0 просмотренных постов скрыто
Воспоминания о жизни дома
Как я ненавижу свою семью, это просто кошмар, надеюсь, те, кто прочитает мой пост, преисполнятся чувством собственного достоинства и в моменте насладятся тем, как им повезло.
Зайду с самого начала, отца у меня нет, большую часть жизни провёл с мамой и бабушкой в одной квартире, был еще дед, но тот рано помер. На первый взгляд стандартная ситуация для России, типичная неполная семья, но это я еще не коснулся краеугольного камня моего несчастья, а именно алкоголизма.
Примерно с 7 лет мама с бабушкой скрытно бухали от деда, о чем я молчал за пломбир мороженого и уже тогда впитывал стыд перед дедом. Но всё стало хуже, когда дед помер, к тому моменту бабушка полностью подсела на водку и регулярно выпивала, после чего смачно бранила меня за всё на свете. Поскольку я был тихим и стеснительным, то быстро стал изгоем в школе, так и сидел дома один за своим пентиум дуо кор и ежедневно впитывал от бабки-алкоголички, какой я бесхребетный слизняк, какой я гомосек, а в дальнейшем и лудик, что я изгой и вообще не человек. Но то было лишь началом, пускай в школе меня сторонятся, унижают и лупят, а дома снова унижают, это всё еще не конец света, жить можно, но я еще не рассказал про мать, а мать у меня обделенная интеллектом, крайне влюбчивая женщина, которая не очень хотела мной заниматься, ну или мне так кажется, но всё, что я знал в жизни, я получал из интернета (он у меня появился во втором классе), я смотрел ютубчик и упорно впитывал всю злость окружающего меня мира. Естественно, в такой обстановке никакой здравой самооценки у меня не было, и к 6 классу, когда меня перевели к более умным ребятам, я стал максимально асоциальным, настолько, что не мог выдавить из себя ни единого слова на уроке, а когда мне "по рофлу" новые однокашники решили забить стрелку, я воспринял это на серьезе и испугался, точно уже не помню, но вроде пожаловался учителю, что сделало меня изгоем и лохом в глазах всех. Постепенно обстановка дома становилась всё хуже и хуже, глупая мать начала водить домой "женихов", постепенно пьянки и вечеринки стали естественными для нашей квартиры, и вот я, ученик средней школы, успешно хаваю оплеухи в школе, прихожу домой и с утра до ночи слушаю срачи между мамой и бабушкой, а потом нам выбивают двери, разбивают унитаз и лицо мамины "друзья" и "женихи", и так всё продолжалось до моего поступления в вуз.
А теперь подробнее. Ситуация дома ежегодно была хуже и хуже, в один момент мать взяла микрозайм под диктовку своего пятого или шестого "жениха", чтобы поесть шашлыков летом, микрозайм был тыщ на 300, а перед ним на ней висел еще один большой кредит за типа "ремонт" дома, который тоже был пропит, и так мы попали в огромную финансовую яму, виноват в которой был опять 14-летний Я, потому что я бездарный сын и внук, что вот сын соседки по интернету зарабатывает, выпускает музыку, а сижу за компиком и бездарь. Крч, следующие лет 6 мы жили из года в год всё хуже и хуже. Мой типичный рацион с самого детства состоял из 3-ех главных блюд, это макароны без ничего, это картошка жаренная или варенная и это гречка, больше дома не было ничего, а если появлялось, то пропадало за 1 день, но я в целом на это не жалуюсь, просто один из показателей нашего уровня жизни. Телефон у меня появился в 16 лет, а до этого я ходил с каким-то б/у-шным ZTE, который включался 10 минут и даже браузер открывал с большим трудом. Еще один показательный момент был тогда, когда один из "женихов" мамы воткнул ей нож в ногу из-за какой-то тупой ссоры и она лежала в больнице, он, кстати, потом, спустя какое-то время, умер из-за передоза, и мать очень долго плакала по нему, другой же "жених" выбивал нам несколько раз подъездную дверь, и мы жили практически без неё, т. к. она была сильно вмята и сквозила (изначально сделана из непонятно чего, фольги?), этот же тип бегал за ней с топором на даче, но он появился уже к моему 17-летию примерно, и я уже был способен отлупить алкаша, когда он поднимал руку на мать. Поскольку он был 2 метра высотой, то я обычно в крысу бил ему в лицо, а потом заходил за спину и душил изо всех сил, такое происходило раза три примерно, и каждый раз, когда я это делал, мать каждый раз его защищала и била меня, говорила какой я отвратительный сын и прочие ругательства. Этот тип кстати сел в тюрьму или сизо?? Я не разбираюсь в этом, но сел потому, что разбил стекло в продуктовом магазине, из которого воровал. И
И вот знаете, последний раз, когда я был дома и смотрел на разбитую мебель, двери, на свою рваную одежду, и думал, неужели, это я во всем виноват? Это был мой осознанный выбор прожить всё детство и молодость в бесконечных унижениях, побоях и нищете? Мог ли я вообще стать другим человеком? Сейчас у меня большие проблемы с социофобией, хоть и чуть лучше, чем было в школе. Я до сих пор чувствую себя максимально никчемным, мне тяжело дается мысль, что у меня нет достойной родни, что мне нужно их бросить и забыть. Это больно, осознавать, что этих людей не изменить и не перевоспитать. Последний раз, когда я жил с мамой и бабушкой, они пили по несколько бутылок водки практически каждый день, как минимум бабушка, каждый день пила 1 бутылку водки за ~400 рублей, а мать каждый день на выходных в графике 2/2, и они уже не выходят из запоев, это просто зомби с остатками прежних личностей.
Показать полностью
Распаковка
Итак, решил я устроить распаковку, но не подарочного набора Лего или нечто подобного, а своей жизни. Недавно захотелось вспомнить примерную хронологию, события мелкие и масштабные которые проходили в ней. Итак начнем-с.
Детский сад:
До д.с. не помню ровным счётом ничего, да и про сам сад всплывают отдельные не особо связанные эпизоды, хронология наверняка полностью нарушена, но заключим, что это был период с 3 до 6 лет.
1. Как-то раз нам принесли хомяка, или даже двух, и помню мы их выгуливали на площадке, у меня была белая кепка и такой цветастый спорт костюм.
