю теорию, и немного практики. Купить паяльник и мультиметр может каждый, пройти по цепи схемы, которую нашли в интернете может любой. Ну ладно если бы вы разработали своё устройство, так нет, вы просто ремонтируете, и называете себя мастерами. Мастер - человек отточивший свои навыки до идеала. Инженер - прежде всего изобретатель. Как можно что-то ремонтировать не зная как это устроено, и это не о том, как работает телефон, какая микросхема отвечает за то или иное. А более глубоко, по каким законам это работает, вот что нужно знать. Даташиты смотреть, чтобы разобраться из чего состоит микросхема, а не просто посмотреть куда какой вывод идёт. Знаю что люди не признают "колхоз", а если вдуматься, это инженерная мысль, человек вышел из ситуации, применив свои знания и навыки. Это же прекрасно, из одного сделать другое. Так же нужно говорить правильными словами, есть точные определения, которые инженер должен знать.
А почему я весь этот бред пишу?
Вижу написано "я инженер", думаю человек знает своё дело, поинтересуюсь у него, как это работает, спрошу почему, что да как, а вот хрен тебе. Он просто знает как перепаять BGA и гордится этим.
Я просто хочу чтобы люди, называющие себя мастерами, инженерами, действительно были таковыми.

Электроника - наука о контактах. Либо контакт там где его не должно быть, либо там нет контакте где он должен быть.
А ещё самое ругательное слово это "электрик".
Ну вот мне электрик сказал это купить, чёрная с тремя ножками.

Ну вот оно сломалось, электрик сделал, теперь опять сломалось. (а там такой 3.14здец).
Можете минусить, просто выразил своё мнение, на которое вам скорее всего насрать.
А мне тем более на ваше, лучше дальше учиться, и стать тем кем хочешь.

И главное помните, мы все тупые.=) Это я усёк точно.

Ну и самая смешная история.
Приходит человек в магазин радиодеталей, и спрашивает:
-А у вас есть резисторы?
-Есть. Вам какого номинала и мощности нужны?
-Ну я не знаю. Там были цветные полоски. Красный, коричневый и т.д.
-Ну вы узнаете сначала какого номинала резисторы, а потом приходите.
-А вы можете все показать, я найду какой у меня.