Он клюнул её в щёку и вышел.

А она всё так же стояла, таращась на место, где он только что был. Вытянула руки перед лицом. Руки как руки. Никаких сполохов. Что это было?..

В глубокой задумчивости она вошла в кухню и чуть не вскрикнула. Призрак на сей раз сидел прямо на столе, по привычке качая ногами. В дневном свете он казался блёклым, но всё равно выглядел обыкновенным мужчиной средних лет. Только дурацкая шапка в помещении всё время иррационально коробила её, хотя вряд ли призрак способен её снять...

- Слезь со стола, пожалуйста, - укорила она, кое-как успокоив дыхание.

- А то что? - нахально прищурился призрак.

- Моя бабушка говорила, стол - Божья ладонь, грех на столе сидеть. Гоняла меня в детстве тряпкой...

К её изумлению, призрак молча переместился на подоконник.  Просто исчез в одном месте и появился в другом. И Арина готова была поклясться, на его лице мелькнула тень смущения.

- Данил, - сказала она. - Ты тоже видишь... энергетическое поле вокруг людей?.. Или... ауру, так правильнее сказать?

- Вижу, - коротко отозвался призрак.

Арина с надеждой взглянула на него:

- Я сейчас, когда мужа провожала, увидела разные цвета... как свечение вокруг него. А сейчас... будто опять нормально всё. Ты можешь объяснить, что это?.. И что с этим делать? Как это контролировать?..

- Поешь, - вдруг сказал призрак.

- Что?..

- Мужа покормила, а сама когда есть будешь? Всё ему, родимому? Всё для него, солнца красного? - его голос сочился сарказмом, как недожаренный бифштекс кровью.

- Да при чём тут... я всегда позже ем, у нас так заведено.

- Что это за дурацкие «заведено»? А как же новости за завтраком, нежные взгляды после бурной ночи?..

Арина залилась краской, внутри всё задрожало от гнева, но она сдержалась.

- Это не твоё дело, Данил. Я задала тебе вопрос, который может повлиять и на наше с тобой... сотрудничество. Но если ты будешь так себя вести, то нашему соглашению конец.

- Интересно, как ты этого добьёшься? Экзорциста вызовешь? - ехидно поинтересовался призрак. - Или свечку в церкви поставишь за упокой раба Божия Даниила?

- Что-нибудь придумаю, - твёрдо взглянула она, перебарывая страх. - Но оскорблять себя не позволю.

- Браво, - его губы исказила привычная кривая ухмылка. - Что же тебе мешает требовать такого же уважения от мужа?

- Я... я... - она бессильно опустилась на стул и замолчала, рассеянно обхватив руками пустую кружку. Спохватилась, поднялась, щёлкнула кнопкой кофемашины. Жужжание аппарата всегда её успокаивало, настраивало на рабочий лад.

- Какие цвета ты видела на муже? - неожиданно сменил он тему.

Арина задумалась.

- Не уверена... они менялись постоянно... в основном просто свечение. Но точно были и красные и более тёмные пятна.

- В каком месте красные?

- Ну... область сердца и ниже, кажется...

Призрак хмыкнул.

- Сама-то можешь догадаться? Что символизирует красный?

Она уставилась непонимающе.

- Ну как... Любовь, страсть...

- Похоть, - услужливо подсказал призрак. - Сказала «А», говори и «Б»!

- При чём тут...

- Да всё просто, дурочка ты с переулочка! Твой мужик одержим страстью. Любовным пылом. Зудом в причинном месте. И что-то мне подсказывает... - он выдержал многозначительную паузу. - Что объект его воздыханий находится вовсе не в этой квартире. И уж конечно, к ужину дражайшего супруга ждать не стоит, о чём он тебя любезно и уведомил.

Кофе из машины полился в кружку весёлыми коричневыми струйками, после грозы по чистому небу порхали наивные белые кудряшки облачков, а в сердце Арины вонзился холодный мертвящий кол.

- Убирайся, гнусная тварь, - белыми губами чётко выговорила она. - Чтобы я никогда тебя больше не видела.