2. Всплыло воспоминание про живой уголок, помню были кролики в клетках и морские свинки. А к нам в группу кто-то из ребят принес крысу, прям реально такую здоровую крысу, естественно в аквариуме с какими-то опилками кормушкой и поилкой, вот и жила она у нас в группе. Спустя какое-то время оказалось, что крыса не простая, а беременная) и родила она крысят, жутко противные розовые слепые комочки. Но было очень интересно, помню как давали их держать на руках.
3. Тихий час это особый вайб сада. Помню перед ним был полдник и когда давали фрукты (абрикосы) нам не давали забирать косточки, но мы как сильно хитрожопые прятали их за щекой и уносили в кровати. Зачем? Да хрен пойми)
Так же помню в один из таких тихих часов, один мой односадник не мог никак заснуть, а я ему говорю: "Ты глаза закрой и ляг". Совет был отличным, но он почему-то очень сильно сжимал глаза, прям максимально напрягайся. Больше советов я ему не давал)
4. Один раз стоя в раздевалке перед спортзалом девочка стоявшая позади без всяких причин впилась мне в плечо зубами, аки Дракула в в шею девственницы. Причины до сих пор не ясны.
5. Где-то на 5 году моей жизни, отец купил волгу ГАЗ-24 белую, с таким бархатно красно-черным салоном, коробка передач с розочкой. Прям не авто, а пушка(1995 год на дворе). И помню как он меня на ней забирал с сада, в тот момент я чувствовал, что батя крут)
6. Помню некоторые свои костюмы на новогодние утренники, я был снеговик (база), пират(даже клипсу в ухо для образа у старшей сестры забрал) , лев(костюм где-то до сих пор лежит у мамы).
7. Помню на выпускной ставили танец со мной и ещё одной девочкой, у меня был черный костюм, ни дать не взять Ален Делон.
8. В возрасте лет 4 я безумно любил песню "Про черного кота", ну это "жил да был черный кот за углом..." Пел ее везде, дома, в саду, на улице, в магазине, в машине. И даже один раз (я этого не помню,но все родственники это рассказывают) меня пригласили на местное телевидение, что бы ее там спеть. Почему такая любовь к этой композиции не понятно)
Ну вот и все воспоминания про детский сад. Маловато наверное, но как-то так) Помню ещё воспитателей Нина Михайловна и Вера Григорьевна, ну и некоторых ребят, с кем-то даже периодически общаемся)
Далее переместимся в начальную школу, но уже в следующем посте, спасибо, что дочитал(а)!
Показать полностью
Как мы жили на даче без электричества и холодильника
Всё детство без холодоса жили на даче, пока туда липиздричество не провели. Сильно не один год, если учесть, что бабушка с дедом купили землю с половиной дома у тамошнего объездчика до того, как там начали нарезать участки под дачи от организаций. Жили с коровой, поросятами и курами. И одно время — еще и с козами. И рыбаками.))
Один погреб просто глубокий, метров пять, под соленья-варенья и картошку, и один "ледник" в кладовке, который по ранней весне набивали уже потяжелевшим снегом, уплотняя своим весом и трамбовкой, до верху — для молока, мяса, рыбы и приготовленной еды. И закрывался он не просто крышкой: под ней еще было что-то вроде шлюза, выпало из головы, как называли. В полуметре (или немного больше) под верхней крышкой шла окантовка, сваренная из сурового советского металлического уголка, на нее укладывались отдельные куски толстой доски, как бы не пятерка (чтобы можно было не все открывать, а так, чтобы только банка с молоком прошла, например), только ниже этого "горла" камера ледника расширялась. И на верхнюю крышку еще сверху кучу старых телогреек накидывали.
В таких условиях снег полностью дотаивал только к началу августа, а прохладно, на уровне температуры в бытовом холодильнике, было до конца сезона.
Тут уже мясо и рыбу не хранили, сразу перерабатывали. Из мяса — тушенка, из рыбы — домашние консервы, в закатанных жестяными крышками стеклянных поллитровках и "семисотках".
Рыбка с лучком, морковочкой, лавровым листом и черным перцем, с крепкой прозрачной желюшечкой над сохранившими форму кусочками или целыми мелкими рыбешками, аккуратно выпотрошенными, утушенными без всякой химии до мягких костей... О-о-о-о-о, как же это было вкусно! Это была фирменная магия бабушки...
Ледник со снегом был за морозилку, шлюз — за общую камеру холодильника, если кто-то вспомнил про товарное соседство.)
Показать полностью
Мы учились на своих ошибках
Больше всего из этой истории мне запомнилось то, что врач не верил, что это серьёзно и отказывался высылать скорую. Мне было лет 6, я думаю. Это уже возраст, когда пацан становится пацаном и пора влипнуть в какую-нибудь историю. У нас во дворе росли три рябины. Молодые и богатые на урожай. Прям гроздями краснела рябина и привлекала к себе внимание.
Должна была привлекать внимание птиц, а привлекла моё драгоценное внимание и я этим фактом воспользовался. Через дорогу у нас располагалась свалка "Вторчрмет", где лежали сломанные кровати, спинки которых были сделаны из железных трубок. Ну, вот такое у меня было детство. Я достал одну из этих трубок и пошёл делать рябиновую харкалку.
Железные трубки и кровати друг с другом ассоциировались плохо, но под рябину диаметр отверстия подходил идеально. Я намотал дома на трубку синей изоленты и пошёл этой же трубкой сбивать пули для харкалки или плювалки - в разных районах оружие называлось по разному.
Как и ожидалось, я от старших пацанов получил по шее, потому что мне было смешно когда я плевался в них рябиной, а им нет. А ребёнком я был креативным и я решил сам себя повеселить, коль с юмором было всё плохо во дворе. Я прислонил две рябинины к ноздрям, вдохнул и они держались пока я не выдыхал. Смешно было очень, но расстраивало, что ягоды не держались и на выдохе падали. Когда одна из них таки пролезла в нос, веселье сняло как рукой, потому что она оттуда не хотела вылезать, а прожить остаток своих дней с рябиной в носу в мои планы не входило.
С этой проблемой я и пришёл к той женщине которая меня родила. У мамы, как у человека родившегося во время войны, методы решения проблем были всегда радикальные и я отказался наотрез от её предложения надрезать рябину ножичком и вытащить аккуратненько вилочкой. Потом этот врач в телефоне ржал и говорил, что так не бывает, но мама у меня родилась во время войны и она обосновала доктору так, что скорая прилетела пулей.
