В этой части мы поговорим о том, что делать, если школа не идет на контакт и не хочет ничего делать с травлей в своих стенах. К сожалению, это очень распространенная практика, которая, впрочем, вполне объяснима. Первое, что приходит на ум - банальная бюрократия. Школа отчитывается перед чиновниками из Минобра, которые имеют мало представлений о том, что происходит на самом деле в реальном мире. О чиновниках можно написать вообще отдельный пост, но мне эта тема неприятна, впрочем, как и многим. Поэтому отчеты о травле в школе будут означать одно - еще больше отчетов, еще больше бумажной работы и пр. И если есть возможность все уладить на словах - школа будет за эту возможность держаться. Второе, о чем следует сказать, говоря о реакции школы на травлю - позиция равнозначности всех причастных. Это очень распространенное явление: школа считает, что виноваты все. И агрессор (как инициатор), и жертва (как подстрекатель). Печально также то, что в некоторых случаях школа действительно оказывается права. Одну из историй я приводил в первой части. Школа выступает своего рода арбитром, перед которым все равны в своей вине. Можно ли считать такой подход эффективным? В некоторых случаях - да. Но агрессору достаточно притворится, что он "все понял", и школа спустит ситуацию на тормозах.
Здесь еще важно упомянуть одну крайне неприятную деталь - жертва почти всегда является изгоем в коллективе. И с социологической точки зрения руководитель коллектива (классный), сам коллектив, школа в лице директора - все будут на стороне организованной группы людей, а не индивидуума. Более того, каждое звенье этой цепи будет стараться вывернуть ситуацию так, что именно жертве необходимо покинуть коллектив, а не агрессору. Конечно, никто не отдает себе отчет в том, что в таком случае просто будет найдена новая жертва - а это как-раз аргумент в запасе для самой жертвы. Стоит понимать, если дело запахнет "жареным" (насилие, домогательства, холодное оружие), школа примет все необходимые меры в кратчайшие сроки - это красная линия в любом здоровом сообществе. А если не примет - это весомый повод уйти из такого сообщества в принципе. А я встречал такую позицию: жертва якобы сама соблазняла агрессора. Думаю, никого не удивлю тем, что ее высказывала пожилая классная руководительница в одной из сельских школ. В городе по объективным причинам к пересечению красных линий относятся гораздо строже. В любом случае, как мы уже говорили в предыдущих частях, эффективным взаимодействием со школой будет не решение вопроса, а уведомление школы о уже запущенном процессе.
Еще раз напомню, что борьба с травлей начинается с принятия решения о том, что вы готовы идти до конца и что других вариантов быть не может. А какие другие варианты? Их мало. Например, таким вариантом может быть отказ идти в 10 класс из-за поступления в колледж. Так было, к сожалению, например, в моей школе с одной девочкой, которой буквально в августе уже дали понять, что ее ждет. Более того, в последние годы в России все больше родителей выбирает домашнее обучение. Это связано с высокой мобильностью родителей, особенно работающих в сфере айти. Летом они могут жить в России, а затем уехать на зимовку в другую теплую страну. И школа не станет привязывать их к одному месту жительства. В принципе домашнее образование может быть опробовано в любом классе. Более того, от себя могу сказать, что в редких случаях это более эффективный вариант, чем посещение школы. Речь идет о редких талантах (творческих, спортивных и т.п.), которым нужно больше времени именно на развитие таланта, который позволит ему состояться в жизни. Также сложным, но возможным вариантом может стать переход в другую школу. Особенно на фоне переезда или планируемого переезда. В любом случае, это почти всегда исключения.
После того, как вы приняли решение бороться, в первой части мы говорили о том, что следом необходимо связаться с любой Командой Поддержки, которая будет направлять эту борьбу. Это можно сделать и здесь на Пикабу - @ChelovkzKemerova. И связаться должна именно сама жертва, в редких случаях через родителей. Сами же родители являются лишь следующим этапом цепочки коммуникаций. В том числе по причине того, что сами могут быть тормозом процесса, как и школа. Иногда даже родители могут обвинять жертву в провокации. Особенно, если речь идет про девочек. Мы также уже разбирали в одной из частей момент разговора с родителями: как дать им понять, что вам нужна помощь. Разговор с родителями может помочь провести и Команда Поддержки, дать важные советы. И только когда собрана небольшая группа сторонников, начинается процесс коммуникации со школой. В первую очередь с классным руководителем (КР). Реакцией КР может быть согласие, отрицание или же попытка растянуть процесс на неопределенный срок, пока все само собой не завершится. С согласием все понятно. Обычно оно обозначается фразой: "я и сама замечала, что-то не так". С оттягиванием процесса также все понятно: либо КР не хочет для себя последствий, либо хочет разобраться в деле лучше, либо хочет свалить ответственность на директора. К слову, в редких случаев это эффективный способ, когда достаточно умный агрессор понимает, что намечается серьезная взбучка, и меняет свое поведение. А вот с отрицанием будет гораздо сложнее.
