И система решила меня сожрать.

Откуда взялись 1,8 миллиарда?

В «Медсантрансе» работает больше 2000 водителей. Контора гигантская, а дефицит кадров — под 40%. Чтобы скорые вообще выезжали, мужиков вынуждали пахать сутки через двое, в свои выходные, до двух ставок в месяц. Но вместо положенной по закону (ст. 153 ТК РФ) двойной оплаты руководство оформляло это как липовое «совместительство» по одинарному тарифу. То есть люди гробили здоровье на работе, а им тупо недоплачивали половину.

Мы с профсоюзом дошли до Трудовой инспекции (ГИТ), подняли шум. В итоге осенью 2024 года Смольный официально признал долг. Об этом тогда трубила вся питерская пресса, на «Фонтанке» вышла статья: «Несрочные сверхурочные. На водителей скорой помощи посыпались деньжищи». Простым работягам на карты упало от 300 до 800 тысяч рублей, кому-то за миллион!

И руководство «Медсантранса» нам этого, естественно, не простило.

Как из честного водилы за 3 месяца слепили «рецидивиста»

Меня решили убрать показательно. Чтобы остальные 2000 водителей сидели тихо и не думали заикаться о своих правах. Увольнять решили по статье — за неоднократные нарушения (п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК). Чтобы слепить из меня злостного нарушителя, начальству потребовалось ровно 3 месяца.

Вот как развивались события:

Эпизод 1 (Май 2025). «Мой машину бесплатно в свое личное время».

Смены по 12 часов (с 08:00 до 20:00) они умышленно делали для неугодных. Вызов за вызовом, приезжаешь на базу выжатый как лимон после 20:00, зачастую еще и с переработкой в пару часов. Времени внутри смены на мойку начальство не дает принципиально, да и сама мойка есть только на автобазе, а не на подстанциях и в больницах. Зато начальник колонны заявляет: «Смена кончилась? А теперь оставайся после работы, в свое личное время отдыха, и намывай карету!».

Я ответил, что по закону обязан трудиться только в рабочее время. Оплачивайте переработку — помою. Итог: первый выговор.

Эпизод 2 (Июнь 2025). Ошибка в путевке.

По сложившейся в организации практике, недочеты в оформлении путевых листов обычно исправляются по устному требованию к водителю при сдаче путевого листа диспетчеру. Это обычная рутина. Диспетчер принял мой путевой лист молча, без единого замечания. А через неделю мне прилетает… приказ о дисциплинарном взыскании! Причем в приказе даже не потрудились написать, в чем именно косяк. «Не так заполнил» — и точка. Итог: второй выговор.

Эпизод 3 (Июль 2025). Шпионские игры на парковке.

Тут вообще цирк с конями. Я приписан к автоколонне № 5. Но охотиться за моей машиной отправили начальника автоколонны № 3. Пока я сидел дома на законных выходных, они втихаря, без меня, провели скрытый осмотр моей служебной машины на стоянке. Якобы нашли какой-то мусор под сиденьем, женские тапки, бутылки и зафиксировали «низкий уровень технических жидкостей».

Казалось бы, если руководство обнаружило критические проблемы с машиной скорой помощи, они должны немедленно вызвать меня, наказать дежурного механика ОТК и устранить неполадки. Безопасность пациентов ведь превыше всего? Но нет. Начальство затаилось. Они не сообщили о «проблемах» ни мне, ни механикам, фактически признав, что состояние машины нормальное, а их цель — просто дождаться удобного момента.

И этот момент настал. Когда я вышел на смену, механик ОТК официально проверил автомобиль и поставил штамп в путевку: «Автомобиль технически исправен, выезд разрешен». Я завожу двигатель, трогаюсь, и прямо на выезде с базы меня «внезапно» блокирует целая комиссия. Проверяют бачки, находят тот самый низкий уровень жидкостей, о котором молчали несколько дней, и торжественно штампуют очередной акт.

И плевать они хотели на штамп собственного ОТК. Кому верить в этой ситуации — механику, который по закону отвечает за безопасность жизни людей на линии, или обиженному начальнику в засаде? Вопрос риторический.

Вот так 18 июля 2025 года меня вышвыривают на улицу.

