user12259753

Я пообщался со многими родителями, которым пришлось по разным причинам оказаться в конфликтных ситуациях всего за два учебных года с момента открытия 220 школы. Все согласны: противостояние школьной администрации выходит себе дороже. Многие испытали последствия на своих детях и семьях. Поэтому кто-то тихо хочет дотянуть до ОГЭ, кто-то — до ЕГЭ, и бежать из этого учебного заведения без оглядки.

С одной семьёй справиться гораздо легче, особенно когда весь административный ресурс на стороне знаменитой школы, а общество за свою ячейку не заступится. Время такое: у всех своих проблем выше крыши. Наоборот, большинство советуют смириться, поберечь нервы и не идти против системы. Всё равно правды не найти, а проблем нажить ещё больше.

Понимаю. На себе испытано.

Допустим…

Давайте допустим, что наш сын — тот самый негодяй, как характеризует его школа. Допустим, только допустим. Но разве это оправдание для того, чтобы втроём издеваться над одним? Пусть даже над негодяем. Может ли это быть оправданием для истязателей и школы?

Видимо, я отстал от жизни, и события в 220 школе, о которых пойдёт речь, считаются нормальными.

Куда бы я ни обращался после многократных издевательств и избиения нашего сына — в полицию, СК РФ, прокуратуру Октябрьского района, департамент образования, — везде звучат одни и те же фразы. От одних вопросом, от других утверждением:

— Сейчас, на данный момент, какие-либо воздействия на вашего сына оказываются? Он продолжает учиться в школе, вы не хотите уйти в другую? Больше не жалуется? Ситуация под контролем? С детьми проведена большая работа, а вы хотите, чтобы их посадили?

Факт травли и избиения признают, но конкретных действий в отношении «замечательной» школьной администрации предпринимать не хотят.

Извиняюсь за грубую аналогию, но это всё равно что у родителей изнасилованной дочери спрашивать: ну как ваша дочь? На данный момент её больше никто не насилует? С насильниками провели профилактическую работу, теперь всё хорошо?

Голос школы

А вот как звучат вопросы от директора 220 школы Шмаковой А.Д. 11.07.25, через четыре месяца после происшествия:

«ПОВТОРЮ СВОЙ ВОПРОС ЕЩЁ РАЗ, ВАМ — РОДИТЕЛЯМ! У ВАС ЕСТЬ РЕБЁНОК, КОТОРЫЙ В ДАННОЙ СИТУАЦИИ, ПО ВАШЕМУ МНЕ-НИ-Ю И ВАШЕМУ ВИ-ДЕНЬ-Ю, ПОСТРАДАЛ, КОГДА БЫЛ СЛОМАН ПАЛЕЦ… ТАК ВОТ, ХОЧЕТСЯ ПОНЯТЬ, СЕЙЧАС, В ИЮЛЕ МЕСЯЦЕ, ПОВТОРЮСЬ, ЧТО-ТО ПРОИСХОДИТ? КТО-ТО УГРОЖАЕТ? ПРОДОЛЖАЕТ ОБИЖАТЬ ЕГО?»

Считаю это откровенным издевательством.

Педагог 220 школы Матрашов А.А., 11.07.25:

«НУ ДА, СЛОЖНО АГИТИРОВАТЬ, ЧТО-ТО ПРЕДЛАГАТЬ РЕБЁНКУ, СИТУАЦИЮ УСПЕХА! С ТАКИМ ПОСЫЛОМ, С ПОЛНЫМ НЕДОВЕРИЕМ К ШКОЛЕ, И ДО СИХ ПОР НЕПОНЯТНО ЛИЧНО ДЛЯ МЕНЯ — НЕ ЗНАЮ, КАК У КОЛЛЕГ, — ЧТО СЛУЧИЛОСЬ 8–9 ИЮЛЯ, ЧТО ПОБУДИЛО НАШУ ВСТРЕЧУ И ТАКИЕ ВЫСКАЗЫВАНИЯ?»

