Ответ на пост «Ямакаси»2
Что за музыка в исходном посте? Вот так, должно быть.
Что за музыка в исходном посте? Вот так, должно быть.
В тот день дождь висел в воздухе, не падая, а просто пропитывая все сыростью и серым цветом. Я шел от метро, думая о своих делах, как вдруг заметил фигуру у подъезда. Человек в военной форме, поверх которой был надет жилет курьера, с огромной коробкой в руках. Он ставил ее на землю с осторожностью, одной рукой опираясь на костыль. И только тогда я разглядел неестественный угол его левой ноги ниже колена и тусклый блеск пластикового корпуса протеза там, где должна была быть ступня.
– Эдуард? – вырвалось у меня невольно, имя всплыло из глубин памяти, как щербатый окурок из лужи.
Он резко поднял голову. Лицо – грубее, иссеченное ранними морщинами и чем-то тяжелым, что осело в уголках глаз. Но глаза – те же. Серые, оценивающие, с той самой детдомовской привычкой смотреть сквозь тебя или чуть в сторону. Узнал.
– Сергей? – Голос хриплый, как будто давно не использовался по назначению. Он попытался выпрямиться, отбросив плечи назад – тень военной выправки, тут же сломанная неловким движением костыля.
– Да это я. Боже, давно... Служил? – спросил я, кивнув в сторону ноги. Глупо. И так все ясно.
- Да. СВО. Под Авдеевкой. Больше пояснений не последовало. Он переложил вес на костыль. Теперь вот... – он махнул рукой на коробку и жилет, – развожу посылки, пока на деньги за ранение проценты капают, думаю что мне дома сидеть.
Неловкость повисла в сыром воздухе гуще дождя. Что сказать? "Как жизнь?" – смешно. "Жаль" – оскорбительно. Вспомнил его страсть, еще со школы в интернате – он мог часами копаться в старых двигателях, разбирал и собирал все, что шевелилось.
- А модели... танки? Все еще собираешь? – спросил я, больше от безысходности.
В его глазах мелькнуло что-то живое, почти детское. Уголки губ дрогнули в подобии улыбки.
- Мечтаю. Он кашлянул. Денег, блин, нет, все же в банке под процентами, а курьером много не насобираешь. А так – да. "Тигр", "Пантера"... Трехэтажный "Маус" на столе поставить. Красота. Он посмотрел куда-то поверх моего плеча, в серую муть между домами, словно видел там ряды идеально собранных, замерших в бронированном величии машин. Руки помнят, знаешь ли. Даже если... – он стукнул костылем по пластику протеза.
Тишина снова сомкнулась. Дождь наконец заморосил, мелкий, назойливый. Нужно было ее разорвать, эту тяжесть. Старая интернатская привычка – предложить постоять, покурить. Даже если не куришь.
– Может... постоим? Покурим? – предложил я, уже шарив по карманам куртки, хотя знал, что там пусто. Последнюю пачку оставил дома утром.
– Ага. Он кивнул, с облегчением. Давай. Поставил костыль устойчивее, освободив руку. Полез в карман рваных джинс, но как назло, у него тоже не было сигарет.
Мы стояли под жалким козырьком подъезда, два немолодых уже мужика, объединенные когда-то общим детдомовским адом, а теперь – войной, увечьем и этой немой минутой. Я вывернул карманы: ключи, смятая маска, жетон от тележки. Ничего. Он тоже показал пустую, вывернутую ладонь. Сигарет не было. Ни у него. Ни у меня.
Нелепость ситуации была такой оглушающей, что мы просто посмотрели друг на друга. И вдруг Эдуард хрипло хмыкнул. Не смех, а именно хмык. Я ответил коротким выдохом, что-то вроде "эх".
И мы просто стояли. Молча. Смотрели на моросящий дождь, на грязный асфальт, на его протез, упертый в землю рядом с моим целым, но таким бесполезным сейчас ботинком. Стояли, будто выполняя ритуал. Ритуал неудавшегося перекура, ритуал признания всей нелепости и тяжести жизни, которую не перекуришь.
Минуту? Две? Время потеряло смысл. Потом он вздохнул, глухо, как будто из самой глубины протеза.
– Ладно... – сказал он, подбирая костыль под мышку и хватая коробку. – Мне еще... три адреса.
– Да, конечно... – пробормотал я. - Береги себя, Эдик.
Он кивнул, уже отворачиваясь. – И ты.
