Розыск подозреваемого в убийстве
5 постов
5 постов
11 постов
Сегодня очень сложно найти правильные слова, чтобы говорить о будущем. Сложно зацепиться хотя бы за что-то, чтобы нарисовать себе облик этой самой жизни после... Но давайте предпримем эту непростую попытку.
— Мы живём в состоянии растерянности. Многое из того, что раньше казалось незыблемым, больше таковым не является. Но даже в ситуации, когда приходится принимать стратегию «жить одним днём», стоит хотя бы попытаться взглянуть в будущее и определить контуры «жизни после...» (сознательно не пишу после чего, потому что каждый для себя определяет это «после» сам).
Остаться в живых — как будто бы понятная цель на ближайшее будущее, к которой сложно подобрать контраргументы. Нужно выжить физически и не утратить желание жить — то есть сохранить себя хотя бы отчасти и внутренне тоже. Не потерять близких и веру (не буду конкретизировать, во что — оставим свободу выбора хотя бы в этом), не стать частью единой машины, лишённой индивидуальных черт, прав и человеческого достоинства. Вроде бы, вполне разумная цель. И к этой цели стоит стремиться уже сейчас, думая о будущем.
Признаки двоемыслия уже видны и без социологических замеров: внешнее согласие со всё новыми запретами сочетается с растущим внутренним недоверием к действующим институтам. Всё равно в какой-то момент люди сталкиваются с тем, что им становится всё сложнее принимать некоторые вещи, которым в прошлой нормальности вообще бы не нашлось места. Но внешне они по-прежнему принимают почти всё, причём зачастую без рефлексии, как в советском лозунге: «Партия сказала: надо! Комсомол ответил: есть!».
Хотя за внешним согласием со всем происходящим — если уж не общим «счастьем», то общим «суверенным существованием» — остаются вопросы и поводы для сомнений. И они наверняка будут только накапливаться. Добавим к этому продолжающееся разрушение горизонтальных связей. Недоверие, культивируемая агрессия, доносы, постоянный поиск внутренних и внешних врагов всё сильнее разобщают людей.
В будущем усилятся разногласия между теми, кто сохраняет доступ к разным источникам информации, сравнивает оценки и сомневается в услышанном и прочитанном, и теми, для кого пропагандистский «шёпот» создаёт цельную и удобную картину мира, в которой на любой вопрос уже есть единственно «правильный» ответ. У «шепчущих» — своя цель и задачи, и они убеждают, что если поступать так, как они нашёптывают, не задавать вопросов, принимать и действовать по разнарядке, тогда всё будет хорошо. И это работает. Многие верили, верят и будут доверять «шёпоту».
В будущем надо быть готовым к разделению, которое не исчезнет: уехавшие и оставшиеся; «служители» (слушатели курсов «Служение Отечеству» — прим. автора) и самостоятельные единицы; патриотизм, декларируемый с трибун, и привязанность к людям и месту, которая может вообще не принимать словесной формы, и так далее. Разделение между социальными группами, как мне представляется, будет только усиливаться: пространства для общего разговора становится всё меньше.
Многим уже сейчас стоит выбраться из информационного пузыря прошлого (советского, имперского, царского — кому какой ближе)
, который де-факто доминирует в публичной плоскости, и попытаться обрисовать себе будущее хотя бы в минимальном приближении.
Оно не будет благостным, оно будет сложным, ведь многим придётся осознавать и принимать изменённый мир, где не работают наши общие представления о хорошем и правильном. Многие атомизировались и больше не могут исходить из того, что окружающие разделяют их представления о допустимом, правильном и справедливом. Пока общественные и политические условия не поменяются, основания для разделения будут сохраняться.
Государство прокладывает единственный путь в то будущее, которое ему нужно, при этом не спешит определять в сознании большинства его облик. Нет понятной картинки, куда идём и для чего движемся именно туда. Выстроенная государством система последовательно сужает пространство возможного и направляет общество по одному маршруту. Поэтому приходится идти, по пути присматривая себе укрытия на случай вполне возможных чрезвычайных ситуаций. Лишним это не будет.
Будущее всё отчётливее выглядит как конкуренция за сокращающиеся ресурсы — деньги, людей, время, безопасность, доступ к знаниям и технологиям. Этот дефицит не восполнится, пока сохраняются постоянная турбулентность, жизнь одним днём и неуверенность в будущем.
Отгороженность от мира будет только усугублять разрыв между Россией и другими государствами, хотя как минимум часть российского общества, скорее всего, будет согревать осознание суверенности.
Сложно представить себе реализацию принципа «идти в ногу со временем», когда даже виртуальное пространство стало разорванным, фрагментарным, и признаков возвращения к состоянию условного 2020 года не видно.
Больше не кажется, что вот ещё потерпим немного, и дальше всё вернётся к нормальному состоянию. Пора сказать себе, что не вернётся, по крайней мере к тому состоянию нормальности, каким мы его понимали раньше. Прежняя нормальность не вернётся, потому что изменились институты, медиасреда, общественные связи и структура отношений с внешним миром.
Пора признать, что некоторые перемены нельзя будет «откатить» назад. Нам придётся учиться жить с ними и готовиться к тому, что легче не станет. Стоит честно оценить, насколько нам хватит сил и ресурсов для жизни в условиях всё новых сложностей. В таком будущем остаётся рассчитывать на себя, близких и небольшие сообщества, внутри которых сохранилось доверие. Поэтому главный вопрос — не когда всё закончится, а что из себя и своей жизни мы хотим перенести в будущее.
***
Если к финалу колонки у вас в голове поселилась мысль, почему автор «так сложно» изъясняется о «будущем после…», смените фокус и обратите внимание на подзаголовки. Их названия — это фильмы и сериалы, которые предлагают собственные версии «жизни после…». Среди них нет политических лент, зато есть фантастика и антиутопии. Их можно смотреть, чтобы ненадолго отвлечься от жизни одним днём. Но не только. Фантастика и антиутопия нужны нам не столько для побега от реальности, сколько для распознавания механизмов, которые постепенно становятся в ней привычными.
Источник — fonar.tv
— У «Коммерсанта» вышло, по сути, первое интервью, которое позволяет хотя бы немного рассмотреть Александра Шуваева не на фотографии, не в видеонарезке со спецэффектами и не внутри чужой политтехнологической рамки. Да, до этого был эфир врио губернатора на ГТРК «Белгород». Формально его можно назвать интервью. Но по содержанию это было озвучивание некоторых тезисов первым лицом региона, а не интервью. Из него было трудно собрать цельное представление о человеке, который сейчас руководит Белгородской областью.
Соцсети Шуваева тоже мало помогают. Страницы чиновника и видеоролики — это прежде всего территория управляемого образа, где между человеком и читателем всегда стоят камера, монтаж, редактор, пиарщик и понимание того, каким этот человек должен показаться аудитории. Как часто сам Александр Шуваев заглядывает к себе во «ВКонтакте», читает ли десятки и сотни просьб и чаяний белгородцев и что думает о них, пока читает, — мы не знаем.