Отвечаю: мы с февраля ждали ответы из полиции и СК на наши обращения и заявления. Ничего не дождавшись, обратились в СМИ — что вызвало у школы большое раздражение и возмущение. У школы были все ответы об отказе в возбуждении дела, а у нас нет. И понятно почему. Почему не были уведомлены мы — отдельная тема.

Что касается инициатив Матрашова А.А., которые он якобы хотел предложить нашему сыну: с февраля до конца учебного года было три месяца. Если у педагога было желание поддержать или помочь, он мог сделать это много раз. Заявлять об этом в июле — «педагогично», да.

Что было на самом деле

В нашем случае это не разовое избиение и не «потасовка двух учащихся», как настаивает школа, а систематические групповые издевательства — истязания — в течение продолжительного времени. О них мы сообщали не раз, устно и письменно.

С учётом всех обстоятельств и опасности деяния, при объективном подходе к расследованию это как минимум должно было закончиться постановкой на учёт в ПДН всех троих малолеток и выговорами отдельным педагогам за бездействие, подлог и клевету в отношении нашего сына и нашей семьи.

Воспитание? Право? Защита? Законы? Конституция?

— Ага…

Откуда записи

Наверное, для начала поясню, откуда взялись аудио- и видеозаписи с процессом издевательств над нашим сыном. Мы сами просили сына в первую очередь попытаться помочь себе самому — хотя бы на переменах включать телефон на запись и носить его в кармане. За два года школа явно дала понять, что помогать нам не собирается, а с сыном в любой момент может произойти беда.

Результаты не заставили себя ждать — как и само происшествие.

Из содержания этих материалов педагоги, полицейские и следователи услышали только оскорбления. Фактов группового глумления и нанесения побоев не признают.

Во всех материалах проверок как случившийся факт признан только один инцидент — драка 24.02.25, спровоцированная, якобы, нашим сыном и только с одним из молодых людей. Факты наших ранних обращений о травле отрицаются всеми органами.

Здравомыслящий, неравнодушный человек согласится: в записях творят ужасное и недопустимое.

«И ЕСЛИ БЫ В НАШИХ ДЕЙСТВИЯХ НУ ХОТЬ ЧТО-ТО БЫЛО НЕПРАВИЛЬНО, У НАС БЫЛО БЫ ДАВНО КУЧА ПРЕДПИСАНИЙ, НАКАЗАНИЙ И Т.Д. И Т.Д.»

— Директор 220 школы Шмакова А.Д., 11.07.25

Доказательства

1) Имеются аудио- и видеозаписи, снятые на телефон нашего сына, с процессами издевательств над ним 24.02.25, где его избивают группой (трое) подростков, унижая и оскорбляя, оказывая друг другу физическую помощь и моральную поддержку.

Три ролика:

Начало конфликта в коридоре школы, 24.02.25.

Продолжение конфликта на лестничной площадке.

Один из процессов травли 20.02.25, за четыре дня до избиения, во время перемены — процесс издевательств застаёт педагог.

Текстовые расшифровки роликов будут размещены в комментариях.

Даже сломанный палец нашего сына через полгода аннулировали. Только драку никуда не деть — процесс всё-таки попал на камеру.

Про участника избиения (Ч) заявляли, что он даже с дивана не вставал и сразу после перепалки в коридоре прошёл в кабинет географии на занятия. Но наличие аудио- и видеозаписей с телефона нашего сына доказывает, что он тоже один из участников избиения на лестничной площадке.

Действия участника избиения (Л) комиссией расцениваются вовсе не как участие в избиении, а как попытки остановить двух дерущихся подростков. Вот герой-молодец, а?!Тогда получается несоответствие в действиях комиссии. Ведь на внутришкольный учёт (ВШУ) внесён только один из трёх участников избиения — и это именно (Л). Получается, за проявление гражданской позиции, за намерение разнять дерущихся?

Как ответила директор школы, у учащегося (Л) накопился свой определенный бэкграунд( Background - наверное русское слово, раз не запретили!) из нарушений дисциплины не связанных с вашим случаем, а у остальных двоих нет. Вот и всё объяснение!

