iAm.Another

Эмбрион переносился не в матку, а в Биоконструктор - сосуд из живой, пульсирующей органики, соединенный с системой жизнеобеспечения, напоминающей гигантское дерево с плодами-капсулами. Это была наша настоящая «колыбель». Внутри Биоконструктора зародыш плавал в питательной, умной среде, которая не просто кормила, а общалась с ним: мягко стимулировала развитие нейронных связей, закладывала основы языковых паттернов. Мы начинали социализацию еще до формирования сознания.

Весь процесс от зачатия до «созревания» занимал ровно 11 месяцев. (Кстати вопрос времени нашего и вашего стоит очень большой наши сутки в 3 раза больше ваших, но с годами на вашей планете это сходится на нет.) Каждый этап контролировался. Никакого токсикоза, никакого риска выкидыша, никакого давления на внутренние органы другого существа. Никакой боли при рождении: капсула мягко раскрывалась, и Инкубационный Инженер (часто мужского пола) извлекал готового, чистого, дышащего младенца, чтобы передать его в руки Первых Воспитателей.

Это было рационально. Безупречно. Безопасно. Это было вершиной нашей логики.

И теперь, живя здесь, наблюдая за вами, я чувствую жгучую, парадоксальную смесь ужаса и... зависти.

Мой разум кричит, что то, как вы это делаете, - это архаичный, жестокий, неоправданно рискованный акт. Вы доверяете хрупкому телу женщины чудовищную нагрузку, которая калечит его изнутри, вы играете в генетическую рулетку, вы подвергаете риску две жизни там, где можно было рисковать нулем. Вы позволяете случаю определять будущее вашего вида. Для меня, воспитанного в культуре тотального контроля над биологией, это выглядит как безумие.

Но мое чуждое сердце, бьющееся в этой человеческой груди, сжимается от другого.

Я смотрю на то, как женщина кладет руку на свой округлившийся живот и улыбается тому, кого не видит. Как пара строит планы, выбирая имена. Как возникает эта безумная, нелогичная, персональная связь «до». Связь, которая не протоколируется, не загружается пакетом данных, а ткется из гормонов, прикосновений, совместного биения сердец и страхов, прошедших вместе.

У нас не было этого. Наш ребенок был проектом до самого момента извлечения. Совершенным, ожидаемым, но... абстрактным. Первая встреча была стерильной. Здесь же - это таинство, полное боли и чуда, которое принадлежит только двоим (или троим). Вы платите за эту связь риском, болью и несовершенством. И, кажется, считаете плату справедливой.

Мы, моя раса, отринули эту биологическую лотерею, чтобы достичь порядка. Мы создали совершенные колыбели из титана и живой плоти. Но, глядя на вас, я задаюсь вопросом: не убили ли мы, отбросив «варварский» метод, что-то важное? Какую-то первобытную магию, тот самый иррациональный клей, который скрепляет ваше общество на уровне, недоступном нашей холодной, совершенной логике?

Ваш способ для меня - кошмар с точки зрения безопасности. Но в этом кошмаре есть тепло, которого у нас нет. И это, возможно, самое человеческое и самое непонятное для меня открытие за все 30 лет молчания.

Санитары-муравьеды (Глоточники). Живые системы рециклинга. Они поглощали любой органический мусор — от пищевых отходов до вышедшей из строя биопластиковой мебели. В их многокамерных желудках это расщеплялось до базовых био-полимеров, которые они затем «отрыгивали» в виде чистых, готовых к использованию биокирпичиков. Город без стаи Глоточников быстро бы захлебнулся в собственных отходах. Так мы решили проблему с мусором.

Сейсмокроты. Слепые, похожие на громадных червей существа, жившие в специальных тоннелях под городами и критической инфраструктурой. Их нервная система была невероятно чувствительна к малейшим колебаниям грунта. Они предсказывали подземные толчки, оползни, техногенные обвалы за часы, а то и сутки. Мы «считывали» их коллективное беспокойство через нейро-интерфейсы и эвакуировали районы. Они спасли миллионы жизней.