Отрицать травлю будет именно тот КР, который уверен, что директор встанет на его сторону. Будет исключительно глупо отрицать травлю, а затем в кабинете директора выслушивать замечания по этому поводу. Как уже было сказано в первом абзаце, педагоги будут всячески стараться перевести ситуацию в устную форму без бумажных последствий. Почти всегда директор доносит до педсостава, что делать в ситуациях буллинга. Все, что зависит от вас - либо склонить КР на свою сторону, либо уведомить его о том, что будет дальше. А дальше намечается разговор уже с директором. И здесь ситуация обостряется. Как и КР, он может либо согласится, либо отрицать. Оттягивать процесс директор уже не может, поскольку является высшей инстанцией в данном учреждении, которая принимает решения. К слову, согласится директору гораздо выгоднее, поскольку в таком случае он берет контроль в свои руки, а значит, что информация о травле не достигнет Минобра. И это первый козырь в руках жертвы - угрожать директору письмами чиновникам нужно вовремя. Если директор на вашей стороне, далее следует уже работа с родителями агрессора и самим агрессором. К счастью, в большом количестве случаев этого достаточно для того, чтобы агрессор "утих". Однако, к несчастью, далеко не все директора обладают хваткой и сообразительностью. Отчего уходят в отрицание и уже обвинение самой жертвы в подстрекательстве, и вообще, "расшатывании лодки". Обычно такие директора метят на более высокие должности, в том числе и политические, а жертва своей ситуацией будет мешать им. И это второй козырь в руках жертвы - удар по карьере директора.
Нужно ли вам напоминать, что козыри не выкладывают на стол первым ходом? Хотя многие родители именно так и захотят: сразу перейти на крик и угрозы заявлениями во все инстанции, в том числе и в администрацию Президенту. Так делать нельзя. Ключевая задача всего процесса: сохранить школьный коллектив. Если все школьники начнут ненавидеть друг друга, ненавидеть школу, педагогов, жертву, агрессора - лучше никому не станет. Цель в том, чтобы школьные процессы стали мягче и комфортнее для всех участников, если это вообще возможно. А если невозможно, то придется переходить к более жестким методам вплоть до кардинальных - забрать документы из школы. Но что именно делать станет известно лишь после реакции директора. И если директор станет отрицать травлю в школе, если он станет даже угрожать жертве "проблемами", то придется использовать и козыри, и помощь других инстанций вплоть до полиции (особенно при насилии и домогательствах). А самое печальное: другие инстанции также могут быть против жертвы. Именно поэтому все начинается с решения идти до конца, а не обращения к Команде Поддержки. В редких случаях отношения с агрессором удается уладить и самой жертве. Чаще всего такое происходит в 9 и 11 классах, когда школьная нагрузка наиболее высокая, и на первое место выходят результаты, а не школьная жизнь. Также бывают случаи, когда жертва вливается в микрогруппу внутри класса и больше не является изгоем, отчего агрессор не может продолжать давить на нее, ведь за ее спиной стоят люди - а это уже страшно, да и не каждому под силу. Однако, обычно это частные случаи.
Любые разборки с госучреждениями - это высокое давление. Не каждый школьник способен его выдержать. Именно поэтому в первую очередь необходимо обращаться в стороннюю службу, которая занимается данными вопросами. Более того, к огромному сожалению, иногда вся школа может начать травлю. Особенно в случае обращения жертвы в полицию. Директор может давить на родителей, КР выставлять перед классом и стыдить, а некоторые учителя будут подстрекать школьников вовсе не общаться с жертвой. Были истории, когда педагоги следили за школьником, чем он занимается в свободное время, пытаясь поймать на чем-нибудь плохом. "Может, он пьет пиво за гаражами". Если противостояние со школой выходит в горячую фазу, необходимо дать время всем остыть. Это может быть больничный, временное домашнее обучение и т.п. В общем, месяц-два, когда все просто устанут от этой темы и переключатся на что-то другое. Тогда с холодной головой можно продолжать борьбу с травлей. В таком случае школа может просто максимально быстро закрыть проблему, сделав все, что предлагает жертва, уже больше от усталости, чем от согласия с ее позицией. А может и просто начать игнорировать, что впрочем не так уже плохо. Причем потребовать игнорирования от всех, в том числе и от агрессора, чтобы ситуация больше не всплывала на поверхность. Наконец, школа может пойти на компромисс ради статуса кво: все заявления гасятся, а агрессору запрещается контактировать с жертвой под страхом получить по шапке. Это даже можно считать победой.
Одно из ключевых умений в борьбе с травлей в школе - быть гибким. Не изображать из себя маяк, о которой бьются мощные волны, а уметь находить решения, от которых все останутся в плюсе, а главное - школьный коллектив. Одно из самых неожиданных решений, которое может принять КР - запрет на контакт. Да, как в США - не подходить, не разговаривать, не касаться и т.п. При этом КР допускает, что обе стороны виноваты, но определить, кто виноват больше - нельзя. Однако, КР предлагает игру, в которой все ученики класса являются свидетелями: агрессору и жертве нельзя контактировать никоим образом. А тот из них, кто нарушит запрет - и будет виновником травли со всеми вытекающими последствиями. Он будет писать объяснительные, ходить к директору, отвечать у доски каждый урок, за каждым его шагом будут наблюдать все педагоги, его поставят на учет, обяжут ходить к психологу, будут приходить домой - весь тот полный ужас для подростка, когда ему не дают сделать вдох взрослые. Такое положение дел кардинально разведет жертву и агрессора в дальние углы, что естественно скажется и на буллинге. Постепенно и класс привыкнет к положению дел, а после некоторых забав и потех над ситуацией, примет новые условия. К слову, об этом мы говорили в четвертой части серии. Проблемы возникнут, когда агрессору станет плевать на такие правила игры. И уже сам учитель может оказаться в роли жертвы. И здесь уже придется обращаться в более строгие инстанции.