А здесь ему наконец задали вопросы, которых ждёшь на старте политической карьеры высшего должностного лица региона. Потому что хочется понять, каким путём нам всем идти с новым руководителем областного правительства (пользуясь случаем, упомяну именно эту должность: в будущем она, судя по всему, перейдёт к другому человеку, а сам Шуваев останется просто губернатором, делегировав часть полномочий главе белгородского правительства — прим. Ф.).
После интервью остаётся ощущение лаконичного, но уже различимого портрета чиновника. Шуваев отвечает коротко. Понимает вопрос буквально. Не строит словесных лабиринтов, чтобы через три минуты вывести собеседника туда же, откуда тот начал. Где не хочет отвечать — скорее не отвечает. Где отвечает — не слишком заботится о политической упаковке.
Это, пожалуй, первое важное открытие: Шуваев пока выглядит не политиком, который управляет впечатлением о себе, а управленцем, который не очень хочет тратить на это время. И именно поэтому некоторые его фразы говорят больше, чем, возможно, он сам собирался сказать.
Впервые появился прямой ответ на слухи о том, что бывший губернатор Белгородской области Евгений Савченко стал или может стать советником нового руководителя региона. Нет, не станет. Более того, Шуваев объяснил почему: между ними есть расхождения по ряду вопросов.
Тут, конечно, хотелось бы от журналиста услышать уточняющий вопрос: по каким именно? Потому что расхождения с человеком, который четверть века управлял Белгородской областью, — это, как минимум, интересно. В этих расхождениях потенциально спрятана будущая политика Шуваева.
Но уточняющего вопроса не последовало. Имеем то, что имеем. Но даже этот короткий ответ важен: Шуваев публично обозначил содержательную дистанцию от Савченко.
Прозвучала ещё одна важная кадровая новость. Мы узнали, что должность вице-губернатора по безопасности займёт другой человек. Сейчас этот блок курирует Евгений Воробьёв в статусе и.о. Но, как следует из слов Шуваева, ему готовят замену. Будущий чиновник уже уволился из Вооружённых сил РФ (ещё один экс-военный в гражданском управления региона — прим. Ф.).
Такое публичное анонсирование кадровых перестановок для нашего региона в диковинку, ведь прошлый губернатор мог за сутки выдать несколько инфоповодов о назначениях и перестановках, но говорил о них уже по факту. А тут мы видим анонс, то есть Шуваев отстраивает свою команду и говорит о стратегических кадровых планах, а не просто ставит перед фактом, когда они уже произошли. Останется ли Воробьёв после перестановок в правительстве или покинет его — вот ещё один уточняющий вопрос, который бы хотелось задать во время этого интервью.
Про уход Вячеслава Гладкова Шуваев высказался отдельно: «Полагаю, его хотели повысить в должности, поэтому он пошёл дальше». Но о его отношении к предшественнику, на мой взгляд, больше сказала другая фраза: «Я лучше что-то сделаю в реальности, чем буду показывать, какой я красивый и хороший. Мне этого не надо».
Предыдущая команда годами строила коммуникативную модель «быть ближе, быть рядом»: ежедневные соцсети, прямые эфиры, пробежки, поездки, разговоры с жителями, камеры, фотографии, постоянное публичное присутствие губернатора. То, что ряд людей может воспринимать эту модель как «покрасоваться», я предполагал, но то, что так могут считать и другие чиновники, — узнал впервые. Теперь мы знаем, что сама идея демонстративной публичности новому руководителю области явно не близка. У нас меняется управленческий язык. Фиксируем.
Один из самых сильных пассажей интервью — рассказ Шуваева о словах президента: «Ты идёшь управлять регионом, а не воевать». Фактически это приказ, который генерал получил от верховного главнокомандующего. Человеку с большим военным опытом, Герою России, отдельно обозначили: здесь твоя задача — гражданское управление. Но между военной и гражданской моделью нельзя просто переключить тумблер.
Отсюда, возможно, и рассуждение Шуваева о разнице между армией, где приказ исполняют, и гражданской сферой, где приходится согласовывать. А затем — фраза, которую стоит запомнить: «Всё равно все решения я принимаю единолично».
Это не обязательно про авторитарность. Я услышал здесь другое: если решения мои, то и ответственность тоже моя. Довольно сильная позиция, но при одном условии. Если она сохранится не только тогда, когда всё получается. Наблюдаем.
Неожиданно было узнать, что Шуваев ходит с семьёй по торговым центрам и даже фотографируется с людьми. Неожиданно хотя бы потому, что мы пока не видели «информационных следов» этих встреч.
При Гладкове выход губернатора «в люди» почти неизбежно превращался в медиасобытие. Фото, видео, публикация, охват. Здесь, если верить Шуваеву, встречи происходят, а контента нет. Наверное, ему просто удивительно везёт на скромных белгородцев, которые фотографируются с врио губернатора и его семьёй, а потом никому не показывают снимки. Есть же такие?
Отношение Шуваева к коррупции сформулировано предельно просто: «Сам не ворую и никому не дам». Эту установку он повторяет на встречах с подчинёнными и теперь последовательно выносит в публичное поле.
В интервью Шуваев подтвердил, что у силовиков возникли вопросы к бывшему министру строительства Оксане Козлитиной. Пока, насколько можно судить по публичной информации, история не привела к видимым последствиям, кроме её увольнения по собственному желанию. Но вряд ли Козлитина — финальная фигура в деле о коррупции при строительстве защитных сооружений.
А вот здесь у меня возникло ощущение, что Александру Шуваеву ещё предстоит погрузиться в проблему — и его ждут открытия. За время СВО белгородцы привыкли к ограничениям. Даже отключения мобильного интернета постепенно превратились из чрезвычайной ситуации в часть повседневности. Люди раздражаются. По инерции оставляют сотни комментариев с просьбами вернуть связь под постами врио ВКонтакте. Но...
Ситуация заметно не меняется, даже не смотря на публичное поручение Шуваева. Более того, как минимум у части операторов с мая она стала хуже: периоды ограничений растягиваются, «белые списки» не решают всех проблем, в них не попадают даже некоторые банки, СМИ и вполне легальные сайты, а способов обойти ограничения становится меньше.
И на этом фоне Шуваев говорит журналисту, который тоже столкнулся с ограничениями, когда оказался в Белгороде: «Интернет-то есть, как же его нет — сообщения отправляются, приходят. Telegram не работает, его же отключили, а „Макс“ работает везде». Похоже, что между кабинетом врио губернатора и экраном телефона обычного белгородца помещается целая параллельная реальность.
«Белгород — первый оборонительный рубеж Москвы». Сказано сильно. И сказано так, что фраза наверняка останется в памяти многих.