А я никогда в больнице не был и тут креатив сыграл свою негативную роль - я представлял что мне разрежут нос, чтобы не повредить рябинину и зашивать не будут, чтобы я в следующий раз не засовывал себе больше ягоды в нос. Ну так я себя накручивал. А пока нас везли в травм-пункт, я пытался рябину из носа достать, она дала течь в носу и ко всему ещё там начало щипать. Природа и на этот случай всё продумала и я смачно, с отдачей чихнул. Рябина вылетела из носа трассирующим патроном на сверхзвуковой скорости. По итогам нос мне разрезать не пришлось и мы с мамой пошли домой пешком. Рады были оба. Я - потому что ну куда это жить с разрезанным носом?!
Мама была рада, потому что она наговорила всякого тому врачу в телефон и ей не пришлось держать на себе его тяжёлый, угрожающий взгляд дежурного хирурга.
Да, уроки детства они такие - с тех пор я к носу даже близко ничего круглого не прислонял уже лет как 45. Надо же как совпало - и 45 и ягодка, но не баба, не баба.
Показать полностью
1
Воин с улицы Суворова глава 1
Лёшку Иванова прямо с утра кольнуло в сердце нехорошее предчувствие. Что-то не так. Да ещё встал не с той ноги.
За завтраком он умудрился пропустить утренний ритуал размазывания манной каши и съел её машинально. После чего сам помыл за собой посуду, вызвав неподдельный испуг у мамы.
— Лёшенька, ты не заболел? Давай пощупаю лобик.
Лёшка уставился на чистую тарелку, которую только что лично протёр кухонным полотенцем, и побледнел. Такой оплошности с ним давно не случалось.
— Домашнее задание задали сложное... Всю ночь не спал... Думал... — в страхе промямлил он и побежал собираться в школу.
Его мама задумчиво слушала, как он гремит и носится в своей комнате — там словно начался ураган. А потом вдруг опомнилась:
— В субботу? У тебя же сегодня только чтение и рисование? С тобой точно всё в порядке?
Он не услышал её. Хлопнула входная дверь, и Лёшка побежал вниз по лестнице, размахивая портфелем. Он жил на третьем этаже во втором подъезде. Выскочив на улицу, он глубоко вздохнул и огляделся: светило яркое сентябрьское солнышко; деревья во дворе уже подёрнулись жёлтой листвой. Мимо него пробежал, блеснув стёклами очков, какой-то незнакомый вихрастый парнишка.
Лёха нахмурился. Новичок. Как его там? Колька? Даже не поздоровался... Он же вроде нормальный, а правила улицы не соблюдает, да ещё и учится с ним в одном классе. В 4-м «Б».
Лёха посмотрел, как новенький бежит, как торопится не опоздать на урок, и дал себе зарок — растолковать новому соседу по улице Суворова местные правила. Нельзя так нагло пробегать мимо воинов улицы и не здороваться с ними. На улице все должны друг друга знать.
Он по привычке сел новичку на хвост и пошёл за ним след в след. Если бы это был НЕП, то уже сейчас мальчишка ударился бы в панику, начал бы оглядываться, сбавил бы шаг, но новичок словно не чувствовал под собой ног. Всё бежал и бежал. Лёху это позабавило. Смотри-ка, и не боится? Интересно, какая у него способность?
Они пересекли улицу. Школа была всё ближе и ближе. Вон оно, трехэтажное здание — рукой подать.
Увлекшись охотой, Лёха сначала и не заметил этого опасного рисунка на асфальтовой дорожке, ведущей в школу. Зато рисунок очень даже заметил его, и Лёха, споткнувшись на ровном месте, больно ударился головой о железную ограду школьного сада.
— Ааааах, ты ж!!!
Лёха вскочил на ноги, потирая ушибленный лоб, и застыл как вкопанный, увидев под ногами рисунок.
Чья-то детская рука нарисовала жёлтым мелом контуры домика, крыльцо и трубу, от которой волнистой линией шёл дымок. Но не это так напугало его. Окно! Окно в домике было заштриховано, оставив внутри только небольшую асфальтовую черноту, из которой на него смотрел чёрный человек.
Лёха, не отводя взгляда, осторожно обошёл рисунок и попятился, пока рисунок не исчез с его глаз. Намёк на асфальте был яснее некуда — беда пришла. Вот только какая? Чего ждать и от кого?
Тут он вспомнил, что до начала уроков оставалось всего пять минут, и заторопился в школу.
*****
По классу разносился зловещий шёпот. Учительница, Валентина Леонидовна, вызвала к доске Таньку Артемьеву, и та читала вслух отрывок из книги. Лёха вертел головой и всё не мог понять: что происходит? Кто-то ещё из воинов улицы Суворова заметил надвигающуюся угрозу? Вон — Пыня сидит. Вдавил голову в плечи и только глаза из школьной курточки сверкают. Боится, что его тоже к доске вызовут? Других воинов Суворова в классе нет. Он перевёл взгляд на сидевшего во втором ряду Олега Бармина. Тот усмехался и был занят своим кубик-рубиком. Он всегда его крутит, на любом уроке и перемене. Учительница давно смирилась, потому что Олег — гений математики и учится на одни пятёрки. Что ему этот урок чтения? — если он его дословно повторить может. Память у него фотографическая.
— ...Маленький домик под красной черепичной крышей... — прочитала вслух Артемьева. Лёха помотал головой. Что? Он прослушал?
— ...Мы пришли к нему в его домик и улеглись на столе. Он взял самый длинный и острый нож. Мы видели, как блестит лезвие в свете яркой полной луны. Мы были почти готовы... — продолжала читать вслух его одноклассница.
«Что? — ужаснулся Лёха. — Про что она там читает? Её вообще слушают?»
Он посмотрел на Валентину Леонидовну. Учительница, казалось, не замечала ничего подозрительного в словах девочки. Проверяла у себя за столом классный журнал и рассеянно кивала в такт Танькиному голосу.
— Пир для детей леса! — восклицала Артемьева. — Пир для тех, кто смотрит в окна голодными глазами! Сладкое кушанье из наших сердец и печени!
— Пир! — хором произнёс класс. — Пир для детей из леса!
У Лёхи наступил приступ паники. Его одноклассники хором начали повторять за Танькой слова из книги. Только на лице у Олега появилась горькая улыбка. Лёха заметил, как его руки всё быстрее и быстрее крутят кубик-рубик.
