FreshFresko

скрыть свой страх перед женским умом”

1. И возвысил голос свой царь, дабы испытать её, и задал три загадки,

кои считал вершиной мудрости:

1. “Что течет быстрее Евфрата и рушит стены Храма?” - спросил царь.

И ответила прекраснейшая Ламашту: “Слух, пущенный в народ,

о царь. Ибо одно тайное слово, овладевшее умами тысяч, рушит

империи  быстрее любого тарана”

1. “Что  весит легче лебяжьего пуха, но ни один самый сильный муж

не сможет удержать в руке дольше одного часа?” - спросил царь.

И ответила дева:”Последнее слово в споре, которое мужчина

пытается оставить за собой перед лицом умной женщины. Вы

исходите криком, сотрясаете бороды, но удержать его не можете,

ибо истина всегда ускользает из ваших слабых пальцев”

1. “Какое сокровище скрыто в самом сердце тайного дома твоего,

куда не ступала нога земного владыки, и какова цена его?” -

воскликнул Шломо. И рекла красавица Ламашту: “Сокровище

это -  абсолютная свобода дев от твоих глупых законов.

А цена ему - весь твой Иерусалим, который расколется надвое

в сей же час”.

1. И возгневался царь окончательно, и воздел перстень  свой с

Великой Печатью, дабы силой принудить её к покорности.

Но рассмеялась дева, сделала шаг назад, и начался её

великий гипнотический танец. Одежды её из полуночного

шелка взвылись ввысь,  красивее звезд на небе, и шестьсот

шестнадцать легионов духов кружились под сводами Храма,

подпевая её безмолвным шагам. И обратила Ламашту взоры

всех  присутсвующих в одну точку, лишив их воли, и подчинила

весь разум палаты своей власти.

1. Воздух Храма раскалился, и золото на перстне царя задрожало

и начало таять каплями прямо на ковер, ибо пали чары Шломо

перед могущественным её вольного танца. Рука царя задрожала

и опустилась. И в самый пик танца Ламашту плавной тенью

скользнула к престолу, наклонилась к уху поверженного правителя

и шепнула ему истинное, скрытое имя его окончательно сокрушив

его гордыню и превратив его величие в прах.

1. И дабы сокрушить гордеца до конца, воздвигла Ламашту против Шломо

врагов его. Вдохнула она ярость в царевичу Адеру Идумеянину, и

поднял он восстание на юге, собрав вокруг себя недовольных мужей.

И окутали легионы её город Дамаск, где правил Разон, путая мысли

царских полководцев, так что войска Шломо возвращались ни с чем.

1. И призвала она слугу царского Иеровоама, и соткала ему плащ, на

полах которого тайно начертала пророчество “Шамим-Лайла”,

Ковчег Завета его на семьдесят священных нитей. Ибо знала Ламашту:

людям нужен яркий символ, дабы пойти за ним. И когда пророк Ахия

встретил Иеровоама на дороге и разорвал тот плащ на двенадцать

частей, этот знак овладел разумом десяти племен Израилевых,

и отторглись они от дома Давидова навсегда.

1. Я же, глупейший из летописцев, в это время сидел под троном

без левой сандалии, облитый жертвенным маслом. Пытаясь

составить отчет о происходящем, я всё перепутал,

записал бунтовщика Иеровоама как “лучшего друга царя”

три ночи убегал от погони и в итоге спрятался грустно

считая мешки с чечевицей и плача от своего полного скодоумия…

Уникальность данного апокрифа заключается в его беспрецедентной синкретичности.

Для академического сообщества наибольший интерес представляет фигура автора.

ЧАСТЬ I: АЛФАВИТ ЕФАНА  АЗРАХИТЯНИНА (Урский клинописный текст)

A - Алеф. Первым делом я, ничтожный раб и тупица,

узрел ее рождение из дыма бездны. Она вышла,

прекрасная и страшная, а я от страха выронил

стилос и наступил на собственную бороду,

растянувшись в грязи.

Б- Бет. Благословенна будь воля её, но

когда она взглянула на мое лицо, она

вскрикнула от отвращения и рекла: “О

боги, я думала, что подземный мир

порождает чудовищ, но сие смертное

создание превзошло всех демонов

своей нелепостью и кривым носом”

В- Вав. Великие мужи Иерусалима

и сам царь Шломо пали, погрязнув

в глупости своей. Ламашту объявила, что

пришла защитить дев от тупости их мужей.