Судиться с крупной государственной конторой в одиночку — дело тяжелое, поэтому для ведения процесса я нанял юриста. Вместе мы пошли в Киришский городской суд.

Тут стоит отметить один важный нюанс. Интересы автобазы «Медсантранс» в заседаниях защищал их штатный юрист — бывший федеральный судья одного из районных судов Санкт-Петербурга в отставке. Безусловно, как бывший судья, он прекрасно знаком с тонкостями процесса и спецификой работы судебной системы изнутри, поэтому в суде наши оппоненты чувствовали себя максимально комфортно...

По закону (ст. 373 ТК РФ), члена профсоюза нельзя уволить, не запросив мнение самого профсоюза. Если этого не сделать, увольнение 100% незаконно. Юрист «Медсантранса» решил обойти это правило максимально просто — он заявил в суде, что работодатель понятия не имел о моем членстве в профсоюзе, а я якобы этот факт скрыл.

В ответ мы предоставили в суд целую кипу документов, которая подтверждала нашу позицию о том, что «Медсантрансу» было известно о моей деятельности и членстве в профсоюзе.

В первую очередь мы представили акт Трудовой инспекции, составленный за четыре месяца до моего увольнения — где инспектор прямым текстом указал руководству автобазы, что они нарушают мои права и игнорируют мнение профсоюза на привлечение меня к сверхурочной деятельности.

Затем — решение Дзержинского районного суда г. Санкт-Петербурга, где на моей стороне принимал участие председатель профсоюза против этой же автобазы по иску об оспаривании изменения графика работы.

И финальный штрих — официальное письмо за личной подписью директора «Медсантранса» на имя председателя профсоюза, в котором они обсуждали мой рабочий график.

Казалось бы, после таких документов вопрос должен быть закрыт. Но судья Киришского городского суда Ленобласти Голубева А.А. поступила иначе. В тексте судебного решения она просто проигнорировала все наши доказательства, не дав ни одному из них вообще никакой правовой оценки. Зато суд официально признал в моих действиях «злоупотребление правом». По мнению судьи, это злоупотребление выразилось в том, что я… умышленно скрыл от работодателя свое участие в профсоюзе.

То есть директор автобазы лично подписывает письма в профсоюз по поводу моего графика, Трудовая инспекция за четыре месяца до увольнения штрафует контору за игнорирование профсоюза в отношении меня, но виноват в итоге оказываюсь я, что всё скрыл. Как комментировать такую логику суда с точки зрения закона — я не знаю.

Суду понадобилось целых 6 судебных заседаний, чтобы вынести решение по моему, казалось бы, очевидному трудовому спору. Причем 3 заседания из них были отложены просто потому, что юрист «Медсантранса» на них не приходил. Где вы еще увидите такую лояльность суда к прогулам ответчика? В итоге решение мы получили только после того, как подали официальную жалобу председателю суда об ускорении рассмотрения дела.

Кстати, держите полезный юридический лайфхак на случай суда. Если ваш процесс умышленно затягивают, обязательно заявляйте председателю суда ходатайство об ускорении в порядке ч. 6 ст. 6.1 ГПК РФ. Как объяснил мне юрист, без этой бумаги в будущем вам 100% откажут, если вы захотите взыскать с компенсацию за затягивание процесса. Наш шаг сработал — дело сразу зашевелилось.

Но на самих заседаниях творилось что то странное. Мы привели в суд других водителей скорой, председателя профсоюза в качестве свидетелей. Они подтвердили и травлю, и отсутствие времени на мойку внутри смены, принуждение работать бесплатно. Председатель профсоюза подробно рассказал суду, почему «Медсантранс» прекрасно знал о моем членстве в профсоюзной организации.

Позже мы открываем официальный протокол заседаний и видим там строчку: «Свидетель приглашен. Свидетелем даны показания. Допрос окончен». Всё! Ни единого слова из того, что реально говорил свидетель, секретарь в протокол не внесла.

Зато в самом решении судья Голубева берет и развернуто цитирует показания Липайкина А.В., которых в протоколе вообще нет! Системе очень была нужна удобная фраза, и её просто выдумали при написании вердикта. Пруфы этого фокуса прикрепляю ниже.