«Пыня, помоги!» — Иванов кинул полный надежды взгляд на своего соседа в среднем ряду, но тот не откликался. Пыня ушёл в себя. Спрятался, словно улитка в раковину.
Предатель! Трус! Хотя, о чём он? Пыня всего лишь числился воином. В драке от него никакого толку нет. Так, вместо щита использовать. Пока его какая-нибудь тварь ест и давится — нанести вовремя смертельный удар. Вот и всё, на что он годится.
Эх, знать бы ещё, кто это? Кто осмелился напасть на основу основ, их родную вторую школу, и так нагло морочить одарённым головы. Непы-то что? Они и не вспомнят, но одарённые — они тоже попали под удар и ничего не соображают?
Лёха взглядом искал поддержки, пока не заметил трясущегося от страха новичка. Как его? Коля? Точно! Коля потел и постоянно снимал свои очки, нервно протирая их мягкой тряпочкой.
Голос Таньки тем временем стал совершенно зловещим. В классе, несмотря на утро, понемногу темнело. От классной доски вверх к потолку поднималась высокая тень и ползла по стенам, намереваясь опутать всё. Лёха сам не заметил, что задрал голову и начал смотреть, как она движется там, огибая круглые плафоны светильников.
Нужно было что-то срочно предпринимать. Но что? Как разбудить впавших в транс одноклассников?
— ...Мы накормим всех голодных плотью своей! Наши жизни и их жизни будут навсегда сплетены вместе! Пир для детей леса!!!
— Пир для детей леса!!! — хором повторил класс.
«Таня! Заткнись!» — не выдержал и уже хотел заорать во весь голос Лёха, но тут раздался громкий хлопок, и все словно очнулись.
— Коля Сидоров! Прекрати хулиганить! — ожила и встрепенулась учительница.
— Я случайно. Я хотел муху пеналом убить... Большая такая... — пролепетал новенький.
В классе все грохнули от смеха: и мальчики, и девочки. Танька Артемьева стояла красная до корней волос.
У Лёхи моментально отлегло от сердца. Гнусное наваждение спало. Класс развеселился. Начали отпускать шуточки про муху и Таньку, и кто из них громче жужжит.
Олег повернулся к Лёхе и кивнул в сторону новенького — мол, во даёт!
Лёха в ответ показал ему большой палец, а смущённый очкарик под хихиканье одноклассников начал собирать разлетевшиеся по полу писчие принадлежности. Учительница поставила Артемьевой пятёрку, и её сменил Хлебников с каким-то рассказом про охоту.
Остаток урока Лёха провёл как на иголках, но больше ничего не произошло.
*****
На перемене Лёха первым делом сбегал в туалет, а когда вернулся — у класса его поджидал Бармин. Он заставил Иванова отойти с ним в сторону.
— Я, вообще-то, тороплюсь, — недовольно заметил Лёха.
— Можешь не торопиться уже, — спокойным голосом отозвался Олег разглядывая кубик-рубика.
— Олег, мне другим воинам сказать надо. Это же нападение средь бела дня!
— Ты ещё не понял? Это видят только те, кто с Суворова. Для остальных всё прошло фоном. Никто не заметил беды.
— Олежа, блин! А ты тогда как запомнил?
— Я помню всё и никому не позволю стирать себе память. Это вы живёте во власти ложных воспоминаний, а я каждый момент сохраняю в памяти. Поэтому такие штуки я тоже не забываю. Ты лучше подумай: от кого может исходить такая угроза?
— Не знаю, — Лёха надул губы и задумался. — У нас, на Суворова, воинов всего трое. Надо бы…
— Про Пыню забудь. Он от страха ушёл в защиту, и из него теперь слова не вытащишь. Кроме него и новичка угрозу видела Анька Чекушина, но она зеркалит.
— Да она — девчонка. Чего с неё взять, — вздохнул Лёха.
— А Драгун уехал на неделю, — подсказал Олег, — поэтому ты один за всю улицу отвечаешь.
— Я такое один не потяну. Ты мне поможешь?
— Я? — удивился Олег. — Я всего лишь жалкий статист и наблюдатель. Это вы защитники. Сам знаешь, в драках с потусторонними силами от меня толку нет.
— Эх ты, а ещё друг называется…
— Ну, знаешь. Правила улицы забыл? — обиделся Олег и процитировал:
«Проблемы внутри улицы — решаются силами самой улицы».
— Блин! Ну не такие же!
— Такие, такие, — ехидно закивал Олег. — Неважно какие. Я могу только свидетельствовать, что они порождены внутри улицы Суворова. Заметь, не на Спортивной, не на Чкалова и вовсе не на Заводской.
— Тоже мне математика. Заводские в третьей учатся, а чкаловские в первой. Так-то и я догадался.— Вот и я про то. Вздумаешь визжать на Спортивной — «спасите-помогите!» — привлечёшь нездоровое внимание к улице. Я же знаю, что ты к Свисту собрался бежать в соседний класс. А ему только повод дай: Драгуну нос утереть и вашу улицу должниками сделать. Забыл, кто такие должники?
— Умеешь ты, Олег, поддержать в трудную минуту. Спасибо, — настроение у Лёхи окончательно испортилось, а хитрый статист, заметив болтавшегося в школьном коридоре новичка, не терял времени даром и рукой подзывал к себе.
Очкарик Коля, робко моргая, подошёл к ним. Лёха первым протянул ему руку, поздоровался и поблагодарил.
— Да я-то чё, ничё, — скромно потупился новенький.
— Ты видел? — поинтересовался у него Олег.
Очкарик испуганно поднял голову и снова заморгал.
— Чего?
— Как себя класс вёл? — продолжал допрашивать Олег.
— Ребят, я только муху хотел прибить... муху…
— Нам-то не ври. Мы же знаем, ты нормальный, — вмешался Лёха. Его голос утонул в громком школьном звонке. Очкарик трусливо оглянулся и побежал в класс.
— Ладно, после рисования с ним побеседуем. Ох, чувствую, непростой урок будет, — протянул Олег.
