OlgaValerievna

Я смотрела в окно своего кабинета, как сильный октябрьский ветер со снегом превращает в хрустальные инсталляции деревья, дороги и машины.
Кликнула почта. Я обернулась, и с грустью посмотрела на ноутбук. Ранним пасмурным утром организму очень резко не хватало эндорфинов. Глоток кофе вернул к работе, открыла почту. Верхнее - с неизвестного адреса, спам?

«...Я знаю, что я тебе нравлюсь. Я видел твой взгляд, когда вёл презентацию. Я думаю, что я вообще тогда вёл её только для тебя. Ты откровенно изучала меня, и я думаю что знаю, о чем ты тогда думала.»

Что?!? Да ни о чем я не...
Ч-черт! Да, точно, думала.
Щеки уже горели от того, что меня застукали на месте.

«...Поздно вечером после конференции я увидел тебя в баре отеля. Ты сидела на краешке высокого стула, отвернувшись от бармена, в чёрном платье, и бесцельно листала ленту в телефоне. Мы с коллегами пили виски, и кто-то сказал про тебя и твой доклад. Я физически напрягся, как будто он проник без спроса на мою территорию. Интересно, с кого времени я начал остро реагировать на любую информацию о тебе? Гордился твоими успехами. Слушал про твои неудачи через призму недоверия к говорящему.
Тогда, в баре, наблюдал за тобой.
Я подумал, что я хочу обхватить пальцами твои запястья, настолько они казались тонкими. И щиколотки тоже.”

В кабинет заглянула Татьяна Юрьевна, и не переставая слушать кого-то в телефоне, выразительной мимикой спросила: «Как дела? - Заберу документы? - Достали, чес.слово!» Покопавшись на моем столе нашла бумаги, ответила в говорящую трубку: «Да-а. В отгрузке 8 тонн» и вышла, неплотно закрыв за собой дверь. Звонили телефоны, я автоматически посчитала звонки до снятия трубки.
- Ольгу Валерьевну? - прорвался сквозь общий шум звонкий голос офис-менеджера, беременной Маринки. - А как Вас предста... Да што-ж такое?!? Третий раз срывается звонок! Бесит! А беременным нервничать запрещено!

Я встала и закрыла плотно дверь.

«...Мы столкнулись нос к носу на танцполе, протискиваясь сквозь пары танцующих, оба с показательно-незаинтересованным видом, и замерли от неожиданности. На секунду я испугался, как пацан на школьной дискотеке. Я боялся навредить. Все испортить. Я боялся, что я всё придумал. И тебя тоже придумал.
Не помню дальше. Помню как несильно сжал пальцами твоё запястье во время танца - подтвердил действием собственную нелогичную аксиому, придуманную только что: «Если я сейчас его сожму, то всё получится.»
Дофамин бушевал внутри, пульсировал в солнечном сплетении.
Я в какой-то момент потерял тебя из виду на танцполе. Зачем ты ушла тогда?»

Зачем?!? Да я сбежала и спряталась. От самой себя.

Дверь кабинета широко открылась, зашла Татьяна Юрьевна с папкой, развернулась в дверях и крикнула: «На совещание по проекту подходим, забыли что-ли?»
Я перечитала последний прочитанный абзац, посмотрела на собирающихся коллег, сказала: «Щас-щас, одну минуту», пытаясь выключить ту музыку в голове. Не получалось.

«...Сегодня удивительно мерзкая погода, снег и гололёд. Я должен был сегодня рано улететь в Москву, но рейс...»

- Ну, начинаем, - сказала умница Татьяна Юрьевна, потому что все остальные уже с интересом разглядывали меня. - Давай, Лиля.

Из приоткрытой двери снова стало слышно жизнерадостную Маринку: «Сейчас совещание, что ей передать? Я записку.. Что за связь-то сегодня дурацкая?!?

«..Я сдал билет на рейс. Отпустил водителя. И приехал к твоему офису рано утром. Я видел когда ты приехала, и отправил письмо. Не знаю, куда мы сейчас поедем. Или полетим. Выходи.»