Отдельного внимания заслуживает роль прокуратуры в первой инстанции. Прокурор — обязательный участник при увольнении по статье. Так вот, представитель прокуратуры не пришла ни на одно из первых пяти заседаний. Появилась только на самое последнее, шестое. Не задала ни единого вопроса ни мне, ни ответчику, вообще никак не вникала в процесс. А когда дошло до прений, просто встала и зачитала по бумажке: «Считаю, что в иске нужно отказать».

Естественно, с таким подходом районный суд наше исковое заявление отклонил.

Шок в апелляции: областной прокурор за меня, но суду плевать

Когда мы подали апелляцию в Ленинградский областной суд, произошло то, во что многие обычно не верят. Представитель областной прокуратуры полностью встал на мою сторону.

Прокурор подготовил жесткое апелляционное представление. Он прямо указал: работодатель прекрасно знал про профсоюз, требовать мыть машину в нерабочее время — незаконно, а акты скрытых проверок — туфта, потому что машина выпускалась ОТК на линию технически исправной. Прокурор потребовал: решение отменить, Ефимова восстановить на работе.

Рассмотрение дела в апелляции затянулось на целых три заседания, в ходе которых у нас даже менялся состав судейской коллегии. Но в итоге судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда под председательством судьи Сирачук Е.С., проведя в совещательной комнате считанные минуты, оставила решение районного суда в силе, полностью проигнорировав и наши доводы, и официальную позицию прокуратуры. Засилить решение районного суда вопреки аргументированному представлению прокурора по трудовому спору — для этого у суда должны быть очень веские причины.

Зачем я это пишу?

Сейчас мы подали кассационную жалобу в Третий кассационный суд общей юрисдикции.

Я отлично понимаю, с кем связался. Для руководства автобазы это дело принципиальное. Мое восстановление на работе станет серьезным прецедентом, ведь система фактически проиграла профсоюзу огромные деньги. Поэтому они сделают всё возможное, чтобы замять моё дело по-тихому.

Если этот случай сейчас "проглотят" в кассации, это значит одно: любого водителя скорой, фельдшера, врача или учителя в нашей стране можно будет уволить по первому желанию начальства за пыль на столе, если человек просто потребует свою законную зарплату.

Сдаваться я не собираюсь. Если потребуется, мы с юристом дойдем до Верховного Суда РФ и будем обращаться в Следственный комитет.

Уважаемые читатели и коллеги! Я прошу вас поддержать этот пост и помочь распространить информацию. В подобных спорах общественное внимание — это зачастую единственный способ заставить систему работать строго по закону.

Все необходимые документы, судебные акты и решения я готов предоставить модераторам по первому требованию. Ссылки на публикации в СМИ оставлю в первом комментарии под постом.

Буду держать вас в курсе этой борьбы.

Добиться правды в такой ситуации — это уже вопрос принципа.

Мне всегда казалось, что все эти программы и способы слежения за компом сотрудника - это практически роспись в некомпетентности менеджмента. Если ты, как менеджер, не можешь проконтролировать РЕЗУЛЬТАТ работы сотрудника, то наблюдение за процессом тебе ничего не даст. Плюс это выжирает время контролирующего (даже с распознаванием получившегося видоса нейросеткой), создает нервяк у сотрудника.

Были исследования, что эффективно умственным трудом человек может заниматься не более 6 часов в день, чаще - меньше, затем он теряет концентрацию. И при этом а течение даже этих 6 часов он иногда тупит. Иногда думает на проблемой. Иногда отвлекается. Главное - задачи закрыты или нет. Нет - нахер с пляжа, если такое повторяется изо дня в день. Задачи закрываются вовремя - тогда на кой хрен ежесекундно следить за работником?

Все эти KPI по движению мышкой, слежение за количеством печатания символов - бредовейший бред, потому что вместо решения задач начинается именно физическая имитация деятельности (вплоть до установки ПО, которое шевелит мышкой), которая оплачивается работодателем, сотрудники из-за нервяка стараются свалить туда, где такой фигни нет, значит, увеличивается текучка, что влечет за собой рост затрат обучение и онбординг новых сотрудников.

Кому это все надо? Только херовому менеджеру, который любой свой косяк может свалить на "показатели неэффективности сотрудника, выявленные благодаря нашим новым методам контроля качества выполнения рабочих задач".