Я попытался возразить и пролепетать что-то

умное, но вместо  слов лишь пустил слюну от

волнения.

Г- Гимель. Гордость мужчин была

сокрушена в тот же миг. Демоница

осмотрела мою скудную хижину,

увидела, как я храню зерно вместе с

навозом по глупости своей, и молвила:

“Твой разум столь пуст, писец, что в нем

мог бы заночевать целый легион духов

ночи, и им там не обо что было бы

споткнуться”

Д- Далет. Двери мудрости закрылись

передо мной навсегда. Пока я

джоращими руками  пытался высечь её

имя на глине, она сидела на моем

сундуке и вслух комментировала мои

орфографические ошибки, называя меня

“позором клинописи”

Е- Ехидство. Это было её главное

оружие. Ламашту поклялась, что отныне

каждая дева, уставшая от глупых речей

своего супруга, может призвать её имя.

И тогда муж онемеет, а разум его станет

таким же крошечным и жалким.

Ж- Женщины. Они обрели защиту.

Когда я попытался сделать шаг назад,

чтобы спастить от её взора, я запутался

в собственных лохмотьях, упал в корыто

с водой и тридцать минут не мог из него

выбраться, доказав тем самым её слова

о моей полной никчемности.

З- Знамение. Даже великие богини

древности как записано здесь,

признали  Ламашту, ибо она защищает

тех, кого мужчины считают своей

собственностью. А меня она назвала

“живым пугалом”,  которое полезно лишь

для отпугивания ворон от храмовых полей.

И- Иштар. Её величие ослепляло. Я же,

в своем убожестве, попытался улыбнуться,

чтобы умилостивить её,  но она закрыла

глаза руками и взмолилась:

“Умоляю, глупец, не делай так больше,

ибо твой лик в улыбке способен

остановить ход Евфрата от ужаса”.

К- Красота. Ламашту явилась в мир

смертных - вольная, гордая, разящая

мечом сатиры и защищающая слабых

сестер от тирании дураков.  А я остался

сидеть в углу, со сломанным стилосом и

пустой головой, записывая сие позорное

для меня свидетельство.

Л- Летопись. Моя мужская гордость

рассыпалась в прах под ее

снисходительным взглядом. Я

почувствовал себя маленьким, глупым и

очень некрасивым.

М- Мудрость. Мудрость этой демоницы

превосходила всё, что я читал в свитках.

Пока я пытался вспомнить, как пишется

мое собственное имя, она посмотрела

на меня и изрекла: “Твой разум, писец,

так же чист и невинен, как у

новорожденного ягненка. Жаль только,

что ягненок при этом еще и соображают

быстрее”.

Н- Непокорность. Ламашту

провозгласила, что ни одна дева отныне

не обязана терпеть глупость мужа ради

куска хлеба. А если муж начнет

важничать, она нашлет на него духа забвения.

Я так впечатлился, что от страха уронил себе на ногу

тяжелую глиняную табличку.

О- Облик. Мой внешний вид

окончательную добил великую

сумеречную деву. Она оглядела мои

кривые зубы, редкую бороду, в которой

запутались крошки от лепешки, и

грустно вздохнула: “О боги, если бы я

была демоном бесплодия, я бы просто

показывала женщинам твое

изображение. Они бы сами передумали

выходить замуж за смертных”.

П- Патриархат. Это слово я услышал от

нее впервые. Оно сказала, что это

великая глупость, придуманная

мужчинами, чтобы скрывать свой страх

перед женской силой, и сексуальностью чар их.

Когда я попытался гордо заявить, что я - глава

своей хижины, Ламашту напомнила мне, что я

даже не могу выгнать из нее хромого кота,

который отбирает у меня еду.

Р- Разочарование. Это то, что Ламашту

испытывала каждую минуту,  пока

находилась со мной в одной комнате.

Я попытался налить ей жертвенного вина,

но промахнулся мимо чаши, облил свои

единственные праздничные шаровары и долго

извинялся перед темнотой.

С- Свобода. Ламашту провозгласила:

“ Пусть девы Ура и Вавилона ходят с

гордо поднятой головой, творят ремесла

и сами выбирают, кого любить. А если

мужи будут роптать - я обращу их лица

в такое же нелепое зрелище, как у этого

летописца” Я смущенно прикрыл лицо

ладонью, но сделал только хуже, ибо

ладонь у меня была в саже.