На самом деле, этот (Л) оказался самым хитрым и изворотливым. Скажем так, самым приспособленным к жизни. Хоть сейчас его выпускай из школы:)

На всех записях предлагая «ПОМОЩЬ» своему другу (В) в избиении, громко «ВПИСЫВАЕТСЯ» в процесс, громче всех веслелится, глумится, раздаёт советы как надо бить правильно и куда именно, получая при этом удовольствие от причения побоев и унижений!

Уверенным в безнаказанности и при поддержке со строны школы, в материалах проверки СК, этот молодой человек (Л) заявил, что в публичном чате жителей «Европейского Берега» я выложил его фото, а также его друзей и всех соседей призывал к расправе над ними, но кто-то удалил мои сообщения.

Допросив многих, следователь почему-то не счёл нужным вызвать администратора чата для установления факта совершенного мной преступления!

2) Имеется наша переписка с классным руководителем нашего сына о неоднократных случаях нашего обращения с проблемой травли со стороны учащихся 8К класса.

3) В переписках педагог признает факты буллинга, а также, что подростки являются частыми нарушителями дисциплины и сообщает, что они недавно только были сняты с ВШУ.

4) В переписке педагог заявляет, что администрация школы ПОДДЕРЖИВАЕТ наше решение об обращении в правоохранительные органы, так как проблемная троица подростков неуправляемая и на них не действуют никакие воспитательные меры со стороны школы!

5) Наконец есть третья запись сделанная за несколько дней до случившегося проишествия, а именно 20.02.25. где издевательства застаёт учитель и наш сын называет педагогу фамилии напавших на него подростков. Учитель выслушав, проигнорировал сообщение о правонарушении, не проинформировал об увиденном отдел профилактики или соцпедагогов и тем самым не упредил более тяжкое преступление. А ведь мог!

Естественно этот факт не рассматривается комиссией на совете профилактики и не отражается в Акте проверки несчастного случая. Зачем? Об этом все молчат!

Во время встречи 11.07.25., после того как я озвучил впервые фамилию педагога, который стал свидетелем процесса травли, директор школы Шмакова А.Д. быстренько сообразив заявила, что этот педагог проинформировал её сразу же написав докладную записку об увиденном. Тем хуже для руководителя! В таком случае, директор школы получив докладную от педагога, не сообщила о данном факте комиссии по профилактике для принятия решения! (имеется запись)

6) Имеется письменное сообщение от детей младших классов об избиении нашего сына в коридоре школы несколькими подростками во время перемены ещё в декабре 2024 г. Даже маленьких третьеклассниц возмутило происходящее, и они, как смогли, написали об увиденном на клочке бумаги. Только взрослые занимаются сокрытием фактов преступления! Администрацией школы сигнал от детей проигнорирован, и этот факт не учтён и не отражён ни в Акте проверки несчастного случая, ни на совете по профилактике 20.03.25.

7) С первых минут встречи, которую мы с трудом добились через полицию спустя двое суток после избиения — 26.02.25, — социальными педагогами Куменко Ю.В. и Тыдыковой И.С. нам было заявлено, что имеется видеозапись с СВН школы с фиксацией момента, где наш сын провоцирует конфликтную ситуацию, проходя несколько раз мимо сидящих на диване подростков, а затем первым наносит несколько ударов в область груди (В) — одного из подростков, подошедших к нашему сыну, чтобы поговорить.

Сообщили, что нашему сыну были предъявлены доказательства путём демонстрации данной видеозаписи и показаний учеников 8К класса (В, Л, Ч) и одного единственного свидетеля (Р), который сам ранее фигурировал в одном из наших обращений. С чем наш сын согласился и признал себя зачинщиком драки.

Вместо того чтобы связаться с нами, соцпедагоги на следующий день усиленно занимались «обработкой» нашего сына, получая так необходимую им подпись. Про остальных ребят, сидевших на диване и лицезревших избиение, соцпедагоги, проводившие проверку, сообщили, что дети сидели отвернувшись и ничего не видели.