*****
Олежкины слова оказались пророческими. Урок рисования начался нормально, все ходили набирать воду в баночки, мочили кисточки. Учительница, пользуясь тем, что рисование любили все, задала рисунок на свободную тему. И тут началось. Лёха к своему ужасу нарисовал в альбоме тот самый домик, который увидел утром на асфальте. И судя по тому, что он увидел у других — они все рисовали один и тот же рисунок. Домик, а в окне чёрный человек. Он в раздражении выдрал из альбома лист и, скомкав его, начал новый: хотел нарисовать космонавта, планету Марс и инопланетян, и ведь нарисовал, но, когда снова взглянул на рисунок, там был всё тот же самый проклятый домик, и человек в окне показался ему намного реалистичнее.
Снова по классу пополз зловещий неясный шёпот. Лёха закрыл уши руками, но не тут-то было. Его начали закидывать бумажками. Он развернул одну, потом вторую — одно и то же. Домик.
— Дети! Посмотрите, какой прекрасный рисунок нарисовал Петя! — звонко воскликнула Валентина Леонидовна. — Посмотрите, какие он использовал яркие краски! А кто у тебя там, в окне, Петенька?
Лёха бросил косой взгляд на рисунок тупого Непы, Петьки Зелинского, и горестно скривился. Петя приволок большой альбомный лист, на таком впору было целый чертёж нарисовать, и сейчас гордый стоял рядом с учительницей, сияя, как начищенный пятак.
«Эх, я бы тебе харю кирпичом-то почистил, гадский Петя!»
Лёха еле сдерживался от негодования. Петя нарисовал очень большой дом, и оттуда сейчас, сквозь лист бумаги, пытался прорваться в класс страшный чёрный человек. Ну, конечно. Смотрите на него. Зовите. Пусть он запомнит каждого из вас. Он ждёт вас на пир. Он накормит вами своих детей леса. Что же это за дети такие? С какой вы улицы?
Умом Лёха понимал, что пока он не выяснит причину появления этих загадочных явлений, пырять складным ножом чёрного человека бесполезно. Нож вообще не вариант. Сюда бы рыцарей из детского сада. Орден манной каши, в своё время, мог разобраться с любой страхолюдиной или чудовищем. Всё пошло бы в дело: кубики, игрушки, даже обыкновенный карандаш, а если бы враг проник в спальню... Ого-го бы что с ним тогда сделали. А тут какая-то гадина приползла в класс, и ничего с ней нельзя поделать. Наводит морок на всех, даже на одарённых. Скорее бы урок кончился.
Валентина Леонидовна, тем временем, при помощи всё того же Пети прикрепила на классную доску его рисунок, чтобы все могли им полюбоваться.
Лёха увидел, как ему предупреждающе машет Олег. До этого его друг вёл себя очень спокойно, но как только рисунок начали разворачивать, занервничал не на шутку.
«Диверсия, — знаками показывал Олег, — уничтожь рисунок, пока не поздно».
«Чем?» — молча развёл руками Лёха.
«Рогаткой! Пустая ты голова! Рогаткой!» — жесты Олега были весьма красноречивы.
Лёху два раза просить не надо. Он прищурился и, мстительно улыбнувшись, запустил руку в карман портфеля. Когда сидишь один на последней парте, да ещё в третьем ряду, никто не помешает совершить возмездие. Тем более сейчас, когда весь класс пребывал в трансе и дети смотрели только на учительницу, заканчивающую возиться с картиной. В качестве снаряда он выбрал самую жирную масляную краску. Красную. А уж запустить её из рогатки так, чтобы она никого не забрызгала по дороге, Лёха умел, как никто другой. Злые языки, правда, хвалили Батона из 4В. Якобы Батон считался самым остроглазым и ловким на улице Чкалова. Но то Чкалова — она улица большая. А на Суворова — Лёха лучший стрелок. Если надо, кто угодно даже на Спортивной подтвердить может.
Он выждал момент. Тут главное — не подставить под удар любимую учительницу, а вот Петем пожертвовать можно. Давно у Лёхи на Петю кулаки чесались, а в открытую наказывать было нельзя. Ещё не дай бог пионеры узнают. Начнётся преследование. Среди улиц бить и унижать НЕПов считалось плохим поступком, но сейчас-то, чего? Дело благородное. Он детей защищает. Вот он — момент! И Лёха выстрелил.
Валентина Леонидовна отступила от рисунка в сторону, взмахнула рукой, собираясь ещё раз при всех похвалить рисунок, и тут в самом центре, на месте, где у домика было окошко, появилось сочное красное пятно.
Учительница ахнула. Дети ожили и засмеялись. Басом заревел Петя, лицо которого забрызгало красной краской.
— Абстракционизм! — закричал кто-то. — Лови Пикассо!
— Кто это сделал? Хулиганы! Я требую, чтобы тот, кто совершил этот хулиганский поступок, немедленно признался! — пылала праведным гневом учительница.
«Вот сейчас меня и сдадут. Или что, портфель заставят выворачивать», — обречённо подумал Лёха. Все в классе знали, что у него есть рогатка. Да и сама Валентина Леонидовна... Знала. Вон как зыркает. Указку в руку взяла…
— Я в последний раз спрашиваю! Иначе пеняйте на себя! Я…
— Это Пыня... То есть... Валентина Леонидовна — это Ванька Пантелеев из рогатки стрелял. Проверьте сами, у него в портфеле рогатка! — неожиданно для всех, и даже Лёхи, выкрикнул со своего места Олежек.
В классе повисла гробовая тишина. Все ученики повернулись к побледневшему от такой клеветы и ужаса Пыне. Все знали, какой он был тихий и добрый мальчик.
— Ванечка, это правда? Это действительно ты испортил рисунок? — не поверила своим ушам Валентина Леонидовна.
— Он. Я сама видела! — крикнула, подняв руку, Чекушина. — Да все видели, ведь правильно?
Класс загудел. Школьники спорили и ссорились между собой, выясняя, кто же из них видел, а кто не видел.
— Тихо! Тихо! Тишина!!! — потребовала Валентина Леонидовна и, когда класс успокоился, она обратилась к Пантелееву:
— Ваня, встань, пожалуйста!
Пыня поднялся со своего места. Бледный, оскорблённый до глубины души предательством своих товарищей. Он не знал, как ему поступить и что дальше делать. Он хотел было открыть рот и вставить слово в свою защиту, но Лёха и Олег показали ему кулаки, а Анька демонстративно провела пальцем по шее. Пыня испугался ещё сильнее и только выдавил из себя тихое: «Извините».