PS: Сорри, что несколько сумбурно получилось, просто опять подгорает от этой темы)

Но вот это. Это было по настоящему больно. Очень больно! Я никогда в жизни не испытывал такую боль. Хотелось кататься по полу волчком, выть, кусать бетон и подавать официальную жалобу Господу Богу на устройство человеческого скелета. Но кататься я физически не мог. Поэтому просто лежал. Подбежали ребята и начали пытаться меня поднять. Я сразу запротестовал. Потому что даже без медицинского образования было понятно: если человек после шестиметрового полёта лежит в форме разобранного шкафа IKEA - возможно, не стоит сразу его поднимать и ставить на ноги.

Из кабинета выбежал шеф. Оценил инсталляцию. Начал вызывать скорую. Как потом выяснилось - платную.

Через какое-то время лежать на холодном бетонном полу мне окончательно надоело. Бетон, знаете ли, материал надёжный, но в плане сервиса - две звезды из пяти. Попросил меня поднять. И тут откуда ни возьмись появились десятки рук. Меня аккуратно собрали с пола и усадили в кабинете.

Правая нога ломила совершенно дико. Единственное положение, в котором становилось хоть немного терпимее, - вытянуть её строго вперёд. Уже потом я узнал, что так себя очень любит вести перелом шейки бедра. Правая рука выглядела ещё веселее.

Предплечье вывернуло на 180 градусов и я смотрел на обратную сторону руки с неподдельным научным интересом.

То, что локоть выбило - это я ещё мог понять. Там сустав, шарнир, всё такое.

Но кисть. Кисть поступила со мной подло. Мы столько лет были вместе, а она при первой же серьёзной трудности решила развернуться в другую сторону.

Нога тем временем вылетела из тазобедренного сустава.

Короче, персонаж получил статус: "Критические повреждения".

В общем то я успел выкурить одну сигаретку, хотя я не курю, и подъехала скорая.

Влетает женщина, смотрит на меня - и я буквально вижу, как в её глазах загорается надпись:

"Ебать"

Начинает суетиться, готовит иглу, пытается попасть в вену. А руки у неё трясутся. Я начал её успокаивать, что со мной все мол хорошо и уезжать на тот свет я пока что не собираюсь. Что бы она не переживала, а лучше уколола меня чем нибудь мощным, а то ну пиздец как больно мне сейчас.

Предложили морфий.

Я впервые за этот день услышал рациональное предложение, которое полностью меня устраивало. Предложили поставить катетер, чтобы каждый раз вену не искать.

Я одобрительно кивнул и сразу уточнил: - А ещё морфия через него можно?

Вкололи ещё. Жду. В это время мне из картонок ребята собирают шину импровизированную.

А я, честно говоря ожидал от морфия совершенно другого эффекта. Ну никак не хотел этот морфий снимать боль, от слова совсем.

- А у вас морфий точно настоящий? Такое ощущение, что вы его водой из-под крана бодяжите.

Шмальнули в третий раз. Может и стало чуть легче, но только чуть. Ну а дальше как в голливудских фильмах. Погрузили меня на каталку. Начали засовывать в багажник. Естественно уебали каталкой об бампер. Тот кто держал её со стороны двери - уронил, я ебнулся вместе с ней на землю, зашипел, одновременно заржал и сказал что у меня ощущения что я смотрю дешёвый голливудский фильм, а потом попросил еще морфия. Мне сказали что уже дохуя, а я им сказал мне блядь сейчас виднее. Спорить со мной никто не стал, вкололи очередную дозу и загрузили в машину.

Дальше была дорога через промзону. Ехать там, по ощущениям, метров сто. Но это были самые длинные сто метров моей жизни.

Каждая кочка отправляла по телу персональную телеграмму: "Здравствуйте - это боль. Мы всё еще с вами в прямом эфире".

Я пытался шутить, что их морфий явно закупается у торговца сахарной пудрой. А потом начал куда-то уплывать. Не то чтобы потерял сознание, скорее мозг включил энергосберегающий режим: "Происходящее слишком ебанутое. Вернёмся позже".