- О как! - сощурился призрак, даже не пошевелившись. - Мы с тобой ещё сотрудничать толком не начали, а ты уж на дверь указываешь? Что ж вы так дурно воспитаны, Арина свет Викторовна?..

Она швырнула в него кружкой с кофе. Конечно же, та пролетела насквозь, чудом стукнулась не в стекло, а в раму. Брызнули осколки, потекла коричневая жижа - так оскорбительно, пакостно среди всей этой стерильной чистоты...

Арина закричала.

Бешено, яростно, как загнанная волчица, вонзив ногти в ладони. Она попыталась достать ненавистный силуэт ударами кулаков. Она пыталась его пинать. Она пыталась схватить его за горло. А он только ухмылялся ненавистной ухмылочкой, безмятежно  сложив руки, демонстративно покачивая ногами.

У неё кончились силы, она рухнула на колени. Потом просто легла на пол, тяжело дыша.

А потом хлынули слёзы. Так много и такие сильные, что она даже испугалась каким-то уголком сознания. Так она не плакала, даже когда ушла мама. Даже когда осознала, что у неё больше никогда не будет детей. Казалось все, давно запертые за много лет где-то внутри слёзы сорвали невидимую печать, и наружу вырвался огромный джинн горечи и боли.

Сколько она так лежала, она не помнила. Чудовищная волна прокатилась над ней, содрав с души последние клочья надежд и иллюзий. Она медленно подняла голову. Села, держась за виски. В кухне было пусто и тихо, только осколки белого фарфора на полу и грязные потёки на окне напоминали о случившемся. Циферблат показывал половину девятого, а это значит, если она не поторопится, опоздает на работу...

- Всё ли у вас хорошо, голубушка?.. - взгляд Нелли Семёновны полнился искренним участием.

- Да, Нелли Семёновна, всё нормально. Немного недомогаю... плохо спала...

- Так что ж вы не позвонили! Отлежаться надо было, я уж управилась бы и без вас. Сколько раз вы меня выручали-то!..

- Нет-нет, что вы, - Арина даже вздрогнула, до того ей не хотелось домой. - Я здесь гораздо быстрее в себя приду.

И это была правда. Библиотечные запахи и старинные своды действовали на неё лучше валерьянки. Привычные и точные движения, шорох пальцев по корешкам...

Господи, хоть бы больше никогда не видеть этого призрачного урода!.. Какое счастье, что он решил оставить её в покое!..

Только в голове всё продолжали пульсировать молоточки - назойливые, незримые, неумолимые. Они звучали даже здесь, среди немых многостраничных друзей. Они звенели как набат, хохотом призрака, швыряя в неё обрывки слов. Они безжалостно разрушали долгими годами возводимое здание семейного благополучия...

«Что-нибудь здесь есть твоё?.. Мечтаешь стать столичной штучкой?.. Капелька настоящей тебя... разве ты не знаешь, что значит красный?.. Твой мужик одержим страстью... Дурочка ты с переулочка... всё для него, для солнца красного?..»

Хотелось бежать, прикрыв голову руками, как от давешней грозы. Хотелось, чтобы снова ударила молния, и всё кончилось... пусть даже насовсем.

Призрак не появился, когда она вернулась домой. И когда она, почему-то не решаясь включить свет, всё ждала и ждала мужа за кухонным столом с давно остывшим нетронутым ужином. И когда за окном загорелись желтоватые в сумерках, но постепенно разгоравшиеся всё ярче фонари. И даже когда они превратились в слепящие ореолы, за которыми билась опасная и пугающая ночная тьма, она всё сидела, правда, уже на подоконнике, прислонившись лбом к стеклу, и ждала, когда прошуршат шины серебристого «Тигуана».

Они прошуршали в первом часу ночи. Муж вышел из машины и направился к подъезду вальяжной походкой. Даже в неверном свете фонарей, Арина видела его улыбку - улыбку на славу нагулявшегося самодовльного кота.