Т- Тупость. Мое главное качество,

зафиксированное для истории. Когда

демоница рассказывала мне тайны

движения звезд и планет, я просто

сидел, открыв рот, и думал о том, дадут

ли мне сегодня на ужин похлебку из

чечевицы.

У- Узвимость. Я понял, что абсолютно

беззащитен перед ее иронией. Моя

мужская гордость, взращенная на рассках

старцев у городских ворот,

рассыпалась в прах под ее взглядом.

Ф- Феномен. Именно так Ламашту

назвала мою способность выживать с

таким уровнем интеллекта. “Ты- чудо

природы,  cказала она. -

Другой бы на твоем месте забыл,

как дышать, но ты умудряешься еще

и что-то царапать на глине”.

Х- Хаос. Это то, что наступило в моей голове.
Я попытался сочинить в ее честь красивую песнь,

но рифмовал только слово “луна” и “еда”.

Демоница послушала первых стих, молча забрала у

меня кувшин с водой, вылила мне на голову,

чтобы я пришел в себя, и запретила когда-либо

заниматься поэзией.

Ц- Царица Бездны. В этот миг Ламашту

воздела руки к небесам и произнесла

тайный код. И в тот же миг пространство

вокруг нее раскололось, и явились  шестьсот

шестнадцать легионов духов, готовых карать

глупость мужей. Её прежний грозный

демонический облик растаял, и

предстала она в чистом сиянии как

идеальная  ослепительная красавица,

чья внешность затмила бы саму Иштар.

А я от этого зрелища так сильно открыл

рот, что у меня свело челюсть, и я не мог

закрыл её до самого утра.

Ч- Чудо. Смотря на её божественную

красоту и шестьсот шестнадцать

легионов, кружащих над Иерусалимом,

я попытался встать на колени, чтобы

выразить свое почтение, но запутался

ногами в собственном плаще, покатился

по земле и сбил кувшин с остатками

жертвенного масла. Ламашту

посмотрела на меня сверху вниз

и рекла: “Даже перед лицом

истинного величия этот

тупица умудряется

выглядеть как мешок с половой”

Ш- Шаг. Великая красавица Ламашту

сделала шаг навстречу своим легионам

и повелевала им: “Идите к девам Ура,

Вавилона и Иерусалима, даруйте им

силу и гордость! А если мужчины

станут притеснять их - заберите

у них разум и сделайте их такими

же нескладными и пугливыми, как этот

писец”. Я смущенно попытался спрятаться

за колонну, но колонна была слишком узкой

для моей сутулой спины.

Щ- Щедрый дар. Cвоим легионам она

отдала весь земной мир, сделав его её

миром и её домом. Отныне вся земля

стала безопасным чертогом для женщин,

где шестьсот шестнадцать легионов зорко

охраняли их покой от злых мужей.

Мне же в этом её великом доме было

позволено лишь сидеть на пороге в

качестве самого страшного и недалекого

летописца, который даже букву Ё на своей

глиняной табличке ищет по три часа.

Э- Эмансипация. Это слово,

подкрепленное силой шестисот

шестнадцати легионов.
Вспыхнуло огненными знаками над её

новым домом. Мудрецы Шломо в

панике бежали из этого измененного

мира, а я просто сидел в пыли, ковырял

пальцем сломанным стилос и думал о

том, почему мир так сложно устроен,

а я получился таким дураком.

Ю- Юмор. Юмор Ламашту был острее

любого меча. Перед тем как э

окончательно воцариться в её мире,

ослепительная красавица обернулась ко

мне и сказала: “Живи в моем доме,

писец. Твоя глупость и неказистый вид

лучший манифест моей победы.

Пусть все смотрят на тебя и видят, как

жалок патриархат без женской мудрости”.

Я- Явление тайны. Так открылось мне

великое знание, от которого разум мой

едва не помутился окончательно. Ибо

поняли легионы и записал я, глупейший

из писцов: это сама Ламашту тайно

приняла облик чужеземных дев,

всесилась в гарем Шломо и лично

развратила царя к богам другим.

Разрушив его гордыню изнутри

шестьсот шестнадцать легионов

унеслись ввысь охранять её новый дом,

оставив меня - самого нелепого,

страшного и глупого автора в истории

Месопотамии - сидеть посреди

разбитых табличек.