Следующее более-менее чёткое воспоминание - коридор больницы. Вокруг куча врачей. Все куда-то бегают. Суетятся. И вот тут я впервые реально подумал: "Ага. Похоже, всё действительно хуёво".

Потому что в обычной жизни заставить врача двигаться быстрее, чем в жопу трахнутая улитка, - квест практически невыполнимый.

А тут бегают. Значит, все очень серьёзно. Завезли меня в какой-то кабинет и оставили одного. Лежу, жду. Долго лежал, потом пришли менты и сказали подпиши какую-то бумажку. На что я ответил, вы ебанутые ? я тебе членом подпишу что ли. А им похеру: - ну возьми ручку мол в левую руку и подпиши. С такой наглости я знатно обалдел, и послал их нахуй вместе с их писульками. Они пригорюнились, но ушли.

Потом пришли врачи и начался консилиум.

Обсуждают: везти меня в реанимацию, давать общий наркоз и собирать обратно или ещё что-то придумать веселое.

Я решил принять участие в этом собрании и проголосовал за вариант с общим наркозом. К сожалению мой голос не был учтён и меня повезли на рентген.

Кстати, пока меня возили на каталке по всем коридорам я заметил что везде у каждой двери сидят страшные очереди, но мы везде проезжали без очередей. Не знай почему, но с этого факта я взоржал, мол, ловите лайфхак бомжары, вот как нужно без очередей везде проезжать. И даже ни одна бабка не пискнула.

Сделали значит снимки ноги руки и на всякий случай головы и сразу повезли дальше. Последние несколько часов катаний по больничным коридорам, моя жизнь состояла в основном из потолка. Потолки и быстро сменяющие друг друга лампы - это всё что я видел. Завораживающие картины. В общем, завозят меня в очередной кабинет. Кофту разрезали ножницами. Я непременно отметил в очередной раз, что это как в голливудских фильмах, а затем начали обкалывать правую руку лидокаином.

Через некоторое время приходят два травматолога. Настоящие травматологи. Два мужика ростом под метр девяносто, весом килограммов по 120 каждый. Косая сажень в плечах. Руки размером с мои ноги.

Я сразу понял: сейчас меня будут ремонтировать методом механического воздействия.

Один говорит: Расслабься. И они берут мою правую руку в четыре медвежьих захвата. Начинают её крутить. Вот тут я уже прихуел по-настоящему.

Мысли бегали в голове как муравьи по человеку, которого зачем-то голым привязали к муравейнику.

Говорю им: Мужики, дайте хотя бы палку в зубы.

А они мне: Просто отвернись.

Да, спасибо. Великолепная анестезия. Просто отвернись и всё будет заебись.

Крутят, вертят и вдруг щёлк. И тишина. А потом один из травматологов говорит: Ой. Я моментально поворачиваюсь: ЧЕ ЗА БЛЯДЬ ОЙ?

Он: Кажется, мы тебе палец сломали.

Великолепно. Просто потрясающе. Локоть вставили, а палец сломали.

Стоят обсуждают между собой, щупают мои мизинчик, сломали всё-таки или не сломали.

Я некоторое время слушаю, потом говорю: Мужики. У вас рентген за стенкой. Меня буквально пять минут назад оттуда привезли. Может, вместо философской дискуссии просто сфотографируем?

Подумали. Согласились. И мы снова поехали смотреть потолки.

Прикладываю снимок рентгента их ойканья. Не нашел свой настоящий за выслугой лет, поэтому раскопал примерно похожий.

Возвращают меня обратно. Краем глаза подмечаю, что в углу сидит какой-то мужик полузековатого вида. Держится за сломанную руку и тихонько поскуливает.

Подходит молоденькая практикантка. Начинает обкалывать мне ногу лидокаином. И тут делает укол куда-то в район сухожилия возле пятки.

Я не знаю, сколько она туда влила кубиков, но под кожей моментально надулся шарик, как горловой мешок у жабы.

Было очень больно, о чём я, естественно, немедленно сообщил сотруднику медицинского учреждения. Она ничего не ответила. Просто молча взяла дрель. Я для себя сделал отметку в голове, что дрель была фирмы Макито, вставила значит в неё велосипедную спицу, и, не проводя никаких предварительных переговоров с владельцем ноги, начала меня сверлить. Вот это пиздец как взбесило. К тому моменту планка абсурда уже находилась где-то в стратосфере.