Соцпедагоги Куменко Ю.В. и Тыдыкова И.С. не смогли нам в школьном видеоролике показать ни моментов провоцирования нашим сыном конфликта, ни самого момента нанесения нашим сыном первых ударов по (В) — ввиду отсутствия таких моментов.

Запись нам была предоставлена ужасного качества, из личного телефона соцпедагога Куменко Ю.В. Так как саму запись выдавать нам отказались, мы просили и пересматривали запись два раза, о чём сама Куменко Ю.В. позже пожаловалась в своих показаниях следователю СК. Надо же хоть какого-то негатива о нас наскрести.

8) Во время первой встречи с нами соцпедагог Куменко Ю.В. называла нашего сына «ваш мальчик», даже не зная, как его зовут. Но в дальнейшем она совершенно спокойно везде характеризует нашего сына отрицательно, как частого посетителя её кабинета. Во время последующих встреч она уже чётко знала, как его зовут. Запомнила наконец имя хулигана.

9) После того как нами были продемонстрированы Куменко Ю.В. и Тыдыковой И.С. аудио- и видеозаписи из телефона нашего сына с процессом издевательств и самого группового избиения на лестничной площадке — в корне противоречащие показаниям участников конфликта, их свидетеля и самих соцпедагогов, — удивлённые наличием других записей Куменко Ю.В. и Тыдыкова И.С. растерянно заявили, что дети ввели их (педагогов) в заблуждение. Заявили, что сидели тут у нас и врали, глядя нам в глаза.

Имеются записи разговоров с соцпедагогами Куменко Ю.В. и Тыдыковой И.С. на встрече с нами, где они признаются, что подростки являются проблемными детьми и частыми посетителями их кабинета из-за нарушений дисциплины.

После просмотра педагогами наших аудио- и видеозаписей первоначальный материал школьной проверки был аккуратненько скорректирован — с добавлением потасовки на лестничной площадке, так как первоначальный вариант проверки у педагогов ограничивался конфликтом только на третьем этаже. Но общий смысл с обвинениями в адрес нашего сына был непременно сохранён.

10) Соцпедагоги Куменко Ю.В. и Тыдыкова И.С. заявили, что они работают с 2024 года и не могли знать о наших ранних обращениях. Я им возразил: они как соцпедагоги должны были начать свою работу с изучения архива, который в новой школе ещё не так богат, и взять на карандаш проблемных детей.

На встрече 11.07.25 директор школы Шмакова А.Д. попыталась оправдать своих соцпедагогов, заявив нам об утерянном (удалённом) архиве школы руками уволенных соцпедагогов, и якобы по этой причине новые педагоги не могли знать о случаях наших обращений. Объявила, что администрация школы работает с проблемой только по факту случившегося, и так как наши обращения не сохранились, сожалеет об этом.

И это официальное заявление руководителя.

11) Всё те же Куменко Ю.В. и Тыдыкова И.С. на совет по профилактике 20.03.25 нас не допустили, заранее несколько раз уведомляя нас, что мы — пострадавшая сторона и наше присутствие там не рекомендовано. Объясняли, что на совете по профилактике присутствуют только нарушители дисциплины, а мы являемся пострадавшими. Наши просьбы были отклонены (имеется запись). Позднее инспектор ПДН Граненко А.Г. и Кожевникова О.И. упрекнули нас в том, что мы даже не посчитали нужным появиться на совете по профилактике 20.03.25, где проходило разбирательство и о котором они нас неоднократно предупреждали! Инспекторам было доложено на совете, что мы отказались принимать участие. Видимо, тут с администрацией школы не договорились о совместном сценарии: инспекторы ПДН упрекали нас в отсутствии, а администрация школы так настойчиво отказывала в присутствии.