Вряд ли после неё жители приграничья расправят плечи и ощутят особую значимость для федерального центра. Особенно те, кто помнит, как в тяжёлые для города Шебекино дни само слово «Шебекино» в 2023 году исчезало из комментариев в соцсетях федеральных каналов, когда люди пытались рассказать стране, что происходит с их городом.
Трудно почувствовать себя первым оборонительным рубежом столицы, когда тебе иногда приходится доказывать столице, что ты вообще существуешь.
Но фраза Шуваева всё равно важна. Возможно, даже важнее, чем кажется сейчас. Потому что если Белгородская область действительно первый оборонительный рубеж Москвы, то это не только красивое определение региона. У первого рубежа должна быть соответствующая цена поддержки: деньги, федеральные программы, особые условия для бизнеса, компенсации, инфраструктура, медицина, восстановление. Частично это есть и сейчас, и благодарить президента и правительство за это не уставал ни Вячеслав Гладков, ни теперь Александр Шуваев. Но фиксируем в этой фразе право региона требовать больше, потому что он, как сказал сам врио, действительно принимает на себя больше.
Отдельно отмечу спокойное отношение Шуваева к тому, что собственные обещания иногда приходится корректировать. Например, выплаты за автомобили, повреждённые при обстрелах и атаках дронов. В начале лета прозвучал конкретный срок — до конца июня. Это был, пожалуй, единственный момент эфира на ГТРК «Белгород», который действительно растащили СМИ: журналисты слишком соскучились по конкретике, чтобы пройти мимо даты, когда вновь людям начнут платить компенсации за пострадавший транспорт. Теперь Шуваев признаёт: немного не успевают, но выплаты скоро начнутся.
Мне это скорее нравится. Власть не становится слабее от слов «мы не успели». Она становится слабее, когда все уже видят, что она не успела, а она продолжает объяснять, что всё идёт по плану. Признавать, что реальность иногда сильнее графика, — полезное качество. Особенно для руководителя региона.
А вот понимание роли бизнеса в экономике региона у главы областного правительства пока, похоже, требует уточнения. Первый сигнал был в мае. Белгородские предприниматели остались без публичного поздравления врио губернатора с профессиональным праздником. Казалось бы, мелочь. Но власть регулярно поздравляет силовиков, военных, учителей, врачей, строителей, работников культуры, семьи, молодёжь и ещё десятки групп. А предприниматели, которые в приграничном регионе продолжают платить зарплаты, налоги и аренду, как-то выпали из поля зрения. Отсутствие хотя бы толики внимания к предпринимателям в мае выглядело показательно. Теперь — ответ Шуваева на вопрос о помощи бизнеса:
«Мне помощь не нужна, я достаточно обеспечен: хватает военной пенсии и социальных выплат», — сказал журналисту врио губернатора.
Бизнес помогает не губернатору. Бизнес помогает существовать региону, которым губернатор управляет.
Предприниматели наполняют бюджет. Из этого бюджета финансируются социальные программы, зарплаты бюджетникам, дороги и другие расходы государства. Бизнес создаёт рабочие места, чтобы люди не уезжали из региона. Помогает восстанавливать пострадавшее жильё. Вкладывается во внебюджетные механизмы поддержки. Участвует в компенсациях за повреждённые автомобили. Платит налоги в тот момент, когда сам живёт между тревогами, отключениями связи, кадровым голодом и падающим спросом. В конечном счёте сильный бизнес — это не просьба о помощи губернатору. Это одна из причин, по которой губернатору вообще есть чем управлять.
За Александра Шуваева можно только порадоваться, что ему хватает военной пенсии и социальных выплат. Но региональная экономика устроена чуть сложнее личного банковского счёта губернатора. Хотелось бы, чтобы хотя бы советники главы правительства по экономике чуть внимательнее были к этой сфере региональной политики. Потому что самочувствие бизнеса — не корпоративная проблема предпринимателей. Это один из самых точных анализов «крови» региона. Предприниматель в приграничье каждый день делает маленькую ставку на то, что у этого региона есть завтра. И вот эту ставку, как мне кажется, власть обязана замечать.
Финалом интервью стал разговор о том, чего хотят не только мужчины, а вообще все белгородцы.
«Чтобы закончилась специальная военная операция, чтобы дальше можно было развивать свою деятельность всем категориям граждан, чтобы улучшалась жизнь в регионе. Это самое основное. Без этого никуда», — процитируем ответ Шуваева полностью.
Хорошо не только то, что это желание многих белгородцев понимает Шуваев, но и то, что он его вербализует и делает публичным. Напомним, что в декабре 2025 года в нашем опросе каждый четвёртый подписчик высказался, что «поддержит решение президента о немедленном подписании мира», а примерно столько же (27 процентов) выступали за переход к мирным переговорам.
Главная ценность разговора, который зафиксировал «Коммерсант», не в отдельных инфоповодах. Хотя новости там есть. Ценность — в цельности портрета врио губернатора. Мы впервые получили хотя бы минимальное представление об Александре Шуваеве как об управленце. Увидели его способ отвечать. Его отношение к ответственности. Его дистанцию от прежних моделей. Его сильные стороны. Его слепые зоны. Услышали фразы, которые вряд ли написал бы пиарщик, а если написал, то очень хороший.
Соцсети могут ежедневно показывать, что чиновник работает. Только интервью иногда впервые показывает, кто именно работает чиновником. Вот этого разговора в публичном поле и не хватало. Не ещё одного ролика. Не ещё одной фотографии с совещания. Не ещё одного поста, где область развивается, проблемы решаются, поручения даны, а ответственные назначены. Не хватало профессионального журналиста напротив человека, который получил власть над регионом.
Спасибо за этот разговор, коллеги. Мы увидели, каким губернатором он может стать, и это особенно важно в преддверии сентябрьских выборов губернатора Белгородской области.
Источник — fonar.tv
Обычный отпуск в Египте за несколько минут превратился в борьбу за жизнь. Регина Шутенко впала в глубокую кому после остановки сердца в Хургаде. Сейчас она находится на аппарате ИВЛ, а врачи считают, что перевозить её можно только специальным реанимационным самолётом. Стоимость такой эвакуации превышает 8 миллионов рублей.
Страховка покрывает лишь небольшую часть этой суммы, поэтому семья просит о помощи. Рассказываем, что произошло с девушкой и почему её близкие пытаются как можно скорее вернуть её в Россию.
19-летняя белгородка Регина Шутенко находится в глубокой коме в больнице египетской Хургады после остановки сердца. Для транспортировки девушки в Россию требуется специализированный реанимационный самолёт, стоимость которого оценивается более чем в 8 миллионов рублей. Как рассказала мама девушки, они отдыхали в Хургаде по туристической путёвке с 18 по 28 июня.