Я говорю: Девушка, ну вы хоть разговаривайте со мной. Предупреждайте, что сейчас будет. Что за ебаное "Поле чудес"?

В общем она сверлит. Сверлит. Сверлит. И вдруг спица проваливается куда то глубоко внутрь, и она выдаёт уже знакомое мне междометие: "Ой".

Вот после второго медицинского ой за один день это слово стало вызывать у меня лёгкую панику.

- Что на этот раз?

Она: Я в кость не попала. Чуть ниже взяла.

Прекрасно. День открытых дверей в кружке юного травматолога. Вытащила спицу. Взяла чуть выше. Начала заново.

В какой-то момент чувствую - упёрлась в кость. Появился специфический запах. Запах жжёной кости не спутать ни с каким другим. Смотрю на нашего полузека. А он уже не скулит.

Он смотрит на меня глазами человека, который только что понял, что его собственная сломанная рука - это всего-навсего лёгкая простуда. Воистину, всё в этом мире познается в сравнении.

Я продолжаю шутить, потому что, судя по всему, организм решил: если уже нельзя сбежать, можно хотя бы комментировать.

Она давит на дрель всем весом. Но кость не берётся. И тут я замечаю очень тревожную вещь. Спица начинает гнуться. Потому что дрель она держит не под прямым углом. Дрель в её руках гуляет, как член пьяного машиниста, который решил поссать на полном ходу состава.

И вот тут мне стало реально страшновато. Потому что я уже отчётливо представляю продолжение: "Ой. Спица сломалась внутри".

Я начинаю максимально дипломатично: Девочка, милая, позови, пожалуйста, взрослого.

Она: Не могу. Меня врач отругает.

Я: Солнышко. Если ты сейчас сломаешь эту хуйню внутри моей ноги, боюсь, врач будет не единственным, кто расстроится. Ну зачем ты меня мучаешь? Ты же сама прекрасно видишь и понимаешь, что не хватает у тебя сил. Позови человека взрослого, большого, опытного. Желательно того из травматологов, который рукой может дверь из стены выдернуть. Не знаю, что у нее там щелкнуло в её прелестной головке, то ли моя жалость, то ли мое рациональное объяснение, но слава богу, позвала. Приходит врач, берёт дрель и за три секунды просверливает кость насквозь. Спица выходит с другой стороны ноги. Отдаёт дрель обратно и уходит.

А практикантка продолжила высверливать вторую дырочку возле пятки. Но там кость потоньше либо её там нет вообще. Врать не буду, я не доцент кафедры анатомии человеческого тела в МГУ, поэтому в душе не ебу зачем мне нужно было сверлить пятку в самом тонком её месте. Ладно, справилась она довольно быстро с этой задачей. В отверстие осталась вторая спица. Вывезли меня из кабинета. Я увидел лицо жены. Потом лица людей из очереди. У всех было примерно одно выражение: "Хорошо, что я сегодня пришёл просто с геморроем".

И меня повезли дальше. А "дальше" оказалось улицей. Ранняя весна. Холод. Свежописто, до полного ахуевания.

Медбратья стоят, чего-то ждут, курят, тихо беседуя между собой. А меня после всего этого распара и теплоты, кааааак начало тряхать, я прям трясусь, все тело бьет крупной дрожью, что меня аж подкидывает на этой катафалке ( каталке ). Завидев такой брейк данс, доблестные медбратья побежали за одеялами. Укутали меня всего. А я больше всего переживал за ногу. Потому что из неё теперь торчали две здоровенные металлические спицы. И просто положить ногу на каталку уже нельзя. Чуть влево наклон - упираешься кончиком спицы в каталку, чуть вправо - тоже самое. Надо держать её практически на пятке, постоянно ловя равновесие. И вот лежу я, закутанный в одеяла, после падения с шести метров, четырёх доз морфия, вправления руки под лидокаином, дополнительного перелома пальца, нескольких рентгенов и кружка художественного сверления человеческих костей. Смотрю в серое весеннее небо, а в голове цитата из фильма "Терминатора 3 или Восстание нацистов": "Ну что повеселились бляди"?

Конец первой части.