Позднее, в своих показаниях следователю СК, один из участников травли — всё тот же (Л) — сначала восхваляет школьную администрацию за проведённую профилактическую работу над ними и сообщает, что 220 школа дорожит своей репутацией. Затем упрекает нас в том, что мы — родители — и наш сын не были ни на одном собрании, проводимом школой по причине произошедшего, и он нас ни разу не видел. Отметил, что присутствие на данных мероприятиях для всех было обязательным. Интересно, этот парень сам автор своих показаний?

Директор школы упрекает нас в отсутствии контакта со школьной администрацией и сложившихся сложных взаимоотношениях между нами. Об отсутствии какого именно контакта имеет в виду педагог, интересно? Нас сложно упрекнуть в этом, если я, конечно, правильно понял вложенный ею смысл этого слова.

На обвинения нас в том, что мы не идём на контакт со школой, ответственно заявляю: три встречи, кроме последней, четвёртой — 11.07.25, — состоялись по нашему требованию. Очевидно, под нормальными взаимоотношениями со школой администрация понимает безоговорочное признание и согласие со всеми их решениями и выводами.

Только 11.07.25, после публикации в «Комсомольской правде», с нами единственный раз соизволили встретиться официально, под руководством директора школы. Позвонившая нам Куменко Ю.В. уведомила нас о подаче заявления на нас за морально-психологическое давление на детей и их родителей через СМИ и о необходимости срочной встречи из-за возникших чрезвычайных обстоятельств. Также с укором оповестила о том, что все наши обращения в правоохранительные органы с обвинениями в адрес школы закрыты, и не собираемся ли мы наконец успокоиться и начать разговор, для чего нам сегодня предоставляется такая возможность.

12) Если наш сын такой проблемный, как считает администрация школы, то почему нет фактов обращения к нам — родителям — с вопросами к поведению нашего сына за всё время учёбы? У нашего сына хорошая успеваемость и поведение, и к нам не было никаких вопросов. Но школьная администрация характеризует его отрицательно, заявляя о неудовлетворительном поведении, как провоцирующим конфликтные ситуации с одноклассниками, и отдельно подчёркивает — со старшеклассниками.

«И ДРУГАЯ СТОРОНА, МЫ С НИМИ ТОЖЕ СЕГОДНЯ РАЗГОВАРИВАЛИ, АБСОЛЮТНО ТОЧНО УВЕРЕНА В ТОМ, ЧТО (В) — ДА, ФАМИЛИЯ? — ЧТО НИКАКОГО ОБЩЕНИЯ НЕ ПРОИСХОДИТ, КОТОРОЕ УГРОЖАЛО БЫ ЖИЗНИ, ЗДОРОВЬЮ, ПСИХОЛОГИЧЕСКОМУ В ТОМ ЧИСЛЕ ВАШЕГО РЕБЁНКА! НО ПОСКОЛЬКУ ВЫ ОПЯТЬ ОБ ЭТОМ ПИШЕТЕ В ИЮЛЕ СНОВА, МНЕ ХОТЕЛОСЬ БЫ ТОГДА ПОНЯТЬ: ЧТО-ТО ПРОИСХОДИТ СНОВА?»

— Директор 220 школы Шмакова А.Д., 11.07.25

На мой вопрос, почему Шмакова А.Д. озвучила фамилию только одного участника избиения (В) и не называет фамилии остальных — (Л) и (Ч), — она ответила, что сожалеет уже, что назвала даже одну фамилию, ведь для неё в первую очередь все дети равны, и она стоит на страже интересов всех своих детей, и даже оступившихся.

Правильнее, наверное, не «все дети равны», а «всё равно на детей», и школа стоит на страже не столько интересов оступившейся троицы, сколько администрации. Просто на тот момент школе было по пути с правонарушителями.

Выгораживая нарушителей и обвиняя во всём нашего сына, администрация отрицает существование в школе процессов травли.

На мою просьбу прокомментировать происходящее в аудио- и видеозаписях из телефона нашего сына директор школы Шмакова А.Д. объявила, что руководствуется только записями с камер видеонаблюдения школы, а не роликами неизвестного происхождения, которые сняты «из кармана» и решили предоставить им мы. Подчеркнула, что закон и регламент ей запрещает это делать.

