...И ежели я ночью
отыскивал звезду на потолке,
она, согласно правилам сгоранья,
сбегала на подушку по щеке
быстрей, чем я загадывал желанье.
И.Бродский
На обочине шоссе, по которому мы ехали, нас ждала серебристая Волга. Моих братьев там не было, это я разглядел ещё загодя. Впрочем, приветствие мы отложили на потом и, приостановившись и заявив о нашем присутствии, тут же двинули за пришедшей в движение машиной, указывающей путь по городским закоулкам, в которые мы угодили, едва съехав с трассы.
Пятый этаж, длинный коридор, дверь в самом конце. Это я помню с детства, когда был здесь в гостях. Мы ездили сюда лишь раз — дорога нам давалась не легко. Чаще мои братья приезжали к нам. Я помню, как трудно было заснуть, зная, что на следующий день должны приехать они... ну и их родители, конечно. Как трудно было переждать те сорок минут, когда телефонный звонок уже известил нас о том, что они въехали в город, но ещё мучительно помалкивал звонок дверной.
Следующую неделю, а если совсем повезет, то и целых две мы весело проводили время, как умеют только братья или настоящие друзья, и постоянная скука, к которой привыкаешь, когда растёшь единственным ребенком в семье из одних женщин, становится каким-то мифом, в который уже трудно поверить. Я не могу измерить счастье, которое доставлял мне приезд братьев. Войнушки с пластмассовым оружием, прятки в условиях 3-х комнатной квартиры, прогулки до вертолётной площадки, служившей местной достопримечательностью, и необычнайная гордость за то, что тебе выпадает шанс показать её таким дорогим гостям. Когда приезжали мои братья, мне становились не нужны даже самые дорогие игрушки, какие только можно было достать на Земле. Я был и так безгранично счастлив.
Холодная синяя дверь, в которой прощёлкивает ключ. Я на секунду даже поверил в то, что сегодня увидеть их мне не суждено, и вся эта поездка закончится полным фиаско. Но я ошибался. Ошибался по всем фронтам.
У меня была секунда сообразить, уместно ли будет обняться, но мы пожали друг другу руки, и я не осмелился проявить инициативу. Что-то пошло не так. Не было улыбок на лице, не было и тени того счастья, на которое я так наивно уповал. Мои братья повзрослели.
Меня усадили за скромный столик. Он меня тогда вообще не волновал, но я успел приметить его скундное убранство. Всё здесь отталкивало. Старый сервиз, неаккуратно нарезанный хлеб, непонятная жижа в тарелке на середине стола. Я не помню, что я ел. Кажется, где-то резали пирог и колбасу. А я намертво залип в скатерть. Даже такому оптимисту, как я, надеяться было не на что. Взрослые беседовали. Мы с младшим - моим ровестником, гипнотизировали тарелки. Аппетита не было.
=============================================================
Машина медленно кралась по опустевшим вечерним улочкам уютного и чистого "одноэтажного" пригорода. 77 дом показался по правому борту. Из небольшой калитки навстречу нам выходили люди. Замыкал шествие парнишка, которого я узнал не сразу и, протянув руку, учтиво представился. Он улыбнулся и молча пожал протянутую руку, а я, даже не осознавая этого, заулыбался в ответ. Вот чего мне не хватало - простой искренней улыбки, которую я не встретил за холодной сталью дверей моих братьев. Там были шутки и смех, но не было той дружеской улыбки, которая была так необходима.
Я отчётливо помню неловкость. Куда присесть, куда деть руки, куда смотреть - смотреть на братьев я почему-то не мог, как, впрочем, и они на меня. Мы так ни разу и не обменялись взглядами. Кажется, мы стали друг другу совсем чужими.
Сейчас даже тень той неловкости потерпела сокрушительное поражение от такого радушного приёма и обезоруживающей доверительной улыбки.
Дом был большой. Мы с Ильёй уселись на кресла в просторном зале, а взрослые удалились на кухню. Дабы занять руки, мне были предложены на выбор шахматы и карты, но вспомнив, какой из меня чудный шахматист, я, конечно, выбрал последнее.
Старая кошка улеглась около дивана и постоянно норовила укусить, когда я пытался её погладить. Фоном работал телевизор, транслируя последние новости, которые, впрочем, никто не слушал. Мы говорили обо всём. О школе, институте, истории, о войне на Украине, об экономистах и учителях, об играх и приставках. Отведенный нам час пролетел слишком быстро.
Он уехал домой, и на этом закончилось моё приключение. Формально была ещё целая ночь, утреннее прощание со взрослыми и долгая дорога домой, но по факту точка уже была поставлена.
Когда мы с ним прощались, я остался верен своей привычке превращать ответственные и тёплые моменты в неловкости. Я твёрдо решил, что этого брата я точно не упущу и обязательно крепко обниму на прощание, как будто это определяло что-то необычайно важное. Тем вечером я ещё не знал, что встретиться в этом году нам больше не суждено.
— До завтра! — наивно улыбаясь, сказал я, махая рукой отъезжавшей от дома машине.
Мои братья повзрослели. Ничего не осталось от тех вечновеселых ребятишек, которых я последний раз видел почти 10 лет назад, с которыми мы играли в прятки и войнушку в тесной квартире, с которыми строили шалаши из стульев и забавлялись, вытворяя всякие штуки, за которые потом получали от родителей, объединившихся в своём негодовании. От них не осталось ничего, кроме воспоминаний.
Старшего уже второй раз лишают прав за вождение в нетрезвом виде, он часто меняет работу и много пьёт. По крайней мере, так мне сказали. А младший работает на заводе — собирает вагоны и много курит. Наверное, изменился и я. Но я точно знаю, что во мне намного больше того ребячества и детской непосредственности, чем удалось сохранить им. Хорошо это или плохо, сейчас сказать сложно. Это обретет ясность, только пройдя через призму времени.
С моими братьями я познакомился заново. И это было похоже на знакомство с людьми, в повторной встрече с которыми я не уверен. Только Илья выбивается из этой характеристики в порядке исключения. С ним я непременно увижусь ещё. В это я твёрдо верю, а в моменты сомнения вспоминаю ту искреннюю и тёплую улыбку. Где-то там за сотни километров у меня есть настоящий Брат.
Сpедь оплывших свечей и вечеpних молитв,
Сpедь военных тpофеев и миpных костpов
Жили книжные дети, не знавшие битв,
Изнывая от мелких своих катастpоф.
В.Высоцкий
Спасибо, что уделили время моему маленькому рассказу и одновременно первому подобному опыту. Рассчитываю на обоснованную критику.