— Нет, так не пойдёт. Ты сейчас же извинишься перед Петей, перед всем классом за свой поступок, а потом возьмёшь тряпку и смоешь всю краску, — потребовала суровая Валентина Леонидовна.
— Изв... Петя. Изв... — пробормотал Пыня. — Я больше так не...
— Молодец какой! Дневник на стол! Останешься после уроков! Да, и рогатку неси.
Пыня покачнулся от горя. Ему не жаль было рогатки, которой он и пользоваться толком-то не умел, но сам факт того, что скоро в дневнике появится жуткая, леденящая кровь надпись о вызове родителей в школу... Первая за год. На его глазах сами собой появились слёзы.
Он нёс рогатку и дневник, словно на казнь, под ободряющие выкрики одноклассников и злобное шипение Петьки Зелинского, обещающего скорую месть после школы.
Лёха призадумался. Петька Ваньке не соперник, хотя от этого тупого НЕПа можно любой каверзы ждать: подножки или плевка на спину, но драться с Ванькой... Петька просто разобьёт кулаки и вывихнет себе кисти рук, плюс вмешаются пионеры. Сотрут Петьке лишнюю память и возьмут на заметку всех свидетелей. Ну это, если Петя совсем будет дурак и заявит о драке официально. Хотя, тоже неплохо. Если Петька месяц проваляется в больнице, Ваньке за такое только спасибо скажут.
Тут прозвенел звонок. На сегодня уроки закончились. Школьники зашумели, начали собираться, относили к Валентине Леонидовне альбомы, и она всем ставила только хорошие оценки. Кроме Пыни, стоявшего, опустив голову, у доски, которому мстительный Петя уже успел дать тычка, но великий защитник этого даже не заметил. Больно было только самому Пете, убежавшему в школьный туалет умываться.
Олег отстоял очередь к учительнице, попутно заглядывая в альбомы одноклассников. Лёха замыкал очередь.
«Чего он там высматривает? — думал он, стараясь при этом не смотреть на Пыню. — И так понятно, что всё это был морок. Стоило мороку пасть, и рисунки у всех стали другие. Цветочки, ёлочки, зайчики всякие. Мама на фоне радуги. Нету там больше страшного домика».
Олег получил свою пятёрку в альбом и встал за спиной у Лёхи. Тот досадливо показал ему свой рисунок. Космическую ракету на фоне Марса. Олег одобрительно кивнул.
— Молодец, Лёша. Я, ведь, признаться, на тебя сначала подумала, — вздохнула грустная Валентина Леонидовна. — Спасибо. Честная пятёрка.
От этих её слов Лёхе стало невыносимо стыдно. Он слышал, как сопит носом его бесчестно опозоренный товарищ, но ничего не мог с этим поделать. Улица решила — Пыня прости. Сознаться сейчас в преступлении было ещё опаснее.
— Лёха! Олег! Не стойте столбом! Новенький — дёру дал! — закричала от дверей Чекушина.
Олег первым бросился на её крик. Лёха замешкался, запихивая непослушный альбом в портфель, и случайно выронил свою рогатку прямо под ноги Пыне. Лёха замер, поднял глаза на своего товарища, ища поддержки, но натолкнулся лишь на ледяное презрение. Всё же Пыня был воином, а воины своих не сдают, и он ногой подтолкнул рогатку обратно к хозяину.
Лёха судорожно затолкал рогатку обратно. Ф-фу. Никто не заметил и припустил догонять Олега. Разогнавшись в коридоре, он случайно толкнул Зелинского, выходившего из туалета, и тот кубарем полетел обратно.
— А ну, стой! — закричал ему вслед случившийся рядом бдительный пионер Славка, но воина, преследующего свою цель, было не остановить. Славке достался только ветер.
Лёха выскочил из дверей школы. Анька и Олег стояли возле забора и крутили головами, выискивая новичка.
— Убежал? — крикнул им, подбегая, Лёха. — Может, он домой чешет?
— Нет, растворился на ровном месте. Представляешь? — задумчиво ответил Олег.
— Да ну?
— Эх, мальчишки. Обдурил он вас, а вы и рты пораскрывали. Ну, щас я его найду. От меня не спрячешься, — хихикнула Анька, доставая из карманчика чёрного фартука маленькую пластмассовую пудреницу с зеркальцем.
Олег с Лёхой только переглянулись и согласно вздохнули. Если чего или кого искать, то тут девчёнки всегда первые. Только их редко просят, за их «не хочу» да «не буду». Фанты за помощь требуют вечно, услуги всякие. Хорошо, что Анька на их стороне. Безвозмездная помощь от девочки дорогого стоит.
Анька поколдовала с зеркальцем и решительно указала пальцем на угол Пионерской улицы.
— Не знаю, как он так быстро бегает, но там он. Вниз по улице, у гаражей.
— Гаражи на Осипенко? — уточнил Олег.
— Ага.
И они побежали. Добежали до гаражей, обыскали их и нашли только кучу строительного мусора, старую автомобильную шину и ящик пустых бутылок.
— М-да, — изрёк своё мнение Олег, косясь при этом на Аньку.
Она заметила его взгляд и вспыхнула.
— Вы что думаете, я вру? Зырьте!
Она подошла к гаражу, находившемуся в середине, и постучала в дверь.
— Коляя. Выходи. Мы знаем, ты в гараже сидишь.
Из гаража донёсся отчётливый шум. Там что-то упало и звякнуло.
— Да ладно? Он что, из Скользящих? — удивился Лёха.
— Нееее. Не Скользящий. Но я вам так скажу: нашей улице счастье привалило, — ответила Анька. Она приложила ухо к двери и прислушалась. — Он затих. Ждёт, пока мы уйдём.
— Так мы же ему не враги? — удивился Лёха. — На улице все дружат. Чего он нас боится-то?
— Вот выманим его и узнаем: почему? Меня этот очкарик уже порядочно раздражать начал, — пробурчал недовольный Олег.
— Меня тоже, — согласно кивнула Анька, — пусть он и с нашей улицы, но новенькому надо показать, чего мы стоим. Мне так-то домой надо, братишек кормить. Я не могу с ним долго возиться.
— Я могу бомбу-вонючку применить. У меня есть, — предложил Лёха.
Анька оглянулась и, убедившись, что на улице поблизости никого нет, решила:
— Нет. По-другому поступим. Обведите пока гараж мелом и оставьте на правой стене свободное место. Он к вам сам в руки выскочит.