Было сказано, что согласно новому регламенту они не могут пригласить всех участников конфликта вместе с родителями в школу и усадить за один стол для совместного разрешения конфликта, как это делали раньше, так как закон это запрещает. Сообщила, что нас пригласили именно тогда, когда посчитала нужным это школьная администрация, для ознакомления и подписания акта в том числе, в остальном нам не обязаны сообщать подробности, тем более вводить нас в курс проводимой проверки, ссылаясь на защиту персональных данных.

13) Администрация школы упрекнула нас в том, что мы отказались от встречи, предложенной нам родителями подростков, избивших нашего сына.

Отвечаю: происшествие произошло в стенах учебного заведения, и разрешиться оно должно было на совете по профилактике цивилизованным путём, в школе, при поддержке и с участием педагогов, куда нас не допустили. На то он и называется СОВЕТ по ПРОФИЛАКТИКЕ, не так ли?

Школа предлагала передать наши номера телефонов родителям правонарушителей, чтобы мы встретились за пределами школы и разбирались самостоятельно. Что могло закончиться неизвестно чем.

Никакой психологической помощи ребёнку не было и нет. От себя добавлю: и не надо.

На данный момент наш сын продолжает учиться в 220 школе. Это его осознанное, самостоятельно принятое решение, несмотря на обстоятельства, и мы его уважаем.

Уголовное дело

22.10.25 отделом СК РФ по Октябрьскому району г. Новосибирска было возбуждено уголовное дело — после того как я направил видеоматериалы в приёмную главы СК РФ Бастрыкина А.И. с вопросом: считают ли они происходящее издевательство и глумление над человеком в предоставленных мной материалах потасовкой один на один?

Уголовное дело возбуждено в отношении неустановленных должностных лиц 220 школы.

Кто эти неустановленные лица, интересно? Конкретные фамилии в деле писать не хотят. Очевидно, чтобы в скором времени дело закрыть.

Повторюсь: все представители власти — будь то департамент образования, МВД, СК РФ, прокуратура — поддерживают и считают законными действия школьной администрации. И, как заявляет сама директор 220 школы, к ним не возникло никаких вопросов ни от одного из органов.

Можно водить китайские, африканские, арабские делегации по единственной такой в городе школе, и депутатов разных, за руку здороваться с губернатором, фотографироваться с чемпионами. Но есть и обратная сторона школьной медали, о которой люди точно знают. Молчат, так как разбивание школьных «плюсиков» дорого может обернуться.

Что происходит сейчас

Наш сын продолжает учиться в школе № 220. Это его осознанное решение, и мы его уважаем.

Уголовное дело, возбуждённое 22.10.2025, было отменено прокурором 23.10.2025. Затем 18.12.2025 вынесено постановление об отказе. Мы не были уведомлены ни об одном из решений.

После моей жалобы в приёмную главы СК РФ Бастрыкина А.В. в очередной раз, 10.09.2026 дело перевозбудили.

11.09.2026 прокурор снова отменил постановление. Вот такая круговерть! Уведомлений снова не было. О существовании этих решений я узнал только 09.10.2026 в судебном заседании.

Суд отказал в удовлетворении моей жалобы на бездействие следователя и прокурора. Я подаю апелляцию.

Вместо послесловия

Я не ищу мести. Я ищу справедливости. Мой сын имеет право на безопасную среду в школе. Каждый ребёнок имеет это право.

Если вы сталкивались с подобным — напишите в комментариях.

«СДЕЛАЛИ БЫ МЫ ЧТО-ТО НЕ ТАК, УЖ С ФЕВРАЛЯ МЕСЯЦА НАКАЗАЛИ БЫ КОГО МОЖНО БЫЛО БЫ!»

— Директор 220 школы Шмакова А.Д., 11.07.25

«В ВОСПИТАНИИ ВСЁ ДЕЛО В ТОМ, КТО ВОСПИТАТЕЛЬ!»

— Дмитрий Иванович Писарев