Юрист Елена Палымова, к которой обратилась семья девушки, поделилась с «Фонарём», что утром 27 июня Регина почувствовала себя плохо: у неё начались рвота, расстройство желудка и сильная слабость. По словам матери, почти весь день дочь провела в гостиничном номере. Она пила воду, немного ела рис, принимала лекарства. Ближе к вечеру состояние, как показалось, немного улучшилось, поэтому они решили выйти к морю.
— Затем ей стало чуть легче. Мы пошли на море, немного покупались, потом лежали на лежаках около 20 минут, она поспала. Встала и пошла в туалет. Её не было минут пять. Я пошла за ней и нашла её без сознания, — рассказала мама Регины.
После этого началась длительная реанимация. Медики пытались восстановить работу сердца сначала на месте происшествия, затем в машине скорой помощи и уже в больнице. Врачи сообщили, что только в реанимационном зале сердечно-лёгочная реанимация продолжалась около 40 минут, после чего кровообращение удалось восстановить. При этом точное время, которое прошло с момента остановки сердца до восстановления сердечной деятельности, неизвестно.
Сейчас Регина находится в отделении реанимации на аппарате искусственной вентиляции лёгких. По информации семьи, из-за длительного кислородного голодания у девушки развилось тяжёлое поражение головного мозга. Кроме того, её состояние осложняют ещё несколько заболеваний.
Египетские врачи, по словам семьи, готовы разрешить перевозку пациентки в Россию, однако сделать это можно только специальным медицинским самолётом с реанимационной бригадой и необходимым оборудованием. Стоимость такой эвакуации оценивается более чем в 8 миллионов рублей. Туристическая страховка покрывает только 15 тысяч долларов США — примерно 1,3 миллиона рублей. Остальную сумму, превышающую 6,5 миллиона рублей, семья самостоятельно оплатить не может и просит о помощи.
По нашей информации, обращение семьи уже получили в правительстве Белгородской области.
Источник — fonar.tv.
Если собирать первые реакции с наблюдения за новым врио главы областного правительства Александром Шуваевым, то я бы уже отметил некоторые вещи.
Во-первых, даже спустя всего несколько дней после назначения Александра Шуваева видно, что стиль информационной работы явно будет другим, и мы в большей степени должны будем привыкать к работе пресс-службы главы правительства, которая будет от имени Шуваева делиться вещами, которые посчитает важными. То, что на представление главы белгородского правительства, позвали ограниченное количество журналистов, свидетельствует о том, что от информационной открытости первого лица правительства надо будет отвыкать.
Оперативную повестку со статистикой обстрелов и налётов дронов и последствиями, скорее всего, полностью переведут на оперштаб, как минимум на время перенастройки системы. Смогут ли быстро перенастроиться сами белгородцы с информационной открытости на сдержанный стиль коммуникации первого областного политика?
Во-вторых, комментарии простых белгородцев от назначения в область нашего уроженца с большим военным бэкграундом, пока или сдержанные, или даже растерянные — люди не могут пока сложить картинку целиком, зачем на пятый год СВО в наш регион направили генерал-губернатора.
В-третьих, наибольшую радость от назначения Александра Шуваева пока демонстрируют люди, которые при предыдущем губернаторе остались не у дел, и сейчас они демонстрируют чудеса эквилибристики, вылезая из кожи вон, чтобы показать свою лояльность и готовность служить новому руководителю. Причём некоторые из них примерно так же себя вели во время Гладкова, пытаясь всячески обратить на себя внимание, при том, что прошлый губернатор не сильно их замечал и не брал в расчёт.
Сработает ли тактика «кричи громче, доставай хлеб-соль, переобувай сапоги и во весь голос срывайся на Гладкова и команду как на что-то плохое, что надо забыть» (при любой смене политической обстановки такие люди будут себя вести именно так, в них нет ни совести, ни чести, ни достоинства) — увидим. Если сработает, то это будет многое говорить о нынешней команде политтехнологов, которые наверняка пока проводят разведку боем в необычных условиях приграничного региона. Некоторые непродуманные шаги в виде запуска реакций в телеграме и последующая их ликвидация, а также взрывной рост канала врио главы в Максе, мы уже видели.
В-четвёртых, Александру Шуваеву нужно как можно скорее себя показать белгородцам, ведь времени до осенних выборов немного. Он фактически приходит под начало выборной кампании, поэтому ему надо стартовать с места в карьер. Что для этого предпримут? Визиты в районы уже анонсировали, но как будто бы только на них даже в условиях полностью управляемой выборной кампанией выехать будет сложно, так как Шуваеву нужно как минимум примелькаться людям.
В-пятых, какова роль во всех нынешних политических процессах у Евгения Степановича Савченко, чьё присутствие уже заметили многие? Станет ли он проводником для Шуваева, чтобы помочь ему адаптироваться в кресле главы приграничного региона? Опыт его колоссальный и нужный региону, ведь именно при нём Белгородчина стала образцовой по многим показателям, но как быть с прошлым его контекстом, который потряс многих?
Завтра наступает первая полноценная рабочая неделя Александра Шуваева на посту врио главы областного правительства. Скорее всего, она уже принесёт больше пищи для обсуждений.
Фото на превью — пресс-службы правительства региона, стрелочка — моя
Мы помним их имена. Этих людей не стало при обрушении подъезда дома на улице Щорса 55а в Белгороде 12 мая 2024 года во время атаки ВСУ на город.
Источник — fonar.tv
После громкого дела Ларисы Долиной и Полины Лурье по всей стране вскрылись как минимум десятки подобных историй: люди покупают квартиры, проходят все проверки, подписывают договоры, отдают миллионы — а потом внезапно оказываются в судах, потому что продавцы заявляют о «мошенниках» и требуют вернуть жильё назад.
«Фонарь» рассказывает историю белгородца Олега Ёлкина. Два года он с семьёй живёт на съёмной квартире, судится за жильё и пытается понять — действительно ли за сделкой стояли аферисты или его просто обманули.
В феврале 2024 года Олег Ёлкин решил продать свою квартиру и купить другую. Риелтор нашла приемлемый вариант, продавцом была бабушка Раиса Григорьевна.
— Мы посмотрели квартиру и обговорили цену: ничего подозрительного не было, сама бабушка была настроена на продажу. Она говорила, что двухкомнатная квартира ей не нужна и она хочет финансово помочь своему сыну, переехав в однокомнатную, — рассказывает покупатель.
Олег посчитал, что жильё ему подходит и по цене, и территориально. Дальше мужчина не связывался с бабушкой, поскольку сделку вела риелтор. Единственный момент, который всё же смущал Олега, — возраст продавца. Раисе Григорьевне было за 70, и Олег хотел, чтобы при продаже присутствовали её родственники, но бабушка отказалась.
