Серия «Моя живая история»

Ажиотаж поездки нас очень вдохновлял, мы ехали в отличном настроении и в предвкушении. Как заходили в дом и как знакомились с окружающей обстановкой, честно не помню :-)

Помню, что мы с Аней спали на одной кровати, а Таня в зале. Места ей с нами не хватило. Не помню нашей жизни втроём у этих людей, запомнила только то, что я во сне очень сильно толкалась, и Аня всегда жаловалась. И после этого мне держали ноги и руки, пока мы не уснём.

А потом случилось то, чего мы боялись.

Флешбэк. Воспоминания разблокированы.

Забыла, что до этих «милых дам» мы уже были в семье! Недолго, может, где-то полгода.

Почему вспомнила? Да потому что интернет — хорошая штука. Я же общаюсь с самым первым опекуном.

Немного успокоившись и придя в себя, мы с девочками снова пошли к директору. Нам ещё раз всё подробно объяснили, разложили по полочкам, и под долгими уговорами сдалась даже я.

В кабинет директора вошли две женщины. Одна пожилого возраста, вторая моложе — мать и дочь. Те самые люди, которые решили нас приютить. Детскую интуицию не обманешь, это я поняла уже с годами. Потому что в самую первую нашу встречу они мне сразу не понравились. Но под напором Ани и Тани я не стала высказывать своё недовольство и промолчала.

После дня знакомства потянулись дни сборов (в детском доме всё было хорошо, вещей нам вбухали целую кучу) и взрослой бумажной волокиты. Дни сборов я помню не очень точно, но не скажу, что всё было плохо: позитивной энергии тогда вполне хватало на нас с Таней.

И вот наступает день отъезда. Впереди ждало что-то новое, непонятное, но всё же увлекательное путешествие.

Этот день абсолютно ничем не отличался от других. Мы обычной детворой шумно гуляли на площадке, на территории детского дома. Всё шло своим чередом, пока меня, Аню и Таню неожиданно не позвала к себе директор. «На ковёр».

Мы были не на шутку напуганы. В детском доме вызов к директору никогда не сулил ничего хорошего, а мы судорожно перебирали в голове свои детские грехи и не знали, чем могли так провиниться.

Но стоило нам переступить порог кабинета и увидеть добродушную улыбку на лице директора, как мы спокойно выдохнули. Напряжение спало.

Оказалось, вызов был прост, но эта простота переворачивала нашу привычную жизнь с ног на голову. Нас троих — неразлучных подружек — захотела взять под опеку одна семья. Будущая мама со своей дочкой. Своих детей у этой женщины больше не было, а муж погиб. Она искала тех, кому сможет отдать всю свою нерастраченную любовь.

Что я помню о тех первых днях в детском доме? Самое яркое и страшное воспоминание — это я, маленькая, кричащая диким, душераздирающим криком на весь коридор: «Хочу к маме! Мамочка, забери меня!»

Совсем забыла упомянуть важную деталь — это был Новый год. Время, когда все дети ждут чудес, подарков и сказки. Но для меня этот праздник превратился в настоящий кошмар. Именно тогда, на детском утреннике, я впервые в жизни подбежала и со всей силы ударила Снегурочку. Это был мой детский, отчаянный протест против всего, что со мной происходило.

Расставание с семьёй — пускай даже с такой, где нам с сестрой не было места — ударило по мне уже тогда. Я замкнулась. Мой взгляд стал озлобленным, я постоянно нервничала и наотрез отказывалась с кем-либо контактировать. Меня даже хотели переселить в другую, отдельную комнату, потому что своими ночными истериками я просто не давала спать остальным девочкам. Я просыпалась каждую божью ночь. В темноте, в слезах, абсолютно не понимая, где я нахожусь.

Я долго листала чистые страницы тетради и думала: с чего начать? Пролог? Вступление? Глава первая? А потом поняла — здесь не будет книжных шаблонов, романтических комедий или хоррора. Это обычная история обычного человека. В ней будет всё, что может испытывать живой человек: слёзы, страх, боль и смех. Но главное — она настоящая. Это моя история, и я хочу, чтобы она осталась жить.

Мне часто повторяют, что детская память стирает всё раннее, оставляя лишь туманные образы. Но моё первое осознанное воспоминание врезалось в память так прочно, что я чувствую его вкус и запах даже спустя годы.

Мне не было и пяти, когда я шла по тёмному подъезду, изо всех сил прижимая к себе маленькую сестрёнку. Руки затекали от её веса, а в животе крутило от голода. Мы стучались в чужие двери и просили у соседей хоть какой-нибудь еды. Через пару домов нам открыли. Помню брезгливый взгляд женщины и то, как она молча захлопнула дверь прямо перед нашим носом.

Где была наша мать? Ответ простой, банальный и страшный: гулянки, клубы, чужие мужчины и вечный праздник. Праздник, в котором двоим маленьким детям не было места.