«Да ну, что за бред,»- медленно сказала я себе.- «Куда я сейчас поеду. Что я, дура что-ли. У меня же сейчас совещание и всё такое.»
Я закрыла ноутбук, молча взяла плащ и вышла из кабинета.
«Да там чертежи на стадии КМ пока, а надо завтра,» - по инерции, замедляя речь от удивления, сказала Лиля мне вслед.

«Ольга Валерьевна, Вы-всем-говорить-куда?» - прокричала речетативом вслед Марина. «Сама не знаю,» - мысленно ответила я.
- Ольгу Валерьевну? Она уехала на встречу, я могу ... записать. - договорила Маринка и обиженно посмотрела в тикающую гудками трубку. - Вот оно что, трубки они кидают, оказывается.
- Это потому что погода мерзкая, - тихо ответила я Марине.

На острове Кьоджа случайно нашла каморку Папы Карло. Мне сразу же захотелось остаться и сделать эту каморку главной достопримечательностью острова.
У каморки стояла коляска с Буратино, или Пиноккио (остров-то итальянский), и какая-то дама внутри экспрессивно по-итальянски разговаривала с «папой Карло».

Я снова посмотрела на длинноносого Пиноккио, и представила ее речь:

- Ты совсем не занимаешься ребёнком! Настрогать - это не воспитать! Он растёт, и нам нужна новая коляска! И ещё - он врет, как дышит! И у него из-за этого растёт нос! Мы уже ни в один магазин зайти не можем, нос мешает! А ты обещал, когда строгал, что расти не будет! Я верила тебе! Сделай что-нибудь, ты же отец!
- Ну хочешь я запишусь в родительский чат детского садика и буду читать все что пишут?

Думаю, что все у Пиноккио будет хорошо, потому что разводиться в Италии -мучительно долго и дорого.

Утром из-под Вовкиного дивана что-то выбежало и резво стартануло на меня. Я заорала от неожиданности и убила тапком. Оказался скорпион. Я с непривычки немного поседела. Позвонила итальянской подруге. Она посетовала: «Ох, осень, им, бедолагам, холодно и они лезут в дом. Надо будет потом яда кинуть»

Я перетрясла все кроссовки в прихожей и оптимистично подумала, что неизвестно что лучше - уральские родные клещи или кьоджинские скорпионы. Этих хоть видно.

Кьоджа находится рядом с Венецией, разрезана каналами и провинциальна.
Триста лет назад здесь шастал по притонам Казанова.

- Наверное он долго плыл сюда на гондоле из Венеции? - спрашивали экскурсовода люди, которые приехали на трехколёсном велосипеде и прицепом для собаки и для кота.

В очередной раз удивилась европейским туристам. Представила себя на автобане, лихую и придурковатую, крутящую педали на трехколёсном велике рядом с каким-нибудь Трубадуром (вряд ли муж вообще на такое подпишется), с собакой и котом, орущим в прицепе.
Впрочем, меня тоже хватит только на куплет с припевом песни «Ничего на свете лучше нету, чем бродить друзьям по белу свету».
Хотя песня, думаю, про меня. То Папу Карло встретишь, то скорпиона.

Подруга Ксения в Швейцарии успешно сдала экзамен на вождение автомобиля.

Улыбчивый инспектор подписал протокол,

забрал российские права и сказал что через пару недель права, новые и старые, будут лежать в её почтовом ящике.

- А могу ли я получить какое-то временное разрешение для вождения машины?

- Временное? А зачем это Вам? - Инспектор слегка удивлен и рассматривает Ксюшу.

- Ну... Пока не придут новые права, хочу управлять автомобилем...

- Ну и управляйте. В чем проблема? - Инспектор пощёлкал по клавишам, снова посмотрел на озадаченную Ксению. - Если бы у Вас прав не было, то Вы бы не стали управлять машиной, верно? А если Вы ведёте машину - значит у Вас есть права. Хотите, я Вам ксерокопию прав сделаю, чтобы Вы в России могли ездить?

Не, ну что это такое? Рассказала эту историю приятелю Эдику, носителю корпоративных ценностей городского ГИБДД. Эдуард, к сожалению, не смог постичь логику швейцарских коллег, он громко смеялся и обидно называл их лохопедами.