— Переговоры шли примерно две недели, 17 февраля мы всё-таки подписали договор купли-продажи. В тот момент я получил деньги с продажи своей квартиры и смог купить её жильё. Продавец в то же время подала документы на выписку и обсуждала с риелтором варианты новой однушки. Однако уже 23 февраля всё поменялось. Мне позвонили из второго отдела полиции, попросили подъехать по вопросу Раисы Григорьевны. Оказалось, что она не намерена выселяться и заявила, что её обманули мошенники, — продолжает Олег.
Он подметил, что ни тогда, ни сейчас, спустя два с лишним года, кроме показаний самой бабушки, доказательств присутствия в сделке мошенников не было и нет.
Иллюстрация chatgpt.com
— На тот момент я отнёсся с пониманием. Приехал её сын, с которым я рассчитывал поговорить. Я предложил ему время на поиски мошенников, но попросил вернуть хотя бы то, что заплатил я. Однако поговорить с ним адекватно не получилось, — рассказывает пострадавший покупатель.
Сын Раисы Григорьевны в грубой форме ответил Олегу, что общаться будут через адвоката и встретятся только в суде. Поэтому мужчина подал иск о выселении пенсионерки, а её сторона — о признании сделки недействительной.
Олег подозревает, что об адвокатах продавцы позаботились заранее, поскольку на момент подачи исков мужчина ещё не нанял юриста, а у Раисы Григорьевны было наготове несколько человек. Сын женщины на заседаниях не присутствовал, была только она сама и её адвокаты. Со стороны Олега была его риелтор. Она по образованию юрист, поэтому до первой апелляции помогала мужчине. Затем он нанял другого юриста. Суд первой инстанции длился около года. В процессе судья рассматривала дело со всех сторон.
— Раиса Григорьевна в суде стала говорить, что не подписывала договор. Однако у меня была диктофонная запись, как она читает договор. Её я сделал по совету риелтора, поскольку Раиса Григорьевна — человек возрастной. Плюс была и видеозапись из МФЦ, где видно, как мы подписываем договор, и она получает деньги, — продолжает Олег.
По инициативе адвокатов пенсионерки ей назначали психическую экспертизу, но она показала, что бабушка вменяема. Затем они привлекли почерковеда, чтобы показать, что в момент заключения сделки продавец якобы находилась в состоянии стресса. Эта экспертиза тоже не выявила отклонений.
По мнению Олега, представители продавца хотели показать, что она была не в состоянии подписывать такие документы. Только это не помогло: суд первой инстанции признал мужчину добросовестным покупателем. Ответчики подали апелляцию.
— Я думаю, что мошенников может и не было никаких? Родственники пенсионерки не вели конструктивного диалога, у них не было желания решить всё мирно и без судов. Сейчас прошла кассация, которая отменила решение апелляционного суда, — рассказывает Олег.
О мошенниках ни у него, ни у суда нет никакой информации: мужчина пытался что-то выяснить, но безуспешно. У него есть только распечатки телефонных звонков, но они не подтверждают присутствие аферистов. Поэтому дело закрыли из-за отсутствия подозреваемых.
В марте 2025 года обе стороны ждали возвращения документов, чтобы продолжить судебный процесс. Всё это время у Олега не было доступа ни к своей проданной, ни к новой купленной квартире.
— Изначально вообще не было никаких подозрений. Я изучал все документы, мы всё обговорили и прописали заранее. Поэтому мне кажется, что та сторона меня просто обманула, — полагает пострадавший.
Более того, на одном из заседаний Раиса Григорьевна призналась, что у неё было желание получить деньги и остаться в квартире.
Мужчина уже два года живёт на съёмной квартире с женой и двумя несовершеннолетними детьми. Олег считает, что должен получить купленную квартиру.
— Я честно рассчитался, заплатил всю сумму — более 4 миллионов рублей — и всё это подтверждено как документально, так и самой Раисой Григорьевной. Поэтому единственным правильным решением я считаю то, которое вынесли на первом суде: квартиру передать мне, — считает он. — На судах мы, встречаясь с Раисой Григорьевной, относились друг к другу спокойно. Был даже момент, когда я отвёз её домой после заседания. Когда мы вышли из машины, она положила руку мне на грудь и сказала: «Олег, извини, пожалуйста. Я понимаю, что не права».
А потом на всю Россию стало известно дело певицы Ларисы Долиной. Первое решение суда по этому делу было вынесено 28 марта 2025 года. Напомним, что судья Хамовнического районного суда Москвы Татьяна Перепелкова признала сделку недействительной и указала, что Долина действовала под влиянием мошенников и не осознавала правовых последствий своих действий. Суд постановил вернуть квартиру певице и прекратить право собственности Лурье. При этом в возврате средств покупательнице было отказано. Впоследствии это решение устояло в Московском городском суде и Втором кассационном суде общей юрисдикции. И только Верховный суд в декабре 2025 года поставил точку: отказал Ларисе Долиной и вернул квартиру Полине Лурье.
— Я считаю, что сработал эффект повторения за московским судом. Наше апелляционное заседание прошло 18 мая 2025 года. Несмотря на то, что прокурор поддержал решение первого суда, сами судьи вынесли неожиданное для обеих сторон решение: двустороннюю реституцию (обязанность каждой из сторон недействительной сделки вернуть другой стороне всё полученное по ней, — прим. Ф.). Я должен был вернуть квартиру, а она деньги. Однако средства мне никто возвращать не собирался, — говорит пострадавший покупатель.
После этого обе стороны подали заявления на пересмотр судебного решения. Олег был не согласен с решением суда в целом, а ответчица считала, что суд не прав только в той части, где она должна вернуть деньги.
Иллюстрация chatgpt.com
Только в 2025 году по всей России квартир похожим образом лишились около 3 тысяч покупателей. В декабре того же года в Госдуме задумались пересмотреть закон «Об ипотеке». Телеграмм-канал «Осторожно Media» опубликовал письмо депутата Госдумы от КПРФ Дениса Парфёнова к главе Минюста Константину Чуйченко в котором отмечает, что у покупателя забирают квартиру, но если он брал для сделки ипотеку, то выплаты с него никто не снимает, даже несмотря на отсутствие указанной квартиры. Парфёнов предлагает переложить платежи по ипотеке на собственника квартиры.
«Белгород-Медиа» сообщает, что в марте 2026 года в Белгороде возбудили уголовное дело о мошенничестве. 74-летняя белгородка написала заявление в полицию, к в котором утверждала, что её квартиру на улице Губкина продали без её согласия. Якобы сделка была оформлена по нотариальной доверенности, которую она либо не подписывала, либо подписала, не осознавая правовых последствий. Квартиру в итоге переоформили на дочь знакомой. В то же время покупатели говорят, что передали продавцу 2 миллиона рублей наличными, после чего оформили доверенность, а позже через МФЦ переоформили собственность. Было это ещё в 2024 году. Пенсионерка пыталась оспорить сделку через суд, но все суды отказались признать сделку недействительной. Прокуратура Белгорода увидела признаки мошенничества и теперь следователи проверяют, передавались ли деньги продавцу и как у квартиры сменился владелец.
