(Мой рассказ по мотивам страшилки, рассказанной 16-летним братом,в коррекции рассказа помогал папа)
Это был обычный серый вторник в отделении почтовой связи №48 на улице Советской. Запах сургуча, свежей типографской краски и пыльных шуфлядок с корреспонденцией привычно наполнял зал. Елена Петровна, почтальон с двадцатилетним стажем, монотонно штамповала конверты, пока ее внимание не привлек странный объект.
Конверт выглядел стрёмно. Он не был бумажным. Материал напоминал нечто среднее между чешуей глубоководной рыбы и желатиновой капсулой АЕвита, только синей. На месте обратного адреса значилось лишь одно слово, выведенное каллиграфическим почерком: «Нептун».
Посылка из бездны
Елена Петровна поправила очки. В графе получателя стоял точный адрес отделения: 246048, г. Гомель, ул. Советская, 8.
— Девчонки, гляньте, — позвала она коллег. — Опять розыгрыши? Или из драмтеатра реквизит прислали?
Внутри конверта что-то перекатывалось. Когда конверт вскрыли (правила есть правила, нужно проверить целостность вложения), на стол выпал прозрачный листок, похожий на тончайшую слюду, и крошечная капсула, внутри которой пульсировало нечто неоново-зеленое.
На листке проступил текст. Читать его было физически больно — буквы словно шевелились:
«Внимание. Данный объект является даром и предупреждением. В капсуле заключен катализатор клеточного распада. Каждый, кто коснется вещества, столкнется с моносомией 5-й хромосомы. Ваша ДНК будет упрощена. Ваша реальность станет тишиной».
Генетический приговор
Молодая оператор Алина, которая к счастью,или в этот момент,к ужасу, знакома с биологией, побледнела.
— Моносомия по пятой хромосоме... — прошептала она. — Это же синдром «кошачьего крика». Делеция, утрата генетического материала. Но чтобы вызвать это у взрослого человека через касание? Это биологически невозможно!
— На Нептуне, видимо, о наших «невозможно» не знают, — хмуро ответила Елена Петровна, глядя, как капсула начала медленно подтаивать, выпуская едва заметный пар.
В отделении повисла зловещая тишина. Старый кассовый аппарат вдруг выдал длинную ленту пустых чеков. Посетители в очереди начали оглядываться: воздух в помещении стал плотным и холодным, как в ледяной глуби газового гиганта.
Выбор 48-го отделения
Ситуация в Гомеле принимала межпланетный масштаб. Инструкция для почтовых работников на случай получения инопланетной биологической угрозы, к сожалению, отсутствовала в методичках Белпочты.
Карантин: Двери заблокировали шваброй (символично, но надежно).
Анализ: Капсула продолжала светиться, а по стенам отделения поползли странные тени, напоминающие гигантские кольца планеты.
Решение: Елена Петровна, проявив истинную закалку, накрыла капсулу тяжелой железной печатью.
— Слышь, Нептун, — громко сказала она в пустоту зала. — У нас перерыв на обед через пять минут. И никакой хромосомный распад не отменит годовой отчет.
В ту же секунду капсула вспыхнула и испарилась, оставив на столе лишь легкую слизь. На конверте проступила новая надпись: «Тест на стрессоустойчивость пройден. Доставка подтверждена».
Вечером, закрывая ОПС №48, сотрудники еще долго проверяли, не начали ли они мявкать вместо того, чтобы говорить, но ДНК держалась крепко. Гомель спал спокойно. Только в небе над Советской улицей звезда в созвездии Водолея мигнула чуть ярче обычного — как будто кто-то там, за миллиарды километров, поставил штамп «Получено».