— А ты чего задумала? — с подозрением спросил Лёха.
— Женские хитрости. Мальчишкам не понять. Я за гаражами спрячусь, а вы не вздумайте подглядывать... Если жить хотите.
— Точно! — поддержал её идею Олег. — Действуй, Аня! Лёха, мелки есть?
Лёха вспомнил, что мелок у него оставался только синий, а для ритуала нужен был обязательно белый. Неясно почему, но белый обязательно. От синего эффект был слабее. Он не помнил: взял он с собой мелки или нет, и начал сосредоточенно копаться в портфеле.
Олег посмотрел на его возню, вздохнул, достал из своего целую коробочку и молча протянул свежий белый мелок.
— Ого. Богатство! — оценил мелок Иванов.
— Не облизывайся. Порисуешь и отдашь.
— Я поменяться могу.
— Фигу. Свои надо иметь.
Переругиваясь, они за пять минут обвели мелом гараж, причём лезть в росший позади репейник пришлось именно Лёхе, и он выбрался оттуда весь в колючках.
— Готовы? — крикнула им Чекушина.
— Да!
Лёха и Олег заняли свой пост у пустого участка стены и принялись ждать. До них донеслось Анькино бормотание:
— Ищу... Ищу... Ищу... Найду!
— Ищу... Ищу... Ищу... Найду!
В гараже опять послышались шум и возня. Потом загремело упавшее железо.
— Фирменный приёмчик Чекушиной, — захихикал Олег, — бегай не бегай, а сам себя в ловушку загнал.
— Да. Не завидую я ему, — согласился Лёха, — помнишь, как она своих младших братьев тогда напугала? Пожарные с лестницей приезжали, чтобы их с дерева снять.
— Я всё помню. Она раскрашивает лицо помадой и корчит страшные рожи в зеркало, и через любое другое зеркало проецирует на своих врагов. Не дай бог мне увидеть!
— Брр, — поёжился Лёха, после чего спросил, — а новенького как она прихватила?
— Он же в очках. Забыл?
— Найду... Найду... Найду... Убью!!! — завыла на всю улицу Анька.
— Аааа, — догадался Лёха.
— Ааааааа!!! — закричал новичок, появляясь прямо из стены. Он ломанулся напролом, но Лёха не зевал, сшиб и повалил прямо на землю.
— Отпустите!!! Я вам ничего не сделал!!! На помощь!!! — визжал, обезумевший от страха, очкарик, пытаясь вырваться.
— Ты чего? Дурило? Ты нас испугался? Мы же соседи твои... Просто поговорить хотели... — взывал к нему Лёха.
— Да он умом тронулся. Анька нагнала страху, — качал головой Олег.
— А ну, хулиганы, прекратите бить мальчика! — возмущённо закричала какая-то проходившая мимо женщина с полной сумкой продуктов.
— Да, это одноклассник наш. Мы играем. Извините нас, тётя — Анька появилась как нельзя вовремя. Она на ходу вытирала лицо платочком.
— Не знаю я их!!! Не знаю — пустите, гады!!! — продолжал вырываться Коля.
— Быстро за шкирку его и валим. Улица-то не наша! — прошипела Чекушина, не забывая улыбаться подозрительной женщине.
— Пошли, до дома тебя проводим. Да не ори ты, — Лёха и Олег подхватили очкарика под руки и потащили на Суворова. Они совсем забыли про свои портфели. Анька нагнала их через пару сотен метров и устроила выговор.
— Впервые в жизни я за пацанами их сумки ношу! — возмутилась она. — Девчонки увидят, и позор мне на всю оставшуюся жизнь!
Друзья ойкнули и начали извиняться. Они ослабили хватку, и очкарик решил снова воспользоваться моментом.
— Помо... — начал было он, и тут Анька, на глазах у всех, отвесила ему звонкую пощёчину.
— Заткнись! Что ты за мужик-то такой! Ведёшь себя, как сопля!
Повисло молчание. Поднялся небольшой ветер, и где-то высоко в небе загрохотало. Все поняли, какое тайное волшебство случилось сейчас. Беда ли, счастье ли, или ещё какой знак судьбы, но это дошло даже до новенького. Он обрёл прозвище, и оно прилипло к нему навеки.
Показать полностью
Ямакаси
В 2001-2003 году посмотрел этот фильм, мб даже на касете. После выморщил у мамы рюкзак (они в фильме с рюкзаком бегали) похожий, положил верёвку. И прям дохрена времени провёл лазая по гаражам и заброшкам. В 9-11 лет
я один такой?)
Показать полностью
1
Хабаровское лето моего детства
Я закончила первый класс. Учебный год завершила с двумя четверками - по русскому и рисованию, остальные предметы на «пять». Прошло пять лет с момента, как мы переехали из Хабаровска; пять лет мы жили на Сахалине, не выезжая на материк. Родители в июле запланировали отпуск, и мы поехали в Хабаровск в гости к бабушке с дедушкой по маминой линии. Мама потихоньку собирала чемодан, складывая туда все необходимые вещи. А еще она сшила мне два красивых платья для отпуска. Перед поездкой почему-то было небольшое волнение.
На автобусе мы добрались до аэропорта и ждали посадки на свой рейс. Я вспомнила это деревянное здание, когда мы пять лет назад впервые прилетели на Сахалин. Только тогда мы быстро после посадки уехали из аэропорта, а сейчас у нас было ожидание вылета. Погода была слякотная, и я слонялась по аэропорту. Увидела свою знакомую девочку Иру — они приехали в аэропорт, потому что их семья улетала с Сахалина навсегда. У Иры был старший брат, и я, наверное, немного побаивалась его. Особенно стало неприятно, когда мы пошли смотреть единственный стоящий на площадке самолет, а он запустил в него камнем, но, к счастью, не попал.
Слонялись мы по аэропорту, пока не объявили, что по метеоусловиям рейс задерживают до утра. Тогда мы с родителями собрались и поехали в гостиницу. Когда мы устроились, я отпросилась немного погулять. Мама наказала, чтобы я далеко не отходила, а гуляла только возле подъезда гостиницы. Я заигралась, и когда уже решила вернуться в номер, где мы обосновались, то постучала в двери, похожие на наши. Мне открыл какой-то дядька. На душе было неспокойно: я поняла что заблудилась. А на улице начинало темнеть. Хорошо, что дядька расспросил меня, откуда я. Оказалось, что рядом стояли два одинаковых дома, и я зашла в чужой. Этот дядечка просто проводил меня до номера и постучал в дверь. Открыл папа, я расплакалась и сказала, что заблудилась. Отец поблагодарил мужчину за то, что он довел меня.