P.S. Раиса Григорьевна недавно умерла. Однако с квартирой у Олега Ёлкина всё остаётся без изменений. Стороны ждут, когда сын пенсионерки вступит в наследство, после чего суды продолжатся. С родственниками бабушки Олегу пообщаться так и не удаётся. Он говорит, что уже устал от судебных перипетий, но не может позволить себе потерять деньги и недвижимость.
Источник — fonar.tv
Фасад потрескался, кровлю бросили на полпути, зато сметы оказались завышены на миллионы — таков итог капитального ремонта многоэтажки в Белгороде на Есенина, 42. В этой истории «Фонарь» узнал героя, а точнее антигероя прошлых публикаций — судимого за мошенничество Виталия Бондарева из ООО «Грейт». За прошлые промахи Бондарев извинялся в суде, а сейчас требует доплатить ему миллион рублей. Рассказываем, что произошло и почему при всех доказательствах правоохранители не отреагировали.
В редакцию обратился Александр Пышкин. Он собственник квартиры, а в доме по улице Есенина, 42, в Белгороде. Мужчина рассказал, что капитальный ремонт в их доме идёт третий год. При этом кто его ведёт и сколько стоят работы, жильцы дома выяснили из документов, которые они не подписывали, а при проверке смет суммы за ремонт оказались завышены на миллионы. Но самое интересное, что стремление жителей навести порядок в общем бюджете и на стройке дало обратный эффект — подрядчик обвинил жителей в том, что они распространяют ложную информацию и потребовал доплатить ему больше миллиона рублей, которые он якобы недополучил.
Этим подрядчиком оказался знакомый читателям «Фонаря» Виталий Бондарев. В 2023 году мы рассказывали историю капремонта дома по улице Семашко, 40 в Белгороде. Тогда подрядчик получил за свою работу 6,8 миллионов рублей, но «отремонтировал» дом только на бумаге. В 2024 году был суд, Бондарев отделался штрафом и слёзно пообещал больше так не делать. Кстати, то был уже второй штраф за за аналогичное мошенничество. Прошёл год и…
— В 2023 году в нашем доме начался капитальный ремонт. Был заключён трёхсторонний договор между Фондом содействия реформированию ЖКХ Белгородской области в лице и.о. исполнительного директора Алексея Куракина, председателем совета дома Светланой Петровной Белосковой — от имени всех собственников, и подрядчиком ООО «Грейт» в лице директора Виталия Андреевича Бондарева. Сделали инженерные системы в подвале. Ремонта фасада [всего дома] я видел. Меня сразу удивило, что утеплили только торцевые стены, где нет окон и балконов. Тогда я подумал, что, наверное, так решили жильцы. Сам я на собрания не ходил, в дела дома не вникал, — признаётся Пышкин.
Отремонтированный фасад начал трескаться через несколько месяцев после ремонта, пока ещё даже не истёк гарантийный срок. Жители стали задавать вопросы председателю совета дома, она уверяла, что «подрядчик хороший, всё исправит, дайте время».
Потом Александр Пышкин заметил, что рабочие утепляют балконы только некоторым жильцам, например, Светлане Белосковой, и старшей по его подъезду Нине Ивановне. Он спросил об этом Нину Ивановну, та сказала, что жильцы оплатили сами эти работы.
— У меня начали появляться и другие вопросы по капремонту. Я попросил председателя показать мне документы, но ответа от неё не дождался. Тогда я решил взять документы в управляющей компании. Там сказали, что к капремонту отношения не имеют, и нужно обращаться к председателю, или напрямую в Фонд ЖКХ. Круг замкнулся, — продолжает Александр.
Ремонта растрескавшегося фасада жильцы ждали больше года, но так и не дождались. К началу 2025 года среди жильцов начало подниматься возмущение, в домовом чате люди стали интересоваться кто ремонтирует их дом и сколько стоят работы. Тогда кто-то обмолвился, что это ООО «Грейт». Александр начал искать информацию, нашёл статьи «Фонаря», выпуск «России 24» про Виталия Бондарева. И пазл начал собираться в очень тревожную картину.
Справка «Фонаря»:
ООО «Грейт» зарегистрировано 24 ноября 2021 года. За это время её финансовые показатели менялись достаточно резко. Наиболее заметный рост виден в 2023 году: выручка увеличилась в четыре раза — до 47,3 миллиона рублей, чистая прибыль в 25 раз и достигла 27,9 миллиона, ещё больше вырос и собственный капитал. Однако в 2024 году показатели также резко ухудшились: компания ушла в убыток на 12,9 миллиона рублей и вынуждена была тратить средства из своего капитала, он уменьшился до 21,8 миллиона рублей. По итогам прошлого года финансовые результаты частично восстановились: выручка 33,3 миллиона рублей, чистая прибыль 13,1 миллиона рублей.
И это совсем немного, учитывая, что у ООО «Грейт» открыто четыре исполнительных производства почти на 10 миллионов рублей. «Грейт» проиграла иск воронежской ООО «Таловская инженерная служба» на 9,5 миллиона рублей. Взяв эти деньги авансом за изготовление и монтаж металлоконструкций на комбикормовом заводе, она даже не начинала работы. Заказчик прождал более полугода и подал в суд, который и взыскал с «Грейт» неосновательное обогащение.
Это не единичный случай. В арбитражном суде Липецкой области рассматривается дело на 7,3 миллиона рублей, который «Грейт» получила авансом от застройщика «Новострой-Е». А в Арбитражном суде Белгородской области рассматривается иск «Тринити Моторс» с требованием взыскать с «Грейт» 71 232 рубля за выполненные работ, такую же сумму неустойки.
Кстати, по открытым данным, по состоянию на 10 февраля 2026 года была информация о задолженности компании в 548 тысяч рублей по налогам, сборам и штрафам. Была ли она погашена — неизвестно.
Прошло ещё несколько месяцев. В сентябре 2025 года Светлана Белоскова всё ещё настаивала, что «подрядчик приедет в течение недели, исправит трещины», даже попросила жильцов в чате дома сфотографировать дефекты.
— Странно: она сама принимала все работы и подписывала акты, но приехать не смогла, а дала задание нам. Жильцы сфотографировали и отправили, но подрядчик не приехал. Недостатки по гарантии не устранены до сих пор, — констатирует Александр Пышкин.
Настойчивость Александра поддержала его соседка Светлана Гусакова. Им удалось получить договоры, протоколы с подписями, сметы, акты на ремонт, но не от председателя, а из Фонда содействия реформированию ЖКХ.