Он заковылял к своему видавшему виды велосипеду с огромной коробкой на багажнике. Я постоял еще мгновение, глотая сырой воздух, в котором так и не запахло табаком. Потом повернул и пошел в свою сторону. Мы разошлись, не оглядываясь. Без сигарет. Без слов. Только серое небо, моросящий дождь и гулкое эхо молчания, в котором было все: и Авдеевка, и детдом, и пластиковая ступня, и несобранные танки.
С выходом сериала Король и Шут нахлынули воспоминания из детства, а потом и молодости. Группу КиШ я первый раз послушал на диске Спрайт Пиромания, это когда пробки собираешь и в магазине обмениваешь на всякие плюшки, одной из таких плюшек был, вот такой диск:
Фото из интернета, так как диск не сохранился.
Конечно диск был, а вот послушать дома было не на чем, был только кассетный магнитофон, поэтому слушать его ходили к соседу, насколько помню было 2 диска, один с рок музыкой, а второй был с программой для создания своей музыки. И вот среди исполнителей была группа, с тогда казалось бы смешным названием, Король и Шут с песней Генрих и Смерть, она мне очень понравилась и я её быстро выучил наизусть. Чуть позже наступили летние каникулы и меня отвезли к бабушке в посёлок. Бабушка мне часто давала карманные деньги, в отличии от родителей и вот на них я приобрел свою первую аудиокассету КиШа, вот она ниже, фото моё.
Больше всего на этой касете мне понравились песни Лесник и Два Друга, их я слушал на повторе. Примерно через месяц, я обменялся с девочкой кассетами, я ей дал кассету Руки Вверх, которую попросил у тёти, а она взамен подарила мне вот такую:
В этом альбоме мне понравились такие песни, как Паника в Селе, Отец и Маски и Он не знает, что такое жить.
Каникулы в деревне прошли незаметно и пора уезжать из поселка, по приезду в родной город, четко решил, что стану панком🤟
В городе купил еще 2 кассеты, вот такие:
И подсел на КиШ окончательно.
Начался учебный год и в школе я решил познакомится с местными панками, главным среди них был парень по имени Илья, с кликухой Ленин и ирокезом на голове, у которого, во дворе его дома, после уроков, собирались панки со всего города, 30-40 человек примерно. Если читает пикабу, думаю непременно себя узнает. Было волнительно приходить туда первый раз, люди там были взрослые и я был там самый младший, лет 12-13 мне было насколько я помню. Приняли они там меня хорошо, и я решил что надо начинать соответствовать образу. Родители купили мне джинсы трубы, как у рэпера, ещё я попросил толстовку Король и Шут и рюкзак, тоже КиШ. И начал вливаться в панковскую тусовку. Надо признаться было весело. Но, меня, немного покоробило, то что в то время они не считали группу КиШ роком и говорили мне, чтобы я начинал слушать, что нибудь нормальное типа Корн, Слипкнот, Металлика, Рамштайн и так далее, но я вкусам своим не изменил. И купил еще несколько альбомов Киш.
И еще был альбом Жаль нет Ружья, но дал его кому-то послушать и он ушел с концами. Через год, на следующие летние каникулы я снова отправился в поселок, но там было уже не так интересно, панков там не было, но зато я купил несколько постеров больших, на карманные деньги.
Приехав снова в город, меня очень удивил отец, он мне подарил только вышедший альбом Бунт на Корабле
Я был счастлив безмерно.
Перед школой, уже по-моему был 8й класс, я купил футболку с шутом:
Фото из интернета, так как футболки не осталось. В общем вырезал я этого шута и пришил к себе на джинсы-трубы, выглядело очень круто, по крайней мере мне так казалось, ну и многие спрашивали где такие купить, в общем у меня одного в городе были джинсы с логотипом КиШ. Где-то через год панковская тусовка повзрослела и уже мало кто стал собираться, последние встречи нас собиралось по 5-6 человек. Через несколько месяцев все сошло на нет, но КиШ я продолжаю слушать до сих пор, последняя аудиокассета была так же подарена мне отцом и это была она:
Вот и все в принципе, может кому то будет интересно почитать и у них тоже остались, какие то вещи из той эпохи.
Сейчас есть интернет, но я все равно слушаю аудиокассеты иногда, вот на таком плеере:
В комментах еще выложу несколько аудиокассет, которые у меня остались из тех времён.
И в тишине ночной, в подвале, кто-то рявкнул ХОЙ......
В Черногории сегодня стартовал фестиваль лени. Участникам разрешается лежать, спать, читать, есть и пить, но не вставая. Подниматься можно раз в 8 часов, чтобы сходить в туалет. Победитель получит приз в размере 300 евро.
Прошлому победителю удалось продержаться на матрасе семь дней и ночей.