А вот ещё вам один случай.

Хороший знакомый, предположим Вадик, последние лет двадцать живет в Америке.

И был недавно застукан полицией за рулём с небольшим промилле в крови и с ребёнком на заднем сидении.

Суд, виновен, чего уж там.

Наказание - комплекс мероприятий: семь дней тюрьмы, благотворительные работы, два месяца лекций о вреде пьянства.

- У меня же работа, дети, - сказал суду Вадик. - Не могу я в тюрьме сидеть. Уволят.

- Ну нет - так нет, - судья согласился и назначил отбывать срок в тюрьме каждую неделю в уик-энд.

То есть Вадик приходил в тюрьму после работы в пятницу и сидел в ней до понедельника.

- А между прочим, это не просто, - рассказывал Вадим русским офигевшим друзьям, слушавшим его с выражением на лицах «А чё, так можно было, да?» - Во-первых, чтобы попасть в тюрьму, надо четыре дня сидеть в карантине, поэтому я все время только в карантине и сидел. Во-вторых, читать - нельзя, телефон - нельзя, ничего нельзя. Спать можно. Потом специально не спал с четверга на пятницу, чтобы в карантине хотя бы сутки спать.

Эта презумпция невиновности действует на русских как горный воздух на измученный городом организм - пьянит от восхищения.

И вот я, проехавшая с десяток европейских границ на своей машине, приехала на белорусскую (читаем - уже российскую) границу.

У меня был пустой рюкзак и пустой микроавтобус - машина ехала на продажу, честно отслужив пять лет в нашей семье.

- В машине ничего нет запрещённого?- строго спросил меня молодой пограничник, прищурившись, как Лукашенко.

- Нет.

- Ну вот и хорошо, поехали со мной на рентген-контроль.

Большая машина рентген-контроля просвечивала мою бедную машинку, мы с пограничником стояли на безопасном расстоянии. Я с нежной тоской вспомнила границу в Евросоюз - 5 минут на всё общение, все тебе улыбаются, из машины можно вообще никому не выходить, да и в машину заглядывают крайне редко.

Мне видимо люто захотелось поговорить и я спросила:

- Скажите, а что вы там ищете? Мексиканцев, желающих нелегально прорваться в Беларусь, спрятанных в сидениях? Или примотанные скотчем к днищу мешки с нелегальной картошкой?

- Я бы тут на Вашем месте вообще не шутил, - грустно сказал пограничник, - Уже скоро все пройдём, сейчас Наташа и всё.

Наташей оказалась лохматая овчарка. Она уныло слонялась по моей машине и нюхала.

- Наташа, ты совсем не хочешь работать! Нюхай, Наташа! - требовательно взывал к Наташиной совести её старший по званию.

- Наташа не не хочет, она просто ничего не чувствует! - Из женской солидарности я впряглась за Наташу. - в моей машине может пахнуть только разлитым соком и размазанными вокруг детского сидения печеньками!

- Нееет, Наташа просто обленилась в край, и не хочет! - Старший приоткрыл жезлом мой открытый рюкзак, лежащий на сидении. - Нюхай!

Я на минутку представила себя Наташей. Начальник орет, ты толком ничего найти не можешь, месячный план горит, скоро совсем кормить перестанут при таких-то показателях.

Черт! Да я бы на месте Наташи уже давно скинула пакетик травки из-за ошейника.

В этот момент я жгуче захотела дать взятку. Наташе. Котлетой. Только чтобы Наташа ничего не сплюнула из ранее найденного в мою машину с соком и печеньками. Слава богу, Наташа потеряла интерес к моей машине чуть раньше, чем это могло бы произойти.

И что мы имеем в сухом остатке?

Наташка - кремень, а я - потенциальный взяткодатель, потенциальный слабохарактерный подчиненный, готовый всеми неправдами выполнить план за еду.

И вообще, развели там на европейских границах балаган, а «наша диктатура никому не мешает жить и развиваться», как говорит Батька Лукашенко.

Хотя на всякий случай напишу, что Батька тоже молодец, а то вдруг мне ещё там ехать. И поля у него - заглядение.