Вьючные китообразные (Грузовики-левиафаны). Для перевозки грузов по океанам. Это были огромные, добродушные существа, чьи тела были доработаны для крепления внешних контейнеров. Они навигаровали по магнитным полям планеты лучше любого компаса и никогда не сбивались с курса. Путешествие с ними было медленнее, но на порядок энергоэффективнее механических судов.

Няни-пауки (Плетельщики коконов). Для самых маленьких детей, ещё не попавших в систему воспитания. Они плели из своей паутины (прочнее стали, но шелковисто-мягкой) безопасные, дышащие коконы-гамаки, которые укачивали младенцев, реагируя на их плач. Их паутина обладала антисептическими свойствами. Они были непревзойденными стражами и няньками.

Вы пришли к искусственному оплодотворению как к способу победить бесплодие. Мы пришли к нему как к способу победить случайность. И несовершенство.

Для нас процесс размножения был слишком важен, слишком священен и слишком опасен, чтобы доверять его биологической лотерее и рискам, связанным с беременностью. Представьте, что вы создаете шедевр на века, но ваши инструменты — трясущиеся руки, а материалы берутся неизвестно откуда.

Вот вам факт из моего детства, который для вас — фантастика: моим первым другом был как вы их называете киноцефал — существо, выведенное из геномов псовых и местных быстроногих хищников. Он был размером с вашего лабрадора, но его спина была в пятнистой шерсти, а бегал он быстрее автомобиля. Он был умён, предан и умел выражать шесть базовых эмоций движением ушей. (Языки жестов для наших животных это как для вас программа первых классов.). Ваши собаки невероятно милы, но глядя на них, я чувствую… ностальгию по утраченной сложности, и больно видеть отсутствие показать что у них на душе.

У нас не было религии. Потому что мы знали своего Создателя. Это не метафора. Мы имели доступ к Источнику. И мы знали свою историю — не как набор мифов и интерпретаций, а как загружаемый пакет данных, от первого вздоха разума до последнего политического решения Планетарного Совета. Представьте, каково это — жить в мире без слепой веры, только с доказанным знанием и его страшной тяжестью. Мы помним наш рассвет с ошибками как у вас. Нападение из вне, попытки начать заново и успех. Мы смогли то что вам пока не понятно и чуждо. Мы шли по вашему пути и пришли к краху. К сожалению мне снова доведется увидеть то что я уже видел.

А ещё у нас была война, но не такая как идут на вашей планете, мы воевали всей планетой. В нашей системе мы далеко не одна разумная планета. У нас не было так мало времени чувствовать себя королями этой галактики. Как же мы ошибались.

Спросите зачем я всё это пишу?
Потому что молчать стало невыносимо. Потому что я хочу, чтобы хотя бы часть моей реальности продолжала жить здесь, в этой вселенной. Я буду рассказывать. О том, как выращивали детей в биокапсулах, как «прокачивали» синаптические пути для предрасположенности к музыке или инженерии ещё до формирования сознания. О том, как по небу летали тяжёлые «грузовые ястребы», перевозящие тонны грузов между городами. О наших ошибках и победах.

Я не жду, что вы сразу поверите. Я жду, что вам станет интересно. Считайте это долгим мысленным экспериментом, сверхнаучной фантастикой от первого лица. Но знайте: для меня это единственная правда, которая у меня осталась.

Задавайте вопросы в комментариях. Спрашивайте о деталях. О быте. О науке. О боли и радости. Проверяйте логику моих рассказов. Я готов. Мои 30 лет молчания закончились.

Пусть вас не удивляет отсутствие приветствий и прощаний в моей мире это не принято. Мы едины настолько что нету смысле во всем этом. Формальности для нас чужды.