— Начал я с договора. Сразу бросилось в глаза, что в нём не указаны сроки окончания фасадных работ. Вообще. То есть получается, подрядчик мог взять аванс и законно не начинать работу год, два, три, — рассуждает Александр.
Затем он открыл протоколы голосования. За капремонт проголосовали якобы более 70 процентов собственников, и все «за». Уполномоченным лицом единогласно назначена Светлана Белоскова — она принимает работы, подписывает акты, хранит документы.
— Я открыл бланки голосований. Напротив моей квартиры стоят подписи, но не мои и не мамины. Я свою подпись не ставил, мама тоже. Она физически по данному адресу не проживает и бывает здесь пару раз в год. Я составил список из 8–9 собственников — тех, с кем лично общаюсь, и они тоже сказали, что не ставили свои подписи и могут это доказать. У нас в домовом чате состоит меньше трети собственников квартир. А если учесть, что в чате могут быть несколько жильцов одной квартиры, то реальный процент собственников жилья в чате будет ещё меньше. А сколько из них на самом деле не подписывали бланки? Неизвестно. Я передал всю информацию в ОБЭП, рассчитывая, что там проверят. Не проверили, — продолжает белгородец.
Он выяснил, что за квартиру № 159 стоит подпись умершей собственницы, её родственники подтвердили, что женщина никак не могла поставить свою подпись. ОБЭП проводил проверку и по этому факту, но в постановлении об этом ни слова.
От Светланы Белосковой жильцы никаких документов так и не дождались: ни протоколов собраний, ни смет, ни актов выполненных работ.
— Мы не раз просили в домовом чате, но председатель отвечала: «я вам ничего не должна», «вы мне не платите зарплату». И главное — «действую из личных побуждений». Каких именно побуждений — не понятно. Человек, который девять лет единолично подписывал договоры, принимал работы и распоряжался деньгами со спецсчёта сотен собственников, не считает нужным отчитываться. По закону председатель совета МКД обязан действовать исключительно в интересах собственников. Но когда человек сам говорит, что действует из личных побуждений — вопрос в том, чьи именно интересы он представлял все эти годы? — объясняет Александр.
Он пошёл дальше в своём расследовании и начал проверять сметы за ремонт дома. Взял расчёт на ремонт внутридомовых инженерных систем холодного и горячего водоснабжения и ремонт систем водоотведения. В смете 48 позиций. Из них по водоснабжению 40 позиций, а по водоотведению всего восемь — с неё и начал.
— Берёшь смету, складываешь эти восемь цифр и видишь, что итоговая сумма в финальном разделе значительно больше, чем сумма за эти восьми позиций. Это видно невооружённым глазом,— озвучивает выводы белгородец.
Одна из жительниц дома работает в «Агрохолоде». Александр отдал ей смету на 2,45 миллиона рублей — такова стоимость большей части работ по инженерным системам.
— Она отнесла её в свой инженерный отдел. Инженеры посчитали и у них получилось около 800 тысяч рублей. Не 2,5 миллиона, а 800 тысяч. Говорит, там смеялись всем отделом, — продолжает он.
Итоговые суммы пересчёта, однако, выглядят совсем не смешно. К примеру, за ремонт инженерных систем в подвале ООО «Грейт» Виталия Бондарева получила 3,15 миллиона рублей. От жильцов документ подписала Светлана Белоскова. Нетрудно пересчитать, насколько завышена стоимость работ и материалов — с этим намерением Александр Пышкин пришёл в ОБЭП.
— Я объяснял, показывал, но на меня не обращали внимания. Тогда я заказал независимую строительно-сметную экспертизу, заплатил за неё 25 тысяч рублей из собственного кармана, чтобы защитить интересы всех собственников квартир. Экспертиза подтвердила: все 48 позиций формально правильные, но в финальных разделах допущены «арифметические манипуляции», которые завысили итоговую сумму больше чем на 2 миллиона рублей, а это 64 процента от стоимости работ по этой смете. И это, напомню, самая маленькая смета из трёх, — продолжает он.
Александр передал в ОБЭП и заключение экспертов, однако в постановлении ведомства об экспертизе ни слова. Зато там откуда-то появилось утверждение Виталия Бондарева о том, что «цены ниже среднерыночных».
Эксперт же увидел совершенно иную картину: В ходе экспертизы выявлены грубые ошибки при подведении итогов в расчётных таблицах сметы. Завышение прямых затрат и итоговой стоимости по Разделу l составило 999 530 рублей. Завышение по Разделу 2 составило 1 010 855 рублей. В сводном итоге сметы заявленная стоимость в 3 149 999 рублей не соответствует корректному расчету, который составляет l 139 613 рублей. Общее завышение стоимости в итоговых таблиц документа составляет 2 010 385 руб.
А тот факт, что «на титульном листе указана сумма 1 1З9 140 рублей, а в итоговых таблицах 3 149 999 рублей» может говорить о намерении подрядчика подделать документ, как это уже было три года назад с домом на Семашко, 40.
Получается удивительное: подрядчик, уже осуждённый и оштрафованный за мошенничество, говорит следователям, что сметы отличные, и ему верят, а официальное экспертное заключение игнорируют.
— Я стал изучать смету на ремонт фасада и крыши, и там сюрпризов там оказалось не меньше. Например, нашлась позиция: «Заделка гнёзд после разборки лесов» — почти 500 тысяч. При этом лесами при работе на торцах не пользовались, они стояли только когда утепляли балконы отдельным жильцам, за их личные деньги, как они сами пояснили. К капремонту фасада это не относится, получается позиция фиктивная. Кроме того, я замерил торцы дома, и даже с запасом, накидывая на всё, что можно вышло на 50 квадратных метров меньше, чем заявленные 1 413 квадратных метра. При цене 6 300 рублей за квадратный метр — сумма существенная, — приводит свои расчёты Александр.
Он выяснил, что ранее их дом был в общей программе капремонта, и утепление фасадов планировалось только в 2036 году, причём фасадов со всех сторон, а это порядка 13,5 тысячи квадратных метров. Но Светлана Белоскова стала инициатором перехода на спецсчёт, поэтому работы начались раньше.
— Если взять цену подрядчика за квадратный метр и умножить на площадь всех фасадов, получается более 85 миллионов рублей. При среднем взносе 700 рублей в месяц с квартиры, нам нужно копить 42 года только на фасад. И после этого подрядчик утверждает, что его цены ниже среднерыночных? — недоумевает Александр.
— На сайте нашей управляющей компании написано, что площадь крыши нашего дома 1 800 тысячи квадратных метров, а площадь кровли при этом — 1 935 квадратных метров. И это никак не вяжется с цифрами подрядчика в смете: демонтаж старой кровли на площади 2 508 квадратных метров, верхний слой нового покрытия — уже более 3 700 квадратных метров и нижний столько же. То есть подрядчик утверждает, что уложил материала почти вдвое больше, чем физически существует кровли на нашем доме? — продолжает задавать вопросы Александр Пышкин.