Знакомая кривая усмешка - успела от призрака, что ли, заразиться? - вдруг раздвинула её губы.

Когда Дмитрий вошёл в прихожую, то вздрогнул, подавился возгласом и с жутким грохотом выронил кейс. От его вальяжности не осталось и следа.

Его жена стояла напротив входной двери и пристально смотрела ярко-зелёными глазами. Он бы ни за что не признался себе, но такого ужаса не испытывал никогда в жизни. Всего лишь при виде собственной жены, прости Господи!..

- Ты... чего, Ариш?.. Случилось что?.. Ты чего меня пугаешь?.. Почему не спишь?

- Где ты был, Дима? - тихо спросила она, но в этом обманчиво-спокойном голосе чудилась скрытая угроза.

Дмитрий раздражённо скинул ботинки, начиная приходить в себя.

- Я же тебе говорил, что сегодня буду поздно. Предупреждал! Вот никогда ты толком не слушаешь, а потом ещё я виноват оказываюсь!

- Где. Ты. Был? - она вдруг в одно движение оказалась рядом, и палец упёрся в узел небрежно завязанного галстука.

И он стремительно осознал, что его жена всегда завязывала галстуки ИДЕАЛЬНО. Она просто не умела по-другому...

- А... ну, в офисе же духота такая, под вечер особенно, когда народу полно... ослабил немного узел, что такого?..

Он только сейчас понял, что он - оправдывается!.. И перед кем?.. Перед собственной женой?.. У той, которая руки ему должна целовать, что он её в люди вывел и из нищеты вытащил?.. Которая в районной библиотеке три копейки в час зарабатывает, пока он кирпичик за кирпичиком укладывает в фундамент семейного благополучия?..

Резким движением он перехватил её запястье, испуг испарился в накатившей щёлочи злости.

- Да ты хоть понимаешь, что творишь?.. Кому ты претензии предъявляешь?.. Мужу, которому всем обязана - и квартирой этой, и тряпками, и побрякушками? Ты всего лишь домохозяйка, да и то паршивая!.. Не говоря уж о детях - у моих сотрудников младше меня уже по двое, а ты как сыр в масле и детьми не замордованная, молчала бы в тря...

Она, конечно, не умела драться - и так-то худенькая, почти субтильная, но оплеуха вышла знатная. Странное, искажённое потусторонними силами, зрение высветило перед Ариной эфемерные багрово-алые дорожки, побежавшие по щеке мужа во все стороны.

Но она не ощутила ничего, кроме злого удовлетворения.

Её родной муж, столько лет бывший светочем её жизни, её кумиром и единственным мужчиной стоял перед ней и испускал чужие - липкие, розовые, женские щупальца, что вихрились вокруг него коконом, глубоко сплетаясь с его собственными алыми потоками. Тошнота подкатывала к горлу, Арина всерьёз боялась, что её жестоко вывернет.

Мерзкий дух был прав... и хуже того, она ведь сразу поверила ему, оттого и взбеленилась. Она просто всегда это знала... Знала, что муж ей изменяет, причём давно... Чувствовала всей шкурой и женской сутью - тем, что в каждой женщине с рождения заложено. Только не могла принять, признаться самой себе, не могла вытащить наружу кровавое острие зазубренной стрелы. А призрак выбил его разом, безжалостно вспоров грудь. И теперь она, пожалуй, была ему даже благодарна...

Он её освободил.

Дмитрий, красный от ярости, перехватил вторую её руку и с силой впечатал её спиной в стену. Было больно, но она смеялась. Она смеялась безумным ведьминским смехом, и хватка на её руках ослабла. Дмитрий в суеверном ужасе отступил, брезгливо отряхивая руки.

- Совсем обезумела, дура!.. Белены, что ли объелась!..

Он схватил уже снятый плащ, поспешно обулся.

- У тебя есть ещё шанс, - пригрозил он. - Я сейчас в гостиницу. А ты думай над своим поведением. Завтра утром я вернусь, и ты уже совсем по-другому будешь со мной разговаривать, поняла?.. Вспомнишь, чему в университете тебя на уроках словесности учили...