Утром мы снова поехали в аэропорт. Нам объявили наш рейс, мы прошли на посадку на самолет Ан-24. Мне в самолете сразу понравилось. Тогда при взлете и посадке стюардесса на подносе разносила конфеты-леденцы, которые назывались «Взлетные». Это были дефицитные конфеты, небольшие, с кисло-сладким лимонным вкусом, а на обертке был изображен самолет. Они помогали, если в ушах закладывало. Воспоминания о полете остались приятные: мне было интересно наблюдать через иллюминатор, как мы взлетаем и идем на посадку. Под нами было видно реки и леса, самолет залетал в облака. Прилетели мы в Хабаровск где-то через два часа.
Точно на таком же самолете мы перелетали Оха - Хабаровск.
Карамель "Взлетная" из моего детства.
При выходе из самолета я ощутила совсем другой запах воздуха. Было солнечно и пахло асфальтом. Сразу из аэропорта мы сели в автобус и поехали к бабушке. Пока ехали, я через окно рассматривала город: людей было больше, автомобилей больше, зелень росла выше и казалась гуще. Даже цвет листвы казался зеленее, солнце жарило сильнее, было очень жарко. В Хабаровске росли большие тополя — такие не растут на севере Сахалина. Очень чувствовался другой климат. Ощущение было такое, словно мы приехали из пустыни в другую цивилизацию. Мы вышли из автобуса и пошли пешком к дому бабушки с дедушкой. По пути переходили железную дорогу, и я обратила внимание, что рельсы были широкие по сравнению с узкоколейными в нашем посёлке.
Узкоколейный локомотив, точно такие ездили по Северо - Сахалинским Ж/Д
Встреча была очень радостной, у бабушки были слезы на глазах. Вместе с ними в трехкомнатной квартире жил мамин брат, дядя Женя, со своей семьей: женой, дочерью и сыном. Моя двоюродная сестра Наташа была старше меня на четыре года, а двоюродному братишке Андрюшке было два годика. Дом стоял на улице Специалистов — двухэтажный, деревянный, на два подъезда. В каждой квартире был большой балкон. Наши родные жили на первом этаже.
До отъезда на Сахалин мы жили через два дома от бабушки на этой же улице, ведь я родилась здесь. Мы уехали отсюда, когда мне было пять лет, поэтому я мало что запомнила, но зато узнала водяную колонку недалеко от дома. В раннем детстве я любила на ней виснуть: всем, кто приходил с ведрами за водой, я нажимала на рычаг. Здесь же, на колонке, из-за бежавшей холодной воды я и заработала ангину. Возле бабушкиного дома был сад, там росла вишня. Вот это для меня было диковинкой, так как на Сахалине вишня не росла, а здесь — целые кусты: рви и ешь сколько хочешь. Все для меня было в новинку.
Отдыхать мы собирались всей большой семьей: плыли на пассажирском теплоходе по Амуру, брали с собой палатки, удочки. Высаживались на другом берегу, разбивали лагерь на природе с ночевкой возле реки. Дедушка рыбачил, вылавливал интересную рыбу, которая называлась касатка-скрипун. Об ее острые плавники можно было наколоть руку до крови, к тому же эта рыба издавала скрипучий звук, как трещотка. Разводили огромный костер прямо на берегу, варили уху. Правда, не было спасения от комаров, но время на природе у Амура было настолько увлекательным, что ради этого можно было и потерпеть укусы.
касатка-скрипун из Амура
Гуляя по городу, в центре мы встречали автоматы с газированной водой. Цена воды с сиропом — три копейки, а просто газированной — одна копейка. Стоял один граненый стакан, люди ждали в очереди, пока он освободится. Главным отличием от Сахалина для меня было наличие вкусного мороженого, которое продавали в киосках в хрустящих вафельных стаканчиках. Его вкус я запомнила на всю жизнь. Ходили в парк, катались на аттракционах. Особенно мне нравилась карусель «Цепочки» — одноместные качели, подвешенные на цепях. Также недалеко от парка находился краеведческий музей, где можно было сфотографироваться возле Царь-пушки или с огромным скелетом кита. Фотографиями у нас занимался дедушка, который вообще был мастером на все руки. К сожалению, этих снимков не осталось, погребены под завалами Нефтегорска.
Аттракцион в парке
Дедушка был профессиональным токарем при техническом училище №1, обучал учеников токарному делу. Бабулечка была домохозяйкой, всегда готовила дома. До выхода на пенсию она работала поваром. Готовила она так вкусно, что я в жизни не ела ничего лучше. Один ее постный борщ чего стоил! Вечерами вся семья собиралась на ужин за круглым столом, съедалось все до последней крошки.
В квартире стоял маленький черно-белый телевизор, по которому мы смотрели сериал «Сага о Форсайтах». Бабушка с дедушкой сидели в креслах напротив и засыпали по очереди. Сначала уснет бабушка, дед ласково толкает ее локтем: «Мура, не спи». Бабушка просыпалась, и тут же засыпал дед. Теперь его толкала бабуля: «Боря, не спи». «Ага, ага», — говорил дед и просыпался. Было очень забавно. Мне эта жизнь в детстве казалась такой интересной!
Однажды утром дом содрогнулся от дедушкиного крика, который мгновенно всех разбудил. Он в сердцах называл бабушку «старой перечницей» за то, что она поставила банку с разведенной синькой на верхнюю полку прямо над дверью кладовки. Увидев дедушку, мы замерли: его лицо, волосы и майка были ярко-синего цвета. Бабушка, пытаясь скрыть смех, с головой укрылась одеялом, которое так и ходило ходуном. Вслед за ней расхохотались и все остальные.
Ситуация была критической: дедушке, члену приемной комиссии, нужно было идти принимать документы у абитуриентов, а синька, как назло, не отмывалась. На его гневный вопрос, зачем она вообще туда это поставила, бабушка резонно ответила: «А зачем ты полез на верха в пять утра?» Весь день потом, вспоминая это, мы смеялись.
Показать полностью
6