Отпуск, лето, раннее утро, мы радостно летим маленькой компанией по автобану в Германии.

Переадресованный звонок из офиса на сотовый. Может не брать? Тьфу, ну кто такой настырный, ей богу, аж бесит.

- Але, мне Ольгу Валерьну. Я Ильдар, прораб подрядчика городских тепловых сетей. Завтра мы у вас все перекопаем, организуйте вход сбоку в торгово-офисный центр. Или сзади. И на парковку вашу вагончики поставим и технику.

А я откуда должен знать, почему вы ничего не знаете? Вооооот, чё звоню-то... Электричество на вагончики дайте...

Почему это я охренел?!? Мы все согласовали! С гибдд, с городским благоустройством!...

Завтра уже деревья рубим для прохода техники... Какие деревья? Да все рубим, нам все мешают вдоль тротуара.

Ты, это, Валерьна, ори потише, в ухе че-та звенит... Как это не рубить? Наш заказчик за порубочный билет благоустройству столько деньжищ оплатил, потом скажет - а чё не вырубили?

Кто заказчик? Тепловые сети... Да, Игорь Николаич... А я виноват что-ли?!? Але?!?

Я выключила говорящую трубку. В башке что-то громко тикало.

Десяток высоченных деревьев. Любовно украшенных иллюминацией за свой счёт. Жители окрестных домов ещё звонили и благодарили. Красиво, говорят у нас стало... Глава района ещё тогда радовался...

- Але? Александр Евгеньевич, па-ма-ги-те!!! Деревья наши рубят ни про что!!! С фонариками!!! Проходу техники они мешают! Смешно! Там места - завались! Что? Завтра в 9.00 уже у нас будете? Собирать всех? Ура!!! Жду!!!

Так, теперь Тепловые сети.

- Игорь? Это Ольга, мы с Вами на фейсбуке в друзьях. Уф, хорошо что вспомнили. Там ваш подрядчик деревья рубит, говорит, Вы его ругать будете, если не срубит... Не будете? Правда?!? Даже деньги обратно вернете из бюджета, если не срубят? Отлично! А завтра в 9:00 сможете к нам прислать кого-нибудь?

Остановка на автозаправке. Свежий утренний воздух. Мозг срочно требовал сожрать что-то сладко-вредное. Но сначала - прораб.

- Так, Ильдар, завтра в девять утра. Придет глава района и представитель заказчика. Вот завтра и покажете, где там у вас места не хватает! И чтоб ни одного дерева!!! Слышите!!! Хватает у вас места!!! Ну значит придумайте что-нибудь!!! Карманы между деревьями используйте!!! Парковку нашу!!! А я и не ору!!! Нечего мне указывать что я ору!!! Я спокойна!!!

Я выключила звонок и обнаружила себя размахивающей автозаправочной щеткой для чистки стёкол. Недалеко замерла парочка немцев с бургерами в пакетах. На лицах читалась сложная смесь впечатлений от жёсткой русской речи.

Один смотрел с выражением «теперь понятно, почему у русских бабы коней на скаку останавливают», второй по виду пытался определить девиации в моей сексуальной жизни - плетка у меня с кисточкой в багажнике или без.

Пауза затянулась.

- Гутен морген, - сказала я обоим, зря я что-ли десять лет немецкий учила. Еле сдержалась и не добавила «хенде хох», забила щетку в подставку и пошла за мороженым.

Р.S. Деревья спасли всем селом. Можно сказать вопреки.

Просто случайно прораб Ильдар сказал об этом. Мог бы не сказать - завтра были бы уже пеньки.

Просто глава района быстро провёл совещание на месте раскопок и помог.

Просто директор тепловых сетей оказался в друзьях в фейсбуке и помог.

Просто директор компании-подрядчика пошёл на дополнительные затраты, придумал схему и сохранил деревья, потому что сам вырос в этом районе.

Просто в генах русских баб заложен навык тормозить коней на скаку.

Хотелось бы осторожно спросить - а что там в Управлении благоустройства с девиациями? За что они деревья так недолюбливают?