- О, я много знаю старинных русских слов, - нехорошо улыбнулась Арина, и опять глаза загорелись болотными огнями, - и все, как на грех, про тебя, муженёк!.. «Облудь» - обманщик, например. Или «курощуп» - бабник, посочнее будет, правда?.. Но ещё - «блудяшка», «блудень» - ну, сиё тебе знакомо, думаю?.. А ещё - «ёнда», правда, то про бабу, но и тебе в самый раз будет! А как тебе «безсоромный», тож ничего так, а?

- Дрянь... Стерва... Сколько лет змеюку, оказывается, содержал!.. Я тебе всё сказал. Завтра или ты вымаливаешь прощение, или будешь с юристами разговаривать на предмет развода!..

- Жду, - ощерилась Арина в бахнувшую дверь. - Юристов, муженёк!

Она прошла в кухню, как и тысячи раз до - вот только настроение было совсем иным. Отодвинула штору.

Серебристый «Тигуан» вёл себя непривычно нервно. Облитый лунным светом, сверкнул серебристой рыбой гладкий бок. Слишком резво, слишком дёргано, слишком небрежен нынче всадник со своим драгоценным конём. Арина улыбнулась. И улыбалась, пока за поворотом дома не погасли тормозные огни. А потом обернулась в кухню и сказала:

- Выходи уж...

Призрак медленно выплыл на середину, отвесил шутовской поклон и беззвучно похлопал в ладоши.

- Браво, Арина Викторовна! - его глаза лучились искренним восхищением. - Это было одно из самых захватывающих зрелищ в моей жизни. И тем более не-жизни...

Она горько хмыкнула, но не могла не признать, что ей польстила его похвала.

Продолжение следует...

Сборник моих рассказов скачать бесплатно здесь

Разъехались после курсов по своим городам, переписывались в аське. Два раза за месяц, скрысив деньги, выделенные мне родителями на репетиторов, я съездил к ней на автобусе в гости.

А меньше чем через неделю после последней встречи она решила, что нам надо расстаться. В аське написала. В 16 лет трудно сохранить холодный рассудок в такой ситуации, знаете ли. Были уговоры, разговоры, истерики почти, и она назвала мне причину - она "встретила" человека, который ей подходит. Он мент, ему 25 (ей 18). И на этом этапе она сильно порезала наше общение, чтобы я не лез и ничего ей там не наворотил. Было тяжко, такой тьмы внутри я с тех пор не ощущал, но я выжил. Эта история закалила меня, я стал менее чувствительным, более жестким и решительным, и особых проблем с наличием противоположного пола в моей жизни с тех пор не было. Но суть в другом.

Уже потом, наткнувшись на 0,3-мегапиксельную фотку с ней, которую я сделал на свой сименс с65 когда приезжал к ней последний раз, я увидел на её безымянном пальце кольцо. А во взгляде её как будто читалась жалость ко мне, к моей тупости. В общем, сопоставив всё воедино, я додумал остальные обстоятельства истории: я для неё был - временным и удобным вариантом на время паузы её отношений с её парнем, с которым они были уже пару лет как, о чём она без особой конкретики рассказывала - мол был парень, мол расстались недавно, да... Я был удобен - не отсвечивал, не присутствовал, существовал только в аське и в телефоне, и лишь иногда по выходным приезжал на перепихон. А в последнюю нашу с ней встречу она носила уже кольцо на пальце. А я не заметил. Но откуда взялось кольцо? Кто-то новый за месяц появился и она его раскрутила до стадии кольца? Или старый появился и решил починить отношения кольцом? Второе более вероятно. А в последний мой визит она типа прощалась со мной. Прежде чем сказать ему "да" ему, решила ещё разок со мной. Или уже сказала, но решила ещё разок со мной, пока тот не видит.

Ладно, пофиг, развёл, блин, сопли... Вот вам история, на что ещё могут быть способны бабы в отношениях.

Не хочу это в свой профиль, поэтому аноним.