Мир против тебя? Ответь ему тем же. Как «скулшутинг» превратили в инструмент информационной войны
Волна угроз прокатилась по белорусским школам. Анонимные каналы, сообщения о расстрелах. Кто стоит за этой кампанией страха и почему следы ведут за пределы страны? В новом выпуске мы раскроем имя и данные администратора одного из таких ресурсов.
Новый выпуск авторской программы Романа Протасевича «
Без прикрытия».
Роман Протасевич:
В конце января – начале февраля 2026 года по белорусским школам прокатывается волна тревоги. В мессенджерах появляются каналы с угрозами массовых убийств, сатанинская символика, картинки с самодельными взрывными устройствами. Прямые сообщения: готовятся расстрелы.
Атмосфера страха распространяется быстрее любых официальных комментариев. Но если присмотреться, проступают странности. Авторы угроз пишут с ошибками, а также используют неестественные для белорусского интернета слова и обороты. Да и легкая примесь южного акцента то и дело проступает между слов юных лжетеррористов. Все это не совпадение, потому что за этими каналами стоят не белорусские подростки с ментальными проблемами, а совершенно другие (и очень даже взрослые) люди с конкретными задачами.
Сегодня мы разберем, как украинские центры информационно-психологических операций превратили тему «скулшутинга», или, говоря по-русски, расстрела в школах, в инструмент информационной войны против Беларуси. И почему за каждым таким каналом тянется след не только в Киев, но и в офисы беглой оппозиции.
Роман Протасевич:
Угрозы детям – это тема, которую в любом приличном обществе затрагивать запрещено инстинктивно. Но для некоторых оппонентов нашей страны и государства табу не существует. Если можно посеять панику, заставить людей бояться за своих детей, а потом ткнуть пальцем в сторону властей: мол, не уберегли, не досмотрели – значит, это будет сделано.
Именно так работает новый инструмент информационной войны. Колумбайные «скулшутинги» уже не просто трагедии, которые происходят из-за социальных проблем или психических расстройств у подростков. Это целая технология. В Сети сформировалась субкультура, где преступников романтизируют, изучают их стиль, цитируют манифесты, собирают архивы и даже празднуют даты терактов.
Создаются закрытые сообщества и каналы, где уязвимым подросткам транслируют одну очень простую формулу: мир против тебя? Ответь ему тем же. В России эта идеология признана террористической и запрещена. В Беларуси за пропаганду такой идеологии уголовная ответственность. А с недавнего времени еще и некоторые символы, которые используются в этом движении, также признаны экстремистскими.
Правоохранительные органы на постоянной основе мониторят интернет-ресурсы, отслеживают каналы, выявляют администраторов, фиксируют цифровые следы. Эта работа системная и в значительной степени остается за кадром. До публики доходит лишь малая ее часть. Но важнее другое. Выявленные закономерности показывают, что подобные кампании редко возникают стихийно. Слишком много совпадений, слишком четкая координация. И это наводит на очевидные выводы.
Роман Протасевич:
Давайте по существу. Кто стоит за каналами с угрозами в адрес белорусских школ? Недавний пример показал. За одним из таких ресурсов находился администратор из-за рубежа. Личность установлена правоохранительными органами. Материалы переданы в работу профильным структурам.
Знакомьтесь. Шолохова Виктория Павловна, 2006 года рождения, жительница города Каменское Днепропетровской области Украины. В свободное время Виктория занималась не совсем обычным промыслом. Под руководством кураторов из ЦИПСО она создавала белорусские сватинговые сообщества – страницы, которые маскируются под местные каналы, которые пугают белорусских детей угрозами массовых убийств.
Механика, по сути, проста. Сначала создается ресурс, нейтральный или с безобидным названием. Он наполняется визуально шокирующим контентом, символикой, угрозами. Затем запускается рассылка. Сообщения приходят напрямую ученикам или появляются в комментариях под публикациями популярных школьных и городских страниц.
Формально все выглядит как обычная активность в мессенджере. По сути, это точечная работа по охвату конкретной аудитории и созданию эффекта внезапной угрозы. И именно в этом ключевой элемент. Страх появляется не постепенно, а одномоментно. Но возникает закономерный вопрос. Как вообще подобные каналы находят конкретных подростков?
