https://vk.com/humanconf

Герб князей Москворецких

Наполеон I создал новое дворянство, Noblesse Impériale, из людей, служивших ему (с титулами герцога, графа, барона и рыцаря), одновременно принимая часть старого дворянства в свою систему и давая ему новые титулы и гербы. При реставрации Бурбонов в 1814 году императорское дворянство формально было признано.

Наполеоновские герцоги (8 родов), большей частью это потомки маршалов, почти все существуют до сих пор: Abrantès-Junot, Decazes-Glücksbierg, Fouché d´Otrante, Lannes de Montebello, Massa-Regnier, d'Avout d'Auerstaedt, Мurat de Ponte Corvo, Ney La Moskowa.

Титул князя Московского (Москворецкого) был дарован Наполеоном Бонапартом одному из своих верных сподвижников, маршалу Мишелю Нею. Этот сын бочара из Лотарингии участвовал почти во всех сражениях наполеоновских войн.

Разночтения «Московский-Москворецкий» связаны большей частью с особенностями русского, а не французского языка. Французы называют Бородинскую битву bataille de la Moskova, при этом имеется в виду не город Москва, а Москва-река. Поэтому и княжеский титул prince de la Moskowa правильно было бы переводить как «князь Москворецкий», однако в русских текстах встречаются оба варианта.

Ней при отступлении из России

В числе первых Ней получил чин маршала империи, и, оправдывая это высокое доверие, отважно сражался во всех наполеоновских кампаниях. В 1812 году он был ранен в шею в битве под Смоленском, но быстро вернулся в строй, и при Бородине командовал войсками, штурмовавшими батарею Раевского. За это через несколько месяцев Наполеон пожаловал Нею титул князя Москворецкого. Во время отступления французов маршал командовал арьергардом. В том же Смоленске он так тщательно готовил взрыв укреплений, что отстал от французской армии. Ему пришлось бросить двадцать тысяч измождённых солдат и всю артиллерию. С тремя тысячами самых боеспособных вояк он форсировал Днепр. Большая часть смельчаков провалилась под лёд и утонула. Ней догнал Великую армию лишь с пятью сотнями человек.Считается, что именно маршал Ней был последним французским военным, покинувшим территорию Российской империи на мосту в городе Ковно (сейчас Каунас, Литва).

После отречения Наполеона Ней был обласкан Людовиком XVIII, но стоило императору вернуться во Францию, князь Московский присоединился к нему. Во время битвы при Ватерлоо он до последнего пытался организовать сопротивление англичанам. Ядра убили под ним пятерых лошадей, Ней сам был ранен, но пытался собрать войска, крича врагам: «Глядите, как погибает маршал Франции!»

После возвращения Людовика изменник-маршал был схвачен и отдан под суд. Генералы отказались его судить, и этим делом пришлось заниматься пэрам Франции. Они приговорили героя к смерти, и в тот же день он был расстрелян неподалёку от парижской обсерватории.

Титул князя, согласно «Кодексу Наполеона», унаследовал его старший сын Жозеф, затем его брат, младший сын Эдгар. Последний князь Московский, Жорж Наполеон Ней, правнук Мишеля Нея, скончался бездетным в Париже в 1969 году.

Таким образом, в списке князей Московских -Москворецких всего шесть имён.

С саблей, перебитой английским штыком, нещадно ругаясь, он прорубил себе путь к еще не разбитому французскому каре и медленно, шаг за шагом отступал – как он делал это на выжженной солнцем равнине в Португалии или преследуемый казаками в России. «Смотрите, как может умирать маршал Франции!» - кричал он пробегающим мимо солдатам.

МАРШАЛ НЕЙ. Сергей Захаров.

- Где Абель? - крикнул толстяк через всю таверну, увидев знакомого.

-Примерил ядро на голову! - Франц отодвинул пустой кувшин давая возможность толстяку поставить свою кружку.

- Он был славный Малый, ты пьешь отраву, помянем его чем по лучше. Эй девка принеси лучшее вино в этом проклятом месте!

-А ты везде таскаешься со своей кружкой.

-Посмотри на её передник он грязен как и все вокруг. Держу пари они не моют посуду.

Франц и товарищи посмеивались над толстяком за излишнюю чистоплотность, но он искренне верил что это бережет от болезней. Принесли вино, Франц не вольно разглядывать передник, его все устраивало, видали места и по грязнее, людей противнее. И таверна и Париж ему нравились, а вот толстяк все менее. Толстяк был артелеристом, Франц линейщиком - место во втором ряду; если бы толстяк больше ходил, он не был бы таким толстым и довольным.

- За Абеля!

-За Абеля!

-Как поживает Мишель? - черт бы побрал этого толстяка, постоянно что-то спрашивает. Это раздражало Франца, но тело уже плохо слушалось, за туманом в глазах сложно было увидеть, что чувствует линейшик глядя на артелериста.

- Жив пока, но в мазать правой тебе больше не сможет. .. Слышал про Нея?

-Маршал наш... Или Наполеона, я уже не знаю кому он служит.

-Мишель был с ним при Ватерлоо, он видно хорошо приложился головой, но клянется что Ней святой и лично видел нимб над головой, этот сумашедший клянется что лошади сами бежали к Нею и умирали под ним закрывая от пуль... Завтра я расстреляю Маршала.

-Да ты и сам умом тронулся. Еще вина! - толстяк смеялся, а Франц совершенно остекленел- одной рукой держал пустую кружку, второй вцепился в стол, а пятой точкой надежно удерживал стул.

-Капитан назначил меня в Растрельную команду. Подать сюда всех Пэров и всех генералов, я и их расстреляю.

Здесь мы оставим Франца, тем более что нести он начинает сущий бред, и завтра судьбаносный день. На прощание взглянем на Франца - и правда в глазах его все меньше человеческого и взгляд похож на лошадиный; той самой лошади, что неслась умирать за Маршала Франции Мишеля Нея.

Утро постучало к Францу тяжелыми сапогами капитана и сотней проклятий на голову линейщика.

-Вставай, собака, а не то поставлю с Неем в один ряд. - капитан ни когда не церемонился с солдатами, тем более что эти деревенские оборванцы только и понимали что грубую силу.

Ясное утро, быстро плывущие облака, чертовы птицы орут сильнее обычного, каждое движение отдается взрывом в голове-личный ад Франца. Внезапно все в мире замерло, перед шеренгой солдат стоял человек, прямой взгляд, расправленые плечи, открытая грудь. Это он будет растрелян? Каждый в шеренге знал из первых уст о его подвигах. Кому он служил? -Франции. И каждый на маленькой площади был Францией. Теперь Франц бы и сам поклялся что видел нимб над головой Маршала.

-Заряжай... Целься... Пли! - скомандовал капитан отчего-то без свойственной ему жестокости.

Раздался залп. Мир снова завертелся. Маршал продолжал стоять (потом в кабаках говорили, что он улыбался):

-Солдаты целитель в сердце! - этот голос заставил мир снова остановиться. Все вокруг исчезло - площадь шеренга капитан- только Франц, маршал... И ружьё. Голос продолжал:

-Заряжай... Целься... Пли!!! - выполнять приказы Франц умел.

Так умирают маршалы Франции.