Отдельная история и боль для жителей — качество работ.
— Когда шёл ремонт на крыше шестого подъезда, я поднялся туда с другом и мы увидели такую картину: новую стяжку кладут прямо поверх старых слоёв кровли. Старые отливы на парапетах не меняли, а укатали под новый слой, — рассказывает он, добавляя, что рабочих на месте не оказалось, и вопросы задавать было некому.
После того как в четвёртом подъезде закончили такой «ремонт» крыши, в квартире на седьмом этаже стены «заплакали» — появилась влага, конденсат, протечки.
— Отдельной строкой в смете прописано, цитирую: «Ответственность за объёмы работ и материалы несёт председатель МКД». И под этой фразой стоит личная подпись Светланы Белосковой. Получается, она отвечает за то, что кровли насчитали в смете аж на 600 квадратных метров больше, чем существует физически, — делает вывод Пышкин.
В конце августа 2025 года несколько собственников квартир Есенина, 42, написали коллективное заявление в полицию. Наивно думали, раз доказательств у них полно, а подрядчик уже судим за мошенничество, там быстро разберутся. Не тут-то было. Спустя три месяца ОБЭП отказал в возбуждении уголовного дела: «по результатам проверки органом дознания не получены сведения, указывающие на возникновение у Бондарева В. А. преднамеренного умысла на совершение мошеннических действий». Хорошо ещё «в действиях заявителя отсутствуют признаки состава преступления», потому что «изложенные в обращении обстоятельства частично нашли своё фактические подтверждение».
Об экспертизе, которую Александр заказал, оплатил и лично принёс в ОБЭП, в постановлении нет ни слова. Зато заявители с интересом узнали мнение председателя дома о том, что «все собственники голосовали самостоятельно, о завышении цен она не знает, всё согласовано с Фондом ЖКХ».
В Фонде ЖКХ, правда, так не считают. В их официальном ответе прямо противоположное: «Фонд ничего не выбирает и не проверяет, собственники сами несут все риски». Однако два документа, противоречащих друг другу, следователь ОБЭП почему-то не сопоставил.
В декабре Александр написал жалобу в прокуратуру Белгорода. Там установили, что доследственная проверка проведена не в полном объёме и решение об отказе в возбуждении уголовного дела отменено. Дело вернули в ОБЭП, однако снова не нашли признаков состава преступления, а «стоимость работ, отражённая в смете, по утверждению Бондарева В.А. не превышает уровня цен 2023 года и является ниже среднерыночных показателей указанного периода». И снова ничего от итогах независимой экспертизы.
В феврале 2026 года Александр позвонил сотруднику, которому отдали дело в работу. Он подтвердил, что по выводам почерковедческой экспертизы мама Александра действительно документы не подписывала.
— Я спросил означает ли это, что подписи фальсифицированы? Он ответил: «Нет. Там стоит подпись другого человека. Кого — непонятно». Я уточнил, будут ли эти сведения в постановлении. Его ответ удивил: «Нет. А зачем вам?». То есть меня, мою маму обокрали, а меня сотрудник полиции спрашивает, зачем мне в этом разбираться? — недоумевает белгородец.
Александр подал в прокуратуру вторую жалобу не только на незаконное постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, но и на сокрытие доказательств по делу.
Александр выяснил, что на спецсчёте дома не хватало денег на ремонт всей кровли и подрядчик якобы взялся за работу «в долг». В декабре 2025 года Светлана Белоскова отправила в ОБЭП информацию, что задолженность их дома перед подрядчиком составляет 1,1 миллион рублей. При этом кровлю так и бросили недоделанной — подрядчик расторг договор и над одним подъездом к работам даже не приступал. 18 декабря 2025 года ООО «Грейт» прислало уведомление, обвинив жителей в «заведомо ложной информации».
— Подрядчик получил миллионы, сделал часть работ с нарушениями, один подъезд вообще бросил, фасад потрескался, новая кровля положена поверх старой, экспертиза подтвердила завышение стоимости работ на 2 миллиона рублей. При этом мы ему ещё и должны! А если не заплатим, он угрожает нас за клевету привлечь. Работы он остановил якобы из-за наших обращений в правоохранительные органы, — рассказывает Александр Пышкин о том, на каком этапе остановился их капремонт.
Он надеется, что прокуроры всё-таки заинтересуются, как подрядчик узнал, что на спецсчёте дома имеются деньги? Кто привёл подрядчика на Есенина, 42? Как он получил этот объект? Почему ООО «Грейт» взялось сразу за всё: фасад, кровлю, инженерные системы? Были ли другие претенденты на капремонт их дома, и сравнивалась ли стоимость их услуг? А также проверят сметы и примут во внимание экспертизу, которую следователи ОБЭП предпочли не замечать.
— Мне сказали, что назначена строительная экспертиза, но когда она будет — неизвестно. Расчёт понятен: затянуть, положить папку в стол, и ждать, когда всё рассосётся. Не рассосётся! — говорит Александр. Он и его соседи намерены довести дело до суда.
Кстати, жители дома по улице Семашко, 40 в своей борьбе с подрядчиком-мошенником дошли не только до Следкома, Генпрокуратуры, а даже до председателя правительства России Михаила Мишустина.
Жители дома, заключившие договор с ООО «Грейт», заметили странное совпадение: их платежи подрядчику по срокам почти зеркально повторяют график возврата денег по уголовному делу на директора компании Виталия Бондарева. Александр Пышкин изучил материалы Октябрьского районного суда Белгорода, сметы, акты КС-2 и платёжные поручения. Сопоставление дат даёт цепочку, которую трудно назвать случайной.
17 августа 2023 года, сразу после подписания договора №11, подрядчик получает аванс — 3,6 миллиона рублей. Вслед за этим председатель ТСЖ Светлана Белоскова начинает регулярно подписывать акты выполненных работ — примерно раз в две недели. По документам объёмы значительные. По факту — их выполнение вызывает вопросы: у подрядчика штат из пяти человек.
4 октября с дома уходит ещё один крупный платёж — 2,2 миллиона рублей. Через пять дней, 9 октября, Бондарев, находясь под судом, делает первый платёж в счёт возмещения ущерба по другому объекту — дому на улице Семашко, 40.
Дальше последовательность повторяется. Пока жители оплачивают работы по демонтажу крыши и фасада, Бондарев вносит серию платежей по уголовному делу: 24 октября, 23 и 24 ноября, 14 и 20 декабря. К концу 2023 года он полностью погашает долг — 5,3 миллиона рублей. Это позволяет ему признать вину, заявить о возмещении ущерба и избежать реального срока, ограничившись штрафом.
Мы пытались дозвониться до Виталия Бондарева, но его номер не отвечал. Если он захочет представить свою позицию, мы готовы это сделать.
Источник — fonar.tv